Цветы сирени и осколки зеркал

Цветы сирени и осколки зеркал

Дук М.А.

Глава 1.

Утренняя заря только занималась, а Айна уже была на ногах, как обычно методично перекрашивая корни волос в черный цвет. Цвет ей не очень нравился, но выбора не было: только угольно-черный цвет мог перебить собственный оттенок. В прошлой жизни ей небезосновательно дали имя Рубелия за насыщенно-вишневый цвет волос. Да, Айна была наполовину демоном. В те годы, когда демоны еще ловили людей и угоняли в рабство, появление Айны в рабской демона Ахроита ничем не отличалось от появления других полукровок. Полукровки рождались, когда демоны-хозяева хотели получить немного экзотической любви, но такие дети тоже оставались на всю жизнь рабами.

Восемьдесят семь лет назад объединенные силы человеческих государств победили демонов, сровняв с землей демонические государства и освободив людей-рабов. Иронично, что полукровок освобождение не коснулось. Для демонов полукровки были людьми, а для людей – демонами. И люди не сильно горели желанием изменить уклад, им достаточно было только стать хозяевами. Айна не знала, как людям удалось победить, вероятно природное высокомерие демонов сыграло свою роль, и демонические государства не воспринимали людей всерьез до самых тех пор, пока не стало слишком поздно.

Впрочем, в отличие от многих других полукровок, Айне повезло: в суматохе войны она смогла притвориться человеком, а потом заполучить в свои руки капитал. Так и появилась первая графиня Рубельская. С тех самых пор Айна строго следовала своему плану и притворялась человеком. Айне было несложно притворяться человеком: из множества демонических качеств она получила только демоническую продолжительность жизни, демоническую регенерацию и подозрительный оттенок волос. Например, полукровкам, которые получили демонические узоры на лице и теле, притворяться людьми было сложнее. Что же касается продолжительности жизни, то эту проблему Айна решала, имитируя смену поколений, так что сейчас она была уже пятой графиней Рубельской.

Предыдущего хозяина Рубелии звали Танзанит, и в демоническом Северном Королевстве он занимал не последнее место, будучи одним из ведущих судей-обвинителей. Соответственно, занимавший не последнее место в государстве демон обладал огромным состоянием и большим количеством рабов. Впрочем, Айна попала в список его рабов практически случайно, по крайней мере, она так думала. Танзанит выкупил ее и некоторых других рабов из арестованного имущества Ахроита. В те годы юная полукровка влюбилась в древнего демона с первого взгляда, а когда он ее выкупил, показалось, что ее новый хозяин спас ее, как рыцарь в сияющих доспехах. Увы, с тех пор реальность не раз показала ей, что она ошибалась. Хотя Айна и выросла в рабской, и много натерпелась в детстве от своего хозяина-отца, но тот обращался с ней скорее не как хозяин с рабыней, а как отец-алкоголик с опостылевшим отпрыском. Он бил ее, он требовал подчинения, особенно сильно ей доставалось, когда хозяин-отец выпивал, но в целом он не растил из нее безмолвного раба, для него она не была безмолвной вещью: она могла высказывать мнение, могла поступать так, как ей казалось правильным, хотя и рисковала получить за это серьезную порку. Попав к новому хозяину, Айна сполна ощутила разницу. Танзанит хорошо обращался со своими рабами, но только если рабы полностью устраивали его. Он спокойно перепродавал надоевших или не справившихся с обязанностями рабов, спокойно отдавал приказы об их умерщвлении, если решал, что раб «сломан» и от него не будет проку… Он никогда не кричал, не срывал злость на рабах, не бил, не наказывал без вины… Но и не видел в рабах разумных существ. Впрочем, тут Айне по какой-то причине везло, и Танзанит относился к ней не так холодно, как к другим, не совсем как к пустому месту, а как… Как, например, относятся к кружке, которая когда-то нравилась, но потом откололась ручка, и использовать не получится, а выкинуть жалко? За двадцать один год службы Танзаниту Айна могла по пальцам пересчитать случаи, когда хозяин оказал ей большее внимание, чем красивой вазе на столе… И все же это не умалило ее любовь, лишь закалив ее горечью одиночества. Ее хозяин… Она и сейчас тосковала по нему изо дня в день.

