- -
- 100%
- +
Проснулась, но глаза открывать, не спешила. Мысль о том, что она в отпуске, придавала её организму расслабленность, а мыслям умиротворение.
«Никаких дел, полная и безоговорочная свобода», – думала Рената, в то утро.
Она, не знала, где и с кем проведёт его, но это для неё, не важно. Последние три года, она не брала отпуск, ей не хотелось, он был ей в тягость. Но теперь, она уверенно могла сказать: – «Я в отпуске».
Сегодня суббота. Раннее утро. На календаре, начало июля.
За окном тишина, но через пару часов, звуки большого города, отдохнув в ночной прохладе, вернуться, чтобы наполнить улицы: шумом двигателей, визгом тормозов, треском трамвайных сигналов. Колокольный перезвон, смех и крики, играющий детей, зазвучат, звонко и радостно, врываясь в открытые окна горожан.
Почувствовав, что хозяйка проснулась, пёс приподнялся на задние лапы, положил мордочку рядом с её подушкой и внушительно, засопел, обдавая хозяйку влюблённым жаром.
«Вот и конец моим мыслям о свободе. Пора вставать и вести Рыжего гулять».
Рената открыла глаза и пёс, поднял голову.
Глава 1
Прогулка в выходной день, по центру города, доставляла им удовольствие. Солнце всходило плавно, не спеша, устав работать без выходных и отпуска, а может, дремало, как большинство жителей города в субботний день.
Прячась за высокими домами, небесное светило, ещё не успело нагреть воздух до полуденного жара, а лёгкий ветерок, раскачивая ветки деревьев, обдавал утренней прохладой.
Прохожих мало, их почти, нет. Изредка, пробегавшие физкультурники, замедляя бег, искоса поглядывали на пса, вызывая у него раздражение. Рыжий, старался сдерживаться и не ворчал на них.
Можно идти в любую сторону, но пёс потянул Ренату влево, по улице, которая носила имя полководца Суворова, бывшей Малой Садовой.
Памятник Александру Васильевич, с начертанным на нём воззванием к потомкам: «брать с меня пример», установлен на перекрёстке с переулком Университетским. Назван он так, по праву: главный корпус университета, ряд факультетов, две библиотеки, всё в шаговой доступности. Упирался переулок, в пешеходную улицу имени Пушкина, улица для отдыха и прогулок. Это вечером, Пушкинскую заполнят отдыхающие, а утром, в столь ранний час, слышен лишь шорох и поскрипывание метлы дворника.
Чётная сторона улицы Суворова, заставлена автомобилями, улица, с односторонним движением.
Высотных домов, мало, их почти нет, в основном, трех и четырёх этажные, старой постройки и дореволюционные, одноэтажные. Смотрелись они печально и наводили на местных жителей грусть.
Деревянные, резные двери с вензелями и толстым слоем потрескавшейся краски, лестницы со скрипучими ступенями и разноцветными перилами, осыпавшаяся штукатурка, трещины и конечно запах, густой запах въевшейся еды и кошек. Арки между домами, вели в маленькие внутренние дворики, с ещё сохранившимися сарайчиками для угля. Быт прошлых веков, незаметно, перекочевал, в новый, двадцать первый век.
Эти домики не были признаны культурным наследием и не вошли в программу капитального обновления и постепенно, разрушаясь, покидали улицу, торжественно и печально, чаще, оставляя после себя, заброшенный пустырь.
Рената привыкла к ним и её не смущали эти, «старые развалины», как их называли гости города. В этих развалинах, живут придания глубины далёкой, дух контрабандистов и фарцовщиков, крутых воров и простых карманников, так думала она в юности, глядя на них с любопытством, рисуя картинки ушедшего прошлого.
Не пройдя и пол квартала, она заметила, как прямо на тротуаре, припарковались два автомобиля с надписями: следственный комитет и полиция.
Бойкий и энергичный сержант, не высокого роста, с копной рыжих волос и красным лицом, старался объяснить дамам преклонного возраста, чтобы те, проходили мимо.
– Расходитесь, не мешайте, работать полиции, – громко говорил молодой человек, размахивая перед женщинами руками.
Те, послушно отошли в сторону, но уходить не спешили.
Рената остановилась, поздоровалась с дамами и спросила:
– Что там случилось?
– Убили кого-то, – почти шёпотом, ответила одна, в белой шляпке с ярко накрашенными губами.
