Дом, который построил Джек

Глава 3.

А это весёлая птица-синица,

Которая часто ворует пшеницу,

Которая в тёмном чулане хранится

В доме,

Который построил Джек.

Оскар до зубовного скрежета терпеть не мог рыться в старых записях, книгах и бумагах. Умел, все-таки дела разные попадались, но вот не любил. Может, поэтому глаза начинали слезиться, хотелось чихать, наплевать на приличия и выбить к демонам эту запертую дверь. Вместе с половиной несущей стены.

Н-да, маг не был уверен, что такие разрушения придут по нраву его приятелю. Хоть тот и разрешил применять в его доме магию, лишь бы найти виновного в покушениях на леди Элизабет.

И вместо допросов, то есть милых бесед, когда из недомолвок, оговорок, случайных слов, открывается тайное, сиди и пыль глотай!

А все из-за Миранды! Демонова девчонка! Обратить против него же собственное заклинание. Когда успела освоить «зеркало справедливости»-то? И как оно ей в руки попало?  Ведь теперь не выйдешь из этой библиотеки, пока не найдешь что-нибудь интересное, что заклинание примет как полезное для расследования. Ну или дверь вышибать…

И Кристабель такая же! А ведь произвела впечатление настоящей леди: чопорной и скучной, как эти самые библиотечные фолианты!

На губах помимо воли скользнула легкая улыбка. Он что? Рад ошибиться в ней? Что она на похожа на тех, для кого домоводство – это религия, а муж – центральная и единственная значимая фигура в жизни.

Оскар перевернул очередную страницу и захлопнул книгу. Пусто.

Дневник старой девы, которая очень мало говорила о том, что происходит в семье, но слишком увлекалась в описании своих фантазий и домыслов. Издай сейчас такое и … к репутации семейства Ленгфорд возникнут некоторые вопросы.

Геральдическая книга вывалила на барона даты, события и искусно затертые пометки. Специальных заклинаний, помогающих видеть сквозь исправленное, он не знал. Все-таки он боевой маг, а не архивариус!

В тишине огромной библиотеки раздался противный скрип, повеяло сквозняком и кто-то робко закашлял.

– Извините, – профессор Фергус Браун подслеповато щурился и прижимал к груди стопку книг, как самое большое сокровище. – Я не знал, что тут кто-то есть. Думал поработать в тишине. Не то чтобы тут никого не бывает, но так редко. Простите ради Неба. Так неожиданно, так неловко. Право слово, простите.

И он бочком, бочком начал пробираться обратно, куда-то за стеллажи.

Оскар бросил взгляд на массивную дверь, которая была все еще закрыта, потом на сконфуженного и растерянного ученого.

– Ничего страшного, я тут случайно, – как можно беспечнее ответил маг. – Вот, увлекся. А как вы сюда попали?

Ведь через дверь никто сюда не входил. А что он там в заклятье плел? Только главный вход? Ведь так?

– Да через противоположную дверь, – пожал плечами мистер Браун. – Библиотека огромная. Вот и сделали две двери. Одна центральная, а вторая с противоположной стороны. Но она часто бывает заперта. Что-то там с замком. Старый уже и довольно массивный. Возможно, даже с капелькой магии. Знаете, такой на уровне ковки металла. Старинные кузнецы владели ныне утраченной технологией. Вот если бы лорд Ленгфорд разрешил мне вытащить его и отправить на реставрацию, то… – на лице появилось мечтательное выражение.

– Мне было бы интересно взглянуть, – Оскар сдержался и не стал вскакивать и бежать туда сломя голову.

– Я вас провожу, – обрадовался Фергус. – Только придется немного пройтись. Тут очень большое помещение. Очень, да. Даже я иногда здесь могу заблудиться.

Он глупо хихикнул.

