Сторожевые волки Богов

Пелена перед глазами расходилась с большим нежеланием. Майкл никак не мог сконцентрировать взгляд, чтобы рассмотреть что-нибудь вокруг себя. Но одно он ощутил и без рассматривания – он находился в каком-то помещении и сейчас был крепко привязан к тяжелому стулу или креслу без подлокотников. Во рту пересохло, и Малыш ощущал свой язык чем-то инородным, как загнанный в рот кляп. Наконец зрение вернулось окончательно. Комната, в которой он находился, несмотря на приличный беспорядок, оказалась неплохо меблирована. Шагах в пяти от кресла, к которому Малыша примотали обычным скотчем, полулежал на широком диване жирный парень лет двадцати с небольшим, увлеченно играющий в игровую приставку к визору. Поняв, что так просто то количество скотча, которое намотали на запястья, не сдадутся даже его могучим мускулам, Никсон откашлялся, пытаясь хоть как-то смочить слюной пересохший язык. С большим трудом ему все-таки удалось справиться со своим речевым аппаратом:

– Эй, толстый, вы чего, совсем охренели, уроды, на нормальных людей нападать? – захрипел он прерывающимся голосом. – Или в вашей дыре принято так встречать потенциальных клиентов, чтобы доверия больше было? А ну, мать твою, руки мне развяжи, пока я сам не освободился и в твою толстую задницу свой ботинок не загнал!

– Что-то ты рано заговорил, – искренне удивился толстый, отбрасывая пульт игровой приставки. – Док был уверен, что только к утру оклемаешься. Здоровый.

– Ты чего, урод, в уши долбишься? Я последний раз тебя по-доброму прошу, – взъярился Малыш, с ненавистью глядя на заплывшее жиром лицо парня. – Руки развяжи. И позови того, с кем говорить можно.

– Вот-вот, – издевательски усмехнулся толстый, поднимаясь с дивана. – Я как раз это и собираюсь сделать. Вот мы и поглядим, кому в задницу и чего загонят.

Переваливаясь с боку на бок, как беременный пингвин, он проковылял к двери и, высунув голову за пределы комнаты, что-то негромко проговорил. Словно только того и ожидая, дверь распахнулась, пропуская в комнату нескольких человек. Трое вошедших выглядели натуральными дегенератами – бритые головы, борцовские шеи и плечи, тяжелые едва осмысленные взгляды. Зато явная олегофреничность лиц с лихвой компенсировалась объемом мускулатуры. Следом за этой троицей боевиков вошли еще двое. Худощавый и высокий мужчина с редкими неопрятными волосами и огромными залысинами выглядел как ненормальный ученый, вырванный из своей любимой лаборатории. А вторым был тот самый невысокий мускулистый франт в дорогом темном костюме, который манил Малыша рукой к стоящему в проулке автограву.

– Ну вот, а ты, Док, говорил, что не раньше утра, – негромко напомнил франт, насмешливо взглянув на «ненормального ученого». – Но эта ошибка просто к счастью. Теперь мы сможем сразу пообщаться с нашим дорогим гостем. Надеюсь, сам дорогой гость готов к открытому разговору?

– Так в гости не приглашают, – негромко рыкнул Малыш, пытаясь растянуть скотч на запястьях.

– Незваный гость не должен обижаться, если хозяева не проявляют к нему желаемого радушия и гостеприимства, – ответил невысокий, не снимая с лица улыбающейся маски, обходя вокруг Никсона и с интересом его рассматривая. – Так кто ты такой?

– Я человек, у которого есть некие интересы в этом городе и которому вы могли бы помочь за достойное вознаграждение, – ответил Малыш, полностью успокаиваясь. Он почувствовал, что скотч едва заметно подался, а значит, через несколько минут вполне возможно, можно будет действовать активно. – Вот уж не думал, что Бон подложит мне такую свинью и сведет с такими отморозками, как вы.

– Да, этот ублюдок Бон действительно подложил тебе свинью тем, что нанял и отправил не к тем ребятам, с которыми стоило связываться, – злобно ощерился человек в дорогом костюме, мгновенно забыв про свою добродушную улыбку.

