10 писем Айлин. Сибирское сафари

Глава 14

Пробежав сотню метров, казаки перешли на шаг, а вскоре, у углового здания на перекрёстке со светофором и вовсе остановились. Великан, нёсший Сью, опустил её на землю.

– Уфф, – отдувался он, – успели! А ты из какого ансамбля, сестрёнка? – обратился казак к Сью.

Но Сью только испуганно оглядывалась по сторонам, соображая, что же с ней произошло. Вывеска над одноэтажной пристройкой гласила, что здесь располагается кофейня. Да, Ром Баддл не обманул – два поворота направо. Небольшая площадка перед кофейней кипела от народа, и из глубины дворов и улиц ещё подходили люди. Странно, но сейчас кружевной платок, подсунутый хитрым торговцем, не казался экзотикой, а скорее наоборот, Сью выглядела в нём совсем по-свойски. Вокруг, кроме казаков, было много женщин, разодетых ярко, в разноцветных платках и шалях, накинутых на шубки. Украшением праздничной площади была большая кукла в кофте в горошек, в большой неуклюжей юбке, повязанная платком. А ещё несколько человек держали над головой на древках, «солнца» – большие проволочные обручи, украшенные ленточками цветной ткани. Всё действо напоминало крестный ход, но только потешной, без всякой серьёзности.

«Сибирский цирюльник» вспомнился фильм Михалкова, который Сью смотрела в Нью-Йорке. Да. Много похожего. Но здесь никакого кино. Всё взаправду. Несколько женщин встали кругом и запели народную обрядовую песню. Казаки тоже встали кругом. Тут из дверей кофейни выскочила девушка в короткой шубке и кокошнике под платком. Ярко подведённые ресницы, румяные щёчки. Радушно улыбаясь всем, девушка угощала казаков и всех, кто был рядом блинами, держа их на блюде, поставленном на расписной поднос. А кто-то из казаков, достал фляжку и маленькие «походные» стопки. «Давай ребята, за Масленицу».

«Масленица» Сью где-то это уже слышала. Ах, да в том же «Сибирском цирюльнике…».

Это действительно была широкая русская Масленица. Основу праздничной процессии составили участники, народных хоровых кружков. Казачий хор тоже отлично вписался в канву праздника. Они, кстати, задавали лихой настрой всему мероприятию. Появившись внезапно, они по русскому обычаю выпили по чарочке, а потом, выстроившись кругом, запели казачью песню. Иногда один или двое казаков входили в круг, подзадоривая окружающих лихой пляской. Народ всё подходил и подходил, наполняя площадь и мешая движению автомобилей. В какой-то момент руководительница хора, а по случаю и распорядительница праздника дала команду колонне двигаться. Певчие выступили первыми. Они шли по тротуару, по направлению вниз от кофейни. За ними потянулись остальные участники праздника.

– Красавица, пойдём с нами, – позвал Сью один из участников казачьего хора.

Сью, молчала, не понимая ровно ничего из разговоров вокруг. Голова её шла кругом от всего увиденного. Сначала её напугали казаки, бежавшие за ней по снегу, а теперь шум и суета праздника ввели её в полное расстройство. Но к казакам она уже относилась с явным расположением.

– Ох, Борис, доведут тебя блондинки, – вступила в разговор одна из женщин.

– Не мешай, Катерина мне ухаживать за дамами – сегодня праздник, сегодня можно, – отвечал казак, и, повернувшись к Сью, продолжил, – «давай, милая по чарочке».

Он разлил водку в крохотные стопочки, взял два блина у девушки с подносом и начал опять:

– Давай, за знакомство. Я Борис, а тебя как звать?

– Сью, – неожиданно для себя самой ответила Сью, поняв, что с ней желают познакомиться и, взяв водку и блин, чокнулась с казаком.

