Три грации в академии магии. Первый курс
- -
- 100%
- +
– Может, мы вам поможем? – предложил Сердженал, сверла взглядом Катрину.
– Без вас справимся, – задрав к верху нос, сказала Викуся, а потом добавила, посмотрев на Ивания, – идите лучше Носатой помогите, а то она вон как соскучилась.
– Я обещаю, что переговорю с ней на счет этого поступка. Извини, что тебе пришлось это увидеть, – Бодрый подошёл к моей строптивой подруге и проговорил ей это всё, глядя прямо в её голубые глаза.
– Знаешь что, иди и говори с кем хочешь и сколько захочешь, а я тебя больше видеть не хочу. И тебя, бледнолицый, это тоже касается. Уходите и оставьте уже нас в покое, – зная свою подругу, я бы сказала, что она сейчас в бешенстве.
– Так, пошли поговорим наедине – схватив Викторию за руку и увлекая за дверь, сказал Бодрый.
ВИКТОРИЯ.
Оказавшись в коридоре меня поволокли в его конец и открыв какую-то дверь белого цвета, протолкнули внутрь, где сразу же зажёгся свет. Потом над дверью произвели какие-то манипуляции и всю стену вместе с выходом заволокла жёлтая, прозрачная плёнка. Меня снова схватили и усадив на подоконник единственного окна, говорят:
– Можешь прямо сейчас сжечь меня, но я сделаю это, – предупредил Бодрый, и его губы стали надвигаться на мои.
Вот как-то не настроена я сейчас на поцелуи и оттолкнув Ивания убегаю в одну из кабинок и закрываюсь там на шпингалет.
– Не по-пацански вы сейчас поступаете, магистр. Зажимаете девушку в душе и пытаетесь поцеловать её, – прокомментировала действия Бодрого я.
– Р-Р-Р-Р-Р, открой, я хочу просто узнать моя ли ты тамарис –зарычал дракон и стукнул по двери кулаком.
– Иди и целуйся с Носатой, она уж точно знает, что ты её руал, – схватив лейку, как средство защиты от разозлившегося дракона, сказала я и хотела включить воду, чтобы охладить пыл мужчины, но не нашла кранов. Интересно, как работает этот душ?
– Я сказал, открой, – вот же ж истеричный мужик. И в народе не зря придумали присказку, сила есть ума не надо. И относится она к Бодрому, который вырвал дверь вместе с петлями, и, отбросив её в сторону, зашёл ко мне и прижал к стене. Я оказалась в ловушке, меня вжали в стену кабинки, между мной и магистром была только лейка, включить которую я не знала как.
Меня прижали плотно к груди и пронзили зеленью глаз, у меня аж перехватило дыхание. И в недостатке воздуха был виноват не только взгляд мужчины, но и лейка, которая была зажата между нашими телами.
– Руки, – выдохнула я в губы Иванию, который уже почти касался моих губ.
– Чего? – не понял Бодрый, но губы свои не убрал.
– Горят, – пояснила я, чувствуя жар и запах разгорающейся ткани.
Тут же мужчина отскочил от меня, а лейка в моих руках заработала, и я потушила магистру его воспламенившуюся рубашку. Говоря короче, я облила его с головы до ног. У меня забрали лейку, и в ответ потушили мои руки, а потом ушли, оставив меня стоять с лейкой, которую я не знала, как выключить. Так что пока я мучилась с этой магической штукой и наконец разобралась, как её выключить то вся вымокла до нитки.
Из душа я выскочила мокрая и злая, как фурия, и была готова прибить любого, кто попадётся мне на пути. Явившись в комнату, напугала девчонок своим внешним видом и озлобленным выражением на лице.
– Лучше ничего не спрашивайте, – сказала я и, пройдя к вещам, которые лежали возле одного из шкафов, нашла в них халат и переоделась. Только тогда я успокоилась и почувствовала облегчение во всём теле.
Ну, магистр, попадитесь мне, и я обрушу на вас, весь гнев возмездия.
КАТРИНА.
Отчего-то за судьбу подруги мы не переживали, ну не съест же Иваний её, в конце концов. Сейчас в комнате находились только я, Марианна и Сердженал.
– Катрина, можно с тобой переговорить наедине, – попросил меня вампир и вышел на балкон.
Я уже не боялась графа и поэтому без задней мысли последовала за ним.
А нам достался довольно просторный балкон, и на нём даже скамейка имелась. Именно на неё сел Сердженал. Я села с ним рядом и приготовилась слушать, что мне скажет вампир.