– Ты попутал, наверное, – улыбнулся Майкл, глядя в упор на франта и совершенно игнорируя всех остальных. – Меня не может нанять ни Бон, ни ты, ни еще кто-то из вашей братии. Это мне Бон оказывал услуги, получая за это хорошие деньги. И вас, отморозков, посоветовал, заверив, что я смогу стать вашим клиентом…

– Хватит врать! – рявкнул франт, наклоняясь к Никсону и едва не плюясь слюной. – Какой ты клиент? Ты в зеркало давно смотрелся? Или ты думаешь, что я такой дебил, что не отличу киллера от клиента? Хотя, надо признаться, большинство моих клиентов как раз киллеры. Плевать. Давай я облегчу твою задачу и сам расскажу все, что хочу услышать от тебя. Ты какой-то искатель приключений, приехавший в Старую Европу из какой-нибудь жопы мира. Неважно откуда именно. А Бон нанял тебя, чтобы расчистить территорию для своего дальнейшего развития. Ты ведь идеально подходишь для этого – тебя нет в базах данных, тебя никто не знает, но ты, наверняка, многое умеешь и знаешь как убивать.

– У тебя серьезно крыша протекла, – качнул головой Майкл, торопясь растянуть скотч как можно больше и освободить руки, но получалось это совсем плохо.

– Заткнись! У тебя было время все честно рассказать, – взвизгнул франт и один из громил коротко, но не слишком сильно двинул Малыша в челюсть, стараясь не покалечить, а лишь лишить желания спорить. – Ты что, думаешь, я не знаю этого черномазого ублюдка? Он и Жестянщика Магу наверняка сам завалил, чтобы дело к рукам прибрать. Теперь он решил, что пора выбираться из помойки под названием Вандер в старые европейские города. Но он ошибся, а ты облажался. Не быть ему дилером в Лозанне.

– Ты сам-то во всю эту чушь веришь? – поинтересовался Никсон, чувствуя, что этот невысокий человек сейчас заводит сам себя, постепенно переходя в неконтролируемое психологическое состояние. – Мне нужно обделать в вашей Лозанне одно дело, а потом я свалю из этой вашей зассаной Старой Европы. Я рассчитывал купить у вас оружие, экипировку и информацию…

– Кому ты мозги паришь? – тявкнул откуда-то сбоку толстый парень. – Хотел у нас купить оружие для того, чтобы нас же им и завалить? Вы слышите, что он говорит?

– Точно, босс! – просипел один из олегофренов, до хруста сжимая кулак. – Решили с нами разобраться, твари поганые! Валить этого козла!

– И его черножопого хозяина тоже валить! – поддакнул тот, что несколько секунд назад приложил Майкла в челюсть. – Ты только скажи и мы этого Бона прямо сегодня на черную лапшу пустим.

– Тихо все! – гаркнул франт, поднимая вверх ладонь, и все послушно замолкли, ожидая команд. – Действительно пора завязывать с этим цирком. Все совершенно ясно и нет смысла играть в верю – не верю с нашим дорогим гостем. Пора прощаться.

– Вы потеряете хорошие деньги, если завалите меня, – предупредил Майкл, понимая, что вряд ли сейчас эти его доводы возымеют действие на решивших для себя уже все хозяев этой комнаты. – Хорошо же вы общаетесь со своими потенциальными клиентами. С такими методами я совершенно не удивлюсь, если вас действительно скоро оприходует кто-то из конкурентов. А уж Бон это будет или кто-то еще, дело десятое. Таких ослов грех не оприходовать.

– Да насрать на твои деньги и на тебя, ублюдок! – взорвался франт. – Ослы, говоришь? Это ты осел! Нет, ты сейчас просто тупой бычок на бойне! Сейчас ты поймешь и почувствуешь на своей шкуре, что тот, кто к нам из чужих придет, пожалеть успеет, что вообще родился на этом грёбаном свете.

Франт повернулся к сипатому громиле и выдернул из висящих у того на поясе ножен длинный клинок. Вернувшись к Малышу, он посмотрел ему в глаза через сузившиеся зрачки и отвел руку с ножом для удара в живот.

Неожиданно за дверью зазвучали неторопливые приближающиеся шаги. Франт остановил замах и повернулся к открывающейся двери. Створка распахнулась, пропуская в комнату стройную гибкую фигуру молодой женщины. Малыш удивленно уставился в глаза улыбающейся Лилит.

– А это что за шлюха? Откуда она тут взялась? – опешил невысокий мужчина в дорогом костюме. – Вы что, уроды, охренели шлюх сюда затаскивать?!

– Меня не затаскивали, – промяукала девушка ласково, решительно делая шаг к замершей в изумлении компании. – Я сама пришла, красавчик. Только, боюсь, девочки тебе не понадобятся больше.

