Оркестранты смерти. Часть 2. Песни саванны. Записки военного этнографа

Пролог.

КОНФИДЕНЦИАЛЬНО. Военная аналитическая группа. Центр стратегических исследований (CSIS)

Дата: 15.12.2023 года. Документ №: AFR-INT-2025-047 (Категория: совершенно секретно)

АНАЛИТИЧЕСКАЯ ЗАПИСКА

Тема: Деятельность российского «Африканского корпуса»: структура, цели, тактика и последствия для интересов США

1. Введение

В период с апреля 2022 гг. Российская Федерация (РФ) значительно усилила свое военно-политическое присутствие в Африке через создание неформального военного контингента, условно обозначаемого как «Африканский корпус» (АК). Данная структура является эволюцией частной военной компании (ЧВК) «Вагнер» и находится под оперативным контролем Главного управления Генерального штаба ВС РФ (ГРУ).

Цель записки: анализ структуры, тактики и стратегического значения АК для безопасности США и их союзников.

2. Состав и структура

2.1. Численность и дислокация:

Общая численность: до 20 000 бойцов

Основные контингенты:

Бывшие бойцы ЧВК «Вагнер» (60%).

Кадровые военные РФ (20%, включая офицеров ГРУ).

Наемники из Сербии, Сирии, Ливана (20%).

2.2. Ключевые подразделения:

Штурмовые группы: Проведение прямых боевых операций.

Инструкторские команды: Обучение местных сил.

РЭБ/Киберподразделения: Радиоэлектронная борьба и хакерские атаки.

3. Цели и задачи создания Африканского корпуса

Геополитические:

Подрыв влияния Франции и США в Сахеле (переходная природно-географическая зона в Африке, расположенная между пустыней Сахарой на севере и более плодородными саваннами и тропическими лесами на юге. Этот регион имеет критическое стратегическое значение из-за сочетания экологических, экономических и военно-политических факторов), создание пророссийских режимов.

Экономические:

Контроль месторождений золота, урана, алмазов (ЦАР, Мали, Судан, ЧАД).

Военные:

Создание опорных баз для ВМФ РФ (порт Судана, аэродромы в Мали).

Информационные:

Пропаганда «антиколониальной» повестки через местные СМИ, формирования лояльности населения к России и ее действиям на территории Африки

4. Страны операций и активность

Страна

Роль АК

Противники

Мали

Поддержка хунты, борьба с джихадистами.

Франция, «Исламское государство».

ЦАР

Контроль золотых приисков, охрана президента Туадера.

Повстанцы «Коалиция патриотов».

Судан

Попытка создания базы ВМФ, поддержка генерала Хемедти.

Армия Судана (проамериканская фракция).

Буркина-Фасо

Военные советники, подавление профранцузских групп.

AQIM, местные оппозиционеры.

5. Финансирование АК

Источники:

Бюджетные ассигнования через Минобороны РФ (до $200 млн/год).

Ресурсные сделки (добыча золота в ЦАР, урана в Мали).

Платежи от местных режимов (например, Мали оплачивает услуги золотом).

Пример: В 2023 г. через компанию «М-Инвест» (подконтрольна ГРУ) вывезено 10 тонн золота из ЦАР (источник: UN Panel of Experts).

6. Проблемы и уязвимости

Высокие потери (до 30% личного состава в Мали за 2024 г.).

Дефицит логистики (зависимость от местных режимов).

Рост сопротивления местных режимов (партизанские атаки в ЦАР).

7. Выводы и рекомендации для США

Усилить санкции против компаний, связанных с АК (например, «Лобайе Инвест»).

Поддержать альтернативные силы в Африке (частные военные компании США), использовать ССО Украины, как имеющий опыт войны с русскими, понимающих их психологию (ССО – элитное подразделение Вооруженных Сил Украины, созданное в 2016 году по стандартам НАТО. Аналог американских USSOCOM или британских SAS.)

