Я больше не приеду

Глава 9 Когда дайвера трясет

Под тихий скрип снастей я лежу на спине и смотрю на звезды. Прожектор на причале выключен, дискотека в соседнем отеле закончилась и по берегу разлилась тишина. Я расположился так, чтобы палубный тент закрывал от меня огни городка, а звезды над темным морем было хорошо видно. Внутри покой, который можно испытать только после сильной встряски.

О дневном происшествии мне напоминает тело. Саднят царапины на спине, болит левый бок и если пошевелить головой на подушке, скальп будто обжигает. Длинные волосы при любом движении тянут и беспокоят исцарапанную макушку. Если потрогать, под волосами чувствуются глубокие борозды.

Но это неважно. Все эти небольшие очаги боли по всему телу лишь усиливают состояние «здесь и сейчас», дают максимально полное ощущение жизни.

Едва я поднялся из пещеры и понял, что благополучно выбрался, как из-за скалы на огромной скорости выплыл Реджеп. У него были огромные глаза. Следом загребали кролем Витамин и Каан. Я наблюдал за их приближением, улыбаясь как дурачок. По их лицам читалось, что выгляжу нехорошо. Витамин еще издалека начал орать, - Что случилось? Ты как? Что, блять, произошло?

Глаза у Витамина были круглыми. А Каан, который отлично понимал, что именно произошло, просто плыл на максимальной скорости, стараясь догнать Реджепа. Тот уже вылезал на скалу, где я обосновался. Оглядывая меня с ног до головы и не решаясь прикасаться, Реджеп тяжело дышал и проглатывая слова причитал, - Алла, алла, куда тебя понесло? Я ведь пошутил… Где болит? Все-все у тебя разорвано, надо в больницу срочно…

Руки Реджепа тряслись. Он не решался меня трогать, лишь зачерпывал ладонью морскую воду и плескал мне на бока и на голову, попадая в глаза.

- Реджеп, отвали, я и так ничего не вижу! Все со мной нормально, поцарапался немного…, - я пытаюсь одним глазом разглядеть Витамина и подать ему знак, что все хорошо. Но Реджеп в очередной раз плюхает мне пригоршню воды прямо в лицо…

Витамин устроился на другом борту лодки, вытянулся, как и я на легком пледе и смотрит на звезды, - Я когда тебя увидел на скале, чуть не захлебнулся… Сидит, блять, такое чучело, согнувшись как креветка. С ног до головы в крови. У тебя по лицу кровь текла полосами, как будто тебя топором по темечку угостили. Ты чего ржешь? Я такого немало навидался в Перми. У нас там алкаши на Мотовилихе каждый день в мясо рубятся. Топорами, ножами, бутылками… Однажды пришел на вызов в общагу, захожу в блок, а там на диване чувак лежит, дышит быстро, как овчарка… Рожа вся в крови, прям как у тебя, диван весь в крови, на пол капает. Жена ему гантелей по башке дала за неуважительное отношение…

Витамин будто бы сердится, но на самом деле ему тоже хорошо. Он испытывает облегчение. Про ужасы Мотовилихи всегда вворачивает для красного словца, любит привкус милицейской драмы в будничных разговорах.

Под бухтение Витамина я лежу в легкой дреме и наслаждаюсь моментом. После совершенно долбанутого дня мы с Витамином решили не идти в коттедж. Там очень жарко. А сюда, на берег, ночью придет легкий бриз. Вот мы и лежим под звездами, наслаждаясь покоем и отступлением духоты.

Уже засыпая, вспоминаю сцену своего тримуфального возвращения на яхту. Выбираюсь на палубу, с меня легким дождиком капает морская вода, перемешанная с кровью. Туристы застыли в нелепых позах. Просто замерли как ящерицы, в тот момент, когда их застигло мое явление. Фырат стоит и разинув рот смотрит то на меня, то на Реджепа, который поддерживает раненного бойца…

Заржав в голос, бужу задремавшего Витамина, и он тоже начинает загибаться от смеха где-то в темноте поблизости.