– Кого, кого? Мужика с первого этажа, – пробормотала другая, абсолютно безликая особа, в жёлтом платье с большой сумкой в руке. Скорей всего дама шла на рынок, но интерес к преступлению, стал выше житейских нужд.
Вдруг, дамы оживились. Через узкую арку между домами, на улицу вышел мужчина с метлой в руке. Мужчина был не молод, маленького роста, редкие седые волосы и очки в тёмной оправе. Одет был просто: серые выношенные штаны и полосатая рубаха, с коротким рукавом. По возрасту, мужчина подходил дамам. И если бы не метла, никто и никогда не подумал, что он дворник.
– Макар, что там у вас случилось?
Похоже, все они были хорошо знакомы и дамы бросились к дворнику.
– Стукова убили, – спокойно и важно ответил тот, так, будто дамы спросили у него: чья это у тебя метла, а он ответил – моя.
– Ужас, какой. Ты полицию вызвал? – спросила дама в шляпке.
– Нет, Фёдор, с третьего этажа. Он мне вчера вечером говорит, Макар в подъезде воняет, похоже на труп, вызывай полицию. А мне то что, тебе воняет, ты и вызывай.
– А как убили?
Рената обернулась на прозвучавший за спиной голос.
Незаметно, к их любопытной компании присоединился молодой человек в чёрной кепке и тёмных очках.
– Задушили.
– Кошмар! Интересно за что его? На богатея он не похож, – ужаснулась дама, в жёлтом платье.
– Так, свои, и убили, – пояснил дворник, выдвинув свою версию.
При этом, Макар абсолютно не стеснялся своих высказываний и даже напротив, он будто давал интервью, находясь в центре внимания и это, ему нравилось. Метла на высокой ручке, смотрелась в его руке, как царский посох.
– Какие – свои? – удивлённо и внушительно произнесла дама в шляпке.
– Он же сиделец, зэк, – ответил дворник, переминаясь с ноги на ногу.
– Сиделец? Почему вы так решили? – поинтересовалась Рената.
– А весь в наколках: и руки, и грудь, – проводя свободной рукой по своей груди, ответил Макар.
– Я ни разу не видела у него никаких наколок, что-то ты Макар путаешь, – чопорным тоном, возмутилась дама и элегантно потянула шляпку на глаза.
– Так ты что, его голым видела? – хихикнул Макар. – Я сам случайно узнал. Мужик, который купил квартиру этажом выше, ремонт делал, полы менял. Меня позвал, чтобы я мусор вынес. Я поднял тяжёлую доску, та вырвалась из рук, упала вниз и провали Стрюкову потолок. Дом то старый, перекрытия гнилые. Тот выскочил, глянуть, что случилось, а был в одних трусах. Вот я и увидел.
Раздался гул подъехавшего автомобиля и все дружно обернулись. Это была машина её однокурсника, старшего следователя по особо важным делам, подполковника Климова Валерий Ивановича. Следователь подошёл к сержанту. Тот, вытянулся, по стойке смирно, отдал честь и стал докладывать подполковнику обстановку.
Рената потянула пса за поводок, подошла к Валерию со спины и тихо спросила:
– И тебя в выходной день, чуть свет, подняли. Значит, что-то серьёзное произошло?
Услышав знакомый голос, Валерий оглянулся и широко улыбнувшись, сказал:
– А тебя, прямо так и тянет туда, где трупами воняет.
– Меня пёс потянул, а вот думаю, не спроста. Может наша помощь понадобиться?
Мягко, поясняя причину их появления на месте преступления, она с намёком, глянула на Рыжего и погладила его по холке.
Валерий посмотрел на хитрую улыбку своей однокурсницы и сказал:
– Ну, если не боишься, пошли. Хотя, лучше закрыть нос. Валерий вынул из кармана, аккуратно сложенный платочек и встряхнул его.
Даже не смотря на то, что двери и окна в квартире убитого были на распашку, запах держался стойкий. Рената поступила, как Валерка, она прикрыла нос платком, не расправляя его.
Убитый сидел на стуле, его руки и ноги связаны верёвкой, а на голове целлофановый пакет. Лица не видно, пакет мутный, будто его заполнили густым туманом. Похоже, убийство произошло сутки, а может и больше, тому назад.