Развернуть кибервойска для дестабилизации коммуникаций АК, формирования нужного информационного поля среди местного населения.

Прогноз: В 2024–2025 гг. РФ расширит присутствие АК в Гвинее и Нигере для контроля урановых месторождений.

Приложения:

Карта дислокации АК (см. файл AFR-MAP-047).

Список подконтрольных АК компаний (см. файл AFR-ECON-047).

Боевая тактика АК (см. файл AFR-MAP-046)

Подготовил:

Джейн Коллинз

Директор отдела африканских исследований CSIS

Распространение: Министерство обороны США (Пентагон), Командование AFRICOM, Комитет по разведке Сената США.

Документ предназначен исключительно для служебного пользования. Несанкционированное распространение запрещено.

Глава 1. Чудесное исцеление. 1998 год. Гайана. Где-то в джунглях Южной Америки.

Ударом своего кулака Старина Дик мог легко убить небольшого быка. За его спиной шептались, что он проделывал это не раз – и не с быками, а с живыми людьми в портовых тавернах Гайаны, Богом забытой страны в Южной Америке. Гайана – одна из самых маленьких стран Латинской Америки, зажатая между Венесуэлой и Бразилией, с очень бедным, но веселым народом, примитивной экономикой и огромными, скрытыми в джунглях запасами золота и нефти.

Вот это золото и искала группа рабочих во главе с молодым инженером Джимом Хамблом, уже неделю бредущая через непроходимые заросли, топкие болота и бурные речки.

Старина Дик, не торопясь бил полуграмотного парнишку лет шестнадцати, согласившегося за мизерные деньги и большую премию, в случае успеха экспедиции, уйти на пару месяцев в джунгли. Бил за дело, парень умудрился при переправе через не самую глубокую реку утопить рюкзак с аптечкой и двумя литрами чистого медицинского спирта. Можно было списать все на стечение обстоятельств – не выдержали лямки старенького рюкзака, в котором парень тащил добро экспедиции, в компании было принято экономить на снаряжении. Старина Дик это понимал, поэтому бил вполсилы – скорее, чтобы сбросить эмоции, чем покалечить паренька, спирта было жалко.

– Оставь его, – устало бросил инженер-старатель Джим Хамбл. – Уже ничего не поделаешь. Возвращаться не будем, с божью помощью все преодолеем.

Действительно, компанию, отправившую их в полевой выход, смертность в группе волновала меньше всего. Более того, она даже приветствовалась – помогала экономить на зарплате. Но с больными рабочими геологоразведку не проведешь. А самое опасное в этих джунглях – не смертоносные змеи, не ягуары, притаившиеся в кронах деревьев, не ядовитые пауки и не коварные черные крокодилы, поджидающие на заболоченных берегах рек. Нет, самый коварный враг человека в тропиках – малярийный комар! Помни об этом беспечный турист.

В диких джунглях водятся четыре вида малярийных комаров, но самый опасный – тот, что вызывает церебральную малярию. Самка комара впрыскивает в кровь жертвы при укусе паразита – малярийного плазмодия. Тот проникает в печень, начинает там бурно размножаться, потом возвращается в кровь и атакует эритроциты. Клетки крови разрушаются, становятся «липкими» и забивают сосуды головного мозга, а там уже и температура под сорок один градус, накатывающая волнами лихорадка, судороги, кома и неминуемая мучительная смерть.

Местные индейцы имеют иммунитет к малярии, а вот европейцам нужно для профилактики принимать артемизинин или любой другой противомалярийный препарат. Джим Хамбл взял артемизинин с избытков – но сейчас этими таблетками, скорее всего, закусывали местные крокодилы в каком-нибудь омуте, предварительно вылакав два литра спирта. Пить лекарство нужно по две таблетки три раза в день в течение двух недель, но разве это объяснишь безмозглым тварям.