– Скажи мне, Катрин, ты боишься меня? – спросил мужчина и взял мою руку.
И что же его так привлекают мои руки? Ведь он снова начал перебирать мои пальцы, нежно поглаживая кожу своими мягкими и холодными, как шёлк, руками. Мне так была приятна эта его нежность, что я ляпнула, не подумав:
– Дааа … ой, то есть нет.
У Обаятельного брови тут же взлетели вверх, и он отпустил мою руку.
– Понятно, – встав со скамейки и вернувшись в комнату, сказал Сердженал.
Когда я спустя пять минут вернулась в комнату, мужчины уже не было. Моя пухлая подружка разбирала вещи, складывая их в шкаф. Тут дверь распахнулась и вошёл Саптурн, хвост которого был щедро перебинтован повязкой.
– Если вдруг ты, моя тамарис обо мне волновалась, то я в порядке, ты не нанесла моему хвосту большого вреда. Я зашёл попрощаться и пожелать тебе спокойной ночи, – подходя к Марианне, которая застыла с какой-то вещью в руках, проговорил демон.
А потом хвостатый притянул мою подругу, прижав к своей мощному торсу, супротив которого Маруся казалась дюймовочкой.
– Можно ли мне поцеловать свою тамарис перед сном? – попросил рогатый, приблизив своё лицо к лицу Машки.
– Если я выполню твою просьбу, ты уйдёшь? – в ответ поинтересовалась у мужчины подруга.
– Ну, я могу не уходить и спать на балконе, – обвивая хвостом ногу Марианны, томно проговорил мужчина, и мы с Марусей одновременно вздрогнули, представив этого двухметрового демона спящим на нашем балконе, с торчащими через решётки перил руками, ногами и хвостом.
– Саптурн, не выводи меня лучше, а то я всё-таки отгрызу тебе хвост. Иди к себе, завтра встретимся на твоей лекции, которая стоит у нас первой парой, – оттолкнув от себя своего руала, сказала подруга.
– Ну, хорошо, уговорила. Спокойной ночи, – с сияющей улыбкой на лице, проговорил демон и вышел из нашей комнаты.
После ухода Саптурна явилась Виктория. С неё капала вода и шёл пар, а также она бала злющая, так что мы с Премудрой не стали её не о чём спрашивать и дождались, когда она успокоится, переоденется и сама всё расскажет.
– Девочки, эти мужики совсем обнаглели, надо с ними что-то делать, – начав разбирать вещи из пакетов, сказала Викуся.
– Пока нам надо решить что-то с нашей учебой и с магией, которая, по любому, есть у каждой из нас. Пока ясно, что у Виктории огненная магия, но с завтрашнего дня, может, мы поймём, какой силой обладаем я и Катерина, – проговорила я, как большой специалист по фэнтази, ведь в нашем мире я любила зачитываться разными романами в этом жанре.
– Так и сделаем, но я вас прошу, девчонки, надо немного продержаться и не подпускать к себе этих руалов, а как закончим академию, устроимся как-нибудь, а может найдём способ, как вернуться домой, в наш мир, – проговорила Огненная, но от чего-то мне казалось, что мы не сможем продержаться без наших мужчин, которые называются нашими руалами.
Вдруг раздался стук в дверь, и я открыла. На пороге стояла синеволосая и голубоглазая девушка, которая улыбалась нам во все 32 зуба. Я отошла в сторону, и она вошла.
– Меня прислали, чтобы пригласить вас спуститься в холл, нам хочется познакомиться с нашими новенькими ведьмачками. Меня к примеру, зовут Илона Бодрая, – при упоминании знакомой фамилии Виктория вздрогнула и отвлеклась от своего занятия.
– А Иваний Бодрый тебе кто? – тут же поинтересовалась моя рыжая подруга.
– Он мой самый любимый брат, – пояснила девушка, теребя свою синюю прядь.
– А скажи, что у него с Носатой, которая его сегодня пылесосила у всех на глазах? – похоже Виктория, которая упорно твердит нам, чтобы мы избегали наших руалов, ревнует Ивания. Это у меня сложилось такое впечатление оттого, как она сейчас допрашивала сестру Бодрого.
– Она его тамарис – ответила Илона, а у нашей подруги задымились и покраснели руки.
– Спасибо за приглашение, мы сейчас спустимся – сказала я и вытолкала сестру Ивания из нашей комнаты.