На следующее утро я просыпаюсь с какой-то звериной энергией. Вскакиваю, и прямо с верхней палубы прыгаю в хрустальную воду у борта лодки. Ночевка под открытым небом имеет большие преимущества.

Витамин, закутанный в плед, еще дрыхнет. Выбравшись на платформу, поливаю себя из шланга. Вода почти горячая. Шланг успел нагреться на раннем летнем солнышке. Глубокие царапины саднят от пресной воды, будто я спрыснул их уксусом.

Теперь надо сгонять до кафешки тети Севджи и что-нибудь съесть. Ужин вчера не состоялся, и я зверски голоден, - Витамин, подъем! Хватит дрыхнуть! У Севджи уже открыто, пошли за булочками!

Витамин кричит с верхней палубы на всю округу, что у меня нет совести, и что я самый распоследний сукин сын. Потом слышится приглушенный матерок, топот и я вижу Витамина, летящим бомбочкой в море.

Факерман сказал, что я представляю собой жалкое зрелище и такое нельзя показывать рядовым туристам. Поэтому у меня сегодня по плану безумная лафа.

Из отеля DELFIN, который доминирует красной пирамидой над всем здешним побережьем, явятся два крутых дайвера. Крутых в том смысле, что у них есть профессиональные сертификаты и гора оборудования.

На яхте их увеселять неудобно, потому что для профи требуется особая программа погружений - чтобы глубже, экстремальнее и интереснее. Да и заплатили они втрое больше обычных туристов. Поэтому Фырат выделил для опытных ныряльщиков отдельную лодку и отрядил меня на легкий труд - сопровождать их на индивидуальном туре как персонального местного гида.

«Якамоз» ушел в море, а я остался один на причале с пятью баллонами, свинцовыми грузами и дайверскими пожитками. Небольшая рыбацкая лодка, на которой нам предстояло провести день, была пришвартована рядом, а мой старый знакомый, маленький щуплый и весь заросший седым волосом капитан Али, забрался под носовую палубу лодки, чтобы вздремнуть пока позволяет время.

Солнце поднялось довольно высоко, когда у компрессорной будки осадила легковушка с надписью «Пегас Туристик». Из машины вылезли дяденьки и начали выкорчевывать из багажника огромные сумки. Это были прям гигантские сидры, и дяденьки боролись с ними как тигры, выдирая из багажного отделения. Судя по усилиям, баулы были тяжести неимоверной.

На всякий случай я начал двигаться к стоянке, чтобы помочь. Но мужчины победили гравитацию и начали своим ходом спускаться к причалу. Гигантские сумки оказались на колесиках и тяжело переваливались на низких бетонных ступенях.

- Ду ю спик инглиш?, - еще издалека неуверенными голосами начали прощупывать почву обеспокоенные дайверы, преодолевающие одышку. Сумки их просто доканали на жаре. Линялый тип в белых бровях и выгоревших патлах видимо вызвал беспокойство и недоверие. На люкс это все было совсем не похоже, да и сверкающей яхты нигде не было видно…

- Ес ай ду! – по-пионерски выпалил я, - Но можно просто по русски, если вас это устроит! - сервисной улыбкой номер два я постарался вселить в зажиточных туристов уверенность, что все в порядке, и вот прям сейчас они уже начинают получать столь щедро оплаченный сервис.

- А где яхта?, - спросил мужчина постарше, и в недоумении осмотрелся вокруг, - на чем пойдем в море?

Яхта нас уже ждет! Вот она, прямо здесь, - и я указал пальцем на просоленные доски причала, - только это не совсем яхта, нам с вами повезло, мы получили на этот день индивидуальный дайвбот. Чтобы не было лишних людей и вообще, мы могли с вами планировать день как вы пожелаете…

Стоя на краю причала, дайверы, смотрели вниз и со скучным видом оглядывали предложенную им «яхту». Такие лодочки в здешних местах называют «карпуз» - то бишь арбуз. Длиной такая лодка около шести метров. Имеет выпуклые, кругленькие борта, набранные из досок каштана внахлест. Поэтому борта полосатые, как бока арбуза.