«Мы принимали его десять дней… Может, эффекта хватит на оставшийся месяц», – с тоской подумал инженер. «Возвращаться – не вариант. Компания не поймет».

Эффекта хватило ровно на неделю. На седьмой день четверо из шести рабочих не смогли выбраться из своих спальников рано утром. Двое других были местными, а сам инженер благоразумно держал свой запас таблеток в личном рюкзаке. Какое-то время он неподвижно смотрел, как мечутся в жару его люди, изнуренные паразитом, пожирающим их изнутри, и предчувствием неминуемой смерти. В довершение всего лихорадка застала группу вдали от источников чистой воды, а все запасы во флягах были быстро высушена жаром болезни.

Отчаяние охватило инженера. Людей было жалко, но даже если выдать им остатки артемизинина, это только продлит их мучения, но никак не спасет, возможно позволит пройти еще с пяток километров.

Джим Хамбл набрал дождевой воды из неглубокой лесной лужи в походный котел. Заглянул внутрь, в воде резвились тысячи личинок всевозможных летающих и ползающих тварей. На этот случай у инженера был припасен препарат на основе диоксида хлора. Инженер покрутил в руках упаковку, на которой обнадеживающе было написано, что препарат убивает всё живое. Бросив в почерневший от копоти котел с десяток таблеток (двойную норму для надежности), он поставил его возле трясущихся в лихорадке больных и, взяв свой верный карабин, отправился к руслу ближайшей высохшей речки – искать следы золота. Рабочие были обречены, а семью кормить надо.

Инженер вернулся в лагерь, когда уже смеркалось, с мрачными размышлениями и плохими предчувствиями, какой глубины лучше копать могилы. И вдруг…он остолбенел. На поляне весело трещал большой костер, а сидевшие вокруг рабочие о чем-то горячо спорили, спор, прерывался взрывами дикого хохота. Это никак не походило на палату смертельно больных малярией.

– Джим! – радостно завопил Старина Дик, еще утром не узнававший его в приступе лихорадки. – Тут волшебная вода! – Он двинул ногой по пустому котлу, так что тот весело загудел – Она вылечила нас от этой чертовой болезни! Она вылечила нас от малярии, чтобы меня разорвало.

Это было невероятно, голова пошла кругом, инженер не верил в чудесные свойства дождевой воды, силу молитв, и самоисцеление, тогда что же? Копеечное средство победило одну из самых страшных болезней на планете. Такого не могло быть – но это произошло.

– Черт побери, – ошарашенно подумал Джим Хамбл, – а похоже я нашел свою золотую жилу! Но как же сильно он ошибался.

Глава 2 ЦАР Кощей

Рыжая собака практически сливалась с такой же рыжей африканской дорогой, в пыли которой она лежала, лениво приподняла голову, осматривая чахлую растительность, несколько хижин, выстроенных из прутьев, дюралевой обшивки самолета и кусков брезента. Взгляд пса задержался на ветках дерева, под которым лежал пес и его два собрата, судя по раскрасу из одного помета.

В кроне дерева сидел, вцепившись всеми лапами в засохшую ветку, облезлый кот черного цвета с разодранной мордой и кровоточащим ухом, облепленным мушками. Сил у кота отогнать мух уже не было. На это дерево псы загнали его несколько часов назад, а дальше просто неторопливо ждали, когда жара, жажда и смертельная усталость свалят кота на землю. Собаки сменяли друг друга под деревом, успевая заниматься своими собачьими делами, действуя слаженно, как хорошо сыгранная команда.

Кот был обречен, он это знал. Когда-то собаки точно так же покончили с его матерью, разорвав на части в считаные секунды, когда она свалилась с дерева. Единственный шанс – это рискнуть, пока есть силы, спрыгнуть на дорогу и попробовать добежать, спрятаться в прохладе ближайшей хижины, забиться там под топчан в надежде, что люди защитят от стаи. А дальше начиналось множество «если»: а если дверь закрыта, а если там нет топчана, а заступится ли чернокожий за тебя или отшвырнет ногой прямо в набегающую пасть на потеху местным детишкам. Кот в чудеса не верил, но выбора не было.

