Не все жили долго и счастливо
- -
- 100%
- +
Андрей дернул за ручку. Но дверь все равно не желала повиноваться. С силой ударив ногой, он осознал, что выбрал неправильный подход.
– Надеюсь, это не очередной прикол. Потому что тогда никакие деньги вам уже не помогут! – предупредил Андрей.
– Если так, первая мстя за мной!.. – с угрозой произнес Виктор, растирая ушибленное плечо.
– Простучите всю стену и саму дверь. Я быстро, – протараторил Андрей и выбежал за инструментами.
– Это не я! – на всякий случай уточнил Павел, первым приступая к выполнению указания.
И действительно, вскоре удалось обнаружить область, за которой кирпичная кладка явно отсутствовала. Вика выбрала из списка контактов Свету и нажала на кнопку вызова. Студенты тут же приникли к стене. Теперь песню слышали все.
– Она там! – закричал Павел, увидев рассерженного Андрея с коробкой в одной руке и с топором в другой.
– Надо удостовериться, – проговорил Андрей и принялся за механизмы, удерживающие дверь.
К всеобщему удивлению, стоило только убрать эту абсолютно ненужную здесь доску с ручкой, перед собравшимися предстала такая же серая часть стены.
– Приехали… Поработаем топориком!.. – Андрей направился к области с «неправильным» стуком.
Всего несколько ударов – и замаскированный когда-то проход вновь приготовился к заманиванию заблудших душ. В том, что дверь перенесли давно, Андрей был полностью уверен. Об этом говорило состояние дерева, кирпича, краски… И даже если представить, что кто-то из студентов решился на столь значительные траты, все равно остался бы след.
«Возможно, они каким-то образом сюда мобильник забросили», – пронеслось в голове Андрея, когда он вдыхал «старинный аромат» помещения.
– Посмотрим. – Андрей включил фонарик и заглянул внутрь прохода. – Здесь лестница. Могла прогнить. Пока не ходите за мной.
– Ууууу… – простонал Олег, когда Андрей спустился во тьму. Но по выражению лиц друзей быстро понял, что момент снова не тот. – Не смотрите так на меня. Просто жутковато как-то…
– Ребята, пожалуйста, хватит, – попросила Таня. – Страшно же…
– Клево же!.. – передразнила Даша и попыталась осветить ступеньки мобильником. – Адреналинчик. Я тоже хочу туда.
– Не рискуй. Судя по паутине, по лестнице уже как минимум лет десять никто не ходил, – произнес Виктор, ногой оценивая состояние первой ступеньки.
– Водила же спустился, – ухмыльнулся Павел, но почему-то повернулся к Даше и жестом пригласил ее пройти первой. – Дамы вперед.
Даша хмыкнула, задумалась, повернулась вокруг своей оси, но так и не решилась последовать за Андреем.
– Лучше не надо. Должен быть другой путь, – посоветовала Катя.
Десять минут спустя тревожное ожидание начало сменяться раздражением. Вслушиваясь в тишину, студенты не могли заметить даже намека на происходящее там внизу.
– Ладно… пойду проверю, – проговорил Виктор и ступил на вторую ступеньку. Однако раздавшийся скрип заставил его остановиться. – Андрей, это ты?
Ответа не последовало. Если, конечно, не считать таковым неопределенные гортанные звуки. И звуки эти усиливались вместе с приближением скрипа.
Виктор отшатнулся. Он никогда не верил в потустороннее, зеленых человечков и даже в зомби, но сейчас внутренний голос заставил его покинуть пределы «тайной комнаты».
Остальные тоже отступили. И хоть разум твердил, что тьма не выплюнет ничего сверхъестественного, инстинкт самосохранения возобладал.
– Спасите, – прошептала Таня и понеслась прочь. Вернее, она думала, что понеслась прочь. Однако ноги не повиновались. Они будто вросли в пол, и теперь все, что ей оставалось – это отчаянно жестикулировать.
– Ааа… ппе… ппиить, – сначала звуки, доносившиеся из тьмы, не казались человеческой речью. Но как только Света достигла конца лестницы, все облегченно выдохнули.
– Света!.. – Виктор бросился на помощь.
Он успел как раз вовремя, ибо отпустившая перила Света не нашла в себе сил устоять на ногах.
– Я ни при чем!.. – ошарашено произнес Олег. – Но если вдруг вспомнишь, что принимала, тут же сообщи. Я должен это попробовать.
