- -
- 100%
- +
Она отпила глоток чаю и спросила себя, почему она так привязана к этой дурацкой чашке. Может, потому что чашка не давала ей скучать по матери.
Она услышала шаги на лестничной площадке и тут же звук ключа, который пытался открыть незапертый замок. Должно быть, он был не вполне трезв. Она оставляла свет в коридоре гореть, как всегда, когда была ещё на ногах, а дверь стояла незапертой. Она чувствовала себя в этой квартире в безопасности и не любила запираться. Она считала это недружественным актом, ведь это означало бы, что она исключает Ноя.
– Ты ещё не спишь? – спросил Ной. В рабочие дни Камилла ложилась рано.
– Я беспокоилась.
– За своего будущего бывшего? – язвительно спросил он, достал из холодильника пиво и подсел к ней.
– Лучше бы ты взял «Алка-Зельтцер».
Ему понадобилось несколько попыток, чтобы открыть пиво, он сделал глоток и отставил бутылку с преувеличенным выдохом облегчения.
Они долго смотрели друг на друга. Как будто им было нечего или, наоборот, много чего сказать друг другу.
Наконец Камилла пожала плечами и разочарованно опустила их.
– Я знаю.
– Но всё равно это делаешь.
– Я должна.
– Чепуха.
Камилла закрыла глаза и мягко помотала головой:
– Возможно, я слишком долго занималась этой работой. Я теперь смотрю на жизнь глазами бухгалтера. И с этой точки зрения у меня ничего не сходится. Дебет с кредитом. И не подождёшь, когда сойдётся. Надо что-то делать. Хотя это причиняет боль. Иначе в итоге всем будет ещё больнее. Ты понимаешь?
Камилла поднялась, села ему на колени, обняла за шею и поцеловала.
– Идём. – Она повела его за руку в спальню и раздела.
Четверть часа спустя они лежали рядом на спине.
– Такого со мной ещё никогда не бывало, – сказал Ной.
Камилла улыбнулась:
– Стандартная фраза всех мужчин, когда это происходит.
Он повернулся на бок, к ней спиной.
– Ты и правда слишком погрязла в своей бухгалтерии.
В раскрытое окно теперь брызгал дождь, отскакивая от косо поставленных планок закрытых ставней.
– Где ты был так долго?
– С одной женщиной.
– Ах вон оно что.
Порывы ветра стегали дождём по ставням, и яростный удар грома заставил их вздрогнуть. Раньше они бы сыграли в испуг и прижались друг к другу. Теперь нет. Теперь Камилла лишь спросила:
– И как её зовут?
– Бетти.
– Стриптизёрша какая-нибудь?
– Ей шестьдесят пять.
Камилла засмеялась. Он повернулся к ней и посмотрел на неё серьёзно:
– Правда. Вдова, она получила сегодня фатальный диагноз, и ей нужно было с кем-нибудь напиться.
Камилла молчала.
– Как и мне, – добавил он.
Она погладила его по щеке и примирительно поцеловала в губы.
Он обнял её обеими руками и ответил на её поцелуй ещё жарче. Может быть, она передумала, может, решила по-другому. Может…
Она мягко отстранила его:
– Я не про это. Расскажи.
Он доложил:
– Её мужа нещадно эксплуатировал его деловой партнёр и в итоге угробил. Теперь она ищет кого-нибудь, кто этого партнёра прикончит, пока она ещё жива. За миллион.
Камилла села в кровати, мотая головой:
– Я сейчас принесу тебе «Алка-Зельтцер», ты заснёшь, и твой хмель пройдёт.
5
Лиз, как всегда, опоздала. Камилле пришлось с боями сохранять для неё свободный стул в хорошем месте у окна и близко к стойке, и свой овощной сок она уже почти допила, хотя растягивала на подольше. А если пойти за новым, то потеряешь места.
Вегетарианский ресторан самообслуживания находился вблизи множества офисов и магазинов и в обеденное время был перегружен. Камилла часто здесь обедала: близко от работы, недорого и разнообразно.
Наконец-то Лиз вошла в дверь, вытянула шею, обнаружила Камиллу, засмеялась, помахала издали и стала пробиваться к её столу.
Лиз была лучшей подругой Камиллы. Они водили знакомство ещё со школы, и хотя Лиз окончила школу на два года раньше, они не теряли друг друга из виду. Лиз стала изучать юриспруденцию, потому что её отец внушил ей: если не знаешь, какую профессию выбрать, изучай юриспруденцию. Тогда станешь кем хочешь.
