Крёстная внучка мафии

Глава 4

Виктория Волкова

Вот такое первое апреля. Не зря говорят, что это день дурака и смеха.

Двери лифта открылись, и я с легкой улыбкой вышла в шикарнейший вестибюль уже знакомого мне отеля “Синьорина ВиньЕлье”.

Однако в отличии от девушки, которая вошла сюда утром, вечером выйдет из него молодая женщина уровня дона Сицилийской мафии.

Туфли идеально сидели на ноге, постукивая по мрамору, наверное, баснословно дорогому или лучшему в мире. Но я даже не обращала внимания на кричащую роскошь огромного вестибюля, замечая лишь как самые богатые и влиятельные мужчины в мире оборачиваются на меня, забывая о своих дамах.

Пройдя мимо барышень у ресепшн, которые весьма презрительно смотрели на меня в джинсах, я на миг остановилась и со всем очарованием улыбнулась.

– Добрый вечер, синьорины.

В начале они машинально улыбнулись самой очаровательной улыбкой, но стоило им меня узнать, как по началу бодрое приветствие закончилось заиканием.

– Добрый в-в-ве-вечер…

Зеленея от зависти, они рассматривали на мне коллекционные бриллианты дона Лукрезе. Видя, как они завороженно смотрят меня, не зная о том, что на мне фальшивка, я улыбнулась еще шире.

– Трудитесь, как пчелки? – ласково произнесла я.

– Да… – с опаской произнесли они, явно не зная, чего от меня ждать.

– Тогда не буду мешать, – самым сладким тоном произнесла я. – Хорошего вечера.

Краем глаза я видела, как не мигая смотрит на меня Сандро. В начале заинтересованно, как и все мужчины, но стоило Федерико указать ему на меня, как у него глаза на лоб готовы были вылезти.

А я будто не замечая того, как сам люцифер смотрит на меня теперь с открытым ртом, неспешно шла к выходу. Может быть это все и иллюзия, но на пару минут моя мечта сбылась.

Красавчик мафиози не видит никого кроме меня. Дамы смотрят на него и не в силах дышать из-за самой лютой ревности и ненависти ко мне. А Лаура и вовсе выглядит так, что будь у нее оружие, она пристрелила бы меня прямо здесь.

Наверное, так и выглядит женская месть.

Александр Лукрезе встал и гораздо быстрее чем следовало, направился ко мне, догоняя у самых дверей.

– О, синьор Лукрезе, прошу прощения, я вас не заметила, – виновато улыбнулась я. – Синьор Федерико сказал, что вы, вероятно, ждете меня в машине.

Криво усмехнувшись, Сандро с открытым ртом внимательно оценивал меня сверху вниз и обратно. Судя по напряженному вниманию всех остальных, я определенно произвела фурор.

– Я думал подождать вас в машине, но решил сперва убедиться, что вы выглядите как подобает для такого вечера… – словно не веря своим глазам, пробормотал он. – Чтож… А Федерико действительно волшебник…

– Вы довольны? – сладко произнесла я, а внутри просто умоляла Господа послать мне терпение рядом с этим человеком.

Придирчиво оценивая меня со всех сторон, Сандро явно с трудом подбирал слова.

– Ну… Стало… Стало… Стало более сносно.

Шевельнув бровями, он насмешливо посмотрел мне в глаза, а после бесстыдно начал рассматривать мою грудь сверху.

– Почту за комплимент, синьор, – очаровательно улыбнулась я.

Галантно пропуская меня вперед, Сандро тихо произнес, так чтобы слышала только я.

– Надо же, я никогда раньше не думал, что дорогая одежда и украшения дают еще и изысканные манеры. Благодарю вас, что подарили мне столь незабываемый день. А то по неопытности, я даже не задумывался, почему все наши синьорины такие воспитанные.

– Но это волшебство не каждому под силу, вы согласны? – бросив на него намекающий взгляд, улыбчиво произнесла я.

– Тогда давайте явим все прекрасное и спрячем все ужасное, – самым влюбленным тоном произнес он у меня над ухом. – А то вдруг старика инфаркт хватит от компании столь сногсшибательной особы.

Водитель открыл передо мной дверь и, как показывала Летиция, я осторожно села в машину, стараясь не примять платье. А сама чувствовала, как снова начинают предательски дрожать руки от одного напоминания о том, в какой же переплет я попала.

Золушка в сказке просто становилась обратно служанкой. Но я скорее всего завтра просто не проснусь.

Сандро сел с другой стороны, а я, отвернувшись к окну молча смотрела на вечерний Палермо. Мои планы на отпуск и реальность, мягко говоря, не совпали.

