Имперская мозаика

– Да. До принятия их корабля другим портом провинции мы не несем ответственности за происходящее с ними, если вас это интересует.

– Сколько их на корабле, и какому классу принадлежит сам корабль? – Бергштайн чувствовал, что должен быть какой-то подвох, какая-то западня.

– Их пятнадцать единиц. Два офицера, два сержанта, десять рядовых и один гражданский пилот. Корабль тоже гражданский двадцатиместный лайнер малого класса.

– Что-то здесь не так. Где-то вы здорово просчитались и тогда мы окажемся в полной заднице. Имперцы, количеством, которым можно пренебречь, без поддержки, без реального юридического прикрытия лезут в бутылку, хотя наверняка предполагают, чем это им может грозить. К ним попадает Мотильи, который не может не знать, как мы будем действовать. Что происходит, тьяйерец? Пошевели своими зелеными мозгами. Или у тебя сопли вместо мозгов? – Халил Амат поднялся из-за стола и прошелся по кабинету.

– Мы все это видим. И ничего не упустили. Поэтому я и стою здесь, выслушивая ваши оскорбления.

– Оскорбления? Да родиться тьяйерцем уже оскорбление, – генетик, вернувшись за стол, вновь нажал клавишу, – Вы возвращайтесь к наместнику. Пусть не забивает себе голову глупостями. Однако ухо держите востро. Как говориться – имеющий уши да услышит. А имперцев пропустите. Пусть их смотрят.

Советник, обрадованный тем, что неприятная аудиенция закончилась, быстро выскользнул за дверь.

– Что Рагон? – Бергштайн уставился на склоненного слугу.

– Будет на связи через пару минут.

– Ладно. Вызови ко мне Стража. И подавай сюда завтрак.

Слуга, кативший перед собой тележку с завтраком и огромный мутант, похожий на помесь гурянина, зверя и какой-то неведомой твари с десятком глаз и огромной пастью, появились одновременно.

– Здравствуй Страж! – генетик приветливо улыбнулся одному из лучших своих творений, – Готов ли работать?

Мутант, не умеющий говорить, но все понимающий, рыкнул, преданно глядя в глаза создателя. Он доставал макушкой почти до потолка, имея рост около трех метров.

– Вижу, вижу. Ты всегда радуешь старика. К нам летят плохие люди. Они хотят мне и всем нам зла. Их надо остановить. Понимаешь? Возьми с собой кого посчитаешь нужным и встреть их. Они будут вечером. Ты только…

– Господин, связь с Рагоном, – слуга, несчастный оттого, что приходится перебивать хозяина, готов был умереть.

– Давай. Эй, Рагон, ты где, старый волк? – голос Халила Амата был дружеским, но отцовские нотки сменились тембрами хозяина, – Ты нужен мне.

– Мы уже летим к Атмелькану. Я сразу развернул корабли, как только узнал, что ты меня зовешь, – в полутемном углу кабинета появилась голограмма высокого гурянина в годах, – Мы уже отпрыгались и теперь идем обычным ходом. Часов через семь будем на орбите Атмелькана.

– Отлично. Ничего конкретного пока. Просто поторчи рядом до завтрашнего утра. После этого, если не понадобишься, можешь лететь по своим делам.

– Я все понял. До связи, хозяин. Пусть тебе сопутствует удача, – голограмма погасла.

– Так на чем мы остановились? – генетик вновь, с улыбкой, обратился к Стражу, – Ах да, вспомнил. Ты особо не увлекайся и не занимайся творчеством. Мне в этот раз нужно не представление, а чистая и быстрая работа. И пошли кого-нибудь на корабль. Пусть его не найдут больше. Теперь иди. Мне надо подумать.

Грузное тело военно-транспортного корабля замерло у причала, подтянутое силовыми полями к шлюзовым модулям. Рукава переходов, словно пиявки прилипли к его бортам в районах створок люков.

