Дуэльный кодекс. Том 1: Проект Геката

Глава 5

– Роман Синицын из графского Дома Синициных. Его отец не последний человек города, – Вика втянула голову в плечи, обеспокоенно посмотрела на меня, – просто не обращай внимания. Он сейчас подурачится и уедет.

– Эй, – я заглянул в глаза графскому сынку, – у тебя проблемы что ли?

Синицин – парень лет двадцати светлокожий и русоволосый, нахмурился. Его небольшие серые глаза сузились. Длинноватый нос пошел складками, когда он сжал губы.

– Это кто там звездит, а Рома? – выглянул его пассажир, крепко сложенный смуглый чернобровый дворянин, явно с примесью кавказской крови, – что за хлюпик?

– Средний Орловский дурачок, – холодно проговорил Синицин, – пустышка, по всей видимости, поехал башкой, раз уж так со мной разговаривает.

– Я не понимаю, че им не нравится? – с заднего сидения выглянул третий, рыжеволосый и пухлощекий парень с лицом, усеянным веснушками, – на его сестру-пустышку, ни один нормальный дворянин не посмотрит. Орловские, довольны должны быть, что ей предлагает, – он идиотски захохотал, – провести время вместе такой знатный человек, как Рома. Пусть, – прыснул пухлый, – и на одну ночь.

– Все хорошо, – Вика прерывисто задышала, ее глаза заблестели, – все хорошо, Игнат. Они сейчас уедут.

– А может быть, – хмыкнул я, – вы проведете ночь друг с другом, втроем, голубки?

Троица переменилась в лицах. Ухмылки сползли с их физиономий. Чернявый и Синицин переглянулись.

– Игнат, ты что?.. – Вика задрала бровки домиком.

– То, что ты сейчас сказал, – проговорил я, – называется оскорблением третьей степени. И должен ответить за это.

Первым заржал Синицин. Троица подхватила.

– Че он несет?! – сквозь смех прокричал Синицин.

– Это ты, что ли к ответу нас призовёшь?! – выкрикнул рыжий.

– Слава предкам, – выдохнула Вика, – зеленый.

Она тронулась.

– Сворачивай на обочину, – холодно проговорил я.

– Что?!

– Сворачивай. Я оскорбил их. Они не дадут нам уехать.

– Игнат… – глаза девушки остекленели, губы стали сухими, а на лбу, наоборот, выступила испарина.

Как и ожидалось, их машина, нарушив правила дорожного движения, влезла перед нами, включила поворотник.

– Сворачивай! – высунулся из окна чернявый, – сворачивай, я тебе говорю!

– Сверни, пожалуйста.

– Игнат, – дрожащим голосом проговорила Вика, – я понимаю, в тебе проснулась магия, и ты чувствуешь прилив сил. Но они студенты академии. Да еще и с последних курсов!

– Они оскорбили тебя, – я заглянул девушке в глаза, – и им нужно преподать урок.

– Игнат… их трое!

– Это не важно, – я улыбнулся, – о дом Орловских больше никто не посмеет вытирать ноги.

Девушка удивленно округлила глаза, помешкав немного, свернула на обочину.

Я тут же вышел из машины. Двери мускулкара распахнулись. Дворяне вышли, а рыжий неуклюже выбрался с заднего сиденья через переднюю дверь.

Тем не менее, он опередил своих друзей и энергично приблизился первым.

– Ты знаешь, с кем говоришь, пустышка? – рыжий потянулся рукой, схватил меня за грудки.

Я среагировал тут же. Старые рефлексы солдата никуда не делись. Быстро уйдя в сторону, надавил на сгиб его локтя. Пухлый был слабоват в руках и тут же потерял равновесие.

Пинком под колено я отправил его, собственно говоря, на колени. Он со странным всхлипом рухнул.

– Руки не распускай, – глянул я на него свысока.

Чернявый и Синицин аж на месте застыли. Удивленно уставились на меня.

– Ах ты тварь! – крикнул рыжий. Я заметил, как в его руках блеснуло.

Короткий стилет-проводник из серебра просвистел в воздухе, он было направил его на меня, набрал в грудь, чтобы выкрикнуть заклинание, но не успел.

