Сквозь девять миров Иггдрасиля. Книга третья

– Может это не так плохо? – Я с удовольствием прихлёбывал ароматный напиток из трав, который окончательно меня пробуждал, возвращая ясность мысли.

– Не плохо, если не считать того, что охотиться я не смогу, а остаток съестных запасов ты оставил у Марии. Будем надеяться, что это не последнее озеро на дороге, где водится рыба.

– Не прибедняйся, ты спокойно проживёшь без физической пищи, а я могу поискать грибы. Пшено у нас есть, грибная каша, это довольно вкусно и сытно. Меня больше беспокоит сложившееся положение, чем мысли о еде.

Когда солнышко яркими бликами стало отражаться в лесном озере, я отправился купаться, а Алиса решила наполнить седельные сумки рыбой. В путь мы отправились гораздо позже, чем планировали, но сопровождающее нас зверьё совершенно не беспокоилось по этому поводу. Я их видел, но не так много, как Алиса, скорее, слыша шумы и улавливая боковым зрением движение за кустами и деревьями.

Уже в дороге, слух резанул громкий треск падающего дерева впереди нас, а подойдя, увидел довольно широкий ручей. Сваленное дерево вполне заменяло мост, я без труда перебрался на другую сторону. Возникли сложности с Алькой, но мой Хранитель взяла эту проблему в свои драконьи лапы, перенеся лошадь по воздуху. Правда после этого дракон истончился почти до тени, и Алиса до вечера не материализовалась, набираясь сил в бестелесном состоянии.

Уже сутки мы двигались по тракту, но кроме зверей, так никого и не встретили. Ночью, вдоль дороги зажигались магические светлячки, освещая нам путь, что добавляло удобства нашему передвижению. Я перестал обращать внимание на необычное сопровождение, успокоив себя тем, что по приезду в город мы выясним причину такого поведения.

Уже смеркалось, когда я почувствовал запах дыма, остановившись, пытался за деревьями разглядеть отблески огня. Так ничего и не увидев, послал на разведку Алису.

– Не далеко, за пригорком, домик, а дым идёт из трубы. Хозяин или хозяйка где-то поблизости, в доме пусто. – доложила мой Дух Хранитель.

– Поехали, попробуем напроситься на ночлег, а может нам повезёт и узнаем новости этого края, кто чем дышит в этих лесных угодьях.

Мы свернули с тракта, направляясь в лесное жилище. Дом стоял на живописной поляне, забора не было, но рядом разрастался пышный огород, за которым тщательно ухаживали. Грядки аккуратными рядами располагались по всей левой части поляны, а справа от дома росло множество фруктовых деревьев. Красиво и очень уютно, этот лесной дом притягивал к себе, вызывая чувства спокойствия и надежности. На поляне паслись козы, а к дому вела утоптанная тропинка.

У дверей, в тени деревьев, были расположены две лавки, а чуть дальше, уютная беседка. Наказав Альке вести себя прилично, то есть не жрать с огорода, я сел на лавочку разглядывая богатый урожай фруктового сада. Яблоки, сливы, вишня, несколько не знакомых мне фруктов, всё выглядело очень аппетитно, но я не стал наглеть и срывать плоды, а решил дождаться хозяев.

– За домом смородина и крыжовник, там же малинка, она в этом году крупная уродилась. Ты слюну не пускай. Вот у двери миска, иди собери, что понравилось, а то ты мне глазами весь урожай съешь.

Передо мной стоял высокий, худой мужчина, говорил он серьёзно, а глаза улыбались. Одежда простая, похожая на ту, что носили в дальнем селе, рубаха на выпуск, да свободные штаны. Он подошёл к Альке, что-то нашептал ей, лошадь развернулась и потрусила за дом.

– Там трава сочнее. – пояснил он мне. – Она не заблудится. А ты у колодца фрукты помой, да в дом заходи, я пока на огороде овощей к салатику подёргаю.

Я молчал, кивая головой после каждой его реплики. Пока рвал фрукты и ягоды, не удержался, впиваясь зубами в краснобокое яблоко, сок брызнул и потёк по подбородку. Неужели такая вкуснотища, это реальность. В жизни не пробовал ничего вкуснее и ароматнее, но я ошибался. Когда я зашёл в дом, хозяин уже накрыл на стол.

– Не готовил ещё, не ждал гостей. Так что, всё по-простому: картошечка с маслицем, огурчики, помидоры, да хлебушек свежий, вот ещё маслята маринованные, да грузди бочковой засолки.

