Похититель книжных душ

Полумрак небольшого помещения едва рассеивался светом единственной свечи. У массивного каменного стола, склонившись над потрепанной толстой книгой в старинном кожаном переплете, стоял небольшого роста человек в черном плаще до пят. Высота сводчатого потолка не достигала и двух метров, поэтому рост человека в этой комнате казался средним. На самом же деле он был не выше семилетнего ребенка. Человек быстро и довольно ловко двигал полными руками, перелистывая большие тяжелые страницы, и нервно постукивал по полу носком изношенного ботинка на толстой подошве. Перелистывание каждой страницы заставляло пламя свечи вздрагивать, отчего тень человека, казалось, танцевала за его спиной.

Стол, на котором лежала книга, был заставлен множеством стеклянных пузырьков различной формы. Одни, наполненные разноцветными жидкостями, были соединены между собой тонкими стеклянными трубками, в других были собраны песок и мелкие камни, засушенные коренья, пауки, ящерицы, мухи, жуки и стертые в порошок растения. Склянки с аналогичным содержанием заполняли и несколько рядов длинных деревянных полок, приколоченных вдоль стен помещения по всему его периметру.

В углу над уже начавшим потухать очагом висел чугунный котелок. В нем, отбрасывая под низкий потолок клубы пара и наполняя все помещение теплым терпким ароматом трав, кипел густой желтоватого цвета отвар. Человек что-то тихо бормотал, сосредоточенно водя пальцем по словам, написанным старинным почерком с длинными завитушками. Страницы книги пожелтели от времени, и некоторые слова были едва различимы. А некоторые и вовсе стерлись, что делало невозможным собрать воедино смысл отдельных предложений. Человек в тысячный раз пытался прочесть несколько строк, которые казались ему самыми важными в книге. Но все было напрасно.

– Проклятье! – процедил он сквозь зубы и с силой захлопнул книгу.

Огонь свечи в последний раз дернулся и погас. Человек злобно фыркнул, рывком схватил трость, прислоненную к столу, и, прихрамывая, заковылял к очагу – единственному месту, которое можно было увидеть в темноте благодаря красным уголькам. Он нагнулся к очагу, достал тлеющую лучину и подул на нее. Свежие искорки пробежали по кончику сухой длинной щепки. Человек вернулся к столу и зажег свечу. Постоял немного, глядя, как веселый огонек занялся на фитиле и потянулся вверх по нему, а затем снова пошел к очагу. Машинально, невидящим взглядом он заглянул внутрь котла и, не заметив случайно оставленного там большого половника, зашагал в обратном направлении. Так и ходил он взад и вперед, молча обдумывая планы и пытаясь понять причины своих неудач.

Вот уже восемнадцать лет прошло, а он все еще не нашел своего врага. Ни врага, ни второго тома книги. Тома, хранившего секреты, без которых его счастье никогда не будет полным. Уже бы и плюнуть на все и зажить тоскливой и безрадостной жизнью простого смертного. Однако поздно сдаваться. Продал он свою душу. Продал книге, будь она неладна! И ходу назад нет. Похоже, только счастливый случай, этот столь редкий гость в его жизни, сможет помочь ему.

Глава 1. Вера Сокол

Вера стояла перед большим напольным зеркалом уже добрых полчаса. Рядом, на кровати, лежала куча перемеренной одежды: платья, кофты, джинсы… Эти неряшливо брошенные вещи резко выделялись на фоне аккуратно убранной спальни, оформленной в пастельных бежево-бирюзовых тонах. Справа от кровати стоял небольшой шкаф, из которого Вера с непонятным ей самой волнением доставала один наряд за другим. Уже в который раз ей пришли в голову воспоминания бабушки о ее учебе в гимназии, где все носили одинаковую форму.

«Будь в современных институтах такая же форма, девушкам не приходилось бы каждый день ломать голову над гардеробом», – думала она с досадой.

