Колония. Роман-утопия

Погоня подходила к концу. Уже стало ясно, что ещё чуть-чуть – и его нагонят, крепко свяжут и посадят в клетку. А потом суд, оправдания, приговор – и… всё, жизни больше не будет. Точнее, будет, но совершенно другая, не похожая на эту, да и вообще вряд ли способная называться жизнью. Он убегал уже по инерции, понимая, что спастись нереально. Но всё равно убегал. Путал следы, совершал обходные манёвры, плутал и перескакивал с места на место. Ничего не помогало. Преследовали приближались, и уже можно было почувствовать их радость. За погоню срок, как правило, увеличивался. На пару лет, а то и больше. Добровольная сдача их всегда разочаровывала, а тут… простор для фантазии на суде.

Он сделал неудачный разворот и упал. В следующее же мгновение его придавили, повязали и прервали поступление информации…

-Настоящим приговариваю Вас к тридцати годам исправительной колонии, – наступила секундная тишина, – Вы хотите что-нибудь сказать?

–У меня просьба…

–Продолжайте.

–Я хочу оказаться рядом с братом.

–Хм, – судья замолчал, – Какой процент у его брата? – спросил он у наблюдателя.

–Четыре, – ответили ему.

–А у подсудимого?

–Два.

–Что ж… Пускай будет так. Один и тот же город. Не более.

–Спасибо, – произнёс виновный.

–Привести приговор в исполнение! – судья стукнул молоточком и…

-Послушай, чуть не забыла. Я сегодня Серёжку не могу забрать. Может быть, ты? – Марина уже стояла в дверях и виновато улыбалась.

–Но у него же садик только до шести работает, – ответил Михаил.

–Я знаю. Я позвоню им и попрошу за ним приглядеть, а ты отпросись с работы. Ладно?

–Ой, Марина, ну…

–Один раз. Просто сегодня у меня такой завал, – она сокрушённо покачала головой, – Боюсь, что сильно задержусь. И потом, – начала она укоризненно.

–Знаю, знаю, – Михаил тяжело выдохнул, – Я и так почти ими не занимаюсь.

–Вот именно.

–Ладно, заберу…

–Тем более ты на машине.

–Да, – Михаил отвёл глаза в сторону, – Если она заведётся…

–Всё будет хорошо, – уверила его Марина, – Я побежала, – она вышла, но почти тут же в проёме показалось её лицо, – Я тебя люблю.

–Я тебя тоже.

–Ну всё. Пока!

–Пока, – ответил Михаил уже закрытой двери.

–Пап, а пап, – послышалось внизу.

–Да, Серёжа.

–Мама сказала, что сегодня заберёшь меня ты.

–Это верно, – Михаил посмотрел вниз, – Ты уже собрался?

–Да, папа.

–Вот и хорошо. Слава! – позвал он.

–Я уже готов, – ответили ему.

–Не забудь захватить мусор.

–Да, папа, – в прихожую вошёл Слава, – Я помню.

–Уроки-то сделал?

–Пап, – цыкнул он в ответ, – Ну сейчас-то уже поздно спрашивать. Сделал. Вчера, сразу после школы.

–Я просто так спросил, – извинился Михаил, – Прости.

–Да не за что, – Слава уже надел куртку, – Ты не знаешь, сколько там градусов?

–Вроде бы минус пять.

–Тепло.

–Ты поаккуратнее.

–Ладно, – Слава завязал ботинки.

–Тебя на футбол сегодня отвезти? У меня время будет в обед, – с ноткой отчаяния предложил Михаил.

–Не надо. Мне мама денег дала на проезд.

–Хорошо.

–Ну я пошёл, – Слава стоял перед отцом полностью одетый.

–Да, счастливо.

–Пока, – он вышел, и Михаил закрыл за ним дверь, – Серёжа!

–Да, папа, – отозвался его сын и вскоре появился.

–Ты в туалет сходил?

–Да.