– Вот и отлично, – воскликнул он, выпив водку, и отёр усы ладонью, – а теперь пойдём с нами, – и, протянув руку, увлёк её с собой, вместе в праздничное шествие, которое почему-то называют «масленичный поезд».

Попасть в Академгородок на Масленицу – большая удача. В тихом городке массовые гуляния – зрелище нечастое, тем более в холодное время года. И в будни и выходные дворы и улицы засыпаны снегом. Снег, снег белыми шапками лежащий повсюду на крышах домов, на кронах деревьев глушит обычный шум улиц. Здесь нет спешащей по делам толпы. Зачастую улицы напоминают своеобразное дефиле, где все прохожие сразу и зрители, и актёры. Кто-то вышел просто подышать, кто-то покрасоваться в новой шубке, кто-то встретиться с друзьями. И среди этой патриархальной тишины – вдруг широкая Масленица.

Масленица – весёлый праздник, отмечаемый с древних времён. Заканчивается зима и с ней хочется похоронить всё плохое, всё ненужное. Блины – на Руси поминальное блюдо. Поминая сжигаемую на костре Масленицу, мы обращаемся к духам мудрых предков за помощью. Чтобы помогли с урожаем, чтобы лето было не засушливым и холодным, а щедрым. Потому в Масленицу все хотят выплеснуть наружу самые светлые чувства. Кто-то запевает старинную, петую ещё прабабушками песню, кто-то пускается в пляс.

Как-то раз в Мельбурне, в 2006 году Сью побывала на праздновании Масленицы, но то был конец австралийского лета, и всё представлялось красивым шоу, не более. Масленица в Сибири, кроме театральности несёт в себе дополнительный смысл – через сохранённые веками обычаи, мы обращаемся к культуре наших предков, к вековой истории, к нашим корням. Так праздновали Масленицу наши далёкие прабабушки и прадедушки, подарившие нам и эту жизнь и этот мир.

За свою жизнь Сью так и не привыкла к изменчивости этого мира. Ещё несколько дней назад она гуляла по Нью-Йорку, где ранняя весна уже вступила в свои права, и снег остался лишь узкими полосками на газонах центрального парка. Позавчера в Мельбурне чуть не сжарилась под палящим солнцем. А сегодня вот оказалась среди сибирской зимы. Хоть формально весна уже пришла, и холод уже не жёг лицо и руки, но всё-таки повсюду, не собираясь таять, лежал снег, и дворники с ног сбились, расчищая по утрам дороги и скидывая снег с крыш.

Теперь уже Сью не боялась «казаков», а верней, артистов казачьего ансамбля, которые шли бок о бок с ней распевая «Гой вы кони, кони вороные». Она вовсе не чувствовала себя Миклухо-Маклаем среди аборигенов. Скорее наоборот она была совсем как казачка – светлая прядь выбилась из-под кружевной шали, лицо раскраснелось, глаза блестят. Если бы она знала язык, то подпевала бы хору, но всё и так было хорошо, просто чудесно.

Праздничное шествие повернуло с Морского проспекта на улицу Ильича. К колонне со всех сторон присоединялись люди, всем хотелось пройти вместе плечом к плечу во всю ширину улицы. Площадь перед домом культуры, а вскоре, и вся улица заполнилась народом. На главную трибуну праздника вышли ведущие и распорядители, приветствуя жителей городка и гостей. Праздник начался. Артист наряженный «Масленицей» исполнил театрализованное шоу на тему русского фольклора, а певцы фольклорных вокальных коллективов спели несколько песен. Дальше народное гулянье распространялось уже свободно растекаясь, во всю ширину улицы.

Артисты казачьего хора, по сценарию праздника должны были вести подвижные народные ярмарочные игры, участвовать во взятии «Снежного городка», выступая против курсантов офицерского училища, и просто задавать праздничное настроение окружающим. Перед тем как разойтись на площади по своим заданиям, казаки собрались кружком, взяв Сью в свою компанию, и налив ещё по стопке водки, выпили, закусив прихваченными в кофейне блинами.