Библиотека и в самом деле была больше, чем казалась на первый взгляд.  Через какое-то время потолок резко ушел вверх. Второй этаж отгораживали перила, за ними прятались очередные шкафы с книгами. А еще стояли каменные бюсты античных мыслителей. Один бородач устроился на крышке тумбы, словно встречая всех, кто подымался наверх за знаниями ли либо просто скрываясь ото всех.

– Скажите мне пожалуйста, – начал Оскар, когда молчание среди стеллажей, выстроившихся в заковыристый лабиринт, стало совсем уже нестерпимым. – А что вы здесь делаете?

– В смысле, – удивился ученый, покрепче прижал к себе книги и заморгал слезящимися глазками. – Я же говорил: надо немного поработать. Я скоро должен лекцию читать. Подготовится. Еще раз. Принести какие-то интересные, но не сильно ценные экземпляры. Тот же свиток с родовым древом, например. Или вот есть гравюры. Они в прекрасном состоянии. Я же говорил? Или нет?

– Говорили, – неразлучная трость в руках постукивала в такт шагов. – Но я слышал о вас. Вы довольно известны своей целеустремленностью и блистательным умом. Вам пророчили славу выдающегося ученого, однако… Вы слишком увлекающаяся и непостоянная натура. Вам предлагали кафедру в академии благодаря исследованиям в селекции. За открытие с области анализа металлов вы были избраны членом Императорского общества. Потом математика и ваша теория множеств…

– Но это ж так давно было…

– Мне вот всегда интересовала, что же подвергает таких неординарных личностей на кардинальные смены интересов. Неужели в их метаниях не прослеживается логики и скрытого смысла? Вот теперь вы увлеклись историей, о которой ранее отзывались весьма нелестно.

– Я был не совсем прав.

– Так вот я хочу повторить вопрос: что вы тут делаете?

***

Кристабель остановилась у окна и перевела дух. Оказалось, что отделаться от общества романтичной Шарлотты намного сложнее, чем разговорить ее.

Едва девушка пришла в себя, как она начала болтать. Сначала слабым голосом, потом все более увереннее. Глаза ее загорелись, на щеках проступили пятна лихорадочного румянца.

И остановить ее было невозможно.

Про невыносимость серости бытия.

Про поэзию и искусство, которое не должно отражать безрадостную действительность, но служить ее украшением, помогать отрешиться от скудности и скуки повседневности.

Про любовь тоже. Про то, как без чьих-то бездонных черных глаз невозможно прожить. И насколько это всепоглощающее и окрыляющее чувство.

Криста, честно говоря, устала это слушать. Она попыталась заткнуть поток словоблудия… То есть попробовала накормить слабую девушку куриным бульоном, который рекомендовал ей врач. Но та отказалась с не меньшим жаром, чем до этого момента рассказывала о предмете своей страсти.

– Как можно! – воскликнула Шарлотта. – Там же чеснок! И специи! Вы не представляете, как они плохо влияют на кровь!

– Никогда о таком не слышала, – леди Эванс понюхала ложку. Ничего крамольного не обнаружила. Даже наоборот, прозрачная жидкость была ближе к воде, чем к бульону. – В кого же вы влюблены?

Не то чтобы ей было это интересно, но любопытно. Не в мистера же Брауна, который ничего, кроме своих артефактов, не видит. И не в жениха сестра, о нем она уже выразилась не весьма лестно. Но кто бы то ни был, скорее всего, именно к нему девушка и ходит почти каждую ночь. Сегодня точно не пойдет, слишком слаба даже для того, чтобы просто встать с постели.

– О, – оживилась Лотта. – Он необыкновенный. И….

Но имя не назвала.

Разве только, что семья не будет в восторге, если узнает об этой связи.

И Кристабель их понимала!

Наконец, она смогла оставить больную наедине с грезами.

Но до своих апартаментов леди Эванс не дошла. Ей было жутко интересно, что же передала Миранда. Остановившись у высокого окна с витражом, она достала из кошелька на шатлене узелок из носового платка. Пришлось повозиться развязывая. Там лежала брошка-камея Матильды.

