Святой благоверный великий князь Александр Невский
- -
- 100%
- +
Согласно предположениям некоторых исследователей, в 1234 году благоверный князь Александр получил свое первое боевой крещение. Это было очередное столкновение с Ливонским орденом[3].
Получив благословение Папы Римского Григория IX на обращение в католичество не только язычников Прибалтики, но и схизматиков – то есть русских, Ливонский орден, подобно своему предшественнику – ордену Меченосцев, начал нападения на земли Новгорода и Пскова. Так, в результате измены – летописи называют имена Бориса Игоревича и Ярослава Владимировича, происходившего из смоленских Рюриковичей, – крестоносцам удалось взять Изборск, принадлежавший Пскову. Кроме того ими был захвачен новгородский боярин Кирилл Свининич (иначе Синкич) и посажен в темницу в замке Оденпе.
Псковичи и новгородцы обратились за помощью к князю Ярославу Всеволодовичу. Он собрал собственные полки, новгородское и псковское ополчение и двинулся к Юрьеву (Допарт, современный Тарту). Как уже говорилось, по предположениям историков, хоть это и не упоминается в летописи, этот поход был первым для Александра.
Крестоносцы знали о походе русских на Допарт и Оденпе (иначе Медвежья Голова). Войска Ливонского ордена встретили русские дружины на марше. Им удалось даже разбить авангард Ярославова войска. Но при столкновении с основными силами натиск крестоносцев был отбит. Более того, русские полки перешли в наступление. Они преследовали крестоносцев вплоть до реки Омовжи. На Омовже орденское войско, проломив весенний лед, пошло ко дну, часть была захвачена в плен и лишь немногим удалось скрыться. После этого Ярослав позволил своим отрядам разорять орденские земли. Ливонский орден запросил мира. По результатам переговоров было заключено перемирие на три года.
В том же году новгородское ополчение и дружина князя Ярослава вынуждены были также отражать литовский набег на Старую Руссу. Неизвестно, принимал ли молодой князь Александр участие в этом вооруженном конфликте. Однако, можно предположить, что принимал, так как уже в скором времени он удачно отражал литовские набеги, отлично понимая и тактику и стратегию противника.
В пользу этой версии можно сказать и то, что именно в это время Александр был замечен крестоносцами, причем именно как возможный союзник в Прибалтике. Дело в том, что некогда разрозненные литовские племена объединились под властью великого князя Миндовга. Молодое государство было достаточно агрессивным – дружины Миндовга и его подручных князей совершали набеги не только на орденские земли, но и на Русь.
В 1237 году в Новгород прибыл магистр ордена Меченосцев Андреас фон Фельвен. Визит был неофициальным, однако, он добился встречи с князем Александром. А в это время Александр вновь остался в Новгороде наместником без отцовской поддержки. Его отец – князь Ярослав, собрав большое войско, отправился в Южную Русь – завоевывать Киев. Общение с Александром произвело на магистра фон Фельвена большое впечатление – вернувшись в Ригу, он восторженно отзывался о молодом новгородском наместнике. Впоследствии представители Западной Церкви не раз пытались добиться расположения благоверного князя Александра, однако, он неизменно оставался вежлив, но тверд в своих православных убеждениях.
Южная эпопея князя Ярослава была очень удачна. Однако, пока он завоевывал и выторговывал себе новые владения в Южной Руси, на Русь Северо-и Юго-Восточную обрушилось Батыево нашествие.
На первый взгляд Батыево нашествие обошло стороной молодого князя Александра, находившегося в то время в Новгороде, не затронутом монгольским разорением. Но и его не обошла общая беда – погиб его младший брат, во время нашествия бывший в Твери, погибла вся семья дяди Юрия Всеволодовича, кузены Василько и Всеволод Константиновичи. Был разорен родной Переславль-Залесский. Кроме того монголы взяли и разорили принадлежавшие новгородской земле Вологду, Волок Ламский (ныне Волоколамск) и Торжок. Причем ситуация с Торжком была наиболее болезненной для благоверного князя Александра. Он сидел в Новгороде отцовским наместником, практически не имея собственного войска в окружении противоборствующих партий новгородской аристократии. Именно они принимали решение – не посылать помощи осажденному монгольским войском Торжку. Для молодого князя это стало жестоким уроком, из которого он сделал вполне конкретные выводы – необходимо держать при себе хорошо обученную сильную дружину, не полагаясь на городское ополчение.