Однако выбор одежды был лишь предлогом, чтобы оправдать непривычную нервозность, и Вера сама это прекрасно понимала. Откуда же взялось это тревожащее сердце чувство? Было ли оно следствием дурного сна или вызвано каким-то предстоящим важным событием? Но Вера не могла ответить на этот вопрос. Она еще раз посмотрела на гору одежды, снова заглянула в уже пустой шкаф, вздохнула и выглянула в окно. День был солнечный, но октябрьский ветер уже дышал холодом. Вера отошла от окна и бросила беглый взгляд на настенные часы. О ужас! Без четверти восемь – дальше тянуть уже некуда: иначе опоздание и выговор от преподавателя.

– Все, – сказала она себе наконец, критично осмотрев свое отражение. – Вот так и пойду.

«Вот так» относилось к обтягивающему свитеру приглушенно-лимонного цвета и пышной коричневой в клетку юбке до колен, которые очень выгодно подчеркивали ее высокую и стройную фигуру. Вера второпях провела щеткой по длинным, слегка вьющимся каштановым волосам, надела сапоги и, уже выходя в подъезд, на ходу накинула пальто.

На улице было свежо после вчерашнего дождя, приятно пахло осенними листьями. Мимо, заливисто хохоча и толкая друг друга в кучи сухих листьев, только что собранных дворником, проносились школьники с большими рюкзаками. Листья разлетались в разные стороны. А дворник громко ругался вслед ребятам, размахивая над головой длинной метлой, хотя давно уже привык к подобным проказам.

Вера посмотрела на часы – десять минут до начала занятия.

– Быстрее, быстрее! – говорила она себе, ускоряя шаг.

Она дошла до пешеходного перехода, перешла дорогу и пошла по тротуару. Свежесть утра и мелькавшие одно за другим лица прохожих, спешивших по своим делам, заставили ее на время забыть о недавнем волнении. Вот и газетный киоск. За ним пекарня. А там уже и главное здание института. К началу второго учебного года эта часть Тишинска была хорошо знакома Вере.

Десять минут спустя девушка змейкой проскользнула в аудиторию и тут же услышала, как дверь за ней захлопнулась – пришел преподаватель. Опускаясь на деревянную скамью, она облегченно выдохнула:

– Фу, успела!

Подруга Лена посмотрела на ее волосы, растрепавшиеся от быстрой ходьбы.

– Ну и видок у тебя ошалелый, Сокол! Ты что, бежала? Глаза, как у кошки, горят.

И правда, от волнения темно-зеленые глаза Веры с коричневыми крапинками разгорелись и выглядели так, что любой, кто увидел бы ее сейчас в первый раз, удивился бы необычайности их цвета.

Лена всегда приходила на занятия заранее, чтобы успеть привести себя в порядок – причесать свои идеально выпрямленные светлые волосы до плеч и подкрасить губы.

– Тише ты, сейчас услышит – выгонит из класса. И так еле успела, – зашептала Вера в ответ. – И вообще, не называй меня Сокол. Как в школе! Я же не называю тебя Петрова!

– Я бы не обиделась, – парировала Лена. – В школе же называла. А теперь ты типа выросла? – она засмеялась, сощурив голубые глаза.

Неожиданно раздался резкий звук, похожий на удар хлыста, от которого Вера с Леной вздрогнули – это учитель хлопнул линейкой по столу, призывая студентов к тишине. Все замолчали и приготовились слушать новую главу из истории Древнего мира.