Или же болтливой попутчицы из поезда.

На камеях часто изображали лица прелестных юных дев, мужские профили были не так популярны. А здесь еще и лиру можно рассмотреть, если чуток наклонить украшение, чтобы солнечный свет падал сбоку.

– Откуда это у вас? – плечо девушки сжала чья-то сильная рука.

Кристабель зашипела, вывернулась, пряча добычу за спину, и отскочила вбок. Не на подоконник же прыгать.

– Вы все время поездки находились рядом со мной! – Оскар сделал шаг ей навстречу, продолжая с негодованием говорить. – Вы не обладаете магией, даже я бы сказал, у вас какая-то нетипичная реакция на использование колдовства. Вы не могли украсть украшение у той эксцентричной дамы, значит…

Вот ведь, тоже забыл, как звали ту леди. А говорят, у магов память хорошая.

– У меня хорошая память, – прошипел барон. Видно, последнюю мысль Криста озвучила.

– Рада за вас! – отпираться было бессмысленно. – Мы ее сегодня нашли у леди Матильды. По ее словам, это подарок жениха.

– Немедленно отдайте ее мне, – на самом деле маг не был уверен, что можно будет считать с вещи энергетические следы предыдущей владелицы и этим косвенно подтвердить кражу, но по привычке хотел проверить даже самые маловероятные версии.  И зная свою подопечную, он ставил любимую трость против фальшивой монеты, что невеста подозрительного типа не сама брошку отдала.

Девушка отрицательно замотала головой.

Отдашь, а потом сиди и жди, пока кто-то умный и сильный решит очередную интересную задачу. Да если бы она так всегда поступала, то ни в гонках не участвовала, ни в горы не ходила. Ибо не женское сие дело.

– Вот зачем вы ее стащили? – Оскар опять попытался схватить за плечо, но девушка как-то хитро смогла вывернуться. И вроде рядом, но украшение не отдает.

– А вы даже такие слова знаете?

– Вы еще и издеваетесь?

– Слуги идут!

В самом деле, в коридоре появилась горничная со стопкой чистого белья. Она чопорно шла мимо, но косилась на парочку как профессиональный шпион.

Кристабель надеялась, что появление постороннего приведет рассерженного мага в режим «вежливого джентльмена» и между ними вновь окажется расстояние, считающее в обществе приличным.

Но что-то пошло не так.

Отстраняться от неординарной девушки Оскар не стал. Наоборот, к себе притянул и легко там приобнял. Вырываться показалось Кристабель еще более подозрительным, чем подыграть.

Они как никак жених и невеста. Могут позволить себе небольшие вольности. Особенно перед глазами всевидящей прислуги, которую принято за людей не считать.

– Улыбайтесь, – шипел Оскар прямо в ухо «нареченной». – На нас смотрят и обязательно расскажут хозяевам.

– А я улыбаюсь, – в тон ему ворчала Криста.

– Да не так, будто собираетесь меня пристукнуть!

К счастью, горничная, повиливая бедрами, скрылась за поворотом.

Объятия сразу же раскрылись и ничего о «романтической сцене» больше не напоминало. Но брошка по-прежнему была у Кристы, а отпускать девушку Оскар не собирался.

– Зачем же вы ее забрали у Матильды? – повторил он свой вопрос.

– Прижать к стенке Джошуа!

– Как?! Позвольте вас спросить?! Вот как вы это себе представляете?

Мисс задумалась, но попытку вырвать брошку из рук не пропустила. Оскар опять заметил про себя, что странная ему «помощница» попалась. Слишком сильная для обычной девушки.

Вывернулась, но ей тут же пришлось обратно нырнуть в «жаркие объятия». Наверное, она не самый удачный коридор выбрала, чтобы рассмотреть украшение. С той стороны, в которую ушла горничная с бельем, вышла еще одна служанка, на этот раз с подносом с чашками и чайником.

