Сказка о князе и волховитке
- -
- 100%
- +
Долго ли коротко шли – оказались в заморском царстве. Кошель молодого князя к тому времени порядком истощился. Да и как иначе, коли приходилось ему кормить всю ораву. Да сарафан купил он Перенеге. С лентами. И Варе платочек, чтобы не чувствовала себя обиженной.
Песнями и стихами нынче много не заработаешь. Особенно если в тебе таланта музыкального, как у козлодера.
К счастью, по пути им встретилась ярмарка. Веселая и богатая. Никто не удивлялся здесь ни козе, ни медведю, ни испалинскому виду Габарынова. Мед и вино текли рекою. Музыканты играли, как в последний раз. Кукольники устраивали свои представления. И как вершина сия развлечения на третьи сутки, ближе к закрытию, задуман был кулачный бой. Победителю предлагались невиданные почести – конь и теплое место в услужении местному повелителю. Что считалось очень почетным и прибыльным. Не эту, правда, цель преследовал Богдан.
– Поддамся в посдедней схватке, – улыбался князь по пути в таверну. – И дело с концом. За второе место кошель серебра выдают и две монеты из чистого золота. И деньги добудем и служить не придется.
Они направлялись в харчевню. Все же питаться вяленным мясом который день было крайне неприятно. И неполезно. Тихон вон зеленый весь с непривычки. Габарын исхудал. А Варенька то и дело поджимала губы. Да и сам князь, признаться, оголодал не на шутку. Одна Перенега всегда улыбалась, была бодра, весела и готова грызть хоть кору с деревьев. Странная она. Не грустит и не сердится. Любит всех и всем угодить пытается.
– Ты б дожил до последней схватки, княже, – хмуря брови отозвался Габарын.
Ему не нравилась эта затея. Он бы и сам пошел, да Богдан не позволил. Сказал, что ему за один только вид богатырский победа обеспечена. А расставаться с Габарыном Богдан никогда не планировал.
– Давайте тогда я? – предложил Тихон. - Знамо ли князю в кулачном бою... Так что могу и я...
– Зеленая сопля! – Хором гаркнули князь и богатырь.
Сложен он был хорошо. Крепкий и рослый, мотыгой он, может, управлялся и славно. Но для кулачного боя, не имея опыта, не подходил.
Тихон поник. Он хотел бы похвастаться перед Варенькой. Да и сам понимал, что с матерыми бойцами ему не тягаться. Предложил он себя, скорее из вежливости. А в ответ получил обзывательства.
– Да не дрейфь ты, Габарын, – все также улыбаясь проговорил княжич. – Ты напрасно волнуешься. К тому же у Перенеги видение было, что получим мы царево золото.
– Осторожнее будь с Перенегою. У нее в роду - одна лишь пророчица. И та косая, да хворая. За всю жизнь три предсказания сделала. И они не особо путные, - заметил богатырь. – Да и негоже князю в поддавки играть. Это опять же. Если выживешь.
Богдан улыбнулся.
– Сам сказал, земли мои отравлены. Какой же я князь. Ты, Перенега, Тихон и Варенька – вот оно, мое княжество...
Он остановился, потому что едва не споткнулся о козу. Та замерла посередь дороги и укоризненно смотрела на него своими большими желтыми глазами.
– ... и коза с медведем, конечно же, – исправился князь, виновато почесывая затылок.
Довольная скотина развернулась и проследовала за девицами. Варенька, подбоченясь подле харчевни, увещевала медведя.
– Полезай, говорю, в дудку,-теряла терпение девица.
Она размахивала кленовой дудочкой, что Богдан на днях вырезал для Перенеги. Дивная магия девичья сделала дудку удобным и неприметным пристанищем для зверей. Медведь мотал головой. Тесно там было. И холодно. А в харчевне тепло. Пахнет мясом и клюквою.
– С медведями нельзя. Неграмотный что ли?
Варенька тыкнула пальцем в бересту, висевшую у входа в харчевню. Пучеглазый хозяин леса, перерубленный саблею, удался живописцу на славу.
– Дуди давай. Помираю от голода.
Варенька протянула Перенеге инструмент и прошмыгнула за дверь.
Виновато поднимая светлые брови, ведьма заиграла на дудочке.
Ей и самой не нравилось обижать Потапыча, да только и оставлять его здесь одного было боязно.
Едва зазвучала мелодия, медведь закружился, уменьшился и исчез. Коза попала под раздачу испарилась с ним за компанию. Остались от них лишь рисунки на дудочке.