Снаружи такая лодка выкрашена белой краской, а внутри традиционно красится в голубой цвет. В движение рыболовецкое судно приводит древний дизель марки «Панджар». Панджар по-турецки - это свекла. Возможно, именем овоща этот примитивный дизель называют из-за окраски - моторы всегда выкрашены в радикально красный цвет.

Почему-то мне кажется, что это мотор ведет свои корни от какой-то древней пожарной помпы. Возможно, где-то в начале двадцатого века рыбаки начали приделывать пожарные помпы к своим парусным лодкам, и традиция красить их в яркий коммунистический колер осталась как уважение рыболовецкого флота к пожарной службе Османской Империи. Кстати, моторы эти надежные и безотказные, рыбаки на них ходят в открытое море на десятки, а то и сотни километров от берега.

- Давайте спускать ваше оборудование в лодку! - решил я растопить корочку льда, которая начала застывать на лицах дайверов, - сейчас загрузимся и потихоньку пойдем в море, а я пока вам расскажу о точках на карте, которые нам сегодня доступны…

Капитан Али уже тянул снизу руки, чтобы подхватить один из баулов, но тот оказался таким тяжелым, что тощий рыбках растянулся с ним на палубе, покрытой старым ковром.

Мужчины заржали, и начали подкалывать Али в стиле бытового русского шовинизма, мол каши мало ел, и что русскому хорошо, от того турок валяется на палубе. К счастью, Али по-русски знал только «харащио!» и «перевет!», поэтому не обиделся и весело смеялся вместе с гостями.

Гости, разумеется, были из Москвы, один спортивного вида, мощный, звался Алексеем, второй рыхловатый и снабженный седоватой бородой, представился Евгением Петровичем. Обоим лет слегка за сорок пять.

Разместив свои гигантские чувалы с дайверским добром, Алексей и Евгений Петрович начали задавать вопросы. Их интересовало буквально все и общались они на очаровательном дайверском сленге. Такой стиль обычно формируется у дайверов, получивших свои сертификаты в бассейне «Буревестник» где-то на Северо-Западе столицы. Эдакий добродушный, снисходительный снобизм белого человека по отношению к туземцам.

- А вы дайвер, или так просто, туристов сопровождаете? - спрашивал с достоинством Евгений Петрович, - Какой у вас сертификат?

- У меня «Дайв Мастер», и я туристов сопровождаю, как начинающих, так и опытных, вот таких как вы, - скромно потупив очи, вежливо отвечал я.

- Ну, это не дело, вам надо инструктора получать!, - удивлялся моей серости Евгений Петрович, - а специализация какая? Рескью Дайвер? Фёрст Айд? Может Кейв?

Евгений Петрович с кряхтением потянулся назад, к своему тюку с оборудованием тяжко придавившему корму, и выудил из кармашка что-то вроде бумажника. Вот смотрите: с этими словами мужчина щелкнул кнопкой и выстрелил в небо длиннющей лентой красивых карточек, запаянных в целлофановую пулеметную ленту.

- Вот, кейв-дайвинг, это для исследования пещер. Вот тут у меня курс по айс-дайвингу, погружения подо льдом. Это Рескью Дайвер - поиск затонувших предметов и спасение людей. Эта вот, красная - оказание первой помощи. И вот эта любопытная, на Мальдивах специальный курс брал… А у вас молодой человек, сколько погружений? Лог-бук есть?

Я представил, как веду лог-бук и ежедневно записываю свои рабочие погружения… Штук семь-восемь за день. Итого двести штук в месяц… и тысяча за сезон. Глубина девять метров, и бадди… обычно это тетенька или дяденька весом около центнера… «Дышите глубоко, вдыхайте только ртом, вон рыбка поплыла…»

- Да, лог-бук у меня есть, но я в него записываю только особые погружения, прям действительно интересные… Вот как с вами например! Мне, конечно, хочется нагрубить, но я надеваю сервисную улыбку номер один.

