Звёздный юнга: 2. Марс не догонят

Тому, кто никуда не плывёт – не бывает попутного ветра!

Китайская мудрость

***

– Всем привет! Это снова я – Уно Арно! Вот это история сегодня со мной случилась! Мне, наверное, орден дадут или медаль за спасение лунной станции-музея! А пока мы летим на Марс – на гонки, билет на которые мне вручил лично директор лунной станции за её спасение. Всем пока! Конец записи.

Уно спрятал свой дневник в карман и побежал в кают-компанию. Там его уже ждали Гога и Лили, которые летали вместе с ним на экскурсию, на Луну. Только Уно всех спас, выкинув атомную бомбу, готовую вот-вот взорваться, в открытый космос, а они в это время, как прилежные ученики, сидели за партой и слушали скучные истории о Земле, которые и так все знают.

– Заждались? – Уно плюхнулся в кресло капитана, куда ему было категорически запрещено садиться.

– Ой, а это правда, то, что Юджин рассказывал, что бандиты хотели нас взорвать? – затараторила Лили. – Если – правда, и родители об этом узнают, то меня больше вообще никуда не отпустят.

– Если со мной, то отпустят, – успокоил её Уно. – Лучше смотрите, что мне удалось стащить с корабля этих бандитов.

Мальчик достал из маленькой сумки, которую прятал под курткой, три небольших брусочка, сделанных из темного металла. Каждый аккуратно взял по одной непонятной штуковине и принялся внимательно рассматривать.

– Это древний накопитель информации, – Гога небрежно бросил брусочек на стол. – Работал со специальными вычислителями, которые использовались в двадцатом и двадцать первом веке.

– Откуда такие интересные познания у обычного футболиста? – удивленно спросил Уно.

Гога с вызовом посмотрел на него, но ничего не ответил.

– Бандюги сказали, что это записи профессора Темпуро, – продолжил Уно. – Кто-нибудь знает, что это за тип такой, если ради каких-то его записей хотели распылить целую станцию?

– Я, я знаю! – Лили аж руку, как в школе, задрала. – Профессор Александр Темпуро – это учёный, живший в начале космической эры.

– И что в нём такого примечательного?

– Как, мальчики, вы не знаете? – Лили скорчила удивлённое лицо, а Гога усмехнулся, показывая, что он-то точно знает кто такой этот Темпуро. – Это же тот человек, который открыл принципы гравитационной интерполяции и изобрёл гравитационный конденсатор. Благодаря его открытиям, человечество смогло совершить исход с Земли, спасло и себя, и планету. Если бы ты остался с нами и посмотрел фильм про историю Земли, то ты знал бы, кто такой профессор Темпуро.

– Если бы я остался смотреть это дурацкое кино, то мы бы тут уже не разговаривали, – сообщил Уно, и девочка, сделав круглые глаза, прикрыла рот ладошкой и закивала.

Собрав со стола древние накопители, Уно спрятал их обратно в сумку и спросил у Гоги:

– А где можно найти такой вычислитель, который работает с этими штуками?

– В музее на Луне, наверняка, есть такой, – подумав, ответил Гога.

– Не люблю возвращаться. Может ещё где-нибудь есть?

– Не знаю.

– Ладно, разберёмся…

В этот момент каюта погрузилась в кромешную тьму, но через мгновение свет вновь зажёгся. Транзистор совершил прыжок или, научными словами, гравитационную интерполяцию, к соседней планете солнечной системы – Марсу.

Ребята бегом бросились на мостик, чтобы посмотреть посадку на красной планете. Прибежав, они откинули кресла для пассажиров, спрятанные в стене, и уселись, пристегнувшись ремнями безопасности.

– Я уже думал, что вы не придете, – пробасил с кресла, стоявшего по центру мостика, капитан Джонатан Кук. – До посадки осталось пару минут.

В иллюминатор корабля уже был виден красноватый диск планеты. Они приближались к нему с приличной скоростью. Через минуту можно было рассмотреть подробности ландшафта Марса. Транзистор шёл на посадку в район огромной горы, которая возвышалась на несколько десятков километров над плоской равниной.

