Моя бабушка – пиццерия
- -
- 100%
- +
Также Марио пообещал, что лично будет ходить с сыном в школу и контролировать его, чтобы тот не смог удрать, а Фабио согласился на это время заменить его в пиццерии.
Как только полицейские вышли, Марио толкнул Томмазо на диван и окружил его вместе с Фабио и Иларией.
В этот момент Стелла быстро поднялась к себе в комнату, написала записку родителям: «Я погуляю по нашей улице. Не волнуйтесь. Вернусь через пару часов сразу домой. Часы я надела» и начала спускаться вниз, слыша, как Томмазо пытался убегать вокруг длинного обеденного стола, опрокидывая стулья, а Марио кричал ему: «Я глаз с тебя не спущу! Будешь постоянно рядом! Со стеной закончишь, сразу приступим к ремонту пиццерии! Теперь ни дня не просидишь без работы! А в качестве оплаты будешь получать еду! Большего ты не заслужил!»
10
Стелла вышла на улицу как была – в своём пышном праздничном платье и пошла в поисках каких-нибудь соседей или просто прохожих. «Не пропадать же красивой причёске!» – думала она.
Однако за несколько часов она увидела только пару мальчишек, проезжающих на скутерах. Но никакого интереса к наряду Стеллы они не проявили. «Точно с другой улицы», – оправдала она их поведение.
И вдруг около ряда мусорных баков она увидела движущийся жёлтый прямоугольник. «Скорее, под ним кто-то есть!» – мелькнуло у неё голове. Она подбежала и потянула на себя картонный пакет для фастфуда. Из под него медленно показалась чёрная довольная мордочка с длинным туловищем на коротких лапках. «Это мальчик! Какой милый пёсик!» – практически прокричала Стелла, осмотрев собаку. Она взяла её на руки. Несмотря на то, что животное было совсем низким, весило оно немало. Девочка изо всех сил постаралась пройти так хотя бы какое-то расстояние, но спустя уже пять шагов остановилась. «Давай лучше ты пойдёшь рядом. Мама говорила, что женщинам поднимать тяжести нельзя, поэтому беги сам. Я буду звать тебя Алессио!» Пёс довольно завилял хвостом…
Так они дошли почти до самого дома Стеллы. Всю дорогу назад она вслух размышляла о том, что ей почему-то всегда не везёт и даже сегодня, в день рождения, она так и не узнала, что за подарок ей приготовили. «Во всём Томмазо виноват… Я хоть люблю его, но мне кажется, вести себя плохо так часто уже точно нельзя. Надеюсь, ты послушный пёс, а то я знаю мальчишек… Все они любят проказничать!» Алессио поднял голову на Стеллу, словно понимая, что та имеет в виду.
Увидев себя в отражении витрины букинистической лавки, Стелла испугалась: причёска растрепалась, юбка платья была вся в пыли. «Лучше пойду домой. Прошло столько времени, а я так никого и не встретила. Они нарочно что ли не выходят?!» – она пнула ногой попавшуюся испорченную картофелину, но тут же поспешила успокоиться и села рядом с собакой: «С этого дня мы – друзья! Думаю, домой мне взять тебя пока не позволят, поэтому давай хотя бы видеться здесь, на улице. Иногда я буду выносить тебе еду. Вон там у нас пиццерия, видишь?» – она указала на вывеску напротив. «Ну всё, Алессио. Я пойду. Спасибо, что ты у меня появился…» И она крепко обняла его.
* * *Когда Илария, Марио, Томмазо и Фабио вернулись домой, закрыв пиццерию, Стелла уже спала.
Аккуратно проникнув в её комнату, Илария села на край кровати и нежно провела тёплой рукой по уже распущенным длинным вьющимся волосам.
– Стеллина17, солнышко – прошептала она. – Мне так жаль, что твой брат снова всё испортил… Мы с папой принесли тебе угощение и хотели сказать, что на следующей неделе пойдём с тобой в цирк. Это и был наш подарок для тебя…
Но девочка не слышала. Ей снилось, что вместе с Алессио они отправились путешествовать в страну, где никто никогда не ссорится…
11
Следующая неделя для семьи Фарина началась в довольно непривычном ритме.
Томмазо вместе с отцом каждый день ходил в школу, пока качеством покраски стены не стали довольны не только директор, но ещё и сам Марио. Он придирался к сыну по любому поводу и особенно громко ругал его, когда поблизости были учителя.
