- -
- 100%
- +
— Ну так напиши протокол, соверши трудовой подвиг! — вызверился Адамс. Он был уже не просто красным, а багровым. На шее и висках так вздулись жилы, что Патрик разглядел это даже без очков. Как бы Сэма удар не хватил. При всех своих недостатках он был неплохим начальником.
— Я не могу, это работа коронера, — Патрик поспешил разрядить обстановку. — После совещания заеду в их логово, потороплю. Но смогу только это, ты сам знаешь, какое дерьмо эта миз* Чейн.
__________________________________________________________
Миз — «госпожа…»; нейтральное обращение к женщине в англоязычных странах. Ставится перед фамилией женщины, как замужней, так и незамужней — в том случае, если ее семейное положение неизвестно или она сознательно подчеркивает свое равноправие с мужчиной. Появилось в 1950-х годах; вошло в употребление с 1970-х годов по инициативе феминистского движения.
___________________________________________________________________________
Злость слетела с Сэма, как первый снег со ступенек. Зато он до самой макушки наполнился досадой.
— Миз Чейн… — процедил он сквозь зубы. О том, что полиция и коронеры находятся в натянутых отношениях уже лет сорок, не знал только глухой. — Ладно, сходи к ней. Только, Патрик, я тебя прошу, поаккуратнее там, — добавил со вздохом.
Сам Патрик всегда общался с Чейн нормально. Вероятнее всего, потому, что не имел привычки рассматривать ее лицо. Украшением оного, весьма сомнительным, правда, была здоровенная бородавка… кажется, на правой щеке. Так вот, Карингем как-то раз настолько долго ждал заключение от Чейн, что поехал к ней, и их разговор окончился тем, что он назвал ее бородавчатой жабой и предложил заплатить за визит к дерматологу, а миз Чейн заявила, что он старый похотливый козел и пахнет соответственно. Карингем, незадолго до этого переживший операцию по поводу рака мочевого пузыря, вынужденный носить мешок-мочеприемник и болезненно реагирующий на любой намек на неприятный запах от него, впал в ярость. Он орал, что подаст на эту “злоязычную сучку” в суд за оскорбление человеческого достоинства, порывался добиться сатисфакции немедленно. Ходили слухи, что его тогдашний напарник, Нагами, стажер первого года, едва смог удержать Карингема — тот намеревался голыми руками устранить косметический дефект на лице миз Чейн.
Скандал бушевал долго, а с Карингемом Чейн до сих пор отказывается даже пересекаться в одном здании.
— Я буду нежен, — пообещал Патрик, и это нескончаемое собрание наконец завершилось.
***
— Я видела ваш запрос, мистер Вердон, — чопорно заявила Чейн. — И я знаю сроки его исполнения, так что если вы решили предъявлять претензии, то не стоит. Так вы сэкономите мое и ваше время и избежите неприятного осознания собственной неправоты. Я знаю, насколько вам, мужчинам, подобные эпизоды бьют по эго.
Тощая, как доска, одетая в хирургическую робу, Чейн больше походила на санитарку затрапезного дома престарелых, чем на руководителя коронерской службы города в штате, где все помешаны на идеальной внешности. Короткая стрижка на мужской манер, остриженные под ноль ногти, никогда не имевшие контакта с каким-либо покрытием, ни следа косметики — для того, чтобы это разглядеть, Патрику не были нужны очки, — превращали ее в старуху. Хотя, как знать, может, она была ровесницей Мег, просто если та пошла по пути “возьми от жизни все — и плевать, сколько лет тебе отпущено”, то Чейн выбрала путь ворона: жить двести лет, но все эти годы питаться исключительно падалью.
— Не волнуйтесь, миз Чейн, я тоже осведомлен о порядке делопроизводства, — Патрик одарил ее максимально нейтральной улыбкой, чтобы она ненароком не подумала, что он вздумал за ней приударить. — Но если уже что-то ясно, мне бы хотелось знать характер смерти жертвы. Возможно, мне нужно повторно посетить место происшествия и отобрать дополнительные пробы.