Сбросив все маски вежливости, мой спутник холодно произнес:

– Виктория, удовлетворите старика, как следует, и гарантирую все у вас в жизни пойдет, как по маслу.

Резко повернув к нему голову, я выпалила, как на духу, свое самое заветное желание:

– И когда я смогу уехать в Москву?

Хмыкнув, Сандро бросил на меня насмешливый взгляд.

– Когда? – в моем голосе зазвенел металл.

Понимая, что он играет со мной, я едва не набросилась на него с кулаками.

– Когда мой дед решит, что с вас хватит, – насмехаясь ответил Сандро. – Но спрашивать у него день и время не советую. Лучше улыбаться и терпеливо исполнять все его желания.

– Ты гребанный сутенер… – закипая от ярости произнесла я.

Не стесняясь в выражениях, я поливала его благим матом. В последний раз наслаждаясь тем, как люцифер багровеет и ничего мне не может сделать.

– Ну, ты и сука неблагодарная… – процедил он сквозь зубы. – Прибилась к нам, как грязь к подошве… Сама соблазнила деда каким-то образом посреди улицы, едва не прикончив ради своей цели. Я ее отмыл, одел, как женщину, а она русским матом меня кроет, будто я его не знаю…

Замахнувшись, он с трудом сдержался, чтобы не дать мне по губам.

– Не стоил бы твой внешний вид так дохера денег и времени, уже бы заплатила за все по полной программе. Ну, ничего… Уверен, твой поганый рот сегодня еще займут делом… А я с удовольствием послушаю как ты будешь, как шлюха, стонать и симулировать оргазм со стариком.

Не задумываясь, я сама собиралась дать ему смачную пощечину, однако в этот раз Сандро перехватил мою руку раньше. Не скрывая своей ненависти, он произнес:

– И только попробуй не убедить меня, сучка бешеная.

Притянув меня к себе будто для поцелуя, он, улыбаясь у моего лица прошептал:

– Я ведь, как ты сказала “сутенер”… И не абы какой, а “сутенер” очень богатого и влиятельного человека, помнишь об этом? – подмигнул он мне. – А значит я знаю, как отличить настоящий оргазм от дешевки. Не понравишься хоть вздохом деду или не убедишь меня, по рукам всех старых извращенцев пройдешь на следующий же день.

– Их ты тоже под дверью подслушиваешь? – криво улыбаясь произнесла я, в ответ встряхивая его за воротник пиджака. – Над каждым клиентом трясешься и угадываешь по вздохам их желания…

– А потом ты исчезнешь словно тебя никогда и не было, – перебил он меня. – И никто плакать по тебе, русской сиротке, не будет.

Презрительно оттолкнув меня, Сандро пробормотал что-то на итальянском и отвернулся к одному окну, а я к другому. Проклиная себя каждую секунду мучительно долгой дороги за то, что поставила на себе крест из-за того, насколько длинный у меня язык.

Мы больше не разговаривали и Сандро с подозрением бросал на меня испепеляющие взгляды. Однако мне было уже наплевать.

Все равно я уже никогда не вернусь домой.

Самый шикарный ресторан на берегу моря не цеплял взгляд. Я не чувствовала ни восхитительного аромата еды, ни пробирающей свежести в саду.

– Улыбайся, ведьма русская, – процедил Сандро сквозь зубы, подталкивая меня вперед.

– Не буду. Все равно ты меня убьешь… – отрешенно произнесла я.

Как Федерико и показывал, я с ровной спиной и высоко подняв голову, шла навстречу своей смерти. Даже не удостаивая взглядом тех, кто бросал на меня заинтересованные взгляды или говорил вслед комплименты.

Однако стоило мне подняться на открытую террасу на втором этаже, как я у меня сердце больно защемило. После смерти родителей, я ни разу за восемь лет не была на ужине с кем-то из старших родственников.

Нам накрыли большой стол на частной террасе с видом на море и зеленый сад. Вип-зону великолепно украсили яркими фонариками, создавая неповторимую уютную атмосферу какого-то домашнего, итальянского ужина. А сам дон Лукрезе хоть и выглядел неважно, но смотрел на меня с такой искренней радостью и теплотой, что я не могла ему не улыбнуться.

И вот как этот добродушный дедушка может быть доном Сицилийской мафии, а еще хотеть затащить меня в постель? Я ведь одного возраста с Сандро!

Ослепительно улыбаясь, люцифер указал на меня и громко произнес:

– Дедушка, как ты и пожелал, я привел твое лекарство. Посмотри, как прекрасна она в наряде Федерико? Глаз не оторвать!

