Об искусстве просто. Первая книга об искусстве, которую легко читать

Вступление

Я тот самый человек, который всегда считал, что художники – это настоящие бездельники; люди, которые не хотят ничего делать, постоянно с чем-то борются, всем недовольны и никто их почему-то не понимает.

Все дело в том, что в нашей семье произошло такое разделение: сестра – творческая, а я – сильная.

Будучи еще маленьким ребенком, глядя на то, как родители ругают старшую сестру за оценки, я приняла для себя решение: никогда их не расстраивать и быть всегда хорошей.

«Она ведь такая несобранная. Где-то в облаках летает. Творческая!» Такую характеристику я постоянно слышала от мамы с бабушкой о сестре, поэтому слово «творческая» стало для меня чем-то оскорбительным, обидным. Я отчетливо для себя решила быть какой угодно, но не творческой.

«Творчество – для слабаков», – думала я.

Тем не менее всю свою школьную жизнь, имея успехи в математике и геометрии, я занималась и всем другим: вокалом, рисованием, танцами, спортом, ходила в походы, была капитаном команды КВН, знала, где и что списать и с кем подружиться, чтобы получать оценки легко.

Когда встал вопрос о поступлении в вуз, было два важнейших критерия: престиж и там, где я прохожу по баллам на бюджет. Выбирая между факультетом психологии и маркетингом, я выбрала маркетинг НИУ ВШЭ, чтобы было повеселее. Вуз дал мне многое: говорить и писать, а вот лучше понимать жизнь я училась уже сама.

В то время набирала оборот модная «секта» бизнес-молодость – сообщество молодых людей, которые строят свой бизнес с нуля. Эта идея меня так зажгла, что я окунулась в «построение бизнеса» с головой.

В этой бизнес-тусовке я нашла первых партнеров, с которыми мы начали развивать компанию по строительному консалтингу. Один из партнеров был экспертом в этой сфере, а я взяла на себя обязательства за построение маркетинга и обеспечение этой компании потоком клиентов. Этот опыт стал для меня настоящим плацдармом. После него я уже смело бралась за все начинания. Коих было немало.

После очередного запуска творческого новогоднего проекта ко мне пришла идея заняться чем-то по-настоящему серьезным. И в 23 года я открыла мебельную мастерскую.

До сих пор не могу объяснить: что это было?!

Да простят меня клиенты!

Люди любили мою мастерскую за стиль, который я предлагала. Но мало, чтобы это выглядело красиво, оказалось, это должно быть еще и качественно! (А с этим были настоящие проблемы.)

Где искать мастеров, что от них требовать, квалифицированную ли информацию они мне говорят? Вопросов была куча.

Все заработанные деньги я тратила на вечные переделки и доделки.

Плачевный опыт, который стал для меня драгоценным уроком.

И, читая все это, вы наверняка уже тоже задались вопросом: при чем здесь мебель? И какая вообще связь с искусством?

Наверное, я это рассказываю, чтобы вы понимали: у меня большой опыт работы в разных сферах. За малый промежуток времени я успела позаниматься и чем-то «серьезным»: директор по маркетингу, специалист по подбору одежды, предприниматель, который запускал производство коробок, декора дома, и чем-то модным: развивала свой блог на ютубе и в инстаграм1.

И после всего этого я занялась «творчеством».

Внешне беззаботная обеспеченная девушка с красивым инстаграмом, «серьезным» бизнесом, с каждодневными проблемами, рекламациями, стрессом…

Тогда впервые я осознала свое невероятное чувство несчастья. Как будто все, что я создала в жизни, – это вообще не обо мне, это просто не может быть обо мне.

Ах да, еще я забыла вам рассказать: знаете, все вот эти сейчас новомодные течения «духовности, медитаций и всяких таких штучек», наряду, конечно же, с творчеством я тоже с удовольствием обесценивала.

Докатилась до такого ментального состояния, что не знала, как мне себя из него вытащить. Выход был один: отказаться от той правды, которая привела меня в это состояние, и пробовать что-то новое.