Практически сразу после Батыева нашествия вернулся ставший великим князем Владимирским Ярослав Всеволодович. В связи с этим изменилось положение и его старшего сына – отныне он уже не наместник, а полноправный князь Новгородский. В то время как вся Северо-Восточная Русь нуждалась в глобальном восстановлении, чем и занялся князь Ярослав, у Новгорода были свои серьезные проблемы – натиск на Восток крестоносцев и не менее опасная агрессия Великого княжества Литовского. Эти проблемы и предстояло решать благоверному князю Александру. В связи с этим некоторые исследователи предполагают, что Александр принимал участие в русско-литовской войне за Смоленск, предпринятой его отцом.
В 1239 году в жизни благоверного князя Александра произошло знаменательное событие – он женился на Полоцкой княжне. Этим браком семейство великого князя Владимирского оказывало покровительство Полоцкому князю Брячиславу, изгнанному из своих владений и жившему в Торопце, и заключало с ним союз против Литвы, претендовавшей на Полоцк. Различные источники по-разному именуют дочь Брячислава: одни называют ее Александрой, другие – Параскевой. Однако большинство исследователей склоняется к первой версии имени – Александра Брячиславна.
Несмотря на утесненное положение Брячислава Полоцкого, Александр решил оказать честь будущему тестю, приехав венчаться в Торопец. Дело в том, что согласно обычаям того времени наиболее почетным для семьи невесты было, когда жених приезжал в город тестя. Венчание состоялось в торопецком храме святого великомученика Георгия. Свадебный пир пришлось устраивать дважды – сначала в Торопце, а затем в Новгороде, дабы почтить и гордое новгородское боярство.
Здесь следует отметить, что относительно семейной жизни благоверного князя Александра существует некая летописная неразбериха. Согласно наиболее древним летописным источникам, Александр был женат один раз – на дочери Полоцкого князя Брячислава. Но на гробнице в Успенском Княгинином монастыре во Владимире стояло три имени: одно называло дочь Александра Евдокию, второе – его супругу Александру, а третье также супругу – Вассу. Из этого некоторые исследователи сделали вывод, что Александра Брячиславна скончалась раньше мужа, и он вступил в новый брак с некоей Вассой. Другие исследователи предложили иную версию – благоверный князь Александр был женат лишь однажды, а его супруга после кончины мужа приняла постриг с именем Васса. Не так давно появилась еще одна версия относительно брачной жизни благоверного князя Александра. Она опирается на летописные источники, называющие его родственником рязанских князей. Согласно этой версии, Александра Брячиславна умерла через несколько лет после замужества, а благоверный князь Александр вступил в брак с рязанской княжной Дарьей Изяславной. В любом случае точных сведений относительно брачной жизни благоверного князя нет.
Молодая княгиня была бесприданницей; единственное, что она могла принести Владимирскому княжескому дому, – это ухудшение и без того напряженных отношений с Литвой. Прекрасно понимая сложившуюся ситуацию, благоверный князь Александр строит укрепления по реке Шелони на юго-западе Новгородской земли.
Невская битва
Князь Александр укреплял новгородские рубежи, опасаясь новых литовских набегов. Однако новая беда пришла оттуда, откуда не ждали. Как и столетием ранее, в 1240 году была предпринята попытка шведского крестового похода на новгородскую землю.
Кто был предводителем этого похода? Несмотря на то, что русские летописи называют ярла Биргера, – у исследователей нет точного ответа на этот вопрос. Дело в том, что в 1240 году Биргер еще не был ярлом – правителем Швеции; в то время ярлом был Ульф Фаси, а Биргер был тогда лишь одним из королевских родичей. Вполне возможно, что претендуя на более высокую ступень, он и предпринял поход на русские земли.
Как бы то ни было, к середине июля шведская эскадра на многих кораблях (шнеках) вошла в устье Невы. Биргер, считая новгородскую землю легкой добычей, – сведения о монгольском разорении Руси уже дошли до Западной Европы, – послал новгородскому князю Александру вызов: «Если можешь, сопротивляйся, – я уже здесь и пленяю твою землю» [1, с. 22]. Действительно, шведская эскадра продвигалась по Неве к устью Ижоры.