Сью ещё раз вспомнила знаменитый фильм Михалкова «Сибирский цирюльник», понимая, что сама потихоньку как будто попадает в сцену Масленицы из этого фильма. Ей захотелось танцевать, прыгать веселиться, и она присоединилась к одному из больших хороводов, кружащих по площади. А казаки между тем развлекали народ, кто как может. Игры были самые незатейливые. В одной из них «ведущий» надевал большую меховую шапку, и, взяв верёвку, с привязанным к ней огромным валенком, крутил вокруг себя этот валенок в радиусе метров четырёх, мешая остальным приблизиться к себе. Тот же игрок, которому это удавалось, подбежав, стягивал с ведущего шапку, сам становясь ведущим.

В другой игре двое казаков крутили огромную шестиметровую скакалку, а молодые девушки прыгали через неё, стараясь не задеть, та же которая не успевала перепрыгнуть – выходила из игры. Был, разумеется, и гладкий, очищенный от коры высокий столб, на вершине которого укрепляли ведёрко с призом, который доставался тому, кто сможет забраться на столб. Весёлый скоморох распределял очередь кому забраться, а желающих было много, и не только парней, а даже и несколько девушек, впрочем, на столбе удача улыбалась редко кому – примерно одному из десяти-пятнадцати соревнующихся.

То ли от выпитой с казаками водки, то ли от избытка впечатлений, а, может, сказывалась усталость от перелётов в последние дни, временами Сью чувствовала лёгкое головокружение, но атмосфера набирающего обороты праздничного дня так увлекала её, что она и думать не могла об отдыхе. Она ходила от одной группы гуляющих к другой. Её звали в хороводы, и она кружилась в танце. Она смотрела необычные товары у ярмарочных торговцев.

Странно, но здесь на ярмарочном гулянии Сью не чувствовала неудобства от незнания русского языка. А покупая нитку бус у одного из лоточных продавцов сувениров, просто дала пятисотрублёвую купюру и получила сдачу, справедливо надеясь на честность продавца. Но всё же, бдительность терять не следовало, в чём ей вскоре пришлось убедиться.

Знакомый уже ей казак Борис, увидав Сью в толпе гуляющих, потянул её к себе:

– Пойдём, красавица, – поможешь канат перетянуть. И опять она поняла, что будет, что-то интересное, хотя и не понимала слов.

И действительно, забава была весёлая – за длиннющий канат с обеих сторон ухватились человек по тридцать мужчин и женщин, детей и взрослых пытаясь перетянуть команду соперников на свою сторону.

Сью присоединилась к одной из сторон соревнующихся. Борис руководил игрой. По взмаху его руки команды начали изо всех сил тянуть канат каждый в свою сторону. Не раз, споткнувшись, кто-то из игроков падал, за ним, весело хохоча, падали в мягкий снег и остальные. Но снова, поднявшись на ноги всё снова в тесноте и сутолоке хватались за канат, и игра продолжалась вновь и вновь.

Вдруг Сью почувствовала, как кто-то чуть сильнее, чем нужно прижал её с левой стороны. Она протянула руку и, оглянувшись, увидела, как молодая женщина вытаскивает из её кармана кошелёк, недавно купленный в сувенирной лавке гостиницы. Не сомневаясь ни секунды, Сью влепила воровке звонкую затрещину, та ответила пощёчиной Сью и тут же выкинула украденный кошелёк на снег.

– Надо же, драка! – воскликнул кто-то рядом. И пока казаки подскочили, чтобы разнять дерущихся дам, те успели обменяться ещё парой оплеух.

Последнее, что запомнила Сью в этот день – золотой погон на плече у Бориса, когда он, едва подоспев на помощь, подхватил её на руки. Силы оставили её.

А воровка, шмыгнув в толпу, быстро исчезла. На снегу осталась только причина раздора – красный красивый кошелёк.

