Друг отвел меня к психиатру. Как я был сыном богов, капитаном космической миссии и вел хронику своего безумия

Original title: Por si las voces vuelven

На русском языке публикуется впервые

Мартин, Анхель

Друг отвел меня к психиатру. Как я был сыном богов, капитаном космической миссии и вел хронику своего безумия / Анхель Мартин; пер. с исп. С. Белецкого. – Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2023. – (Больше чем жизнь).

ISBN 978-5-00195-998-4

Книга не пропагандирует употребление алкоголя, наркотиков или любых других запрещенных веществ. Согласно закону РФ приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, а также культивирование психотропных растений являются уголовным преступлением.

Употребление алкоголя, наркотических или любых других запрещенных веществ вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Ángel Martín, 2021

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023

Голосам. На случай, если обнаружится, что они еще и читают

ПРЕДСТАВЬ, что вдруг все сошлось.

Представь, что вдруг все, ровным счетом все, что ты слышишь, что чувствуешь, что видишь, оказалось деталью гигантского пазла, который ты наконец-то сложил – незаметно для себя самого.

Представь, что всякий звук, всякий запах, всякий образ, всякий жест, всякое ощущение, которые ты воспринимаешь, связаны между собой, а еще они подсказывают тебе, куда идти, что думать и на что смотреть, чтобы твоя жизнь протекала гладко.

Представь уверенность в том, что Вселенная нашептывает тебе на ухо, что ты наконец развязал все узелки и собрал все детали и теперь заживешь, зная, что если будешь прислушиваться к подсказкам, то ничего плохого с тобой не произойдет.

Представь, будто ты обнаружил, что жить можно одновременно и в прошлом, и в настоящем, и в будущем. Что ты сможешь поговорить с самим собой, находящимся в любом из моментов прошлого, настоящего или будущего.

Представь, что ты умеешь контролировать время, природу и пространство одним усилием мысли.

Представь то чувство, с которым ты уверился в своей правоте.

Представил?

Врачи говорят, что именно так сходят с ума.

А теперь представь, что неожиданно потерял эту способность.

Вот так сходят с ума на самом деле.

Но знают об этом лишь те, кто терял рассудок.

А теперь сюрприз: в июне 2017-го я его потерял.

Настолько, что меня привязывали к больничной койке, чтобы я сам себя не покалечил.

Теперь, когда ты знаешь, кто я такой, – начнем.

Это изречение сопровождало промокод, который мне вручили в подарок после покупки записной книжки в магазине кожаных изделий ручной работы.

Я воспринял эту фразу как ту, которой – черт ее дери – кто-нибудь мог подписать милую фотографию у себя в «Инстаграме»◊[1], но четыре года назад она показалась бы мне знаком, указывающим на то, что я совершил покупку в правильном месте. И поскольку сразу же после этого я перевел взгляд на клавиатуру, обратив внимание на буквы К и С, то голос в моей голове прошептал бы: «Касса». И поскольку клавиатура белая, я посчитал бы, что это правильная подсказка, а значит, сделав покупку в этом магазине, я нашел еще одну важную деталь пазла, собрав и предъявив который я доказал бы, что Вселенная – это гигантский кубик Рубика, жаждущий, чтобы мы как можно быстрее это поняли и выстроили все его цветные грани, а затем насладились увиденным.

Вопрос:

– Что ты теперь думаешь, Анхель?

И ответ:

– Почему бы и нет?

Скажем начистоту.

Что плохого в том, чтобы верить в существование такой возможности?

Что плохого в игре, допускающей, что жизнь каждого из нас – это своего рода эскейп-рум, где если сумеешь найти и разгадать все подсказки, то получишь все, о чем мечтаешь, каким бы сумасшествием это ни попахивало?

Что плохого в том, чтобы иногда давать волю воображению?

Я – тот человек, который может похвастаться, что сошел с ума и поэтому прошел весь путь, которым мозг вынуждает тебя идти, когда рассудок трещит по швам, – заявляю: «Ничего».

А еще спрашиваю: не хотел бы ты немного поиграть со мной и увидеть мир глазами сумасшедшего?

