Невеста по трудовому договору

5 глава

Я подняла руки, словно пойманная преступница. Попыталась так с поднятыми руками выбраться из своего «убежища», но у меня ничего не получилось, я чуть не упала, так что пришлось опустить руки, и вылезти уже нормально.

- За мной. – Сказал, как отрезал Оскар Германович, и пошел, не глядя, обратно в направлении своего кабинета, даже не проверяя, иду я за ним или нет. Похоже, этот мужчина действительно не привык, чтобы не выполняли то, что он говорил.

Я успела быстро повернуться к Матвею, состроить страдальческое лицо, на что он показал мне поднятый вверх палец, что бы это ни значило.

Оскар Германович ждал меня у входа в свой кабинет, и, как только я пересекла порог, закрыл дверь на ключ. Я вопросительно посмотрела на него.

- Вы собираетесь удерживать меня здесь насильно? Это преступление, вообще-то.

- Нет, это чтобы ты снова не сбежала, не договорив со мной.

- А мне казалось, мы уже закончили разговор. – Я пожала плечами, и направилась к дивану, где не так давно лежала. Но на этот раз приняла на нём сидячее положение.

В голове я прикидывала, что если меня сейчас здесь убьют, то никто даже и не хватится меня. Вряд ли тот пьяница из хостела вспомнит, что кроме него в комнате кто-то был.

Оскар Германович взял один из стульев, которые стояли у его стола, и подставил поближе к дивану, сев напротив меня.

- Я жду. – Он сидел максимально расслабленно, широко расставив ноги, и скрестив руки на груди.

Я пыталась выдержать его прямой взгляд, хоть это было и не просто. Постоянно хотелось отвернуться.

- И что, позвольте спросить, именно вы ожидаете? – меня пронзила мысль, что это могло быть какое-то сексуальное рабство. Я смотрела про такое пару раз передачи, и там девушкам приходилось делать то, что мне совсем не хотелось бы повторять.

- Извинений, разумеется. – Просто ответил он.

- Что? Каких извинений? За что?

- За то, что наговорила мне, перед тем как уйти. Ты не знаешь меня, не знаешь, что происходит у меня в жизни, но уже позволила себе сделать выводы, и вылить на меня свои размышления. Теперь я жду извинений.

- Вообще-то, когда вы искали меня, то тоже не сыпали лестными высказываниями. Я всё слышала!

- Приношу свои извинения за то, что неуважительно высказался в твою сторону, просто ты меня разозлила, и я не смог сдержаться. Меня не так-то и просто, на самом деле, вывести из себя.

Я удовлетворенно кивнула. Во-первых, я была довольна тем, что передо мной извинился весь такой из себя миллионер, а во-вторых, приятно было слышать, что тебе удалось сделать то, что многим было не под силу.

- Ну, так что? – не унимался он.

- Что?

- Ты издеваешься? Где мои извинения? Даже я уже перед тобой извинился.

- А я не буду! – я немного задрала нос, чувствуя себя крайне важной персоной. – Потому что ничего такого я не сказала. Не понимаю, как можно было меня не взять после такого представления.

Оскар Германович замер на стуле, меряя меня взглядом. И что-то этот взгляд не сулил мне ничего хорошего.

- Можете открыть дверь, пожалуйста? Я пойду, а то мне нужно продолжить поиски работы, а вы меня задерживаете. Против моей воли, прошу заметить.

Я встала, сделав пару шагов по направлению к двери, а потом меня снесло, словно ураганом, и прижало к ближайшей от выхода стене.

Ураганом оказался всё тот же начальник. Он схватил меня за руки, сцепив их, и поднял наверх, удерживая, так что я оказалась прижатой к стене, и не могла уйти.

- Я не буду повторять дважды. – Прорычал он, и я с удивлением отметила, как близко мы оказались друг к другу. Нос снова уловил его божественный парфюм, и голова даже немного закружилась от такой близости.

- Вы уже сделали это. Дважды повторяли. – Я всегда старалась помнить, что мне следует следить за своим языком, но в такие моменты, как сейчас, разум словно покидал моё тело, и мой рот жил своей жизнью, выдавая всё, что ему захочется.