Криста вновь оскалилась, сложив в улыбку всю нежность и кротость. И чем там еще должны славиться идеальные невесты. Судя по тому, как он дернулся, маневр мага впечатлил. А уж когда мисс Эванс коснулась его щеки, то вообще пятнами пошел.

Единственное, о чем забыло, что в этой руке у нее была зажата та самая брошка, из-за которой они и оказались в этой ситуации…

Девушка прошла мимо. Намного медленнее, чем следовало сделать хорошо вышколенной прислуге. Еще и фарфором позвякивая, и от любопытства едва ни подпрыгивая.

– А как теперь доказать, – Оскар склонился к ярко-алому ушку Кристабль и прошептал, опаляя дыханием шею. – Что это улика против него? Что он ее и другие украшения в поезде украл, а не вы?

И крепко сжал ладонь с брошкой в своей руке.

Наконец-то прислуга скрылась за поворотом.

Криста не стала вырываться, лишь в ответ прошептала.

– Значит, поищем другие!

– Я бы на его месте не стал так рисковать и давно бы от них избавился!

– Думаете, у него есть сообщник?

– Возможно… И я могу оставить вам эту вещицу, но взамен на одну услугу…

А ведь и маг тоже не спешил выпускать девушку из своих объятий. Странный он все-таки тип!

– Какую же?

– Вы расскажете, что сегодня узнали.

– А больше вы ничего узнать не хотите?

Только в ответ Оскар почему-то с придыханием выдал:

– Вы невероятно красивы!

Криста опешила. Даже плебейское «Чего?!» едва не вырвалось. Сказывались пробелы в воспитании нелюбимой и больной дочери. И поинтересоваться, где же так дорогой барон головой приложился, что ему прекрасные девы мерещатся, не успела.

– Ах, какая прелесть! – леди Ленгфорд смахнула слезу и в умилении сложила ручки на груди. – Вы такая очаровательная пара!

За спиной хозяйки стояла та вторая горничная. И на лице ее было написано чувство выполненного долга. Даже профессиональное безразличное выражение лица его не скрывало.

Оскар демонстративно поцеловал кулак Кристы с зажатой брошкой и взял девушку под руку.

– Простите, – покаялся барон. – Мы не думали, что можем кому-то помешать.

– Вы пропустили ланч, – пожурила его леди Элизабет. – Надеюсь, ужин не станете саботировать? Без вашего общества там будет скучно.

– Ни в коем случае, – заверил наглый маг.

– Как замечательно! Вы ведь помните, что дорогой мистер Браун обещал после ужина замечательную лекцию о кельтах и о находках в нашей библиотеке и сокровищнице? А сейчас не составите ли вы нам с мужем компанию за чаем?

***

Хозяйка взяла со специального жар-камня чайник, тонкой струйкой влила в пузатый заварник едва закипевшую воду, прикрыла крышкой, наклонила несколько раз из стороны в сторону, чтобы как следует прогреть, а потом выплеснула воду в специально подставленную чашу.

Затем во внутрь заварника леди Элизабет поместила чайные листья и залила их горячей водой.

– Надеюсь, вы не против Эрл Грея? – женщина присела на свое место рядом с супругом. Для того чтобы чай раскрыл вкусовые свойства, стоило подождать несколько минут. Женщина тепло улыбнулась и положила узкую ладонь на руку мужа. Тот словно очнулся от задумчивости, что-то буркнул и опять погрузился в размышления.

– Нет, что вы, – Оскар кивнул, сохраняя на лице выражение идеальной вежливости: небольшая полуулыбка, искра заинтересованности в глазах. Немного подумал и тоже взял «невесту» за руку. Приходилось играть во влюбленность. Благо девушка это поняла и благодарно погладила его по рукаву сюртука. Простое действие показалось ему наполненным большим смыслом, чем заученные фразы, принятые для выражения чувств к предмету влечения.