На южном склоне этой горы находилась большая площадка для посадки космических кораблей, сейчас забитая под завязку. Рядом с ней был построен большой гостиничный комплекс, состоящий из нескольких многоэтажных корпусов, сверкавших на солнце. Загудели гравитационные компенсаторы, когда корабль начал интенсивно тормозить, и, через минуту, Транзистор на автопилоте совершил посадку на краю космодрома. К нему от гостиницы сразу же вылетела пассажирская гравикапсула, оборудованная небольшой шлюзовой камерой, которая болталась на хвосте летающего аппарата.

– Добро пожаловать на Марс, детишки! – пробасил со своего места капитан. – Сейчас заселимся и пойдём оформлять нашего гонщика.

– Капсула пристыковалась, – сообщил Юджин, вставая с кресла пилота. – Можно отправляться.

Ребята отстегнули ремни безопасности и бросились вниз по лестнице в каюты, собирать свои вещи. Уно и Гога были готовы через минуту и стояли, ожидая, когда соберутся капитан и его помощник. Но дольше всего пришлось ждать Лили, капитан уже дважды постучал в дверь её каюты, предупредив, что если девочка сейчас не выйдет, то её одну оставят на корабле.

– Бегу, бегу! – крикнула из каюты Лили.

Дверь открылась, и сначала появился огромный черный чемодан, парящий над полом, а потом толкающая его девочка.

– Я готова! – сообщила всем она.

Юджин вздохнул и взялся за ручку черного монстра, в котором, при желании, мог поместиться сам.

– Зачем тебе столько вещей? – поинтересовался он, пока команда спускалась по лестнице и шла сквозь трюм корабля.

– Ну, я же девочка, – объяснила она, и матрос, хмыкнув, больше вопросов не задавал.

Люк корабля, когда они подошли к нему, уже открылся, и через него была видна кабина гравикапсулы, рассчитанная на шестерых пассажиров. Все уселись в удобных креслах, и капитан дал команду на отправление. Колпак капсулы герметично закрылся, шлюз отсоединился от корабля, и аппарат полетел в сторону ближайшего корпуса гостиницы, лавируя между звёздными яхтами, которыми была забита взлётная площадка.

Пролетев через специальное поле, которое удерживало атмосферу, пригодную для дыхания человека, гравикапсула приземлилась перед входом в здание. Из него появился забавный механизм, напоминающий человека на колесах, и направился к гостям. Пока он ехал, пассажиры выбрались наружу и с интересом наблюдали за тем, что тот будет делать.

– Приветствую уважаемых гостей! – приятным низким голосом произнёс робот. – Позвольте забрать ваш багаж и проводить на стойку регистрации!

Не дожидаясь разрешения, механизм вытащил из гравикапсулы рюкзаки Уно и Гоги, вещмешок Юджина, небольшой чемодан капитана. Осмотрев черного монстра Лили, робот отстегнул со своего пояса карабин, от которого начал разматываться тонкий трос, и зацепил его за ручку чемодана.

– Прошу следовать за мной! – позвал он остальных, и сам, груженый вещами, поехал в сторону дверей гостиницы, большой чёрный чемодан послушно следовал за ним, паря по воздуху.

– Какая полезная штука, капитан! – восторженно смотрел на робота Юджин. – Надо нам такого же завести.

– Ага, вместо тебя, – согласился Джонатан Кук. – Хочешь?

– Не очень, а другие варианты есть?

– Нет, или ты или эта железка. Выбирай.

– Ну ладно, полетаю ещё с вами, – обрадовал матрос капитана.

За разговорами они зашли в холл гостиницы. Большое просторное помещение было уставлено диванами с маленькими столиками и растениями в кадках, а посередине располагалась круглая стойка, за которой сидело несколько улыбчивых девушек в униформе. Робот подкатил к стойке и замер, ожидая инструкций.

– Приветствую наших дорогих постояльцев в гостинице Олимп! – поздоровалась ближайшая к ним девушка. – Меня зовут Олия, чем могу вам помочь?

– Здрасьте! – поздоровался Уно и протянул приглашение, полученное от директора музея. – Мы на гонки.

– Регистрация участников и инструктаж проходят в гараже, – сообщила девушка. – А пока готовится ваш номер, можете отдохнуть в холле.

– У нас что, будет общий номер?! – возмутился мальчик.

– Не переживайте, у каждого будет своя отдельная комната и общая гостиная, – невозмутимо сказала девушка. – Располагайтесь, сейчас вам принесут напитки.