Я перехватил руку, надавил на запястье. Рыжий истратил собранный кислород на короткий крик. Проводник выпал из ослабевших пальцев мне в руку.

– Это не игрушка, – я осмотрел серебряный клинок, – особенно для таких девочек, как ты.

Рыжий изменился в лице. Я позволил ему отползти к своим. При этом его пухлые щеки забавно тряслись.

– Да он какой-то сумасшедший, – изумленно проговорил чернявый, – поехали, че тратить время?

Синицин мялся в нерешительности. Пухлый смотрел, как я поигрываю его проводником.

– Вы никуда не пойдете, – холодно произнес я, – оскорбление третьей степени. Или вы и правил кодекса не знаете? Такое оскорбление может загладить лишь дуэль.

– Дуэль? – раскрыл глаза чернявый, – с кем из нас?

– Да хоть со всеми разом. Мне все равно.

– Пойдем, – черномазый посмотрел на Синицына, – он спятил, – в глазах парня тем не менее играл страх, – нечего с ним дело иметь.

– Он назвал, – Синицын обратил свое лицо к чернявому, – нас гомиками. И ты это так проглотишь?! Если Орловский решил самоубиться таким образом, то я ему с радостью помогу.

Я хохотнул, и Роман Синицын аж покраснел от злости, показал отбеленные зубы.

– Эй! – поднялся пухлый, – верни мой проводник!

– А ты, – я метнул в рыжего злобный взгляд, и парень будто бы уменьшился, – отбери.

– Какие условия?! – выкрикнул Синицын.

– Ты как хочешь, – нахмурился чернявый, – а я в этом не участвую.

– Я тоже, – сглотнул рыжий, кажется, он даже и не пытался сохранить лицо.

– Участвуешь, – я холодно посмотрел на чернявого, – ты оскорбил меня. Назвал сумасшедшим. И будешь вторым в очереди, – его глаза округлились, – ну или можешь отказаться, если тебе чхать на честь твоего дома, – ухмыльнулся я.

– Если я выиграю, – немного истерично выкрикнул Синицин, – то твоя сестра идет со мной сегодня! Дворяночек в моем списке еще не было! Уверяю тебя, ей понравится!

– Если выиграю я, – холодно произнес чернявый, – год работаешь на мусоросортировочной станции отца. Бесплатно.

– Я тоже участвую, – неуверенно проговорил рыжий, – если выиграю, ты… ты отдашь мне все свои деньги, – проговорил он, повременив немного. Видимо, не придумал ничего лучше, – только верни, – он смутился, – верни, пожалуйста, мой…

Он недоговорил, потому что я бросил его клинок-проводник ему же под ноги.

– Если выигрываю я, вся троица отдает мне свои проводники. А ты, забыл, как там тебя, – на этих словах Синицин покраснел так, что мне показалось, будто пар пойдет у него из ушей, – передаешь мне свою машину.

– Идет! – крикнул Синицын, – вон та парковка, за магазином, как раз пуста. Подойдет для нашего маленького мероприятия!

– Три дуэли разом?! Игнат! Ты сошел с ума! – у Вики задергался глаз, – они убьют тебя! Прошу, давай просто уедем!

– Пойдем, – улыбнувшись, я открыл водительскую дверь, – я управлюсь быстро. Минут пятнадцать. По пять на каждого. Вот только мне нужен секундант. Поможешь мне с этим?

– Я?! Нет! – она аж затряслась, – я никогда не…

– Вик, – я серьезно посмотрел ей в глаза, – они оскорбили тебя. Этот Синицын не отстанет. Он хочет тебя, как свою игрушку. Знает, что ты дворянка, за которую некому заступиться. Но сегодня это изменится. Я расставлю все по местам.

Девушка открыла было рот, но ничего не сказала, сжала губы.

– Но у тебя даже нет дуэльного проводника, – наконец сказала она.

– Если ты боишься идти, то просто подожди меня здесь. Все будет хорошо.

Пару мгновений я повременил. Видя, что девушка не торопится идти, зашагал к магазину сам.