Безжалостное солнце выжигало коту зрачки, ветки, тень редких пожухлых листьев не спасала. Кот принял решение – драться! Он был прирожденный боец, выживший не в одной схватке с собаками, змеями, людьми и африканской жарой. И чтобы собраться с силами перед, возможно, последним броском в его недолгой кошачьей жизни, он, закинув голову к зениту, и прикрыв глаза, затянул протяжную горловую боевую песню, заглушая звуки двигающейся по дороге военной колонны…

Мы возвращались с дежурного патрулирования. Наша небольшая колонна, состоящая из отжатого у местного филиала «Аль-Каиды» пикапа с установленным в кузове крупнокалиберным пулеметом, раскалённого на солнце БМП-3 и бронеавтомобиля «Тигр», катилась на базу после сопровождения нескольких грузовиков со строительными материалами, почтой, инкассаторскими мешками и еще черт знает с чем. Были попытки пристроиться к колоне у нескольких гражданских автомобилей, которые мы отогнали предупредительной очередью в воздух, ибо есть четкие инструкции на этот счет.

На въезде в очередную деревушку нас радостно приветствовала малышня, играющая в пыли, помахала руками группа крестьян в ярких гавайских рубашках с мотыгами, что-то до этого увлеченно обсуждавшая на обочине. Местные жители нас любили, чего не скажешь о кочующих племенах, которые часто видели в нас возможность опасного, но стабильного заработка от той же "Аль-Каиды". Они минировали дороги по пути нашего следования или вели хаотичный обстрел с расстояния 500 метров, радости у нас это не вызывало, хотя потерь среди личного состава пока не было.

На повороте дороги стояло засыхающее дерево, в тени которого рыжими тряпками лежали три собаки. Над ними, в метрах пяти над землей, на засохшей корявой ветке стоял черный кот и, запрокинув голову, закрыв глаза, пронзительно выл. Собаки не обращали на его рев никакого внимания, а кот, покачиваясь, что-то пытался сказать этому безоблачному ярко-синему небу. На лбу кота высвечивалась белая отметина, напоминающая очертаниями череп.

Расклад сил был мне абсолютно понятен, и я два раза ударил прикладом по броне, прося водителя нашей колымаги остановиться. Из верхнего люка броневика тут же вылезла любопытствующая рыжая веснушчатая голова моего бойца Кольки Семенова с позывным «Чижик». Чижику всего 20 лет, он энергичен, жизнерадостен и во многом наивен, пацан одним словом. В Африканский корпус он пришел почти сразу же, как получил российский паспорт. Несмотря на свой небольшой возраст, Рыжик знал о войне не понаслышке, так как родился и вырос на Добассе. Стоял на блокпостах, помогал чем мог бойцам донецкого ополчения. Его отец погиб в боях с украинскими добровольческими отрядами, поэтому хохлов Чижик ненавидел всей душой, а на втором месте у него стояла перловая каша, которую наш повар регулярно готовил по четвергам.

– Что случилось?

– Нужно спасти товарища, который попал в окружение превосходящих сил противника! Принимай бедолагу.

Я приподнялся с раскалённой брони и подхватил воющего кота с ветки. Какое-то время, уже в полете, он продолжал взвывать к своим кошачьим богам, но потом раскосые глаза распахнулись, в них вспыхнула боевая искра и, извернувшись в воздухе, кот вцепился всеми зубами в мою тактическую перчатку. От неожиданности я разжал руки, и спасенный рухнул на голову Рыжику, после чего они скрылись в недрах машины.

Секундная пауза, и чрево автомобиля наполнилось веселой возней, стуками тяжелых предметов, отборным матом и воплем нашего связиста с позывным Казань:

– Убью, падла!

