Дом Иова. Пьесы для чтения
- -
- 100%
- +
Истина (язвительно): Какой прекрасный совет! (С отчаяньем, почти кричит). Да, если бы я только могла его увидеть!
Ищущий изумлён. Молча смотрит на Истину.
Ах, если бы я только могла!.. Но скажи, как можно увидеть того, кто не существует? Кто прячется в своей норе, словно трусливый заяц? Кто боится выйти из дома, чтобы встретить свою судьбу лицом к лицу?.. О, ты можешь не сомневаться: у меня хватит сил на то, чтобы поменять местами Плеяды и Медведицу! Но где взять силы способные поймать тень или связать руки призраку?
Ищущий (начиная понимать, негромко): Ах, вот оно что… (Испугано). Но этого не может быть!.. Ай, да Иов… Выходит, что он вроде как ускользнул от тебя?..
Истина: (задета): Ты, кажется, даже рад?
Ищущий: Богиня… (Протягивает к ней руки).
Истина: Ах, оставь!.. Ты хоть понимаешь, что это такое – ускользнуть от Истины?.. Кто теперь остановит его, если он начнёт сомневаться в моей истинности? Кто схватит его за руку и назовёт вором, когда он станет хвастать своей ничтожной жизнью и противопоставлять её извечно установленному порядку? (С ужасом). А кто помешает ему, когда он захочет присвоить себе моё имя? (Едва слышно). Мое имя…
Ищущий: Да, что он может? Один? Один!.. Кто его услышит?
Истина: А ты думаешь, так трудно найти себе подражателей? Тех, кто побежит за тобой, словно стадо баранов?.. Да я уже сейчас вижу всех этих жалких выродков, которые никогда не осмелятся открыть рот, но в сердцах будут копить яд и тешить себя своими безумными фантазиями! Они будут рассуждать об Истине, но думать об Иове. Поклоняться порядку, но в душе славить непослушание. Я уже сейчас слышу, как они станут шептать друг другу: «Истина Истиной, но ведь есть еще этот Иов, который выстроил свой Дом, ни у кого не спросив благословения…» (Кричит). Но даже, если он будет один! Один во всей Вселенной!.. (Закрывает лицо руками).
Ищущий (в смятении): Что? Что?.. Что?
Истина (глухо): Ах, какой же ты всё-таки тупой, миленький… Разве ты еще не понял? А ведь это тот самый случай, когда одно единственное исключение ставит под сомнение всё правило. (Совсем тихо). Нет. Давай уж скажем все, как есть. Оно его просто отменяет.
Короткая пауза.
(Подняв голову, просто). Ты мне поможешь?
Ищущий: Я?.. Но что же я еще могу сделать, госпожа?.. Уже больше года я пытаюсь сломить его упорство. Но он упрям. Упрям и бессердечен… Ах, как же он бессердечен… Бесчувственный камень и тот, мне кажется, проявил бы больше чувств, чем этот праведник!
Истина (нервно): Тогда придумай что-нибудь еще. Предложи ему всё, что сможет изобрести твоё воображение. Ведь он всего только человек. Горстка праха. Ничтожество… Дай ему чуть-чуть, и он сразу захочет больше. Дай ему одно, и он потребует другое. А когда ты дашь ему всё, он заболеет от скуки и, в конце концов, расшибет себе лоб, потому что ему уже нечего будет хотеть… В конце концов, дорогой мой, человек это всего лишь существо, не умеющее вовремя остановиться.
Ищущий (негромко): И все-таки я хочу сказать тебе одну вещь, госпожа… (Помедлив, серьезно). Он очень упрям.
Истина: Так напугай его! Не испугается – унизь, так чтобы он возненавидел самого себя! Соблазни его молодостью, умом, славой! Наконец, скажи ему правду, которая убьёт его!.. Я не знаю, что ты будешь делать, но только вымани его из этого проклятого Дома, заклинаю тебя! Пусть только высунет оттуда кончик носа, – да что там нос! Мне хватит кусочка его ногтя, волоса, за который я могла бы уцепиться, чтобы вытащить его оттуда! Пусть покажется хотя бы на одно мгновенье. А уж потом я знаю, что мне делать!.. (Жмурится и становится похожей на большую сытую кошку, потрепав Ищущего по колену). Тогда, возможно, я разрешу тебе немного покопаться у меня под юбкой. (Тихо смеётся).