Весеннее, но по-летнему знойное солнце стояло высоко на чистом голубом небе. Оно припекало, но я не обращал на это внимание. Чувствовал азарт предстоящей дуэли. Я, один, в этом слабом теле и вооруженный двумя с половиной заклинаниями, и моим опытом мага-дуэлянта. Предки! Мне не терпелось сойтись с ними в бою. Приятные мурашки бежали по нутру. Стоп. Приятные мурашки?

– Что стоишь? Доставая свой клинок! – крикнул Синицин.

Парень расположился на той стороне широкой парковки. Воздух между нами дрожал от жары. Его дружки стояли справа. Обеспокоенно смотрели на меня.

– Мне не нужен проводник, – я улыбнулся, – чтобы как следует тебя отделать.

– Кажется, – засмеялся Синицын, – я был прав. Ты просто ссаный самоубийца!

– Очередное оскорбление, – ухмыльнулся я. На своих ногах ты не уйдешь.

– Игнат! – я обернулся. Это была Вика, – она торопливо шла к нам, – я буду секундантом, – неуверенно проговорила сестра, приблизившись, – только что мне делать?

– Следить за ходом дуэли.

– Как это?

– Маги обмениваются заклинаниями по очереди. В нашем случае бой идет до того момента, пока один из нас не сможешь ответить.

– Насмерть?! – девушка испуганно тронула лицо.

– Нет, – засмеялся я, – постой в тенечке, – улыбнулся, – позову, когда будет нужно.

Конечно же, мне не было никакой необходимости в секунданте. Я просто хотел, чтобы девушка увидела, на что я способен. Поняла, что моя магия – правда. Приняла то обстоятельство, что ей есть на кого положиться.

– Ты взывал меня! У меня право первого заклинания! – прокричал Синицын.

– Ну давай, – хмыкнул я, – или ты решил подождать, пока я умру с голоду?

Синицын злобно посмотрел на меня, вскинул свой граненый стилет с золотым клинком. Проводник вспыхнул. Острие заблестело. Заклинание хлопнуло с характерным звуком. Я тут же заметил, как обувь стала тонуть в размягчившемся бетоне. А он неплох! Невербальным заклинанием атаковал. Но я лучше…

Я сосредоточился, сжал кулаки и проговорил заклинание, также – мысленно. Оно сработало идеально.

Волосы и одежду, словно бы подхватил ветер. По коже побежали белые молнии, с грохотом стали бить в бетон вокруг. В воздух поднялись фантаны искр. Я метнулся в сторону и в следующее мгновение превратился в пылающую белой плазмой звезду.

Блеснул, со свистом я промчался на десяток метров в сторону. Заклинание Звездный Путь, было выполнено так идеально, что немедленно отпечаталось в ареоле.

Спустя секунду, я принял нормальный вид, оказавшись далеко справа от соперника, проскользил на подошвах по горячему асфальту. Где только что стоял я, кипело смолистое озеро. Это работало заклинание Синицына.

Физиономии всех троих парней искривились в изумлении.

Удивительно, но Синицын успел среагировать снова, он вскинул проводник, на этот раз выкрикнул формулу. Да причем необычную. И я знал ее. Трусливый мудак!

– Осторожней, Паша! – в голове послышался голос Кати. Она была здесь. Смотрела за боем через меня.

– Все под контролем, – мысленно ответил я.

Краем глаза я увидел, как воздух вокруг меня стал загустевать. Превратился в сотни полупрозрачных игл. Чары были смертельные.

Я повторил Звездный Путь. Молнии ударили вновь. Мана из воздуха впиталась в тело, и оно исчезло в яркой вспышке. Кометой я помчался к нему. С жужжанием и треском молнии преодолел расстояние в двадцать метров, за доли секунды. У самого носа Синицына принял человеческий вид и ударил. Со всего разгона вмазал коленом ему в живот.

Он отлетел, завалился на спину. Промчавшись еще пару метров, я приземлился. Балансируя, проскользил на ногах. Остановился.

Синицын корчилась на горячем асфальте. Стилет он потерял и с трудом поднялся на четвереньки. Через мгновение его смачно вырвало.