– Хотелось бы чего-нибудь посущественнее, – вздохнул капитан.

– Ужин будет подан в номер, – обрадовала его Олия. – Кстати, сообщите ваши имена.

– Уно Арно.

– Джонатан Кук.

– Юджин Наут.

– Лили Финиган.

– Георгий Торв.

Олия сделала соответствующую запись, подмигнула Юджину, и группа организованно отправилась на ближайший диван, ждать, когда им приготовят номер. Робот-носильщик свалил их вещи возле дивана и куда-то укатил.

– А людей не так много, – Уно осмотрел сидящих в холле.

Действительно, в большом холле находилось лишь несколько человек, которые сидели кто поодиночке, а кто парочками.

– Смотрите! – Лили начала нервно тыкать пальцем в сторону пожилого мужчины, сидевшего недалеко от них: – Это же Фланель Ватин – знаменитый историк, специализирующийся на Земле периода космической эры!

– Может он чего-нибудь про Темпуро нам расскажет? – заинтересовался Уно.

– Обязательно! Пошли с ним познакомимся!

Лили схватила мальчика за руку и с силой, о которой тот не подозревал, потащила его к седому старикашке, который пил чай из маленькой кружечки, стоящей на блюдце с золотым ободком.

– Профессор Ватин! – Лили присела на краешек дивана. – Здравствуйте!

Тот удивленно посмотрел на неё и отставил чашку.

– Добрый день, юная леди, – его голос оказался мягким и приятным. – Чем я могу помочь вам и вашему спутнику?

– Меня зовут Лили, а это Уно, – девочка представила их профессору.

– Уно, какое интересное имя. Ты знаешь, что на одном из старых языков Земли, оно означает – первый? – спросил Фланель Ватин.

– Нет, – честно ответил мальчик, – но теперь буду знать. Профессор, скажите нам лучше: вы слышали о происшествии в музее на Луне?

– У профессора Свона?

– Ага.

– Нет, ничего о происшествии в музее я не слышал. Что там случилось? Мы с ним должны были завтра здесь встретиться.

– Какие-то негодяи украли записи Темпуро, которые недавно нашли на Земле, а чтобы скрыть улики, решили взорвать там атомную бомбу.

– Да что вы такое говорите? – возмутился профессор. – Как разумному человеку может прийти в голову мысль о безжалостном уничтожении такого исторически ценного хранилища?

– Однако пришла, – вступила в разговор Лили. – А вот этот герой, – она ткнула пальцем в Уно, – между прочим, всех спас. Выкинул бомбу со станции на аварийном боте.

Профессор с сомнением оглядел Уно:

– Почему-то мне кажется, что вы меня разыгрываете… – тут коммуникатор профессора тренькнул, и тот поднес его к лицу.

Пока Ватин читал сообщение, выражение его лица менялось от удивленного до испуганного.

– Молодой человек, вы знаете, я должен перед вами извиниться, мне только что пришло письмо от профессора Свона. Он подтверждает вашу историю. Ещё он написал, что отдал вам свой билет на участие в гонках.

В знак подтверждения Уно достал из внутреннего кармана куртки приглашение и показал его Фланелю Ватину. Профессор крепко пожал руку мальчику:

– История вас не забудет, дорогой Уно. Такие поступки не остаются без награды, поверьте мне. Если я могу вам чем-то помочь – говорите!

– Вы могли бы рассказать про Темпуро и про эти украденные записи?

– Конечно, что бы вы хотели услышать?

– Подробности, профессор.

– Конечно. Профессор Александр Фёдорович Темпуро являлся выдающимся учёным двадцать первого века, – Уно почувствовал себя за школьной партой и с трудом подавил желание зевнуть. – Как вы знаете из школьной истории – Земля к концу двадцать первого века была перенаселена людьми, от этого страдала экология, заканчивались ресурсы. Человечеству грозило серьёзное сокращение, если оно не найдет выхода из этой ситуации…

Уно честно попытался сдержать второй зевок, но потерпел неудачу. Его челюсть совершила круговое движение, а глаза непроизвольно закрылись и из них покатились слезы. Профессор неодобрительно посмотрел на мальчика.

– Извините, – пробормотал Уно.