Ищущий смущён или только делает вид. Короткая пауза.
Истина: Миленьки-и-ий!..
Ищущий: Я постараюсь, госпожа… (С неожиданной тревогой). Только скажи мне, ради подножья Его престола, что ты думаешь о том, что сам Крепкий не захотел признать его виновным?.. Словно издеваясь над своим собственным порядком? Несмотря ни на что? Как будто для него не писаны никакие законы?.. (Тоскуя). Мне кажется, тут что-то не так, что-то не так…
Истина (мгновенно собравшись): Ах, вот что тебя беспокоит… (Холодно). Тогда слушай меня внимательно, миленький. Надеюсь, ты не забыл, что есть только одна Истина и только один Творец? Тогда, может быть, ты скажешь, откуда взяться между ними разногласиям? Или ты думаешь, у Него может быть другое мнение? Ведь ты же не станешь повторять вместе с другими глупцами, что Он капризен или что в Нём нет постоянства, так что сегодня Он гневается, а завтра вновь станет милосерден?..
Ищущий прячет лицо в ладонях.
Да что это с тобой, наконец?
Ищущий (подавленно): Я не знаю, госпожа…
Истина (строго): Миленьки-и-ий.
Ищущий: Видишь ли… Иногда… (Шепотом). Особенно, в последнее время… (Озираясь по сторонам). Мне стало казаться, что Он просто ушёл от нас… Убежал. Исчез. Испарился… (Без выражения). И когда я думаю об этом, мне самому хочется немедленно бежать отсюда прочь. Броситься со всех ног не разбирая дороги… Вот только куда? Куда?..
Истина (негромко): Так, так, так. (Мягко, почти по матерински). А ну-ка, быстрее гони эти глупые мысли прочь, дружок. Ну, где это ты видел место, куда бы Он мог уйти, оставив Своё Творение? Посмотри, разве это не Его миллионы глаз смотрят на тебя со звёздного неба? Или это не Он разговаривает с тобой в шуме морского прибоя или в пении жаворонка?.. Смотри, всё идёт как надо, как шло от века, и как будет идти всегда. Звёзды совершают свой путь и вовремя зеленеют склоны гор. (Внезапно застывает, лицо ее каменеет).
Короткая пауза.
(Неожиданно хриплым голосом). Но даже если бы Он ушёл – что ж! Всё равно всё останется по-прежнему, как и было. Огонь будет жечь, камень – тонуть. Женщины – лгать, а мужчины – говорить глупости. (С жалкой улыбкой). Ничего не поделаешь. В конце концов, мы все привыкнем и станем обходиться без Него. Жаль. Ну, да что же делать? (Какое-то время молчит, затем говорит негромко и просто). Как же я все-таки устаю от этих серьёзных разговоров. После них в голове становится пусто и душно… Ты ведь не забудешь об Иове? (Заглядывая Ищущему в лицо). Какой же ты у нас все-таки впечатлительный! (Берёт его за руку). Ну, прости меня. Прости и забудь всё, что я здесь наговорила. И я забуду вместе с тобой. (Придвигаясь к нему). Давай забудем вместе… (Внезапно заходится приступом смеха, сквозь смех). Ох, если бы ты только видел, какая серьёзная физиономия была у тебя, когда ты тащил меня в постель!.. (Хохочет).
Ищущий обижен. Пытается отодвинуться.
Ах, только, пожалуйста, не дуйся!.. Давай-ка лучше потанцуем!… (Мурлычет). Только ты и я.
Ищущий (обиженно): Завернувшись в Млечный Путь?
Истина: Да! Да!
Ищущий: Одни среди звёзд?
Истина: Не считая, конечно, наших теней! (Встаёт и тянет за собою Ищущего).
Какое-то время Истина и Ищущий стоят друг против друга, затем берутся за руки.
Ищущий (привлекая Истину к себе): Интересно знать, что ты скажешь тогда о Луне?
Истина: Пусть эта паршивка завидует нашим танцам!