–Ладно, одевайся пока, а я возьму кое-какие документы, – Михаил прошёл в спальню, сгрёб несколько папок и присоединился к сыну. Через минуту они вышли на улицу. Михаил завёл машину…

Игорь опять поругался с женой. Она попросила новую шубу, а он отказал. И знал ведь, что будет скандал, но всё равно не согласился. Слушал, как она истерично вопила, смотрел, как она топала ногами, как пыталась бить металлическую посуду (он её купил после того, как дорогой китайский сервиз канул в небытие после очередной ссоры), дождался тёщу и уехал с друзьями на дачу. И сейчас, даже с похмелья он чувствовал удовлетворение от своего решения. Шубу она всё-таки не получила. Это была его, пусть и небольшая, победа.

Со Светланой он познакомился в одном из ночных клубов. Тогда ему нравились эдакие стервы, знающие, чего они хотят и получающие это чуть ли не с первого требования. Он мог позволить себе ублажать их, но больше всего ему нравилось ломать их крутой нрав. Кидать их на произвол судьбы сразу после того, как они начинали ощущать свою непобедимость. Но Света оказалась более крепким орешком. Она вышла за него замуж и даже родила ему сына. И Игорь расслабился. Стал проводить много времени дома, свалил часть своих обязанностей на подчинённых и своего компаньона и занялся Димкой. А Света будто только этого и ждала. После родов она наотрез отказалась кормить сына грудью, записалась на липосакцию и в фитнес-клуб. Затем они перестали вместе спать якобы из-за того, что она боялась забеременеть снова. Потом она вызвала из глухой глубинки свою маму, заставив Игоря купить ей квартиру неподалёку, чтобы она могла чаще навещать их. И стала гулять. Чаще всего по ночам. Игорь нанял специального человека следить за ней, но к сожалению или к счастью Света оставалась в рамках приличий. Просто она нарочно изводила его своими похождениями.

Тёща тоже была не подарочком ко дню рождения. Она ходила по дому в прозрачной сорочке на голое тело, постоянно стараясь совратить Игоря (не без подачи, естественно, Светы). Надо отдать ей должное, для своих лет она неплохо сохранилась. К тому же жена была младше его, поэтому и тёща Игорю досталась довольно моложавая. Но его она не интересовала. Игорю даже пришлось врезать замок в дверь своего кабинета, потому что однажды, проснувшись, он обнаружил обнажённую Ольгу Ильиничну сидящей на нём и позирующей приглашённому фотографу. Таким образом она хотела развести их и оттяпать у него половину его приличного состояния. С фотографом Игорь разобрался быстро, но отныне ему приходилось быть всё время начеку. Помимо этого Ольга Ильинична вдалбливала подросшему Димке в голову различные вымыслы об отце. В основном они сводились к тому, какой папа плохой. Димка не верил, но у Игоря уходила прорва времени на то, чтобы отмести от себя все подозрения сына. К тому же тёща тоже умела бить посуду, заводить истерику и поддерживать свою дочку.

Всё это, безусловно, радовало мало. И чем дальше – тем меньше. Игорь и рад был бы развестись, но, увы, не поверив своим друзьям, советовавшим ему заключить брачный договор, женился просто так. И теперь при разводе он обязан был отдать половину своего имущества жене. И ладно бы. Ему, в общем-то, было наплевать. Но Димка тогда остался бы с матерью, а вот этого он никак не мог допустить…

Зазвенел телефон.

–Алло, – ответил Игорь.

–И где ты шлялся? – это была Света, Игорь глянул на часы – полвторого дня.

–Я на даче.

–На даче, значит? Гуляет, видите ли! А о Димке ты не подумал?

–А ты о нём думаешь, а? А ты, – от возмущения Игорь встал, – Ты знаешь, что у него вчера зуб выпал? Что он в садике подрался? Что у него губа разбита была? Вообще, ты знаешь, сколько ему лет?

–Ему пять лет, – оторопело ответила Света.