Чувствуя себя товаром перед покупателем, я нервно рассмеялась. Но видя, как дедушка спешит обнять меня, я не могла не воспользоваться шансом случайно наступить каблуком на ногу его сволочному внуку.

Старик поцеловал меня в обе щеки, как родную, а я до ужаса сжалась, чувствуя, как похлопали его руки меня по спине.

– Виктория, – радостно произнес дон Лукрезе, беря меня за руки и рассматривая с головы до пят. – Вы просто великолепны сегодня. Федерико, как истинный мастер своего дела, прекрасно уловил вашу суть!

– Благодарю, синьор Лукрезе, – попыталась светло улыбнуться я.

Старый мафиози посмотрел на меня так же добродушно, как и сегодня утром, когда вышел из дома, а после жестом пригласил за стол.

– Как вы себя чувствуете после утренней “встряски”?

Вспомнив тот самый момент, который теперь перечеркнул мою жизнь, я даже не знала, что ответить.

– Все в порядке. А как вы себя чувствуете?

– Колено слегка ушиб, – отмахнулся он, явно не желая жаловаться на здоровье. – Так что, к сожалению, сегодня я не смогу пригласить вас на танец. Но может быть в другой раз?

Сандро насмешливо шевельнул бровью, всем своим видом показывая, что отпустят меня, когда я надоем дедушке.

– Предлагаю тост, – громко произнес Сандро, любезно наливая всем вина. – Дедушка, я хочу поднять этот бокал, чтобы ты всегда был здоров и мог танцевать с такой чудесной синьориной столько, сколько пожелаешь.

– Прекрасный тост, – довольно кивнул дон.

А я пила невероятно кислое вино и взглядом готова была убить Сандро прямо здесь и сейчас. Кажется, еще чуть-чуть и я точно решу, что надрать этому засранцу задницу и умереть – приятнее, чем пытаться пережить поездку на Сицилию.

– Не вкусно? – ложно ужаснулся Сандро.

– Вкусно, – пыталась не кривиться от кислятины я. – Синьор Александр, подскажете как называется это вино?

Сандро с видом знатока произнес какое-то невероятно длинное и ничего не говорящее мне название. Однако увидев, что я никак не реагирую, сокрушенно закрыл глаза.

– В общем это одно из самых дорогих вин в мире… – безрадостно протянул он.

Разочарованно поджав губы, он еле сдерживал стон отчаяния из-за моего невежества.

– Попробуйте вино с морепродуктами, сочетается божественно, – словно извиняясь за тон внука, произнес синьор Лукрезе.

Сделав так как мне сказали, я изумленно вскинула брови.

– Действительно очень вкусно… – искренне оценила я.

Дедушка со всем радушием старался меня вкусно накормить, смущая тем, как мне приносят разные вина на дегустацию, но очень интересно рассказывая о каждом из них и какие закуски к каждому сорту подходят.

Вежливо. Галантно. А самое главное стоило Сандро попробовать хоть слово лишнее вставить, как дед бросал на него взгляд, и он тут же становился шелковым.

Через час такого ужина, я уже слегка охмелела и осмелела, так что внезапно без тени стеснения задавала вопросы о вине, виноградниках Сицилии. Еда была вкусной, а потому под укоризненным взглядом Сандро и совершенно довольным дона Лукрезе, активно кушала. Правда всеми силами заставляя себя, потому что даже под алкоголем, на нервной почве – кусок не лез в горло.

Хотя будь у меня возможность, я бы обязательно задала сотни вопросов о каждом ингредиенте блюд на столе. Но в таком обществе, было страшно стыдно проявить свой рьяный интерес к еде и опозориться желанием взять рецепт.

Заметив, что мне одно вино понравилось больше других, дон мафии щелкнул пальцами.

– Сандро, скажи Фабио, чтобы обязательно вручил от меня Виктории бутылку такого вина из твоего погреба перед отъездом.

Недобро подмигнув мне, люцифер согласно кивнул.

– Лично прослежу, чтобы она не уехала без подарков на память.

– Кстати о подарках, – вдруг спохватился синьор. – Виктория, я хотел вам выразить благодарность за то, что вы своим согласием поужинать с нами – невольно спасли мне жизнь. Поэтому в качестве компенсации это недоразумение, я погасил вашу ипотеку в Москве.

Я и Сандро одновременно поперхнулись. Он от негодования, а я от ужаса. Чем же за эту доброту мне придется расплачиваться?