Дождавшись, когда разойдутся по разным причинам прилетевшие на военную базу пассажиры, Стингрей и Гаррет направились к выходу. В зале прилета в глаза бросался стоящий на пути потока прибывших человек, облаченный в пятнистую полевую форму с нашивками элитного подразделения спецназа Первого Земного флота и шевроном сержанта на рукаве. Фигурой он был под стать Стингрею. То же буйство звериной силы чувствовалось в его огромных мускулах обтянутых военной формой. Обритую наголо голову, как и обветренное загорелое лицо, украшали несколько разномастных шрамов. Прищуренные глаза, словно прицелы, обшаривали выходящих людей. Издали, заметив появившихся из перехода агентов ЛСБИ, сержант уже больше не отрывал от них взгляда, улыбаясь одними глазами.

– А вот и старый вояка Челтон, – Стингрей, наконец, тоже увидел сержанта и устремился к нему, – Ты нисколько не изменился за то время, когда мы не виделись. Безумно рад тебя видеть.

– Привет Майк, привет Рой. Я уж думал, у вас опять все переиграли, и вы не прилетели. У вас же вечно семь пятниц на неделе.

– Да мы просто отсиживались. Что у вас тут происходит? Корабль был весь, словно арбуз семечками, набит какими-то гражданскими. Вы что, лагерь бойскаутов тут открыли? – Гаррет радостно пожал протянутую крепкую руку.

– Не поверите, но почти так и есть. Наверху совсем с ума посходили. Теперь при нашей базе создана учебка для срочников. Теперь они свои первые полгода будут здесь служить. Кто-то решил, что мы сможем попутно и их чему-нибудь научить. Сейчас как раз первый призыв в эту учебку. А так как порт тут только один у нас до конца набора такой дурдом.

– Смешно. Ты хоть нас на базу вывезти сможешь? Или придется пробиваться с боем, – Майкл с интересом рассматривал толпящихся вокруг молодых парней, которые в свою очередь с благоговейным ужасом рассматривали Челтона.

– Я не зря говорил про переиграли, – объяснил Челтон, когда они шли к причалу челноков, – Тут для вас новые вводные поступили. Но экипажу корабля и рабочей группе отбоя не давали. Значит, все же летим. Вот только куда?

Челнок отцепился от порта и камнем упал вниз. Войдя в плотные слои атмосферы, он изменил траекторию, полетев почти параллельно поверхности планеты.

– Ну и как на твой взгляд команда? – Майкл почему то опять вспомнил о капитане Софтли.

– Все тип-топ. Можно хорошо повеселиться. Во первых для нас пришел новый линкор класса Орка. А это само по себе неплохо. Ну а рабочая группа вся из моих ребят. Разрешили взять сорок человек. Это тоже лихо. Так что сами видите, сегодня мы не как бедные родственники пойдем.

– Да уж, – Рой даже присвистнул, – Прямо армейская операция.

– А это и есть армейская операция, – у Стингрея вдруг испортилось настроение.

Челнок, тем временем, плавно зайдя на посадку, замер на небольшой взлетной площадке неподалеку от административных зданий базы. Не теряя времени, они прошли в здание штаба, где забрали у дежурного полученные на их имя вводные.

Небольшая, размером десять на десять сантиметров и толщиной пять миллиметров пластина являлась сплошным плазменным монитором и активировалась, попав в чьи-либо руки. Подобно визаторам, она сравнивала «взгляд» и отпечаток пальцев с теми, что были заложены в ней как параметры получателя. При совпадении автоматически раскрывались зашитые в пластину файлы.