Когда демоническое королевство было на грани краха, Танзанит приказал казнить всех рабов-людей и большую часть рабов-полукровок, но Айна попала в маленький список тех, кого он пощадил, чтобы те помогли ему перенести и спрятать его богатства. Потом все происходило слишком быстро, Айна спасала собственную жизнь, будучи уверенной, что древний демон, судья-обвинитель, хозяин жизни – уж он-то найдет путь к спасению. Однако демон будто сквозь землю провалился. Прошло несколько лет, демон не объявлялся, и Айна забрала часть укрытых сокровищ, чтобы начать новую человеческую жизнь. Человеческая жизнь складывалась на удивление хорошо, на сокровища хозяина Айна быстро нашла способ купить себе графский титул, земли и рабов. Потом она удачно вложила средства в разработку рудников, и состояние преумножилось. Демон не объявлялся, как и другие полукровки, которых демон в тот раз помиловал, поэтому Айна забрала себе все спрятанные богатства.

Айна не смущалась от того, что покупала и использовала рабов-полукровок, таких же как она. Она быстро осознала одну простую истину: в этом мире или ты кого-то сожрешь, или сожрут тебя. Впрочем, покупать рабов-демонов Айна побаивалась, так же, как и большинство людей. Демоны обладали значительной силой и разными чудесными способностями, жили по сравнению с людьми чуть ли не вечно, не размножались в рабстве… В общем, предлагаемые рынком демоны-рабы были теми самыми побежденными, захваченными, обозленными на людей демонами, которые раньше были хозяевами. Несмотря на то, что демонов и полудемонов можно было контролировать, забрав у них жемчужину их жизненной силы, это не поможет в столкновении с тем, кому нечего терять. Жемчужина не заставляла подчиняться, просто ее разрушение могло в считанные минуты убить демона, но, если перед тобой кто-то, кто хочет умереть, утащив за собой побольше ненавистных человеческих жизней? Полудемоны же жили в рабстве всю жизнь, рожали детей, таких же рабов, и в рабстве же и умирали. Они не знали свободы, и потому ценили свою жизнь, даже будучи рабами.

В зависимости от того, какие способности передались полудемонам от демонов, рабы получались разного качества. Айна, не получившая от своей крови ни нечеловеческой силы, ни великой магии, предпочитала покупать сородичей еще более жалких, чем она сама. Она выбирала полукровок, которым не досталось долгой жизни и силы, зато достались демонические узоры на лице и теле. Такие полукровки ценились меньше всего. Обычно их покупали в лучшем случае как некий одноразовый инструмент на какую-то неприятную работу, после чего избавлялись от лишнего рта, ведь гораздо выгоднее за те же деньги иметь раба сверхсильного, управляющего ветром или огнем, предсказывающего будущее или еще что-то в этом роде… Айна же не была стеснена в средствах, и могла позволить себе содержать рабов, которые были практически людьми. Делала она это не из жалости, конечно, а скорее из страха. Будучи сама полукровкой, Айна боялась, что ее рабы прознают про это, поэтому выбирала тех, кому было бы невыгодно ее предать: в случае, если Айну раскроют и осудят, то имущество конфискуют, но кому будут нужны бракованные рабы? Так что Айна надеялась, что они, даже если раскроют ее секрет, будут защищать его, как свою жизнь.

Впрочем, пару раз она все же отступила от своего принципа, и купила не самых бракованных рабов. Одним из таких рабов был ее бывший коллега, раб Танзанита, бывший врач рабской, Хризолит. Он был одним из тех, кто был помилован и помогал прятать сокровища, к тому времени, как Айна случайно нашла его в продаже, с восстания прошло почти десять лет, Айна уже прочно стояла на ногах, а Хризолит был совершенно истощен и сломлен. Она побаивалась, что бывший коллега выдаст ее из зависти, однако этого не произошло. Хризолит стал скорее другом и советником Айны. Формально он оставался ее рабом, но фактически она обеспечила ему вполне достойное существование. Айна не знала, что тому пришлось пережить за десять лет, но воля к жизни его была значительно подавлена. Он помогал Айне по мере возможностей, был благодарен ей за заботу, но в душе как будто превратился в дряхлого старика, который больше ничего не хотел и ничем не интересовался.