–Не пять! – заорал Игорь, – Ему четыре с половиной! Ты – мать! И просто обязана это знать!

–Не кричи на меня! У меня тоже голос есть!

–Да!!! Шубы просить! И свою чёртову мать на ужины водить!

–Не смей трогать мою маму!

–Да я и не трогаю! Это она всегда ко мне лезет! Ведьма!

–Кто-кто?

–Да вы обе! Ведьмы!

–Ну, раз так, я с тобой развожусь! И Димка останется со мной!

–Да я…, – но в трубке уже зазвучали короткие гудки, – Тьфу ты!

–Ой, ну, что ты так голосишь? – в дверях нарисовался опухший Вадик, юрист, друг Игоря.

–Да эта тварь пугать меня вздумала!

–Светка, что ли?

–Она самая!

–Ты успокойся, – Вадик сел рядом, – И расскажи, что там у вас стряслось.

–Она собирается со мной разводиться, – понизив тон, ответил Игорь.

–Ну и чем ты недоволен? От неё давно пора избавиться.

–Пора, но только без Димки.

–И без твоих денег, заметь, – добавил Вадик.

–Денег мне не жалко…

–А вот это ты брось. Я тебе уже неоднократно говорил и повторю ещё раз. Не надо отдавать ей денег. Лучше сделать по-другому…

Михаил работал инженером по проектированию водоотведения на крупном заводе. Хрущёвка, в которой они жили, досталась им по наследству от бабушки, умершей четыре года тому назад после долгой и изнурительной болезни. До этого они с Мариной перебирались с одной съёмной квартиры на другую без всякой надежды на собственное жильё. Марина только недавно начала трудиться бухгалтером в небольшой фирме, куда её, по знакомству (не без этого), устроил тесть Михаила.

Вообще жизнь для Михаила представляла собой обычный и оттого рутинный порядок вещей. Вечная проблема с деньгами в последнее время усугубилась отношениями со старшим сыном – Славой, который как-то незаметно и словно исподтишка стал подростком, стесняющимся своих родителей и вечно чего-то скрывающим. Он не грубил, мало гулял, но был замкнут. Самое страшное обстоятельство состояло в том, что после буквально каждого разговора с ним Михаил чувствовал себя обманутым и виноватым, хотя никаких внешних причин для такого настроения, как правило, не было. Вот и сегодня на душе у него было тоскливо.

Серёжа никаких хлопот не доставлял, но обычно углублял пропасть между Михаилом и старшим сыном. Отец сконцентрировался на младшем и упустил Славу и потому ещё больше винил себя за все разногласия с ним.

Отведя Серёжку в садик, Михаил покатил на работу. Его старенькие Жигули шестой модели который год барахлили, требуя по выходным серьёзной профилактики. Часами он валялся под автомобилем, пытаясь найти причину очередной неисправности, с трудом отыскивал и уж затем, в меру своих способностей, чинил. С каждым разом на это уходило всё больше времени и нервов, и Михаил стал подумывать о том, как бы избавиться от своей машины. К сожалению, денег на новую у него не было, как, впрочем, и на поддержанную, оставалось лишь взять кредит и, скрипя зубы, его выплачивать. Но это потом, сразу после того, как они отдадут другой кредит – за новый телевизор…

Неожиданно перед Михаилом вырулил какой-то крутой джип, подрезал его так, что Михаилу пришлось применить экстренное торможение, и унёсся прочь, царапая наледь новенькими шинами с шипами.

–Гадёныш, – в сердцах сказал Михаил, включил передачу и тронулся с места. На работу, слава Богу, он приехал раньше положенного. Так что можно было отпроситься…

Вадик гнал как сумасшедший.

–Ну, куда ты так несёшься? – спросил его Игорь.

–Так надо, – процедил Вадик, – Скоро сам всё увидишь, – джип немного качнуло в сторону.

–Ты чуть не врезался в того бедолагу на шестёрке, – Игорь проследил за Жигулями.