Я не ел, я поглощал невероятно вкусный обед. Живот был уже полный, но аромат, исходивший от блюд, заставлял меня запихивать в рот эти вкусности. Краем глаза я обнаружил Алису, она сидела на лавке и лопала картошку с грибами, хозяин воспринял её появление за столом, как должное, ничуть не удивившись, не спросив о странном меню кошки, которая сидела за столом. Когда я тяжело отвалился на спинку стула, он буднично сказал:

– Немного потопчись, прогуляйся по двору, я баньку затоплю и комнату тебе подготовлю, а как отдохнёшь, так и побеседуем. Звать меня Прохором, но местные чаще зовут просто – ведун. Я-то не совсем ведун, а сборная солянка: знахарь, целитель, колдую немного, травы знаю, с живностью разговариваю, а при нужде и шаманю зачастую.

Я представился, решив, что расскажу о себе, чуть позже. Пока ведун говорил, помог убрать со стола и вымыть посуду, что вызвало у хозяина широкую, добродушную улыбку.

Я не специалист по бане, но у Прохора прочувствовал всю прелесть этой процедуры, усталость улетучивалась вместе с паром, и выбивалась жёстким берёзовым веником, которым покряхтывая меня стегал хозяин. После, выпив душистого травяного чая, я провалился в крепкий сон. Ведун не будил меня, а я нагло отсыпался на удобной кровати.

Проснувшись, выглянул в окно и сначала подумал, что продолжаю спать. Недалеко от дома стоял огромный бурый медведь, перед ним на корточках сидел ведун, рассматривая лапу хищника. Зверь был спокоен, только иногда утробно рычал и отворачивался, когда Прохор проводил странные манипуляции с его лапой, заливая её мутной жидкостью, а после прикладывал материю, шепча заговоры, а может какие другие волшебные слова. То, что они общались было заметно не вооружённым взглядом, Прохор отвечал на урчание медведя, который внимательно выслушав знахаря, совсем по-человечески кивнул и пошлёпал в лес.

К ещё большему изумлению, меня привела подошедшая к ведуну Алька, с которой также состоялся не понятный для меня диалог. Когда лошадь потрусила на полянку за домом, Прохор махнул мне рукой, видимо он давно заметил мой любопытный нос в своём окне. Действительно, давно пора поговорить, скоро сутки как я нахожусь в этом гостеприимном доме, но пока только ел, спал, отдыхал.

Самовар живописно расположился на столе, рядом с блюдом свежеиспечённых пирожков.

– Тут мясные и с печенью, сейчас с ягодами подоспеют. Отдохнул? – Хозяин отодвинул заслонку печи, взглянув на подошедшую выпечку.

– Прохор, а где хозяйка? Я никогда не поверю, что ты один управляешься с таким хозяйством, при этом печёшь пирожки. Это невозможно. – спросил я, надкусывая румяный бочок горячего, хлебного лакомства.

– Почему один? Ты положи пирожок, пусть чуть жар с него сойдёт. Пошли. – Он махнул мне рукой в сторону выхода.

Мы направились прямиком на огород. Как описать увиденную мной картину, я не знаю. Чародейство, волшебство, дрессировка или дружба, пазлы в моём мозгу никак не состыковывались. На самих грядках я увидел кучу медведок, это крупные насекомые-многоножки, которые разрыхляли почву под овощами, тем самым давая доступ кислорода к корням. Жабы, лягушки и множество птиц, обходили медведок своим вниманием, но гусеницам и прочим вредителям пощады не было. Вся эта братия копала, летала и прыгала по грядкам, работая дружно и быстро. Между грядками красиво лежали кувшины, чугунки и перевёрнутые корзины, то, что это декорировано не вызывало сомнения, но оказывается, эти предметы не только украшали огород, но и являлись домиками для ежей и ящериц, которые так же следили за здоровьем и целостностью овощных культур. В дальнем углу огорода стоял козёл, он не спеша рвал огурцы, перекусывая плодоножку и забрасывал их в корзину.

– Василий. Достаточно! Принеси корзину на крыльцо и прикати из сарая маленькую бочку.

Василием был не кто иной, как козёл. Потому что, он поволок корзинку с огурцами в сторону дома. А мой хозяин-чародей, ухмылялся, поглядывая на меня.

– Почти все работники уже ушли по своим делам, так их гораздо больше.

– Невероятно. Так все умеют в этом мире? – Я не переставал удивляться, наблюдая за трудолюбивыми помощниками.