И вот второй раз, когда Айна собиралась нарушить свои принципы покупки рабов, был сегодня. Она пыталась скрыть свое волнение и отвлечься. В конце концов, ее информаторы могли ошибиться. В конце концов, это мог быть и не он. Но если это он? Как бывший хозяин, ставший рабом, сможет принять, что бывшая рабыня станет хозяйкой? Айне сообщили, что в партии рабов одного работорговца появился демон, похожий на Танзанита, и теперь сердце Айны разрывалось от волнения. Маловероятно, что демона кому-то продадут до нее, демонов почти не покупали, а торговцы держали их исключительно для размножения полудемонов. Если полудемоны, рождающиеся в хозяйстве работорговца, слегка поизмельчали, стали слишком человечными, то работорговцы подсаживали к женщинам-рабыням несколько мужчин-демонов в надежде, что те обновят демоническую кровь среди рабов. Демоны не размножались в неволе, потому что не желали дарить людям новых рабов-демонов, но полудемонов они считали ниже себя, а секс все демоны всегда очень любили, поэтому план имел смысл.

Айна выровняла дыхание и попыталась совладать со своими чувствами. Она уже больше не та девочка-рабыня, которая мечтала о том, что хозяин использует ее, как постельную служанку. Ведь нет же? Она теперь изменилась, она… Нет! Если это действительно Танзанит, то она дико завидовала тем рабыням. Она пыталась отогнать от себя эту мысль, но понимала: она до сих пор готова была променять всю свою богатую сытую жизнь на один взгляд древнего демона… К сожалению, в прошлом он ни разу не одарил ее честью прислуживать ему в постели. В конце концов, если информация верна, и это он, то он жив, он здесь, она может его купить и… Айна прогнала от себя эти мысли и пригласила своих горничных и телохранителя войти.

Ее телохранитель… Вот уж кто мог помочь ей отвлечься от тревожных мыслей. Айна слегка улыбнулась, встретившись взглядом с Кошачьим Глазом, из-за чего парень мгновенно залился краской и опустил голову в вежливом поклоне. Этот телохранитель был с ней уже почти три года, и его влюбленность не была для Айны секретом. Она выкупила парнишку с разорившейся гладиаторской арены. Для гладиаторской арены рабов выращивали обычно двух типов: либо с сильной демонической кровью, чтобы эффектно дрались, либо со слабой демонической кровью, но красивых, чтобы эффектно умирали. И парнишка был из второй группы. Однако, неожиданно для хозяев арены, тот, кто был выращен, чтобы погибнуть, внезапно победил. Один, другой раз… Хозяева арены думали было сделать из этого факта отдельное шоу, но не успели: арена разорилась, а парнишка по всем характеристикам шел на списание. А вот Айне он приглянулся с первого взгляда. Парня звали Кошачий Глаз не просто так. Из демонических признаков он взял только демонические глаза. Крупные, больше человеческих, с чуть поднятыми уголками, полностью желтые глаза с вертикальными зрачками… Но во всем остальном Кошачий Глаз был обычным человеком. Обычным человеком, способным победить в рукопашной схватке почти что демонов. Кроме глаз из демонических признаков у него была разве что чешуя с внешней стороны бедер и плеч. После осмотра нового раба, Хризолит дал неутешительное заключение: парнишке жизни было отпущено всего-ничего, не больше сорока лет, даже меньше, чем у людей. Его родители обладали кровью несовместимых видов: демон-кот и демон-рыба. Было удивительно, что парень вообще появился на свет. Но этот парнишка, похоже, не уставал бросать вызов судьбе.

Не было ничего удивительного в том, что парень воспылал чувством к хозяйке. Айна вместе с демонической кровью получила долгую жизнь и вечную юность. Юная, ухоженная и внимательная хозяйка, спасшая его от неминуемой гибели, к тому же, имел ли он возможность встретиться хоть с какой-нибудь девушкой, когда жил при арене? Именно такой телохранитель и нужен был Айне: готовый разбиться в лепешку за одну ее улыбку. Второй личный телохранитель служил Айне много лет, хотя сам он был уверен в том, что первые десять лет служил ее матери. Тогда Айна приблизила раба к себе тоже из тех же соображений: раб был силен и глубоко влюблен. Теперь же, спустя годы, когда его любовь «умерла», а он перешел в услужение ее «дочери», тот значительно охладел, хотя и продолжал быть верным и надежным, лишь временами задерживая на Айне взгляд, полный ностальгии.

Когда горничные взялись за ее прическу, Айна остановила их и подозвала Кошачьего Глаза.

-Я видела, как девушки обучали тебя делать прически. Покажешь? – Обольстительно улыбнулась она.