– Замолчи… – прошептала Катя, стукая Олега по руке.
– А где Андрей? – поинтересовался Виктор, когда уже нес Свету в гостиную.
– Ппэи… во… д… – молила Света.
– Сейчас все будет. – Бережно положив Свету на диван, Виктор бросился за водой, но Вероника уже протягивала наполненный стакан.
– Он там внизу, – с ужасом произнесла Света, когда вода вернула ей речь. – Я очнулась. Не помню… Не понимаю… Кто-то лежал рядом. Я потянулась за фонариком, но он был слизкий… весь в чем-то…
Света посмотрела на свои руки. Вид засохшей крови заставил ее затрястись.
– О нет! – Виктор понесся обратно к проходу. Но когда он прибежал, Павел и Олег уже выводили Андрея. – Там должен быть кто-то еще. Вы его видели?
– В смысле? – Павел обернулся и заглянул в темноту.
– Кто-то же напал на Свету, а потом на Андрея? – предположил Виктор.
– Меня Света заврела… – держась за голову, вздохнул Андрей. – Врезала мне, то есть.
Парни переглянулись. Никто из них не верил, что Света могла дать отпор просто так.
– Павел, Сергей, помогите Андрею добраться до гостиной, – скомандовал Виктор. – Его рану надо обработать. Мы с Олегом проверим подвал и вернемся.
Павел инстинктивно открыл рот и уже хотел послать одногруппника в какое-нибудь узкое телесное пространство. Однако каким-то чудом он смог сдержаться. А после и вовсе исполнил приказ. Не потому, что признал Виктора главным. Просто вид крови избавил его от желания спускаться в подвал.
Олег тоже предпочел бы остаться в безопасной среде. Но он считал Виктора своим другом и не собирался отпускать того одного.
Это было странное помещение. Время там внизу будто растягивалось. Уж слишком медленными были движения, слишком много мебели осталось после предыдущих хозяев, и слишком часто Олег запинался за очередную ржавую штуковину.
– Смотри под ноги хоть иногда! – не выдержал Виктор.
– А ты освещаешь мои ноги?! – несколько возмутился Олег, но тут же пришел в свое обычное состояние. – Да нет здесь никого. Одна паутина да всякая всячина.
Но Виктор понимал, что происходящее вряд ли получится списать на шалость одного из них.
– Света – девушка с не самым хорошим чувством юмора. И вряд ли бы стала участвовать в подобной шутке. А если это розыгрыш, то ей прямая дорога в актрисы. Я ведь держал ее на руках, видел этот взгляд…
– Считаешь, что кто-то из наших мог?! – удивился Олег.
– Возможно. Хотя… нападавший должен хорошо знать этот дом. Его историю… – Виктор задумался и, будто осознав нечто важное, быстро повернулся к Олегу. – У тебя есть телефон отца Светы? Надо было сразу проверить этого «водителя».
– Ну, нет…
– Нет?! Тогда кто? Павел? Ты с Викой? Искрин же все начал. Он явно что-то знал. Слишком уж хорошо догадывался. Осмотрись! Здесь целый склад забытых, никому не нужных вещей. Зачем было их прятать? Хотя не так. Зачем надо было тщательно замаскировывать дверь, но при этом вешать неподалеку обманку?
– Не смотри на меня, – смутился Олег. – Я до такого даже под воздействием трезвости не додумался бы. Слушай, здесь нечем дышать, других дверей нет. Это подвал. А если виноват действительно Андрей, то нам лучше поспешить в гостиную. Не зря же Света его шибанула.
– Но как она вообще сюда попала? – развел руками Виктор.
– Телепортация.
– Напомни никогда не звать тебя для мозгового штурма.
– Во время мозгового штурма все версии принимаются. – Олег поднял указательный палец и попытался повторить мимику профессора Бурхатова.
Виктор улыбнулся. Пародии на преподавателей у Олега всегда получались неплохо.
– Пожалуйста… давай уже свалим отсюда, – заныл Олег, натыкаясь на очередную табуретку. – Вернемся к остальным, может, Света что-нибудь вспомнила.
– Согласен… Заодно поищем фонари помощнее. – Виктор еще раз осветил каждый угол помещения, но так и не смог обнаружить ничего похожего на запасной выход. – Выходим.
– Урррааа… – прошептал Олег, поднимая обе руки.