— Мне казалось, ваша квалификация подразумевает тщательный сбор улик в момент первого осмотра места, — Чейн поджала и без того тонкие губы, но положила-таки руки на клавиатуру компьютера и защелкала кнопками. — Тело еще у судмедэкспертов, вскрытие не проводилось. Пришлют отчет — я сформирую заключение в рамках установленных регламентом сроков.
— Спасибо, — сухо поблагодарил ее Патрик и отчалил, не собираясь задерживаться в этом царстве раздутого самомнения и социопатии дольше необходимого.
Сел в машину, отписался Сэму и с чистым сердцем поехал в офис. Не доехал — вызов развернул его с полдороги.
Пожар был примитивным. Не в смысле, что незначительным или недостойным его внимания — любой пожар требует к себе уважения. Сколько раз было в истории, что из-за случайно опрокинутой свечки сгорали целые города. По сути своей огонь всегда примитивен — он пожирает все на своем пути и в конце концов разрастается до такой степени, что не остается ничего, кроме пепла. И тогда огонь умирает от голода.
Иногда, правда, огонь не умирал совсем. Как зарывающийся в ил карп пережидал засуху, огонь умел затаиться в закрытом помещении, чтобы с поступлением новой дозы кислорода взорвать все вокруг, возродясь из ничего во всепоглощающую силу за доли секунды.
“Обратная тяга” — явление давно известное и хорошо изученное. Но при всем при этом ежегодно случаются тысячи и тысячи эпизодов обратной тяги. Иногда результатом становится просто увеличение площади пожара, но часто обратная тяга берет дань человеческими жизнями.
Сегодняшний пожар на такие изыски не сподобился. Простая детская шалость привела к тому, что на чердаке дома взметнулось пламя. К счастью, родители юного пиромана были дома, а глава семьи искренне считал, что наличие огнетушителя — такая же необходимость, как холодильник или телевизор.
Насмерть перепуганная мать семейства еще только набирала “911”, когда ее муж уже срывал пломбу с чеки огнетушителя. Она диктовала адрес, а на чердаке ярко-алый баллон уже изрыгал струи пены.
Прибывшим пожарным осталось только пролить чердак водой, а Патрику — описать убытки и, удостоверившись, что страховка есть, заполнить формуляр. Виновник переполоха, бледный от страха, сидел в углу дивана и так очевидно ожидал трепки, что Патрик был уверен: родители не станут его наказывать. Возможно, лишат карманных денег на пару недель или не купят обещанный гаджет, но самый главный жизненный урок пацан уже получил.
В офис Патрик уже не поехал — не видел смысла тащиться туда, когда до окончания рабочего дня осталось всего полчаса. Не хотелось ему и есть — незаслуженная выволочка от Сэма и визит в чертоги Чейн напрочь отбили аппетит. Патрик припарковался у торгового центра, прикидывая, чем лучше убить вечер, посидел пару минут, перебирая варианты, а потом вывел машину со стоянки.
— Ты вроде тренируешься в понедельник и четверг? — удивился Даарио, увидев Патрика на ресепшене спортивного клуба.
— Тяжелый день, хочу сбросить адреналин, — признался Патрик и пожал руку Даарио. Много лет участвовавший в боях без правил, тот позиционировал свой клуб как место, где ты раздвинешь границы возможностей своего тела. Занятия здесь стоили немало, но у Даарио не было отбоя от клиентов.
Сейчас он окинул Патрика внимательным взглядом.
— Переодевайся, у меня есть для тебя кое-что интересное, — и ушел в зал.
Патрик достал из спортивной сумки бутылку для воды и саше с предтренировочным комплексом витаминов и аминокислот. Разбавил порошок водой и пошел в раздевалку.
Через полтора часа Патрик трясущимися руками стащил с себя совершенно мокрую от пота футболку. Тренировка удалась на славу и не походила ни на одну из опробованных им раньше. Смесь чего-то, похожего на боевое искусство, танец, ритмическую гимнастику и одно небо знает что еще.
— Ты как, живой? — Даарио, тоже порядком взмокший, ввалился в раздевалку. К слову сказать, Патрик был единственным из группы, кто дошел с ним до конца. Девушка, покрытая татуировками так, что казалась Патрику вымазанной в чернилах, “слилась” через полчаса, двое парней протянули час, еще троим не хватило сил на последние пятнадцать минут.