Надеюсь, твой ответ «да».

И прежде всего потому, что, скорее всего, научившись видеть мир под таким углом, ты сам начнешь время от времени играть в эту игру и откроешь для себя вещи, о которых раньше не подозревал.

Если твой ответ «нет», помни: есть четырнадцать дней, чтобы вернуть книгу – если ты, конечно, сохранил чек.

Итак, приступим.

1. 4 июня 2017 года

4 ИЮНЯ 2017 ГОДА я зашел в приемный покой психиатрического отделения больницы в Пуэрта-де-Йерро[2].

Причина обращения?

«Пациент мужского пола тридцати девяти лет обратился за экстренной помощью из-за бредовых идей».

Вот кое-что из того бреда: живые существа по другую сторону зеркала, нечто пытается проникнуть ко мне в голову, Крис Пратт и Дженнифер Лоуренс в фильме «Пассажиры» отправляют мне послания, а предметы, например бутылка оливкового масла, несут в себе тайные знаки.

Как ты в дальнейшем убедишься, сумасшедшим некогда скучать.

Было еще много всего разного, о чем я рассказал медсестрам, сидя на стуле в приемном покое, куда я, кстати, пришел не по собственному желанию.

Меня привел друг.

Примечание

В этой книге тебе практически не встретится имен.

Наверное, мне стоит посвятить отдельный раздел тому, чтобы рассказать, что чувствуют другие люди, когда замечают, что с тобой творится что-то неладное и ты уже не тот человек, каким был раньше, и, возможно, уже никогда им не будешь. Хотя, если ты прожил на этом свете плюс-минус двадцать лет, тебя уже не удивишь такими вещами.

Итак, после этого несущественного пояснения не будем больше терять времени и вернемся к истории, которую я пытаюсь рассказать, чтобы на случай неожиданного возвращения голосов у тебя уже был ключ к пониманию этого бреда.

Однажды утром моя девушка зашла в кухню и нашла там записку, в которой я поздравлял ее с оглушительным успехом выхода в прокат фильма «Чудо-женщина». А когда я через несколько часов вернулся домой на машине, загруженной подарками, она всерьез заподозрила, что у меня непорядок с головой. Зато я не на шутку разозлился и ушел спать, потому что при виде подарков в честь выхода ее фильма она не захлопала в ладоши от радости, а осадила меня выражением, которое, если мягко перефразировать, звучало так: «Что за херню ты тут устроил, Анхель?»

Не стоит забывать, что в моей голове она только что заработала миллионы долларов благодаря «Чудо-женщине», поэтому у меня были все основания злиться, ведь она не хотела праздновать наше превращение в мультимиллионеров, а зациклилась на том, что я спустил в унитаз тысячу евро на кружки с изображениями Микки-Мауса и Минни-Маус, неудобный велосипед и кучу другого барахла, половину из которого я уже не вспомню.

Кажется, там были часы Apple Watch, и я верил, что ими можно управлять силой мысли, потому что, когда я посмотрел на них в магазине, на экране запорхали бабочки, а именно об этом я и просил.

Ага, конечно…

На моей странице в «Фейсбуке»◊ все еще можно найти пост, в котором я поздравляю свою девушку с успехом фильма «Чудо-женщина».

Анхель Мартин Гомес

4 июня 2017

Она еще не знает, потому что не проснулась, но, похоже, «Чудо-женщина» заработала в прокате больше ста миллионов долларов за первый выходной.

Это лучший в истории результат среди всех фильмов, снятых женщинами.

Признаюсь, узнаю свою девочку.

Я несказанно рад, жизнь моя.

Удачи тебе в работе!

Мне не терпится увидеть продолжение.

Люблю тебя.

#чудо-женщина #эвафернандес #браво #спасибо #люблютебя #другая #уже #пост

Должен заметить, что, хоть я и вытворял всякие странные вещи, жизнь моя в то время состояла в основном из праздношатания, пьянства, травки и иногда употребления психостимуляторов в небольших дозах, в чем я, как и любой тип с подобным образом жизни, не видел повода для беспокойства, ведь главное – не переступить черту.