Так отчаянно пыталась найти выход для себя, что меня «унесло» в совершенно другую крайность: стала настоящим «духовным» исследователем, который медитирует, работает с энергией, прощает, отпускает, доверяет.

Я впустила в свою жизнь все, что ранее мне было несвойственно.

В тот момент пошла на первые свои творческие мастер-классы по каким-то хендмейд-изделиям. Они мне нравились, но казались безумно скучными: все нужно было делать по правилам. А у меня внутри было настоящее бунтарство: хотелось малевать, портить, наливать, делать то, что хочется. Но на мастер-классах никто мне это делать не разрешал, там – четкие шаги и правила, как это должно быть.

Но поскольку на тот момент была собственником небольшой мебельной мастерской, я могла позволить себе такую «свободу».

Удовлетворить свой детский интерес и что-нибудь куда-нибудь налить – для меня стало самым большим развлечением и самой большой отдушиной.

И вот, все мои различные «духовные» практики, работа с энергоцелителями привели к тому, что я впервые позволила себе задать вопрос: чем мне нравится заниматься? Что бы я делала, за какой товар готова сама платить?

Ответ был простой: что-то делать с краской, но назвать себя художником просто язык не поворачивался.

«Где я и творчество, искусство?» – думала.

Было очень трудно внутренне разрешить себе назвать себя художником, а свои «намалевки» – картинами. Тем более что я этой темой не интересовалась вовсе: не любила музеи, галереи, для меня это был какой-то далекий, совершенно непонятный и неинтересный мир.

Благодаря своей наработанной базе дизайнеров я довольно быстро начала продавать то, что создавала в своей малярной мастерской. Но каждый раз мне было стыдно, что я не могу поговорить на эту тему, не могу сформулировать свое мнение.

Знаете, что удивительно, меня поразили отзывы людей, что-то вроде: «Ну это же искусство, это должно стоить дорого» или «Ну это же искусство, а ты ничего не понимаешь», – говорила жена своему мужу, оправдывая покупку моих работ.

Почему-то, если я вешала что-то на стену, это вдруг становилось искусством. Для меня такой подход казался абсурдом. Но спорить было себе дороже. Если я соглашалась со своими покупателями, что мои картиночки – это искусство, они их покупали.

И еще хотела описать такой случай. В начале своего пути я иногда проводила индивидуальные мастер-классы по созданию больших абстракций. Однажды ко мне через свою знакомую, которая увидела одну из моих работ, записалась девушка. Она была очень воодушевлена, пришла ко мне с искренним интересом и даже, скорее, с вопросом: «Как ТАКОЕ возможно создать с нуля за 3—4 часа, не имея никакого опыта работы с материалами?»

Когда мы с ней сделали неплохую работу – настолько хорошую, насколько можно было создать за один раз, – она грустно вздохнула: «Прикольно!.. Выглядит, конечно, классно… Но это не искусство».

И в тот момент мне тоже нечего было ответить: я сама понятия не имела, что такое искусство. И здесь срабатывает такой феномен: пока ты не знаешь, как это сделано, – это искусство? Но если ты знаешь, как это сделано, и если это сделать просто, то это уже не искусство?

Вопросов было точно больше, чем ответов.

Мне понадобилось семь лет, чтобы сформулировать свое мнение.

И как вы уже успели догадаться, здесь мы как раз и рассмотрим всю исследованную мной информацию с разных сторон и, конечно же, ответим на важные вопросы.

– Что такое искусство?

– Что такое современное искусство?

– Чем отличается творчество от искусства?

– Почему, если ты что-то делаешь на холсте и вешаешь на стену, – это «искусство»?

– Почему «мусор» в галерее – это искусство?

– В чем ценность «мазни»?

– А если делаешь от души – это искусство?

– Если твой стиль не похож на другие и узнаваем – это искусство?

– Да и вообще, какие критерии у настоящего искусства и можно ли к ним отнести мои работы?

Что я знала об искусстве в начале своего пути?

«Черный квадрат», шарлатан, скандал

Однажды я наткнулась на выступление одного модного художника, который апеллировал к публике громкими словами, призывая всех в срочном порядке ознакомиться с манифестом великого художника. «Вот, вы только посмотрите, почитайте манифест Малевича. Вот это мощь! Вот эта мысль!»