– Он использовал милитарику, боевую магию. Убить хотел, сукин сын, – холодно проговорил я, обернулся, взглянул на побледневших дружков Синицына, – а я отделал его простыми чарами передвижения.

– Это непростые чары… это ведь был Звездный Путь, – чернявый дворянин облизнул пересохшие губы, – такому учат только в армии!

Я не ответил. Зашагал к все еще блюющему Синицыну, брезгливо сторонясь рвотной лужи, опустился. Поднял его стилет и выпавшие из кармана ключи от машины.

– Кто следующий? – я посмотрел на чернявого.

Тот не выдержал взгляд, его глаза забегали. Сжав губы, он приблизился. Парень выше меня на голову, прятал взгляд. Молча чернявый отстегнул ножны со своим проводником, передал мне. Чуть помешкав, тоже проделал и перепуганный рыжий.

Оба направились к Синицыну. Помогли ему встать. Бледный, в заблеванной одежде, он жалостливо посмотрел на меня. Потом его вырвало кровавой слизью.

– Не забудь зарегистрировать машину на меня, – холодно проговорил я, – согласно нормам дуэльного кодекса, твое имущество теперь принадлежит мне, – я направился к Вике. Дворяне же, потащили раненного куда-то в сторону. Обмякшие ноги Синицына волочились по земле. Дворяне принялись звонить по телефону.

– Пойдем, Вик, – улыбнулся я. Девушка ошарашенно смотрела мне в глаза.

– Как ты это?..

– Током ударило, – я хохотнул, – и появились суперсилы.

– Да брось ты! Я серьезно!

– Если серьезно, то у тебя теперь новая машина, Вик, – я бросил ей ключи от мускулкара.

***

Санкт-Петербург.

За две недели до пробуждения Павла Замятина

в теле Игната Орловского

Виктор Орловский поднялся на третий этаж старой питерской многоэтажки. Остановившись у двери квартиры номер тридцать семь, он достал из кармана куртки записку, сверил номера квартир. Потом нахмурившись, осмотрелся по сторонам. Виктор был здесь инкогнито. Никто не должен был знать, ни то, что он дворянин, ни тем более то, из какого он дома.

Номера в записке и на двери сошлись, и он тронул дверную ручку. Вход был открыт.

Зайдя, Виктор осмотрелся. В небольшом коридорчике горел свет. У входа стояла единственная пара обуви.

Он не стал разуваться, а торопливо прошел вперед. Заглянул в единственную комнату.

– Я ждал тебя раньше, Виктор, – проговорил лысый мужчина в возрасте. Одетый в простую рубашку и легкий летний пиджак он сидел в старом потертом кресле. Белые баки тянулись от ореола седых волос на висках и затылке, закрывали щеки и обрывались на гладковыбритом подбородке.

Единственная деталь выдавала в нем мага-аристократа – золотой артефактный монокль, что мужчина носил в правом глазу.

– Привет, Семен, – Виктор вошел, занял место на диване.

– Ну? Как поживают племянники? Как Игнат? Стас? А Вика?

– Я не смог убедить их переехать, Семен, – Виктор перешел сразу к делу, – Вика боится, что они останутся без гроша. Я предлагал ей помощь, но, кажется, она мне не доверяет.

– Это печально. А дневник?

– Я осмотрел поместье там, где это было возможно. Кажется, отец спрятал свой дневник очень хорошо. Чтобы найти его, нужно быть хозяином в доме.

– Мда, – мужчина в монокле пожал плечами, – я все это знаю, Виктор. Я разговаривал со Сновидцем. Он видел все во сне.

Виктор не ответил, сжав губы, опустил хмурый взгляд.

– Мы, Роялисты, – поправив монокль, начал Семен, – добились прекрасных результатов в последнее время. Павел Замятин, как и его семейка, наконец отправились на тот свет, а Орден Новой Маны кусает локти.

– Твоя идея с черной спорой и стилетом была рискованна, – проговорил Виктор, – последствия для Империи оказались печальными.

– У нас не было времени. Ты же знаешь, чем Ее возвращение может стать для державы. Этого нельзя допустить, – Семен поправил монокль, – но теперь поздно спорить. Я хочу сообщить тебе, что Сновидец видел сон.

– Какой? – напрягся Виктор.