Наибольшее удовольствие Марио доставило то, что сын пытался дозвониться до своих приятелей, которым удалось удрать с места преступления, чтобы позвать помогать ему нести наказание, но ни один из них трубку не взял, а в социальных сетях каждый удалил Томмазо из друзей. Когда он рассерженно произнёс, глядя в экран смартфона: «Дружбе конец!», Марио почувствовал полную власть над сыном – неужели теперь никто не будет ему мешать воспитывать и влиять на Томмазо!?
Фабио вместе с Иларией и Стеллой работали втроём, и невестке каждый вечер приходилось успокаивать своего второго papà18, что скоро Марио вернётся и помощь будет не нужна.
Стелла видела, что все снова заняты своими делами и уже начинала бояться, что в цирк с ней так никто и не сходит, но в четверг вечером, засыпая, услышала, как на первом этаже мама уговаривала папу:
– Марио, пожалуйста, придумай что-нибудь! Я не могу в очередной раз сказать ей, что у нас не получается выполнить обещание. Тем более день рождения мы ей опять испортили…»
– Но что я могу сделать? Томà одного я не оставлю теперь, сама понимаешь. Да и завтра последний день работ в школе…
– Ты серьезно??? Я знаю, что со стеной уже всё закончено, а то, что ты ходишь туда с ним и делаешь сверху дополнительную работу, чтобы произвести хорошее впечатление на директора, никуда не годится! Поэтому хватит думать только о своей репутации! Он даже ни разу не зашёл к нам в пиццерию! А ты так ради него стараешься, забыв о собственной дочери! – Стелле в этот момент хоть и стало немного грустно, что её папа выбрал директора, но больше она гордилась речью мамы.
– Ладно, – опустил голову Марио. – Поступим так. Вы завтра со Стеллой езжайте в цирк вдвоём, а я с Томмазо и отцом позаботимся о порядке в пиццерии.
– Правда?! – Илария не ожидала, что муж так быстро согласиться. – А как будешь с директором Коста?
– Ты права. Он даже ни разу к нам не наведывался. Сходим к нему утром и скажем, что договорённость выполнили, поэтому больше не придём.
– Спасибо, Марио!!! Ты лучший!!! – Илария кинулась на шею мужу и крепко его обняла.
В эти минуты сердце у Стеллы бешено застучало: «Неужели завтра я увижу цирк?! Неужели завтра я выеду за пределы квартала??? Лучше поскорее закрыть глаза и перестать об этом много думать, а то не сбудется. Всегда, когда я сильно чему-то радовалась, это потом не происходило», – вспомнила она и решила поскорее уснуть, чтобы приблизить завтрашний день…
12
Но в этот раз всё случилось по-настоящему.
Стелла привыкла жить в небольшом мирке своего квартала, своей бесконечной узкой улицы, между двух высоких жёлто-серых домов. Ей казалось, что раз гости всегда собираются то в пиццерии, то у них дома, значит всё самое главное в мире происходит также на их территории. Между двумя деревянными дверьми и за ними. Да что там говорить, вся семья так к этому привыкла, что лишний повод оказаться подальше от дома становился целым приключением. И эта поездка в цирк не только подарила Стелле и Иларии кучу эмоций, но и стала отправной точкой в личной трансформации девочки.
Так как цирк приезжал в парк развлечений Эденладнию, маме с дочкой пришлось проехать шесть остановок на метро и пройти пешком ещё около двадцати минут – сначала от дома до метро, а потом от метро до парка. Всё это время Стелла крутила головой по сторонам и, не дождавшись ответа на предыдущий вопрос, задавала следующий:«А что это, мам?! А что там? А что это за церковь такая красивая? А этот памятник кому?» Илария редко отвечала правильно. Из-за своей неграмотности она боялась сказать что-то неверно и злилась про себя на Марио: «Говоришь, что научишь всему дочку сам, только никуда с ней не ходишь!»
В цирке Стелла радостно хлопала в ладоши, что есть сил кричала браво и уговорила Иларию после представления сфотографироваться с артистами.
– Я повешу эту фотографию над кроватью. Ладно, мам?
– Хорошо.
– Только мне не нравится, что когда тигр не слушался, в него тыкали палкой. У него были такие грустные глаза…
– Смотри в объектив, Стелла, и широко улыбайся. Потом поговорим.
* * *По дороге домой Стелла благодарила маму за этот день и торопила: «Надо поскорее прийти, пока все снова не ушли в пиццерию! Мне нужно им успеть рассказать!»