–И чёрт с ним. Нечего им на дорогах делать. Давно уже пора на металлолом распилить всю эту рухлядь.

–Всё равно, некрасиво получается.

–Да забудь ты об этом убогом. Лучше о себе подумай.

–Ты же всё уже за меня сделал.

–Сделал, но ты-то ещё ничего не подписал. Главное – это успеть зарегистрироваться до её заявления. А там потом – хоть трава не расти.

–И никак нельзя оформить всё задним числом?

–Можно, Игорь. Но меня сейчас проверяют, а там и без тебя столько всего наворочено, что век не разгребёшься. Если учитывать, какая Света, ты уж извини меня, – он даже отвлёкся от дороги и посмотрел на Игоря, – Сука, то нам надо поторопиться.

–И почему я тебя раньше не послушал, – печально произнёс Игорь.

–То-то и оно. Надо было раньше всё переписать. Ну, да ладно. Ты точно уверен в том, что Света не располагает никакими сбережениями?

–Уверен. Я детектива нанял, за ней следить. Он мне каждую неделю отчёт приносит. Да и потом я ей денег почти не даю. Только подарками.

–Она их могла продать, – Вадик остановился на светофоре, – В ломбард или так… под залог.

–Да вроде бы ничего не пропадало.

–А тёща твоя, – Вадик снова тронулся, – Квартиру продать могла?

–Нет. Ты чего? Она моя.

–А свою старую?

–Я очень в этом сомневаюсь. Даже названия города не запомнил. Кто там квартиры покупает?

–Это как сказать. Есть разные махинации… Впрочем, забудь. Будем надеяться на лучшее…

-Семён Павлович?

–А это ты, Миша, заходи, – Михаил прошёл в кабинет директора, – Ну… С чем пожаловал?

–Семён Павлович, мне сегодня нужно пораньше уйти.

–Да? А в чём дело?

–Сына из садика забрать. Жена сегодня не может, вот и…, – Михаил развёл руками.

–Фу, – выдохнул директор, – Видишь ли, Миша, сегодня никак не получится. Ты уж извини. У нас проверка. Только вот позвонили. Слава Богу, вообще предупредили. В конце дня. Вот тебе первому говорю. Прости, но… ну, никак не могу. А ты у нас ведущий специалист. И потом… У тебя же ещё один парнишка есть.

–Да, Славка.

–Ну, вот. Пусть и заберёт брата.

–У него футбол…

–А у нас федералы, – Семён Павлович поднял указательный палец вверх, – Не чета футболу.

–Это вы правы…

–И вообще, Михаил, я хотел тебя повысить по результатам проверки. И зарплату, естественно.

–Правда?

–А то я вру? Так что давай сегодня до конца. А завтра, если всё будет нормально, можешь уйти и раньше. И послезавтра, и так далее. Когда захочешь… В рамках приличия, разумеется.

–Спасибо, Семён Павлович.

–Не за что. И вот ещё что. Посмотри как там у вас с техникой безопасности. Это очень важно.

–Посмотрю.

–Ну, вот и ступай, – Михаил нащупал за спиной дверную ручку, потянул её и, пятясь, вышел. Весь день он потратил на то, чтобы более-менее полноценно привести весьма плачевное состояние крайне непригодных условий работы в соответствие с нормами. В обед он выкроил пару минут для того, чтобы позвонить домой и предупредить Славу о Серёже. Нечего было и надеяться на его сочувственное понимание, но он согласился. К вечеру приехала делегация. И всех сразу проводили в проектное бюро, где и работал Михаил. Высокие чиновники придирчиво осматривали каждый уголок, много спрашивали и кивали в ответ, что-то записывали в своих бумажках и многозначительно переглядывались. Наконец, по-видимому, удовлетворившись, они покинули бюро и его работников, изошедших семью потами от напряжения и страха. Семён Павлович напоследок улыбнулся всем из-за двери, сказал, что все свободны, и побежал догонять делегацию. Михаил взглянул на часы – было уже девять вечера. И тут его сотовый зазвонил. Городской номер, телефон их квартиры.