Вика тем временем уже тушила свои руки под волшебным краном, который был у нас в уборной. принцип действия этого артефакта прост: нужно просто подумать о воде и из прибора потечёт желаемая жидкость, так же потом подумать, что вода не нужна, и всё прекратится. Когда я с Машкой заглянули к нашей нервной подруге, нас окутал пар от испарявшейся воды при тушении рук Вики.
– Что с тобой? – поинтересовалась я у Огненной.
– Да нормально всё. Идёмте лучше знакомиться с нашими одногруппницами, – стараясь улыбаться нам, проговорила Виктория.
В холле нас поприветствовали аплодисментами, мы поразились, как много в нашей группе разных рас. Все девушки были одеты, как на пижамную вечеринку, кто в халат, кто в пижаму, а кто-то был в ночных сорочках в пол. И нам хорошо были видны расовые различия, которые были и у меня с подругами. Уши, торчащие из-под волос, которые забавно шевелился, чешуя рептилии на предплечьях, клыки у вампирш, когда они улыбались, а также бледная кожа, и у всех русалок были блондинистые локоны, это их расовая особенность, тёмных волос у этого водного народа нет.
– Приветствуем вас, наши новенькие ведьмочки, – выйдя из толпы разношёрстных девиц, проговорила Носатая.
При виде драконицы у Вики сжались кулаки, я это заметила боковым зрением. Но кроме меня этого больше никто не видел, так что я положила своей рыжей подруге на плечо руку, та расслабилась и посмотрела на меня с благодарностью.
– А теперь обещанный ужин, – провозгласила Сильвия и, когда все расступились, мы увидели накрытый различными яствами стол, за который нас усадили.
Но поесть толком не дали, ведь всем было интересно узнать про наш мир, откуда мы явились. Оказывается, все в этой академии уже в курсе, что среди них теперь будут учиться иномирянки в количестве трёх штук. Ну, мы конечно же, любезно рассказали всё про наш мир, а также поели и попили. Лично мне наша группа пока нравилась, а дальше посмотрим, как сложатся наши отношения с местным населением.
Глава 13
САПТУРН.
Как заточил собственноручно тамарис за высокий забор в неприступную крепость, под опеку драконицы Носатой, сражу же решил навестить брата.
Напугал меня сегодня Реджинальд, когда разрывал ногтями себе горло, и чтобы избежать повтора, решил проведать брата снова. Брат сидел и смотрел в окно, но услышав, что пришёл я, он встрепенулся и обратил на меня внимание.
– Отец, прошу сними маску, я умоляю тебя, – он резко сорвался с места и упав перед мной на колени, обнял мои ноги. Моё сердце ёкнуло в груди, и я готов был разрыдаться вместе с Реджи, но мне нельзя позволить себе этого, ведь брату и так плохо, а тут ещё я буду лить слёзы.
– Брат, ты что не узнал меня, это же я, Саптурн, – подняв Реджи с колен, сказал я и усадил его обратно на место возле окна.
– Пап, я обещаю тебе, что склею этот кувшин, только сними маску, – взмолился брат, который похоже вообще не слышал меня.
Снова он про кувшин, интересно с чем Реджи ассоциирует его?
– Я постараюсь, Реджинальд, – сказал я и принялся колдовать заклятие открытия всех замков.
Снова маска вытянула почти все мои силы, а результата никакого, и эта железяка по-прежнему на голове у брата. Я устало опустился на край кровати и вытер пот со лба. Да, я был выжат как лимон, надо будет выпить укрепляющее силы зелье, как только приду к себе в комнату. Ну, а сейчас я снова составил Реджи компанию и поужинал с ним. Уложив брата в постель, я дождался, когда он уснёт и ушёл. Но до своей комнаты я так и не дошёл, меня в коридоре выловили друзья и утащили к Сердженалу в кабинет.
- Итак, что мы имеем? – поинтересовался я, точно зная, что мы с друзьями в полной ж…е в отношениях с нашими тамарис.
– Мы имеем три строптивых девицы, к которым мы не можем найти подход, – печально ответил Бодрый.
– В самую точку друг, а также я скоро умру и мне надо срочно решить, кому из вас я могу передать амулет для контроля духа вселенной. Он последнее время слишком непослушен и стал показывать свой характер, и я боюсь, если вдруг силы начнут меня покидать, я не смогу его удержать и произойдёт страшное, – гипнотизируя амулет, проговорил вампир.