На экране замерцали ярко зеленые строки: «При содействии экипажа линкора класса «Орка» бортовой номер «Эл-185» и мобильной рабочей группы под руководством сержанта Челтона, прибыть в район планеты Арабелла провинции Меото. Цель – изучение фактов, изложенных в отчетах по действиям большого пограничного корабля класса «Читэ» бортовой номер «Би-Эс-9001» вследствие сработки на автоматической пограничной станции слежения «Эй-Эф-Эс-Эм-1683». Необходимые приказы содействующим сторонам переданы. Приложения: копия отчета командира «Би-Эс-9001» лейтенанта Таккера; выписка из записей автоматического хронографа «Би-Эс-9001»; выписка из журнала службы диспетчерского контроля корпорации «Вингс оф Год» о перемещениях НИС «Колумб»; выписка из журнала службы диспетчерского контроля корпорации «Вингс оф Год» о перемещениях поисково-спасательного судна «Бриз».

Стингрей трижды прочел длинный текст вводной, вникая в суть.

– Вот тебе бабушка и Юрьев день, – Майкл поморщился, вновь вспомнив о Софтли, в этот раз словно почувствовав необъяснимую горечь воспоминания.

– Гунар, ты ничего не замечаешь? – спросил Арго, когда, благополучно высадившись в порту Атмелькана, они шли к платформе челноков, – Вокруг слишком мало народа, да и те, кто есть, похоже, все киборги.

– Ну и чему ты удивляешься? Если на Атмелькане все так, как утверждают власти Триона, то тут вообще закрытая зона. И, соответственно, людям, да и остальным разумянам здесь не место.

– Но мы никакого досмотра не проходили и даже не зарегистрировались. Нас словно не замечают, – не унимался лейтенант, – Вот и Лдодг напрягся. Опять какую то пургу в эфир пускают, про то как кто-то яйца натер, а у кого-то живот пучит.

– Может, действительно натёр? – Софтли, стараясь держаться непринужденно, осмотрелся по сторонам. Увиденное не успокаивало. Занг Роуч был прав относительно Лдодга. По крайней мере, все бойцы отряда, подчиняясь им одним известным жестам и фразам сержанта, рассредоточились, окружая со всех сторон капитана и его коллег. Они шли, казалось, расслабленно. Однако глаза их внимательно фиксировали все вокруг, а руки не на миг не покидали рукояток висящего, как бы небрежно, оружия снятого с предохранителей. Но ничего не произошло, и они благополучно погрузились на челнок.

Спуск был недолгим. Челнок, ведомый автопилотом, замедлил свой полет, влетая под раскрывшийся ему навстречу цветком защитный купол посадочных площадок.

– Думаю сейчас, – сержант Лдодг, подошел к Софтли, вновь проверяя свой скротчер.

– Что? – капитан за размышлениями не понял обращенных к нему слов.

– Сейчас. Думаю, сейчас нас попытаются взять. У челнока широкие створки в хвостовой части и открываются они автоматически после срабатывания причального комплекса. Весь салон простреливается. Укрытия тут никакого нет. Эта модель челнока не имеет иллюминаторов, через которые мы могли бы наблюдать за происходящим на посадочной площадке. Лично я взял бы нас сейчас, – сержант посмотрел на свой коммуникатор, – И коммуникаторы. Они не видят и не общаются с окружающим миром. Нас изолировали.

– Началась стыковка. Остаток пять, четыре… – один из бойцов следил за маневрами челнока, ориентируясь по слуху и подрагиваниям корпуса.

– К бою! – сержант не стал дожидаться решения Гунара, последовал своим инстинктам.

– Два, один, открытие… – створки разошлись в стороны, пропустив внутрь челнока десятка два неясных силуэта, стремительно метнувшихся к пассажирам. На хлебосольных хозяев это было совсем не похоже. В ту же секунду освещение, моргнув напоследок, потухло.