– Ах, – леди Элизабет тоже оценила актерское мастерство Кристабель. – Вы так прелестно смотритесь! Как вы познакомились?

– Нас познакомили друзья, – попробовал отделаться малой кровью маг. – Ваша история с лордом Ленгфордом более интересна.

Он недооценил женское коварство и женскую же солидарность.

Что страшнее, это еще выяснить надо. Но не на собственном же опыте!

– Ну что ты, милый, расскажи, – а Криста как бы случайно добавила. – А потом я с удовольствием послушаю и историю вашей любви, леди Элизабет.

Та согласилась. Ибо любопытство воистину двигатель прогресса. Или расследования.

Оскар заскрипел зубами, в голову ничего хорошего не приходило, а потом… Ведь ни Джек, ни его жена не были знакомы с лордом и леди Манфильд, а значит…

– Несколько лет назад, – начал он. – Я приехал в поместье моего друга в надежде отдохнуть от дел и прийти в себя. Естественно, если в провинции появляется неженатый мужчина, то все окрестные девицы начинают продумывать фасон свадебного платья.

– И чем же очаровала вас мисс Эванс? – глаза хозяйки сияли предвкушением. Но она не забыла навесить на носик чайника ситечко и аккуратно разлить чай по чашкам. Одну из них она поставила перед гостем, вторую протянула Кристе, а последняя была для мужа.

– О, она убила своего отца, – невозмутимо ответил барон.

Криста подпрыгнула от удивления, а леди Элизабет выронила серебряную ложечку. Ленгфорд поспешил ее поднять, Оскар тоже проследил взглядом за упавшим предметом. Может, поэтому только Криста и заметила, что один из плоских камней на браслете чуть сдвинулся в сторону, и в чай Джека упало несколько капель чего-то белого.

– На самом деле только пыталась – успокоил Оскар. И у него почти получилось. Леди Элизабет вскочила, приложила ладонь ко лбу и приготовилась лишиться чувств. Мужчины бросились к ней.

Самое время поменять чашки местами.

– Ее оклеветали, – историю пришлось немного облагородить. Маг уже не был уверен, что похищения, пожары и экзорцизм впечатлят хозяев. В положительном смысле.

– Ах, – леди Элизабет обмахивалась веером и вымученно улыбалась. – Я уже испугалась.

И покосилась так подозрительно на мисс Эванс, словно размышляя, а не слишком ли загостились жених с невестой,  в Англии еще много красивых мест…

– О, моя Криста и мухи не обидит, – Оскар взял чай, пригубил темный напиток, удивленно вздернул бровь и отставил чашку на блюдечко.

А девушка внимательно за ним наблюдала. Падать замертво, биться в конвульсиях или хотя бы бледнеть тот не собирался.

Какого демона он вообще взялся пить ЕЕ чай? Она же поставила чашку около себя? Уж яснее ясного!

– Но именно такие люди, обманчиво беззащитные, и становятся жертвами… – Оскар важно кивнул.

– А как вы познакомились? – бледная Кристабель вымученно улыбнулась. Говорят, магов яды не берут. Лорд Ленгфорд тоже маг, значит, в чае не отрава, но что?

– О! Наша встреча не такая феерическая, как ваша, – леди Элизабет взяла крошечный бутерброд. Крекер, намазанный сливочным сыром и тонкий ломтик лосося.

– Мне ее представили на каком-то балу, – неожиданно проворчал хозяин. – То ли рождественский, то ли благотворительный в ратуше. Она была прекрасна и нежна. Робкая лань, воплощение идеала… Эх…

– Я знала, что к нам в город приехали маги из столицы, – жена радостно поддержала мужа. – Поверь, многие юные девы ночей не спали, продумывая и наряд, и прическу, и букет. Ты ведь знаешь, что по приметам, хорошо составленный букет приносит удачу?

– Их же можно купить в любой лавке?! – удивился Джек.