Лицо Оскара стремительно начало приближаться, и я уже подумала, что сейчас он меня поцелует, но оно прошло дальше по касательной, остановившись возле моего уха.

- Я считаю до трёх, а дальше ты узнаешь, почему лучше всегда сразу же выполнять то, что я прошу. Раз…

Внутри меня что-то щелкнуло, и инстинкт самосохранения вернулся ко мне.

- Ладно, извините. – Пропищала я, зажмурившись.

Прошла секунда, вторая, но ничего не произошло. А когда я открыла глаза, то обнаружила, что Оскар Германович уже отошел от меня на безопасное расстояние, но всё ещё наблюдал за мной.

- Теперь я могу идти? – уточнила я, опустив глаза в пол. Теперь мне было почему-то неловко за всё, что произошло ранее, и то, как я себя вела.

Оскар выждал пару секунд, а потом пошел по направлению к двери, достал ключ из кармана, и открыл её, придерживая, чтобы я могла выйти.

- Да, до свидания. Увидимся завтра.

Я уже почти вышла, погрузившись в свои мысли, но остановилась и повернулась к нему.

- Как завтра? Зачем?

- Затем, что завтра будет твой первый официальный рабочий день. Забыл сказать, что я передумал. Ты принята, работа твоя.

6 глава

Мои глаза серьезно были выпученными целые сутки после таких новостей. Сначала я прошла так мимо Матвея, который сидел за своей стойкой.

- Варвара, всё в порядке?

- Да, я, кажется, получила работу… - растерянно произнесла я, подойдя к лифтам, и нажав на кнопку вызова.

- Я и не сомневался. Мне почему-то сразу показалось, что он вас возьмет.

- Правда? Я вот там когда была тоже не сомневалась, а теперь что-то сомневаюсь.

Лифт пришел на наш этаж, и створки разъехались, пропуская меня внутрь.

- Варя, один вопрос. Вам ведь меньше двадцати восьми, и что-то мне подсказывает, что вы не умеете ни водить, ни на лыжах кататься, так? – как-то задумчиво спросил меня Матвей.

- Ага. – Только и успела ответить я и кивнуть, как лифт захлопнул свои дверцы, увозя меня обратно на землю.

С такими же выпученными глазами после я лежала на узкой неудобной кровати в хостеле, пытаясь уснуть под храп соседа-алкоголика, который, кажется, даже не просыпался за то время, что меня не было. И даже на следующий день добиралась до адреса, который скинул мне Матвей сообщением, я тоже с таким же лицом.

Стоит ли говорить, что, увидев дом, в котором мне предстояло жить, я чуть не упала в обморок, и не улетела в космос от восторга?

При взгляде на Оскара Германовича я, конечно, сразу поняла, что живёт он хорошо, явно не в какой-то квартире со старым ремонтом, но, чтобы настолько…

Я стояла у высокого забора, который окружал дом, находящийся в пригороде нашего города. Местные называли этот райончик «Батон», и всем было известно, что тут живут самые богатые люди города. Почему батон, я уже точно и не помнила. Слышала пару версий про то, что у людей здесь всегда есть деньги на «хлеб с маслом», потому и батон. А ещё про то, что сначала называли район «блатной», потом это трансформировалось в «блатон», а потом и до «батон» дошло.

Нажав на какую-то кнопку, единственную, что я нашла на заборе у калитки, я даже напряглась, ожидая, что меня сейчас погонят со двора, и спустят на меня сторожевых собак.

Но вместо этого раздался звуковой сигнал, и калитка сама по себе начала открываться.

- Чудеса… - зачарованно восхитилась я, проходя внутрь.

Территория дома была даже лучше, чем я представляла, и чем можно было разглядеть через забор. Множество зеленых и цветущих растений, деревьев, и идеально зеленый газон.

Немного залюбовавшись, я не сразу заметила и сообразила, откуда выбежала собака. А там был не маленький пёс. Прямо на встречу мне несся огромный американский бульдог. Я даже запаниковать не успела, как оказалась поваленной на землю.