–Да.

–Миша, у нас беда, – голос Марины был тусклый, и Михаил сразу сообразил, что она плакала, – Слава повесился, – Михаил почувствовал слабость в ногах, у него закружилась голова, и он рухнул в обморок…

-Вот здесь и здесь, – Вадик ткнул ручкой в бумагу, показав, где подписывать. Игорь послушно черкнул свою роспись, – Ну, вот и славно. Теперь она не получит ни денег, ни Димки.

–Хочется надеяться.

–Не волнуйся, всё будет в порядке.

–Я тебе доверяю.

–Ты же меня знаешь. Я тебя ни за что не подставлю.

–Хорошо.

–Ладно. У меня дела, – Вадик посмотрел на часы, – Скоро нагрянут проверяющие. Ты уж не обессудь, – он развёл руками, – Но пора тебе возвращаться домой. И не смей ничего говорить Свете, а тем более – тёще.

–Это само собой…

–Ну да. Чего тебя учить? Кстати, у тебя сегодня вечер свободен?

–Да вроде да.

–Хотел тебя пригласить в клуб новый. Один мой знакомый открывает. У меня приглашение.

–Почему бы и нет. И потом, как я понял, я отныне свободен?

–На все сто процентов, – Вадик улыбнулся, – Отец-одиночка, – на лице Игоря тоже заиграла улыбка, – Ну, вот, видишь, всё устаканиться.

–Дай-то Бог, дай-то Бог…

От Вадикиной конторы Игорь добрался домой на такси. Света стояла в прихожей, скрестив руки на груди и, наверняка, собираясь дать ему отпор. За её спиной маячила Ольга Ильинична. На этот раз в тёмном халате, растрёпанная и не накрашенная, что с ней случалось довольно редко.

–Собирай шмотки и вали отсюда, – прямо с порога заявил Игорь, – И эту, – он указал на тёщу, – Тоже с собой забирай.

–Да как ты…

–Смею? Уж поверь мне, я смею. И побыстрее.

–Тогда Димку я заберу с собой.

–Чёрта с два! Это суд решит, с кем он останется. А пока вы вдвоём уйдёте.

–Ладно, – Света не нашла, что ему ответить, – Я уйду, но Димка будет моим.

–Он и так твой сын.

–Дети остаются с матерями, – начала было Ольга Ильинична.

–Ну, вы-то уж помолчите, – перебил её Игорь, – Не встревайте. Живёте на иждивении, ничего не делает, и туда же… лезете своим носом, куда не просят. Кстати, дорогая тёща, придётся вам с вашей дочуркой ночевать в гостинице. В свою квартиру на Кутузовском я вас не пущу.

–Да…

–Что? Некуда податься? Нету работы? Не на что жить? А как вы собираетесь воспитывать ребёнка?

–У нас накопления…, – Ольга Ильинична осеклась, не закончив.

–И сколько, позвольте поинтересоваться? На молоко с хлебом хватит?

–Да уж наверное без изысков, – съязвила Света, – По миру нас пускаешь. Да ещё и издеваешься.

–На вас мне наплевать. Поэтому, если угодно, то да, пускаю на вольные хлеба. Меньше будешь по забегаловкам таскаться. Советую до завтра найти работу. И ещё одно, – он раскрыл папку и достал оттуда листок бумаги, – Держи, – Игорь протянул его жене, – Это повестка в суд. С утра. В восемь. Не забудь. Адвокат-то у тебя имеется?

–Имеется, – Света зло выдернула документ из Игоревой руки, – Ребёнка ты не получишь.

–Это мы ещё увидим. А теперь освободите помещение…

Через час жена с тёщей покинули Игоря, злобно смотря на него и громко хлопнув на прощание входной дверью, и он смог, наконец, присесть в кресло и расслабиться. Зазвонил сотовый. Это был Вадик.

–Да.