Через два года она бросила учёбу и занималась то одним, то другим, чем придётся.
Камилла же после школы стала изучать экономику, которую тоже через два года повесила на гвоздь и стала работать, чтобы накопить денег на полугодовое странствие по Азии вместе с Лиз.
– Извини, пробки. – Лиз поцеловала Камиллу и села рядом.
– С каких это пор ты водишь машину?
– Не я. Он.
– Кто?
– Серж.
– Мне полагается его знать?
– Нет. Мне бы тоже лучше не знать. Кто идёт в буфет первой?
– Ты. Иначе я опять расстроюсь, что взяла не то же, что ты.
Она смотрела вслед подруге и снова любовалась уверенностью, с которой та загружала свой поднос. Она не протискивалась вперёд, но другие просто автоматически её пропускали. При том что Лиз не отличалась импозантностью. Она была скорее изящного сложения, небольшого роста и носила почти классические, простого покроя костюмы. Если бы не её дикая грива, она могла бы сойти за даму. Если такое вообще бывает: хитренькая дама.
Она вернулась с порцией карри из овощей, жаренными на шпажках кусочками темпе и муссом из манго. И сказала:
– Я не начну есть без тебя.
Камилла вернулась с тем же набором и села на табурет рядом. Лиз с улыбкой покачала головой, и они пожелали друг другу приятного аппетита.
– Я это сделала. Вчера.
Лиз поперхнулась:
– Правда? И как он это воспринял?
– Не поверил.
– Так я и думала. А при каких обстоятельствах?
– После секса.
Лиз засмеялась:
– Тогда я понимаю его неверие.
Камилле было не до смеха:
– Я больше не хочу, не хочу с ним спать. Я просто больше не хочу с ним жить.
– Не так-то это просто.
Камилла вздохнула:
– Я знаю.
– Надо ли мне напоминать тебе о другом решении?
– Нет. Для меня это не решение, ты же знаешь.
Лиз пожала плечами:
– Тогда желаю тебе успеха в поиске того, кто обеспечит тебе ту жизнь, какую ты себе представляешь. И кто будет соответствовать и другим твоим требованиям к мужчине. Интересный, остроумный, интеллигентный, сексуальный, что там ещё?
– Холостой.
Они обе рассмеялись.
– Нет, серьёзно, – продолжала Камилла, – через десять лет мне будет сорок один. Знаешь, какие короткие эти десять лет? Мне вот только что было двадцать. У меня остаётся не так много времени на то, чтобы изменить свою жизнь. Если я не сделаю это сейчас, я это не сделаю уже никогда.
– Ты могла бы включиться в мой бизнес, имела бы работу, которая доставляла бы тебе удовольствие, а если повезёт, то и доход, с которым ты могла бы и дальше спонсировать Ноя. Говорю тебе это в последний раз. И закончим на этом.
– Спасибо.
– Я знаю, что ты думаешь. Но на сей раз получится. Концепция хорошая, и бизнес-план тоже. Иначе банк не выдал бы мне кредит.
– Да я и не думаю, что твоё агентство молодёжной моды не будет иметь успех, но ты же сама говорила: если повезёт. Я и сама довольно долго полагалась на везение, теперь же я хочу действовать наверняка.
– Назови мне хоть что-нибудь в жизни, для чего не требуется везение.
– Смерть.
Лиз обняла Камиллу за плечи и привлекла к себе:
– Ах, дорогая, вот поэтому я и хочу тебя к себе в компаньоны: за твою находчивость.
Камилла улыбнулась и, закрыв глаза, на миг приникла к ней головой.
– А Ной? Как у него дела?
– Вчера он явился пьяный. Кутил в «Синем тюльпане».
– И много выпил?
– Много. С одной дамой шестидесяти пяти лет.
– Ах, да что ты!
– Вдова. Она как раз шла от врача, получив очень плохой диагноз. Теперь она хочет – перед тем как умрёт – расквитаться с тем человеком, который виноват в смерти её мужа.
– Похоже, у Ноя был весёлый вечер.
– Ещё бы!
Они продолжали есть свой ланч и обе старались больше не говорить ни о расставании Камиллы с Ноем, ни об агентстве моды Лиз, чтобы не перебивать друг другу аппетит.
Потом они отнесли свои подносы к сдаче грязной посуды и вернулись к своей работе.
Только Лиз – с удовольствием.
6
Настоящее имя Бернарда Химмеля[2]
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
«Влюбленная женщина» (англ.).
2
Химмель (Himmel) – по-немецки «небо».