Когда затихает Евгений Петрович, инициативу берет Алексей и приступает к аудиту снаряжения. Кивает на мою кучку выгоревшего на солнце неопрена. Там гидрокостюм, жилет, ласты, маска и боты связанные в небольшой тюк.

- А жилет у вас «Аквалунг»? Я смотрю, вы что попроще выбираете… Это конечно не дело, под водой важна надежность. И регулятор у вас под стандарт DIN, это ж америкосы такие зажимы навыдумывали, а я предпочитаю метрический формат, на резьбе. Резьба это надежно… А маску вы «Кресси» используете? Ну, понятно, вам ведь надо бюджетно… А я беру только «Скуба Про», дороговато конечно, но это же безопасность, удобство…

Алексей осматривается критически, - А что за баллоны? Двенадцать литров? Сталь? А почему алюминий не берете? В Египте мы всегда с алюминием ходим…

Чувствую, что надо как-то сменить тему и лучезарно улыбаясь, предлагаю лакшери дайверам, - Давайте обсудим первую точку погружения. Как только выберем место, я проведу брифинг, чтобы вам было легче сориентироваться…

- Брифинг? Вот прямо брифинг нам проведете?, - Евгений Петрович встрепенулся, и со смехом подмигнул Алексею, - готов прослушать брифинг, хе-хе?

Тем временем Али вел лодку прямо в море, удаляясь от берега. Дул слабый ветер, разгоняя небольшую рябь, и лодка приятно ныряла в ложбинки между легкими волнами.

- Не буду им напрямую ничего предлагать, пусть сами выбирают, была бы охота стать посмешищем, - с некоторым страхом думал я, решая, как же подступиться к брифингу… то есть инструктажу, или скорее к простому, не раздражающему рассказу о местах погружений. Тем временем опытные дайверы прям увлеклись своей ролью старших товарищей.

- Ладно молодой человек, не переживайте, мы же понимаем, что в Турции нам ничего особо интересного не светит. Вреков (затонувших кораблей) у вас тут нет, кейв-дайвинг (пещеры) пожалуй, тоже исключен, давайте сделаем что-то на глубину. Есть у вас дайв сайт, так чтобы метров пятьдесят хотя-бы?

Да-да. Все тот же сленг из бассейна «Буревестник». Претендуют на погружение к затонувшему кораблю или погружение в пещере… Вот бы сунуть их тушки в мою вчерашнюю дыру. Вот это был бы кейв-дайвинг…

И тут я решил, что надо идти на Риф. Обычно мы туда идем, только если дайверы берут серию на два-три дня, и только убедившись в их возможностях и уверенности. Если люди толковые, спокойные и опытные, делаем погружение на Рифе. В качестве яркой финальной точки, чтобы вспоминали потом и рассказывали друзьям. Но эти…

- Али, давай на Суалты Кайя, тамам? - крикнул я поверх головы Евгения Петровича капитану, - Только потихоньку, я пока расскажу им что к чему!

Суалты Кайя (подводная скала) - так зовут наш Риф местные рыбаки, об эту торчащую в глубине временами рвутся сети. Когда скрываясь от береговой охраны они по ночам выпускают свой браконьерский глубинный трал, им приходится внимательно смотреть на экран эхолота, чтобы не зацепиться и не уничтожить дорогущую снасть.

- Вижу, что вы дайверы высокого класса, поэтому предлагаю сразу сходить на глубоководный риф. Обычно мы эту точку предлагаем после тестовых погружений, но вы похоже, готовы к высокой категории сложности?…, - обратился я к скучающим профессионалам, - Займу у вас буквально пару минут, расскажу о месте, в которое мы идем.