– Иди первым. Я освещаю путь. А то отобьешь себе что-нибудь важное, Вика снова будет на меня волком неделю смотреть, – Виктор вспомнил случай трехмесячной давности.
– Тогда была не Вика. Какая-то другая блонди… – Олег почесал затылок.
– По-моему, ее тоже Вика звали.
– Уверен? – Олег хлопнул друга по плечу. – Да кто ж их всех упомнит!
Олег направился к ступенькам. Виктор последовал за ним. Возвращаясь в гостиную, эти двое надеялись узнать разгадку телепортации Светы. Но вместо ожидаемого обсуждения, увидели лишь нескольких обескураженных друзей.
– Есть новости?! – спросил Виктор.
– Никто ничего не знает, – пожала плечами Катя. – Может, милицию вызовем?
– Бля… Ну можно без этого, – расстроился Олег. Он тщетно пытался вспомнить, куда рассовал свои «снадобья». В первую очередь те, за которые могут влепить значительный срок.
– Света, ты точно не видела похитителя? Он должен быть силен и, скорее всего, находится сейчас здесь, – озвучил свои мысли Виктор.
– Не видела. Последнее, что помню – комната, кровать… А потом – это жуткое место, рядом тело, кровь. – Света поежилась и растерянно пожала плечами.
– Андрей?.. – Виктор вопросительно посмотрел на Искрина.
Потянувшись за бутылкой с водой, тот задумался. Последние минуты он тщательно обдумывал каждый кусочек головоломки, но пазл отчаянно не желал собираться. Единственное разумное объяснение – нападение было совершено им самим. И, заглянув в глаза Виктора, он понял, что не один пришел к такому заключению.
– Я просто спустился в подвал, – произнес Андрей, отпив из бутылки. А затем подробно изложил все, что случилось, пока студенты ожидали его возвращения.
Глава 4. Подсматривающий
Мальчик Петя всегда выделялся своим любопытством. Активный, веселый, слишком свободолюбивый, он никогда не мог пройти мимо того, что хоть как-то выделялось на фоне повседневной обыденности.
И это было проблемой. Синдром дефицита внимания, очередной надуманный диагноз современных психологов, легко оказался бы в карточке Пети, если бы не пару «но» – шестидесятые годы двадцатого века и нежелание родителей вести ребенка к врачу.
Ведь если проблема кроется в воспитании, необходимо участие общества. Общества, которое поможет Пете понять свои ошибки и объяснит его родителям, что некоторые дети требуют особого внимания.
Люба, мать мальчика, очень переживала, когда получала очередное «приглашение» в школу. В эти моменты она переставала думать обо всем, кроме поведения сына. И Петя был доволен. Даже несмотря на повышенный тон и угрозы, он радовался, что может быть услышанным.
Если бы не отцовский ремень он, скорее всего, и дальше продолжал бы свои выходки. Однако Игнат Петрович не собирался вновь оказываться в центре внимания коллег.
Это случилось всего однажды. Два года назад после слов о необходимости развода. Но этих двух недель всеобщего порицания явно хватило, чтобы Игнат Петрович передумал уходить из семьи.
Вот только счастливее он не стал. И теперь для того чтобы разозлиться, ему хватало пары неприятных слов.
Всего пара слов. Но они вполне могут отвлечь от мечты о другой жизни. Жизни, в которой не было Пети. Жизни, в которой Игнат Петрович нашел хорошую женщину. И у них были нормальные дети, правильные, усидчивые.
Счастье без притворства казалось навсегда забытым. Конечно, можно было переехать, сменить работу. Но Игнат Петрович не хотел терять то, ради чего всю жизнь «пахал, как проклятый».
Так что Пете приходилось ежедневно терпеть раздражение отца и перемены настроения матери. К счастью, улицы города предлагали множество хоть и однообразных, но все же крайне необходимых мальчику развлечений.
Игры с друзьями порой затягивались до поздней ночи. И в течение какого-то времени Петя даже перестал докучать учителям, что привело к полному отсутствию контроля со стороны родителей.
Пока однажды он не повстречал Бешеного. Именно это имя Петя использовал в своих записях. И хоть история их знакомства была ограничена всего минутой времени, после этой встречи все изменилось.
А ведь они легко могли разминуться. Мальчишка, возвращающийся домой, и двадцатипятилетний парень с очень странной прической. Сверни Петя направо, Бешеный никогда не набросился бы на него. Но Петя не свернул.