Если в твоем окружении есть любители алкоголя и наркотиков, то ты понимаешь, о чем я.

Для себя я решил, что стимуляторы буду держать в строжайшей тайне, поскольку познакомился с ними раньше, чем со своей девушкой, и было это после очередного выступления, в одну из тех ночей, когда я не хотел возвращаться домой в одиночестве и искал компанию первой встречной, которой тоже знакома грусть от долгих лет зашедшей в тупик жизни. Я употреблял наркотики, оставаясь один дома и имея в запасе несколько часов, чтобы в случае чего можно было притвориться, что меня подняли с постели. Для ближайшего круга знакомых я ограничил свои пороки алкоголем и травкой.

Если ты никогда не принимал психостимуляторы, то ощущение от них точь-в-точь такое же, как от первого просмотра «Матрицы», когда Киану Ривз подходит к зеркалу, прикасается к нему и практически проваливается внутрь.

Мне казалось, что я срываю покровы зримой банальности и задействую самые глубокие слои мозга, где формируются такие смыслы и совершаются такие открытия, до которых невозможно додуматься по трезвяку.

К счастью, выходка с машиной, забитой кружками с Микки-Маусом и Минни-Маус, и мои приватные и публичные восторги об успехе «Чудо-женщины» послужили тревожным звоночком для моей девушки, и она, поговорив по телефону с моими родителями (уверен, это были попытки убедиться, что я не был больным на всю голову с самого рождения), набрала одного нашего общего друга и уговорила его отвезти меня в больницу.

Примечание

На тот момент мы с моей девушкой Эвой были вместе всего десять месяцев, поэтому я вряд ли когда-нибудь сумею выразить ей мою глубочайшую благодарность за то, что она не бросила меня в тот момент, когда, поверь, ей проще всего было помахать мне ручкой, ведь поздравления с успехом «Чудо-женщины» явно указывали на надвигающийся дурдом.

Пользуясь случаем, прошу, если ты сейчас по уши в похожем дерьме или только что из него выбрался, молись за всех, кто хотел или хочет лишь одного – чтобы ты почаще гулял, получше питался и побольше отдыхал.

Ты им обязан и будешь обязан намного больше, чем думаешь.

Это говорит тебе бывший сумасшедший.

Понятия не имею, какой именно разговор произошел между Эвой и моими родителями, поэтому я решил, что эта книга будет только о том, что пережил я.

Может быть, когда-нибудь я приглашу к себе пару человек, которые были рядом и наблюдали за мной, чтобы с их помощью разобраться, как я выглядел со стороны. Но пока я тверд в намерении на страницах этой книги оставаться наедине лишь с тобой, читатель, и с моей головой.

На самом деле в мире есть всего шесть или семь человек, которым известно, о чем я тут пишу, но они даже не подозревают, какие факты я здесь раскрою. Они полагают, что я описываю «нечто из того времени, когда я был не в себе». Остальное они узнают, когда выйдет книга – в одно время с широкой аудиторией.

– Но почему, Анхель?

Чтобы меня не парализовало от страха или стыда из-за того, что подумают другие, или чтобы покончить с сомнениями, правильным ли языком я излагаю перипетии собственной судьбы.

И вот что я заметил на своем опыте: когда без обиняков признаешься, что у тебя поехала крыша, люди тут же ставят на тебе крест.

Многие боятся, что с потерей рассудка они потеряют и уважение других, а от этого мир рухнет, потому что им перестанут доверять. Именно поэтому они предпочитают хранить в тайне подобные повороты судьбы, однако… Знаешь что?

Пошли они все…

Тот, кто отвернулся от тебя, потому что у тебя съехала крыша, – полный козел, и он тебе ни к чему.

И тот, кто напомнит о своей помощи, когда ты очухаешься, фразой типа «Ты мне обязан тем-то и тем-то, потому что я тебе подушку поправлял, когда тебе было плохо», тоже тебе не друг.

Сумасшествие – никакой не грех.

Ты ведь не сам себе его злонамеренно устроил.