Я, долго не думая, тут же заказала себе книгу.

Но, к сожалению, на тот момент, ознакомившись с трудами этого человека, испытала большое разочарование.

Сам манифест, на мой взгляд, был абсолютно неструктурированным, написан местами нелогично, одна мысль перескакивала на другую.

Только потом я узнала, что на манифест как раз и не стоит опираться в изучении творчества Казимира Малевича. Но это было позже. Пока же я сделала вывод, что он действительно шарлатан.

«Одни сплошные противоречия! Какая-то несвязная речь и никакой конкретики!» – думала я.

Свой отпечаток наложил еще и тот человек, который так призывал всех читать манифест Казимира Севериновича Малевича.

Этот человек – достаточно модный художник – придумал свой стиль, дал этому стилю название и тоже написал манифест.

То есть тогда, глядя на юного художника, который призывал всех изучить манифест К. Малевича, я получила негативное впечатление, будто мне пускают пыль в глаза: ничего не понятно, но ты кричишь громче всех, призывая прочитать еще более запутанный текст, и называешь все это искусством.

Потом был еще случай, когда решила вникнуть в суть одного перформанса. Я так старалась понять, о чём он, в чём его величие и великолепие, но чем больше слушала хвалебные отзывы людей, которые яро им восхищались, тем больше у меня возникало ощущение абсолютной бессмыслицы и пустоты. И я не назову себя самой умной, действительно, могу чего-то не понимать, но все это похоже на ситуацию из детства, в которой, мне кажется, были все хотя бы раз в жизни.

Ты сидишь в классе, перед тобой очень серьезный, авторитетный учитель, который объясняет новую тему. Объясняет он так плохо, что никто ничего не понимает, но ты сидишь и, чтобы лишний раз не показаться глупым, молчишь. Мне кажется, что вот такое описание применимо ко всей сфере искусства.

«Неужели там одни шарлатаны? И как можно поддерживать этот шоу-маскарад столько лет? И вообще, это шоу-маскарад или есть доля здравого смысла?»

Эта книга – мое размышление на тему современного искусства.

Я хочу поделиться с вами своими инсайтами, выводами, вопросами, ви́дением, формулировками, разобраться в терминах и установить новый порядок «оценки искусства».

К слову сказать, о К. Малевиче у меня сейчас полностью противоположное мнение, чем было шесть лет назад. Если честно, вся книга – это объяснение величия этой знаковой фигуры, к которой мы неоднократно будем возвращаться.

Поехали.

Когда только приступала к изучению теории искусства, я наткнулась на книгу В. Кандинского «О духовном в искусстве». Для меня эта книга стала настоящим открытием, потому что в тот момент я задавалась теми же вопросами: как связана душа и искусство? Душа и творчество? Если ты создаешь что-то «от души» – это искусство?

Рис. 3. В. Кандинский

Бывало, включала музыку, закрывалась от всего мира, проявляла на холст все, что хотела. И казалось, я создаю то самое что ни на есть настоящее: оно отражает меня, мои мысли и мое состояние.

Но проходило время, и я смотрела на эти работы и понимала, что это совсем не то, визуально было слабо.

И вот здесь возникает вопрос: сделать что-то от души плюс что-то визуально сильное – это искусство? И тогда что такое «визуально сильное»?

В итоге пришла к такому выводу: если я создавала что-то от души, то получала удовольствие в моменте, но это не означало, что через неделю созданная вещь будет по-прежнему меня наполнять.

Рис. 4. Зарисовка художников начала XX века

Напротив, мои первые работы через какое-то время «раздражали» мои глаза. Да, я трудилась от души, но быстро вырастала из визуала, который могла создать на тот момент.

Тогда как определить хорошую работу от плохой? (Если мы говорим про создание, например, картины или панно). Когда-то я услышала такое мнение.

Хорошая работа со временем не надоедает. То есть ее визуальная составляющая будет актуальна всегда.

Создать что-то от души ≠ создать что-то визуально сильное ≠ искусство.

И это крайне важный момент, который мне хотелось бы подчеркнуть. И здесь мы плавно подходим к теме конкретизации, что же такое искусство.