Богдан огляделся. Не хорошо, если кто-то увидит. Нельзя привлекать внимания лишнего. Хотя, что греха таить, Перенегу никак не назвать неприметною. В новом сарафане и с тяжелыми косами она смотрелась, как фея чудесная.
Харчевня ломилась от посетителей. Курносая Варенька, не растерявшись, заняла местечко и любовалась местным колоритом. В воздухе витал аромат поросенка на вертеле. Радушная розовощекая хозяйка подливала желающим меда и браги. Перенега, робко перешагнув через совсем захмелевшего парубка, пробиралась к Вареньке.
Едва уселась она на скамеечку, как подошел к ней хлопец знакомиться.
– Али день пустой, али суп простой? Что не веселы, красные девицы? – молвил хлопец, подсаживая к Перенеге. – Эй хозяйка, подай-ка пирог, да морса. И меда для всех подошедших молодцев.
Габарын, чернее тучи, уселся за стол. Тихон, скрипя зубами, не знал на кого злиться больше, то ли на зардевшуюся Вареньку, то ли на княжича. У того, видно, совсем не осталось гордости. Он приветливо улыбался, да беззлобно поглаживал русую бороду.
– Благодарствую за угощение, – молвил Богдан, присаживаясь аккурат рядом с незнакомцем. – Я Богдан. Сын Арсения. Ты чей будешь, богатырь? Не припомню я, чтобы знались мы ранее.
– Федор я, - отвечал ему молодец. - Нет отца у меня. Нет матери. Сам я свой. По земле хожу, странствую. И с тобою мы раньше не виделись.
Зубы Федора белые и ровные, напоминали жемчужины. И лицом он и ростом выдался. И хоть выглядел Федор приветливо, глаза имел то ли грустные, то ли холодные.
– Боем я кулачным на жизнь зарабатываю, – мягко добавил Федор. – Деньги имею приличные. Вот приглянулась мне девица. Выкуп могу уплатить порядочный. И приданного мне не надобно. Будет жить беззаботно, ежели мне ответит она взаимностью.
Он кивнул на Перенегу. Та скромно улыбнулась и опустила глаза. Варенька и Тихон переглянулись в ожидании бури. Богдан молчал. Если и злился он, то не подавал виду. Да и зачем, когда гороподобный Габарын, пыхтя, как просыпающийся вулкан, уже медленно поднимался со скамейки. Федор при этом буквально светился бесстрашием. Не сдвинувшись и не шелохнувшись, он был спокоен и невозмутим. И это, считай, на пороге гибели.
– Ты прости меня молодец, – сверкнув черными глазищами, неожиданно отозвалась Перенега. – Да давно я уже просватана . Ясно вижу, как ты женишься. Не на мне. На девице огненной. Что с рожденья тебе обещана.
Голос ее звонкий и чистый звучал искренне и по-доброму.
– Хоть и разные мы с тобою, но за слова эти, признательна, – добавила ведьма, скромно улыбнувшись.
Федор замер на миг. А потом улыбнулся в ответ. Будто б ничего и не было.
– Что ж, на нет и суда нет, – молвил хлопец, подзывая разносчицу. – Добавь-ка нам меду, милая.
Габарын, медленно выдыхая опустился на свою скамейку.
Глава 4 Волховитка
Кулачный бой был излюбленной забавой местных жителей. Каждый третий мужик здесь отличался крутым норовом и желанеим подзаработать.
У девиц, тем временем, намечалась своя борьба. Сбиваясь в стайки они порхали у могучей фигуры самодовольно улыбающегося Федора.
- Как хорош, как пригож, как ладен... Тьфу! - передразнила кого-то Варенька. - Курицы.
Перенега рассеянно пожала плечами.
- Дела нет мне до этого Федора, - прошептала она, обнимая косу.- Лишь бы князь не поранился.
Богдан держался неплохо. Все же Габарын был его учителем. Порою, правда, казалось, что князь вот-вот повалится замертво. Но так или иначе, ему удалось победить четырежды и пробиться в последнюю схватку.
- Помогла б хоть, - пробормотала Варя. - Федор-то, похоже его размажет.
- Не велено, - мрачно отозвалась Перенега. - Но коли выбора не будет...
Лицо ее, бледное и решительное, имело леденящий душу вид.
Скосив глаза Варенька поняла, что ежели что случится с князем, то Федор нежилец.