Я не знаю никого, кто, проснувшись поутру, сказал бы: «Знаешь что? Всё зашибись, но я тут решил, что пора бы до смерти накачаться, чтобы нервы заискрились и как можно больше мозга оплавилось, чтобы больше ничего хорошего в жизни не замечать, а только всякую дрянь и чтобы вокруг меня были лишь вонючие сукины дети, вот тогда уж точно в моей жизни не будет ни секунды просвета и покоя, и, дай бог, я сойду поскорее с ума».

Никто не ищет сумасшествия.

Никто.

С тобой происходит вот что: в один прекрасный день тот нарыв, который зрел, пока ты дул на свои раны, чтобы они меньше болели, взрывается, и не вовне, а внутрь – и… вуаля!

Появляются голоса.

Самое удивительное, что настигают они так незаметно, что без чего-то из ряда вон выходящего – ни тебе, ни кому бы то ни было – и в голову не придет, что у тебя едет крыша.

– Незаметно – это как, Анхель?

Сейчас объясню на простом примере.

Ты эти строки читаешь своим или моим голосом?

Что, екнуло сердце, не так ли?

Сделаем отступление, прежде чем перейти к продолжению истории о том, как меня заманили в больницу.

2. Чей это голос?

НЕВОЗМОЖНО понять, что происходит в голове.

Кто-то уверен, что у всех людей мозг работает более или менее одинаково и чувствуют все примерно одно и то же. Но я глубоко в этом сомневаюсь, ведь никто не может ничего доказать на сто процентов.

Представляю, что сейчас скажут ученые: «Мы можем доказать, так как, когда мы включаем электроды, активируется та или иная зона мозга и мы видим желтый, зеленый и оранжевый цвета и волны, как они непрерывно поднимаются и опускаются, потому что…» Бла-бла-бла. Но мы прекрасно понимаем, что ни цвета, ни волны никогда не ответят на вопрос: чьим голосом ты читаешь эти строки – своим или моим?

И более того…

Какие слова мама говорила тебе чаще всего?

Помнишь?

Напряги память.

Прослушай их в голове.

А теперь скажи-ка: они звучали твоим голосом или ее?

Видишь?

В твоей голове полно голосов, но никто не может уловить их никакими цветными электродами, сколько бы их тебе ни нацепили.

Может быть, ученые и знают, какие именно зоны мозга активируются, но им никогда не узнать, чей голос ты услышал.

В твоей голове звучат голоса родителей, друзей, сестер, братьев, супругов, родственников, учителей, начальства, приятелей, актеров, музыкантов, воображаемые голоса и те, что принадлежали людям уже умершим.

Сотни голосов ждут, когда ты вспомнишь о них, чтобы пообщаться или просто переброситься парой шуток.

Единственная разница между нормой и сумасшествием – это способность или неспособность их контролировать.

Скажем так, если голова у тебя нормально соображает, то они у тебя под замком, как куклы в чемодане чревовещателя, который ждет подходящего момента, чтобы вытащить их наружу.

Когда ты сходишь с ума, чревовещатель внезапно роняет чемодан, замок разбивается, а ключ теряется навсегда. Голоса решают, что отныне могут без спроса носиться в черепной коробке и вырываться наружу когда заблагорассудится. И меньше всего они хотят привлекать к себе внимание, ведь ты запихнешь их обратно в чемодан или попросишь помощи, как только заметишь. Именно поэтому они живут тише воды, ниже травы. И очень медленно порабощают твой мозг.

Первый голос, который я услышал, был моим собственным.

Поздним вечером я принимал ванну. Я был полностью расслаблен, когда меня внезапно посетила идея нового скетча. В тот период большую часть своего времени я посвящал записи коротких смешных роликов для интернета.

Я разозлился, что под рукой опять нет мобильника, в который можно было бы записать идею, зато подумал, как классно было бы иметь в мозгу что-то вроде сейфа, чтобы хранить там под замком все мысли, которые не хочется ни потерять, ни обсуждать, чтобы не сглазить или – хуже того – чтобы люди за соседним столиком, которым ни до тебя, ни до твоей работы нет совершенно никакого дела, не подслушали и не посчитали их настолько гениальными, что, не расплатившись по счету и перечеркнув все прежние мечты и планы на жизнь, бегом понеслись бы реализовывать их, чтобы тут же стать мультимиллионерами.