–Это я. Всё о них узнал. У тёщи твоей есть кое-какие деньжата, но с такими суммами суды не выигрывают, я тебе слово даю. А Светка – безработная. И если у них нет никаких козырей, то Димка будет твоим. Ну, и деньги.

–Спасибо.

–Да не за что. Но учти, будь осторожен.

–Ладно, буду.

–Тогда всё. Сегодня я за тобой заеду…

Михаила привели в чувство его сослуживцы.

–Ну, как ты? – спросил главный инженер, Вячеслав Васильевич.

–Вроде бы, – Михаил зажмурился.

–Марина нам сказала. Прими наши…, – Вячеслав Васильевич запнулся, – Соболезнования. Ну… ты скажи, чем мы помочь можем.

–Да, – Михаил тяжело вздохнул и открыл глаза, – Отвезите меня, пожалуйста, домой. А то я сам не смогу, – он поднялся и сел.

–Хорошо, – согласился главный инженер, – Я сяду за руль. Я сам сегодня без машины, так что мне даже так удобнее будет.

–Спасибо.

–Да не за что. Давай, – он подхватил Михаила за руку, ещё один его коллега, Юрка – за другую, – Поднимайся, – Михаил встал на ноги, его мутило.

–Ты как? – спросил Юрка.

–Сносно.

–Ладно, Вячеслав Васильевич, я вам помогу…

Они вывели его на улицу, дали немного отдышаться и посадили в его Жигули. Вячеслав Васильевич сел на водительское сиденье, завёл мотор и тронулся с места.

–У меня почти такая же, – ободрил он Михаила, – Доберёмся в полном здравии.

–Да, – только и смог произнести Михаил. Главный инженер взглянул на него с грустью, вздохнул, и на протяжении всей дороги они не разговаривали.

–Машину в гараж ставить? – заботливо спросил Вячеслав Васильевич сразу после того, как они остановились у нужного подъезда, рядом с которым почти незаметно дежурила «скорая».

–Что? – очнулся Михаил.

–Машину в гараж завести?

–Да нет, не надо. Оставьте здесь, просто… – он замолчал.

–Я закрою, а ключи положу тебе в карман, – предложил главный инженер, – Пойдёт?

–Да, да, – Михаил говорил словно в бреду. Всё расплывалось у него перед глазами, уши заволокла пелена, а ноги почти не слушались, будто неожиданно оказались совершенно чужими, пришитыми от какого-то неуклюжего увальня. Он встряхнул головой, ничего не соображая, прокручивая одну-единственную мысль: «Мой сын мёртв».

–Вот так, – Вячеслав Васильевич тихонько хлопнул его по плечу, – Крепись, Миша. Если…, – он замолк, – Если что понадобится, я тебе помогу, – он опустил руки и, съёжившись, словно боясь потревожить и без того разворошённый покой Михаила, пошёл прочь. Михаил шагнул вперёд, и тело само понесло его на автопилоте на третий этаж…

Игорь долго сидел в кресле, глядя в тёмный экран неработающего телевизора. Затем поднялся, прошёл к бару, взял бутылку виски, лёд, стакан и вернулся обратно. Налил себе немного, кинул пару кубиков в цвета подсолнечного масла жидкость и взболтнул. Димка был в специальной школе, а больше в доме никого не было. Он не жалел о расставании со Светой. И уж, конечно, он ни в коем случае не стал бы оплакивать уход тёщи, но что-то внутри подсказывало, что это далеко не конец. Что ему ещё придётся побороться за сына. Вадик был неплохим, можно даже сказать, замечательным юристом, но… Но что-то противилось нагрянувшему освобождению от нелюбимой жены и её матери. А ведь если подумать, то Света ему до сих пор нравилась. И пусть не было любви, но и ненависти он тоже не испытывал. Значит, это конец. Конец чувствам, конец им как паре. Игорь сделал небольшой глоток. Лёд стукнулся о стенки и поплыл айсбергами покорять нехоженые тропы.