Больше всего ей не терпелось поделиться увиденным с братом, потому что ей было жалко, что его наказали и никуда теперь не выпускают. Но когда она начала перечислять, что ей понравилось, тот, не посмотрев в её сторону, хмыкнул:
– Нашла чему удивляться! Вот у меня у друга…
– Бывшего – вставил Марио.
– Это неважно. Альфа Ромео есть. Новая! Ты знаешь хоть такую машину? Он как на ней проедет, все девчонки сразу смотрят и мечтают прокатиться! Деньги – главное в этом мире! А не твои глупости про тигров и достопримечательности!
– Что ж ты не работаешь, если такой умный? А?! – снова влез Марио.
– В этой дыре многого не заработать. Я жду лучшей возможности. – Закинул одну ногу на другую Томмазо и скрестил руки.
После этой фразы между отцом и сыном снова начались дебаты.
Стелла не знала, что такое Альфа Ромео и хотя не была полностью согласна с братом по поводу всего, но в этот вечер твёрдо для себя решила: «Деньги нужны и мне. Я на них буду учиться и путешествовать! И смогу увидеть не только Неаполь, но и всю Италию, а потом и весь мир! И буду знать всё про разные памятники и музеи и научу маму с папой и Томà, а то он только нос задирает и мечтает о деньгах! Но откуда ж им взяться, если сидеть на одном месте!?»
Как известно, стоит человеку что-то запретить, он начинает этого желать со страшной силой. И так как в школу ей ходить пока не позволялось, она решила начать познавать то, что было доступнее, но в то же время неведомей всего – семейную пиццерию.
Часть II
13
– Ты снова здесь!!! – Стелла не верила своим ушам.
– Да, дорогая.
– А меня ты хорошо слышишь?
– Абсолютно.
– А почему ты снова надумала появиться сейчас?? Мне казалось, ты уже никогда не вернёшься… – Стелле хотелось поскорее всё выяснить и рассказать о своих чувствах.
– Я почувствовала, что у тебя много вопросов. А тот, кто спрашивает, всегда, рано или поздно, получает ответ. Ты захотела учиться, вот я и решила тебе помочь.
– Правда! Так и есть! Я очень хочу учиться! А может ты можешь мне помочь и с разными школьными предметами?
– Не обещаю, я сильна только по части пиццерий. Да и к тому же ты итак прекрасно читаешь и считаешь. А вот в написании мы ещё руку набьём, это я тебе гарантирую!
– Ураа! – Стелла так громко крикнула, что все за пределами кухни услышали.
– Ты слишком звонкая.
– Хорошо, следущий раз буду потише. Скажи только, как мне снова сделать так, чтобы ты появилась?
– Просто начни говорить…
Томмазо распахнул дверь на кухню.
– Мне нужен ещё один поднос. Не видела? Круглый такой, деревянный с толстым дном.
– Нет, не видела.
– А, кстати, чего ты тут сидишь, когда у нас куча посетителей? Я, если что, здесь задерживаться не собираюсь! Поэтому иди-ка меня подмени! Не хочу, чтобы родители привыкали ко мне в роли разносчика.
– Ладно, только не злись так. Я всё за тебя сделаю. Можешь оставить меня лишь на пару минуточек?
– Зачем это ещё? Не наигралась?
– Не могу сказать.
Тогда Томмазо сделал вид, что вышел, а сам спрятался за холодильником, чтобы послушать, обманчиво хлопнув дверью. Стелла заговорила:
– В любом случае, я очень рада, что ты снова со мной. Последний месяц был ужасным! Родители снова проиграли на фестивале, брат не хочет их слушаться, но после того раза с полицейскими, папа полностью взял его под свой контроль! – Последние слова она сказала совсем тихо и даже оглянулась, но Томмазо успел спрятаться. – В общем, я очень устала из-за их постоянных ссор. А ещё на днях я была в цирке с мамой и по дороге туда стоооолько всего интересного увидела! И теперь мечтаю путешествовать! А если моей семье хочется постоянно ругаться, то пускай. Вырасту и уеду. Выучусь и буду всем рассказывать про разные достопримечательности… Ты же мне поможешь?
Но ответа не последовало. Томмазо всё слышал и недоумевал. А когда родители оказались свободны, всё им выложил, словно упрекая сестру, мол: «Гляньте, не только у меня проблемы! Стелла совсем свихнулась!»
14
Вечером, после закрытия пиццерии все члены семьи пытались поговорить со Стеллой и выяснить, в чём дело.