От взгляда Айны не укрылось промелькнувшее презрительное выражение на лице одной из горничных. Телохранители жили в смежной с Айной комнате, и из всех рабов именно горничные чаще всего виделись с ними. Симпатичный телохранитель запал в душу одной из них, и она всеми правдами и неправдами пыталась провести с ним больше времени. Айна не имела ничего против отношений между рабами, но хотела бы, чтобы их долг перед ней все равно был бы на первом месте. Как долго может длиться верность, основанная на благодарности? Кто знает. Но вот когда к этому чувству примешивается соперничество за любовь… Возможно, девушка считала, что она заслуживает этого парня больше, потому что она-то любит по-настоящему, а хозяйка только играет с ним, но откуда такие правила? Может, спросим его самого? Айна усмехнулась про себя, почувствовав на своих волосах чуть дрожащие пальцы и прикрыла глаза. А с девушкой нужно будет что-то решить позже, нельзя держать при себе потенциального предателя.

-Я не очень-то многому научился… - Сконфуженно пробормотал Кошачий Глаз, но при этом продолжил перебирать руками волосы Айны.

-Не страшно. Как сделаешь, так я сегодня и пойду. – Отмахнулась хозяйка.

Перед мысленным взором Айны стояла похожая сцена много лет назад…

Танзанит только выкупил Рубеллию, и уже на следующее же утро приказал привести ее в его комнату. У Рубеллии была демоническая регенерация, так что все синяки, порезы и переломы, подаренные ей отцом, не задерживались на ее теле, но это не касалось демонического огня, которым Ахроит тоже частенько баловался. Вся в следах от ожогов, нескладная и истощенная…. На фоне других горничных она выглядела особенно жалко. Образ дополняло то, что рабыни, чтобы поиздеваться над новенькой, выдали ей платье на три размера больше и туфли на два размера меньше, а волосы Рубеллии были испорчены ее отцом еще раньше. Криво обрезанные, с одной стороны отдельные локоны достигали плеча, тогда как с другой стороны были обрезаны коротко, а на макушке были выстрижены почти под корень, напоминая лысину. Конечно, представая перед своим кумиром в таком виде она сгорала со стыда. Но Танзанит даже не задержал на ней взгляд, и, как только она появилась, приказал ей сделать ему прическу.

У Айны волосы имели только демонический цвет, но на ощупь были мягкими, шелковистыми, легкими и очень человеческими. Сейчас Айна сидела с полуприкрытыми глазами и, даже не оглядываясь, чувствовала через прикосновения, какое удовольствие получает влюбленный парнишка, расчесывая хозяйку. Совсем не так дела обстояли с чистокровными демонами. Волосы демонов были красивыми и блестящими, но неимоверно тяжелыми. Именно поэтому большинство демонов коротко стриглись, чтобы не нагружать шею лишним весом. Будто в насмешку им судья-обвинитель Танзанит носил волосы, в распущенном виде достигающие колен, при этом всегда держа голову прямо и гордо, высоко подняв подбородок, и демонстрируя всем длинную жилистую шею с резко выделяющимся кадыком. В повседневной жизни Танзанит собирал волосы в простой высокий хвост, но для официальных мероприятий делал сложные прически.

В тот день он даже бровью не повел, потребовав у новенькой сделать ему прическу. Рубеллия, сходя с ума от страха, неловкости и восторга перед демоном, с энтузиазмом взялась за его волосы, не замечая едких смешков крепких служанок рядом, и… Не смогла их поднять. Недокормленная, изожженная демоническим огнем… Откуда ей было взять такие силы? И все же она, превозмогая боль и стиснув зубы, продолжила неловко пытаться собрать волосы в хвост. Темно-синие, переливающиеся на свету, так же, как и демонические узоры на всем теле Танзанита, эти волосы были будто сделаны из драгоценных камней во всех смыслах, в том числе и в смысле веса.

-Ай, брось! – Недовольно отогнал от себя Танзанит Рубелию. – Ты что, никогда в жизни расческой не пользовалась? Хотя… Возможно это и так. – Добил он девушку, бросив презрительный взгляд на ее волосы и выстриженную лысину.