— Спроси меня завтра, — Патрик приник к бутылке. Теперь в ней была вода с другим составом, позволяющим быстрее восстановиться.
— Непременно, надо же мне понимать, стоит ли пробовать провести эту тренировку снова или надо что-то менять, — Даарио склонился над питьевым фонтанчиком и выпил никак не меньше ведра воды. По крайней мере, он утолял жажду так долго, что Патрик был уверен, что поглотил целых десять литров живительной влаги.
— Если будешь проводить, то я точно приду, — Патрик отправил пропотевшие футболку, штаны и белье в сумку, взял полотенце и направился в душ.
От неприятностей дня не осталось и следа. Патрик собирался принять горячий душ, а потом отправиться домой. Съесть заказанный в соседнем ресторане стейк и лечь спать. Возможно, что перед сном он даже прочтет главу-другую свежего бестселлера, но не факт.
Глава 5
Следующую неделю Патрик не вспоминал о миз Чейн и заключении коронера.
Не потому что он имел обыкновение упускать из виду неоконченные дела, просто все эти дни, включая уик-энд, он был занят на расследовании пожара в соседнем городе.
— Патрик, я не могу тебе приказать, — сказал Адамс, передавая ему сообщение. — Но там пожар на огромном складе, и руководство не может связаться с тридцатью пятью сотрудниками.
— Я поеду, — без раздумий согласился Патрик.
— Запиши количество сверхурочных часов, я выбью оплату, — распорядился Адамс, и Патрик не стал возражать. Жалованья пожарного дознавателя вряд ли хватило бы на привычную ему жизнь, но Патрик уже много лет играл на бирже. Суперкушей не хватал, но и в убытки никогда не скатывался, так что мог позволить себе оплачивать услуги экономки и уборщицы, заказывать завтраки с доставкой на дом, если не хотелось идти в кафе, и не выбирать исключительно “блюдо дня” на обед или ужин.
Патрик не мог позволить себе питаться только деликатесами, но хороший стейк и бутылка приличного вина не пробивали в бюджете значительной дыры. Скорее, дело было в привычке придерживать деньги, предпочитая не тратить, а вкладывать. Хотя иногда он это самое блюдо брал, если это был суп из бычьих хвостов или пастуший пирог. Эти блюда были у матери коронными. Она вообще была талантливым кулинаром, но суп и пирог каждый раз получались шедевральными. До сих пор Патрик просил приготовить именно их, когда приезжал домой.
С биржевых доходов он делал отчисления на свой пенсионный счет, с их помощью выплатил закладную на дом всего за три года вместо пятнадцати, указанных в кредитном договоре.
И все-таки при всей финансовой благоустроенности Патрик даже не подумал отказаться от сверхурочных. Он едет не отдыхать, а работать, а любой труд должен был оплачен.
Отель снимать не стал — расстояние между городами Тахо покрывал за сорок минут с учетом пробок. Это была приемлемая цена за возможность спать в собственной кровати, так что неделю Патрик мотался туда-сюда.
Аппетиты пожара оказались гигантскими. Когда его удалось локализовать, по меньшей мере половина склада уже пылала. Площадью в три футбольных поля, склад не был оборудован автономной системой пожаротушения, а принудительно она не включилась из-за повреждения системы подачи воды.
К счастью, жертв удалось избежать, но Патрик потратил не один десяток часов, прежде чем закончил осмотр и фотофиксацию.
— Патрик, приятно снова видеть тебя среди нас, — поприветствовал его Сэм в понедельник, начиная очередное бесконечное совещание. — У тебя найдется пара слов о пожаре? Все-таки не каждый день у нас горят настолько большие площади.
— Только пара слов, не больше, — Патрик даже не стал подниматься на ноги. — Пока рабочих версий три: несоблюдение правил противопожарной безопасности при проведении сварочных работ, короткое замыкание и умышленный поджог. Точнее скажу, когда придут результаты экспертиз.
— Кстати об оных, — Сэм аж раздулся от гордости, выдав вычурную фразу. Наверное, пока Патрик тратил деньги штата, работая сверхурочно, Адамс с супругой и детьми ходил в кино на что-то псевдоисторическое. — Как насчет твоего прошлого расследования? Я помню про сроки, но полицейское управление штата мне каждый день напоминает о необходимости поторопиться.