Воистину у человека бывают такие глупые страхи, что порой хочется вынуть свой мозг и подарить какому-нибудь жуку, чтобы он употребил его с большей пользой.

Итак…

Меня осенило, как было бы классно иметь в мозгу специальное сверхнадежное хранилище, куда молниеносно отправлялись бы удачные идеи, посещающие нас зачастую внезапно, чтобы потом, когда под рукой окажутся письменные принадлежности, извлекать их в том же виде, в каком они были туда направлены.

Не знаю, как тебе, а мне до жути обидно, когда появляется интересная и смешная идея, но нет возможности записать ее, и вот она уже блекнет, и спустя время нельзя точно вспомнить, что же такое удачное пришло в голову.

Мне говорили, что с музыкантами случается то же самое, когда они слышат мелодии. Наверняка и скульпторам являются прообразы скульптур, сценаристам – диалоги, а художникам – цветовые пятна.

Это навело меня на дальнейшие размышления: сможет ли мой сейф сохранить идею нетронутой, или ему удастся запечатлеть ее только в общих чертах?

Как бы то ни было, в тот момент я лежал в ванне, и эта мысль пронеслась в моей голове столь же стремительно, как и сотни других подобных мыслей, безобидных и абсурдных, которые посещают меня каждый день.

Но по всей видимости, этот день был особенным.

Стоило мне перестать думать о чудесном способе архивации мыслей, как голос в моей голове прошептал: «Если хочешь, сейчас мы этот сейф сделаем. Согласен?»

В ту секунду я не осознавал, насколько этот голос, возникший в моей голове, не мой.

Не из-за звучания, ведь голос все-таки был моим, а из-за того, что он дал свой ответ на мой вопрос.

Сейчас попробую простыми словами это описать.

Думаю, ты не раз вел разговоры с самим собой.

И не раз размышлял, как поступить в той или иной ситуации, поддерживая внутренний диалог вроде: «Похоже, тебе пора помыть машину, она ведь вся в дерьме» или, если выразиться культурнее, «Разве не пора помыть машину, черт возьми?»

Конечно же, ты понимал, что задаешь себе риторические вопросы.

Вот именно так я и воспринял тот ответ.

Типа я сам себе предложил дать волю фантазии и с ее помощью смастерить сейф в моем мозгу, чтобы засунуть туда идею.

В тот момент я не осознавал, что разговор понемногу переставал быть беседой с самим собой и превращался в диалог с кем-то еще, живущим внутри моей головы. А он продолжал спрашивать меня, каким бы я хотел видеть этот сейф, в конструирование которого мы играли.

«Какого цвета сейф? Какого объема? Он нужен только для хранения идей или ты хотел бы хранить там слова, рисунки, мелодии и тому подобное?

Каким образом ты хотел бы хранить вещи: в ящичках, шкафчиках, на полках?

Дверца должна быть с кодовым замком – с колесиком с тремя поворотами направо, двумя налево – или же как в хранилище дядюшки Скруджа?»

Внезапно тот голос словно прорвало, и он начал сыпать вопросами, на которые я отвечал, продолжая блаженствовать в горячей воде и пене, а между вопросами и ответами о тонкостях конструкции мы болтали о том, как здорово понимать, что ты можешь делать такие вещи в своей голове, и я даже не подозревал, что приближаюсь к вопросу, который станет катализатором всего, что за ним последует: «Почему я никогда не знал, что умею мысленно мастерить сейфы?»

Ответ: «Потому что ты не был готов».

Именно в этот момент, хотя я все еще не понимал, что происходит, чемодан с голосами выскользнул из моих рук, замок сломался и ключ потерялся навсегда. После этого ответа мы перестали быть одним целым и разъединились на две сущности по той простой причине, что голос в моей голове знал то, что мне было неведомо.

Но мы забегаем вперед в хронологии того дня, потому что дальнейшее развитие событий, обещаю, будет куда более динамичным, если, конечно, тебе захочется об этом узнать.