Ищущий: А о Солнце?
Истина: Пусть оно не смеет показываться до тех пор, пока играет наша музыка!
Ищущий (тихо): Музыка!
Истина (кричит): Музыка!
Истина и Ищущий: Музыка!..
Начинает играть музыка. Истина и Ищущий кружатся в танце.
Тьма заволакивает сцену.
Картина восьмая
Декорации третьей картины: внешняя сторона стены, окружающей дом Иова.
Ночь. Лунный свет заливает сцену.
Иов сидит на камне, глядя на расстилающуюся перед ним пустыню. Рядом с ним стоит Ищущий. На его лице – растерянность и раздражение. Пауза.
Ищущий: Выходит, ничего из того, что я перечислил?
Иов молчит.
Может быть, я что-то упустил? Не учёл? Так ты не стесняйся, скажи.
Иов молчит.
Ни славы, ни богатства, ни власти, ни мудрости, – ничего из того, чем дорожат все без исключения?.. (Взрывается). Да, ты чудовище, Иов! Тебе, похоже, не надо заботиться ни о пище, ни о питье, ни об одежде – всё это заменит тебе твоя гордость! Наверное, ты её ешь, и пьёшь, и заворачиваешься в неё в холод, да ещё кладёшь её себе под голову вместо подушки!
Иов (равнодушно): Ты забыл добавить, что ещё она служит мне вместо посоха. (Без выражения). А, в общем, ты недалёк от истины, демон.
Ищущий: Я же просил: не называй меня демоном, человек! Ну, какой я тебе демон! Демоны безобразны, волосаты и дурно пахнут. Если бы ты повстречал демона, эта встреча отбила бы у тебя аппетит на целую неделю… Если хочешь, можешь называть меня… Жаждущим. И это будет правильно, потому что я жажду добра и ищу справедливости. Возможно, это немного старомодно, но, тем не менее, это истинная правда… (Быстро). Хочешь что-то сказать?
Иов молчит.
(Со вздохом, присаживается рядом с Иовом, просто). Знаешь, я устал, Иов… Сдайся, и я обещаю тебе, что твоё поражение будет больше походить на победу.
Иов молчит. Короткая пауза.
Или ты, действительно, думаешь, что твоё упрямство тебе поможет? (Сердито). Ну, тогда скажи мне, что же, в таком случае, ты прикажешь делать с твоим сердцем и с теми желаниями, которые все равно живут в нем?.. Не поленись заглянуть в него, Иов!.. Вон они, все вместе – жажда славы, и жажда богатства, жажда мудрости, и жажда власти, – да мало ли, что ещё там можно найти, если покопаться!.. Вот и посуди теперь: так ли это важно, что у тебя нет ни золота, ни власти, раз твоё сердце изъедено этими червями!.. Ты же не думаешь, что Всемогущий станет делать различия между тем и этим?.. (Снисходительно). Ну, не упрямься. Не упрямься. Проигравший должен признать своё поражение.
Иов равнодушно молчит.
(Сердито). Или ты всерьёз полагаешь, что отказываясь от моих даров, ты что-то выиграешь?.. Полно, Иов! Разве ты отворачиваешься от них не ради своей чудовищной гордыни? А это значит, что ты всё равно проиграл! Ты ведь знаешь – нет греха хуже, чем гордость!
Иов: И при этом, заметь, нет и более удобного, демон. Разве это не ты сказал, что она может заменить даже подушку?
Какое-то время Ищущий молча тоскует. Иов молчит.
Ищущий (примирительно): Послушай меня, Иов!..
Иов (равнодушно): Что тебе, демон?
Ищущий: Я же просил! Не называй меня демоном, упрямый ты человек! Демоны глупы и кровожадны!.. (Мягко). Ну, возьми хотя бы мудрость. Это ведь не такая вещь, которую стыдишься, как, например, неправедно нажитого богатства… Я согласен: власть – постыдна, слава – преходяща, но на мудрость никто не осмелится посмотреть косо… Возьми, Иов!
Иов: А на что она мне, демон? Эта беззубая, трусливая, вечно болтающая, да, к тому же, всегда пялящаяся назад, словно у неё глаза на затылке?.. Нет, демон. Оставь ее себе.