– Так вот, человечеству надо было решить эту проблему. Самым очевидным решением было переселение на другие планеты, но технологии, существующие на тот момент, не позволяли этого сделать. Ведь расселить надо было несколько десятков миллиардов человек, да еще и далеко за пределы солнечной системы. Что делать? – воскликнул профессор Ватин и театрально заломил руки. – Но, как это часто бывало, решение нашлось только в самой критической ситуации. Мало кому известный учёный-теоретик из России, специализирующийся в области квантовой физики, открыл некоторые свойства гравитации, позволившие ему создать материал, непроницаемый для сил притяжения, – Ватин выдохнул и отпил из чашечки чая.

– Профессор, я очень извиняюсь, но у нас не так много времен, чтобы слушать лекцию о целом периоде в жизни Земли, – максимально вежливо произнес мальчик. – Не могли бы вы сказать конкретно, что могло быть в тех записях, которые украли бандиты.

– Пять минут вас не спасут, юноша, а в качестве расплаты за потерянное время вы станете немного более образованным. Согласны?

Уно кивнул, ничего не говоря, а Ватин продолжил:

– Поняв перспективность исследований в этом направлении, правительство выделяет Темпуро, а речь идёт именно о нём, практически неограниченные ресурсы. В небольшом городе он создаёт секретную лабораторию, где проводит свои исследования. Через год у него появляется прототип гравитационного конденсатора, позволявший накапливать неограниченные запасы массы внутри, при этом ничего не веся снаружи.

– Профессор! – взмолился мальчик, – если вы сейчас начнёте рассказывать мне устройство космического корабля – я сойду с ума!

– От знаний ещё никто не сходил с ума, – нравоучительно сказал Ватин, потом на мгновение задумался: – Ну, почти никто, но поверьте мне – вам это не грозит!

Уно вздохнул.

– Еще через год, профессором Темпуро были сформулированы принципы гравитационной интерполяции, позволявшей мгновенно перемещаться в пространстве на огромные расстояния. Началась галактическая эра человечества. Сперва были построены небольшие корабли-разведчики, они за небольшое время посетили множество планет в различных звездных системах, выбирая подходящие для жизни человека. Когда был найден первый десяток похожих на Землю планет, начали строить транспортные корабли, которые затем совершали по нескольку рейсов в день, увозя человечество в далёкий космос.

– А что с профессором Темпуро? – спросила Лили.

– А Темпуро продолжал исследования в своей секретной лаборатории и открыл новое применение своего гравиконденсатора – перемещение во времени. Но, как учёный, он понимал, что такое открытие может уничтожить всю нашу вселенную, поэтому, построив один действующий прототип аппарата для временных перемещений, он уничтожил все свои записи, а сам сел в свою машину времени и исчез. Больше его никто не видел.

– А записи, которые украли бандиты? – спросил Уно, догадываясь, что ответит профессор.

– У Темпуро было несколько помощников, один из которых, как мы предполагаем, тайно сделал копию с его работ, и спрятал её в надёжном месте. Месяц назад экспедиция, направленная на поиски лаборатории учёного, обнаружила её. Проведя обыск помещений, они нашли спрятанные там накопители, и мы решили, что это и есть те самые, спасённые, записи Темпуро.

– То есть вы их даже не смотрели? – удивился Уно.

– Работа с историческими артефактами, молодой человек, это сложный и длительный процесс, знаете-ли, – оправдывался Ватин. – На днях мы уже должны были приступать к их просмотру.

– Ой, профессор, – вступила в разговор Лили, – а расскажите мне о том, как распределялись планеты между странами.

Профессор снова отхлебнул чая из маленькой изящной кружечки и начал:

– Дело было так: существовала специальная организация – Организация Объединенных Наций…

Слушать заумные истории мальчик больше не мог, поэтому он попрощался с профессором Ватиным и пошёл обратно к капитану. Тот уже заканчивал свой коктейль, а на подносе, рядом с Юджином и Гогой, стояло еще несколько высоких стаканов с трубочками. Уно схватил один из них и, с разбега плюхнувшись на диван, спросил:

– Ну что скоро там?

Капитан неодобрительно посмотрел на него, но ничего не сказал. Остальные тоже промолчали.

– Ну ладно, вы чего? – Уно толкнул Гогу в плечо. – Пошли регистрироваться на гонки.

– Пошли, – Гога встал и направился к лестнице, ведущей в гараж.

– Подождите, – крикнул Юджин. – Я с вами!