– Беги! Не останавливайся! Позови на помощь! – заорал парень с выпученными глазами. Он появился неожиданно, будто выскочил из темноты.
– Дядя, идите домой! За подобное поведение… – от осознания, что он говорит, как занудные взрослые, Петя скривился.
Бешеный оглянулся. На улице больше никого не было. Вдохнув поглубже, он хотел что-то объяснить, но стук каблучков заставил его вновь задрожать от страха.
– Не выходи, пока она не исчезнет из виду, – сказав это, Бешеный поднял Петю и швырнул в кусты.
Падение оказалось не самым мягким. Но к удивлению Пети, даже после того как ветки расцарапали шею, ни один звук не покинул его рта.
Прошло несколько минут, прежде чем он смог снова встать в полный рост. Светловолосая девушка к тому моменту уже поворачивала за угол. Она шла довольно медленно, не торопясь, будто была абсолютно уверена: все чему суждено случиться – обязательно случится.
Петя ухмыльнулся. Еще чего! Он, видите ли, должен испугаться какой-то женщины. Да еще и на каблуках. Если Бешеный позволил своей подруге вырвать у него пару клоков волос, это вовсе не означает, что теперь и остальным надо бояться досрочного облысения.
Отряхнувшись от песка и листьев, Петя обнаружил огромную дыру в своей рубашке.
«Ну вот! Мамка опять ругаться будет. А потом работать всю ночь. Стирать, зашивать… и снова ругаться. Нет, чтобы оставить на потом, когда я в школу уйду. Она станет до утра возиться, не давая спать отцу. Скажет, что яблоко недалеко от яблоньки падает, что я весь в папку пошел. Расплачется». – Петя вытер нос, а затем посмотрел на свой дом. Он был уже совсем близко. Но вместе с тем, очень далеко.
В надежде обнаружить хоть какой-нибудь повод остаться на улице, Петя обернулся. И тогда он понял. Или подумал, что понял. Ведь на самом деле Бешеный мог выскочить откуда угодно. Но это было уже не важно. Петя придумал историю и сразу почувствовал непреодолимое желание.
Вот оно – настоящее приключение. Скрывается за деревьями и ждет, когда кто-нибудь подойдет поближе.
На секунду Петя засомневался. Он еще раз взглянул на свой дом, отвлекся на светлячков, вносящих едва заметный вклад в освещение города, прищурился. Это был последний шанс. И Петя им не воспользовался.
Вполне ожидаемо. С одной стороны – совсем не милый дом, а с другой – особняк-загадка. Именно об этом трехэтажном здании частенько перешептывались его друзья. Рассказывая небылицы, они с каждым разом приукрашивали какие-то моменты. И в итоге, в доме под номером тридцать шесть уже проживали людоеды, питающиеся исключительно детьми. Оставшиеся после пиров кости они использовали для создания мебели, а черепа складывали в подвале, где раз в месяц проводили таинственные ритуалы. Именно благодаря произносимым в это время заклинаниям, домовые, обитающие в стенах особняка, не только не нападали на людоедов, но временами даже помогали заманивать на обед очередную юную жертву.
Петя понимал, что это лишь фантазии, но все равно почувствовал дрожь, быстро распространившуюся по всему телу.
Большинство людей бежит от того, что их пугает. И никакая любознательность не в силах справиться с инстинктом выживания. Петя, однако, к данному большинству относился далеко не всегда, да и в этих случаях – с большой натяжкой. Поэтому, увидев объект интереса, он тут же решил изучить его повнимательнее.
Преодолев страх, Петя подошел к главному входу. И к своему удивлению обнаружил, что дверь не только не заперта, но и приоткрыта, будто кто-то специально дразнил любопытных прохожих. Петя затаил дыхание и осторожно потянул за ручку. Сопровождавший его действия скрип был едва заметен. Однако и его хватило, чтобы спугнуть нечто, тенью пронесшееся вне границ тусклого освещения коридора.
«Должно быть, кошка», – попытался успокоить себя Петя.
Вдохнув поглубже, он вошел внутрь. Но ничего страшного не произошло. Тогда Петя хмыкнул и быстро побежал в гостиную.
Огромный шкаф возле двери оказался как нельзя кстати. Он словно специально расположился так, чтобы любой, кто за ним спрячется, смог осмотреть все помещение и при этом остаться незамеченным.