Рубеллия привычно шлепнулась на колени, прося прощения. То был единственный раз, когда она касалась волос возлюбленного… Гораздо чаще ей приходилось видеть его сапоги, максимум колени, когда она снова и снова просила смилостивиться и не продавать ее другому хозяину. Над ее головой послышались сдавленные смешки привычных служанок, когда хозяин отдал приказ:

-Обрейте ее налысо, а потом пусть отрастит новые волосы и научится, наконец, правильно расчесывать их.

Рубеллия стиснула зубы от жестоких слов возлюбленного. Нет, она и не надеялась понравиться ему, но хотя бы быть незаметным середнячком рядом с ним, разве многого она хотела?

-А ты что смеешься? – Вдруг подозрительно бросил старшей горничной Танзанит. – Ты считаешь, что это очень остроумно? Когда я сказал привести ее служить мне, почему я получаю служанку в таком виде? Неужели в доме судьи-обвинителя не смогли найти одежду и обувь по размеру, или хотя бы платок повязать на это убожество на ее голове? Приведя ее в таком виде, ты оскорбила не ее, а мою резиденцию. С этого дня главной горничной становится твоя заместительница, а тебя я разжалую до прачки, там и посмеешься. Увести обеих! – Бросил Танзанит своей охране, и приказал другой горничной сделать ему прическу.

Нет ничего хуже для раба, чем когда хозяин случайно мимоходом выделил его среди других рабов или спас от их издевательств. Не успела Рубеллия обжиться в рабской, как стала предметом презрения и издевательств других девушек. Если б хозяин по-настоящему выделял бы ее, то ей бы тихо завидовали, не трогая, но такая жалкая оборванка, из-за которой хозяин понизил влиятельную главную горничную, стала удобной мишенью. Рубеллия осталась грушей для битья, просто из отцовской груши для битья она превратилась в грушу для битья своих коллег. И все же она до сих пор помнила эти волосы, будто сделанные из блестящих драгоценных камней. Как бы она хотела еще хоть раз их расчесать…

Пальцы Кошачьего Глаза нежно заплетали косы в длинных темных волосах Айны. Мальчишка определенно тянул время, пытаясь подольше задержать момент, и Айна прекрасно его понимала. Его пальцы, к тому же, были ласковыми и очень успокаивали ее тревогу.

-Ммм… Похоже, ты умеешь быть нежным с девушками! – Томно промурлыкала Айна, поймав руку телохранителя.

Парень замер как истукан, будто забыл, как дышать, тогда как горничная рядом с ним фыркнула и отвернулась. Айна посмотрела назад и встретилась с широкими, как плошки, зрачками кошачьих глаз. Айна любила его так дразнить. Конечно, она не была влюблена в него, как была влюблена в Танзанита, но парень ей нравился. Хорошенький, ласковый, верный, такой искренний и наивный! И она знала, что ему нравится, когда она его дразнит. То, что она позвала его заплетать ей волосы, то, что она схватила его за руку… Все это было для него наградой, а она готова была одаривать его своим вниманием, пока он так реагировал на все, связанное с ней.

Чего действительно не знала про своего телохранителя Айна, так это того, что он на самом деле получил некоторые демонические силы кроме кошачьих глаз и рыбьей чешуи на конечностях. Эти силы он скрывал от прежних хозяев, потому что именно они помогли ему выжить, а новая хозяйка никогда не интересовалась… Кошачий Глаз обладал звериным нюхом, и нечеловеческой интуицией. Вот и сейчас, едва коснувшись волос, он почувствовал запах краски. Он с самого первого дня знал, что Айна красит волосы, хотя ни один человек не смог бы догадаться. Она тщательно это скрывала, так зачем ему лезть в ее секреты? Единственное что, ему всегда хотелось узнать, какого цвета ее волосы на самом деле. Но сколько б он их не перебирал сегодня в руках, он не нашел ни единой зацепки для ответа на этот вопрос. А еще он чуял, что Айна сильно взволнована, хотя и умело скрывает это. Что случилось? Что ее беспокоит? Он не мог спросить напрямую, но был готов перегрызть глотку любому, кто посмел нарушить ее покой.

Сложную прическу парень действительно сделать не смог, но Айне и не требовалась слишком сложная прическа. После того, как горничные нанесли ей макияж, Айна отослала их прочь, оставив в комнате только Кошачьего Глаза.

-Что думаешь про Феанию? – Прямо спросила она.

-Феания… Она учит меня делать женские прически в свободное время. – Смутился парень.

-Мне не прогонять ее? – Спросила Айна, остановив взгляд на потупившемся Кошачьем Глазе.