Богдан, тем временем, переводил дух в ожидании поединка.
- Ну. Как я выгляжу, братец? - сверкая заплывшими глазами, уточнил молодец у Габарына.
- Как тот, кто вот-вот упадет, - хмуро ответил богатырь.
- Так и положено.
План Богдана был безупречен. Ровно до тех пор, пока, побитый и качающийся, он не вышел на поле против почти невридимого Федора.
Осталось пропустить один удар - и серебро в кармане. Эх, совестно перед девицами. Да что поделать. Кормить-то их на что-то надо.
Противник его уж было занес кулак. Князь приготовился принять удар и, симулируя сломанные ребра, удалиться с поля. А Федор вдруг застыл. Схватился за грудь и упал навзничь, более не шелохнувшись.
Знахарь сказал, что сердце у Федора едва ли бьется. Видать не выдержало. Ну а Богдана объявили победителем. Подхваченный на руки беснующейся толпой, он только и увидел бледнеющие щеки Перенеги.
- Что это с ним? - подозрительно спросила Варенька.
Как ни крути, а Федор только стоял на ногах.
- Видно, притомился, - пробормотала ведьма.
- Так это ты его?.. - прищурилась Варенька.
Перенега отрицательно покачала головой.
В глубине души, она очень надеялась, что Богдан не помыслит о том же. Она уже поняла, что ведьмы в его глазах имели не самую лучшую репутацию. Тем более, что победа отчего-то совсем не порадовала его.
Ведьма задумалась и не заметила как отстала от Тихона с Варенькой. Увлеченная мрачными мыслями, Перенега свернула к озеру. Погода стояла ладная. Солнце, приятное и нежное, обнимало девичьи плечи.
- Хорошее место, - прошептала ведьма, устраиваясь поудобнее.
Сила природы пронизывала эту почву. Перенега коснулась пальцами мягкой травы.
- Отец всех людей и богов. Одари меня мудростью.
Голос ее тихий и мелодичный укрыл благодатную землю. Она растянулась на траве, широко раскинув руки.
- Среди людей и радостно, и страшно. И мудрости мне все ж не достает...
Перенега закрыла глаза. В голове то и дело всплывали мысли о князе. И о том, почему ее предсказание вновь оказалось неверным. Время текло, как вода. Вокруг было мирно и тихо. Слишком тихо.
- Чую оборотня. - промолвила девица, втягивая узкими ноздрями летний воздух.
- Чуешь и не боишься? - вкрадчиво заметил мужской голос.
Перенега распахнула очи. Красивое лицо Федора источало наглость, приправленную любопытством.
- Встречали и пострашнее, - ответила девица.
Она поднялась, отряхнула сарафан и с вызовом уставилась на хлопца.
Федор ухмыльнулся. Сейчас она казалась иной. Смущение и застенчивый румянец, как видно, колдунья берегла для других.
- Пошли со мной по-хорошему, - предложил Федор. - Ты мою тайну знаешь. Али ведьма ты, иль пророчица. Мне не суть. Не могу я тебя отпустить. Уж пойми.
Улыбка его была лучезарной, а взгляд завораживающим.
Он протянул ладонь, чтобы взять ее за руку.
- У меня своя дорога, а у тебя своя, - прищурившись ответила девица. - Это ты уходи по-хорошему. Потом не сможешь.
Она достала из рукава резную дудочку и пригрозила ей распоясовшемуся Федору.
- Не могу я теперь. Зная все, что тебе обо мне стало ведомо, - виновато повторил молодец. - Да и люба ты мне больно. Знать встреча наша - судьба.
Однако прежде, чем он успел ее коснуться, Перенега приложила дудку к губам. За мелодичным свистом раздалось сердливое блеяние. Обернувшись, Федор обнаружил недовольную желтоглазую козу.
Она с угрожащим видом помчалась вперед. Копыта ее гневно врезались в зеленую траву.
Федор удивленно моргнул, подумав было, что это и есть то, чем собирается одолеть его Перенега. Когда по лугу пронесся громоподомный звериный рев, молодец понял, как ошибался. За спиной Перенеги стоял исполинский медведь. Слюна стекала с его огроменных зубов, подтверждая настрой, далекий от дружелюбного.
- Отступись, - холодно проговорила ведьма. - Дела мне нет до тебя и твоей тайны.
- Нет у меня веры к людям, красавица, - отозвался Федор, почесывая затылок. - Так что не обессудь.