Вся жизнь пролетела у меня перед глазами. Я закрыла глаза, ожидая укуса или чего-то ещё, но вместо этого, мне начали безудержно лизать лицо.

- Ричи, фу! – услышала я знакомый голос, и через несколько мгновений мокрый язык исчез с моего лица. Оскар Германович стоял надо мной, удерживая пса за ошейник, и солнце светило ровно сзади его головы так, что с моего положения лёжа казалось, будто он святой, и у него светится нимб.

Он подал мне руку, и помог подняться.

- Ты как, нормально?

- Да, вроде бы цела. – Я улыбнулась. – У вас очень любвеобильный пёс. Он побежал на меня, и я сначала перепугалась, что укусит.

Я принялась отряхивать себя от земли и травинок, а пёс по имени Ричи, которого хозяин всё же отпустил, улёгся перед моими ногами на спинку, подставляя свой живот, чтобы его хорошенько потискали.

- Хотел сторожевую собаку завести, хвалили породу, а получилось вот это – показал Оскар рукой на Ричи, который высунул язык от удовольствия, когда я начала чесать ему пузико. – Этот бандита максимум залижет до смерти.

Несмотря ни на что, было видно, с какой любовью говорил о своём питомце Оскар.

- Надо было предупредить о нём, но я что-то забыл. Пошли в дом. У меня не так много времени.

Я оставила собаку, и поплелась по мощеной дорожке вслед за мужчиной. Пока мы шли, мне представилась отличная возможность понаблюдать за его широкими плечами, и кое-чем пониже, что было не менее шикарным.

Мы зашли в широкий холл, где Оскар сказал мне оставить сумку, а дальше последовали в комнату непонятного назначения. Там стояли диваны, на одном из которых сидел уже знакомый мне Матвей, но не было ни телевизора, ни чего-то ещё, так что гостиной я бы назвала эту комнату с натяжкой.

- Матвей передаст тебе договор. Прочитай внимательно, и подпиши. Желательно сегодня к вечеру. Это по факту трудовой договор, только с тем условием, что твой труд, скажем так, будет несколько необычным.

- Да, я поняла уже, что нужно будет играть вашу девушку. – Я краем глаза следила за Матвеем, смотря на его реакцию. Неужели мои догадки верны, и он, и Оскар Германович…ну, того.

- Всё верно. Это будет требовать некоторой близости от нас на публике, поэтому важно, чтобы мы оба знали, что можем себе позволить, а что нет. Сразу предупреждаю, что внутри этого дома и на его территории, мы, как и прежде, останемся просто чужими людьми. Просто работником и работодателем.

- Есть, шеф. – Приложила я руку к голове, но под взглядом, которым меня одарил Оскар Германович немного стушевалась, и убрала её.

- Жить будешь в гостевой спальне. Если надо будет туда что-то заказать, или переделать там что-то – все вопросы решаешь через Матвея. Он тебя туда сейчас проводит. Когда я дома, старайся делать так, чтобы я забывал о том, что ты тут тоже живешь.

Интересно, как он себе это представлял?

- Еду готовит повар, можешь брать в холодильнике что захочешь. Вроде бы всё. Мне надо на работу, а вы тут оставайтесь.

Оскар Германович просто договорив развернулся к выходу, и пошел.

- А, да. Забыл самое главное. В мою комнату без моего разрешения ни в коем случае не входить. Строжайший запрет. Матвей покажет, какая из комнат моя.

Договорив это, он всё же скрылся за дверью, не утруждая себя тем, чтобы послушать и меня. И мы с Матвеем остались вдвоём.

Отгадайте, что мне захотелось сделать в первую очередь?

7 глава

- Нельзя. Вы его слышали. – Сказал Матвей, переведя взгляд на меня.

- Что? – округлила максимально я глаза, словно я совсем и не помышляла только что, как незаметно пробраться в комнату к Оскару, и посмотреть, что там у него, и как. И почему такой секретный секрет.

Матвей лишь укоризненно покачал головой.

- Давайте перейдем к нашим делам.

- Матвей, давай на «ты»? Мы ведь, мне кажется, примерно одного возраста? – мне показалось, что Матвея немного смутило моё предложение, и он даже слегка покраснел, но быстро взял себя в руки.