-Как будет угодно хозяйке. – Ответил он.

Кошачий Глаз даже не попытался поинтересоваться, за что хозяйка хочет выгнать Феанию, хотя в отличие от многих других домов, в доме Айны рабы могли высказать мнение или задать вопрос, но он не попытался защитить подругу перед хозяйкой, ничего не отражалось на его лице, и это вызывало некоторое недоумение у Айны. На самом деле же, конечно, Кошачий Глаз прекрасно понимал, за что Феанию стоило бы выгнать: запах ее недовольства хозяйкой и ревности щекотал его нос, однако он не мог сказать, как будет лучше. Если перевести Феанию на должность подальше от хозяйки, не затаит ли та еще большую обиду? Не попытается ли навредить?

-Хм… Ну, раз она тебя учит, то я ее пока оставлю здесь, но, если мне навредят, я буду знать, кого иметь в виду.

-Я не допущу, чтобы хозяйке навредили. – Склонил голову Кошачий Глаз.

Телохранитель чуял запах беспокойства, витавший в воздухе: хозяйка явно чувствовала себя не в своей тарелке. Но не из-за какой-то же горничной она так распереживалась, правда?

-Ты ведь меня не предашь?.. – С грустной задумчивостью спросила Айна, взяв телохранителя за руку.

-Ни за что! – С жаром сказал Кошачий Глаз, снова покраснев.

-Будешь ли ты настолько же уверен в своих словах, если я заведу любовника? – Коротко усмехнулась Айна, и отпустила его руку. – Ну ладно, время не ждет, сегодня мы идем на ферму к виконту Квильскому, нужно выкупить одного очень интересного раба.

Глава 2.

Кошачий Глаз никак не показал своего смятения, вызванного словами Айны. Он вышел из комнаты и поскорее раздал всевозможные поручения, связанные с поездкой. За три года рядом с хозяйкой он приноровился быть не только ее телохранителем, но и правой рукой. Раньше большей частью этих дел занимался второй личный телохранитель, Совиное Перо, но, видя рвение нового паренька, с легким сердцем передавал ему все больше и больше обязанностей.

Айна действительно оставила ту прическу, которую сделал ей Кошачий Глаз, и с задумчивым видом села в карету. Кошачий Глаз организовал свиту и охрану вокруг нее, хотя, по-хорошему говоря, ехать на рабовладельческую ферму было совсем недалеко, но Кошачий Глаз никогда не пренебрегал помпезностью шествия из-за малого расстояния, поэтому выезд графини Рубельской всегда проходил громко и заметно. Айна выглянула в окно кареты, с легкой усмешкой глядя на свою процессию, которой разве что фанфар не хватало. Кошачий Глаз ехал на коне рядом, и Айна засмотрелась на статную фигуру своего любимого раба. Крепкий и сильный, каждое движение его было мягким и упругим, как у рыси, всем недругам он внушал опасность одним своим взглядом, но рядом с ней превращался в настоящего недотепу.

-Кошик, залезай ко мне в карету. – Крикнула она ему.

-Да, хозяйка. – Парень подчинился, но определенно сильно смутился от такого обращения, что немало повеселило Айну.

-Что будет угодно хозяйке? – Нервно спросил он, садясь напротив Айны.

-Мне неспокойно. Сядь пожалуйста рядом.

Кошачий Глаз сел рядом с Айной, и замер, когда она облокотилась на него, положив ему голову на плечо. Сердце его стучало где-то в горле, когда он осторожно прижался щекой к макушке Айны. Девушка не возражала против его вольности, и даже наоборот, обняла двумя руками его руку и плотнее прижалась грудью к его плечу. Кошачий Глаз прикусил губу, пытаясь скрыть резко сбившееся дыхание. Айна ему нравилась настолько, что он просто не мог думать ни о чем другом. Каждое прикосновение сводило с ума, а после такой близости бессонная ночь ему была гарантирована. Запах девушки кружил голову, ему не нужно было дополнительных подтверждений, он и так мог с уверенностью сказать, что хозяйке приятна его близость. Даже если она не пахла любовью, ему хватало того, что она видела в нем мужчину. Но все же сейчас удовольствие, которое он вызывал в ней, явно перекрывало тревожное волнение. В душе Кошачьего Глаза боролись два желания: он не хотел портить момент, но и не мог не беспокоиться из-за ее все нарастающего волнения.