Лёгкое стихопатство
- -
- 100%
- +
«Потому что не нужно слов, обещаний, клятв…»
Потому что не нужно слов, обещаний, клятв,походов на выставки, в парки, кино, театры.Ни к чему рестораны, духи, коктейли из лаймо-мят,Потому что прелюдии слишком долги, слова – невнятны.«Твиттер» – комкает, «Инстаграм» – искажает смысл.Пустые вертятся толки, простыни – мяты.Невозможно вербально спровадить мысль.Да и глупо вслух, если звуки святы.От вина – голова с утра, от предательств – мрак.Пустота, огуречный рассол, свитер кашемировый,Потому что ждать, пока свистнет рак, —Это так же, как от новостей ждать мира.Потому что выдался сложный день,Ночь – бессонная, мысль – зачаточна – в марте почка.Потому что не жду от тебя идей, только:«Собирайся: ты едешь со мной. И точка».2014, Дублин
фото – Анастасия Кулагина
«Во благо мира сотворю войну…»
Во благо мира сотворю войнуВ своём малюсеньком приморском царстве,На дереве плакаты wanted развешаю,За голову твою провозглашу несметные богатства.До переправы загоню коней,Чтоб думать не пришлось про «не меняют»,Надену мантию и вызову людей,Что прошлое из зелий вызволяют.Не думай, что сбежишь по выходным —Мой понедельник начинается в субботу,Поверь, в любой харчевне твой бокалВдруг обернётся сонною зевотой.Ты будешь спать, и я тебя найду,Озолочу, введу в чины и званья,Придворным станешь главным во краю,Вершителем судьбы и мироздания……Сижу с лучиной, холодно в избе,Пора колоть дрова, в сарае убираться,Вот мужика рукастого бы мне,Да только ты не хочешь поддаваться.2011, Черногория«если пуля стреляет метко, то бьёт не в цель…»
если пуля стреляет метко, то бьёт не в цель,а в ту точку, в которой ей следует оказаться,я пишу тебе строчки мелом, попав на мель,и, как водится, заступаю с нового абзаца:густо смазав помадой рот, затянув ремень,вспоминая годы с сарказма пылью,становлюсь устойчивой, как кремень,поддаюсь надеждам, рождённым штилем.отношения связывают, ноют, бьют,их незыблемость рушится ежедневно,если жаль потраченных зря минут,обтирай ладони солёной пеной.от катрена к катрену ведётся речьо наваристой – ложка стоит – разлуке,всё скабрезно прогнившее брошу в печь,смажу кремом и умываю руки……так бывает в дружбе, в любви, в бою(в 3D-графике всё можно показать) —если я тебя когда-то о помощи попрошу,то, как водится, по сценарию следует отказать.2013«И она говорит: «…что до глубины, то искать её следует в сексе, а не в любви…»
И она говорит: «…что до глубины, то искать её следует в сексе, а не в любви».А потом жмётся носом в моё плечо.«Если ты думаешь, что сможешь меня приручить – лучше сразу уйди».И в теле, знаешь, становится горячо.И она говорит: «Он после меня счастлив – есть подруга, работаИ кашемировый плащ.Я как будто взяла на себя все его заботыИ спасаю от неудач».И она говорит: «Я могла бы с тобой тоже быть счастливой:Щи с крапивой, глаженое белье,Я могла бы причёски и на подоконнике в вазочке сливы,Только чувствую: не моё».И она говорит: «Я могла бы родить тебе дочку.И домик чтобы стоял у реки.Но не в силах поставить вместо свободы прочерк.И не хочется вопреки…»И сидим: она варит мне кофе в турке, я, как в дурке, кажется, что люблю.В своих мыслях сжигаю её дневники в печурке.И прошлое, как новорождённого котёнка в ведре, гублю, гублю, гублю…2013«Так обычно пишут отцу, мол, зачем не с нами?..»