Если мы возвращаемся к трудам Василия Васильевича Кандинского («О духовном в искусстве»), помимо того, что он изучал вопрос «божественного», той самой искры, он также ввел такое понятие, как «звучание» предметов: линий, форм, цвета.

Это как раз чувствование этих форм, линий и цвета. И когда ты занимаешься созданием какого-либо визуального образа – будь то дизайн интерьера, графический дизайн или написание картины, – если ты как профессионал погружаешься в эту сферу глубоко, то начинаешь тонко чувствовать каждый элемент и его взаимодействие с миром.

В итоге «чувствование» этих всех визуальных элементов приводит нас к прекрасной композиции, которая с годами не надоедает и остается актуальной во все времена. И я считаю, что создание такой композиции – и есть главный критерий создания визуального искусства. И если вы обратите внимание, то я ввожу разделение между созданием визуального искусства и искусства в целом. И здесь же я поднимаю важную проблему, которую хочу осветить в этой книге: существует путаница в терминологии – что мы называем «искусством». Ведь спроси сто человек, что такое искусство, и ты получишь сто разных ответов.

Глава 3. Разделение понятий – что мы имеем в виду,

когда говорим «искусство»

Давайте с вами порассуждаем: когда мы используем в нашей жизни слово «искусство»?

Во-первых, когда хотим похвалить человека: «Ты так хорош в том, что делаешь, это уже искусство…»

То есть искусство как некий пик развития мастерства в каком-либо направлении – это искусство говорить, искусство жить, искусство танцевать.

И есть, во-вторых, «современное искусство» – это то, что создается на холсте или в здании галереи и почему-то сто́ит очень дорого, оно как бы возвышается над любыми другими «искусствами».

То есть мы можем быть в чем-то хороши, но это не современное искусство. А вот современное искусство обладает некой привилегией и возвышается над любым мастерством. Есть такое ощущение?

Как будто есть такое незримое правило: все, что связано со зданием галереи, холстом, скульптурой, то есть с соблюдением определенного формата, – это «искусство над всем искусством».

Извините за тавтологию. Надеюсь, наглядно.

Хотела еще добавить пример, почему у меня лично сложилось такое впечатление и с чем я внутренне очень не согласна. Когда-то, посмотрев один перформанс, решила высказать свое мнение, мол, то, что изображает художник, на мой взгляд, ахинея, и многие блогеры делают что-то более остроумное и интересное, но мы не называем это искусством только потому, что это выполнено не в здании галереи. На это получила такой комментарий от подписчика: «Мария, вы не должны осуждать художника. Ведь он – творец, все, что он делает, – это от Бога».

Признаюсь честно, читать такой комментарий мне было смешно, это какая-то дискриминация по божественному признаку. То есть, если ты назвал себя художником и сделал это в здании галереи – это от Бога, а если ты назвал себя пранкером и делаешь это в какой-нибудь социальной сети – это уже не от Бога. И вот это как раз очень большая проблема всей сферы.

Искусство имеет стойкую ассоциацию божественного проявления. Но критерий — искусство это или нет — определяется всего лишь выдержанным форматом: холст, галерея, назвал себя «художником».

Схематично я нарисовала такую табличку, чтобы привести все к некоторой систематизации. Смотрим.

Рис. 5. Разделяем понятия

Итак, у нас есть «искусство как высшая точка развития мастерства в определенной сфере» – это, например, искусство танцевать, искусство говорить, искусство создавать контент, искусство создавать картину/скульптуру и много-много еще всего другого, что может сделать человек.

Все, что относится к картинам, панно, любой живописи, к работе с цветом, красками, материалами, я выделила в категорию «визуальное искусство».

Рис. 6. Что мы вкладываем в смысл, когда используем слово «искусство»

Рис. 7. Постановка основного вопроса моего рассуждения

И «искусство как некий пик человеческого развития, как нечто выдающееся, что отражает человека на каждом этапе существования».

Вот здесь возникает вопрос: почему на протяжении XX и XXI века этот пик человеческого развития отдан тому, что происходит в стенах галереи?