Несколько минут спустя, когда лектор вовсю погрузился в рассказ, Вера вдруг вспомнила слова Лены об «ошалелом» виде. Она аккуратно достала из сумки пудреницу с зеркалом, стараясь не шуметь молнией, и, вглядываясь в отражение, стала приглаживать рукой слегка взъерошенные волосы. Неожиданно в отражении она заметила глаза одногруппника, который сидел сразу за ней – он пристально следил за ее движениями. Это был Леша Новиков, симпатичный и спортивный парень, любимец всех девушек в группе, в том числе и Лены. А Вере он не нравился именно из-за его популярности. Она повернула зеркало так, чтобы Новикова в нем не было видно, и снова посмотрела на свое отражение. На ее лице промелькнула самодовольная улыбка: ей было приятно внимание всеобщего кумира. Но спустя мгновение ей стало стыдно за это чувство. В глубине души она всегда осуждала людей, считавших себя лучше и умнее других, а теперь сама поймала себя на том же.

Вера закрыла пудреницу и потихоньку стала убирать ее в сумку. Вдруг она поняла, что в аудитории стоит необыкновенная тишина. Девушка подняла глаза и встретилась с грозным взглядом преподавателя.

– Ну что, Дульсинея, прихорошилась? – прогремел он низким голосом, пронесшимся эхом по всем углам лектория.

Вера молча опустила глаза и покраснела, не зная, куда деться от стыда. Все одногруппники уставились на нее. Кто-то с сочувствием, кто-то с усмешкой, а кто-то просто из любопытства: что же будет дальше. Только Лена не смотрела на подругу – она тоже опустила глаза, боясь пошевельнуться и привлечь к себе внимание. А преподаватель ехидно продолжал:

– Ну, что же вы, не стесняйтесь, можете ногти накрасить. Только скажите: если мешаю, я выйду.

– Извините, – сказала Вера едва слышно.

Преподаватель отвернулся от нее и продолжил читать лекцию как ни в чем не бывало. Через минуту Лена протянула Вере записку, в которой аккуратным почерком было выведено: «Придурок!». Вера спрятала записку, трясясь от страха снова попасть в глупое положение, но преподаватель даже не взглянул на нее до самого конца занятия.

Выходя из аудитории, Вера вдруг почувствовала, как кто-то опустил руку на ее плечо. Колени ее подогнулись от неожиданности.

«Препод, – мелькнуло в голове, а сердце заколотилось как бешеное. – Не забыл!»

Она медленно обернулась и с облегчением выдохнула, увидев Лешу.

– Не расстраивайся, Вера, ты же знаешь, что он немного псих, – сказал он серьезным и покровительственным тоном.

– Да, хорошо. Не буду, – ответила она и слегка улыбнулась.

В коридоре ее ждала Лена. Она видела, как Леша говорил что-то Вере, и все лицо ее выражало нетерпение и недовольство. Несмотря на это, выглядела она все же очень эффектно: белый широкий джемпер почти полностью закрывал короткую облегающую юбку, а высокие сапоги на тонком каблуке делали стройные ноги невероятно длинными.

– Что он тебе сказал? Чего ему надо? Он про меня спросил? – набросилась она на подругу.

– Нет, ничего особенного. Сказал, чтобы я не расстраивалась, – немного сконфуженно ответила Вера.

– Тоже мне, ангел-утешитель нашелся! – процедила сквозь зубы Лена, уткнув кулаки в бока.

– Да успокойся ты. Не нужен мне твой Лешка, – Вера улыбнулась и положила руку на плечо подруге.

– Ну почему сразу мой? – зарделась Лена. – Был бы мой, я бы и тогда его ко всем ревновала! Ну посмотри, какой он классный! – она мечтательно смотрела вслед уходящему Леше. – Кстати, ты сможешь сегодня отпроситься со своей смены в библиотеке? Сходили бы в кино.

– Нет, сегодня не смогу. Маргарита уехала в отпуск на Кавказ на целую неделю – навестить детей. Так что я осталась за старшую. Волнуюсь немного: я же всего лишь помощница, ни разу одна не оставалась.

– Да прям уж, подумаешь: книги сторожить – большое дело! – ответила Лена, недовольно закатывая глаза.