Положение было очень опасным – ждать помощи было неоткуда: отец Александра, великий князь Ярослав, всеми силами восстанавливал Русь Северо-Восточную, в то время как Русь Южную и Юго-Западную вновь громили монголы. Да и в самом Новгороде вражда партий сильно замедляла сбор ополчения.
Александр не мог оставить ставшую ему родной Северную Русь на разорение – он собирает собственную дружину и немногочисленных новгородских добровольцев, готовых выступить по княжескому слову, не дожидаясь вечевого решения.
Накануне выступления князь вместе с воинами отстоял службу в кафедральном новгородском соборе Святой Софии. Источники донесли до нас молитву благоверного князя и его обращение к дружине. В молитве он не стремился к оригинальности, обратившись к памятным с детства псалмам Давида: «Суди, Господи, обидящим меня и возбрани борющимся со мной, приими оружие и щит, стани в помощь мне» [1, с. 22]. По окончании службы Александр принял благословение Новгородского архиепископа Спиридона.
Выйдя из храма, Александр обратился к дружине и новгородским добровольцам с такими словами: «Не в силе Бог, а в правде. Иные – с оружием, иные – на конях, а мы имя Господа Бога нашего призовем! Они поколебались и пали, мы же восстали и тверды были» [1, с. 22]. Сразу же – прямо из Святой Софии – войско выступило в поход.
Биргер, уверенный в победе, не спешил с наступлением, из-за чего потерял темп. Князь Александр успел сплавить пешую рать по Волхову к Ладоге, а конную – по берегу до устья Ижоры, где был расположен шведский лагерь. По пути к небольшому войску присоединился отряд ладожан – они собирались быстрее новгородцев, понимая, что именно по их городу и окрестностям придется первый удар.
У Ижоры встречи с князем попросил местный старейшина – источники по-разному называют его: Пелгуй, Пелгусий, Пелугий – точно известно, что православное крещение он принял с именем Филипп. Пелугий-Филипп рассказал благоверному князю Александру о видении, бывшем ему, когда он стоял в дозоре. Согласно этому рассказу, среди ночи внезапно сделалось светло, и он увидел ладью, гребцы на ней были скрыты туманом, а на корме стояли два воина в блистающих княжеских одеждах. Они показались Филиппу похожими на святых Бориса и Глеба, виденных им на иконе в новгородском храме. Один из воинов сказал другому: «Брат Глеб, вели грести скорее, да поможем сроднику нашему Александру» [2, с. 110]. Это извести укрепило Александра в правильности его решения – выступить против шведов, не дожидаясь ни помощи от отца, ни общего сбора новгородского ополчения. Однако, он просил Филиппа не распространяться о видении.
15 июля войско Александра внезапным ударом обрушилось на шведский лагерь. Шведы удара не ждали. Внезапное нападение русских войск не встретило должного сопротивления. Шведам не помог даже численный перевес, потому что отборные русские дружины не упустили инициативу боя, продолжавшегося до наступления темноты. Князь Александр, согласно свидетельствам современников, бился в первых рядах своего войска – ему удалось достать копьем предводителя шведского воинства, что сразу же дало преимущества русским дружинам. Кроме самого князя источники называют и других отличившихся в этой битве: новгородских бояр Гаврилу Олексича, Сбыслава Якуновича и Мишу, дружинников князя Александра – Савву, Якова и Ратмира. Кровопролитное сражение продолжалось вплоть до наступления ночи. Под покровом ночи русские отошли, а шведы похоронили убитых: частью – в земле, частью – погрузив трупы на ладьи. Эти ладьи сплыли по Неве и потом потонули в море. Битва у Ижоры была выиграна не столько тактически или тем более стратегически, сколько морально: воинский дух шведов был подорван. Немногочисленная рать князя Александра, тоже понесшая потери, не могла бы сдержать планомерного наступления шведов, если бы оно осуществилось. Но русское мужество, несмотря на немногочисленность русских дружин, преодолело скандинавскую силу.