– Что делать-то будем, братцы? В обмороке она – обратился к товарищам Борис. – Кто она? Откуда? Я понял только по разговору, что иностранка.

– Так, давай в гостиницу её отвезём, – там точно разберутся. – посоветовал кто-то. – Там и аптечка есть поможем ей. Только надо быстро.

Пока стражи порядка не подоспели, казаки уговорили водителя микроавтобуса, выгружавшего цветы для магазина, отвезти пострадавшую до гостиницы. И через две минуты Сью уже была в холле гостиницы на диване. Поняв, что страшного ничего не произошло, Борис с товарищами тихо удалился, коротко объяснив администратору, что произошло на Масленице.

Глава 15

Второе письмо Айлин:

«Здравствуйте, мои дорогие.

Мне, конечно, более удобно писать по электронной почте. Но это случай особенный. Я хочу, чтобы когда-нибудь потом, когда я буду взрослой, можно было бы где-нибудь в семейном альбоме найти это письмо с почтовым штемпелем из России.

А, может быть, этих писем будет несколько, может быть даже много. Вот мои дети и прочитают, про мои приключения в этой заснеженной стране. И мне самой хочется почитать свои письма, когда я вернусь домой.

Помните, как мы нашли переписку дедушки и бабушки?

Говорят, здесь бывает жаркое и даже очень жаркое лето. Но, увы, оно длится только три месяца, а почти девять месяцев бывает зима. У нас в штате совсем наоборот и зима бывает очень мягкой и только иногда выпадает немного снега.

А здесь снега столько, что из него можно строить дома и рыть в нём тоннели, что, впрочем, и делают дети, играя во дворах.

Недавно я была свидетельницей очень интересной игры, которая называется «Взятие снежного городка». О, это так интересно…!

Но всё по порядку:

Вот уже две недели я живу в небольшом городке учёных и студентов, который так и называется: Академгородок.

Здесь на улицах люди здороваются друг с другом, как это бывает в небольших посёлках, где все всех знают. Живу я в гостинице, хотя директор компании в которой я по контракту работаю, предлагал мне жить в его семье мотивируя, тем, что у него дочь – моя сверстница, и мы могли бы с ней общаться.

Я всё же решила, что лучше жить своим умом и осталась жить в гостинице, всё-таки мне не придётся мыть самой посуду и убираться в номере.

На работу я езжу на такси. Здесь есть такое специальное такси для девушек – называется «Леди», где водители тоже девушки. До места моей работы, да и в любой конец городка проезд стоит всего полтора доллара.

Можно добираться на автобусе. Это дешевле, но долго ждать транспорта, а ведь ещё надо дойти до остановки. Так бы у меня на дорогу до работы уходило бы минут сорок, если не час. А на такси я добираюсь за десять минут и успеваю просмотреть все утренние новости. Кстати, здесь около 900 телевизионных каналов, много англоязычных и есть канал «EuroNews», который я могу смотреть круглосуточно.

Работа мне нравится. Работаю в команде. Продолжаю рисовать своего робота-крокодила, которого я выслала на конкурс. Только теперь всё намного сложнее. Приходится согласовывать каждую деталь с технологом, с прочнистом, с инженером – электронщиком.

Прихожу домой и падаю спать. А утром опять, как заведённая, – еду в офис проектной студии, проектирую, сдаю эскизы. Трудно! Но, что удивительно – мне нравится такая жизнь.

Теперь расскажу «про взятие снежного городка». В начале марта здесь устраивают весёлый праздник «Масленица». Так провожают зиму и встречают весну. Все, кому это интересно выстраиваются на главной улице в колонну и с песнями идут по всему городу до площади, где и происходит гуляние типа ярмарки.

Народ водит хороводы, кто-то поёт под гитару песни со сцены. Есть множество разных аттракционов. Очень популярна затея у мужчин – лазить голым на столб за каким-нибудь смешным, но почётным призом.