– Огонь! – команда сержанта практически слилась с дружным взвизгом скротчеров. Короткие голубые лучи выстрелов осветили все вокруг прерывистым мертвенным светом. Затем бойцы прекратили огонь, боясь задеть своих и перешли на старые добрые ножи. Темнота наполнилась криками людей, визгом нападавших тварей, звуками глухих ударов падающих тел и прочим, что обычно сопровождает яростный рукопашный бой во тьме. Схватка, однако, оказалась довольно скоротечной. Через пару минут звуки боя стихли. Слышно было только, как хрипло дышат победившие, пытаясь восстановить дыхание. Тьма уже не казалось такой непроницаемой, как в первую минуту после отключения освещения. А за распахнутыми створками выхода сумеречного света, пробивающегося через различные технологические отверстия купола, было еще больше.

– Дьявол! Что это было? Капитан, ваши все целы? – первым подал голос сержант Лдодг.

– Слава богу, нам даже не пришлось работать. Это, сержант, одно из доказательств, которые мы тут ищем, – Софтли старался разглядеть одну из мертвых тварей, сраженную кем-то из бойцов Лдодга, – Занг, а ты заметил, что они не совсем такие, как та, что нам досталась? Хотя, конечно, очень похожи.

– Заметил, шеф. Наша была крупнее и постоянно меняла форму. Но в покое очень похожи.

– В покое? Думаю, мы еще увидим и тех, более развитых, – Гунар поднялся, – Думаю, мы еще много чего здесь увидим.

– Дай бог, – сержант проверил уровень зарядки скротчера, – Только у меня почему-то не столь оптимистичное предчувствие.

– Сержант, у нас раненый, сэр, – двое спецназовцев склонились над третьим, лежащим совсем близко от входа, – Маклинза зацепило.

– Черт! Что у него, – быстро подойдя к раненому, сержант склонился над ним.

– Несквозное ранение груди. Похоже, легкое пробито. И, видимо, оглушен. Большая ссадина на виске. Больше ничего визуально, – один из бойцов поднялся, освобождая для Лдодга место. Раненый был без сознания. Он часто и хрипло дышал, задыхаясь. Сержант расстегнул легкий пластиковый бронежилет и, открывая доступ к ране, рванул застежку окровавленной армейской рубахи. Рана была чистой, с ровными, словно от попадания пули краями. Крови было немного, но на ране она пузырилась при каждом судорожном движении грудной клетки.

– Дьявол. Луцкий, мухой прошмонай челнок на предмет аптечки. У кого есть пластиковый пакет, кредитка или что похожее? – сержант похлопал себя по карманам, хотя знал, что ничего лишнего, да и совсем не лишнего у него нет.

– Держи, – Софтли не любил держать в карманах безликую наличность, предпочитая кредитную карточку.

– Отцы-командиры, мать их. Сейчас бы их сюда, к нам. Без боевых костюмов, без нормального арсенала, без медицинских комплектов. Скоты, – говоря это, сержант кое-как обтер рану извлеченной из кармана салфеткой для очков и плотно прижал к ней кредитку, – Такер, держи так. Прижимай плотно, чтобы воздух не проходил. И посади его, чтобы кровь от легкого вниз отходила. Так, солдаты, мы сильно задержались. Нам надо быстро убираться из и от челнока. Буров, Лундгстрем на выход. Коротко осмотреться и доложить. Такер и Пиех несут Маклинза. Луцкий, что ты копаешься?

– Ничего нет, сэр!

– Ладно. Ты с Ганди прикрываете идущих с раненым. Ортега, Ельчев, Тан и я замыкаем. Впереди нас пойдут офицеры и сержант Борен. Переговорные активировать, но соблюдать радиомолчание. Общение только знаками при визуальном контакте. Переговорные для экстренных случаев. Что там, Буров?

– Все тихо, сэр. Причальный комплекс стандартный, модель Колония восемь. Соответственно выходов из ангара два. Налево транспортные створы, направо сдвижная дверь для пассажиров. Все закрыто.

– Идем направо. Створы транспортных ворот, если они блокированы, нам взять нечем. А с дверью, бог даст, справимся. Так, Буров, Лунгстрем вперед, – сержант, словно подтверждая свои слова, отдал команду жестом. Молчаливые, словно призраки бойцы выскользнули из челнока. Никто из них не размышлял о том, что будет дальше. Просто началась их работа.