– Капитан, а вы как? – спросил Уно у Джонатана Кука. – Пойдёте с нами?

– Нет, я номер дождусь и поем нормально, а вы идите.

Уно залпом допил свой фруктовый коктейль, поставил стакан обратно на поднос, и побежал догонять Гогу с Юджином, спускавшихся по лестнице. В гараже народу было значительно больше, чем в холле гостиницы, но все были распределены по кучкам, стоявшим возле необычного вида транспортных средств.

– Да они же на колёсах! – восхищённо воскликнул Юджин и подбежал к ближайшему аппарату.

Дети бросились за ним, и все трое стали с интересом разглядывать интересную конструкцию. Это была шестиколесная тележка с прозрачной кабиной, в которой располагался единственный пилот. Форма кабины напоминала каплю, а большие широкие колеса были обуты в черную резину. Аппарат имел стремительные очертания, подчёркивающие его гоночное назначение.

– Пойдём скорее регистрироваться! – крикнул Уно, высматривая стойку для регистрации.

Она оказалась прямо напротив лестницы. Мальчик подошёл к девушке, сидевшей за стойкой, и протянул приглашение.

– Запишите: Уно Арно! – попросил он.

Девушка забрала приглашение и оценивающе посмотрела на паренька:

– А ещё документы есть?

– В смысле? – аж поперхнулся Уно. – Какие ещё документы?

Подошли Гога и Юджин.

– Предъявите документ, удостоверяющий вашу личность, – попросила девушка за стойкой.

– Позвольте представиться! – матрос улыбнулся и протянул руку через стойку. – Юджин! Какой документ будет считаться у вас легитимным? – деловито спросил он.

– Любой, действующий в данном секторе галактики, – устало ответила девушка, пожав протянутую руку. – Меня, кстати, зовут Кристина.

– Я сопровождаю этих двух шкетов, у меня есть удостоверение служащего Торговой Федерации Альфии, а у них в коммуникаторе есть электронный идентификатор учащегося. Подойдёт?

– Вполне достаточно предъявить документ тому, кто участвует в гонке.

Уно поднял руку с коммуникатором и выбрал в меню режим идентификации. Устройство пикнуло, соединяясь с терминалом, стоящим за стойкой.

– Господин Арно, – разглядывая информацию в голографическом интерфейсе терминала, вежливо произнесла Кристина, – у вас есть действующая юношеская лицензия гонщика на гравикапсулах – это позволяет перевести вас из любительского заезда вокруг горы, в профессиональный – через туннели и каньоны. Хотите?

– Конечно хочу! – обрадовался Уно, не совсем понимая о чём идёт речь.

– Перед участием в профессиональном заезде, вы должны пройти тестовый заезд и подтвердить свою квалификацию.

– Да хоть сейчас!

– Пройдите к своему багги под номером одиннадцать и следуйте инструкциям, – девушка села обратно в своё кресло за стойкой. – Удачной гонки! – слегка улыбнулась она.

– Пока, пока! – крикнул Уно и побежал искать свой гоночный багги.

Тот одиноко стоял в углу гаража. Мальчик подбежал к нему и стал с восхищением разглядывать белый болид. Проведя по корпусу рукой, он ощутил прохладный гладкий пластик. Подошли Юджин и Гога.

– Красавец! – выдохнул матрос. – Дашь прокатиться?

– Щас! – оскалился Уно. – Самому охота! Знаешь, как колпак открыть?

– Вон, рядом со стеклом кнопка.

Мальчик нажал на неё, но ничего не произошло.

– Переведи коммуникатор в режим идентификации, – посоветовал Гога.

Стеклянный колпак кабины дёрнулся и откинулся вверх, открывая доступ в кабину. На кресле лежал легкий скафандр и герметичный шлем с прозрачным забралом. Уно, незаметно для Юджина, сунул Гоге сумку с записями Темпуро, потом снял куртку и стал натягивать скафандр. Тот оказался безразмерным и, после того, как мальчик влез в него, подтянулся по размеру хозяина. Дальше Уно взял в руки шлем – тот оказался практически невесомым – и надел его себе на голову. С легким шипением шлем присосался к горловине скафандра.

– Удобная штука, – сообщил паренёк, присев пару раз.

– Начинай давай! – Юджин подтолкнул его к кабине багги.

