Возвращение на планету Терра

Пролог

По бескрайним просторам космоса, вдали от родного Солнца, межзвёздный корабль держит путь к ближайшей звезде-соседу – красному карлику Проксима в системе Альфа Центавра. Давным-давно покинув родную систему, он мчится вперёд в тишине и безмятежности, оставляя позади сотни лет пути.

Он, как упрямый мул, несёт на себе важную миссию: экспансию человека в неизведанный мир. Но самое главное – это возможность сохранения будущего для человечества как вида в случае глобальной катастрофы дома, которую предрекали уже многие поколения. Наконец-то птенец расправил крылья и отправился в полёт, впервые покинув родное гнездо.

Окружённый далёкими звёздами, корабль, казалось, застыл на месте. Однако это только иллюзия: тысячи километров проносятся мимо него в одно мгновение. Он словно скользит по зеркальной глади океана в тихую звёздную ночь. За бортом – миллиарды недосягаемых миров, туманности и загадочные чёрные дыры.

Ионные двигатели завершили свою работу, разогнав корабль до нужной скорости. Теперь они бездействуют до следующего этапа миссии. В тёмных отсеках и каютах никого нет.

Суперкомпьютер, собирающий информацию с многочисленных датчиков, безустанно контролирует системы корабля. Корабль словно живой организм, хотя и выглядит как бездушное нагромождение металлических конструкций, созданное для полёта в соседний мир.

Это не просто корабль, а ковчег, и в его трюмах бесценное содержимое, которое необходимо сберечь любой ценой. Поэтому безопасность груза была превыше всего.

В носовой части и на корме ковчега были установлены титановые экраны для защиты от встречной пыли и баки с водой, которые служили бронёй от бомбардировок случайных атомов, попадающихся на пути. Помимо этого, впереди ковчега установлена внушительных размеров сфера с динамо-машиной внутри. Создаваемое ею мощное магнитное поле надёжно защищало ковчег от радиации. В этом поле возникали редкие вспышки и яркие разноцветные линии, вызванные аннигилирующими частицами звёздного ветра. Иногда эти всполохи создавали настоящее светопредставление, напоминая северное сияние.

Титановая защита, подвергавшаяся долгие годы бомбардировке, стала похожа на выщербленный и изъеденный коррозией металл.

На корме располагались резервуары с радиоактивным топливом, необходимым для предстоящего многолетнего торможения. Ещё там были баки с запасами химического топлива для маневровых двигателей, необходимых для разворота и корректировки ковчега.

Огромные поля испарителей, простирающиеся на гектары вширь и вдаль, выводили излишки вырабатываемого тепла в космос. Несколько массивных гиродинов, напоминающих круглые наросты на стволе дерева, обеспечивали дополнительную стабилизацию всей массивной конструкции. Их натужный гул был не слышен, так же как и скрипы, постукивания и прочие звуки, издаваемые этим огромным и на первый взгляд нелепым ковчегом.

ковчег мало походил на межзвёздный корабль, скорее на искореженную высоковольтную вышку длиной около пяти километров и местами разнесённую на сотни метров в разные стороны.

Глазами ковчега был его радар. Он выискивал в пространстве метеороиды, угрожавшие ему, и предупреждал суперкомпьютер, который включал режим уклонения, если было нужно.

Радар прекрасно видел объекты размером со спичечный коробок и даже меньше. Компьютер же умело избегал столкновений. Однако в исключительных случаях, когда запрограммированное мышление искусственного интеллекта не справлялось с опасностью, ему на помощь приходила команда из четырёх человек.

Всего на борту ковчега в состоянии криогенного сна находились двадцать пять тысяч человек. Среди них были те, кого разбудят раньше срока, если компьютер не сможет решить проблему, – те самые четверо. Их называли просто – спасатели.

Позади ковчега на фоне далеких звёзд, видимая лишь радару, появилась еще одна очень тусклая и крохотная звёздочка. В отличие от всех остальных светил, она не стояла на месте и, имея тот же курс, что и ковчег, медленно догоняла его.

Пока что она ещё была очень и очень далеко. Но компьютер, следивший за ней вот уже много месяцев, вычислил её траекторию и определил, что столкновение неизбежно. Он мог отдать команду на уклонение, но, точно идентифицировав объект, столкнулся с неразрешимой задачей. Это был рукотворный объект, ещё один корабль, соблюдавший полное радиомолчание.