Она ударила франта первым – ногой в пах. Ударила так, что он подлетел, прежде чем рухнуть на четвереньки, а затем и вовсе без сознания завалиться на бок. С выброшенных вперед рук девушки сорвались два клинка диверсантских ножей, с удивительной для девушки силой ударивших в обоих окруживших Никсона громил. Толстый парень, еще не видящий судьбу тех, в кого попали ножи, бросился к Лилит сбоку, намереваясь схватить. Плавно скользнув навстречу, девушка встретила толстого жестким ударом ребра ладони в горло. Ни на мгновение не останавливаясь, она увернулась от удара третьего громилы, перехватила его руку, ускорила движение нападающего и рванула в сторону. Хрустнули суставы, громила взвыл, но его крик смолк, когда, проскочив за спину, Лилит ударила жестким кулачком в основание черепа, ломая позвонки. Грохнули об пол упавшие тела громил с вошедшими в горло по самую рукоять ножами. «Ненормальный ученый» рванулся к двери, пытаясь сбежать. Но девушка оказалась быстрой, как атакующая кобра. Одним прыжком настигнув беглеца, она ухватила его за ворот мятого пиджака и, немного подправив траекторию движения, впечатала головой в дверной косяк. Сразу же потеряв к сползающему на пол бесформенной тряпкой человеку всякий интерес, Лилит вернулась к пленнику.

– Как ты мог так расслабиться? А если бы Бубен не воткнул в твой ботинок маячок, то чтобы ты делал дальше? – поинтересовалась девушка, деловито выдернув один из ножей из трупа и взрезав им скотч опутывающий Никсона. Только после этого Лилит принялась старательно вытирать лезвие об одежду ближайшего поверженного врага.

– Ну, во-первых, все было под контролем. А во-вторых, я знал про маячок и решил устроить вам небольшое развлечение, – уверенно соврал Майкл, обдирая с себя куски скотча и разминая затекшие руки. – Если бы ты не появилась еще пару секунд, мне пришлось бы самому разбираться с этими недомерками. Кстати, я очень надеюсь, что ты не убила того первого парня на этой деревне в пижонском костюме. Он еще должен нам кое-что рассказать.

– Не волнуйся, удар был не смертелен, – усмехнулась Лилит, принимаясь за второй нож. – Травмированы органы, не отвечающие за речевые возможности. Разве что тембр голоса окажется несколько нарушен. Но для нас это не будет иметь решающего значения, как я полагаю.

Малыш сходил в соседнюю комнату и принес из найденного там холодильника бутылку с минеральной водой. Сделав пару неторопливых глотков, он вылил остальную воду на голову лежащему без сознания в позе эмбриона франту. Тот задергался, застонал и сжался еще сильнее.

– Ну вот, теперь можно продолжить наш интересный разговор, – присев рядом на корточки предложил Майкл. – У меня есть два предложения для тебя, дорогой хозяин, так пекущийся об удобстве и комфорте гостя. Или ты чистосердечно отвечаешь на мои вопросы сразу и этим облегчаешь остаток жизни себе, или отказываешься, и я выбиваю из тебя ответы на интересующие меня вопросы вместе с кусками твоих внутренностей. Какой вариант тебе нравится больше?

– Пошел ты! – отчаянно взвыл франт, откидываясь на спину и пытаясь даже плюнуть на ногу Никсону.

– Неверное решение, – покачал головой Малыш, успевший отодвинуться с траектории плевка. – Значит, легких путей мы не ищем? Ну что ж…

– Малыш, давай-ка я ему яйца отрежу?

Скорость, с которой Лилит придвинулась к лежащему лишала возможности противодействовать или хотя бы прикрыться, и франт, вытаращив глаза, замер, ощутив жесткое прикосновение отточенной стали к названному месту, и без того нещадно отбитому.

– И у него болеть не так сильно будет, и разговорчивее станет наверняка.

– Постой, Лилит, – чуть помедлив, остановил Майкл, глядя в глаза лежащему франту. – Вдруг он все же передумал, и согласиться побеседовать с нами, как положено радушному хозяину. Ты согласишься? Просто кивни головой, если не хочешь, чтобы она воплотила свое обещание в жизнь. Она действительно сделает это и, наверное, даже получит удовольствие. Ты ведь видел, что сталось с твоими людьми, а она даже не успела разогреться. Решай.

Едва заметно франт кивнул головой, боясь даже перевести взгляд на девушку только что перебившую его боевиков и всерьез собравшуюся самого его оскопить.