– Не то, чтобы все, но многие знают, как общаться с животными. Тут важно, желание самих зверей. Ложь они чувствуют сразу, а на доброту и помощь отвечают тем же. Мой дед и отец жили на этой земле. Их также, звали ведунами. Мои предки лучше находили общий язык с деревьями, птицами и зверями, нежели с людьми. Я мало чем отличаюсь от своего Рода. – Прохор направился в дом. – Пирожки уже самый смак, тёплые. Твоя Хранитель уже в одиночестве уплетает пятый пирожок.

Мы вернулись в дом. За столом и правда сидела Алиса, а напротив неё, на полу, за ней наблюдали три рыжие кошки. Ведун ласково посмотрел на кошек:

– Красавицы, тесто на хлеб замесить надо.

Кошки чинно потопали в сени. Я лишь спросил:

– Можно мне посмотреть, как они тесто месить будут?

– Так смотри, не жалко. Муся, Дуся и Жуся любят гостей, когда в доме народ, много хлеба надо, а им нравится подготавливать тесто к выпечке. – Я выглянул в сени, три кошки, мурча от удовольствия, переминали лапками хлебную заготовку. Выпуская коготки, они мяли, и катали по столу шар из мучной консистенции.

– Волшебные кошки. – воскликнул я, глядя на то, как шустро мурки управляются с тестом.

– Обычные, как и многие другие. А волшебные звери в этом лесу часто появляются, иногда и ко мне захаживают. На сегодняшний день, главное чудо, это ты. – засмеялся ведун.

– Это почему? Из-за стихий? Другие магические способности у меня весьма скромные.

– И из-за них тоже. Я близок с лесными братьями, но они мне не всё говорят, и тут молчат. Думаю, что сами пока не разобрались. Беда у них, я бы назвал это, эпидемией, только вот зверьё не согласно со мной. В городе местные знахари, да доктора голову ломают. Я тоже в стороне не стою.

– Так, что произошло? Болезнь неизвестная? – спросил я, но уже догадывался, что не всё так просто.

– Можно и так сказать: волк на волка кидается, лица лису душит, а недавно совсем небывалое произошло, медведь медведицу поломал. Без причины, без симптомов бешенства или подобного недуга. Всё происходит резко и носит странный характер. Эти «больные» стали в стаи сбиваться, по тракту уже в одиночку или малыми группами народ не ездит. Вот такие дела. А зверьё молчит, у них своё расследование.

– Я даже ума не приложу, чем могу помочь. Не в знахарстве, не в медицине, я не в зуб ногой. – Сказать то я это сказал, но в подсознании червячок зашевелился: «вот оно, твоё очередное дело».

Прохор, как почувствовал мои сомнения:

– А ты не торопись с ответом, поживи у меня, приглядись к лесу. Может, что и выглядишь. В городе, оно может и уютнее, но дальше от зверей. Мы с тобой туда на экскурсию съездим, с людьми хорошими познакомлю, с ведьмами и колдунами пообщаешься. Может и поможем нашим братьям меньшим.

– Согласен. – Я от души был рад, задержаться в доме ведуна. – Только с условием: к работе меня приставь, хочу нужным быть, а не гостем-нахлебником.

– Чудные слова говоришь. – засмеялся ведун, показывая красивые зубы, которые совсем не по возрасту были белые и ровные. – Сам работу найдёшь, тыкать не буду, чай не дитё. Ты бы с лошадью пообщался, или погоняй её по полянке. – Он хитро улыбнулся.

– Ты тоже увидел её необычность?

– Так ничего необычного нет. Дух посмертие не получил, то ли заблудился, то ли, что посерьёзнее произошло. Вот и прыгнул он в первое тело на своём пути. Личину своей сущности, точнее, своей расы, есть шанс получить после смерти кобылы, но это сложно.

– В чём сложность? – Я мало понимал, кто или что сидит в Альке и может ли самостоятельно отделиться от её тела.

– Сам посуди, тело должно быть крепкое, но с малой защитой, иначе собственная душа и личность отвергнет чужеродное вхождение. А чтобы на пути попалась крепкая, молодая вампиресса, без защиты, это совсем малый процент вероятности.

– Так Алька вампиресса? – Я знал, что в моей лошади разумный дух сущности, но причастность к вампирам меня удивила.

– Алька, лошадь, но её личность поглощена более сильным духом, который был до посмертия в теле вампира-женщины. Как будут развиваться события, не известно никому. Тут играет роль: случай, возможность, вероятность, в общем, как карта ляжет. – припечатал ведьмак исконно русским выражением.