Впервые за весь полёт компьютер «не знал», что ему делать.

Когда объект пересёк границу и вошёл в опасную зону, на ковчеге сработала сигнализация. Незамедлительно был инициирован и запущен протокол экстренной ситуации. Команду спасателей подготовили к «разморозке».

Глава 1. Пробуждение

Отражая свет холодных ламп, криогенные капсулы стояли в небольшом отсеке. Мрачный, с тусклым освещением, он весь сверху донизу был металлическим, холодным, с многочисленными жилами проводов, опутывающих здесь все стены и потолок. Стеновые панели гудели от вибраций вентиляторов, гоняющих воздух по системе воздуховодов, создавая сквозняки. Множество труб и гофр ныряли в стены и исчезали в лабиринтах шахт, паутиной опутывающих ковчег. Пара мониторов, ящики и холодные скамейки – вот и всё, на большее не было места и надобности.

Защитная оболочка капсул разбилась, и в ячейках решетчатого пола было полно «стеклянных» осколков. Крышки сдвинуты: мягкое ложе бледно-зелёного цвета, заваленное вермишелью из проводов, катетеров и останками засохшего консерванта, остывало – это всё отработанный материал, он будет сброшен в космос.

Стэн разглядел всё ещё слегка тёмный оттенок кожи напарника, одевающегося рядом, сравнив его с белой кожей Энни, прошедшей перед ним в чём мать родила. Затем он с легкой досадой оглядел себя: «Одна кожа да кости».

– Дэн, ты ни на йоту не побледнел, в чём твой секрет? – спросил Стэн прокашлявшись. Язык и губы ворочались с трудом, словно после прогулки на морозе. Он всё ещё чувствовал трубку в своей трахеи. Руки и ноги покалывало, а пальцы плохо слушались. Не хватало сил даже сжать руку в кулак.

– Ага, завидуешь? – радостно ответил Дэн. – Спасибо моему папаше и техасскому жаркому солнышку.

– Твой батя занимался любовью с солнцем? Тогда понятно! – хихикнула Энни.

– Надеюсь, там, куда мы летим, будет возможность позагорать, – улыбнулся Стэн.

– Закатайте-ка губы, мальчики, – сказала Джиллиан. – Тут должен быть прекрасный солярий, а про настоящее солнце забудьте. Красный карлик светит хуже, чем Солнце на Марсе. Сомневаюсь, что там кто-то вообще сможет выйти из убежища без скафандра.

– Если долетим, – сказала Энни.

Хрустя ботинками по кучкам стеклянного шлака, Джиллиан забрала из капсулы малочисленные личные вещи и сложила их в заплечный мешок. В последний раз взглянула на отпечаток своей фигуры на остывшем ложе и отвернулась, прогоняя неожиданно налетевшие сентиментальные мысли:

– Эй, мартышка, ты свою игрушку-то не забыл на Земле?

– Конечно, нет, кукушонок мой! – Дэн похлопал по сумочке на поясе, где лежал его йо-йо. – Самое ценное в первую очередь!

Джиллиан ухмыльнулась: – Стэн тебе льстит. Ты такая же бледная поганка, как и все мы. Вдобавок еще и облезаешь. Ты спал плохо?

– Ещё бы. Без тебя спать – одна мука, радость моя, – парировал Дэн. – Я долго ворочался и не мог уснуть.

– Врунишка, – улыбнулась девушка, глядя на Дэна.

Дэн взглянул в зеркало и рассмеялся: на его лбу и ушах виднелись остатки консерванта, похожие на высохшую бледно-зелёную плёнку. Он был в приподнятом настроении, и его непринуждённость передалась остальным, развеяв неприятный осадок.

Команда привыкала к слабой гравитации. На пару этажей ниже она будет существенно сильнее, ближе к марсианской. Каждый ощущал легкую инертность в своих движениях, ощущая внутренним ухом направление вращения их модуля, особенно при повороте головы или при взмахе рук – неизбежный эффект Кориолиса, к которому придётся привыкнуть. В желудках, заполненных питательным физраствором, происходило неприятное брожение. Общую слабость усиливало головокружение.

Дэн, забравшись в комбинезон быстрее всех, стал бросать йо-йо и с интересом наблюдать, как его немного уводит в сторону. Казалось, что побочные эффекты после гибернации его совершенно не беспокоили.

