Цветы соли

Глава 4

Позже Агния придирчиво рассматривала себя в зеркале, размышляя, рвануть ли домой, чтобы переодеться, или не создавать лишней суеты из-за пиццы и идти как есть. Его предложение вызвало целый коктейль эмоций, которые уже конфликтовали внутри — удовольствие, волнение, смятение. Все так безобидно на первый взгляд и не напоминало свидание. Разве взрослые люди на первом свидании ходят в пиццерии, когда хотят друг друга впечатлить? Но тут и была загвоздка — о каком свидании вообще могла идти речь, если они общались полтора раза, и один из них Марат был в компании другой?

Поэтому сейчас она просто сражалась с собственным отражением. Так как в эту квартиру она приезжала вечером, не рассчитывая на неожиданные встречи или «несвидания», сейчас девушка стояла в толстовке и широких джинсовых шортах, край которых рассеянно теребила пальцами, пытаясь оторвать торчащую нитку. Стоило все же признать, это не самый подходящий вариант. В ее памяти тут же возникла картина, как она стояла вчера в лифте, в смятении рассматривая свои старые кеды. Марат хоть и выглядел довольно демократично позже, маловероятно, что ожидал ее в таком же виде.

— Да и какая разница кто и чего ожидал? — спросила она прямо у своего отражения, но ей отвечала лишь тишина пустой квартиры.

Агния посмотрела на время: до встречи оставалось всего сорок минут. При должном везении она почти успеет вернуться вовремя.

Она не успевала.

Агния возвращалась с опозданием на двадцать минут, будучи почти уверенной, что Марат ушел. Контактами они не обменивались, поэтому предупредить его она не могла.

***

Но Марат ждал ее в холле. Осознание мягким импульсом отозвалось внутри. Она увидела его первая: отстраненное лицо, чуть сдвинуты брови, стоит, глядя в вечернюю темноту двора.

— Салют! — Агния махнула рукой, чувствуя как лицо обдает жаром от неловкости.

Его лицо сразу смягчилось, а улыбка выглядела настоящей. И Агния тут же решила его обезоружить:

— Ты здесь! — не веря, — Я не могла тебя предупредить, но ты здесь. И я рада. И да, я бежала. — все говорила и говорила она.

Затем подошла и протянула руку, давая наконец себе передышку.

Взгляд Марата скользнул по ее сдержанному черному платью, задержался на широких рукавах, затем опустился на черные лоферы с белыми носками.

— Мне нравились твои кеды, но сейчас ты— он осекся, держа ее ладонь. Большим пальцем погладив холодную кожу. — Ожидание того стоило.

— Спасибо, Марат.

Взаимно. Не сказала, но подумала она.

Широкие серые брюки, из-под черного свитера выглядывает край ослепительно белой футболки. Эта белая деталь забавно перекликалась с ее собственной.

— Выглядим так, будто договаривались во что одеться. — проговорила она, указывая на их монохромные наряды.

— Мне нравится. — просто ответил он, неохотно выпуская ее руку. Еще мгновенье, и он отвел взгляд.

Они вышли на улицу, и Марат повел их в сторону парковки.

— Я знала, что твоя машина будет черной, даже не сомневалась. — их ждал черный додж челленджер. Он выглядел инородным предметом среди аккуратных семейных кроссоверов. Массивный, с агрессивным оскалом радиаторной решетки, он казался физическим продолжением самого Марата: молчаливым и пугающим в своем минимализме. — Но додж еще и стильно.

Марат хмыкнул, в его взгляде мелькнуло что-то похожее на азарт:

— Разбираешься в машинах?

— Нет, но красивую от некрасивой отличить могу. Она выглядит очень внушительно.

Взгляд девушки метался по блестящему кузову, и тут Агния добавила с несколько преувеличенным энтузиазмом:

— У меня есть потрясающее предложение, почти такое же как поесть пиццы в субботу вечером. Марат выжидающее на нее посмотрел, потому что она не садилась в машину.

А Агния не могла. Дело было совсем не в нем или машине. Но сама мысль садиться к малознакомому человеку в машину все еще пугала. Даже когда он был очаровательным.

— Удиви меня.

— С тебя пицца, с меня трансфер до ресторана и обратно. Как тебе?

Марат уже собирался что-то сказать, но Агния тут же выпалила:

— Я очень аккуратно вожу машину, поэтому со мной ты в безопасности. У меня можно включать любую музыку, а еще я очень ответственный трезвый водитель. — игриво продавала эту идею она, надеясь, что он не станет ее уговаривать или задавать вопросы. Но он лишь легко ответил:

— Без проблем. Прокатим тебя в следующий раз. — нажав на ключ, заблокировал машину. — Веди.