– Ну что, тебе еще не надоела эта пресная, захолустная жизнь? – Дик подсел к сидящему за стойкой грязного бара Мердоку, – Не слишком-то много пользы ты извлекаешь из того, что остался жив.

– А что, у меня есть альтернатива? – Амос тяжелым взглядом пьяного человека уставился на вновь пришедшего. Судя по практически пустой бутылке дешевого синтетического виски, стоящей перед ним на стойке, он успел, не смотря на довольно ранний час, прилично набраться.

– Альтернатива чему? Тебя, похоже, даже местные девки не заинтересовали, – Дик ехидно рассматривал небритого и помятого пилота, – Хотя, может быть, ты тащишся, когда, во время утреннего похмелья, понимаешь, что еще жив?

– А не пошли бы вы….

– Фу. Как ты умудряешься вливать в себя такую гадость? – Дик, наклонившись, понюхал стоящий перед Мердоком стакан, – Этот дерьмовый самогон, гордо называемый виски, разливают в местных пригородных цехах. Бьюсь об заклад, что утром от головной боли не помогает ничего. Такое количество сивушных масел и реагентов не пройдет даром даже для железного здоровья.

– А вы что, состоите в обществе трезвенников или борцов за нравственность местного общества? Вы верно сами блюдете сухой закон?

– Нет. Боже упаси. Более того, бывали в моей жизни случаи, когда мне доводилось хлебать еще большее дерьмо. Но если у меня был выбор, я старался, по крайней мере, доставить себе удовольствие.

– Что же вы предпочли бы на моем месте? Водку?

– Нет. Водка для куражу. Она сделает тебя более буйным. А в таких количествах, – Дик кивнул на пустую бутылку, – Да без подобающей водке закуски, она тебя скорее усыпит. Хотя водка здесь значительно лучше по качеству, чем это пойло. Я на твоем месте предпочел бы побыстрее вжиться в твой новый мир, раз уж сука судьба не оставила иного шанса. Я предпочел бы работу.

– Вы заперли меня в этой срани. Я не могу улететь, мне нечего здесь делать. Да меня практически не стало, – Мердок, качнувшись, едва удержался на высоком стуле, – И что вы хотите? Благодарности?

– Да нет. Полноте. Я ведь всего лишь не пристрелил тебя, – Дик жестом подозвал угрюмого, бармена с длинными грязными волосами, – Текила Анеджо какая есть?

– Порфидио Экстра, господин.

– Давай. Ты еще забыл сказать, что пьешь с утра, потому, что мы, свиньи, не отобрали у тебя империалы. И потому еще, что у нас, у уродов, эти наличные империалы в ходу.

– А что прикажете мне делать? Спать? Учить языки? Да у вас здесь даже читать нечего, кроме этикеток от бутылок, – казалось, пилот слегка протрезвел. По крайней мере, взгляд его немного прояснился.

– А вот твой бывший коллега по спасательной… хе-хе…экспедиции уже занимается интересным для него делом. И, сдается, уже забыл обиды на нас. А ведь ему по башке неслабо досталось, когда он Зверя укусил, – Дик, забросив в рот пару крупинок крупной соли, насыпанной в стоящей на стойке старой солонке, одним коротким движением, опрокинул стаканчик с бесцветной жидкостью и отправил вдогонку ломтик нарезанного барменом лимона, – И уж если ты нуждаешься в утреннем допинге, чтобы взбодриться, прими лучше стаканчик текилы. Помогает.

– Трайи? Интересным делом? – Мердок резко развернулся к пирату, при этом, снова едва не свалившись со стула, – Что же здесь может быть интересного для этого научного червя?