– Простите, синьор, но не стоило. Я работаю и могла бы сама выплатить… А теперь я вам должна…

– Вы спасли мне жизнь, Виктория, – обиженно наклонил голову старик. – Тем более сумма совсем маленькая.

Ну, как сказать. Мне вот еще шестнадцать лет пришлось бы платить.

– К тому же вы сирота, а заботиться о достойной женщине – радость для мужчины в любом возрасте.

Поправив очки, старик хитро блеснул глазами.

– Хотя, если честно я надеялся, что вы доставите еще одно удовольствие старику, помимо беседы, и этот вечер продолжится весьма приятным образом…

Ого. А дед молодец!

Я не успела даже напиться, как он уже берет меня в оборот.

По коже бежали мурашки, а я чувствовала, что становлюсь смертельно бледной, как полотно. Кашлянув, Сандро, тут же встал и попытался исчезнуть.

– Что ж, приятного вам вечера, – дьявольски ослепительно улыбнулся он мне. – А меня еще много дел ждет из-за обстоятельств вашего знакомства…

– Нет, – твердо сказал старик.

Дон Сицилийской мафии бросил на него цепкий взгляд и Сандро против воли сел обратно на место.

– Сандро, ты должен вместе со мной узнать, какую усладу может подарить эта очаровательная синьорина, – довольно протянул дедушка. – Я бы даже сказал прочувствовать все удовольствие от начала и до конца…

– Вы хотите, чтобы и Сандро… Тоже… – в ужасе заикалась я, чувствуя, что вот-вот лишусь чувств. – Меня…? С вами вместе?

– Конечно! – невероятно возбужденно воскликнул Виктор Лукрезе. – Все, кто в этом здании должны просто оглушить нас своими криками!

Мы с Сандро в панике переглянулись.

– Сцена готова, синьор Лукрезе, – учтиво произнес кто-то за моей спиной.

Так меня поимеют все желающие, да еще и на сцене?!

Я уже чувствовала, как падаю в обморок, сползая по стулу, как вдруг меня поймал подоспевший Сандро.

– А это обязательно?! – эмоционально воскликнул он. – Сказал бы хоть ресторан закрыть!

Похлопав меня по щекам, дон мафии смотрел на меня и озадаченно пробормотал:

– Виктория, вы говорили, что, когда инструмент хороший, забываете обо всем на свете, но не падать же в обморок из-за того, что рояль стоит на сцене… – расстроенно протянул дедушка.

Словно воскреснув из мертвых, я широко распахнула глаза.

– Рояль?!

– Один из лучших в мире, – хитро подмигнул мне старый мафиози.

Теперь, кажется, пришла очередь обморока Сандро. Люцифер выглядел так, будто его демоницы напали на него толпой и высосали всю кровушку за пару секунд.

– Так лекарство, о котором ты сегодня говорил весь день… – словно овца проблеял Сандро. – Услада и истинное удовольствие от красавицы для тебя это… Это музыка?

Темно-карие глаза старика под белыми пушистыми бровями загорелись неистовым огнем восхищения.

– Конечно! Что может быть лучшим лекарством для мужчины, после чудесного спасения, от такой девушки на старости лет?! Не каждый день встречаешь такую…

Тепло, улыбаясь, дон Лукрезе протянул мне бокал вина.

– Сандро, ты наверняка уже знаешь, что Виктория из интеллигентной семьи. Ее отец был профессором русского языка и литературы, а матушка преподавала в консерватории, светлая им память.

– Царствие им Небесное, – со слезами на глазах произнесла я.

Не глядя ни на кого, я трясущимися руками поднесла бокал к губам и по колхозному крупными глотками выпила все до дна.

– Виктория с такой страстью говорила о музыке утром, – увлеченно рассказывал внуку синьор Лукрезе. – Что, когда я пришел в себя подумал, что это великолепное окончание такого трудного дня для всех нас. Прекрасное место, великолепный инструмент и волшебная девушка в заботливой мужской компании.

До крови закусив губу, Сандро слабо улыбнулся.

– Полностью согласен, нонно. Особенно с тем, что она дочь профессора русского языка и литературы. Чувствуется… Раздолье и свобода широкой русской души…

Кашлянув, я решительно встала со стула.

– Какое произведение вам особенно нравится, синьор Лукрезе? Я буду играть для вас и ваших гостей, сколько пожелаете.

В душе была такая буря эмоций, что хоть музыка позволит выплеснуть мне это все, чтобы не разрыдаться или не попытаться прикончить Сандро здесь и сейчас.

На сцену под овации публики вышел дон Лукрезе лично объявляя меня перед самыми влиятельными людьми его дорогой гостьей и начало моего выступления.