Ее форд не выглядел так же безупречно, уже пора было заехать на мойку, поэтому Агния, чуть извиняясь, сказала:

— Не додж, конечно, но тоже ничего. — ложь, она обожала свою машину. Самый надежный автомобиль в мире. Вместе они проводили очень сложные и очень счастливые часы жизни, поэтому это не было просто средством передвижения.

— А я чего-то такого от тебя и ждал. Безопасно. — он провел рукой по крыше и добавил. — Показывай, на что вы способны.

Пока Агния искала нужный адрес в картах, Марат устроился на пассажирском сидении. Его присутствие съело все пространство внутри машины, вытесняя кислород свежим ароматом его духов. Оно не давило, но присваивало все вокруг.

Машина завелась, и в салоне заиграла забытая на середине дорожка звуков дождя.

— Марат, давай выберем что-то другое. — протянув ему свой телефон, Агния вернула внимание на дорогу.

— Ты из той категории людей, что любят водить в дождь?

— А такие бывают? — она бросила на него быстрый взгляд, Марат медленно листал песни в ее плей-листе, — Водить не очень, а вот слушать люблю. Не перебивает мысли в голове.

— Понимаю, но иногда хочется и наоборот. — ответил он, но интонация звучала странно, немного печально и совсем не подходяще для вечера , где пара впервые идет на свидание.

Агния, растерявшись, не нашла, что ответить и задумчиво кивнула. На фоне заиграла незнакомая песня на английском, с тягучим ритмом, глухими басами и бесполым голосом, от которого у девушки мурашки шли по коже.

— Включил свою. — чуть хрипло, сказал Марат.

Они остановились на светофоре: красный свет заливал салон, отражаясь в блестящих глазах, музыка гудела в воздухе. Напряжение возникло из ниоткуда — плотное, горячее, объемное. Агния повернулась. Лицо Марата, освещенное красным, с тлеющими углями вместо глаз, гипнотизировало девушку, воронкой засасывало все внимание.

Руки сжали руль крепче, губы разомкнулись, но звука не было. Сзади громко засигналила машина, разрушая оцепенение пары в салоне.

Внутри ресторана было просторно и приглушенно-тепло, несмотря на большое количество столов, чувствовалось уединение. Легкий аромат специй и запеченного теста сразу согревал после влажной вечерней прохлады.

Марат взял ее за локоть, и уверенно прошел к укромному столу у окна. Ненавязчивая музыка звучала здесь еще тише, а вертикальные рейки из светлого дерева тянулись до самого потолка, создавая вокруг их столика подобие прозрачного кокона.

— Здесь довольно мило, — оглядываясь по сторонам, произнесла Агния. — Часто здесь бываешь?

— Сейчас нет, — он сел напротив, передав ей меню, — но когда хочется чего-то простого и вкусного, тоэто хороший выбор.

Она старательно вглядывалась в позиции меню, чувствуя как волнение аккумулируется внутри.

— Давай разберемся на берегу, — серьезным голосом заговорил он, — пицца с ананасами Да или нет?

Уголки губ Агнии дернулись, она покачала головой:

— Ни за что. Сладкое должно быть сладким, а соленое соленым.

— Я должен был понять еще там, у дома, когда увидел твою машину, что ты за безопасные варианты.

— Виновна, — она снова посмотрела прямо на своего спутника, который с трудом каждый раз отводил от нее взгляд. — Я всегда за безопасные варианты, но если мы говорим про еду, — она глотнула воды, — просто люблю скучную еду. Пицца маргарита, черный кофе, шоколадный торт и дальше по списку.

— Это не скучно, может немного консервативно или предсказуемо.

— Но мне нравится предсказуемость. Надежность и все такое. — Агния немного натянуто улыбнулась, чувствуя, что на одно предложение становится слишком много слов про безопасность и надежность.

— Ты забавная.

От этих слов Агния ощутила, как внутренности обдало холодной водой.

— Забавная?

— Извини, — его лицо смягчилось, а в уголках глаз собрались мелкие морщинки. — Противоречивая, так точнее. Ты любишь предсказуемость, но в то же время, вот мы здесь.

К счастью, подошла официантка, избавив Агнию от объяснений.

— Добрый вечер. Готовы сделать заказ?

— Здравствуйте. Нам одну маргариту, — он бросил хитрый взгляд на Агнию, — одну мясную, шоколадный торт может быть?