– Ты должен рассказать Катрин всё, и уверен, она поймёт тебя и даст тебе крови, добровольно. Только надо поговорить с ней без Виктории и Марианны, – сказал я, рассматривая покусанный моей тамарис хвост.
– Мне так стыдно её о чём-либо просить, она такая хрупкая и нежная и мне кажется я никогда не решусь сказать ей об этом, – поведал Сердженал и встав, стал ходить по кабинету.
– А тебе, Иваний, надо поговорить с Сильвией и объяснить, что она не твоя тамарис, ведь ты же сам сегодня видел, что Викторию задела выходка Носатой, – сделал я замечание дракону.
– Да, завтра я займусь этим, как только у меня закончатся лекции, – кивнув согласился со мной Бодрый.
– Я думаю, нам надо выпить: во-первых, отметить встречу со своими тамарис, а во-вторых, расслабиться, слишком напряжённый был день, – предложил вдруг Иваний и посмотрел на ректора, который остановился и ухмыльнулся.
– Но у некоторых завтра с утра первой парой лекция, – и взгляд в мою сторону.
– Ну мы же чуть-чуть, – подмигнув клыкастому другу, сказал я.
– Хорошо, ваша взяла, – сдался вампир и подошёл к столу, где у него был заколдованный тайник.
Наш ректор весь изъятый у адептов четверокурсников алкоголь хранил именно в этом тайничке, а не выбрасывал, как всем говорил.
И вот перед нами выставили огромную бутыль с красной жидкостью, три стакана и нарезанную на тарелке мясную закуску.
– Мне кажется, это не кижу, – разглядывая со всех сторон бутыль, подметил Иваний.
– Кижу, кижун*, какая разница давайте уже начнём, а то поздно уже. Быстренько отметим и разойдёмся по комнатам, – откупоривая бутылку, говорил Сердженал, который, как и другие присутствующие в этом кабинете знал, что от кижуна дракон пьянеет, выпив лишь одну рюмку.
А мы наполнили наши стаканы доверху. Причём кижун по вкусу схож с кижу, а отличаются напитки крепостью. После того, как я опустошил свой стакан, я уже был не я.
Мозг мой временами выдавал мне вспышки, где я брёл вместе с друзьями в направлении женского общежития, собираясь взять крепость штурмом и выкрасть оттуда наших тамарис и уговорить их жить с нами. Правда Бодрый немного сомневался, что его не спалят заживо, но мы ему сказали так: «Кто не рискует, тот не пьёт кижун», и накатив ещё по стаканчику, мы взяли эту крепость.
МАРИАННА
Спим мы после плотного ужина и знакомства со всеми девчонками из нашей группы №13, видим сны про дом, где у меня лично осталась мама. Представляю, как она переживает. Зная свою маму, я даже могу предположить, что она подала во всероссийский розыск свою единственную дочь. Я думаю, что и родители Кати и Вики тоже, наверное, ходят по городу Кургану и расклеивают листовки, о пропаже своих дочерей. Как же я хочу к маме, и сейчас я бы всё отдала, чтобы увидеть её.
– Марианна, тамарис моя, выйди родная на балкон, – мне вдруг показалось, что я слышу голос своего надоедливого руала.
Прислушалась, на время оторвавшись от своих дум о доме.
– Виктория, огонёчек мой, освети путь во тьме своему заблудшему руалу дракону, – о, как поэтично, кто-то сказал голосом Ивания.
– Девочки, вы слышали? – подскочив на своей кровати, поинтересовалась у нас Виктория.
– Красный кровавый цветочек моей жизни Катрина, прошу порадуй на последок своего руала. А то умру, так и не налюбовавшись своей тамарис, – я сразу же предположила, что все вампиры так говорят, когда хотят заманить к себе новую жертву, чтобы осушить её до последней капли.
– Чего? Это явно не слуховые галлюцинации, – встав с кровати и обув тапочки, сказала Катя.
Мы с подружками организованно выбежали на балкон, я даже тапки обуть забыла. Кстати, поглядеть на нетрезвых преподавателей и ректора выбежали посмотреть все ведьмочки, кто учился в академии, ведь эти придурки своими воплями перебудили всех.
– Убирайтесь вон, идиоты, – крикнула нашим руалам Виктория.
Она хотела зайти обратно в комнату, но вдруг услышала радостный вопль Носатой и устремилась обратно, перевалившись, через перила балкона и устремив свой взгляд вниз. С диким воплем «любимый, я иду к тебе», в направлении Ивания на крыльях любви летела Сильвия.
– Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р, – зарычала моя рыжая подруга, крепко сжав перила раскаляющимися руками.
– Викуся, успокойся. Пусть эта Сильвия забирает Ивания себе, он же тебе всё равно не нужен, – начала утешать Вику Катя, видя, что от места, за которое держится Огненная пошёл дым.
– Я не могу отдать его ей, ррррр, – похоже сейчас Катрин ответила не Виктория, а её драконица, которая сидит внутри моей подруги.
И чтобы нас всех не спалить, Виктория убежала в уборную, тушить свои руки. И вдруг мы услышали предупреждение ректора.
– Я иду к тебе жизнь моя!
И мы увидели, как под ногами всех мужчин образовалась толстая корка льда, и под ней стал нарастать лёд, поднимая наших руалов, как на лифте. Иваний вовремя отодрал от себя Носатую, так что он поднимался без своей липучки. Я так залюбовалась зрелищем, что даже забыла, что надо где-нибудь заныкаться, чтобы меня не нашёл один приставучий, рогатый руал. Так что я и не заметила, как мою тушу зажали в тиски ручища Саптурна. Катрину, кстати, тоже захватили в плен, только нежнее, чем меня, подхватив на руки и унося в портал. Прежде, чем со мной поступили так же, я заметила, что Иваний огородив себя щитом из огня, вошёл в комнату, видимо он тоже замыслил похищение своей тамарис.
Меня аккуратно уложили на мягкую поверхность. Ощущения были знакомы, вплоть до запахов, и я тут же поняла, что нахожусь в комнате своего руала. Руки и губы мужчины тут же принялись гулять по моему телу, начиная стягивать с меня пижаму, которую я вчера купила себе в Талузиане. Не знаю почему, но я всем своим существом желала этих ласк, и даже стала принимать участие в том, что затеял Саптурн, и тоже стянула рубашку с демона, чтобы облапать его мышцы. Мне до безумия этого хотелось, и мои руки подчинились команде мозга, делая своё развратное дело.
Если демон был пьян и, может, даже не контролировал свои действия, но вот что творю я – понятия не имею, но творю. И вот, когда на мне и моём руале уже не осталось одежды, я поняла, что моя вчерашняя ошибка снова повторится, и я буду жалеть об этом. Потому что в этот раз, я всё буду помнить и осознавать, что пошла на это добровольно.
– Так, СТОП!!! – оторвав голову демона от терзания губами моей груди, воскликнула я.
– Я что-то не так сделал? – по голосу я поняла, что мужчина испуган, так как лица его я не видела, ведь в комнате царил мрак.
– Я не хочу тебя. Слезь с меня и перенеси обратно в женское общежитие, – ошарашила я мужчину, который не спешил слезть с меня, чтобы выполнить мою просьбу.
– Я что, как-то обидел тебя? – отчего-то услышав такое от будущего князя Талузианы, я испытала чувство вины.
– Нет, я просто не хочу этих отношений. Я хочу обратно в свой мир, у меня там мама, и я у неё единственный ребёнок. я представляю, как она сходит с ума потеряв свою дочь, – объяснила я демону то, что в данный момент тревожило мою душу.
С меня тут же слезли и сказали, усевшись на край кровати:
– Дух, свет.
Обнажённый Саптурн смотрелся слишком идеально, особенно в сравнении с моей жирной тушей, и поэтому я прикрылась покрывалом, чтобы не умереть со стыда.
– Мой старший брат убил нашу мать. Но я не виню его в этом. Наоборот то, что произошло всецело моя вина. Но так думаю только я, все остальные родственники считают, что я жертва, а брат негодяй. Но Реджи – хороший, я это чувствую и верю в это, а также когда-нибудь докажу всем нашим родственникам, что они все ошиблись в своих суждениях. Тебя я с ним тоже познакомлю, может даже сегодня, после всех занятий. Я обещаю тебе, Марианна, что найду способ отправить тебя к твоей маме, в твой мир. Но я хочу, чтобы ты родила мне сына-наследника, и только так я смогу отпустить тебя, – и Саптурн посмотрел на меня взором полным печали и тоски.
– Но если я рожу ребёнка, то не смогу уйти. Я же брошу его, а мать не должна так поступать со своим чадом. И поэтому я не могу пообещать тебе этого, – слова моего руала сильно задели меня и обидели.