В комнате, три представителя правоохранительных органов. Одного из них, эксперта Сашеньку, Рената хорошо знала. Они и раньше встречалась с ним, по работе. Эксперт был в маске, но глаза его приветливо улыбались.
Валерий махнул ему рукой, в качестве приветствия, а сам пошёл к коллегам. Пожал им руки и стал обсуждать обстановку. Пока они разговаривали стоя, у открытого окна, Рената осмотрелась.
Квартира находилась на цокольном этаже, трехэтажного дома. Две изолированные комнаты. На окнах решётки. В комнате порядок, вещи не разбросаны. Это свидетельствовало о том, что ничего не искали. Судя по способу убийства, жертву пытали. Пол в комнате, был усыпан серебряной мишурой разной формы и размера, и такое, она видела впервые.
Прикрыв нос платком, она подошла к трупу. Летний месяц, жара, а мужчина одет в пижаму с длинным рукавом. Она решила проверить слова дворника и внушительно посмотрела на Сашеньку. Тот подошёл и она, почти на ухо попросила:
– Можно его руки посмотреть?
Эксперт, вынул из чемоданчика нож и послушно разрезал верёвку. Затем потянул рукав вверх, удерживая, за край манжета. «Так и есть, дворник не соврал», – подумала она, увидев тёмные картины тюремной росписи.
Мужчины оживились, заметив их действия, поспешили подойти к трупу. Она жестом показала эксперту на грудь убитого. Сашенька расстегнул пуговицы, раздвинул полы пижамы и новые картинки темно-серого цвета, открылись для обозрения.
Один из присутствующих, скорей всего, начальник уголовного розыска, хотел было, неприлично ругнуться, глянув на Ренату, вовремя остановился и нервно спросил, обращаясь к Валерию:
– На хрена ты собаку притащил, не видишь, что вокруг? – Он повёл головой и взглядом указал на рассыпанную мишуру.
– Это особая собака. Давайте попробуем?
Раздался её глухой голос, она не убрала платок от носа.
Мужчина окатил её недовольным и насмешливым взглядом, а затем громко сказал:
– Не … собачье дело, советы нам давать.
Он опустил слово, «твоё», но все и так поняли его отсутствие.
– Осторожней с выражениями, – заявил Валерий и добавил: – Пускай пса!
Она отстегнула поводок и искоса глянув на опера. Тот покривил губами, но возражать не стал.
Рыжий, покружил вокруг трупа, а затем медленно пошёл, ступая по мишуре в сторону коридора. Задержался у выхода, будто обдумывая, куда пойти, а затем завернул в соседнюю комнату. Это была спальня: кровать разобрана, подушка и простыня валялись на полу. Рыжий остановился у окна и жёстко, стал скрести лапами о ковёр.
Валерий и Саша поспешили Рыжему на помощь. Подняли ковер и пёс, громко залаял. Под ковром был тайник. Вдвоём, они подняли тяжёлую деревянную крышку и заглянули в открывшееся пространство. В полу, был глубокий металлический ящик. Он был пуст.
– Не собачье дело, говоришь. Ну, ну! – сухо произнёс Валерий.
Он взял Ренату за локоть и они, покинули место преступления.
Зевак у дома, собралось достаточно и сержант, не справлялся. Его голос звучал сердито, а лицо, от усердия и недовольства, покрылось испариной.
Подцепив пса на поводок, она шла за однокурсником. Вышли за натянутое ограждение, перешли улицу и остановились под тенью старого дерева.
– Очередной головняк, – брезгливо морщась, произнёс Валерий.
Сыщик крутился из стороны в сторону, будто хотел выветриться от неприятного запаха. Эта его привычка, ей была хорошо знакома. Когда Валерий нервничал, не зная, что делать, он, как флюгер, словно от ветра, крутил не только головой, но и всем телом.
– Да, уж, – протянула она, высказывая свою догадку. – Дело будет необычным и головняк не в трупе, а в его статусе. Похоже, он хранитель.
– Ты думаешь, общак? – с туманным интересом, заглядывая ей в глаза, произнёс сыщик.
Она неопределённо, пожала плечами и отвела взгляд в сторону.
– Только этого не хватало. Сейчас начнётся…
Валерий, тяжело выдохнул и буквально упал, спиной на толстый ствол дерева. Сложив руки на груди, сыщик замер, его лицо, стало недовольно-строгим.