– Замятин вернется.

– Что? Как?!

– С ее помощью, конечно!

– Вот холера! – проговорил Виктор и добавил матом, – столько усилий зря!

– Это еще не все. Он видел, как именно Замятин вернется.

– Как?

– Игнат, твой племянник. Замятин отберет тело Игната, Виктор.

Виктор Орловский почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Как от неожиданности онемели губы, и вспотели ладони. Он попытался взять себя в руки. Разлепил ссохшиеся губы и сказал:

– Это точно?

– Точно. Сновидец никогда не ошибается. Вместе с Замятиным, может вернуться и она. И если она попадет не в те руки, то империя будет в опасности. А империя превыше всего, – он вскинул подбородок, – даже если сам император считает нас террористами. Но не всегда трон занимает правильный человек.

– Сновидец… – предвкушая самое худшее, проговорил Виктор, – Сновидец сказал, что делать?

– Да. Мы должны убить Игната. Ты должен убить Игната. Сам.

По телу Виктора пробежали мурашки. Рубашка прилипла к спине. Однако Орловский промолчал.

– И права на ошибку у нас нет, Виктор. Представляешь, что будет, если Замятин пробудится в теле твоего племянника? А если найдет дневник и узнает правду об Ордене, Роялистах и тем более о проекте “Геката”? Тогда его будет уже не остановить.

Уставившись в одну точку, Виктор молчал.

– Я понимаю, Витя, – вздохнул маг, – это сложно. Но ты должен…

– Я это сделаю, – твердо ответил Виктор, – пусть Сновидец будет во мне уверен.

– Хорошо, – Семен кивнул, – Роялисты надеются на тебя. Мы не должны допустить, чтобы Геката вернулась. И сейчас это во многом зависит от тебя. Если же ты потерпишь неудачу, – он замолчал, повременил несколько мгновений, – нам придется действовать более рискованными и жесткими методами. Но тогда не выживет никто из них. Мы сами не хотим этого, но…

– Говорю же, – крикнул Виктор, – я справлюсь!

Семен удивленно уставился на него. Поправил монокль.

– Прости, Сёма, – он опустил голову, – я просто на взводе.

– Ничего. Роялисты с тобой. Империум стат, – проговорил он девиз организации.

– Империя стоит, – хмуро бросил Виктор.

***

Домой мы приехали через полчаса. Поместье Орловских стояло в сельской местности, за городом. Это был старый, но добротный деревянный дом, какие обычно приобретают дворяне-ветераны, чтобы в старости заняться фермерством. После дуэли Катя мне больше не ответила. Наверное, устала и не смогла поделиться мыслями.

Я сел за руль новой машины. Вика ехать на ней не согласилась и повела старую. Через пятнадцать минут мы вкотились в широкий, но неухоженный двор

– Это здесь мы живем? – когда мы вышили, проговорил я вслух, осматривая разбитую градом крышу и подгнившие стены.

– В смысле? – Вика удивленно посмотрела на меня, – а. Ну да. Ты ж память потерял. Игнат, – неожиданно девушка опустила глаза.

– Да?

– Я хотела сказать тебе… Спасибо. За меня никто и никогда не заступался. Ты был первым.

– Теперь есть кому защитить тебя, Вика, – я улыбнулся.

Оставив машины во дворе, мы взошли по скрипучему крыльцу, в широкий холл. Оказавшись в доме, Вика сразу нахмурилась, уставилась под ноги.

– В чем дело?

– Он з-здесь, – заикнулась девушка, кивнув на чужую обувь.

– Привет, племяннички! – в широкой арке гостиной появился высокий мужчина.

– З-здравствуй, дядя Виктор, – обеспокоенно сказала Вика.

Глава 6

– А я, – Виктор добродушно улыбнулся, – только недавно из Питера вернулся. И сразу к вам, – он посмотрел на меня, и выражение лица тут же изменилось.

Виктор, худощавый и поджарый не был похож на Сергея Орловского, своего брата и отца Игната. Продолговатое лицо с острыми чертами выглядело сосредоточенно. Зеленые глаза смотрели внимательно. Темно-русые волосы, объемной прической уложены назад. Одетый в дуэльные брюки и простую рубаху, на манер дворянской моды, он сверлил меня взглядом. Благо, что недолго.