Евгений Петрович и Алексей кивнули мне с сардоническими ухмылками, мол - давай, попробуй нас удивить…

- До рифа нам идти около часа, за это время надо собрать оборудование, полностью одеться, и быть готовыми к выброске, - начал я свой инструктаж в стиле застенчивого студента, чтобы не провоцировать гнев профессионалов. Как-бы, я вас нисколько не поучаю, просто рассказываю что знаю, с невеликой высоты своего туземного профессионализма…

- На рифе стоит причальный буй. Наш капитан зафиксирует лодку, и с этого момента ее будет качать и дергать. Поэтому надеть костюмы и грузы лучше на ходу, пока лодка идет устойчиво. Выброска будет спиной, через борт. Другими способами заходить в воду опасно, можно ушибиться (ехидные ухмылки). Вниз пойдем вдоль каната, чтобы не промахнуться мимо вершины рифа. Вершина скалы - это тридцать восемь метров. Вокруг большие глубины. Наш маршрут идет вдоль скальной стенки по спирали вниз. Спускаемся до шестидесяти метров, без задержки делаем круг и начинаем подъем. На подъеме две аварийные остановки. Отметка двадцать метров - стоим три минуты. Отметка 5 метров, стоим десять минут. В баллонах двести двадцать бар. Первый контроль - сто двадцать бар. Второй контроль восемьдесят бар. Третий контроль - пятьдесят бар. Если до контроля вы видите, что у вас отметка 100 бар, подходите ко мне и показываете манометр.

И тут я сделал что-то, что заставило моих высокомерных дайверов усомниться в своих пулеметных ленточках, - Евгений Петрович, покажите мне пожалуйста знаками, что у вас восемьдесят бар на манометре, - и я вопросительно посмотрел на бородатого дяденьку.

Это простой вопрос почему-то поставил Евгения Петровича в тупик, он задумался, сунул мне раздвинутую пятерню, потом показывал пальцы по отдельности и в итоге сдался, пожав плечами.

- Алексей, покажите мне пожалуйста жестами сто двадцать бар, - и эта задача заставила Алексея перебирать комбинации на тему сжатого кулака и салата из пальцев…

В эту секунду мне подумалось, а не дал ли я маху, отправляясь с обладателями коллекции пластиковых карточек в самую серьезную из наших точек. Я и сам там слегка очкую, практически не отрываю глаз от компьютера…

- Давайте я просто напомню, - голос высокого туристического сервиса начал лекцию помимо моей воли, - сжатый кулак - это пятьдесят бар, следом показываем десятки бар - пальцами. Каждый палец - десять бар. Показываете кулак и один палец - шестьдесят бар, два пальца - семьдесят и так далее. Сто бар показываем двумя ладонями - как знак «тайм аут» в футболе, и десятки также показываем пальцами. Сто двадцать бар - это знак «тайм аут» и следом два пальца.

Дайверы энергично закивали, а я продолжил инструктаж, - если видите на своем манометре сто бар, где бы мы с вами не находились, хлопаете меня по плечу и начинаете медленный подъем. Очень медленный подъем!

Ехидные улыбки с лиц Евгения Петровича и Алексея потихоньку исчезли, и они кряхтя начали вытаскивать пожитки из своих огромных мешков на колесиках. Все их оборудование конечно было очень дорогое и качественное.

- Как вы считаете, мне взять крыло или стандартный жилет, - спросил истекающий потом Евгений Петрович, глядя через плечо, - мне конечно крыло нравится, очень устойчиво идет…

- Ваше крыло, на глубине рифа, по пять бар будет съедать на каждую подкачку, слишком большой объем, лучше возьмите обычный жилет, вы же не кино снимать там будете…, - ответил я дяденьке, а сам с удивлением подумал, что вот ведь человечище, притащил с собой за три тысячи километров два комплекта оборудования… А крыло - это огромный надувной жилет с боковыми плоскостями, чтобы было удобно держать тяжелую видеокамеру и свет…

Идти до рифа оставалось минут двадцать, и я решил надеть гидрокостюм. Стянул майку, начал раскладывать костюм и тут обратил внимание, что оба туриста смотрят на меня разинув рот.