– Лучше составить самой! – Элизабет мечтательно улыбнулась. – И, конечно же, свадебный букет. Я с детства мечтала, что там будет роза и мирт…

– Которые мне пришлось тайно срезать в королевском парке…

– Но это же было так романтично!

– Штраф за вандализм тоже оказался романтичным!

– Но как было красиво! Мне все тогда завидовали! Я еще…

Речь леди Элизабет была похожа на журчание ручейка. Точно так же успокаивает и имеет ровно столько же смысла. Кристабель не начала зевать лишь благодаря тренированной выдержке да едким комментариям лорда Ленгфорд, так непохожим на его привычное обожание…

Оскар слушал с непробиваемым вежливым выражением лица, лишь при словах приятеля в глазах мелькали озорные искры.

– Он пригласил меня в середине вечера, но до этого момента не спускал с меня восторженных глаз!

– Потому что кто-то все время мелькал перед глазами: то глазками стрелял, то букет ронял, то перчатки! И недостатка помощников не испытывала!

– Но все-таки ты рискнул пригласить?

– После того как ты пригрозила облить меня лимонадом.

– Я?! Да не было такого!

Пусть комментарии Джека и разбавляли приторную сладость хозяйки дома, но супруге они явно не нравились. После очередного замечания, она вымученно улыбнулась и сказала, что ей срочно нужно отлучиться буквально на мгновение и отдать поручение по поводу ужина.

Едва она закрыла за собой дверь, повисло неловкое молчание, а потом Оскар искренне расхохотался.

– Ну наконец-то! – отсмеявшись, он вытер выступившие слезы. – Я уж думал, что ты навсегда потерян в своей жене! Рюшечки да мимишечки! А тут! Узнаю своего товарища!

– Семейная жизнь меняет человека, – скривился Джек Ленгфорд, некогда маг с сильным потенциалом и большими амбициями. – Когда женился, я думал, что моя жена имеет больше интересов в жизни чем одни так называемые отношения! Она же мне ими всю плешь проела за эти пять лет супружества!

– А что было после этого? – барон любил ловить оговорки.

– В смысле? – удивился Ленгфорд.

– Вы женаты уже более двадцати лет.

Джек замолчал, глаз нервно задергался.

– Мне срочно нужно выпить.

– Нет! – одновременно выкрикнули Криста и Оскар. Но не успели. Из кармана сюртука выскочила плоская фляга, колпачок отпрыгнул в сторону и лорд Ленгфорд сделал смачный глоток. По комнате поплыл не самый приятный запах домашнего самогона.

– Так о чем это мы? – Джек снял с маленького канапе кусочек огурца и с хрустом его сжевал. – Я люблю свою супругу, как видите, души не чаю, хоть мы и женаты чуть больше двух десятков лет.

Немного помолчал, рассматривая перекошенное от удивления лицо гостьи, и уточнил:

– Я что-то не то сказал?

И тут раздался вскрик.

Оскар бросился за дверь едва ли не быстрее, чем хозяин поместья. И трость свою захватить не забыл. Криста за ними. Во-первых, любопытно. Во-вторых, одной остаться еще страшнее, а в-третьих, может, там действительно нужна ее помощь.

В коридоре, там, где крутой поворот сторожил полный доспех рыцаря с секирой, сидела леди Элизабет. Рядом валялся поднос и тарелки с фруктовыми пирожными.

Женщина вымученно улыбалась и потирала щиколотку.

– Простите, – она попробовала подтянуть ногу к себе, чтобы спрятать под платьем, но лишь скривилась от боли. – Я просто споткнулась и упала. Как неудобно.

– Ну что ты, что ты, – залепетал Ленгфорд. – Со всеми может случиться, не переживай так, солнышко.

– Я просто шла, думала порадовать наших гостей корзиночками. Потом словно кошка под ноги бросилась, я не смогла устоять. Я такая неуклюжая.

– Но у нас нет кошек, лапочка, – муж погладил жену по голове успокаивая.