Он что, за кукушку меня держит. Как я смогу оставить ребёнка и уйти со спокойной душой к себе в мир, зная, что где-то растёт без моего участия мой сын. Нет этот демон меня ещё плохо знает. Может я снаружи белая и пушистая, а также хлопаю ушками, как слонёнок Думбо из диснеевского мультика, но внутри меня, где-то глубоко внутри, дремлет роковая и жестокая женщина, которая сейчас проснулась и вышла из той клетки, в которую я её заперла.
– Больше ко мне не приближайся и даже не трогай меня никогда. Как ты мог подумать, что я, в муках родив дитя, брошу его и уйду к себе в мир. Теперь я понимаю, почему в религии у меня в мире демонов считают бездушными и мерзкими тварями, да потому что они (демоны) все подонки, – говоря оскорбления в адрес Саптурна я бегала по комнате и собирая свои вещи надевала их на себя. Когда я была готова добавила, выбегая из двери, – и не вздумай меня преследовать, – и ушла прямо босиком, по голому полу.
Саптурн был настолько шокирован моим поведением, что во время всей моей тирады в его адрес, тихо сидел и спокойно наблюдал за моей суетой и беготнёй по комнате. Так что, когда я выбежала, меня никто не преследовал.
Глава 14
КАТРИНА
– Дух, свет, – убрав портал, воскликнул Сердженал, когда усадил меня на мягкую поверхность.
– Немедленно верни меня в общежитие, – в приказном тоне потребовала я.
– Катрина, нам надо поговорить, – со всей серьёзностью заявил пьяный ректор и уселся на край своей кровати.
Мы находились в комнате мужчины. Я сидела на софе, которая была обтянута красной тканью. Так же из мебели присутствовала огромная кровать, застеленная чёрным покрывалом с лежащими на её поверхности подушками, в наволочках алого цвета. Ещё был диван, тоже красный с чёрными подушками, на полу был красный ковёр, занимающий всю площадь комнаты, тёмные шторы с витиеватым узором, тумбочки по бокам от кровати, шкаф у двери, комод и стол со стулом. Так же имелась дверь, ведущая в ванную с уборной. Скромновато для графа, но для вампира всё же нормальная обстановочка. Но почему-то сразу перед взором предстала картина, как Обаятельный высасывает из меня кровь, прямо вот на этой софе. Я тут же вжалась в спинку и даже пошевелиться боялась. Взглянув на растрёпанного мужчину и его лицо, которое обрамляли чёрные волосы, я обнаружила, что вампир где-то умудрился порвать рукав, прямо по шву у основания плеча.
- Ты порвал рубашку, – тут же поспешила я сообщить мужчине.
– Плевать! Её вообще можно выбросить, она в скором времени мне больше не понадобится, – устремив на меня печальный взгляд, проговорил Сердженал.
– Ты постоянно мне на что-то намекаешь, но я так и не могу понять, на что именно, – мне стало надоедать такое поведение вампира. А хотелось знать: что с ним происходит?
– Умру я скоро, неделя мне осталась на то, чтобы полюбоваться твоим милым личиком, а потом я перенесусь в Огдар. Буду умирать дома, – попытался понятнее объяснить мужчина.
А разве вампиры не живут вечно? Задумалась я.
– Ты что, болен какой-то опасной вампирской болезнью, что укорачивает жизнь? – С недоумением высказалась я.
– Наверное, это можно назвать недугом. А заболел я именно тогда, когда в моей жизни появилась ты, Катрин. И исцелить меня способна только ты, моя тамарис, – проговорил Сердженал.
Он, встав с кровати и снял рубашку, которую бросил на пол и тут же вещь пропала, растворившись в воздухе. А я уже пялилась на великолепный торс этого красивого и опасного, по моему мнению, мужчины. Я думала, что он возьмёт из шкафа новую рубашку, наденет её и сядет обратно на край кровати, но нет Сердженал неровной походкой подошёл и сел со мной рядом, но я вдруг решила отодвинуться от него подальше.
– Вот я не могу понять, Катрин, чем я тебя пугаю? Неужели в моей внешности есть что-то отталкивающее, – от звука голоса ректора я вздрогнула и хотела отодвинуться от него ещё дальше, но уже было некуда.
– В моём мире вампиров считают кровожадными убийцами, и скорей всего у меня срабатывает инстинкт самосохранения, – объяснила я и вздрогнула от нежного прикосновения к моим волосам.