– Она заговорит? – Я понимал, что задаю глупый вопрос, но не удержался.

– Она уже говорит. Но ты же не рассчитываешь, что она будет слагать стихи и читать тебе поэмы? Не та физиология. Но изредка ты будешь её слышать, а лучше, научись понимать, это не так сложно, как кажется.

Я был полностью согласен с Прохором. Перед тем, как идти на прогулку с Алькой, я вернулся к теме о лесных животных:

– Мне бы хотелось ещё поговорить о зверях, а ещё лучше, пообщаться с ними. Это возможно?

– Завтра я отправляюсь на подкормку лосей, и заодно надо посмотреть на зверей за западными холмами. После завтрака отправляемся, это на полтора – два дня.

Ведьмак-ведун совмещал и знахаря, и егеря, но жизнь у него была интересной. Я с радостью поброжу с ним по лесу, наверняка узнаю много интересного.

Я оседлал Альку, решив проехаться вдоль тракта. Всю дорогу разговаривая с ней, наблюдал за её движениями. Она кивала головой, иногда топала копытом или стригла ушами, но более эмоциональными были лошадиные губы. Она смешно шевелила верхней губой, выражая несогласие или улыбку. Именно по её мимике и скашиванием глаз в сторону зарослей, я понял, что звери продолжают сопровождать нас. Теперь я знал, что они охраняют меня от своих же сородичей, у которых, по-простому выражаясь, снесло крышу. Что произошло на самом деле, предстояло выяснить, а для этого, как минимум, должен быть контакт с кем-то из вожаков. Будем ждать случая, или создавать события и вероятности, как выразился ведун.

Алиса на прогулке не осталась в стороне, бестелесным духом, она шныряла по зарослям, пытаясь подслушать что-нибудь важное в мыслях зверей. К сожалению, результатов почти не было, единственно, что нас насторожило, зверей не стало меньше. Я думал они нас провожают, и сейчас в гостях у ведуна мы в безопасности. Но судя по тому, что звери не собирались расходиться, это было не так. А значит и сам Прохор не так защищён, как он думает. Возможно, стаи зверей-разбойников стали сильнее и многочисленнее, но пока мы не наблюдали ни одного случая агрессии или нападения.

С такими мыслями я подъехал к лесному домику ведуна. Поставив Альку в сарай, где ей отвели комфортное место, я зашёл в дом. Прохор собирал седельные сумки для завтрашнего похода, немного поговорив с ним, я отправился спать. Нигде мне не спалось, так крепко, как в этом лесном доме, в окружении леса, в зоне комфорта и уюта.

Я проснулся от непонятных звуков, напоминавших стук по стеклу. На душе было тревожно, я присел на кровати, и в ту же минуту услышал повторный стук. Повернувшись к окну, замер от страха. Чёрная, костлявая рука, с длинными пальцами тянулась в окно. Тёмные, заострённые ногти, стучали по стеклу. Я не видел хозяина руки, и создавалось впечатление, что она живёт отдельно от тела. Это было так неожиданно, что я вскрикнул. Сразу всё пришло в движение, послышался топот ног хозяина дома, бегущего ко мне, над головой вспыхнул магический светильник, совсем рядом завыли волки, залаяли собаки, весь этот шум поглощало громкое ржание Альки.

– Что случилось?! – Прохор стоял в длинной льняной рубахе, с босыми ногами и взлохмаченными волосами.

– В окно стучалась чёрная рука!

Я тыкал пальцем в сторону пустого окна. Прохор, смело побежал на улицу, у меня хватило духа, рвануть за ним. Он тщательно проверил землю около дома, не обнаружив следов, попытался утихомирить зверей, которых на поляне собралось более, чем достаточно. Немой диалог с лесными зверями помог заглушить какофонию звуков, но звери не хотели расходиться. Махнув на них рукой, мы отправились в сарай. Пришлось выпустить лошадь, она сломала перегородку в сарае, и почти добралась до выхода. Алька поцокала к дому, и встав ровно под моим окном, не переставая издавать хрипы и ржание.

– Пусть тут стоит, сама успокоится. – повернувшись ко мне, мягко спросил: – Может тебе привиделось, или кошмар приснился?