Через какое-то время шум прекратился. Я осторожно заглянул в машину. Кот шипел, выставив перед собой когтистую лапу где-то под скамейкой, а бойцы отделения зализывали кровоточащие царапины у себя на руках.

– Ну вы что, как не родные? Это же явно кто-то из наших, видите – череп на лбу, может это боевой товарищ, вагнеровец, который переродился в животину, а вы сразу «убью падла». С котиком нужно по-доброму, лаской, сухпайком поделитесь, водички дайте… Эй, за штурвалом, двинули!

Зверюга был похож на кого угодно, но только не на котика!

Колонна продолжила движение. Где-то минут через двадцать я опять заглянул внутрь железной душегубки.

– Как дела у спасенного?

– Жрет, – как-то обреченно выдохнул Казань. – Жрет консерву, причем сразу с фольгой. Тощий, как Кощей.

– Довезем до расположения, выпустим.

Мне 44 года. Мой позывной – Француз, потому что я знаю французский, люблю Францию, мушкетеров, круассаны, творчество Далиды и Эдит Пиаф. Кто я? Я штурмовик Африканского корпуса. На моем шевроне на левом плече – череп ЧВК «Вагнера», который помнит руины Бахмута. За год войны на Украине я прошел путь от санинструктора до командира отделения.

На правом плече шеврон со шлемом благоверного князя Александра Невского, древнерусский полуторный меч и девиз «Осмеливающийся побеждает». Суть девиза, как нам объяснили командиры, проста: одной силы для победы мало, нужна смелость и готовность идти до конца. Где заканчивается тот конец нам не объяснялось, ибо это военная тайна. Мы там, где нужны России. В моем случае, мы были нужны в ЦАР, ЦЕНТРАЛЬНОЙ АФРИКАНСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ.

Колонна, неторопливо урча моторами, вползла на территорию российской базы, располагающейся недалеко от столицы ЦАР Банги. Двухэтажное здание казармы с окнами, заложенными мешками с песком, гордо носило вывеску, нарисованную местными шутниками "Отель Арарат – 5 звезд". На потрескавшемся белом фасаде красовалась полустёртая надпись "Добро пожаловать в саванну огненную!" и свежая табличка с изображением овчарки – «Осторожно, злые сапёры».

В целом, военная база напоминала мне по устройству, распорядку и ощущениям, пионерский лагерь из моего далекого детства. В казарме был даже кондиционер, который работал согласно только ему понятному графику. С упорством, достойным уважения, наши механики чинили, а он с таким же упорством постоянно ломался. Но средняя дневная температура в ЦАР около 31 градуса, ночная 22, так что жить можно и без кондея.

Особняком стоял "спа-комплекс" – бывший гараж, переделанный в русскую баню. Париться в 40-градусную жару может показать кому-то извращением, но баня была еще и ощущением далекой Родины, которая с какой-то только ей понятной целью, закинула нас сюда.

Отдельной строкой хочется отметить столовую, в которой кормили хорошо, но однообразно, поэтому наш «Шеф-повар» Малхаз создавал различные кулинарные шедевры с использованием местной флоры и фауны. Вот вы ели гречневую кашу с луком и обжаренной саранчой, а ведь это просто бомба! Жареная саранча напоминает соленые хрустящие чипсы, идеально подходит к холодному пиву, желательно темному охлажденному до температуры ниже десяти градусов по цельсию.

Вечером столовая превращалась в клуб по интересам: смотрели скачанные дома фильмы, играли в покер, отмечали дни рождения. Боевой работы, за которой многие приехали с Украины, было до обидного мало.