Так обычно пишут отцу, мол, зачем не с нами?«Мама так красива, умеет борщ,мы семь вёсен пускали фантики парусами,почему отдельно теперь идёшь?»И коряво – маме в командировку:«Приезжай, тут бабушка – лютый зверь.Я сажаю, ем и пропалываю морковку,без конца смотрю на входную дверь».Так вербализуют кошке:«Мне жаль, ты сдохла,нет роднее твари по всем земле.Без твоих мурлыканий как оглохла,в одиночестве засыпаю в московской мгле».Набивают строку: «привет. в порядке?»,про себя, как в сноске:«Господи, пусть бы счастливым стал…» Я морковные семена разбрасываю по грядке.А ты сделай вид, что не прочитал.2014«Да будь ты трижды проклят и мной же взмолен…»
Да будь ты трижды проклят и мной же взмолен.Опущен в ад и вычищен до раёв.В суровых красках у ветхих сырых часовенОтыщешь много красивых слов.Да будь ты сотни раз безоружен, во снах – простужен,Бодр и здоров наяву,Я не прощу тебе даже стужуВ том месте, где для тебя живу.Да будь весь день напролет лучистым,А сам ты – вымощен, наг и чист,Я перестану гадать на числах,Ты – замараешь свой белый лист.Да будь ты горестным и убогим,Не мыты ноги, роба в пыли хмельной —Услышь, о чём тебе рёвом боги:«Стань хоть на милю самим собой,Забудь иллюзии и пороки,Представь, чтоб общество – тесный сонм,И, оббивая лицом пороги,Услышь на правом церковный звон».2013«Я даю тебе ангела – пусть он тебя хранит…»
Я даю тебе ангела – пусть он тебя хранитОт потерь, расставаний, горечи злых обид,От холодного нрава и прокисшего молока,От подтёкшего мёда, предательств,от которых так больно, что даже немеет рука,От безудержной страсти и солью присыпанных ран,От – «спаси меня, Господи, холод даёт океан»,От порочных идей и по-ханжески скучных снов,От отсутствия авантюр и от веры в непоколебимость основ.2019«Любить, ненавидеть, заботиться или плакать, быть жертвой, начальником, волком или овцой…»
Любить, ненавидеть, заботиться или плакать, быть жертвой, начальником, волком или овцой,Нести ли на ужин падаль в окровавленных лапах или пастись на лугу, питаясь одной росой,Использовать силы свои во благо, во вред, во имя, быть верным или предателем, гнилью или травой,Оттачивать остроумие, притворяться, что ты рабыня, или, напротив, богиней прикинуться, разверзающей шар земной,Реветь ли в подушку, лепить ли себя из глины, оттачивать самоё себя под беспечный запев вроде «у-лю-лю»,Да даже стрелять – в лица ли, бронежилеты, спины – it’s up to you, детка, по сути, тут всё едино – it’s up to you.2012«я не знаю совсем, куда мне от тебя деваться…»
я не знаю совсем, куда мне от тебя деваться,то ли выть, то ли ныть, то ли вдребезги разбиваться,так устала, что больше не хочется разгибаться,просыпаться и застилать постель.я не знаю, откуда ты взялся, такой апрельский,полутигр, полуагнец, урбанистично-сельский,я, конечно, тебя понимаю, но по-житейски —всё указывает мне на дверь.верь – не верь, мне хватило таких за юность,от таких то ломалась, то падала, реже – гнулась,кое-как починилась, заклеилась, цепь замкнулась,и вот на тебе – снова такой же зверь.мне и вправду совсем не хотелось таких сюжетовповоротов, страданий, криков, сплошных запретов,говорят, что бывает проще, но только где-тоне на этой планете…а он мне упрямо: верь.2011Города. По миру
фото – автора
Венеция
uno
Я желаю тебе Венеции, а чего же ещё желать?Круассанов, домов и silenzio, водных улиц, смывающих гладьПустоты, неуспеха, бездушия, корвалола как меры всего, автономного равнодушия, тщетной суетности того,Что не входит на карту города, замураненного в стекле,Я желаю тебе Венеции, и не думай иного – мне.* * *