– Энни, ты как? – спросил Стэн, глядя на свою подругу. Та с трудом застёгивала молнию комбинезона. Она пыхтела и смешно пошатывалась, то и дело хватаясь за поручни. Энни подняла большой палец вверх и сказала:

– Хорошо, только блевать хочется. Самым трудным было вытащить трубку. Чёрт, глубоко же они её запихали.

До окончания полёта ковчега оставалось двадцать лет. Когда все проснулись, первое, что все сделали, – посмотрели в календарь. Могло быть и намного хуже: например, середина пути или его начало. Слабое утешение, но двадцать лет – это не так уж много. Однако думать об этом было невыносимо и очень обидно.

Никто не ожидал, что их вообще разбудят, а уж тем более что это произойдёт так близко к финишу. Зависть к счастливчикам из других команд, кто дожидался своего часа икс в капсулах, отравляла душу. Тебя словно разбудили одного за минуту до общего подъёма и остановили время. Рассвет только занимается, но восхода ты никогда не увидишь. Поэтому за маской радости у всех скрывалась другая: негодование, ощущение крупного проигрыша в казино.

Когда-то друзья сознательно пошли на риск и подписали контракт. Они получили желанные билеты и радовались своей удаче. Инженеры и астрофизики уверяли их, что во время полёта ничего не случится и автоматика сама справится со всем, а их роль – просто формальность. «Вы пронесётесь через галактику и проснётесь как ни в чём не бывало. Поздравляем!» – говорили они.

Однако шанс сбежать с Земли был очень заманчивым. О другой стороне медали говорили мало и неохотно, и к началу старта многие из спасателей уже не думали, что кого-то могут разбудить раньше времени. Ковчег казался непотопляемым, а возможностью подъёма раньше срока лишь пугали, как детской страшилкой, или отшучивались – не более.

Но это произошло. Это значит, что случилось что-то серьёзное, а все остальные способы уже были испробованы.

– Джил, ты так и не сказала, как рада меня видеть! – Дэн обнял девушку и попытался поцеловать её. – Я по тебе жутко соскучился… Ай-йя-яй! Моя губа!

Джиллиан довольно осклабилась, показав зубки в хищной улыбке.

– Извини, не удержалась. Странно, мне вот всё время снился голубоглазый шатен с бронзовым загаром и телом атлета. Мы были на необитаемом тропическом острове и всё свободное время занимались любовью. А неподалеку на рейде качалась белая яхта, наверное, наша, – сказала Джиллиан и ловко увернулась от поцелуев Дэна, заодно щёлкнув того по носу.

– Ах ты моя маленькая, ненасытная…

– Боже! Ну хватит, меня сейчас стошнит, – сказала Энни и высунула язык.

Закончив натягивать униформу, она подошла к Стэну и, нежно поцеловала его.

– Ну что, пора, дорогой?

Она взяла его руку в свою и повела к двери.

– Поздравляю, Стэни, ты официально вступил в должность капитана, – сказала Джиллиан, подмигнув.

– А разве мы не должны сейчас нервничать? – спросил Дэн. – Лично у меня нехорошее предчувствие.

Все подошли к двери. Капитан потянулся к замку гермозатвора, но Дэн остановил его руку.

– Капитан, а если за дверью нас ждёт гибель? Мы же ничего не знаем. Вдруг там произошла разгерметизация или начался пожар? – беспокоился Дэн, кивнув в сторону шлюза. Затем он приложил ухо к прохладному металлу двери. – А может, за ней лишь космический холод, и, открыв её, мы все тут же отправимся обратно в заморозку.

Все переглянулись. Стэн, помедлив произнёс:

– Дубина ты эдакая, хорош панику наводить. Вот и пойдёшь первым, балда.

Дэн засмеялся.

– Видели бы вы свои рожи! Бро, давай же, открывай дверь, ну же, чёрт возьми, я жду! – не унимался он. Дэн встал в позу стрелка и положил руки на воображаемую кобуру пистолетов.

Капитан с немного недовольным видом нажал на кнопку замка. Дверь с всасывающим звуком отъехала в сторону, освободив проход и впустив тёплый воздух.

Глава 2. Хохлома

Не успев толком привыкнуть к гравитации ковчега и другим прелестям его просторного жилого модуля, как им пришлось покинуть его. На небольшом корабле, в тесноте и в невесомости они отправились к месту, которое указал радар.

После восьмидесяти двух часов перелёта они наконец увидели вблизи то, из-за чего их разбудили раньше времени. На экранах мониторов виднелся корабль, точь-в-точь как их собственный.