Ищущий разочарован. Пауза.
(Тихо). Есть, пожалуй, только один дар, от которого я не смог бы отказаться.
Ищущий медленно поднимается, пожирая Иова глазами.
От моих детей, демон.
Ищущий разочаровано садится.
Если бы я вновь мог услышать их голоса, чтобы они встали передо мною, говоря: «Вернулись мы и уже больше не уйдём».
Ищущий (сердито): Глупости!.. Глупости, Иов!.. Ты не хуже меня знаешь: никто не вернёт тебе детей. Бери уж лучше, что есть.
Иов (повернувшись к Ищущему, напряженно): А что ты скажешь тогда насчёт Крепкого?
Ищущий: Насчет Крепкого, Иов? (Насмешливо). А разве Крепкий создал наш мир, чтобы нарушать его законы? Или ты не знаешь, что то, что случается – случается раз и навсегда?.. (С кривой улыбкой). Вечно одна и та же история! Стоит разуму сказать «нет», как на помощь немедленно зовут небеса! (Жёстко). Не волнуйся, Иов. Ему это тоже не по силам.
Иов (отворачиваясь, тихо): Да, да, да… (Не сразу, задумчиво). А ведь когда-то всё было иначе, демон. Тот Бог, о котором мне рассказывали мой отец и моя мать, когда я только-только начинал ходить и думал, что мир кончается за ближайшими холмами, – тот Бог, представь себе, умёл всё. Он двигал горами и спасал праведника из рук разбойников. Он не брезговал черновой работой и шёл впереди войска или наполнял паруса судов свежим ветром. Он приносил мне сласти, которые я находил утром под подушкой. И уж, конечно, Ему бы не составило труда вернуть к жизни мёртвого.
Ищущий: Ах, оставь, Иов. Просить следует возможного, и тогда пошлётся вам. Вот заповедь, о которой не должен забывать мудрец… Мудрец, Иов!
Иов: Но я-то не мудрец, демон. (Повысив голос, почти раздраженно). И если бы Ему вдруг вздумалось послать мне сегодня что-нибудь из того, что ты называешь «возможным», то я бы подумал, что Он просто хочет откупиться от меня… Пожалуй, я бы даже решил тогда, что Он испытывает чувство вины и Ему не совсем удобно перед старым Иовом. А может, даже перед всем миром, демон? Где Он уже не может изменить ничего и только бахвалится по привычке своим никому не нужным могуществом? (Смолкает, продолжая смотреть в расстилающуюся перед ним пустыню).
Ищущий беззвучно смеется.
Ищущий (сквозь смех, негромко): Ай, да Иов… Ай, да праведник!.. (С недоумением). Ну, почему? Почему каждый из вас так уверен, что Всемогущему прямо-таки нечем заниматься, кроме ваших дел?.. (Смеется). Да, с какой это стати, Иов? Он что, человек?.. (Вдруг просветлев, мягко). А хочешь послушать, что сказано об этом в одной прекрасной книге?.. Правда, она ещё не написана, но, так и быть, я прочту тебе из неё кое-что, из того что помню наизусть. (Вспоминает). Между прочим, в ней говорится, что «если Богу свойственны разум и воля, то они должны быть совершенно не похожи на человеческий разум и человеческую волю и иметь с ними сходство только в названии, подобно тому, как сходны в названии созвездие Пса и пёс – лающее животное» (Некоторое время молчит, наслаждаясь сказанным).
Пауза.
(Снисходительно). Ну, что? Возьмёшь что-нибудь?
Иов не отвечает. Похоже, он к чему-то прислушивается, наклонив голову и закрыв глаза. Небольшая пауза.
(Поднимаясь; сквозь зубы, скрывая раздражение). Что ж, надо признаться, что ты неплохо держишься, старик. Возможно, ты просто набиваешь себе цену, а может быть, и в самом деле считаешь себя неуязвимым. В любом случае – берегись. Потому что я нападу на тебя, откуда ты меня не ждёшь, и заставлю тебя признать своё поражение. (Обогнув камень, останавливается за спиной Иова. Готовясь нанести удар, буднично). Вот ты считаешь себя без вины пострадавшим, а, значит, и правым. Да еще до такой степени, что даже Крепкого зовёшь на суд и требуешь от него отчёта. (Наклонившись к Иову, вкрадчиво). Но в чём же твоя правота, Иов?