– Я слышал о том, что случилось, – проговорил Виктор, – узнал, как только вернулся, сегодня утром. И сразу приехал. Рад что ты в порядке, – Виктор замолчал, словно бы не решаясь произнести мое имя, но потом все же сказал, – Игнат.

– С-спасибо, дядя, – как-то виновато проговорила Вика.

Я молчал.

– А ч-что ты молчишь, Игнат? – девушка посмотрела на меня.

– Вик.

– Ммм?

– Можно попросить тебя принести кое-что из машины. А я пока поздороваюсь с дядей.

– М-можно. А что?

– Проводники, которые я выиграл у тех дворян.

При этих словах Виктор напрягся. Я видел, как на его скуластом лице заиграли желваки.

– Да, конечно, – опустив голову, Вика вернулась во двор.

– Может, – я медленно приблизился, вошел в зал, – присядем? – показал ему на деревянный стул.

Гостиная особняка Орловских была еще и столовой. Посередине большой комнаты стоял длинный стол персон на десять. Красивые стулья, задвинутые под столешницу, лаковыми бликами играли на свету, который падал из больших окон.

– Я вот присяду, – я отодвинул один, сел, – после больнички, знаешь ли, пока неважно себя чувствую. Ты же слышал, что какой-то негодяй пульнул в меня боевым заклинанием.

– Боевым? – дядя явно изобразил задумчивое удивление, свел брови и присел на соседний стул, – я слышал что-то про удар током.

– Я тоже что-то слышал.

– И про покушение в больнице.

– А про то, – я щелкнул пальцем приподнятой руки и высек искры, – что я теперь маг, ты слышал?

– Мне не нравится твой тон, Игнат.

– Переживешь. Я знаю, что ты пытался убить меня.

– Вот, я принесла, – неожиданно прозвучал голос Вики, и мы все обернулись на звук, – спасибо, – я улыбнулся, – неси сюда.

Девушка медленно и нерешительно подошла.

– Положи на стол, пожалуйста, – она послушалась, я извлек граненый стилет, раньше принадлежавший Синицыну.

Рукоять, оплетенная серебряной лентой, удобно лежала в руках. Аккуратная гарда из белого золота блестела в солнечных лучах. Трехгранный клинок выглядел дорого и благородно.

– Клинок-проводник, – начал я, – прекрасное, изящное оружие мага-дворянина. Он нужен, чтобы проще было фокусировать магию на единственной цели. Или определенной площади. Красивые, правда? – я разложил перед собой все три, – тут серебро, – взял кинжал рыжего, – но медь внутри. Это, – достал из ножен проводник чернявого, – бронза. О! Платиновая сердцевина. Отличный. А этот, – я показал дяде стилет Синицына, – этот – золото с латунью. Обычная показуха.

– Спасибо за экскурс, Игнат, – холодно проговорил Виктор, – я рад, что ты теперь интересуешься оружием. Достойное увлечение для дворянина.

– Я бы даже сказал, – сжал я губы, – необходимость, если ты желаешь защитить свой род.

– Ой, – растерянно вмешалась Вика, – а может… может, вы голодны? В холодильнике было что-то вкусное. Разогреть?

– Нет, спаси…

– Да, будь добра, – перебил я дядю, с улыбкой глянул на Вику, – мы очень голодны, и хотим есть.

– Конечно… С-сейчас.

Девушка торопливо вышла из гостиной.

– Слушай меня, дядя, – я заглянул в зеленые глаза Виктора. Его лицо было как из камня, – я знаю, что ты хотел убить меня. Знаю, что тебе нужно. Так вот, ты этого не получишь.

– Игнат, – он посмотрел на меня исподлобья.

– И будь уверен, – проигнорировал я его слова и взял стилет Синицына, – мне будет достаточно даже такой пустышки, чтобы защитить себя и свой род. Орловские теперь смогут постоять за себя. Сейчас тебя спасает только то, что ты топчешься в моем доме. Что здесь Вика и Стас. Иначе я размазал бы тебя по всем стенам.