– Кэп, как такое возможно? – спросил Дэн. – Что они тут позабыли?

– Хм. Я не знаю, – ответил Стэн, глядя в монитор.

– И почему им не сиделось на своём ковчеге? Энни, они так и не вышли на связь? – спросила Джиллиан.

– Нет, я всё перепробовала. Молчат.

Корабль спасателей приблизился на минимальное расстояние. На мониторе в перекрестии прицела проплывала корма с нанесённым российским флагом.

– А нам точно нужно подниматься на борт? – нахмурился Дэн. – Может просто чуточку столкнём его с пути и пусть себе летит дальше?

– Нет. Вдруг им нужна помощь? Мы должны узнать в чём дело. Если хочешь, можешь остаться, – ответил Стэн.

– Гляньте, а тарелки-то и нет, – Джиллиан кивнула на экран. – Теперь ясно, почему они молчат. Посмотрите, она выдрана с куском обшивки, и ещё рядом повреждения!

– Бедненькие, – прошептала Энни.

– Подчистую! Оглохли и ослепли, – сказал Дэн, направляясь к шлюзу. – Чует моё сердечко, внутри нас ждут неприятности.

– У меня мурашки по коже от одного его вида, – сказала Джиллиан. – Почему они никак не реагируют на наше присутствие, кэп? Могли бы помигать нам.

– Может, у них радар не в порядке, хотя навряд ли, – сказал Стэн, надевая шлем. – Они должны были засечь нас еще на подходе. Энни, будь начеку. Как только мы взойдём на борт, будь готова к немедленной расстыковке и не глуши движок.

– Я не брошу вас там ни за что!

– Правила, милая, не спорь, – твёрдо произнёс капитан. – Я уверен, всё будет хорошо и до этого не дойдёт. Так, выдвигаемся!

Три астронавта проплыли в шлюзовую камеру. Стэн подмигнул Энни и, поймав в ответ тревожный взгляд, запечатал отсек изнутри.

Все трое с волнением и любопытством смотрели в иллюминатор. За стеклом отчетливо виднелся борт соседнего корабля. На нём был нанесён префикс, а затем название ковчега, к которому принадлежит это судно: «МТПЗ02Р РТ СОЗДАТЕЛЬ».

Их же собственный ковчег был без названия. Межнациональная лига стран содружества во главе старшего члена – Америки – отказались давать название их совместному детищу после серии скандальных голосований, споров и выяснений отношений. В итоге было решено оставить только аббревиатуру «МТПЗ01Л», дабы избежать дальнейших распрей. Русские с китайцами обещали поступить так же, приступая к строительству. Но, видимо, передумали.

– Не, ну вы видели? – возмутился Дэн, глядя на золотистую хохлому, обрамляющую название. – Они считают себя богами! «СОЗДАТЕЛЬ» – то же мне!

Корабли поравнялись, и их люки оказались на расстоянии десяти метров друг от друга. Выдвинувшиеся захваты осторожно «нащупали» и ухватили соседний корабль. Лёгкая дрожь прошла по корпусу, когда корабли сблизились ещё ближе. Где-то что-то гулко ухнуло, зажужжало, и в недрах, глубоко под обшивкой, зашумели насосы. Из шлюза откачали воздух. Затем отделился стыковочный рукав. Он вытянулся, словно гармошка, закрепился на корпусе русского корабля и образовал закрытый переходный туннель для астронавтов.

– Даже не встречают, – прошептала Джиллиан. – Не нравится мне это.

– … Контакт. Выход разрешен. Будьте осторожны, – голос Энни немного дрожал в динамиках.

Он хихикнул и легонько шлёпнул Джиллиан по попе.

– Эй, да что с тобой? – она отмахнулась от мужчины и закружилась по отсеку. – Тебе, мартышка, совсем не страшно? Там невесть что, а ты дурака валяешь…

– Перестаньте! На игры у вас ещё будет время, – рассердился Стэн. – Я иду первым. Дэн, ты за мной.

– Вас понял, кэп.

Крышка шлюзовой камеры плавно отползла в сторону, и трое астронавтов один за другим покинули свой корабль.

Глава 3. Пыль

На устройстве загорелась зелёная лампочка: «Давление выравнено – люк деблокирован».

– В шлюзовой отсутствует атмосфера, – предупредил Стэн.