Иов молчит. Короткая пауза.
Или ты думаешь, я не знаю, о чем твои мысли? (Передразнивая). «Вдовицу не обижал, нищему подавал, голодного кормил, страннику не отказывал…» Ах, какой ты, в самом деле, великий праведник, Иов! (С кривой усмешкой, вновь наклоняясь к сидящему). А хочешь, я напомню тебе, какие черви шевелились в твоём сердце, когда ты кормил этого голодного, и не оставлял своей заботой нищего? Да, ты просто раздувался от сознания своей праведности, так что на твоём лице можно было прочесть только одно: смотрите, как милосерден, как сострадателен, как чист сердцем праведный Иов!.. Ты лоснился от своей добродетели, как лоснится на огне жирный кусок баранины!
Иов улыбается, но в этой улыбке есть что-то жалкое. Обогнув камень, Ищущий, между тем, оказывается перед сидящим. Короткая пауза.
Вспомни-ка, как однажды, когда безногий калека подполз к тебе за подаянием, ты стал наставлять его по части гигиены и поведения, а у него дрожали руки, и текла слюна, потому что он не ел три или четыре дня! Но это не остановило тебя, Иов. Нет. Ты прочёл ему свою проповедь до конца, и только после этого отдал предназначавшееся ему… Мало того, что ты был чудовищно богат своей праведностью, ты ещё спешил поскорее поделиться ею с каждым встречным! А это, конечно, делало тебя ещё богаче!
Иов (устало): Догадываюсь, куда ты клонишь, демон.
Ищущий: Не так уж это и трудно, идолопоклонник! Ведь ты поклонялся своей праведности, как поклоняются купленному на базаре глиняному божку! Как поклоняются отлитому из меди идолу! Напомнить тебе, что ты при этом думал? (Почти с отвращением). Ах, Иов, Иов!… (Перечисляет, загибая пальцы). Ты думал: я праведен и богобоязнен, а значит, Всевышний не может не любить меня. Он любит меня, а, следовательно, оберегает и приумножает мои богатства, – все эти стада, и земли, шерсть и одежду. Так отчего бы мне не считать, что всё это я добыл сам, своими собственными силами, с помощью одной только своей праведности, которой я теперь и поклонюсь! (Кланяется по-шутовски нелепо).
Иов (тихо): Неправда, демон.
Ищущий: Возможно, я немного сгустил краски. Но лишь немного, самую малость. Тем более, что это еще не все, Иов… Скажи-ка, ты ведь еще не забыл, что думал тогда в своём сердце о Крепком?
Иов молчит.
Если и забыл, то ничего страшного. Я с удовольствием напомню тебе, Иов… Ты думал: далеко Он. Ах, как же Он далеко этот Крепкий! Да и зачем Ему быть близко, когда сам я и милосерден, и справедлив, и исполняю всё, что Он заповедовал, – кому придёт в голову требовать от меня больше? (Смеётся почти беззвучно, грозя Иову пальцем). Ах ты, хитрец! Словно сторожа поставил ты Крепкого охранять твои богатства, а чтобы Он не убежал ещё и стреножил Его своей праведностью! Но стоило Ему позабыть о тебе, как ты кричишь: «Караул! Разбой! Несправедливость! Без вины я страдаю, потому что ни в чём не погрешил ни против Бога, ни против заповедей Его! Пусть придёт, пусть встанет предо мной, а уж я тогда решу, как мне поступить с Ним!..» (Просто). Вот так она выглядит, твоя правота, Иов. (Сердито). Только не думай, пожалуйста, что я ополчился на праведность или усомнился в добродетели. Великая вещь – добродетель, человек! Вот только у вас, у людей, она почему-то превращается в червей, которые живут в ваших душах, наполняя их гордостью и тщеславием! (Брезгливо). Иногда они так воняют, что я не понимаю, как их ещё терпят небеса… (Жёстко). И прошу тебя: не надо больше называть меня демоном.