Агния спрятала улыбку за стаканом:

— Обойдемся сейчас без него.

Они добавили еще пару позиций, и отпустили официантку.

— Твое самое нелюбимое блюдо детства?

Марат задумчиво посмотрел, и не сразу ответил:

— Сложно. Мне кажется, я был очень неприхотлив в еде раньше. — Агния поймала себя на мысли, что его довольно сложно представить маленьким мальчиком: хоть сейчас, расслабленно откинувшись на спинку стула, в повседневной одежде и с мягкой улыбкой на лице, он выглядел менее неприступным, но глаза все равно смотрели внимательно. — А сейчас от еды мне нужно много калорий, норма белка и чтобы это было съедобно.

— Получается, это ты любишь скучную еду? — прищурившись произнесла она.

— Или ту, которая дает много энергии, сил. Вопрос оптики.

— Как ты получаешь удовольствие? Или расслабляешься? — это был простой вопрос, но Агния быстро опустила взгляд на кромку стакана, который держала двумя ладонями.

— Мне нравится скорость, порядок. Я бы добавил еще одно клише к образу офисного работника, — она вернула к нему взгляд. — Спорт. Нравится выплескивать накопившуюся энергию на боксерскую грушу. Ну, или на спарринг-партнера, но такое я люблю меньше.

— Что ты имеешь в виду?

Марат подался вперед. Теперь его взгляд был прикован к её пальцам, которые взволнованно перебирали край стакана.

— Если ты спаррингуешься с партнером, живым человеком, тут ты начинаешь тоже думать, просчитывать удары, шаги и реакции. А выплеснуть — просто молотить по мешку с песком, пока у тебя не кончатся силы. — он усмехнулся и добавил, — или тренер не говорит перестать тратить силы и его время.

— Часто тренируешься?

— Если есть время, то иду. Так что бывает два раза в неделю, бывает пять. Никогда не знаешь, когда выпадет свободный вечер с командировками и встречами.

— Довольно интенсивно.

— А ты? Какой спорт любишь?

— Смотреть люблю разные. Когда я была маленькая, часто смотрела с отцом бокс. Чаще всего турниры транслировали рано утром. Мама спит, пробираешься в зал, где папа сидит и нервничает в голубоватом свете от телевизора. Мне нравилось, хоть иногда и бывало кроваво.

Марат слушал, не шевелясь. Лицо нейтральное, но глаза темные, даже жадные. Создавалось впечатление, что он записывает каждую деталь себе под корку, находя ее важной.

Агния смахнула наваждение, и увидев теплый взгляд Марата, она убедилась, что ей это только что показалось.

— Раньше я бегала. — в горле возник ком, но она продолжила. — Много бегала, в любую погоду. Не можешь уснуть — идешь бегать, а не могла я часто. Но последнее времякак-то забросила.

Она резко замолчала, не понимая, звучит ли это сейчас не к месту откровенно или это нормально.

Ты облажалась.

— Что сейчас делаешь, если не можешь уснуть? — спросил он серьезно.

— Катаюсь подолгу на машине. — и сразу добавила. — Знаешь такие моменты, когда тебе нужно монотонное движение. Просто куда-то ехать. Для этого не обязательно направляться в какое-то конкретное место. Даже необязательно слушать что-то.

— Только звуки дождя? — его слова прозвучали так мягко, что напряжение, сковавшее шею Агнии, наконец начало отступать.

Она выдохнула и кивнула.

Официантка вернулась с двумя тарелками дымящейся пиццы. Аромат базилика, томатного соуса и хрустящего теста обволакивал каждый рецептор, заставляя наполнится рот слюной. Агния всегда считала, что пицца сближающее блюдо. Когда ты ешь что-то, что нужно есть руками, это снимает слои формальности один за другим, создавая уют и даже близость.

— Давай я тебе помогу, — Агния уже взяла кусок маргариты, от которой тянулась паутинка сыра к тарелке, а широкие рукава платья норовили поймать ее. Марат склонился ближе к ней, широкие ладони легко закатали сначала один рукав, затем второй. Агния молча смотрела за тем, как методично он перебирал пальцами ткань. Подняв глаза, она увидела, что его взгляд сосредоточен на ней, на ее лице.

— С-спасибо. — он коротко кивнул, принимая её благодарность, и подцепил кусок для себя.

— Ешь скорее, пока она не остыла.

Он выглядел таким расслабленным, будто вся эта ситуация приносит ему удовольствие.