– А ты помнишь, нашего профессора криминалистики Алексея Викторовича? Он собирал фото тюремных наколок, их ему передавали работающие студенты, вечернего и заочного отделений. Профессор расшифровывал, систематизировал и так увлечённо говорил о них. Проводил семинары на эту тему, мне нравились его лекции, – она повела головой по сторонам и задумчиво, добавила: – Интересно, преподает ещё, или на пенсии?
Рената заметила, что ни дворника, ни его знакомых дам, ни молодого человека, среди зевак, уже не было. Но толпа не уменьшилась, а лишь выросла. Люди перешёптывались, интересуясь происшествием, возмущаясь, уходили, освобождая место новым любителям криминальных историй.
Валерий, ещё раз громко выдохнул, поднял плечи, а затем, спрятал руки в карманы. Сыщик не выказывал недовольства, это была его работа, работа без выходных и не нормированным временем.
– А я в отпуске, – сказала она, поглаживая Рыжего и радостно улыбаясь Валерию.
– Поздравляю. А ты молодец и впрямь особенный, – произнёс Валерка, но его поздравление не звучало торжественно. Скорей всего, головняк, завладев мыслями сыщика, не давал ему расслабиться.
Он потрепал пса по холке и спросил:
– А к нам в гости когда? Крестник только по телефону слышит голос своей мамы крестной.
– Давай в следующие выходные.
– А что, никуда не поедешь?
– На дачу, скорей всего, там: и коту, и псу, будет вольготно.
– Получается, отпуск у твоих животных?
Заметив, как из подъезда вышел эксперт, сыщик подозвал его, махнув рукой. Сашенька повинуясь, подошёл к ним и сказал:
– Как поживаете Рената Андреевна? Я прочёл ваш новый детектив, жаль, что меня там нет.
– Ещё будешь, – строго буркнул Валерий. – Ты давай, сделай фото со всех наколок нашего убитого, чётко и с описанием, где какая сидит. Понял?
– Понял, чего тут не понять. Себе такое, сделать хотите?
Рената хихикнула и отвернулась.
– Меньше болтай, а больше делай, – он ткнул Сашу кулаком в плечё. – Иди, работай. Я скоро буду.
Улыбаясь, Сашенька простился и пошёл к полицейской машине.
Сыщик положил руку ей на плечо и отвёл в сторону.
– В отпуске, говоришь. Меня Алексей Викторович, может и не вспомнить, а вот тебя точно вспомнит. Давай, наведу о нём справки, и вместе проедим, пообщаемся по наколкам. Как тебе моё предложение?
– С тобой хоть на край света, только предупреди заранее, а мы пошли гулять. Привет Наташе и поцелуй за меня крестника!
Помахав на прощанье, она продолжила утреннюю прогулку.
Рената решила, что все приключения на сегодня закончились, но ошиблась. Только они с псом завернули на проспект Чехова, как почти, у её ног, резко тормознула большая, чёрная машина. Как из ларца из автомобиля вышли три молодца и преградили им дорогу. Рыжий насторожился и поводок натянулся. Она замерла.
Одного из них, Рената узнала, это был тот парень, который поинтересовался у дворника, как убили.
– Не пугайтесь, у нас к вам простой вопрос. Тайник пуст? – спросил один из трёх.
Он был постарше собратьев и выглядел немного иначе. Голос его звучал спокойно и уверенно, а его серые глаза, смотрели на неё уважительно и мягко.
– Пуст, – коротко произнесла она, решив не вступать в пререкания и ничего не доказывать.
Наверняка, молодой человек в кепке, видел, как она с псом вошла в дом, а затем наблюдал, за их, с сыщиком разговором.
Мужчина опустил голову. Скорей всего, это было его спасибо. Захлопали дверцы и автомобиль, на большой скорости, скрылся за перекрестком. Она глянула на номера, сработал профессиональный рефлекс. Облегчённо выдохнув, покачала головой. Почёсывая Рыжего за ухом, тихо произнесла:
– Да уж, дело становится, всё интереснее и интереснее. Может, вернёмся?
Пёс не поддержал её предложение и потянул хозяйку по знакомому маршруту.
Глава 2
Встретив во дворе дома соседку, Рената доложила Кларе Сергеевне о происшествии, рассказала и об их участии в деле.
– А главное, не пришлось далеко ходить. Только за угол завернули и вот, пожалуйста.