- Хорошо, почему бы и нет. Давайте…давай посмотрим договор.

Я прошла к дивану, где располагался помощник моего псевдопарня, и довольно плюхнулась рядом с ним на диван.

- Ауч! – начала я тут же тереть свой зад. – А они не такие мягкие и удобные, как кажутся со стороны.

- Зато очень дорогие. Вот образцы договора. Нужно ознакомиться с ним, и к вечеру подписать, и передать Оскару Германовичу. Дальше документами уже займется он. Когда до конца всё оформим, то тебе вернётся твой экземпляр.

- Мамочки, как всё серьезно. – Взяла я толстенную пачку бумаги из его рук. Они что, реально хотели, чтобы я всё это прочитала за несколько часов?

- Теперь пошли, покажу тебе твою комнату, и вообще, проведу небольшую экскурсию по дому.

- Ого, часто тут бываешь? – с абсолютно искренним интересом спросила я, но тут же прикусила язык. Насколько корректно было о таком спрашивать?

- Иногда, в особо тяжелые на работе периоды, приходилось даже жить здесь, чтобы не терять время. Работали с Оскаром Германовичем в поте лица, даже по ночам.

Я не смогла сдержать смешка, и Матвей поднял бровь, глядя на меня.

- Что смешного?

- Ничего прости. Показывай, где тут, как, и что. Очень интересно!

Мы быстро прошлись по первому этажу, где я, конечно же, моментально подметила кухню с огромным холодильником, и поднялись на второй. Там в основном располагались спальни. Да-да! Много спален.

Зачем такое количество спален было человеку, который жил один, было для меня загадкой.

- Вот, это комната Оскара Германовича. Она обычно запирается, когда его нет, но ещё раз повторюсь, туда заходить нельзя.

- Да поняла я, поняла.

Мы прошли ещё немного по коридору, и остановились у двери, находящейся через одну от комнаты хозяина дома.

- Это будет твоя комната. – Матвей распахнул передо мной дверь, и меня буквально ослепило. Всё в комнате было таким светлым, и уютным. Дневной свет отражался от белого цвета, и казалось, будто солнце поселилось в этой комнате вместе со мной. – Ну как тебе?

Он мог и не спрашивать, потому что я с щенячьим восторгом уже бегала из угла в угол, рассматривая всё, что тут было.

- Посмотри, какие штучки! – весело продемонстрировала я Матвею декоративную статуэтку, стоящую на комоде, подняв её, и потряся её в воздухе. На ней были приделаны какие-то бусины, которые издавали очень приятный звук, соприкасаясь друг с другом.

- Ага. Вообще-то, эта статуэтка стоит несколько сотен тысяч долларов.

- Упс. – Сказала я, и тут же чуть не выронила её из рук. Но, успела подхватить, и поставить на место.

Матвей даже побледнел, когда это произошло.

- Так, первое изменение, которое я прошу внести в мою комнату, это убрать все дорогие вещи. Особенно, если они дороги хозяину. Как-то уж так повелось в моей жизни, что я не самый ловкий человек.

- Мудрое решение. Статуэтку уберем.

Большую площадь комнаты, конечно же, занимала кровать. Она была накрыта каким-то пушистым покрывалом, выглядящим крайне уютно и мягко. Но я, помня свой опыт с диванами, на этот раз сначала потрогала его рукой. И даже зажмурилась от наслаждения.

- Обалдеть, как мягко!

Отойдя на пару шагов назад, я взяла разбег, и побежала в сторону кровати, после чего со всей силой плюхнулась на неё.

- Кайф в чистом виде! Уже представляю, как буду спать на этой кроватке!

Матвей всё это время стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу.

- Давай, прыгай сюда. Зацени, как тут классно! – похлопала я по кровати рядом с собой, призывно глядя на помощника Оскара.

- Что? Прыгать? Нет, спасибо. Как-то это неудобно.

Я приподнялась на локтях, нахмурившись.

- Я же вижу, что тебе хочется. Давай, я никому не расскажу. Обещаю. Твоего начальника тут нет, расслабься ты уже!