— Я загляну к коронеру, — пообещал Патрик.
Сэм никак не прокомментировал его слова: знал, что у него нет полномочий требовать большего, и решил в этот раз не лезть на рожон. Ну и, видимо, совесть проснулась за предыдущую публичную выволочку. Обычно на Патрика Адамс не орал, но и подобный затык с оформлением дела возник впервые. Трупы на пожарах обнаруживались и раньше, но, как правило, Чейн и возглавлявший коронерскую службу города Рамек Труман старались присылать отчеты как можно быстрее.
Патрик в свою очередь тоже не полез на острие ножа и до конца совещания сидел тихо.
***
— Мистер Вердон, я, кажется, в прошлый раз дала вам исчерпывающий ответ, — а вот у Чейн, судя по тону, уик-энд сильно не задался. — Труп еще у судмедэксперта.
— Могу я узнать номер его телефона? — Патрик с ужасом понял, что смотрит на Чейн, прищурив глаза. Только этого еще не хватало, надумает эта язва, будто Патрик на нее пялится, и полетят жалобы на харассмент куда только можно. Доказывай потом, что просто снова забыл очки в машине.
Он поспешно отвел взгляд и теперь тщательно изучал плакат, повествующий о способах защиты от коронавируса.
— Мистер Вердон, я не справочное бюро, — отбрила его Чейн.
— Благодарю вас, — выплюнул Патрик и, от греха, поспешил свалить.
В конце концов, в Порт-Сент-Луси только одно бюро судебно-медицинской экспертизы. И даже если там трудится целая дюжина мастеров скальпелей и пил, Патрику не составит труда выяснить, кто именно занимается трупом с пожара.
Навигатор привел его к красивому, светлому зданию. Уже не в первый раз удивившись тому, как обманчиво бывает суждение по внешности, Патрик позвонил в домофон. Если бы он увидел это здание на снимке, непременно решил бы, что это дом какой-то знаменитости.
— Слушаю вас, — раздался довольно приятный даже с учетом искажения из-за крохотного динамика голос.
— Пожарный дознаватель Патрик Вердон, — Патрик поднес значок к глазку видеокамеры. — Мне необходимо переговорить с судмедэкспертом.
— Проходите, — пригласил голос, и замок мягко лязгнул, открываясь.
В ярко освещенном холле стояли кожаные диваны и росли пальмы в кадках. У Патрика не было времени приглядываться, но вроде настоящие.
— Мистер Вердон? — откуда-то сбоку к нему вышла обладательница голоса. Наверное, администратор этого филиала царства Аида, потому что дама была одета в юбку-карандаш и светлую блузу, кажется, из натурального шелка. Уложенные в замысловатую прическу волосы никогда не прятали под хирургическую шапочку, а длина ее маникюра, различимая даже с расстояния в несколько метров, точно не предполагала работу с телами.
— Патрик, — решив, что понизить градус официальности будет нелишним, он протянул руку.
— Ребекка, администратор этого мира покоя и страны ответов на вопросы, — отрекомендовала себя дама. Предположение насчет ее должности оказалось верным. — Чем могу помочь?
— Мне нужно увидеться с экспертом, кто делал или будет делать вскрытие трупа с пожара на пятой Авеню, — без обиняков рассказал о цели своего визита Патрик. — Понимаю, что он человек занятой, поэтому могу оставить визитку, а он перезвонит мне, когда будет свободен.
Ребекка удивленно вскинула брови.
— С криминальными трупами работает только мистер Додсон, — сказала она и сделала приглашающий жест рукой. Но визитку взяла и аккуратно убрала в большой органайзер. Патрик не смог разглядеть детально, но на вид он был заполнен больше, чем на две трети. — Идите за мной.
Идя по коридорам, Патрик то и дело ловил себя на том, что принюхивается, пытаясь ощутить тот самый сладковато-неприятный душок, что всегда сопровождает подобные заведения. Но, видимо, на вытяжке при строительстве не сэкономили — если чем и пахло, то легкими духами Ребекки с травяными нотами. Все было в порядке и со звукоизоляцией — никаких звуков пилы и тому подобных ужасов.