– Так это и интересно, – Дик усмехнулся, крутя в руках тонкую сигару, – Он и занимается своей наукой. Ты не забыл, что до сих пор не знаешь, как мы вас захватили? У нас тоже есть чем заняться помимо лакания текилы и размахивания стволами. И почитать найдется чего, если только попытаться выбраться из кабака и перестать заливать в пасть всякое дерьмо. Вот уж не ожидал, что ты сразу сдашься и начнешь жалеть себя.

– Не ожидали? Да откуда вам знать, чего от меня ожидать? – Амос взялся за наполненный стакан, но, передумав, отставил его, опрокинув при этом пустую бутылку.

– Ну, узнать о тебе побольше проблемы не составило. Наши ребята даже в сибовскую сеть иногда влезть умудряются, а уж вытащить твой файл из сети Галилео было для них просто баловством.

– И зачем, интересно, вам понадобился мой файл?

– Да ты знаешь, мой пилот тоже любил залить за воротник. А я, хоть и не приветствую таких слабостей, но стараюсь не лезть в чужие дела. Не мне учить кого бы то ни было, – Дик наконец перестал мучить сигару пальцами и, щелкнув потертой и помятой стальной зажигалкой, выпустил к потолку рассеянную струю дыма, – Характер у парня был, конечно, не подарок. Но если случалось настоящее рубилово, это было даже на руку. А неделю назад, после нашего возвращения с очередной прогулки, он как всегда ушел в поход по кабакам. Ну и в одном из них повздорил с таким же отморозком как и он сам. Противник оказался круче и пустил моего пилота на домашнюю лапшу. Причем в работе ножом парень, похоже, знал толк. Медики ничего не смогли сделать, а уж медики-то у нас что надо.

– Печальная история. Но я-то тут при чем?

– Я посмотрел твои файлы и подумал, что тебе еще рано себя хоронить. Наличность твоя подходит к концу. Чтобы снять империалы со своего счета тебе придется отдать немереный процент тем, кто здесь этим занимается. Ни работы, ни друзей у тебя нет. Ты в полной заднице. И это самый благоприятный момент, чтобы вынудить тебя пойти ко мне на работу. Видишь, я совершенно честен и откровенен с тобой.

– А если я попытаюсь тебе навредить или сбежать?

– Да у тебя просто не будет возможности. Тебе свернут голову при первом подозрении, – пират засунул недокуренную сигару через узкое горлышко в лежащую на стойке бутылку, – Ты сейчас не пуржи. Просто допивай свой стакан и уходи из этого гадюшника. Отоспись, а завтра свяжись со мной, потолкуем. Вот код моего коммуникатора.

– Я подумаю, – пилот зло отвернулся от собеседника, понимая, что деваться ему действительно некуда.

– А я и говорю, отоспись, – Дик хлопнул Мердока по плечу и, ухмыляясь своим мыслям, вышел из бара.

Над каменистым плато спускались сумерки. Хаттар довольно быстро адаптировался и летательный аппарат теперь вполне приемлемо подчинялся новому хозяину. Сориентировав аппарат на местности, гурянин направил его к своему временному убежищу. Кураж вдруг пропал, и на Толла навалилась усталость. Он провел почти десять часов тяжелых физических нагрузок без еды и питья. Внутренности болели. Голова, казалось, вот-вот лопнет. А еще он почувствовал, как безумно хочет есть. Вскоре из-за скального изгиба показался вход в пещеру.

– Вот бездельники, чтоб их, – стараясь посадить аппарат поближе к пещере, гурянин рассмотрел, что возведение искусственных стенок, сужающих вход не было закончено, а перед входом валялись в беспорядке несколько вырезанных из недр пещеры блоков, – Надеюсь, хоть еду они приготовили.

Выпрыгнув из замершего аппарата, Хаттар не спеша, прошел в пещеру и словно парализованный остановился на пороге. Пещера была пуста. Разбросанные тут и там каменные блоки и их осколки, обрывки и обломки каких-то вещей. Следы короткой и яростной борьбы. Лужа крови, которую те, кто захватил пещеру, при погрузке растащили по всему полу. В этой луже собственной крови, видимо, медленно умирал Майти, когда его убийцы деловито собирали захваченное оборудование.