– Ничего «не подумаешь», – возмутилась в свою очередь Вера. – Знаешь, сколько книг в нашей библиотеке? И все надо в журнале регистрации отмечать: сколько сдали, сколько приняли, сколько на реставрацию, плюс еще по нужным полкам разложить. Одну книгу не туда поставишь – все, считай не найдешь ее потом.

– Ладно, ладно, поняла я. Целую неделю сидеть дома, – сказала Лена со вздохом, но тут же добавила с лукавой улыбкой: – Ну, если только кое-кто не пригласит меня куда-нибудь!

– Ленка, Ленка, ты неисправима! – засмеялась Вера.

Глава 2. Библиотека

После занятий подруги пошли в институтскую столовую.

– Как обычно? – спросила полная кухарка, подмигивая Вере.

– Ой, какой гуляш! – сказала Вера, заглядывая за раздаточную стойку. – Давайте его!

– С пюре?

– Ага! И вон тот салатик, – ответила она.

– Займи нам стол, – услышала она командный голос Лены, которая стояла за ней в очереди. – Я сейчас подойду.

Вера кивнула и отправилась искать свободный стол. Гул разговоров и смеха заполнил столовую. К всеобщему шуму временами примешивались звуки гитары: трое ребят устроились на подоконнике и перебирали аккорды на струнах.

Найти свободные места, как всегда, оказалось делом нелегким. Вера с подносом в руках прошла мимо ребят и поспешно села за только что освободившийся столик.

Через минуту к ней присоединилась Лена. Она плюхнулась на стул, со стуком поставила тарелки на стол и стала ловко накручивать спагетти на вилку. С аппетитом съев половину порции, она принялась рассказывать Вере о статье в журнале «Девушка Тишинска» о прическах нового сезона. Вера слушала вполуха: она была вполне довольна своими длинными волосами. Поэтому лишь изредка кивала, делая вид, что соглашается, на самом же деле мысли ее были в библиотеке. Она вдруг подумала, что утреннее волнение, возможно, было связано с возложенной на нее ответственностью – одной вести вечернюю смену. Однако несмотря на погруженность в мысли, Вера заметила внезапную перемену в подруге. Лена вдруг стала говорить гораздо громче, наигранно смеясь и жестикулируя. Вера обернулась. Ее догадка оказалась верной: мимо проходил Новиков.

– Леша, привет! У нас есть свободное место, не хочешь к нам? – предложила ему Лена, разрумянившись от волнения.

– Нет, спасибо, мне ребята уже заняли место, – ответил Леша, смотря при этом на Веру.

Лена опустила глаза, покраснела еще больше, и на ее лице появилось недовольное выражение.

– Мне кажется, ты слишком стараешься, Ленка, – тихо сказала Вера.

Лена подняла глаза и с вызовом посмотрела на подругу.

– Оставила бы ты его в покое. Разве не видишь, сколько девчонок за ним бегают? Он уже избалован вашим вниманием.

– Что значит «вашим»? – взвилась Лена. – Хочешь сказать, что я тоже за ним бегаю?

Несколько девушек за соседним столиком обернулись и с любопытством посмотрели на Лену. Вера, заметив это, перешла на шепот.

– А что, нет? Ладно, давай не будем из-за этого спорить. Ты сама знаешь, что делаешь. Мне просто не хочется, чтобы ты разочаровалась.

– По крайней мере, я буду знать, что сделала все возможное, – Лена тоже старалась говорить тише.

– Да, все возможное ненужное, а то, что нужно, не сделала, – не удержалась Вера от упрека.

– А тебе откуда знать, что нужно, а что нет? – напустилась на нее Лена, откладывая вилку в сторону.

– Ну, это же логично! Представь, что за тобой бегают все парни в группе, а один почему-то нет. Просто игнорирует тебя. А ты же привыкла, что всем нравишься. Вот как ты будешь реагировать на этого парня? Тебе же наверняка будет интересно, почему он единственный за тобой не волочится? Как думаешь?