– Вот и славно, – улыбнулся Майкл. – Лилит, отставь пока свой замечательный нож, но далеко не убирай. Вдруг нам не хватит понимания. Твои взгляды в отношении меня лично я вполне понял. Так что извини, сделку тебе предлагать я больше не буду. Переспрашивать тоже, так что слушай внимательно. Ты слышал о налете на инкассаторский броневик, перевозящий деньги семьи Асади?

– Я слышал… – промямлил франт, торопливо кивая.

– Как тебя зовут? – поинтересовался вдруг Никсон, поднимаясь с корточек и усаживаясь на кресло, к которому был недавно привязан.

– Меня? Алан Половски.

– Хорошо, Алан, – продолжил Малыш. – Тогда следующий вопрос по делу. Кто совершил налет на броневик с деньгами семьи Асади?

– Я не знаю, – заблеял франт.

– Неверный ответ, – покачал головой Никсон. – Подумай хорошенько, и попробуем еще раз. Ты ведь не хочешь, чтобы я позвал нашу с тобой подругу?

– Не надо, – взмолился Половски, панически ища выход из опасной ситуации. Жуткая боль медленно, но начала отступать, особенно если он не шевелился, и Алан вновь обрел возможность размышлять. – Я не могу поручиться на все сто процентов. Но мне кажется, что, с большой долей вероятности, я могу сказать, кто это был.

– Я весь внимание, – подбодрил Малыш.

– Это серьезные ребята, – решился Половски. – Они не из Лозанны, поэтому так нагло и действовали. Они приехали из Женевы. Занимаются всем на свете. Не брезгуют ни террористическими акциями по заказу и за деньги, ни взаимодействием с националистами. Очень серьезные…

– Короче! – прервал Никсон, которому уже здорово надоела и эта комната, и валяющиеся в ней трупы, и этот блеющий ублюдок, который совсем недавно пытался выпустить Майклу кишки.

– Паладины, – выпалил Половски. – Их так зовут не за набожность или подвиги во имя церкви христовой. Они говорят, что вся их жизнь – это крестовый поход против правительства, порядка, цветных, чиновников и всех не свете. Правда, только тогда, когда это им выгодно. Это они…

– Хорошо, – поднялся с кресла Малыш. – Где я смогу их найти?

– Это совсем несложно и сложно одновременно, – попытался даже улыбнуться Алан.

– Ты что, шарады мне решил загадывать? – нахмурился Никсон.

– Нет. Просто точного места расположения их центра я не знаю. И почти никто не знает. Но их легко найти по татуировке на шее в виде креста. Прямо под основанием черепа. А уж эти бойцы сумеют рассказать о том, где находятся их руководители. Тем более что спрашивать вы умеете.

– Хорошо, – повторил Малыш, обходя лежащего Половски, и направляясь к двери.

– Малыш, – позвала Лилит, делая вопросительный жест.

– Не убивайте меня! – взмолился Алан, совершенно верно растолковав этот жест. – Я никому не расскажу о произошедшем. Мне и самому нет резона болтать. Я разболтаю, что сдал кого-то, а со мной больше никто дел иметь не будет.

– Надо зачистить все, – настойчиво предложила Лилит.

– Уходим, – возразил Майкл. – Неизвестно, что будет дальше. А он правду говорит, и молчать наверняка будет. А если нам понадобиться еще оружие, у этого красавца и возьмем. Тебе, за сохраненное достоинство, он еще и скидку приличную сделает…

– Так где, ты говоришь, появляются паладины? – переспросил Никсон у бомжа неопределенного возраста в помятой одежде и с еще более помятым лицом.

– Так вон там, через дорогу, – терпеливо повторил тот, вытягивая небритый костлявый подбородок в указываемом направлении. – Вон яркие витрины. Ночной клуб «Элита». Там и появляются. А даже не появляются, а почитай постоянно торчат. Да и клуб этот не иначе им и принадлежит. Я туда ходил просить, да только охрана мне бока намяла. Даже рядом с клубом стоять не разрешили. Во как.

– Чего просить? – не понял Майкл, разглядывая яркие огни его оформления.

– Ясно чего, – фыркнул бомж, презрительно отвернувшись от клуба. – Денег. Думал, подаст кто на скромный ужин. А не вышло. Только тумаков и получил. Вот ты, бить хоть не станешь?

– На кой ты мне сдался? – поморщился Малыш и, вспомнив обещанное, подкинул монетку достоинством в один кредит.

Бомж ловко поймал пластинку на лету, словно только того и ожидал.