duoЖиви теперь с Венецией в крови,Брусчатку, воду в чётких и отточенных каналах,Дома от терракота до опала,Смех итальянских женщин в семь утра,Стук г; ндол, волны, бьющие дороги,Мосты, узкие улицы, богов,Невинно поселившихся повсюду —в столбах каналов, храмах, острововколлекций – из ожерелья бусин их сложили,Расплавили в стекло, сточили в пыль,И рифмы Бродского, которые до Бродского зажили,но нужен был поэт – оформить в быльИ рассказать, как тонок мир – от Канареджо до Джудекки,«что, дабы не зажмуривать ей век, я прикрывал ладонью их,и веки, не веря, что их пробуют спасти, метались там, как бабочки в горсти»,И много прочего, наполненного светом,Сочащимся сквозь крыши в тишине,Не удалить из вен – живи с Венецией – она теперь навеки (и на том свете) будет при тебе.23.09.2018, ВенецияМосква
Восемь. Шесть. Восемь. Город, в котором живу.Если весь быт отбросить – я просто люблю Москву.Бульвары, театры, парки, кондитерские, кафе,её триумфальные арки, прогулки при яркой луне.Восемь. Шесть. Восемь. Из офиса ехать в метро.С улыбкой встречать осень, сидеть на последнем в кино,молиться в её церквушках, смотреть на Москву-реку,встречать у подъезда старушку: «От мужа платок – берегу».Восемь. Шесть. Восемь. Хипстеры, дети, авто,киоски, книги, вопросы…Город, живущий на сто, город – родной, любимый,выдержан, как вино, с праздником, пусть строптивый,но возлюбленный всё равно.20.08.2015, перед Днём города МосквыКофейни Москвы
И мы сидим в «Шоколаднице», «Кофеине», «Старбаксе»,Пьем липкий глясе или капучино,Ты сводишь на мокрой салфетке счета-балансы,Я шмыгаю носом, похоже, что беспричинно.Ты как между делом бросаешь: «Мне в этом городе скучно,Карьера – предельна, мысли размазаны по асфальту,Здесь холодно, страшно и беспредельно душно,Тут рифм не дождёшься: сплошь кобальты и базальты.На прозу ответишь прозой: слывёшь банальным.Стишком – нарекут романтиком и ботаном,Я если и золото, то всё равно сусальный,А падаю со стола гранёным всегда стаканом.А ты меня называешь не мудаком, а сюрреалистом,«Прожженный и конченый, – говоришь, – но с душой».Мне жаль, что мы так похожи и гнёмся с упругим свистом,Иначе назвал тебя бы своей судьбой.А так – приглашаю выпить. И ты всё знаешь:Как кончится вечер и сколько в нём будет слов,И пусть ты упорно связь нашу отрицаешь,Я прежде не видел более прочных основ».2013«Pourquoi vous aimez Paris?..»
Pourquoi vous aimez Paris?Parce que c’est ma vie.J'écoute la radio française et regarde par la fenêtre.И если в Москве совсем не будет весны,За кофе с корицей в бистро я не вспомню об этом.2013*Почему вы любите Париж? Потому что это моя жизнь. Слушаю французское радио и смотрю в окошко.
«Когда лабух провинциальный внушает страх…»
Когда лабух провинциальный внушает страхИ скрип дверной звучит как угроза,Предрекаю тебе, девочка, очередной крах:Детектив интеллектуальный, как «Имя Розы».Так Умберто Эко ладони твоей прочитает линию,Словно лилию, герб рода Валуа,Поезжай-ка ты, девочка, спецкором в Ливию —Всё равно на сердце сплошная мгла.Поражения, как отличница, помечай крестиком,Как перфекционист, ничего себе не прощай.Зарекись никогда не иметь дел со сверстникамиИ сразу же согласись с одним из них выпить в интимной чай.2013, ЯрославльПустыня
Ваши высвеженные поля для футбола против моих равнин,Где настолько пустынно – не добралась эбола и не молился раввин.Ваши дёгтем покрытые, как антизагаром, спины – мухи на них не льнут —В моей кухне, наполненной запахом винным, вряд ли приют найдут.Ваши дети – грузны, отчаяние – безутешно, камни – сквозь решето,В моём доме в окно повеяло запахом вешним, значит, старое – изжито.