На что девочка ответила:
– Я тут поняла, что знаю про пиццу совсем немного, а ведь это объединяет всех нас!» – тут она опустила глаза и еле слышно добавила – хотя нет, вас ещё объединяют ссоры и обиды друг на друга… Ииии наша пиццерия решила мне помочь во всём разобраться, пока вы заняты работой!
– Стелла, ты что говоришь такое? Как пиццерия может помочь?! – Илария подняла брови высоко-высоко.
– Ну, как бы вам это сказать… Она со мной разговаривает! – быстро протараторила Стелла.
Все переглянулись и заулыбались.
– Boh19, пусть разговаривает на здоровье, – махнул рукой Марио, соглашаясь со всеми взглядом в том, что это очередная игра – но, милая моя, разобраться в чём? Ходи и смотри, как мы готовим. Учись… Помогай нам в зале… Я всегда тебе об этом говорил.
– Вот именно! Понимаете… Сейчас я чувствую себя, словно листочек базилика, который кладут на пиццу поверх расплавленного сыра. Вы вроде и позволяете мне находиться здесь с вами, но я только мою посуду с мамой и ещё иногда разношу тарелки. Все считают меня маленькой… А я хочу стать дрожжами, которые участвуют в созревании теста! И делать всё как вы, взрослые… – По тому, как отчаянно слова вылетали изо рта девочки, можно было понять, что эту речь она готовила давно.
– Хорошо, Стè! Мы все будем только рады тебе помочь. Поэтому, как только появятся вопросы, смело задавай! – Марио был доволен тем, что кто-то нуждается в его знаниях.
А потом, чтобы успокоить себя, родители посовещались и дружно приняли решение считать, что всё это просто необдуманная прихоть Стеллы, а желание с кем-то говорить у девочки вызвано тоской по недавно умершей бабушке (Фабио сказал, что слышал о таком в выступлении какого-то именитого психолога).
А для того, чтобы было проще понимать, о каком чудо-голосе в следующий раз пойдёт речь, договорились дать ему имя «Гайя». Такое же, как было у матери Марио.
Стелла с ними спорить не стала. «Гайя, так Гайя…» – пожала маленькими плечиками она. И позволила родителям думать то, что им хочется…
15
– Вот здесь стену нужно подлатать. Там, на стыке с потолком, тоже приключилась беда. Видишь, трещина расползается? Всё-таки практически сорок лет пиццерие! – вздохнул Фабио и промокнул глаза клетчатым платком. У Стеллы этот жест всегда вызывал умиление и жалость. Ей казалось, что дедушка плачет, поэтому и в этот раз она подошла и обняла его за ноги.
– Пап, а вы что правда всё с мамой тут сами делали? – задумчиво осмотрел зал ресторана Марио.
– Ну да. А что ты думаешь, мне тридцать один год всего был, Гайе на два больше. Откуда у нас деньги на рабочих? Мы на помещение еле накопили на первый платёж… Десять лет выплачивали, еле концы с концами сводили. У знакомых позанимали, родственников… Эх…
– Дедушка, а с чего вообще здесь всё началось? Как всё строилось? – Стелла встряла в разговор, чему её папа оказался не очень рад.
– Дочь, у меня есть всего час до обеда, чтобы поговорить с дедушкой о предстоящем ремонте. Мне нужно многое у него расспросить, поэтому, если можешь, не мешай нам. Беги, лучше, поиграй или, что ещё лучше, вернись домой и помоги маме, я видел, она затеяла глажку… Но к часу возвращайся! Как откроемся, будешь нужна!
«Домой точно не пойду, пока не получу ответ! И я знаю, кто мне расскажет!» – мелькнуло в голове у Стеллы, и она побежала на второй этаж.
– Ты здесь? У меня есть вопрос! – негромко позвала девочка.
– Да, я тебя слушаю.
– Ох, получилось! Grazie a Dio!!!20 – запрыгала на месте Стелла. И тут же её радость сменилась возмущением. – А почему это ты мне в прошлый раз не ответила? Я тебе только рассказала, что за дрянной месяц был у меня и про то, как не поздоровилось Томмазо, о чём, если бы он узнал, оборвал бы мне все уши! А ты взяла и замолчала на самом важном месте?! Так не пойдёт!
– Дорогая, дело в том, что Томмазо был рядом… Он слышал, как ты разговариваешь со мной.
– Правдааа?? А где, где? Я его не видела, мне показалось, что он вышел!
– Он спрятался за холодильником и всё видел…
– Подлый! Подлый Томà! – Стелла зафыркала и затопала ножками.