– Спасибо, мил человек, – радостно заулыбался он, демонстрируя изрядную нехватку зубов. – Если что еще нужно будет узнать, так всегда обращайся, я только рад буду услужить такому доброму человеку. Просто всегда…

– Ты мне очень поможешь, если сейчас свалишь отсюда подальше, и не будешь путаться под ногами, – порекомендовал Майкл на ходу, направляясь в сторону яркой надписи «Элита».

Переходя улицу, он обернулся, но вопреки его совету, бомж даже не подумал ретироваться. Напротив, удобно усевшись прямо на крылечко закрытого в столь поздний час минимаркета, он приготовился посмотреть шоу. Ведь тот, кто ищет членов одной из самых сильных местных группировок, прибегая к услугам улицы, наверняка идет не с дружескими намерениями. А раз так – быть бойне. А кто же по собственной воле пропустит зрелище, когда одни бандиты потрошат других. Жаль только, корешей нет поблизости, а то и тотализатор можно было бы устроить. Тем более и деньжата теперь в кармане завелись…

Малыш на мгновение остановился перед клубом, поведя взглядом по сторонам. Стройная женская фигура, словно материализовавшись из ночной тьмы, замерла рядом, едва не касаясь тонким, но сильным плечом его могучей руки. Одновременно они шагнули к дверям. Двое вышибал, караулящих на входе, зорко обшарили колоритную пару взглядами, быстро проверили показания наручных металлоискателей и молча расступились.

– Потанцуем, дорогая, – оскалился Малыш, подставляя спутнице локоть.

– Потанцуем, дорогой, – ответила Лилит, подхватывая Майкла под руку и подмигивая одному из охранников.

Они прошли через обшитый зеркалами холл, мимо автоматов со стимуляторами и полутемной ниши администратора, через веселящуюся и танцующую толпу возбужденной молодежи. Добравшись до относительно тихого сектора со столиками, с трудом отыскали свободный уютный столик окруженный изогнутым диваном с высокой спинкой, и жестом подозвали официантку, вся одежда которой состояла только из белоснежного накрахмаленного фартучка.

– Добрый вечер, – поприветствовала посетителей девушка, хлопая длинными ресницами и строя глазки Никсону. – Что вам будет угодно?

– Мне текилу, любую, какая есть, – заказал Майкл, не обращая никакого внимания на старания официантки. – Сама выбери, какая у вас лучшая.

– Нормально, – сухо улыбнулась Лилит едва бросившей на нее взгляд нагой красотке. – Мне того же.

Официантка, отчаянно виляя красивой круглой попкой, удалилась к барной стойке, а диверсанты, стараясь не проявлять излишнее любопытство, принялись осматривать зал.

– Что-то я никого похожего не вижу, – посетовала Ирмгард, когда официантка, доставив заказ, вновь удалилась. – Может, этот бродяга тебе лапши на уши навешал?

– Нет, – уверенно отмахнулся Малыш. – Он ведь никуда не свалил, получив обещанные деньги. Я больше чем уверен, что его и сейчас можно найти на том же самом месте, где я его оставил. Подождем. Эти паладины наверняка не станут постоянно в местной толпе скакать. Бродяга ясно сказал, что они, скорее всего и клубом владеют. Значит, либо они в отдельном офисе, закрытом от посторонних людей, либо для них есть отдельный столик чуть в стороне от остальных. Такого я не вижу. Значит, сидят в офисе. Будем ждать.

Нового посетителя Малыш отметил сразу, едва только тот появился в дверях клуба, но опознал как «паладина» значительно позже. Молодой человек, по своей одежде больше похожий на сутенера в сопровождении двоих «быков» бросался в глаза. Он уверенно двигался через толпу, откровенно разглядывая по дороге танцующих девушек. Миновав танцпол, группа вновь прибывших пошла мимо столиков, оказавшись повернутыми к Малышу и Лилит практически спинами. С такого ракурса черно-белые татуированные кресты на шеях всех троих просматривались совершенно отчетливо. Троица вальяжно прошествовала через зал со столиками и скрылась за небольшой невзрачной дверью без каких либо табличек, возле которой с безразличным видом стоял, облокотившись о стену, крепкий парень.

– А вот и вход в офис, – улыбнулся Малыш. – Ну что, начинаем? Давай, займись этим крепышом, чтобы не было шума. А я, как старый опытный камикадзе пойду сразу внутрь. Справишься с ним?