Петя дышал очень громко. По крайней мере, ему так казалось. Ведь в абсолютной тишине, когда страх завладевает каждой клеточкой, чувства обостряются до предела.
Странные темные очертания. Если смотреть на один предмет очень долго, то покажется, что он шевелится. Но Петя смотрел только пять минут и так и не заметил ничего, выдающего тайны старинного особняка.
Именно тогда впервые возникло это странное чувство – смесь разочарования и успокоения, граничащего с чем-то, подобным счастью.
«Нельзя сдаваться так просто…» – Петя пересилил желание уйти и медленно, порой на ощупь, начал пробираться вглубь дома.
Шаг за шагом, он приближался к широкому коридору. А в гостиной тем временем три ранее неподвижных «предмета» спрыгнули со своих мест и растворились во тьме.
«Кошка! Та же кошка», – снова заставлял себя поверить Петя.
Но скрип и легкое постукивание раздавались уже с разных сторон.
Петя дернулся. Страх, еще недавно капитулировавший перед его упорством, вновь вернул свою власть и незамедлительно направил все силы на возвращение физической оболочки в знакомую среду. Ноги, однако, приказа ослушались и сделали шаг в отрезок коридора, куда не рискнул заглянуть ни один лучик света от единственной включенной сейчас лампы.
– Ааааа! – прокричал Петя, когда его рука оперлась на что-то мягкое и теплое.
И это была явно не кошка. Отпрыгнув в сторону, Петя не заметил, как влетел в открытую дверь. Кубарем скатившись по лестнице, он рухнул наземь и отключился.
Неизвестно сколько точно времени он провел без сознания. Но когда Петя, наконец, очнулся, вокруг было настолько темно, что он всерьез задумался о возможности собственной гибели.
Попытавшись подняться, Петя почувствовал, как окружающий мир вращается одновременно во всех направлениях. Да, последствия падения серьезно отразились на его физическом состоянии. И расшибленная голова не была единственной причиной болезненных ощущений.
Как бы то ни было, уже через мгновение Петя напрочь позабыл о своих телесных страданиях и кинулся в сторону, противоположную раздавшемуся гортанному хрипу.
Думать сейчас не было времени. Последняя надежда на кошатницу-хозяйку улетучилась еще до падения, а выброс адреналина не позволял сосредоточиться на поисках новых ответов.
Горы непознаваемой во тьме утвари притормозили бегство Пети. Однако он смог найти в себе силы и схватить первый попавшийся предмет, чтобы направить его на приближающийся звук. Кто именно спустился со сжимаемого Петей «оружия», навсегда осталось загадкой. Но ощущение множества лапок, быстро пробирающихся по руке, еще долго преследовало его как в кошмарах, так и наяву.
Бросив неопознанный предмет, Петя принялся отчаянно размахивать всеми конечностями. И хотя то, что пару секунд назад быстро подбиралось к его голове, уже успело с визгом впечататься в твердую поверхность, он не собирался останавливаться.
Тем временем мир вокруг продолжал кружиться и плясать под какую-то совсем дикую мелодию. Но выживают лишь те, кто продолжает бороться, несмотря на боль и страх, кто ищет выход даже там, где его не видно.
Когда нечто холодное обвилось вокруг ноги и потянуло к себе, Петя успел ухватиться за ручку шкафа. Дверца со скрипом отворилась, но все же не позволила невидимому врагу одержать молниеносную победу. Вдобавок из шкафа распространился странный запах. Петя скривился. Стараясь дышать как можно реже, он резко дернул ногой. И случилось чудо – зло отступило. Петя понял это не сразу. Поэтому в первые мгновения после того как щупалец отцепился, он принялся громко кричать и бороться с воздухом.
Подсознанию всегда сложно одерживать верх над разумом. А если в дело вступают инстинкты, начинается совсем другая игра. Лишь когда руки коснулись ступенек, Петя вновь почувствовал надежду. На ощупь взбираясь по лестнице, словно по отвесной скале, он продолжал одной ногой отбиваться от всего, что могло вернуть его в свои не слишком гостеприимные владения. И хоть это заметно затрудняло путь, Петя нашел в себе силы, чтобы покорить вершину.