– Ладно, не ругайся. Это тебе ни к лицу. Ты же не хочешь быть похожа на своего отца.
– Ну знаешь ли… – девочка задумалась, подняла как можно выше носик и поджала губы, – в чём-то может и хочу! Он с виду кажется таким грозным, но вот меня и пальцем не тронул ни разу! А вот мама…
– Да, я знаю… У Марио особенное отношение к тебе. Ему нелегко даётся такое спокойствие, но он старается. Ты это в нём цени.
– А что, я разве заслужила, чтобы меня так колотили и кричали, чуть что, как на брата?
– Ты права, ты очень послушная, в отличие от Томмазо, но, к сожалению, взрослые могут вести себя неправильно не только, если ребёнок провинился…
– А чего ещё-то? – Стелла резко повернулась от окна, будто в комнате стоял живой собеседник.
– Как бы тебе объяснить…
– Я жду!
– Случается, что у родителей бывают проблемы на работе или с другими взрослыми людьми, которые портят им настроение. И вот тогда, казалось бы, ребёнок вроде ни в чём не виноват, а его, чисто случайно, потому что он попался под горячую руку, могут обидеть…
– Но это же нечестно!!! – Стелла чуть не заплакала.
– Да, дорогая, к несчастью, такое бывает… Люди совершают поступки, произносят обидные фразы, о которых спустя время сильно жалеют…
– Получается, маме часто достаётся от папы просто потому, что он, например, поругался до этого с Томмазо?
– Да, вполне возможно…
– Тогда мне нужно помочь им никогда не ссориться! Только, если у меня получится, ты всё равно не пропадай, слышишь? Даже если Томà станет самым послушным в мире!
– Помочь не ссориться будет трудно. Так как твой брат совершает плохие поступки, и это сильно злит родителей. А вот волноваться тебе абсолютно не стоит! Я никуда не денусь, пока не расскажу тебе всё, что знаю про пиццу…
– Хорошо, я верю тебе! А что же тогда делать с их раздорами? – Стелла села на пол и скрестила ноги.
– Я бы рекомендовала не влезать. Других людей очень трудно изменить. Зато можно кое-что изменить в себе.
– Что, например?
– Вот, скажем, если окажешься в ситуации, когда на тебя повышают голос или ругают за что-то, в чём твоей вины нет, постарайся не горячиться на этого человека. Дай ему выговориться. Скорее всего, ему непросто, и он сильно устал. Просто послушай, но не принимай слова на свой счёт. И не спорь. Зачастую, люди сами осознают, что были не правы…
– Хорошо. Я всё поняла. А теперь то ты расскажешь мне, как строилась наша пиццерия?
– Конечно, устраивайся поудобнее!
16
– Как ты знаешь, второй этаж не всегда был частью ресторана. Твои бабушка с дедушкой купили только помещение, которое располагалось на первом этаже, а также прилегающий к нему небольшой подвал.
– Это, где мы сейчас храним продукты разные?
– Да, верно. Так вот. Это помещение было с серо-голубыми стенами, протёртым линолеумом, кое-где разбитыми окнами и заброшенной грязной кухней.
– То есть кухня была там же, где и сейчас? А почему она уже была?
– Была, да. Эта комната и раньше использовалась здесь в качестве кухни. И Гайя с Фабио как раз искали такой вариант. Потому что подготовить с нуля кухонное пространство достаточно непросто. А так они купили бывший заброшенный рыбный ресторан и всё, что им требовалось, это обновить под себя зал, вылизать кухню…
– Зачем её лизать?! – девочка скорчилась.
– Вылизать здесь означает очень хорошо вычистить, чтобы она блестела как новенькая! Понимаешь теперь?
– Хаха, да!
– Тогда продолжим. Ещё им предстояло заменить окна, посуду, вывеску над входом и самое главное… А попробуй-ка угадать!
– Откуда же я могу знать это…
– А если так – что самое главное в любой пиццерии? Моё сердце – что это? Без чего нельзя испечь тесто?
– Быть может, огонь?! – Стелла задержала дыхание.
– Уже теплее! А огонь находится где?
– В печи! В печи!!! – девочка подпрыгнула.
– Да, правильно! Ты уже всё знаешь, видишь? Просто нам нужно это освежить в памяти.
Засмущавшись, Стелла широко улыбнулась.
– Выкладывание печи и установление дымохода стало самой большой проблемой. Самой дорогой и трудновыполнимой. Но и с этим они справились. Потому что знали – хорошая дровяная печь – это то, от чего будет зависеть успех всей пиццерии. Запомни это! Перед тем, как выбирать качественные продукты, нужно позаботиться о печке.