Но главное и всеми любимое развлечение – игра «Взятие снежного городка». Все мужчины разбиваются на две команды. Одна команда идёт защищать снежный городок – небольшое строение из плотного снега, возведённое накануне, а вторая команда должна разрушить городок. Весь бой ведётся голыми руками. По сути, это вольная борьба в большой куче снега, в которую после всего превращается снежный городок.

Всё это очень весело и шумно.

Но я ещё не сказала самого главного. Представьте себе, я здесь видела тётю Сью. Да ещё в каком виде. Как всё-таки тесен мир! Это ж надо было проехать полмира, чтобы увидеть, как лихо дерётся тётя Сью.

Но, в конце концов, её, видать, побила её соперница, потому что тётю потом увезли на машине мужчины в смешных костюмах с погонами и больших лохматых шапках.

Вот пока и все новости.

Это моё второе письмо из Сибири. Сколько их будет ещё?

Всех целую.

Ваша Айлин»

Глава 16

«И приснится же такая чертовщина» – подумала Сью просыпаясь, – «казаки, Масленица, Сибирь, драка, о-о». Но, повернувшись, поняла, что это был не сон. Напротив её кровати, на простом стуле, в её гостиничном номере сидел давний знакомый Ром Баддл и спокойно читал газету.

– Доброе утро, Сью, – он приветливо улыбнулся.

– Чёрт побери, это был не сон…

– А что именно?

– Казаки, водка, драка.

– Да господь с тобой, какая драка? Казаков я видел, водку вполне допускаю – всё-таки праздник. Но драка?! Как тебя угораздило?

– О! Гриф…

– Ну, бог с ним, с дракой. Не хочешь – не рассказывай.

– О! Гриф, у тебя есть что-нибудь от головы.

– От головы ничего не дам, но вот опохмелиться слегка не помешает.

– Какая опохмелка. Что ты…

– Чуть, чуть, – и мудрый «страж», нырнув в холодильник, достал оттуда холодную, запотевшую бутылку водки. Наполнил крохотную, с напёрсток, рюмочку и положил на тарелочку маринованный огурец. – Давай-давай – добавил он по-русски.

– «Давай-давай», – передразнила Сью, произнося русские слова, – я вчера, кажется, только отовсюду и слышала это.

– Я могу подождать тебя в баре, если хочешь.

– Подожди дорогой, в баре, я сейчас приму душ, приведу себя в порядок и приду. Слушай, а как ты оказался в моём номере?

– Я принёс тебя сюда, пока ты спала.

– Ах да. Я же отрубилась там. Так это всё было на самом деле…?

– Что?

– Казаки, водка?

– Не знаю, дорогая, Сью. Тебя сюда действительно принесли артисты в костюмах казаков. Ты была в обмороке. Я вызвался подождать, пока ты придёшь в себя. Решили обойтись без полиции, чтобы не подымать шума.

– Спасибо, дорогой Гриф.

Глава 17

Как и ожидал Ром Баддл, после такой встряски, – этого приключения с казаками, Сью расскажет ему хотя бы часть своей истории. Они сидели в тихом уголке ресторана гостиницы. Сью пила кофе и говорила.

– Мик куда-то запропастился недели три назад. Он и раньше иногда выезжал на наше австралийское ранчо. Проверить, как идут дела, встретиться с друзьями детства, поохотиться. А тут вдруг, тихонечко так, будто бы растворился.

– Как это «растворился»?

– Мне он, как всегда в таких случаях, сказал, что хочет побродить по земле предков и т. д. Я спокойно его отпустила. Думаю – пусть рыбу поудит, погуляет на свежем воздухе. Неделю дома ждала, пока занималась всякими домашними делами. Потом вдруг позвонила, а он не отвечает!

– В полицию не пробовала заявлять?

– А смысл?

– Пропал человек. Какой ещё нужен смысл?