В итоге через две минуты уговоров, Матвей поддался на мою провокацию, и прыгнул рядом со мной.

Я повернула голову к нему, когда он приземлился.

- Ну как?

- И правда круто. Очень мягкий матрас. – улыбнулся мне он в ответ.

Наверное, мы вели себя немного шумно, потому что ничего не слышали, кроме того, что происходит в комнате.

А, как оказалось, в дверях уже несколько секунд стоял Оскар Германович, крайне недовольно глядя на нас.

Ещё бы, можно было представить, какая ему сейчас открывалась картина: я и его помощник лежали вдвоём на кровати, через пятнадцать минут после того, как он оставил нас вдвоём.

- Я не понял, а что тут вообще происходит? – раздался грохотом голос Оскара.

8 глава

- Ой, Оскар Германович. – Тут же вскочил Матвей на ноги, начав мельтешить вокруг своего начальника, а я осталась лежать, прикрыв лицо ладонями.

Это надо же было так опростоволоситься даже не в первый день, а в первый час нахождения в этом доме! Шансы на то, что меня сейчас же выставят отсюда, увеличивались с каждой секундой.

- Этого больше не повторится. – Опустил голову вниз Матвей, а я подглядывала за всем происходящим сквозь щель между пальцев, которыми закрывала глаза.

Оскар одарил нас с Матвеем такими взглядами, что я чуть не поперхнулась. Он казался действительно рассерженным, только вот мне было непонятно, чем именно.

- Ещё раз увижу подобное, вылетите отсюда оба. Это первое и последнее предупреждение.

Я села на кровати, и кивнула. Матвей стоял ни живой, ни мертвый. Меня вдруг посетила мысль: а может, Оскар Германович просто-напросто ревнует?

Ну, точно! Вот, и венки на лбу вышли от злости, и кулаки сжатые...Приревновал Матвея ко мне! Ох уж эти непонятные мне отношения!

- Матвей, ты всё успел показать Варе, или только на кровати с ней прыгал? – из уст Оскара Германовича это звучало совсем уж пошло.

- Договор ей передал, дом показал.

- Хорошо, тогда едем на работу. Я документ один забыл, вот и вернулся. Значит, поедем вместе обратно.

Мужчины покинули мою комнату, не сказав мне ни слова, будто меня и не было здесь рядом с ними, и я осталась одна.

Веселиться уже не так хотелось, так что я прислушалась к тому, что происходило за дверью, прижав к ней ухо, и, когда убедилась, что всё стихло, и никого за ней нет, пошла за своим чемоданом, чтобы разобрать вещи, и заселиться окончательно.

Почти весь оставшийся день до вечера я потратила на то, чтобы прочитать и внести пометки в договор, который для меня оставили. И, как оказалось, очень хорошо, что я не стала его бездумно подписывать, как хотела изначально.

К тому моменту, как я услышала характерный топот по лестнице, бумаги передо мной были вдоль и поперек в отметках того, что я хотела бы обсудить или исправить.

Например, пункт о том, что я не должна была общаться с другими не знакомыми мне мужчинами за пределами этого дома, и тогда, когда рядом со мной отсутствовал Оскар. Мы что, в девятнадцатом веке?

А то, что я каждый раз обязана была изображать неземную любовь и моментально разгорающуюся страсть, когда он будет целовать меня на людях? Что, нельзя просто чмокнуться? Нужно именно полыхать от страсти? Хотя…мне всегда казалось, что такие мужчины, как Оскар, не умеют просто целоваться. Они всегда делают это с огоньком.

При мыслях о поцелуях с этим большим мужчиной, я отчего-то покраснела, хотя до этого дала себе чёткую установку: ни в коем случае, что бы ни случилось, не начинать испытывать никаких эмоций по отношению к Оскару.

Даже решила про себя называть его босс, начальник, или шеф, чтобы лучше ощущать дистанцию между нами. Ведь если говорить языком фактов, именно боссом для меня он сейчас и являлся. Я оказывала ему услуги, а он мне за это платил.

Прозвучало двусмысленно, конечно, но, думаю, основная суть понятна.