– Так вот отчего они были так беспечны, – липкое отчаяние коснулось его мозга, – Они думали, что Лай был последним.

Плечи гурянина опустились. Он весь сник, словно уменьшившись в размерах.

– Ну, вот и все. Все кончено. Мы проиграли.

Он вновь осмотрел пещеру, ощущая, как к запахам камня и подземной прохлады примешивался, не успевший еще выветрится запах крови.

– Это конец. Ну что ж, – Толл почувствовал вдруг, как, словно приливная волна, в нем поднимается дикая ярость многих поколений предков-воинов. Ярость животная, не имеющая ни разума, ни сожаления. Он развернулся, на бегу к летательному аппарату. Выхватив из салона один из захваченных пистолетов, он, направив его в сторону ближайших скал, нажал клавишу. В недрах пистолета что-то тонко свистнуло и тотчас, между покрытым иглами цилиндром и скалой, возникла трещащая пляска необъяснимо длинного дугового разряда. Пистолет забился в руке, словно пытаясь вырваться, притягиваемый к скале. Брызнула шрапнель каменных осколков. Гурянин узумленно отпустил клавишу и разряд исчез. Только запах озона, да приличная выбоина в скале свидетельствовали о выстреле. Не задерживаясь больше ни секунды, Толл запрыгнул в кабину. Аппарат круто взмыл вверх, заваливаясь в развороте. Выжав из аппарата максимальную скорость, Хаттар направил его к спрятавшемуся в скалах городу. Через полчаса он уже висел над широкой вертикальной шахтой, вырезанной в монолите скал, на дне которой ясно виднелась освещенная посадочная площадка. Несколько точно таких же летательных аппаратов покоились в разных частях поля. Гурянин не колеблясь направил машину вниз, на посадку. Тотчас из бездверного бокового выхода появилась обезьянья фигура, облаченная в яркий флуоресцирующий комбинезон. Трусцой добежав почти до середины площадки чужак остановился и принялся размахивать руками.

– Черт, Лай, излюбленная тобой Архтанга улыбается мне на последок. Похоже эти недоделки помогают мне получше приземлиться. Неторопливо, почти лениво аппарат, ведомый Хаттаром, опустился и, следуя жестам обезьяны занял положенное ему место. Приветливо подвывая, встречающий прошествовал к входному люку. Пинком распахнув створку люка, Толл, почти в упор, разрядил в его голову свой карабин.

– Не зря нам люди завидуют, – на лице гурянина расползлась улыбка-оскал, когда он выпрыгнул из машины, держа в нижних руках карабин, а в верхних по вражескому пистолету, – Еще бы вторую голову. Хотя, как говорят люди – одна голова хорошо, а две уже некрасиво.

Размеренным быстрым шагом он пересек площадку и вошел в коридор из которого пять минут назад выбежал чужак. Он не боялся смерти, сейчас сам он был ее глашатаем в этом чужом, негостеприимном мире.

– В этом районе обычно никто не бывает, – дежурный офицер показывал голографическую корту местности собравшимся на командном мостике линкора представителям ЛСБИ, – Да и автоматика станции слежения у пограничников засекла неопределенные возмущения здесь совершенно случайно. Точка ее привязки вот здесь. Сейчас я высветил вам сферу ее зоны охраны. Как видите, эти возмущения она засекла намного дальше, уже вне охраняемой зоны. Это вполне нормально, потому, что граница зоны охраны проходит по предельной плоскости уверенного видения. Дальше – дело случая. Согласно представленной диспетчерскими службами информации, в этом районе мог находится только один имперский корабль. Это поисковик Бриз, принадлежащий корпорации Вингс оф Год.