фото – автора
Туманное. Альбионное
Он вернулся из эмиграции.Пол-второго. Моросит.Небо серое. Мягко сели.Чемодан крокодиловый. Пальто.Руки сильные. По осанке и взгляду все мысли его недавно осиротели.Его встретит девочкаЛет под двадцать.В тёмном платье и свитере.Не накрашена.Обовьёт его шею мягкими тёплыми пальцами,И как будто бы не было дня вчерашнего…Позавчерашнего, поза-позавчерашнего.Он приехал из города,Где во век не дождатьсяКорки из льда на лужах,Где не сыщешьДвух домов одинаковых.Он вернулся оттуда измотан, замучен, истерзан и даже простужен…Слоем пыли скрывая блеск своих туфель лаковыхУ неё, этой девочки, пусто в квартире.Пушистый кот. Пыль на книгах.Нараспашку все окна – сквозняк.И немножко нервно.Он пробудет неделю здесь,Наест щёки, обсудит новинки культурные,Соберёт чемодан, поцелует её в проборИ обратно мигрантомв странуДоверху забитый вещами-мечтами.Там тепло.Там сильные духом женщины.Там бы жить, да нет ничего хорошего.2013Тель-Авив
Сколько это может продлиться, в бывшем незаменимый?Когда колесо сансары – запаска на случай стекол,Когда ожидаешь в чашке с заваркой не сахар – след мины,И в сумку кладёшь кроме прочего чеснок, лассо, кол.Жалеешь о фото, которых когда-то оплошно не сделал,Как пили вино в Тель-Авиве в оранжевых сочных вдвоём,Как мягко – под воск маскируется – плавится телоВ похожем на крепость домишке твоём.И руки-шпагаты, улыбка (сквозь тень недоверия),И голос, проломленный слабостью бывших осмысленных драм,Сейчас замолчи, слушай пульс свой, пока часы сверю я,И скрип заколоченных рам.2017Израиль
Белый лист. Самолёт. Израиль. И я одна.Этот мир похож на в игристом пробку.Не придумано в этом мире ещё вина,Чтобы, выпив, не становиться с тобою робкой.Я тебя люблю, дорогой, и in spite of that,Проклинаю всякую с тобой встречу.Потому, что несу нереальный бред,А потом вспоминаю в деталях наш вместе вечер.Исписалась, похоже,Способна лишь working hard, swimming longи finding a joy at all.И хотя принципиально не разбиваю карт —Если будет совместный – какой его будет пол?2014
фото – автора
«Давай уедем?..»