– Вот как значит… А мне казалось, что нам уже давно нужно сменить выцветшие занавески на окнах…Потому что люди любят, когда красиво!
– Это тоже важно, но посмотри на другие известные пиццерии, у которых очередь выходит на улицу. Разве они похожи на зал торжеств? Чаще всего это непримечательные внутри заведения, стены которых выложены обычной однотонной плиткой. Но посетителям нет до этого дела! Они так сосредоточены на вкуснейшей пицце, что за уши не оттащишь!
– Опять ты какие-то смешные словечки говоришь!
– Ну да, это значит, что пицца там очень вкусная. А вкусная она почему?
– Из-за продуктов, наверное…
– Об этом мы поговорим позже, а сейчас запомни только про печь. С неё всё начинается. И твои бабушка с дедушкой отлично о ней позаботились. А занавески и прочие мелочи – это мы еще заменить успеем!
17
– Марио, Стелла рассказала мне, что отец утром передал тебе документы, связанные с будущим ремонтом. – Илария вошла в кабинет, расположенный на втором этаже пиццерии.
– Да, Рина, он хочет, чтобы мы наконец взялись за это. Да и Томмазо как раз будет чем занять, пока он ещё с какими-нибудь болванами не завёл дружбу. – Отвечая жене, Марио продолжал смотреть то в монитор, то на клавиатуру в поисках нужного символа.
– Об этом я и хотела с тобой поговорить.
– Давай я сейчас закончу с подсчётом продуктов на следующую неделю, и мы договорим. А сейчас ступай домой. Я так быстрее всё завершу. Не стой над душой. – Марио построил электронную таблицу и хотел поскорее приняться за её заполнение.
– И грубиян же ты! Вот вроде не сказал ничего такого, а от себя оттолкнул. Если бы только можно было вернуть время после нашей свадьбы… Ты с меня пылинки сдувал….
– Иди уже, давай! А то я так никогда не закончу.
Стиснув зубы, Илария прорычала что-то в ответ, и пошла вниз.
Через четверть часа Марио пришёл домой.
– Рина, ты где? – завопил он так громко, словно был в глухом лесу.
– Чего ты разорался??? Твой отец уже спит, да и дети тоже легли. Часы видел? Половина второго ночи!
– Ладно, что ты там от меня хотела? – он сжал пальцы в кулак и опёрся им о спинку дивана.
– Пойдём на кухню – она взяла его под локоть и потащила за собой из гостиной. – Сядь за стол. Будешь есть?
– Я спать хочу! Давай уже скорее покончим с этими разговорами!
Каждый раз, когда Иларие предстояло попросить о чём-нибудь мужа, она заранее начинала паниковать. Но никогда не отступала и в этот раз так же решила побыстрее всё выложить. – Это связано с ремонтом.
– Тааак. – Выдул, казалось, весь воздух из лёгких Марио.
– Я знаю, ты хотел начать его сейчас, чтобы Томмазо был занят, да и Фабио ждёт… Но я хочу предложить тебе немного переиграть планы. Сегодня утром мне звонил Лоренцо. – Марио немного оживился, так как очень уважал родного брата жены за то, что тот был успешным бизнесменом. – Он знает, что Томà закончил среднюю школу и спросил, чем парень собирается заниматься дальше.
– Знал бы он, чем хочет заниматься его племянник! – Марио стукнул ладонью по столу.
– Да успокойся же ты, прошу! – Илария старалась говорить как можно тише, словно компенсируя громкую речь мужа.
– Короче говоря, Энцо21 предложил на днях заехать за Томмазо, он будет у нас проездом, и забрать его к себе, в Милан. Там он покажет ему несколько институтов, вдруг сыну что-то понравится, а ещё он хочет брать его в рабочие поездки! Ты понимаешь, какой это шанс для нас?!
– Всё это, конечно, хорошо. Но а как же ремонт? Когда Томà вернётся?
– Лоренцо обещал вернуть его к рождественским каникулам, а про ремонт… Я подумала, раз Томмазо итак будет занят, может быть мы справимся без него? И сделаем всё с тобой сами… Как когда-то твои родители. Мне кажется, это нас сблизит. А то из-за разборок с сыном ты про меня вообще забыл! Только лучше всего делать ремонт не сейчас, а в августе, когда все закроются и уедут отдыхать22. А сейчас пока месяцок поработаем…