— Прошу, — Ребекка показала на дверь с табличкой “Судебная экспертиза”.
Таблички на двух соседних извещали, что это вход в святая святых служителей науки под названием “Патология”.
Иными словами, в бюро работали два патолога, устанавливающих, от какой болезни умер человек, и проводящих прижизненные исследования биопсий и удаленных тканей, и один, кто занимался подозрительными смертями.
Патрик постучал. Ответа не было. Он не обеспокоился на этот счет — возможно, его просто было не слышно, потому что дверь закрывалась без малейших щелей. Патрик нажал на дверную ручку и толкнул дверь от себя.
Кабинет оказался неожиданно большим. И никак не напоминал о морге, трупах и прочих непотребствах.
Светлые тона в отделке, дорогие материалы. Два окна, от слишком яркого солнца защищают рулонные шторы, явно не купленные в ближайшем массмаркете, а сделанные на заказ. У одного из окон стоит огромное кожаное кресло-реклайнер, и Патрику даже не пришлось присматриваться, чтобы понять, что обтянуто оно нежнейшей телячьей кожей. Полы были отделаны деревом, из дерева же сделан и огромный письменный стол, уставленный мониторами — Патрик насчитал аж целых три штуки, и центральный был как минимум метр в длину.
Но дорогая отделка, мебель отнюдь не массового сегмента и даже ваза с похожими на тропических птиц цветами, стоявшая на журнальном столике в углу, померкли, стоило хозяину кабинета поднять голову.
На Патрика смотрел тот самый парень из клуба, что неплохо пел кантри, успевая и задорно отплясывать. Мистер “Ковбой Мальборо”.
— Мистер Додсон, к вам мистер Вердон, пожарный дознаватель, — раздалось из-за спины Патрика.
Вообще-то Патрик любил представляться сам — так можно было выбрать идеальное время, чтобы назвать свое имя и род занятий. Но в данный момент он находился на чужой территории и был вынужден играть по навязанным правилам.
Да еще и очки забыл... В царстве того же Уиндона они были без надобности, Патрик всегда мог попросить увеличить масштаб, если нужно было посмотреть что-то на мониторе. Объяснялось это просто: это для экспертов каждая проба уникальна, простому человеку они все кажутся одинаковыми, как европейцы для азиатов.
Здесь же придется выкручиваться. Настроение, и без того паршивое, испортилось окончательно. И этот еще… с улыбочкой и ямочкой на подбородке.
Да, предположения Патрика насчет внешности певца оказались верными — эдакий эталонный американский красавчик. Только вместо туго обтягивающих зад и пах джинсов и рубахи с бахромой на нем был идеально сидящий костюм. Даже не Том Форд — у Патрика был один такой на парадный выход, — что-то более дорогое, возможно, индивидуальный пошив и, скорее всего, в Европе. В Англии, где этим занимаются многие поколения одной семьи.
— Спасибо, Ребекка, — голос показался Патрику несколько ниже и глуше, чем в баре. Но как раз с этим феноменом он был хорошо знаком: певческий и разговорный голоса могут различаться. Хорошие певцы, особенно прошедшие классическую школу обучения, вообще могут менять голоса. Не с баса на тенор, конечно, но “на пол-октавы повыше, пожалуйста” им подвластно. — Принесите мне чашку кофе. Мистер Вердон, какие напитки предпочитаете?
— Кофе, — попросил Патрик. — Черный американо с двойным сахаром.
— А мне капучино, как обычно, — уточнил Додсон и жестом пригласил Патрика присесть.
Большой начальник, чтоб его! Да он впервые спел гимн Америки на своем первом дне Благодарения в начальной школе, когда Патрик уже вовсю тушил пожары!
— Итак, мистер Вердон, что привело вас в наши края? — Додсон откатился от стола, положил обутую в сшитый на заказ ботинок стопу на колено.
Странно, что он не в остроносых сапогах — тогда чего мелочиться, закинул бы их на стол, Ковбой!
— Патрик, — он намеренно пошел на сокращение дистанции.
— Горан, — приглашение было принято. Додсон даже соизволил встать и протянуть руку.
Ладонь у него была сухая и как будто чуть-чуть шершавая. Наверное, из-за постоянного ношения резиновых перчаток и частой обработки рук едкими составами.