Давай уедем?Прямо сейчас!На остров маленький или север!И жизнь закружится вокруг нас,И заживем без потрясений!Не будет города и вранья,Друзей не будет – с кем объясняться,Мы все забудем – раз – навсегда!Мы перестанем знакомым клясться!Но ты пойми, что обратно – нет!Уже не сможем вернуться к дому,Мои глаза – вот один ответ,Ты позабудь про свою истому!!!Один раз выбор и – навсегда,Здесь все не так, как в обычном браке,Там мне за месяц полно вранья,Здесь только мы, остальное – враки!Есть много маленьких городков, в них не живут,Только пишут в книжках!Давай уедем? На дальний свет!Я только детского возьму мишку,А ты не хочешь…Ты говоришь, что здесь полно для нас дел и планов!Ну ладно, что ж, остаемся здесь…Бояться жизненных ураганов…Дублин
Одна рыжая девочка собирает чемодан и едет в мою любимую страну.Там она дополняет леса рыжиной и инстаграмит волну.Я кричу ей нутром – привези мне оттуда хоть камушек, скрепку, сон,Не была там четыре года и уже не чувствую с ней в унисон.Ровно года четыре без accent, что Irish, картофельных супа и jokes,Без занятий, без кролика в комнате, смеха, пейзажей и rocks,До того, как случилась работа и самозабвенный роман,Чувство, будто в аптеке, как в детстве, налили тебе кислородный в стакан.Вспоминаешь – как будто бы в прошлой – эпохе ли, жизни ли, весне…«Инстаграм» закрываю – привези же хоть камушек мне.2018, 4 года после ДублинаКанада
наш мир изворотлив, как стайка птиц,летящих на юг прожарить своё оперенье,мы дышим над книгами, перед картинами падаем ниц,находим с годами прочность, теряем зренье.встречаемся в 8, расходимся в 25,по ходу рожаем детей, собираем шкафчик,и ты говоришь: «жизнь отдам за твою прядьволос», на деле – закручиваешь буравчик,а я, ну а что я, какой тут спрос – падкадо красивых строк и пухлых тетрадей,ты едешь в Канаду за тканями для платка,привозишь в ладонях радий.«от гниющих в моём подсознании червячковдо трещащих по швам подкорок твоих фантазий» —больше нет слов, – ты слышишь меня? – нет слов,всё истрачено в этой фразе.2012
фото – автора
Море
Мы такие, какие есть – с гнильцой.С пережжённой арахисовой вместо желудка.Капучино с утра вредит блаженству рассудка.Нам не важно – чёрные мысли – давно на лапах у пчёл пыльцой.Мы не знаем лесных зверей: в лицоНам знакомы лишь волки и овцы града —Есть одна от urbi et orbi награда —Планктонное братство и офисное кинцо.Мы прилюдно затачиваем ножи —Нам не время, не место оправдывать целью средства.В паутинах от дзен-буддизма до эскейпизма шло детство.И попробуй мне только праведник что-то скажи.Мы врываемся раз в полгода в спокойный мир,Посещаем моря, горстями грызём черешню.Убеждаем свой разум, что жизнь вдруг станет безгрешной,И гони обратно, ямщик, в московский в центре трактир.2012, мореЯпония
вероятность, что ты спасёшься, равна 0,будь то Дао «Тойоты», буддистские омы или пепел вулкана.однозначность намерений сводит в одну тюрьмуМагдалин, перестроечных деятелей и пушкинского Руслана.я, конечно, не очень-то и хочупроповедовать веру в твоём каземате.посмотри, в паре метров лежит, зализывает деснупёс бездомный на подранном школьном мате.карамель, или сладкая вата, арбузный сок —первосортная выделка самого раннего детства.я стреляю, стреляю, стреляю тебе в висок.пули держатся в воздухе, выполняют весёленькую петлю и – ни с места.2012Рикша
Они говорили: «Бог даст»,И Бог им давал,Бог искренне верил, что им это пригодится.Они же куражились, пили, чеканили свой металлИ вечно ворчали, что им ставят в шины спицы.Они говорили: «Полноте, мы прокачаны,У нас level-up, живем не один век,У нас ваши библии в папочку с торрента скачаны,Мы их почитаем, когда поздним вечером выпадет снег».Они говорили: «Здравствуйте, мы тут пришлые,Читаем ли Пришвина, чачу ли пьём взахлёб…»…А из-за угла выезжает расслабленный рикша,И горы томов философии режутся до басё.2013Тель-Авив. Москва. Париж