Я и сам уже начал сомневаться в увиденном, но меня насторожило поведение лошади. Взбрыки и хрипы не прекращались. Мы, переглянувшись, пошли ещё раз проверять землю под моим окном. Ничего существенного я не нашёл, да и ведун спокойно рассуждал:

– Яблоня почти касается ветками до стекла. Подул ветер, ветки зашевелились, а в темноте их вполне можно принять за костлявую руку.

Я устало облокотился на яблоню, моя рука буквально вошла в рыхлую, воздушную субстанцию. Отдёрнув руку от ствола, я приблизил её к глазам. Это напоминало чёрную паутину, которая каплями стекала с моей ладони и растворялась в воздухе. Через минуту от воздушной паутины не осталось следа. Меня сковал страх. Я всегда больше боялся неизвестности, чем реальной угрозы, а тут явно прослеживалось чёрное колдовство. Ведун моментально начал активничать. Прям под стенами дома он развёл небольшой костёр, усадив меня на лавку, приказал не двигаться и вошёл в дом. Там он долго гремел вёдрами, бормоча что-то себе под нос. Ведун быстро передвигался по двору. Сначала очертил тройной круг, скребя палкой по земле, обходя дом трижды. Он пояснял мне свои действия, как я понял, учил меня:

– Ведьмины круги, ими защитим периметр дома. – Набросав в костерок большие охапки трав, он заставил меня встать рядом и дышать этим едким дымом. – Полынь, зверобой, чертополох, собранные на Литу, они уничтожат тёмное колдовство и очистят землю.

Звери, подтягивались к костру, фыркая и кашляя, они упорно шли под дымовой завес, обволакивая им себя. Возможно, знали о свойствах дымящихся трав, или ведун сообщил, как защититься от возможной угрозы. Только сейчас я увидел своих стражей, надо сознаться, что под словом «много», даже не представлял и половину тех, кто сейчас пришёл к дому ведуна. Это были разумные существа, они живым ручейком двигались к костру, принимали дымовые ванны, и отходили в сторону, уступая место следующим зверям. Прохор расставил по поляне чёрные свечи, читая заклинания и заговоры, он чертил знаки на земле, закрепляя их своим словом.

До самого утра проходило очищение земли и всех, кто находился ночью на этой территории. А с рассветом мы с ведуном отправились в баню, где пар также был пропитан разными травами. Конечно, поездка за холмы передвинулась на завтрашний день. После бани мы не пошли отдыхать, я помогал чертить уже защитные знаки по всей территории дома и поляны. Центральными гальдрставами были Шлем ужаса, и Молот Тора, их мы окропили кровью, напитав большей защитной силой.

– Так, что это было? – спросил я, когда мы вошли в дом.

– Не знаю, я с таким не сталкивался, это не магия Ванахейма. Тут предостаточно своих тёмных магов и колдунов, но по большей части, мне знакомы их принципы колдовства.

Я удивился, услышав, что в мире Богов, процветает чёрная магия.

– Не понимаю, как такое может быть!

– Молодо-зелено. – ухмыльнулся ведун. – Нет абсолютного зла, как и абсолютного добра. Перейдя определённую черту добро приобретает тёмный оттенок, и чем больше ты отодвигаешь эту черту, тем больше вероятность трансформации этой энергии в злую силу. Баланс этих энергий дарует всему живому относительное благоденствие, к нему мы и стремимся.

– Чем больше добра, тем опаснее, что оно принесёт зло?

– Именно так. Я попробую объяснить на простейшем примере. Добрая мать опекает ребёнка – маленького сына, рассказывает нужные сказки, учит кормить птичек и всячески помогает ему встать на ноги. Идёт время, сын растёт, а она продолжает окружать заботой молодого юношу. Прикроет перед строгим отцом, посоветует с какой девушкой лучше дружить. А то, что не работает, так успеет, молодой ещё, пусть бережёт себя. И вырастает никчёмное, ленивое существо. С каждым прожитым годом мать всё больше не понимает, почему так, ведь она отдавала ему всё самое лучшее, не щадя себя. Сын откровенно грубит, он тоже не понимает, почему так. Всю жизнь ему внушали, что он лучший, гениальный и неповторимый. Так, где награда? Почему никто её не даёт? Страдают всё, начиная от уставших родителей, до него самого. А если он успел обзавестись семьей, то количество страдающих увеличивается. Мать вырастила хама и лентяя, который не умеет держать удар, не хочет работать, избегает трудностей, но всю жизнь она шла к нему только с добром. Это малый пример, их тысячи, добрых, приносящих зло в наши жизни. Самое страшное, что они это не осознают. – Прохор замолчал, потом, отгоняя мысли, тряхнул головой и продолжил:

– Противостояние добра и зла, это уравновешивание энергий. Трудности и препятствия, это благо. Только они дадут тебе силу и научат стойкости. Сейчас перед нами трудная задача, решим её, будем сильней и умней. – Он заинтересованно смотрел на меня.