Дважды просить Уно было не надо. Он залез на переднее колесо и с него перепрыгнул на сиденье.

– Чего дальше-то? – развёл он руками сидя в гоночном кресле.

– Пристегните ремни безопасности! – раздался голос в динамике шлема.

– Это кто? – от неожиданности спросил мальчик.

– Ваш персональный инструктор. Пристегните ремни безопасности!

Уно застегнул ремень, вытащив его из-за спинки кресла. Когда тот защелкнулся, прозрачный колпак кабины закрылся, и перед мальчиком появился интерфейс управления багги. Из правого подлокотника кресла выдвинулся рычаг, а возле правой ноги из пола появились две педали. Маленький пилот подергал за рычаг, понажимал на педали, но ничего не происходило.

– Эй, инструктор, чего не едем? – задал он вопрос невидимому собеседнику.

– Ожидайте, – раздалось в динамике.

Через минуту площадка под багги начала опускаться и вскоре оказалась на склоне горы под гаражом.

– Для управления гоночным аппаратом используйте джойстик, находящийся справа от вас, и педали. Отклонение ручки джойстика вправо или влево обеспечивает поворот аппарата, правая педаль отвечает за передачу тяги на колёса, левая – тормоз.

– Ясно, а взлетать как?

– Аппарат предназначен для перемещения по поверхности, функция полёта – отключена. Можете приступать.

Уно взял джойстик в руку и наклонил его влево. Передние колёса повернулись влево, со средними ничего не произошло, а задние повернулись вправо. При наклоне рычага вправо, передние колёса повернулись вправо, а задние – влево. Мальчик попробовал нажать на педаль ускорения, аппарат дёрнулся вперёд, передними колёсами съехал на склон и замер.

– Куда ехать-то?

Перед Уно появилась карта с отображением маршрута и большой стрелкой, показывающей, направление. Он слегка нажал на педаль ускорения, и багги, выбрасывая из-под колёс облачка пыли и мелкие камешки, рванул вперёд. Отклонив рычаг джойстика в направлении стрелки, он вывел машину из тени гаража, нависающего над ним, на открытый склон и остановился.

Как опытный гонщик, он знал, что перед стартом надо изучить маршрут. Трёхмерная карта висела перед ним. Левой рукой пилот попробовал ею управлять: взмах вправо и карта послушно начала поворачиваться, движение рукой от себя – масштаб уменьшился, к себе – увеличился. Всё просто! Уно установил вид на карте так, будто он смотрит на неё сверху и отдалил от себя, чтобы увидеть весь маршрут. Тот оказался на удивление простым: кольцо на вершине горы, протяженностью километров двести.

– Ну, попробуем! – сказал Уно и вдавил педаль ускорения.

Багги сорвалась с места и понеслась по склону горы. Чтобы попасть на трассу, надо было подняться от подножия горы, где находился отель, на её вершину. Путь туда был прямой, по ровному пологому склону, длиной в триста километров. Гора была такой огромной, что её вершина терялась за линией горизонта, и создавалось ощущение, что едешь просто по равнине. Уно сильнее вдавил педаль ускорения, двигатели, расположенные в колесах, загудели противным высоким звуком, а пилота вдавило в спинку кресла. Скорость, отображаемая по центру интерфейса багги, выросла со ста километров в час до двухсот, потом трёхсот, четырёхсот и продолжала расти. Точка, обозначающая гоночный болид на карте, стремительно двигалась к вершине горы. Когда на индикаторе загорелись цифры шестьсот, Уно чуть сбавил ход, багги стало заметно трясти и подбрасывать.

Двадцать минут езды по прямой на бешеной скорости пролетели незаметно, и инструктор сообщил, что пора тормозить. Уно убрал ногу с педали, но тормоз не нажимал и в полной тишине, слыша только хруст мелких камней под колёсами, проехал накатом ещё с десяток километров, а когда скорость упала до двухсот километров час, снова нажал на педаль ускорения, поддерживая её на этом значении.

Развернув и приблизив карту так, чтобы видеть оставшийся маршрут, он прикинул расстояние до вершины и свою скорость. По его ощущениям оставалось ехать меньше минуты. Пилот снова убрал ногу с педали ускорения и слегка нажал на тормоз. Ремни начали врезаться в скафандр, а скорость секунд за десять упала до значения в сто километров в час.