Спасенный от собак кот, разомлевший от консервов и вылаканного литра воды, безмятежно спал, когда его выволокли на божий свет, поставили у края зарослей травы перед «отелем» и носком ботинка предложили отправиться в сторону выхода, на вольные хлеба, в пампасы. Он постоял некоторое время взвешивая все за и против, задумчиво разглядывая горизонт. Где-то вдалеке, за зеленными холмами пролаяла гиена. Кот принял жизни определяющее решение, в два прыжка взметнулся обратно на броню БМП, в люк и улегся на водительское сиденье, всем своим видом показывая, что это место нравиться гораздо больше и вообще – он здесь надолго. Кот получил позывной «Кощей» и общим голосованием был оставлен в отряде, как символ возможного перерождения штурмовика после смерти.

А нас, уставших, вымотанных тряской, жарой и мелкой африканской пылью ждал настоящий шашлык! Сначала я даже не поверил своему носу, но нет, над расположением плыл чарующий, дразнящий вкусовые сосочки, запах шашлыка. Ай да Малхаз, ай да молодец! Раздобыл к нашему приезду свининку.

В Африке, как и в глубинке России на водку можно было обменять все. Водки у нас не было, но периодически нашим медикам завозили медицинский 96% спирт, который при разведении 1 к 4 легко превращался в божественный напиток, а при добавлении ягод Зизифуса, колючего кустарника, повсеместно растущего вдоль местных дорог, напиток становился не только вкусным, но и целебным.

Местные христиане, считают, что терновый венок Христа был изготовлен из веток Зизифуса – они покрыты шипами, которые получили название «Христовы колючки». Наш доктор с пеной у рта утверждал, что настойка из Зизифуса лечит любую инфекцию, болезни суставов и хроническую депрессию, а так заболеваний у него было много, лечился он постоянно. Не знаю про целебный эффект, но литр настойки легко менялся у местных военных на пять килограмм свинины.

Свинина добывалась военными во время безумных ночных сафари. Армейские внедорожники тихо урча моторами, периодически заезжали в заранее приглянувшуюся деревню, ослепляли мирно бредущую свинью светом ярких фар, давили бампером, быстро грузили в пикап и везли мясо на продажу или обмен. Крестьяне, для которых черные свиньи были часто единственным источником дохода, сами они их не ели, люто ненавидели за это солдат, но поделать ничего не могли, в Африке закон у того, кто крепче держит в руках автомат.

Глава 3 «Лучшая в мире работа»

Когда-то свое присутствие в Африке современная Россия начинала именно с ЦАР, бывшей французской колонией с гражданской войной между христианами и мусульманами, урановыми рудниками и абсолютно бесполезными миротворческими силами ООН. В 2017 году президент Туадера контролировал только столицу страны Банги, вся остальная территория находилась под властью бандитских группировок. Чувствую своей жирной черной пятой точкой, что жить ему остается не так уж много времени, президент запросил помощь России, которая, как мы знаем, «щедрая душа», ибо помогает часто, а долги спрашивает редко.

Россия откликнулась, продавила в ООН отмену эмбарго на поставку в страну оружия, и забросила 175 военных инструкторов и 250 бойцов из ЧВК Вагнер, которые абсолютно легально взяли под защиту президента и приступили к переговорам с полевыми командирами различных группировок, параллельно обучая правительственные войска искусству убивать.

И пока на Западе выражали озабоченность нарушениям прав человека, Россия сшивала страну не силой оружия, а силой своих переговорщиков, ученых, специалистов по Африке. Все это принесло результат. Боевики начали массово складывать оружие, более пяти тысяч согласились участвовать в президентской программе ДДР – демилитаризации, демобилизации и реинтеграции.

Главное достижение российского командования – что местные стали воспринимать нас, как посредников в примирении, объясняя боевикам понятные условия для выхода из затяжного конфликта. Начали открываться школы, появилась возможность ездить по стране без риска быть ограбленным и убитым на ближайшем блокпосте. За год работы ЧВК правительством было освобождено и взято под контроль более 30 городов, мы возвращали людям мирную жизнь.