Клара выслушала всё с любопытством и начала задавать вопросы.
– Это, в каком доме? А дворника ни Макар зовут?
– Макар, а вы знакомы с ним?
– Мы с Джессикой, когда мимо их дома проходим, так он мне глазки строит. Необразованное, чудо в перьях, – не смущаясь, хмыкнула Клара.
– Глазки строит? Это хорошо. Надо бы с ним пообщаться. Чувствую, он может много чего знать, или видел, сам не осознавая, что это важно для следствия. И что-то мне подсказывает, что дворником он был, не всю жизнь.
Высказавшись, Рената ждала ответа, с полной уверенностью в том, что так оно и есть. Но одной идти к дворнику, ей не хотелось.
– Давай, погуляем вечером вместе, если тебе это так важно, – сказала Клара, не отказав в помощи.
– Как скажите, вечером, значит вечером. Тогда в семь?
– А как же твой отпуск, что, никуда ни поедешь?
– Отпуск, это свобода, что захочу, то и буду делать.
– Ой. Боюсь, втянет тебя Валерий в это дело, как пить дать, втянет.
– Пускай втягивает. Дело намечается интересное и даже очень.
Ренате так хотелось рассказать Кларе про чёрную машину, но она побоялась, что та станет волноваться и поспешит сообщить о ней Валерке, а тот, начнёт розыск чёрной машины и чем всё закончиться, не известно. Она решила забыть на время об этой встрече, пока в деле не появиться чёткая версия убийства с ограблением.
Вечером, ровно в семь, она с псом, ожидала соседку во дворе дома.
Дом, в котором жила Рената, имел форму буквы пэ, и всё внутреннее, не малое пространство двора, было закрыто от посторонних, высоким, резным забором.
Бабушки и мамы, сидели на лавочках в тени старых деревьев и громко о чём-то спорили. Мальчишки гоняли на велосипедах и самокатах, а девочки, рисуясь перед ними, прогуливались с игрушечными колясками. Копируя мам, девочки наклонялись к своим куклам, что-то бормоча и поправляя им шапочки и одеяльца.
«Всё, как в будущей взрослой жизни» – глядя на эту картину, думала она.
– Сериал досматривала, – сказала Клара Сергеевна, объяснив своё опоздание. Она остановилась, чтобы отдышаться. Рената заметила, что Клара одета не для прогулки с собакой, да и собака осталась дома. Цветной из шёлковой ткани костюм, белые, почти новые босоножки. Волосы уложены, а на лице, налёт пудры. Глазки и губы подкрашены. Рената не стала интересоваться причиной, столь праздничного наряда, ей стало очевидно, он строит глазки и она, чувствует себя дамой.
– Про любовь? – открывая перед соседкой калитку, намекнула Рената на тонкие обстоятельства
—А вот и не угадала. Детектив, правда, с любовным оттенком, вот чего твоим, не хватает.
– Любви не хватает? А мне казалось, вполне достаточно. Надеюсь, сериал достойный, есть что почерпнуть, для нашего расследования?
– За расследование ты у нас отвечаешь, а любовь, её всегда не хватает. – тонко, подметила Клара, хитро щурясь. Она элегантно поправила причёску и быстро пошла в сторону дома, где произошло убийство.
В свои семьдесят, Клара ко всему относилась с верой, надеждой и любовью. Весёлая, энергичная, доброжелательная, она всегда была готова, к любым приключениям.
У дома, где рано утром стояла толпа зевак, тихо и пусто: ни машин, ни полицейских, ни любопытных. Через арку между домами, они вошли во внутренний двор и с головой окунулись в городской быт прошлого века. Длинное и низенькое, одноэтажное здание, с множеством дверей и маленьких окон, тянулось в глубь двора метров на двести. С левой стороны от входа, расположились деревянные сарайчики. Судя по верёвкам с бельём, дом населяло несколько семей. Детские коляски и велосипеды были тому подтверждением. Ящики с мусором, мешки с бутылками, кошки и конечно, запах.
– Шанхай, в центре города, – морщась и покачивая головой, произнесла Клара.
– Картина до революционного быта. Скорей всего, раньше это был дом для прислуги, но их до сих пор держат, как жильё для переселенцев.
– Строят, строят, а всё равно, не хватает.
Во двор вошла девушка, лет пятнадцати, в коротком белом платьице, с рюкзаком на плече. В руке телефон, а в ушах, наушники.