Твои люди тебя найдут. Твои люди тебя простят.Твои люди если уйдут – то хотя бы оставят взгляд.Могут даже оставить тлен – черепа под ногами, боль.Твои люди – знак перемен, они трубы, вода, огонь.Твои люди порочат зло, и они же возносят свет.Твои люди, упав на дно, тянут руки сквозь сотни лет:Твои люди живут в веках, книгах, истинах, тишине,Твои люди в своих руках твои держат. Они в винеИщут правду с тобой в ночи, провожают тебя в полёт.Твои люди: «Ты не молчи», «Долетела?», «Как прошёл год?».Твои люди – как карандаш: пусть сточился, но есть портрет.Ты твоих людей не предашь, потому что иначе нетОтражений зеркальных, снов, стен кирпичных – да ничего —Морзе, чтобы понять без слов, счастья, чтобы отдать его.Твои люди важней всего, что вокруг: Тель-Авив ли, Москва, Париж,Твои люди – замкнутый круг – я не сплю – значит, ты не спишь.2015, домПариж
Говорю же, ему на тебя плевать,Он смеётся и вслед провожает других див:И не ЗАГСом тут пахнет, и его матьТебе скажет, что нрав его неигрив,Но играет тобой как пазлом «Сложи Париж»,Режет вены – похоже, на пластилин,И, пока ты руки о чашку греешь, он помнит лишьПрошлой жизни запах – где был он как пилигримИли рыцарь, нежить и бог весть что,Уже трудно высечь обрывки слов,Говорю же – пока тебе 3, ты забудь его,Прошлой жизни не вытянешь шлейфы снов.Куртку крепче застёгивай, пей компот,Соль на раны – не страшно, главное – в уши чтоб не песок,И когда придёт – как и в прошлой – снова тебе черёд,Не захочешь больше себе в висок.2018
фото – автора
«Я просвечиваю дом на рентгеновском аппарате…»
Я просвечиваю дом на рентгеновском аппарате.Кто-то в платье ходит. Кто-то лежит в трусах.Измеряя свет в окнах, как общую to по палате,Предрекаю сюрпризы себе, а тебе – одиночества страх.Эти игры ведут нас по уровням многоэтажек.Мы то в лифте застрянем, то – покурить у окна,Четверть века здесь жить, понимая: «не взрослая даже»,Но при этом покрашена в тёплый соседней квартиры стена.Недосказанность фраз и немножко пространные речи,ТСЖ, мягкий пол, кран горячий настроен оn air,Я использую вместо светящихся ватных олдскульные свечиИ мечтаю, что ты забредёшь и мы выйдем дышать на пленэр.Вот такие кварталы, родной, этажи, парапеты и крыши.Где-то пусто, а где-то беззубые дети сопят,Этот город берёт все октавы и жалостливо: «Ты хоть слышишь?Для тебя чистый воздух потом будет больше похожим на яд».Я всё знаю: что выросла здесь и сгодилась,Пыль, пороки и пробки – десяточку баллов берут,Мы как плотники слышим: «Давайте же выше стропила»,Окропляем перила водой и мечтаем про влажный Бейрут.2013Календарь
#проосень
фото – автора
* * *
Рубишь ли, режешь – фарш получаешь изСвежего мяса и капельки перца в нем.Я б тебе рассказала, как ненавистен киш,Если он в доме, в котором не мы живём.Осень, и кружат маятником посты – где отопления нет,Там нет ни муз, ни снов.Я бы свернулась котиком до весны,Только собрать ли впрок значительный столь улов.Детство – это когда если горы, то из песка,А если посуды – ты вырос и забурел.Помнишь, в 15 смеялись и слушали громко ска?Вспомнишь, какой тогда курс был и список дел?Я тебе шарф повяжу на фото, чтоб не замёрз,Жаль, не смогу руками тебя согреть.Прошлое – это сгусток любви, горящий за сотню вёрст,Вспомнил – и можно собраться с силами, не реветь.* * *
Я тебе верю, Икаром взмываю ввысьИ тихо пишу, сидя на подоконнике —Фото на выставке – ловкая быстрая рысьВышла в печать на слабенькой с виду Конике.Месяц и месяц, и лето летит в трубу,В эту субботу рухнет всевластно осень,Я тебе верю и Богу это скажу,Только Он вряд ли спросит.Август – конец – похож на в вазочке суккулент —Воду уже не ставишь, свежее отцвело,Я тебя буду помнить – подписки фейсбучных лентЕдко всплывают, стоит открыть окно.Голос – в ночи, в толпе, через огни Москвы —Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.