— А вот и кофе, — Патрик не услышал стука в дверь, видимо, звукоизоляция и вправду работала на “отлично”. Ребекка внесла поднос с двумя чашками.
Патрику досталась стандартная, миллилитров сто пятьдесят. А вот перед Гораном она поставила чуть ли не суповую кружку. При этом она была не просто наполнена пеной — напиток венчала пышная шапка, поднимающаяся над поверхностью сантиметра на три.
— Итак, вернемся к разговору, — предложил Горан, когда Ребекка ушла. — Если следовать логике, вы хотите уточнить что-то по вскрытию какого-то трупа?
Ну прямо Шерлок Холмс и его брат Майкрофт в одном лице! Дедукция прямо фонтанирует. Патрик глотнул кофе, прежде чем ответить.
— Да, причем совершенно конкретного, — он кивнул на один из многочисленных мониторов. — Дело номер три-сорок-эйч. Коронер Чейн утверждает, что труп доставили в бюро без задержек.
Горан отпил свой капучино. Облизал молочные “усы” с верхней губы.
— Да, все верно, — согласился он, даже не попытавшись сделать вид, что напрягает память. — Тело у нас.
— Чейн не может сделать заключение о характере смерти, пока не получит протокол вскрытия, — интересно, Горан придуривается? Или забыл о трупе в холодильнике и сейчас просто не собирается в этом признаваться?
— Нет, без моего отчета о вскрытии она не может закрыть дело за отсутствием состава преступления или инициировать его передачу в отделение полиции для проведения следственных процедур, — снова закинув стопу на колено, Горан откинулся на спинку кресла.
— Возникли какие-то проблемы с этим самым отчетом? — Патрик закипал. Ну в самом деле, что за скаутский лагерь, младший отряд?
— Нет, я планирую закончить его к концу недели, — пожал плечами Горан. — Вернее, я планирую в четверг или пятницу вскрыть бедолагу, и если мой разговор с мертвым пройдет без неожиданностей, то в понедельник или вторник отчет будет готов.
Патрик чего-то не понимал. Потому что он никак не мог найти какой-то важной связующей детали между сегодняшним днем, понедельником по календарю, и пятницей, когда дойдет дело до вскрытия.
— Почему именно пятница? — он тоже откинулся на спинку кресла. Допивать кофе расхотелось, хотя приготовлен он был неплохо. — Не вижу, чтобы тут был завал работы.
— Потому что пятница, — легкомысленно улыбнулся Горан. — Возникли проблемы?
“Да!” — хотелось рявкнуть Патрику. Мальчишка явно дразнил его, сознательно выводя на эмоции, и устраивать скандал было крайне опасно — он запросто мог обвинить Патрика в нанесении оскорблений личного характера, а то и про домогательства заявить. Но, может, он ждал, что Патрик сейчас начнет унижаться и просить “продвинуть его труп в очереди”? Такие люди, как Горан Додсон, обожают ощущение власти.
— С меня требуют отчет по делу, и лень судмедэксперта не катит в качестве объяснения причины задержки, — продолжил Патрик самым нейтральным тоном, как какой сейчас был способен.
— Мне нет дела до того, кто что и когда требует, — Горан покачал коленом согнутой ноги вверх-вниз, будто какое-то упражнение делал. — По регламенту я должен провести вскрытие в “максимально короткие сроки, при этом сокращение времени исследования предоставленного тела не должно приводить к недостаточно глубокому изучению имеющихся материалов”, — продекламировал он строки Регламента. — Уверен, миз Чейн даст начальнику участка именно такой ответ, если он осмелится ей позвонить.
— Я смогу повернуть ситуацию в обратную сторону? — Патрик встал. — Исследуй свои материалы хоть до конца жизни. Я сейчас пойду на пожар, проведу повторный осмотр и на его основе сделаю свое заключение о причине возникновения пожара. Подам отчет, закрою дело. А вы с Чейн потом открывайте новое и сами носитесь с его оформлением и объединением с моим, если выяснится, что горел этот несчастный еще живым.
— Ты не посмеешь сорвать коронерские печати, — фыркнул Горан. — Сам же знаешь, что сделает с тобой Чейн.