Он отсоединил дешифратор и закрыл лючок замка. Затем он провел рукой по шероховатой обшивке корабля, ощутив его мощь. Немного помедлив, он упёрся плечом и отодвинул люк в сторону. Взойдя на борт, астронавты поставили крышку на место. Автоматика освещения отсека не работала, так же, как и отсутствовал обязательный аварийный свет. За небольшим иллюминатором, ведущим внутрь жилого отсека, было темно. Корабль, по всей видимости, был обесточен полностью.

Дэн и Джиллиан внимательно следили за капитаном. Осталось открыть ещё внутренний люк. За ним могло быть всё что угодно. Стэн постучал по нему и заглянул в иллюминатор. Подождав с полминуты, он открыл замок. Дэн разблокировал второй со своей стороны. Люк поддался и легко ушёл в сторону.

Убрав последнее препятствие, капитан первым проник в тамбур корабля; по его телу пробежала дрожь, словно от легкого электрического разряда. Прожектора астронавтов неожиданно заморгали, грозясь потухнуть, но быстро вернулись в норму, и продолжили ярко освещать отсек.

– Что это было? – спросила шёпотом Джиллиан.

– Не знаю, может, статика? Дэн, проверь напряжение на обшивке, – попросил Стэн.

Дэн прислонил вольтметр к стене.

– Всё чисто.

– Может, он на автопилоте? – спросила Джиллиан, задвигая крышку люка на место.

– Хм. Скоро узнаем, – ответил Стэн и проплыл на мостик. – Дэн, загляни в электрощиток и проверь предохранители.

– Энни, прием! Мы внутри, слышишь нас?

– …Слежу за вами, кэп. Осторожней там.

– Завари нам кофейку, Энни, мы уже скоро. Похоже, тут никого. Может, принести тебе сувенир на память, магнитик с медведем, например? Ты была когда-нибудь в России? Представляешь, тут в глубоком космосе…

– Дэн, да замолкни ты уже! Получишь же ты у меня сегодня глубокий космос и останешься без секса до конца полёта, – пригрозила Джиллиан, стукнув его по шлему.

– А что я такого сказал? Просто пошутил. Энни, подруга, тебя же это никак не задело?

– …И не надейся. Ты бы лучше смотрел в оба.

– Так, прекращаем болтовню в эфире. Дети, честное слово, – угомонил всех Стэн.

Астронавты осмотрелись: на стене возле шлюза висели четыре скафандра – полный комплект. Все дверцы шкафчиков, ящичков были закрыты, по всюду был соблюден относительный порядок. Многочисленные мелкие вещи закреплены резинками или держались на липучках. Видимых следов каких-либо повреждений не было.

– На первый взгляд, всё хорошо, если не считать антенны. Корабль выглядит так, словно его давно покинули, и он прилетел сюда сам по себе.

– Неа, ты ошибаешься, Джил, – сказал Дэн. – Тут на спинке кресла одежда, и, если присмотреться, много чего ещё. Тут явно кто-то был.

На креслах, расположенных по обе стороны от центральной стойки, топорщились какие-то тряпки, удерживаемые резинками. В пространстве парили фломастер, скомканная бумажка, а в углу виднелась открытая и полупустая переносная аптечка. Ещё здесь была мягкая игрушка – зверёк с большими ушами, который был привязан шнурком к одному из мониторов.

Всё вокруг было покрыто слоем пыли, и в лучах прожекторов предметы сливались с общим серым фоном. Круги света прыгали по поверхностям, играя в догонялки с тенями. Люминесцентные таблички не светились, указывая на то, что подзаряжающего их света не было очень давно.

– Корабль был обитаем, – сказал Стэн. – Дэн, так что там с электричеством?

Дэн подплыл к электрощиту и открыл его. Порывшись в его внутренностях, он удивлённо произнёс: – Здесь нет предохранителей, в остальном всё в порядке.

Стэн достал из шкафчика бортовой журнал и пролистал его. Малочисленные записи были на русском, и, ничего не поняв, он вернул его обратно.

– Можно принести с нашего корабля, – сказал Стэн другу, подплывая к коридору, ведущему в глубь корабля. – Или можем запитаться напрямую от нас.

– Капитан, а смысл? На кой оно нам? Давайте просто всё осмотрим и свалим. Мне здесь не нравится, – произнёс Дэн. Он нервничал, гнетущая атмосфера навевала воспоминания о страхах, пережитых им во время совместного просмотра фильмов ужасов, которые так любила Джиллиан.