Свет! Пусть и совсем тусклый и такой далекий, но все же сулящий конец мучениям. Продвигаясь на четвереньках, Петя старался не задумываться об окружающей его тьме, наполненной не предвещающего ничего хорошего звуками.
Домовые, людоеды или какая другая живность… Фантазия Пети пугала его больше, чем устрашающе гудящие стены. За ними точно пробиралось нечто. И это нечто было куда опаснее, чем хозяин щупальца.
Петя зажмурился. Разобрать что-либо все равно не представлялось возможным, а глаза после удара головой никак не могли подтвердить реальность замеченных образов.
Осталось совсем немного… Петя с трудом смог встать на ноги и, шатаясь, бросился к выходу. К счастью, помех больше не было. Дверь, которая не так давно казалась пропуском в мир неизведанного, выпустила чужака и с грохотом захлопнулась.
– Прочь… Прочь отсюда, – шептал Петя, пытаясь удержать равновесие. – Я жив. Домой…
Петя не знал, насколько ему повезло. Он даже не догадывался, что столкнулся с куда меньшей опасностью, чем любой другой посетитель злополучного особняка. Приди Петя в любую другую ночь, шансов покинуть это место на своих двоих практически не осталось бы. Однако они разминулись – мальчик и истинная хозяйка дома.
Покинув сегодня свои владения, она, вопреки обыкновению, заигралась с последней жертвой. Чем именно зацепил Меланью Бешеный даже для нее самой осталось загадкой. Но все же это был единственный мужчина за последние лет семьдесят, которому почти посчастливилось пережить остановку в доме под номером тридцать шесть.
* * *Когда Петя, наконец, добрался до своей квартиры, его встретили тишина и темнота. Родители явно не переживали за состояние сына, и Петя, тихо заплакав, прошел к кровати и рухнул без сознания.
Наступило утро. Попытавшись пошевелиться, он ощутил резкую боль, благодаря чему тут же очнулся. Солнце светило в окно так ярко, что Петя на мгновение вновь засомневался в реальности окружающей действительности.
Вдруг он еще спит? И смена декораций происходит лишь в воображении. Но тогда откуда боль? Может, подрался с другими мальчишками.
Петя прикоснулся к голове. Да, гигантская шишка явно свидетельствовала, как минимум, о хорошей драке. Или это все же был не сон?
Отыскав часы, Петя понял, что в школу идти уже нет смысла. Отец должен быть на работе, мама тоже наверняка отсутствует. Так что он быстро умылся, заклеил пластырем, как мог, порезы и царапины, безрезультатно подержал у головы холодную банку с солеными огурцами и, надев чистые брюки с рубашкой, осторожно направился к обители нечистой силы.
При свете дня особняк всячески скрывал свою связь с чем-либо, противоречащим коммунистическому порядку, поэтому Петя всерьез засомневался в собственной памяти. Он даже смог найти силы, чтобы подойти к главному входу дома под номером тридцать шесть. И хоть рука застыла, так и не прикоснувшись к двери, Петя договорился с самим собой – пока нет доказательств, это будет обычный дом с самыми обычными жильцами, а ночной кошмар останется лишь в памяти, где ему самое место.
Так началась новая игра. Игра, в которой Петя представлял себя следователем и день за днем наблюдал за всем, что творится в округе. Он завел тетрадь и посвящал каждую свободную минуту слежке за соседями. А поскольку дом под номером тридцать шесть уж больно хорошо затаился от остального мира, записи Пети все больше отражали жизнь среднестатического жителя Ленинграда.
Два года он изучал перемещения в особняке. Но недостаток информации не позволял ему увидеть всю картину целиком. Почему здесь никто не задерживается? Ведь это не гостиница. А постоянные жильцы если и есть, то только где-то в недрах дома. И встретиться с ними на улице, судя по всему, не представляется возможным.
Все эти вопросы, однако, не остановили Петю, и вскоре уже несколько исписанных неровным почерком тетрадок лежали в стопке, которую он называл «Легенды соседей-людоедов».
Проводя все больше времени дома, Петя смотрел в окно на рощу деревьев и гадал, какие тайны могут скрываться за этой завесой из зелени. А когда тьма спускалась на город, он тихонько выходил из квартиры и, скрываясь в ветвях «самой плакучей» ивы, подглядывал за всеми перемещениями вблизи особняка.
– Мам, а я был у людоедов напротив. Там на меня что-то напало, – решил как-то поделиться своими мыслями Петя.