Немногочисленное войско Александра вернулось в Новгород с триумфом. Самого благоверного князя новгородцы прозвали Невским, подчеркивая значение одержанной победы. Вскоре в княжеской семье произошло радостное событие – родился первенец – сын Василий. Однако, благоверный князь не собирался «почивать на лаврах». Дело в том, что из псковской земли до Новгорода доходили все более тревожные вести.
В августе 1240 года рыцари Ливонского ордена при помощи своего давнего союзника, князя Ярослава Владимировича, происходившего из Смоленского княжеского дома, взяли Изборск. Псковское ополчение, вышедшее на выручку Изборска, было разбито. Вскоре орденские войска стояли у стен Пскова – через несколько дней после начала осады боярин Твердило Иванкович открыл им городские ворота. Так, благодаря предательству Псков был захвачен крестоносцами. Утвердившись в псковских пределах, крестоносцы начали покушаться и на новгородские земли, в частности, они построили деревянную крепость в деревне Копорье.
Несмотря на беду, постигшую соседний Псков, новгородцы не желали предпринимать никаких серьезных мер для обеспечения безопасности своей территории. Напрасно князь Александр пытался призвать их к порядку – боярство и горожан раздражала его требовательность. В конце концов, Александру предложили покинуть Новгород. Он собрал дружину, взял семью – мать, жену и сына – и отправился в родной Переславль-Залесский.
Война с Ливонским орденом и Литвой
Сидевший во Владимире великий князь Ярослав старался закрепить родовые владения за сыновьями. Александру, как старшему сыну, он дал в удел выделенный ему отцом Переславль-Залесский. Некогда величественный город только начал оправляться от последствий Батыева погрома. Как известно, благоверный князь Александр делал щедрые пожертвования на восстановление храмов. Однако, вскоре спокойной жизни в родном городе пришел конец.
Начав с Копорья, крестоносцы захватили Водскую пятину, Тесово, Сабли и стояли в тридцати верстах от Новгорода. Новгородское вече единогласно требовало вернуть в город князя Александра. В результате к великому князю Ярославу Всеволодовичу было отправлено посольство с просьбой: дать Новгороду князя.
Ярослав Всеволодович рассудил по-своему – он послал в Новгород второго по старшинству сына Андрея. Великий князь видел, что его старший сын Александр уже вырос в самостоятельного государя и полководца, а Андрею, проведшему детство под родительским кровом, только предстоит этому научиться. Поэтому он отправляет в Новгород именно Андрея.
Новгородцы с самого начала были недовольны новым князем – они ждали победителя Невской битвы, а получили «необстрелянного» и неопытного юнца. И вновь вече единодушно потребовало у высшей аристократии и архиепископа – вернуть в Новгород Александра. Было собрано новое посольство – на сей раз во главе его встал архиепископ Новгородский Спиридон, – отправившееся во Владимир и Переславль-Залесский, просить Александра на новгородское княжение.
Александр готов был вернуться в Новгород. Его отец, еще раз все обдумав, вынужден был согласиться на просьбу новгородцев. Однако, молодого князя Андрея также необходимо было приобщать к государственным и военным делам. Поэтому, отозвав его из Новгорода, Ярослав поручает Андрею сбор войск для помощи новгородцам.
Вернувшись в Новгород, Александр не стал терять времени даром. Вместе с дружиной, пришедшей с ним из Переславля, и новгородским ополчением он выступил к Копорью. Копорье было взято штурмом, во время которого большая часть гарнизона погибла, а тех из орденцев, кто попал в плен, Александр вскоре отпустил. Однако, он не был столь милостив к местным жителям, помогавшим крестоносцам обосноваться в Копорье, – все изменники были казнены.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Бродники – не представляющее единой народности население побережья Азовского моря, нижнего Дона и Днестра в XII–XIII веках.
2
Тумен – отряд монгольского войска, численностью около 10 тысяч воинов.
3
Ливонский орден (иначе Братство рыцарей Христа Ливонии) – католический военно-монашеский орден, представляющий из себя государственную организацию. Полноправными членами ордена могли быть только дворяне-рыцари, преимущественно немецкого происхождения. Был основан по благословению Папы Римского Гонория III для обращения в католичество жителей Прибалтики.