– Вера, ты же девушка! Откуда тебе знать, что подумает парень? Ты же это от себя говоришь. Вот ты бы так и сделала, а Леша, может быть, и нет. И вообще, отстань от меня, я сама как-нибудь разберусь.

– Хорошо, как хочешь, – ответила Вера.

– Только этого не хватало! – Лена бросила гневный взгляд на парней с гитарами, как раз в этот момент стали перебирать аккорды хита о неразделенной любви.

Смогу ли я, скажи, скажи мне, небо,

До сердца дорогого достучаться.

О, хоть на миг ее увидеть мне бы,

Хоть издали бы ею любоваться.

– Терпеть не могу эту песню, – буркнула она себе в тарелку.

Вера ничего не ответила на это высказывание. Остаток обеда подруги провели в молчании. О новых прическах говорить уже не хотелось, даже аппетит куда-то исчез. Покончив с едой, они сухо попрощались, и Вера пошла в библиотеку.

Погода стояла замечательная – сухая и солнечная, и мысли Веры постепенно перешли от размолвки с Леной к книгам. Она начала подрабатывать в библиотеке всего месяц назад – с началом нового учебного года, но быстро вошла в чуть дела, видя в нем скорее хобби, чем работу.

Вера с самого детства, как только научилась читать, все свое свободное время проводила за книгами. Ей нравились старинные английские романы, морские приключения и книги о путешествиях в далекие страны. Школьницей она часто приходила в библиотеку. Там ей нравилось все: длинные ряды книжных шкафов, среди которых жили истории – правдивые и вымышленные; множество смелых и сильных героев и столько же злодеев, с которыми героям приходилось бороться. Еще ей нравились огромные окна от пола до потолка, через которые так уютно проникал солнечный свет и освещал паркет, столы и скамейки. Запах книг казался настолько родным и теплым, что девочка могла бы обложиться ими и читать, читать, забывая о времени. На стенах висели портреты писателей, и Вера знала их всех по именам и фамилиям.

Окончив школу, Вера поступила в литературный институт, так как мечтала в будущем работать в книжном издательстве. Одновременно она устроилась на подработку в городскую библиотеку помощником библиотекаря.

До поступления в институт Вера жила с родителями в поселке Уютнинск, что находился в тридцати километрах от Тишинска. И чтобы не проделывать этот путь каждый день на автобусе, она переехала в небольшую квартиру в центр нашего города.

Библиотека находилась в каких-нибудь десяти-пятнадцати минутах ходьбы от института. Вере нравились эти недолгие прогулки: можно было немного размять ноги после лекций и подышать свежим воздухом.

Дверь библиотеки оказалась запертой на ключ: предобеденная смена уже ушла. Вера открыла входную дверь и оказалась в небольшой прихожей. Тишина библиотеки всегда действовала на нее успокаивающе, но сегодня появилась неожиданная тревога, и сердце почему-то учащенно забилось. Вера аккуратно повесила пальто в шкаф и, стараясь отвлечься, занялась обычными делами: разнесла по нужным полкам книги, полила цветы, села за свой стол и включила компьютер.

Долгое время в библиотеку никто не заходил – ничто не нарушало ее покоя. Вера проверила электронную почту, а потом мечтательно перевела взгляд на книжные шкафы вдоль стен. С полок на нее глядели сотни, а то и тысячи самых разных историй, собранных под переплетами. Глаза перескакивали с переплета на переплет, а фантазия уносила Веру в заоблачные дали: она представляла, что случилось бы, будь книги живыми. Им казалось бы, фантазировала Вера, что они живут в огромном городе. Они обожали бы своего мэра, то есть, конечно, Веру, ведь она ежедневно заботилась о них: читала, что в них написано, чистила их от пыли и заклеивала страницы, если кто-нибудь случайно рвал их.