С этими словами он обернулся в чудовище. А Перенега того и ждала. Дудочка выдала знакомую трель. Так коза и медведь вновь оказались внутри инструмента. Федор, по глупости, обернувшийся в чудище, отправился вслед за ними.
- Вот здесь и сиди, - назидательно велела ведьма.
Упрятав дудку в рукав, она окинула прощальным взглядом полянку и озеро и направилась обратно в деревню.
Солнце вот-вот собиралось укрыться за горизонт. Она совсем потеряла счет времени. Должно быть Варенька уж сбилась с ног и снарядила всю округу на поиски Перенеги. А что же князь? Он может и вовсе не заметил ее отсутствия. Было бы обидно...
- Перенега!
Девица очнулась от раздумий. Прямо перед ней стоял Богдан. Потрепанный и побитый. Лицо его, впрочем, сияло доброю улыбкой. Он подбежал поближе и осмотрел ее с головы до пят.
- Нашлась пропажа, - бормотал молодец, заставляя Перенегу обернуться вокруг своей оси. - Не ушиблась?
Он был так близко. Девица залилась стыдливым румянцем.
- Ты чего это, княже... - прошептала ведьма, опуская глаза.
Богдан, опешив, отступил на шаг.
- Увлекся. Виноват, - рассеянно брякнул он. - Мы потеряли тебя. И волновались.
- И ты волновался, княже? - спросила Перенега, сверля глазами потрепанные сапоги Богдана.
- Все волновались, - прозвенела невесть откуда взявшаяся Варенька. - Говорят Федор, как в себя пришел, о тебе спрашивал. Награду за проигрыш забрал и был таков. Да и тебя нигде нет. Я прямо извелась.
Она действительно выглядела перепуганной. Платочек ее сбился. И сидел кривенько. А сарафанчик весь измазался травою.
- И я волновался, - гаркнул подошедший вслед за нею Габарын. - Само собой за Федора.
В отличие от всех собравшихся, он вырос средь волхвов и волховиток. Таких не каждому достать по силам. И виноватая улыбка Перенеги - тому прямое доказательство.
- Заплутала я, - пролепетала ведьма. - Набрела на полянку и уснула. А Федор... Звал меня с собою. Я отказалась. На том и разошлись наши пути...
- И где теперь этот змееныш? - невинно поинтересовался князь.
К большому удовольствию колдуньи, Богдан, похоже, был взбешен. Как мог он скрывал, что разгневан. Однако, кулаки его сжались до боли и в без того разбитых костяшках.
- Недостать его боле, - уклончиво ответила девица.
- Денежки, небось, пошел растрынькивать, - отмахулась Варенька. - Симулянт проклятый.
- Ага, - подхватила Перенега. - Бесчестный.
- Он испугался просто, - поддержала ее Варенька. - Мы б так и этак получили главный приз.
Богдан устремил умоляющий взор на Габарына. Тот героически держал лицо, внурти едва ль не падая со смеха.
На утро, вся компания отправилась в столицу. Получив обещанного коня, Богдан, держа слово, поступил на службу к местному царю.
Работа была не пыльной. Знай себе стой в карауле у царского терема, да распугивай шныряющих вокруг зевак. А жалование выдавали приличное.
И спутники его не сетовали. Поселившись в небольшой, но крепенькой избушке, все они со временем нашли себе занятие. Габарын пристроился в кузню, Тихон и Варенька продавали калачи на ярмарках. Перенега же, в свойственной ей сердобольной манере, исцеляла людей. Варила она лекарства и изображала знахарку. И не было у нее от посетителей отбоя. Что стар, что млад, и хворый, и здоровый - все желали увидеть ее. Вскоре о несравненной красоте Перенеги пошла молва, дошедшая и до супруги государева. Повелела она, ведомая любопытством, пригласить девицу в терем.
- Ты из чьих краев такая будешь? - вопрошала царица, одаривая Перенегу снисходительным взором немигающих глаз. - Говорят, ты знахарка чудесная. Едва ли не ведьма.
- Многое говорят, моя царица, - не робея отвечала девица. - Вижу я свежа ты и здорова, будто молодая вишня. Чего же ты хотела от меня в столь поздний час?
Ей вовсе не хотелось возвращаться домой впотьмах. К тому же князь Богдан сегодня был особенно не весел. Да и царица, хоть и хороша, да ладна, совсем не производила впечатления, хоть сколь-нибудь приятного.