Утром я бы не смогла даже по клавишам попасть, предложи мне кто-нибудь выступать перед сверкающей бриллиантами публикой. Но после сегодняшнего дня, я готова была провести на сцене хоть целую вечность, лишь бы никогда больше не видеть люцифера Сандро Лукрезе.

Но знал бы кто-нибудь, чем все обернется на самом деле…

Глава 5

Александр Лукрезе

Сидя на их личной террасе в одном из лучших ресторанов на Сицилии, Александр и Виктор Лукрезе слушали импровизированный “концерт” от Виктории Волковой.

– Хороша… – довольно протянул дедушка, наслаждаясь красивой песней девушки под собственный аккомпанемент.

Закусив губу, Сандро невольно кивнул.

У Виктории был нежный голос, маленькие пальчики порхали по клавишам с необыкновенной чувственностью и, к огромному удивлению, Сандро, обычно бесстрастная публика оживала на глазах и, очаровательно улыбаясь, темноволосая малышка исполняла уже третью песню.

Одним мановением руки Виктория превращала тухлый апрельский вечерок в что-то живое и запоминающееся. Жаль, что ему этот день запомнится совершенно не музыкой.

– Согласись, Сандро, какая удача встретить такой цветочек, – восхищенно произнес Виктор Лукрезе. – Настоящий бриллиант… Нет, даже не так… Господь направил этого ангела к моему порогу, чтобы она согласилась с нами поужинать и тем самым спасла мне жизнь....

Сандро слабо улыбнулся и в очередной раз за день сделал вид, что полностью согласен с дедушкой.

Ведьма она, а не ангел. При дедушке и Федерико она милая и покладистая, а стоит им уйти, как дикая природа брала свое. И материлась, и ругалась так, что уши вянут, и даже торшером отхлестала его с такой силой, что стыдно сказать про синяк на плече.

Одним словом – дикарка.

Но разве упрямому старику, есть смысл что-то доказывать? Хорошо, что не знает о том, что именно на ее задницу он утром засмотрелся, а то бы уже сосватал их. С деда станется.

Невольно Сандро поднес к губам бокал вина и сделал несколько крупных глотков.

– Дай Бог, нашей красавице крепкого здоровья и мужа хорошего… – произнес дед тост и тоже пригубил бокал белого вина.

Сандро поперхнулся и закашлялся.

Когда дедушка начинает говорить тост за здравие, для кого-то он заканчивается за упокой.

Улыбаясь, синьор Лукрезе старший начал угрожать:

– Я думал Виктория смущается, как сегодня утром, когда я пригласил ее с нами поужинать… А оказывается ты вел себя с ней, как с очередной своей шлюхой, и сказал, что она будет меня ублажать.

Закусив губу от стыда и негодования одновременно, Сандро внезапно эмоционально выпалил:

– Но откуда мне было знать о твоем гениальном замысле ублажать тебя музыкой?!

Но дедушка будто не слышал его.

Подняв глаза к потолку, будто в мольбе к небесам, дедушка протянул с самым страдальческим тоном:

– Святая Дева Мария, кому я оставлю все заработанное моим потом и кровью? – дедушка театрально ударил себя кулаком в грудь и указал на внука. – Вот этому молокососу, который выставил меня старым, похотливым…

Не выдержав этого театрального представления, Сандро выпалил, как на духу.

– Дедушка, ты же сам мне так сказал! К тебе три раза в неделю приезжают барышни моложе нее и не на рояле играть! И что-то их ты цветочками и брильянтами не называешь…

– Потому что они шлюхи продажные! – рявкнул на него дедушка.

Зло рассмеявшись, Сандро встал, собираясь уйти прямо здесь и сейчас.

– Прекрасно! Делай с ней, что хочешь! – эмоциональнее, чем нужно выпалил Сандро, бросая салфетку на стол. – Ее к тебе привезут сразу после ужина. Приятного отдыха, дедушка!

– Куда собрался, внучок? – недобро произнес дед за его спиной. – В отпуск на побережье Амальфи? Тратить мои деньги на открытие отеля для таких же оборзевших паршивцев, как ты?!

Нервно поигрывая челюстью, Сандро остановился и сжав кулаки смотрел на аквариум с живыми морскими гадами. Мысленно он уже видел, как вытащит какую-нибудь дрянь и засунет Виктории за шиворот белого платья, которое очень хотелось с нее снять. А потом будет наслаждаться уже совершенно другим концертом в ее исполнении.

Вот какого черта она свалилась ему на голову? Чтобы испоганить отношения с дедом?!