Иов (не сразу, со вздохом): А ты оказывается хитёр, демон… Хитер.
Ищущий самодовольно разводит руками.
Хитер, но не умен… Ведь если бы ты был умен, то давно бы уже догадался, что твоя хитрость здесь не нужна, потому что я согласен с каждым твоим словом.
Ищущий озадачен.
Вот только одного ты не учёл. Того, что у тени нет никакой «души», где могли бы завестись черви, демон. Она даже не может заглянуть в себя, потому что ей просто некуда заглядывать. Ты, наверное, забыл, что она всего-навсего тень? Прозрачная и ничего не скрывающая, изгнанная из себя и позабывшая, что такое стыд… Я говорю это о себе, демон. Об Иове, потерявшем то, что называют «душой» и получившим взамен способность быть невидимым и неуязвимым… Знаешь, как сверкает на воде лунная дорожка? И это ее-то ты решил уловить в свои силки? Это вечно ускользающее и не терпящее ничьей опеки? (Тихо смеется). Ах, хитрец, хитрец…
Короткая пауза.
(Негромко). А хочешь, я открою тебе самую главную тайну тени? (Манит к себе Ищущего).
Ищущий невольно делает шаг к Иову.
(Громким шёпотом). Она безгрешна.
Ищущий подавлен.
(Шёпотом). Безгрешна, демон!.. Вот почему она не нуждается даже в праведности. (Усмехаясь). До такой степени, что даже позабыла, как выглядит её лицо.
Ищущий: И вот это-то ты называешь смирением, Иов? Не много же его у тебя.
Иов: А на что оно мне, демон?
Ищущий (холодно): Обычно на него можно что-нибудь приобрести, болтун. Например, расположение небес.
Иов: Какое нужное приобретение!.. Боюсь, только, что тебе надо обращаться с этим не ко мне, а к тому Иову, которого уже давно нет… Пойди, поищи его. Может он еще где-то бродит, раздуваясь от своей праведности и веселя небеса пустой болтовней. (Сердито). Или я действительно всё ещё похож на человека, который, просыпаясь каждое утро, начинает считать и пересчитывать свои богатства, называя их по именам?.. Вот смирение, вот мудрость, вот рассудительность, надежда, справедливость, знание, мужество? Не беднее ли я сегодня последнего нищего? Ведь и нищий, встав утром и запив глотком воды корку хлеба, начинает считать свои сбережения и рассуждать о смирении или мужестве, – и уж тут-то он ничем не отличается от богача!
Ищущий (с отвращением): Как же ты все-таки многословен, праведник!.. Не боишься, что не простит тебе Всемогущий твою болтовню?
Иов: Не простит кого, демон? (Оглядываясь вокруг). Тень? Или лунный отблеск? Воспоминание о том, кого когда-то звали Иовом? Или отражение облака в колодце?.. (С тихим смехом). А я и не знал, что можно сердиться на отражение. Или воспоминанию приказать: «будь другим»…
Голос Жены Иова за сценой: «Господин… Господин!..»
Ищущий (пятясь в темноту): Только не думай, что тебе удастся улизнуть от меня, Иов.
Голос Жены: «Господин!..»
(Исчезая). Мы еще увидимся, праведник!
Жена (появляясь в проёме стены и ещё не видя Иова): Господин!.. (Прежде, чем подойти, на мгновение задерживается, затем подходит и останавливается позади Иова, положив ему руки на плечи. Мягко). Ты встал так тихо, что я опять ничего не заметила…
Иов: Хочешь позвать меня домой?
Жена: Уже поздно, господин.
Иов: А может быть, хочешь немного посидеть со мной?
Жена: Да, господин. (Садится рядом).
Пауза.
Иов (прислушиваясь, негромко): Что-нибудь слышишь?
Жена: Нет, господин.
Пауза.
Иов (продолжая прислушиваться): А сейчас?
Жена (виновато улыбаясь): Ничего, господин… (Осторожно). Наверное, ты спрашиваешь меня о своей свирели?
Иов: Надеюсь, ты не станешь опять убеждать меня, что это звенит у меня в ушах?