Женщина улыбнулась.
- О беде моей известно каждому, - заметила она, грациозно поднимаясь с трона.
Покачивая бедрами, плавно и бесшумно, будто змея, царица подошла к Перенеге и, приподняв ее подбородок, уставилась на нее своими странными глазами. Один из них был золотым, другой - зеленым.
- Пятерых дочерей родила я царю, - продолжала женщина, поглаживая выпуклое брюшко, - и вот шестой ребенок на подходе. А нам бы наследника. Хочу, чтобы мальчик родился. Поможешь?
- Да как же я тебе помогу? - буркнула ведьма, невинно оценивая обстановку.
До двери бежать довольно долго. Да и хозяйка особенно радушной ей не показалась.
- Коли поможешь, то осыпем с мужем тебя золотом. И исполним одно желание. А если нет - без головы останешься. А друга милого, что истоптал всю землю пред воротами, туда ж и прикопаю, не задумавшись.
Перенега разгневалась, хоть вида и не подала.
- Да будет так, - ответила девица. - Я зелье тебе дам. Волшебное. Приду к полудню завтра. Не ешь, не пей до той поры. Иначе не подействует.
- Ступай, - довольно прищурившись, согласилась царица. - Да обмануть меня не вздумай, милая.
Глава 5 Провидица
Перенега, покинула терем. Хотя царское обхождение пришлось ей совсем не по душе, всю дорогу она улыбалась и внимательно слушала княжича. Дорогие заморские одежды подходили ему, как влитые. Он казался еще красивее.
- Тебе нравится это место? - Укрывая печаль, осторожно спросила девица.
Богдан, призадумавшись, ответил, что за все, что боги послали, он, как водится, благодарен.
- А тебе, Перенега, все нравится? - улыбнувшись поинтересовался Богдан.
Еще при встрече он ловко подметил, что обычно бледная ведьма покинула терем красная, будто щеки ее были вишнями.
Девица озадаченно моргнула. Князь поверг ее в замешательство. Да и день сегодня явно не задался. Поутру она ударилась пальцем о притолоку. А теперь вот змееподобная царица грозится бедою ее ненаглядному. За себя-то она не боялась. Ей что люди , что змеи, что оборотни - все едино. А вот княжич к таким поворотам судьбы, очевидно, был не привычным.
- Мне что пыль на дороге, что золото - все одно, если рядом ты, сокол мой, - робко улыбаясь ответила Перенега.
Богдан, едва не споткнувшись на ровном месте, кое-как взял себя в руки. Безоглядная привязанность девичья порою сбивала его с ног.
- Разве ты не сказала пред всеми, что кому-то уже обещана? - пробормотал Богдан, чувствуя, как жар обнимает его уши.
Брови ведьмы вели себя странно и пугающе. Они, поначалу, взлетели так высоко, как будто удивление девицы граничило, пожалуй, с небесами. Затем вдруг Перенега нахмурилась, а брови ее стали похожи на перевернутое коромысло. В конце концов, она лишь хмыкнула, обиженно поджала губы и стрелою влетела в горницу.
Габарын, мастеривший у крыльца свистульку, ненавязчиво развернулся, преградив молодому княжичу путь.
В ходе короткого мужского разговора, Богдан, если и не огреб, то хотя бы почерпнул житейской мудрости. Так он узнал, что расстраивать волховитку - для мужчины плохая примета. К тому же между делом, Габарын обмолвился, что Перенега уж давно помолвлена. С рождения. И что Богдан, как оказалось, жених и есть.
- Ну и новости, братец, - усмехнулся Богдан. - Что ж ты раньше меня не обрадовал.
- Так я думал, что сгинула девка, - почесывая гриву, пробубнил Габарын. - А потом как-то было... недосуг.
- Недосуг? - вяло возмутился князь, пробираясь в избушку. - Вот тебе и не недосуг.
Тихон с Марфушкой все еще где-то шатались. Перенега яростно расчесывала косы.
Того и гляди выдерет клок.
Прочистив горло, Богдан присел рядом. Опыта в делах сердечных он имел немного.
- Ты прости меня, Перенега, - молвил князь, виновато улыбаясь. - Ведь никто не сказал мне об этом.
Улыбка его была мягкой и доброй. Перенега, мгновенье назад едва ли не извергавшая пламя, тут же растаяла. Тем более не знал он. Не виновен значит. Надувая губы скорее для проформы, она спросила:
- Вот, теперь-то тебе известно. Рад ли ты? Или больше расстроен?