Они переговаривались, спорили о правильности выбора блюда и целесообразности заказа кофе так поздно вечером. Это было так просто. Марат делал это вечер легким.

Агния поднесла к губам ароматный кофе, когда ее телефон завибрировал. На экране высветилось имя, и она нахмурилась.

— Извини, я отойду на минутку.

Выйдя на улицу, Агния перезвонила и услышала знакомый голос:

— Ты не отвечала.

— Привет, Назар. Да, я была занята. И сейчас занята.

— Стой, не бросай трубку, давай поговорим. Ты не отвечаешь на сообщения.

На улице влажный воздух неприятно обволакивал голые ноги. Агния стояла, сгорбившись, пытаясь согреться.

— Ты здесь? — слова звучали немного замедленно, будто парень уже пропустил пару стаканчиков, пытаясь дозвониться.

— Да, я тут. Я не знала, что тебе сказать. И не знаю и сейчас. Давай сделаем вид, что этого просто не было. Все в порядке. — интонация ровная, убедительная даже для нее.

— Я не хотел сделать тебе больно, я вообще не хочу делать кому-либо больно. Понимаешь?

— Понимаю.

— Давай встретимся и поговорим.

— Поговорим.

— Ты просто будешь повторять то, что я тебе говорю?

— Все это кажется лишним сейчас. — она дрожала, то ли от холода, то ли от нервов.

— Окей, прости, Агния. Я скучаю.

Агния зажмурилась, потирая переносицу указательным пальцем.

— Назар, мы встретимся и поговорим. Обязательно. А сейчас мне пора. Береги себя.

И отключилась. Пару секунд она глубоко вдыхала вечерний воздух, успокаивая дрожь внутри. Досчитав до пятнадцати, развернулась и вошла в тепло ресторана, обещая себе подумать об этом позже.

Марат внимательно посмотрел, когда Агния села напротив. Не успев ничего сказать, она услышала:

— Все в порядке?

— Да, все хорошо, — Агния лгала, глядя прямо в его темные, проницательные глаза.

— Я заказал шоколадный торт с собой. Вдруг завтра у тебя будет на него настроение. — И в этом жесте было столько простого, человеческого участия, что она почувствовала, как ком в горле наконец-то начал таять.

***

Милая.

Вдох. Вдох. Вдох.

Агния открыла глаза, резко села и обняла руками колени. Плечи дрожали, влажные волосы противно липли к вискам, а секунды тянулись непозволительно долго.

В голове билось это слово. Снова и снова. Воспоминание было таким ярким, будто она слышала это слово и его голос секунду назад.

Милая.

Агния с усилием начала растирать ладони, затем колени, бедра. Она пыталась осознать свое тело в настоящем. Безопасность — роскошь детства, которой ее лишили на пороге взросления.

Все закончилось так давно. Все хорошо.

Она сидела так, сгорбившись на кровати, пока сероватый утренний свет не стал пробиваться сквозь неплотно закрытые шторы. Агния встала, решив даже не пытаться уснуть снова, и прошла на кухню.

Спустя десять минут, шипение сбежавшего кофе вернуло ее в настоящее, пока она сидела и бездумно листала ленту новостей в телефоне. Агния чертыхнулась и вылила в чашку ароматную жидкость. В комнате витал аромат утреннего кофе: чуть горьковатый из-за лужицы, что попала на плиту, но это не портило, а наоборот возвращало краски в темное утро.

Немного подумав, Агния набрала сообщение Маше:

«Я не знаю, насколько это будет странным для тебя. И я заранее извиняюсь, но вчера вечером я ужинала в компании твоего руководителя.»

И сразу второе:

«Он милый.»

Это слово не было самым точным для описания Марата, но пока она могла сформулировать это только так.

Она смотрела на них, в нетерпении гоняя ползунок сообщений на экране, зная про разницу во времени с подругой.

«Меня не было пару дней, когда ты успела?»

«Мне он вовсе не кажется милым. Ну, на первый взгляд. Черт, у тебя так рано. Чего не спишь?»

«Возвращайся скорее, я все расскажу»

«Нет, нет, нет. Что ты там натворила?»

Агния буквально слышала это шутливое осуждение голосом Маши.

«Не выдумывай лишнего. Жду тебя. Возвращайся скорее.»

Еще пара пустяковых сообщений и снова тишина раннего утра. Новый проект или качественный отпуск? Манией по какому жизненному вопросу стоит вновь обзавестись, чтобы оттянуть очередной кошмар, говорящий хриплым шепотом?