Вернемся к моей девушке, которая звонит нашему другу, чтобы попросить его сопроводить меня в больницу.

3. Отвезешь меня в больницу?

ЕСЛИ БЫ МЫ БЫЛИ В ФИЛЬМЕ, снятом Гаем Ричи, то сейчас последовали бы сверхдинамичные сцены, призванные вернуть нас к основной линии сюжета и напомнить, где мы из нее вынырнули, так что…

Уважаемый читатель!

Последующие строки нужно читать очень быстро, чтобы в голове сработал принцип монтажа.

Я приезжаю домой на машине, выхожу, прошу свою девушку выйти ко мне, она выходит, я открываю багажник, она видит, что он забит всяким хламом, я смотрю на нее, она смотрит на меня, я счастливо улыбаюсь, она нет, я злюсь, мы ругаемся, я захожу в дом, она ничего не понимает, я иду в спальню, она достает мобильник, я бросаюсь на кровать, к дому подъезжает машина друга, она указывает ему на спальню, мой друг соглашается и…

Уважаемый читатель!

Теперь можно читать с обычной скоростью. Благодарю тебя за то, что позволил использовать свой мозг для ускорения текста.

Я дремал, когда открылась дверь в мою комнату и вошел друг. Он тихо позвал меня по имени и попросил сопроводить его в больницу.

Думаю, все вовлеченные в маневр полагали, что я всячески буду противиться этой просьбе – хотя бы потому, что это подозрительно.

В конце концов, я не сделал ничего особенного, только заявился домой с кучей подарков.

У них был единственный аргумент, чтобы уговорить меня лечь в больницу, причем довольно абсурдный. Настолько же бессмысленно было говорить Санта-Клаусу, что ему нужна помощь, поскольку он завалил подарками свою жену, не дождавшись Рождества.

Было ясно, что план заманить меня в больницу по-хорошему имел все шансы закончиться провалом.

Не говоря уже о том, что они знали, как я не люблю врачей и всеми силами стараюсь избегать общения с ними.

Я всего один раз попросил вызвать скорую, когда у меня чуть не раскололась голова от высокой температуры. Правда, до того момента я валял дурака и утверждал, что врач мне совсем не нужен, а потом пошел в туалет и со всего маху грохнулся на пол.

К счастью, я успел прикрыть лицо руками и не сломал себе нос, но когда сознание вернулось и я вышел из туалета, то сказал Эве:

– Хорошо. Может быть, ты и права и нужно вызвать врача, чтобы он осмотрел меня. Ты не могла бы позвонить в скорую?

На самом деле я сказал: «Я пошел поссать и упал на пол. Звони в скорую». Но первый вариант звучит изысканнее.

В итоге всё как всегда.

Воспаление миндалин.

Я рассказал об этом эпизоде, чтобы было понятно: взять и зайти в спальню к человеку, который терпеть не может больницы, и предложить ему срочно наведаться к врачу только потому, что он накупил слишком много кружек с Микки-Маусом и Минни-Маус, – это совсем не тот план, из-за которого ты откроешь давно припасенную бутылочку шампанского на случай осуществления мечты.

В итоге мой друг зашел в спальню, попросил сопроводить его в больницу, и я поднялся с кровати, сказал: «Запросто» – и направился к машине.

И знаешь почему?

Потому что от него пахло кофе.

А запах кофе говорил о том, что я могу на него положиться, ведь запах кофе – это… добрый знак.

4. Знаки

ЧТОБЫ СЫГРАТЬ СО МНОЙ в эту игру разума и увидеть мир таким, каким я видел его в период сумасшествия, ты должен первым делом уяснить одну важную вещь: все, абсолютно все что-нибудь да значит.

Все, что встречается тебе на пути, неизбежным образом превращается в нечто вроде указателя, который говорит, куда можно идти, а куда лучше не стоит.

От белой бабочки, пролетевшей мимо, когда ты что-то говорил, до шума дождя, забарабанившего по стеклам, когда ты смотрел на фотографию или заголовок первой попавшейся на глаза новости в интернете.