Вечер наступил скоро. Игорь обнаружил его за окном, посмотрел на часы и стал собираться на мероприятие, предложенное Вадиком. Одевшись, он услышал звонок в дверь.

–Иду! – крикнул он и прошлёпал тапочками до входа. В глазке виднелся искажённый портрет его друга, – Сейчас, – он прокрутил замок и открыл.

–Привет! Ну как ты? – Вадик бесцеремонно зашёл внутрь, а Игорь закрыл за ним дверь.

–Неплохо. Вот виски пил.

–Немного?

–Да чуть-чуть. Расслабиться. Ты сам будешь?

–Можно маленько, – Вадик сбросил новомодные туфли, одел ближайшие от него шлёпки и направился в зал, – Только без льда. Терпеть не могу холодное.

–Да знаю я, – Игорь сходил до бара взять чистый стакан и присоединился к другу, – Держи.

–Спасибо, – Вадик принял протянутый ему стакан, наполнил его до середины и откинулся назад.

–А что за клуб-то?

–Я сам толком не знаю. Ну, вроде бы как всё при нём. Аппаратуру со Штатов привезли, танцпол какой-то навороченный поставили, ди-джея пригласили из Англии. И вход только по пригласительным. В общем, должно быть интересно. А если не понравится, всегда свалить можно. Мне просто с хозяином переговорить нужно, ну и так… не хочется обижать хорошего человека.

–А кто это такой?

–Да ты его не знаешь. Из питерских. Недавно здесь. Слушай, а Димка где?

–Да вот должен быть, – Игорь сверился с часами, – Минут через десять. Его няня из спецшколы заберёт.

–А потом?

–Я попрошу её остаться на ночь.

–Да ну?

–Да я не раз так делал. Приличная женщина. И плачу я ей хорошо. Ну, и подстраховка…

–Какая?

–Я знаю о ней всё: адрес, телефон, номер пенсионного, ИНН, биографию, короче, самое полное досье на человека.

–Молодец, – Вадик уважительно смерил взглядом Игоря.

–А то. Я же ей сына доверяю…

На лестничных площадках было необычайно тихо. Все соседи молчали в подавленном настроении, спрятавшись за своими железными дверями и обсуждая вполголоса друг с другом последнюю новость. Каждый боялся нарушить покой того, кого уже никак нельзя было побеспокоить. Михаил нажал на кнопку звонка, и его звук разрезал его онемение надвое, чтобы окончательно разделить жизнь на до и после. Послышались шаги, дверь ему открыла Марина.

–Привет, – хрипло произнесла она и упала в его объятия.

–Здравствуй, – он легонько обнял её, поцеловал в волосы и отстранил от себя, – Врачи ещё здесь?

–Да, – еле слышно ответила она. В коридоре появился незнакомый человек в голубом халате, – Здравствуйте, – сказал он.

–Здравствуйте, – как эхо повторил Михаил.

–Соболезную вам…

–Спасибо.

–Вы…, – врач замялся, – Не хотите взглянуть? – он провёл рукой в воздухе в сторону спальни мальчиков.

–Ты как? – спросил Михаил Марину.

–Я…, – она замолчала.

–Я пойду, – она лишь кивнула в знак согласия, Михаил снял ботинки, слишком аккуратно и заботливо поставил их на полочку и прошёл за врачом. На Славиной кровати лежал сам Слава. Лицо у него было посиневшее, и губы чуть приоткрытые. На шее сиял красный след удавки. А руки и ноги были такими беззащитными, что слёзы сами подступили к горлу. Михаил грубо вытер их ладонью и едва выдохнул, – Как это произошло?

–Он взял бельевую верёвку и…, – врачу было неудобно говорить, – И… Она была недлинная, поэтому он привязал её за дверную ручку. Ну, а потом… Как вы себя чувствуете?

–Плохо, – сознался Михаил.

–Может быть, вам дать валерьянки? Ваша жена выпила, и ей полегчало.