- Рад ли я? - усмехнулся Богдан, глядя в черные очи колдуньи. - Как не быть тут довольным?
Перенега опять покраснела.
- Почему?
- Почему? - переспросил князь, почесывая бороду. - Потому что ты люба мне, Перенега.
Ведьма выронила гребень. Сердце ее забилось быстрее.
- И ты мне. Очень, - прошептала девица.- Так теперь ты возьмешь меня в жены?
Богдан рассмеялся. Невеста его, хоть и смирная с виду, оказалась совсем не робкого десятка.
- Конечно возьму. Через год, - отвечал молодой князь. - Ты так долго была в заточении, что совсем ничего и не видела. Если чувства твои не изменятся, я женюсь на тебе, как обещано.
- Не изменятся, - улыбаясь заявила Перенега.
Все же, хоть и по-своему, но Богдан ведь о ней заботился. К тому же, что есть год, когда впереди целая жизнь.
- Хочешь, я тебя познакомлю с прабабушкой, - робко предложила девица. - Как раз собиралась ее навестить. Попрошу совета. И представлю тебя. Она меня вырастила. Хорошо бы ее уважить.
Богдан немало удивился. Помнится, все Перенегины родичи померли. Да и в сундук она, вроде бы, провалилась в гордом одиночестве. И, тем не менее, расспрашивать он не стал и молча согласился.
Ближе к полуночи, Перенега его разбудила и вытащила на улицу. Луна, полная и красивая, как свежий колобок, хорошо освещала сад. Расположившись под раскидистой яблоней, ведьма поправила прическу и вложила бледные и прохладные пальцы и большие ладони Богдана.
- Отец всех Богов, проводи меня, - прошептала ведьма, закрывая глаза.
Князь не успел опомниться, как исчезла избушка, пропала яблоня, на дворе стало жарко и солнечно.
- Ты руки моей не отпускай, - прошептала Перенега. - Иначе заблудишься.
Тем временем перед ними открылась полянка. Богдан не успел оглядеться, как полянка сменилась горами. А горы - полем. Пролетали они так быстро, что казались ненастоящими. Удивительный, пестрящий ярками красками мир ощущался незабываемо. Как и нежная ладонь Перенеги.
- А вот и прабабушка, - радостно объявила девица, едва они оказались среди грозных снопов пшеницы. - Прабабушка. Прабабуленька! Я пришла показать тебе суженного!
Богдан опешил. Нет. С тем, что он вдруг оказался суженным Перенеги он смирился сразу. Все дело в прабабушке. На вид ей казалось лет двадцать, не больше. И выглядела она совсем немногим старше своей правнучки. Была она высокой и стройной. И занималась тем, что разглядывала колосья, срезала, да складывала.
- Явилась, не запылилась, - проговорила прабабушка, грациозно пригрозив Перенеге серпом. - Что ж ты застыл, суженый. Бей прабабушке поклон.
Богдан, опомнившись, отвесил незнакомке земной поклон.
В конце концов, компания расположилась меж снопов.
- Ромашки не предлагаю, - снисходительно ухмыльнувшись сказала пробабуля. - В конце концов это Навь. Али хочешь чего, милок? Чтоб не сказал потом, что встретили не хлебосольно.
Ледяной холодок пробежал по коже Богдана. Ну конечно. Они были в мире духов. И прабабка невестина, вероятнее всего, представилась в молодые годы. Оттого и была так свежа и красива. Сложно представить, что вышло бы, хлебни они втроем ромашки или каких других загробных угощений.
- Пожалуй откажусь, - вежливо заметил Богдан, отмечая удивительное сходство между ведьмами.
Похожи они были знатно.
- Вижу на сердце у тебя печаль, Перенега, - продолжала прабабушка. - Подарю я тебе пророчество.
Она деловито выпрямила спину и, пальцем, поманила к себе один из колосьев. Тот, не без труда выбравшись из снопа, пролетел через поле и приземлился аккурат в ведьминой ладони. Покрутив его и так, и эдак прабабушка сделала свои выводы и сообщила Перенеге, что на седьмой день царь змеиный получит наследника. И будет он для царя отрадою.
Девица вздохнула с облегчением. Когда пришло время прощаться, Перенега пообещала, что прибудет в ближайшее полнолуние. Когда девица отпустила княжескую ладонь, Богдан открыл глаза и оказался под знакомой яблоней.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.