– Нужно понять, что тут произошло, трусишка. Не поздороваться же они к нам летели, – ответила Джиллиан.

– Джил права. Да и в бортовом журнале записей почти нет, к тому же всё на русском. Давайте заберём пару планшетов, может быть, найдём в них что-то полезное. Нам нужна любая информация для протоколирования. Правила есть правила.

– Кому нужны эти правила? – не унимался Дэн. – Корабль полетит дальше, лишь немного другим курсом. Никто даже и не узнает об этом.

– Глупость какая! – возмутилась Джиллиан. – Всё уже есть в нашем компьютере, Дэн, не будь дураком. Когда мы доберёмся до места, нас обязательно спросят об этом инциденте.

– Мы должны перво-наперво устранить опасность, грозящую ковчегу, – настаивал Дэн. – Как по мне, мы должны были сбить его сразу. Выяснять причину – дополнительно подвергать себя опасности!

– Дэн, прекрати уже истерить, ведешь себя иррационально!

– А что я такого сказал, кэп? Вдруг тут зараза какая?

– Поэтому мы и изолированы от «груза» на ковчеге, – возразил Стэн. – Любую заразу выявит сканер – бояться нечего.

– Это может быть что-то инопланетное, чего мы не знаем.

– Когда же ты угомонишься, милый?

– Астероиды переносят органику, – Дэн серьёзно посмотрел на Джиллиан. – Это факт. Вспомните повреждения. Возможно, один из таких булыжников врезался в этот корабль.

– …Ты пересмотрел ужастиков, Дэн. – вмешалась Энни, внимательно слушая их разговоры.

– Джил, Энни, он отчасти прав, – вступился за друга Стэн. – Даже в таких условиях вирус может выжить, прилипнув тут к чему угодно. Возможно, здесь имеется разгерметизация. Постарайтесь меньше касаться предметов и поднимать пыль. Странно, но эта пыль похожа на перхоть.

– Фу-у, Стэн! – воскликнули с брезгливостью девушки.

Все трое осмотрели свои руки. Дэн хлопнул в ладоши, вызвав облачко пыли.

– Ладно, я в жилой отсек, – сказал Стэн. – Всем идти туда нет смысла. Экипаж там, я уверен, так что зрелище будет не из приятных.

Темнота коридора, уходящего в недра корабля, завораживала, и Стэн не спешил. Яркое пятно света, выпущенное его прожектором, опустилось до самого дна прохода и разогнало тень. Следуя за лучом, мужчина медленно выглядывал из-за угла, пытаясь разглядеть, что находится там.

– …Капитан! – Неожиданный голос Энни вывел его из транса. Он вздрогнул, словно пробуждаясь. – Тут что-то происходит, приборы показывают какую-то ерунду…

Внезапно корабль содрогнулся: стены, пол и потолок задрожали. Корабль качнуло сначала в одну сторону, затем в другую. Обшивка стен завибрировала.

Тряпки на креслах заколыхались, дверцы шкафчиков распахнулись, и из них вылетело содержимое. Мелкие предметы сорвались с мест и устремились в полёт по кораблю. Взбаламученная пыль повисла в пространстве, ухудшая видимость.

– Что происходит? – Вскрикнула Джиллиан. Она стала стучать себя по шлему. – Мои приборы тоже сходят с ума!

– И у меня! – воскликнул Дэн.

– Что с кораблем? Почему мы движемся? Прием! – спросил Стэн у Энни. Он развернулся в тот момент, когда в конце коридора что-то шевельнулось.

– Может это электромагнитный импульс? – спросила Джиллиан.

– Энни, ты слышишь меня? Что происходит? – Стэн не прекращал попытки связаться с их кораблём, но рация молчала.

Вдруг все услышали помехи и обрывистую речь подруги:

– …ята, что со связь… искрит… Как слыш… вас… Помо… держу кораб…

Через треск помех разобрать что-то было сложно.

– Энни, Эн! – Стэн старался сохранять спокойствие, но не мог скрыть своего волнения. Он приказал: – Возвращаемся, быстро!

– Вечно у неё что-то ломается, – проворчал Дэн и метнулся к люку.

Джиллиан не двинулась с места. Она замерла и уставилась на капитана, точнее – на то, что было за его спиной.

– Джил? Что с тобой? Давай, нужно уходить. – Стэн почувствовал растущую тревогу, смотря в широко раскрытые глаза девушки.