Со всеми своими претензиями и пожеланиями, я вышла в коридор, ожидая, когда с лестницы выйдет Оскар, и он не заставил меня ждать.

Выглядел он крайне усталым. Похоже, рабочий день выдался что надо, и его изрядно вымотал. Он нёс свой пиджак в руках, галстук ослабленно висел на шее, а рукава рубашки загнуты.

- Добрый вечер! Я посмотрела договор, и внесла некоторые правки… - начала я, идя на встречу к Оскару.

- Чёрт. Я и забыл, что ты уже тут. – Он взял из моих рук договор, открыл последнюю страницу, и уставился на место, где должна была стоять подпись, но пока было пусто.

- Не понял, почему не подписано?

- Я же говорю, внесла некоторые поправки.

Я стояла рядом с мощной фигурой своего босса, и ощущала себя словно в детском саду, смотрящей снизу вверх. От него просто разило мужской энергией. Казалось, что он из тех, кто может взять женщину, забросить на плечо, и унести к себе в пещеру.

Эх, такой мужчина, а выбрал не ту сторону…Как же так!

Неожиданно, пока я предавалась своим фантазиям, моё тело действительно переместилось под воздействием фигуры Оскара Германовича, оказавшись прижатым к периллам. В одной руке он держал договор, который я ему передала, вторую поставил рядом с моей талией.

У меня даже дыхание спёрло от скорости его действий, и того, как он на меня смотрел.

- Значит так, Варя. Я очень устал, голоден, и немного раздражен некоторыми событиями, которые произошли сегодня. Я дал тебе договор, чтобы ты его подписала, но ты этого не сделала.

- Но я вносила правки.

- Я не договорил. – С напором проговорил Оскар. – Тебя никто не просил ничего менять. Просто ознакомиться, и подписать. По-моему, не так уж и сложно. Не заставляй меня жалеть, что я взял тебя.

От возмущения моя грудь часто вздымалась, но я не могла выдавить и слова, чтобы сказать хоть что-то ему наперекор.

Оскар подхватил мой подбородок пальцами, и поднял лицо по направлению к себе.

- Ты меня поняла? Жду подписанный договор внизу, в моём кабинете, через двадцать минут. И да, завтра у нас уже будут гости, так что готовься, шоу начинается. Советую начать репетировать взгляд полный любви, и то, как будешь не в силах отлипнуть от моего поцелуя!

9 глава

Я вернулась к себе в комнату немного ошарашенная тем, как прошла наша встреча. Я, если честно, ожидала более понятный мне подход.

Может, я зря во всё это ввязалась? Присев на кровать, я зашла в свой интернет-банк, и тяжело вздохнула. Нет, у меня точно не было выбора. Таких денег, как здесь, мне больше нигде не заплатят.

Тем более, что я могла не волноваться за свои честь и достоинство, в договоре было чётко прописано: весь контакт ограничивается объятиями и поцелуями в присутствии посторонних людей, во всех остальных случаях он исключен.

Замерев на пару секунд над последним листом договора, я быстро поставила свою размашистую подпись, и закрыла, пока не передумала.

- Вот и всё, Варя. Добровольное рабство открывает свои двери, и приветствует тебя. – Бурчала я себе под нос, выходя из комнаты.

Нужно было поскорее отдать договор Оскару Германовичу, и покончить уже с этим вопросом.

Я уже плохо помнила, где находился его кабинет, и сначала пару раз натыкалась не на те помещения. Прачечную, какую-то подсобку, одно было вообще закрыто на ключ. Я даже сначала подумала, что это и есть кабинет, просто Оскар закрылся изнутри, поэтому постучала. Но мне никто не открыл.

Через пять минут скитаний я всё же нашла нужную мне комнату. Оскар сидел за большим дубовым столом, откинувшись в своём кожаном кресле, и попивал что-то из стакана, по цвету напоминающее сок, который он предлагал мне в своём офисе.

Его рубашка была теперь наполовину расстёгнута, и я могла видеть, что его грудь была покрыта негустой, но всё же имеющейся растительностью.

Он, казалось, не обращал на меня внимание, смотря куда-то в стол, и думая о чём-то своём. Поэтому я покашляла, обозначая своё присутствие.