– Привет! – обратилась к ней Клара, приветливо улыбаясь. – Девочка, ты не знаешь, в какой квартире живёт дворник Макар?
Вынув один наушник, девочка внимательно посмотрела на Клару и та повторила вопрос. Молча, она ткнула пальцев, в конец двора и скрылась за одной из дверей.
– Какой быт, такие и дети, – ворча и кривя губами, прошипела Клара.
Перешагивая через выбоины в асфальте, она пошла туда, куда их послала девчонка. Метлы, совки и веники, стоявшие на углу дома, стали для них ориентиром. Клара громко постучала в дверь и Макар, почти голый, не считая трусов и носков, появился в дверном проёме.
– Ой, какие люди, неужели ко мне? – пропел дворник, поправляя очки.
Из комнаты пахнуло пивом, и рыбой. А из глубины темного и узкого коридора, раздался мужской голос:
– Кто там? Пусть заходит.
– Вы бы оделись, нам с вами побеседовать надо, – серьёзно, как и полагается сыщику, произнесла Клара и отвернулась.
Макар глянул на Ренату, затем на пса, сделался совершенно серьёзным, выпрямился, как по команде и ответил:
– Понял, щас буду.
Клара шагнула на островок чистоты и вновь закачала головой, глядя по сторонам с не приязнью. Но Рената, смотрела на всё, с глубоким сожалением. Она хорошо знала, что не всегда, жизнь даёт человеку благосостояние и успех и даже если они были, в любой момент, может забрать, оставив человека на улице и тому, было много причин. Возможно и Макар, попал в те обстоятельства, которые привели его на задворки жизни, поражало лишь одно, он не утратил жизнерадостности и оптимизма.
Макар не только оделся, но и обулся, так, будто его пригласили на свидание. Белая майка, брюки, неплохого качества и летние босоножки, на босые ноги.
Макару было за семьдесят, густой загар, скрывал его морщины, а очки, довольно в приличной оправе, свидетельством того, что и у Макара, была та, другая, достойная человека жизнь.
Клара Сергеевна усмехнулась, оглядев дворника, с головы до ног.
– Макар, не знаю вашего отчества? – быстро заговорила Рената, заметив недовольство на лице Клары.
– Иваныч, – слегка смущаясь, произнёс он, искоса глянув на Клару.
– Макар Иванович, Стрюкова действительно задушили, а вы об этом, как узнали?
– Меня позвали, чтобы я дверь вскрыл, а потом, попросили окна открыть, я вошёл и увидел, – Макар руками показал, как бы надевая на голову пакет. – Сутки, не меньше, он так сидел. Вчера вечером, сосед меня просил вызвать полицию, но я же больше не жилец этого дома. Похоже, он сам позвонил.
Клара брезгливо поморщилась. Красиво, сложила руки на груди и вновь отвернулась.
– Не знаете, как давно, он жил в этой квартире и с кем?
– С детства жил, сначала с матерью, хорошая, набожная была женщина, а как она померла, один в квартире остался.
– Может, видели, кто к нему приходил? Не уже ли, он сам впустил убийцу в квартиру?
– А чёрт его знает, может, кто и ходил. Я же не целый день на улице кручусь. Он не разговорчивый был, закрытый, как бирюк. И на свободе вел себя, как в тюрьме. Хотя, мы с ним в одной школе учились. Нет, я никого не видел, – серьёзно заявил Макар.
Он глянул на Клару и поправил свои бесцветные волосы на затылке.
– Вы сказали, что помогали его соседу с верху с ремонтом, а когда он начал ремонт?
– В мае, кажись. Да в мае, как Петровы разъехались, так и начал. Бригаду нанял: полы поменяли, окна, даже стены перештукатурили.
– А кто сейчас в квартире живёт?
—Да никто, не живёт. Он квартиру сыну купил, а молодой хозяин, появиться ночью, покуролесит с девками, и опять тишина.
Макар почесал за ухом, вновь скосив глаза на Клару.
«Тогда, за домом, должны были, следить», – подумала Рената, а вслух произнесла:
– Макар Иванович, а в последние дни, вы ничего странного не заметили? Может кучка окурков на одном месте, пустые банки из-под пива, или других напитков, лежали в одном месте, у арки.
Рената повернулась к выходу со двора и подняла руку.