– Обижаешь, – скривилась девушка, поднимаясь из-за столика. – Я могу и его оформить и с тобой пойти.

– Не надо. Останешься на выходе, и будешь контролировать ситуацию здесь. Я не хочу, чтобы подошедшее внезапно подкрепление застало нас врасплох, – поставил задачу Малыш, поднимаясь следом и направляясь прямо к двери.

Лилит отклонилась чуть в сторону и, ускорившись, достигла двери раньше. Изобразив самую обворожительную улыбку, она подошла вплотную к вылупившемуся на нее охраннику, наклоняясь еще ближе, чтобы о чем-то спросить на ухо. Узкая ладошка скользнула по груди парня и легла на плечо. Тот едва заметно вздрогнул, но так и остался стоять, опершись о стену спиной и внимательно слушая воркование красивой девушки. Конечно, на самом деле все было чуть-чуть не так, как выглядело со стороны, вернее совершенно не так. Едва оказавшись на ближней дистанции, Лилит коротким ударом пальцев в область сонной артерии отключила молодого боевика. Скользнув рукой по ключице, она ухватила его за отворот куртки и прижала к стене, не позволяя осесть на пол, одновременно упираясь коленом в колено, чтобы не дать ногам подогнуться.

Малыш толкнул незапертую дверь и оказался в небольшом коридорчике, ведущем к одной единственной двери. Преодолев в четыре шага отделяющее от этой двери расстояние, Майкл осторожно приоткрыл створку, стараясь не издать ни единого звука. На его счастье петли оказались отлично смазанными, а ручка замка повернулась без щелчка. В просторной комнате стоял стол из натурального дерева для игры в карты. Помимо этого стола в центре, стульев вокруг него, стеганых диванов и светильников по периметру, в комнате не было никакой мебели. В противоположной стене располагалась еще одна дверь, но Малыш не стал тратить драгоценное время на ее рассматривание. Времени у него не было вовсе, так как, вопреки всем его стараниям двигаться бесшумно, его все же заметили. Один из «быков», расположившийся на диване неподалеку от двери удивленно смотрел на появившегося из-за приоткрывшейся двери незваного гостя. Он даже начал подниматься, привычно бросая руку под полу ветровки. Никсон прыгнул вперед, понимая, что в комнате наверняка находятся еще люди…

«Бык» успел выдернуть короткоствольный пистолет и попытался направить его в сторону пришельца, но ему не хватило совсем немного времени. Малыш перехватил пистолет, выворачивая его из кисти, коротко ударил ребром ладони в горло и стремительно развернулся. Второй «бык», сидящий с другой стороны двери, только теперь повернулся на непонятный звук. Не желая поднимать шум звуком перестрелки, Майкл с силой метнул отобранный пистолет в голову второго охранника. Звук удара металла по кости перекрылся звуком падающего тела первого «быка». Малыш повернулся к столу, за которым расположились четверо мужчин разного возраста. Они успели сдать карты, но сейчас, растерявшись, замерли, глядя на ворвавшегося в их логово чужака.

– Ты кто и что тебе нужно? – спросил первым очнувшийся от изумления молодой человек с крестом на шее. – Ты понимаешь, куда пришел, и на кого только что поднял руку?

– Я недавно прошел тест Ай-Кью, – свирепо оскалился Малыш, приближаясь к сидящим за столом. – Результат отрицательный. Так что постарайтесь не делать ничего, что может мне не понравится. Тогда у вас появится реальный шанс выйти отсюда своими ногами.

– У тебя еще есть шанс убежать от смерти, если будешь бежать очень быстро, – усмехнулся молодой «паладин» в одежде сутенера.

Малыш без размаха ударил говорливого игрока в челюсть. Удар буквально снес того вместе со стулом, переведя в состояние глубокого нокаута. Трое оставшихся решили проявить благоразумие и вели себя очень тихо. Никсон пошел по кругу, отгибая у каждого из сидящих воротник в поисках наколотого креста. Но никаких татуировок у троих игроков не оказалось.

– Если вы пообещаете мне свалить отсюда и никогда не вспоминать о произошедшем сегодня, я готов отпустить вас троих, – предложил Малыш, окидывая сидящих пристальным взглядом.

– Обещаю, – почти сразу негромко отозвался пожилой холеный игрок с гривой седых, но густых волос.

– Клянусь! – гаркнул второй мужчина с невзрачным лицом, но в бросающемся в глаза дорогом костюме.

– Обещаю, – эхом повторил за первым молодой игрок практически такого же возраста, как и «паладин».