– А он не пропал.

– Ты это чувствуешь, или точно знаешь? – Ром Баддл, впервые за весь разговор слегка забеспокоился.

– Видишь ли, Мик год назад освоил компьютер. Вернее, ту его часть, которая называется «Огненное сафари».

– Знаменитая игрушка. Кстати, автор этой игры живёт здесь, в Академгородке.

– Да, и Мик увлёкся ей тоже. Так вот. Он не всегда компьютер выключал, когда уходил из дома, и я теперь знаю его ник, то есть как его зовут в игре.

– И что?

– А ник «Бешеный Данди» входит в игру почти каждый вечер.

– Вы играете по Интернету?

– Это он играет. Мне пришлось зарегистрироваться в игрушке, чтобы видеть, когда он появляется.

– Ты не пробовала общаться с ним в игре?

– А зачем. Он мне нужен дома, а не в игрушке.

– И что дальше?

– После отъезда Мика я ещё недельку подождала. Думала, ну пусть погуляет по земле предков. Поохотится, порыбачит. А потом соскучилась и вылетела в Мельбурн. А его там нет.

– Странно.

– Соседи рассказали, что он появился там на день, не более, а потом исчез. Я ещё неделю пожила на ранчо. Проверила работу управляющего. А потом поняла, что Мика нет в Австралии.

– Откуда ты знаешь?

– У меня везде полно хороших знакомых. Я пошла в полицию, там парень знакомый работает – мой друг детства, он проверил базу аэропортов и нашёл, что Мик Данди взял билет из Мельбурна в Новосибирск.

Ром Баддл присвистнул от удивления.

– А может он, в какой другой город улетел транзитом?

– Может, улетел, а может, и нет. Вот это я здесь и выясню.

– У тебя и здесь есть знакомые в полиции?

– Ну, Гриф! За кого ты меня принимаешь? Это бы было слишком грубо. Попробую как-нибудь сама его разыскать.

– Ты языка совсем не знаешь.

– Теперь буду учить. А ты на что? Здесь есть ускоренные курсы? Ты мне и поможешь. И вообще, я устала. Всё, пока, дорогой Гриф. Пойду, погуляю на улице. Приведу в порядок мысли…

– Погоди, погоди. Ещё пару вопросов…

– Всё, всё, я устала. Встретимся вечером. Звони.

Глава 18

Мягкий комок снега сорвался с еловой лапы и разбился в пыль, ударившись о нижнюю ветку. Чистым снегом была запорошена и вся улица, и кусты, окаймляющие тротуар. То, что вчера сибиряки справили Масленицу, проводив тем самым зиму, для матушки-природы на самом деле мало что значит. С утра зима, как ни в чём не бывало взялась за свою обычную работу – сыпать снег на дома, дворы, улицы, спящий вокруг городка лес, наводя вокруг порядок и чистоту. Сугробы по обочинам дорог ранее подточенные весенним солнцем и отороченные по краю ледяным кружевом, вновь накрылись белым покрывалом.

Природное любопытство и чисто журналистская любознательность не дали Сью покоя. Надев дублёнку и, покрыв голову белой шалью, она вышла на прогулку.

Как изменилось всё вокруг со вчерашнего дня. На улицах не было ни шума, ни суеты. Городок пришёл к своему обычному ритму – спокойно-созерцательному. Здесь никто никуда, никогда не спешит. «Как в зимнем курорте» – мелькнула мысль. И будто подтверждая это, две девушки остановились, фотографируя заснеженные верхушки сосен. Но когда Сью поравнялась с ними, они многозначительно переглянулись, сдерживая улыбку. Да в маленьком городке трудно затеряться и вчерашнюю драку на площади будут вспоминать ещё несколько дней.

«В маленьком городке трудно затеряться» – Сью повторила про себя ещё раз. «Где же ты, Мик, прячешься? Что привело тебя сюда?»