– Понял я, давно понял. Только оформить в слова эту истину не получалось. – Я перевёл разговор: – Что мы ещё предпримем сегодня?

– Я в город поеду, привезу сюда из города древнюю ведьму. А ты, как свечереет, костры по периметру зажги, зверей подключи. Пусть вокруг каждого кострища канавку выроют, да водой заполнят. Лес кругом, обо всём думать надо. – Ведун растерянно почесал затылок. – Как зверей уберечь, пока не пойму. Но выход найдётся.

В дом вошла довольная Алиса. Я не видел её с момента происшествия с чёрной рукой. Она проводила время с лесными братьями, и судя по её виду, вполне успешно.

– Это сильнейший морок, на сознание и подсознание всего разумного. Происхождением из другого мира, и я не удивлюсь, если мы выясним, что и тут подгаживают Йотуны. – Кошка была довольна собой, видимо это не всё, что ей удалось выяснить. Я был прав, покрасовавшись перед нами, она продолжила: – В этом лесу трое главных, вожаков то есть. Медведь, лось и волк. Медведь и волк около дома службу несут, Идущего охраняют. – Она многозначительно посмотрела на меня. – Лось, на сколько может, порядок в лесу наводит.

– А что по поводу морока, есть ещё информация? – Прохор занервничал, оно и понятно, влияние на мозг часто бывает необратимым.

– Есть в этом лесу старый филин, ему очень много лет, он много чего слышит и видит. Его не особо шугаются, вид у него, как у щипанной курицы и глаза вечно закрыты. Но это видимость, филин мысли читать может и выводы делать. Он медведю на днях сказал: «три источника чёрного колдовства, порождают сильнейшую чёрную магию. Только уничтожив эти три источника, звери освободятся от опасности».

У меня сразу возникло много вопросов:

– Что это за источники? Что будет, если не найдём их?

– Не известно, где они, и как выглядят. А что будет, так это очевидно. Больное зверьё уничтожит здоровые особи, а потом, за людей и других сущностей примется. Вот и конец красивому миру Ванахейм. – Алиса ёрничала, но я чувствовал, что она очень переживает. Натура у неё женская, вредничать любит.

– Пока всё очень расплывчато. А что за фигня ко мне в окно стучалась? Это явно не источник.

Прохор и моя Хранительница задумались. Ведун предположил:

– Может это порождение источников, или же они умеют перемещаться? – Помолчав добавил: – Не убедительно я сказал. Ты прав, Джеро, пока всё очень запутанно. Может ведьма что подскажет? Поеду в город, а вы, аккуратней тут. – Прохор стал собираться, а мы с Алисой отправились во двор.

Работа у нас кипела. Я пометил места для очагов, выступил с речью перед зверями. Наверное, со стороны это выглядело смешно и глупо, но других вариантов пояснить им задачу, я не видел. Было бы ещё глупей, если на своём примере, встав на четыре точки, я показывал, как надо окапывать костёр. Алиса руководила процессом, Алька толкалась среди зверей, и предпочитала держаться рядом с медведями. Интересно, что у ней в голове? Иногда мне казалось, что она знает гораздо больше нас, интуиция об этом просто кричала, но услышать её могла только Алиса, и то не всегда.

Не успели мы закончить окапывать последний костёр, как на тропинке появился ведун. Рядом с ним, опираясь на клюку, шла горбатая старуха, шаркающе передвигая ногами. Я уважительно поздоровался с ведьмой, но она лишь зло зыркнула в мою сторону из-под нависших бровей. «Не очень-то и хотелось». – подумал я, заходя в дом за старухой и Прохором. Молча сел на лавку, наблюдая за происходящим. Ведун накрыл стол, угощая старуху блинами с мёдом и творогом. Бабка, шамкая дёснами очень активно поглощала пищу, Прохор принёс ещё варенье, свежий хлеб и свежие ягоды с огорода. Ведьма молча уплетала за пятерых. Наконец она прекратила жевать, потребовав чаю, выпив три кружки изрекла:

– Ну и зачем ты меня позвал, если все следы уничтожил? Чисто сейчас у тебя, нет рядом зла.