Вере стало так спокойно и хорошо от этих мыслей и от солнечного света, падавшего на ее стол, что она случайно задремала…

…Во сне она почувствовала, что нечто очень мягкое коснулось ее щеки. Она машинально провела тыльной стороной ладони по лицу, не желая просыпаться. Возможно, это просто солнечный зайчик пригрелся на ее лице. Сколько времени она уже спит? Минуту? Десять? А может, гораздо больше? Она открыла глаза.

То, что Вера увидела прямо перед собой, ее очень поразило. В воздухе перед ее лицом парило существо. По форме оно было похоже на апельсин, круглое и огненно-рыжее. От апельсина его отличало то, что вместо кожуры все его шарообразное тельце было покрыто рыжим пухом. А еще у него были маленькие ручки, ножки и лицо с большими зелеными глазами.

Не понимая, происходит ли это во сне или наяву, Вера испуганно закрыла лицо руками в надежде, что странное видение исчезнет. Потом снова открыла глаза. Однако видение не исчезло.

– Что это? Уйди, уйди! – взмолилась девушка и отчаянно замахала руками, стараясь отогнать от себя этот «неопознанный летательный объект».

Но он не улетел. Он посмотрел на нее спокойным взглядом и спросил как ни в чем не бывало:

– Что пишут сегодня в библиотечных хрониках?

– Что? А-а, м-м-м… Каких хрониках? – спросила Вера, хотя в этот момент это было не совсем то, что ей хотелось бы узнать в первую очередь.

– Библиотечных, – уточнил рыжий несколько недоуменно, как будто был крайне удивлен, как вообще можно не знать таких элементарных вещей.

– Не знаю. Никогда о них не слышала.

– О, девушка, да вы, я смотрю, совсем не следите за новостями, – проворчал он. И, будто потеряв всякий интерес к Вере, отвернулся, деловито заложил ручки за спину и полетел к окну.

– А вы вообще кто? Или что? – крикнула ему вслед Вера.

Он резко обернулся и подлетел к самому ее носу.

– Ну и ну, Вера! Разве так встречают старых друзей? – воскликнул он немного рассерженно и плюхнулся на стол.

– Друзей? Откуда ты знаешь мое имя? – спросила она, опешив еще больше.

– Ага, все с тобой понятно. Хроники ты не читаешь, друзей не помнишь. Чем еще удивишь меня?

– Чем я еще тебя удивлю? – вскрикнула Вера, выйдя из себя. Она встала, опершись кулаками в стол. – И это говорит рыжее летающее непонятно что мне, обычной девушке? Вот это наглость!

– Да ладно! Ты что, правда ничего не помнишь?

– О чем я должна помнить?

– Как о чем? О детстве!

Вера недоуменно посмотрела в большие зеленые глаза рыжего и медленно опустилась на стул.

– О моем? То есть мы встречались?

– Ну конечно!

– Я не помню, – Вера подозрительно подняла бровь.

– Тогда давай знакомиться снова. Меня зовут Грарек, – существо протянуло Вере ручку для пожатия.

– М-м-м, давай без прикосновений, ладно, – Вера боязливо отодвинулась.

Грарек вздохнул и демонстративно закатил глаза.

– Ладно, слушай, – сказал он. – Дело было так…

Глава 3. Выдуманное солнце

Давным-давно в одном из сибирских городов, где раньше жила семья Веры, стояла лютая и долгая зима. В середине января, когда температура за окном опустилась ниже сорока градусов по Цельсию, школы и садики закрыли. В добавок к холодам было почти все время темно: беспросветная полярная ночь накрыла город.

Вере было восемь лет. У нее не было ни брата, ни сестры. Целыми днями она сидела дома и грустила. Казалось, зима никогда не кончится. Девочка так ждала появления солнца, что однажды нарисовала его на тетрадном листе, раскрасила оранжевой акварелью и повесила на шторы. Это солнце, маленькое и огненное, тянуло к ней свои лучи и, казалось, даже согревало.