- Это я об скалу вчера поцарапался, - понял я причину шока, дайверы несколько обалдели от багровых рубцов, перепоясавших мое бедное тело, - прибоем швырнуло!

Натягивать гидру было больно, но я не стал растягивать это удовольствие, макнул костюм в набегающую воду и быстренько его натянул, постанывая от «наслаждения».

Евгений Петрович и Алексей раскраснелись на жаре и с огромным трудом втискивались в толстый зимний неопрен. Натягивать на себя гидрокостюм в семь миллиметров толщиной, в качающейся лодке на жаре под сорок градусов, это отдельное удовольствие в дайверском меню. Мужчины пыхтели как морские котики, которых дрессировщик заставил стоять на передних ластах.

Поместив тела в костюмы, туристы начали собирать акваланги. Я не смел им подсказывать, лишь тихонько наблюдал, как дело затягивается. Простая это вещь - засунуть баллон в крепления жилета, проверить затяжку и прикрутить к нему регулятор с букетом шлангов. Но если делаешь нечасто, можно и запутаться. Ничего такого здесь нет, шлангов много, сходу вспомнить какие из них пойдут налево, какие направо бывает непросто. Особенно если делал это последний раз прошлым летом. Но лезть к выпускникам бассейна «Буревестник» с советами не хотелось. Кому приятно получить ехидное оскорбление ни за что ни про что?

Тем временем пыхтение усиливалось, надежные регуляторы на православной резьбе никак не хотели прикручиваться к баллонам. Шланг подкачки жилета все никак не дотягивался до нужного разъема… Клин да яма на пути профессионального дайвинга.

И тут я придумал выход. Придумал как направить процесс в созидательное русло. Осталось только сообразить, как правильно обратиться к этим ребятам… Ну не дяденьками же их называть?

- Господа!, - сориентировался я, - мне необходимо перед погружением проверить сборку вашего оборудования, это моя обязанность как гида и как вашего бадди, Евгений Петрович, положите ваш акваланг на палубу, я все проверю…

- Но я ведь еще…, - загудел Евгений Петрович, но осекся и молча придвинул мне свой комплект. А дальше дело техники, регулятор был развернут вверх ногами, и не прикручивался, потому что дайвер не проверил прилегание резинового кольца в вентиле баллона. Кольцо съехало и успело изрядно пострадать от грубых действий.

Пользуясь статусом проверяющего, я быстренько достал из ремонтной коробочки новое кольцо и собрал роскошный акваланг как надо. Алексей сам уже подсовывал мне Гордиев узел из перепутанных шлангов. Прямо гора с плеч…

Али сбросил скорость и начал медленно подводить лодку к большой пластиковой канистре, исполнявшей роль буя. Такую канистру рыбаки почему-то называют «шамандра». Еще пара минут и мы закачались на привязи у этой самой шамандры. Ветер был еле заметным, но лодку чувствительно дергала мелкая злая рябь.

- Вы прыгайте в воду, а я пока в сторону отойду, буду поблизости, - крикнул мне с кормы Али, которому видимо не хотелось торчать на лодке, пляшущей на привязи, - как подниметесь, махнешь рукой, я быстро подойду.

А вокруг разливалась невероятная красота. Вдали - узкой полоской, берег, утопающий в туманной дымке. Вода под лодкой насыщенного синего цвета. Сапфир! Сверху припекало полуденное солнце. Захотелось оказаться в воде как можно быстрее.

Мои туристы, устало отдуваясь, начали вползать в свои жилеты, но пришлось их остановить, - Пожалуйста, наденьте сначала ласты и грузовые пояса, сделать это в жилетах вам будет сложно.

Алексей, сбросил жилет и начал натягивать пояс и ласты, а вот уставший и красный Евгений Петрович взбунтовался, - Молодой человек, вы думаете я не знаю как правильно?