Так Вера мечтала о наступлении лета. О красивом сибирском лесе с высокими соснами и маленькими березками. О том, как стучит дятел по стволам деревьев в поисках жучков. О вкусных ягодах черники, голубики и брусники в болотистых низинах. О белых ночах, когда спать совсем не хочется и можно всю ночь напролет смотреть из окна на стаи огромных бакланов на крышах соседних домов и удивляться их забавным крикам, похожим не то на кошачье мяуканье, не то на гусиное гоготание. О бескрайних болотах, похожих на озера с неподвижной водой, в которых отражаются тоненькие деревья и тонут любые звуки: будь то крики птиц или шаги путника, робко ступающего по зыбкой кромке у самой воды.

Сибирские болота – явление необычное. Они как гигантские лужи. Есть и замшелые и заросшие, но очень многие именно такие – как неподвижные пруды. В них отражаются небо и деревья. Их называют болотами, потому что вода в них стоячая. Она не впитывается в землю из-за вечной мерзлоты, то есть льда, навечно застывшего в верхней части земной коры на глубине от тридцати сантиметров до тысячи метров.

Однажды, когда Вера засыпала, ей почудилось, что ее бумажное солнце засияло слабым светом в темноте. Она подумала, что ей это всего лишь снится. Но неожиданно солнце медленно отделилось от шторы и поплыло по комнате к Вере. Девочка поджала ноги от страха. Она боялась шевельнуться и старалась не дышать. А огненный шар все приближался, медленно плывя по воздуху. Поверхность его меняла очертания, словно амеба. Ближе, еще ближе…

Вера натянула одеяло на нос и уже была готова закричать, как вдруг шар стал приобретать четкие формы. Появились глаза, крошечный нос и ротик. Затем проступили ручки и ножки. Существо улыбнулось Вере и подмигнуло.

– Не спишь? – прошептало оно еле слышно.

– Нет, – пробубнила Вера, все еще не решаясь показать все лицо из-под одеяла.

– Давай играть, – предложило существо, не замечая испуга девочки.

Вера убрала одеяло с лица и с сомнением поглядела на солнце.

– Давай, – ответила она неуверенно. – А во что?

– Я буду летать, а ты догоняй, – весело предложило существо.

– Что ты! Мама будет ругаться! – запротестовала Вера, испуганно взглянув на дверь. – Давай лучше сказки друг другу рассказывать!

– Сказки, говоришь? А хочешь, я тебе ее не расскажу, а покажу?

Вера кивнула.

– Тогда возьми меня за руку и закрой глазки.

Вера взяла теплую и мягкую ручку солнца двумя пальцами и закрыла глаза. Вдруг она почувствовала, что медленно поднимается над кроватью и летит. Она открыла глаза и увидела под собой комнату, освещенную слабым светом ночника. Они летели к большому деревянному шкафу, дверца которого была приоткрыта. Вера поняла, что они летят в шкаф, и подумала, что в эту щель она точно не пролезет… Тем не менее, она спокойно влетела внутрь, даже не задев дверцу. Каково же было ее изумление, когда она оказалась не в темном шкафу, а на огромном лугу, таком зеленом, что захватывало дух. Не было ни леса, ни цветов. Был только невысокий овальный холм посередине луга и ярко-голубая бесшумная река, отделявшая Веру от холма. Было невероятно светло и тихо. Постепенно Вера стала распознавать очертания огромного белого стула, стоявшего на другом берегу реки. Он был таким большим, что нужно было запрокинуть голову, чтобы увидеть его спинку. На стуле сидел старичок с пушистой белой бородой. Он смотрел куда-то вдаль и не замечал Веру. А ей было неловко первой нарушить тишину. Тогда солнце потянуло ее в сторону реки. Было очевидно, что оно хочет перебраться на другой берег. Однако моста нигде не было видно. Как же им перейти? Но как только девочка подошла к воде, прямо из-под ее ног начал сам собой плестись мост из тонких сочно-зеленых стеблей с золотистыми цветочками на концах. Вера перешла на другой берег, и только тут старичок заметил ее.