Вася-юный палеонтолог: находки в янтаре

Свежие новости из помойки

Чат «Монстры на свободе»

Женяптерикс: ну чо? ну как? ну почему никто ничего не пишет?!!

Никитлодок: есть проблема…

Сашараптор: Две проблемы.

Каринацераптопс: ТРИ ПРОБЛЕМЫ! Во-первых, кое-кто выбросил в помойку книгу Сан Саныча! Во-вторых, мне вручили пакет с дохлым черепом!! В-третьих, Амфи решил, что это вкусняшка для него, и теперь не хочет отдавать!!!

Никитлодок: перепутал человек пакеты… бывает…

Сашараптор: во-первых, кое-кто уже пошёл доставать книгу из помойки. Во-вторых, я извинился. В-третьих, теперь можно считать доказанным, что амфиционы были падальщиками.

Васязавр: кем они были? кто такие падальщики?

Женяптерикс: любители дохлятины)))))

Каринацератопс: в-третьих, теперь от него воняет как от гиены(( как я его домой приведу?

Никитлодок: никак не приведёшь… твой собакомедведь бегает по парку с черепом кошкобелки в зубах… сначала его поймать надо…

Васязавр: как воняет от гиены?

Женяптерикс: кринжово))))))))

Васязавр: Молодые люди, правильно ли я понимаю, что вы вчетвером стоите посреди парка и переписываетесь через мессенжер, вместо того, чтобы вести беседу лицом к лицу?

Никитлодок: ???

Сашараптор: Васина бабушка, пожалуйста, верните телефон Васе!

Васязавр: я не Васина бабушка. Я Васин дедушка! И я настаиваю на живом человеческом общении, особенно среди подрастающего поколения!

Каринацератопс: может, кто-то и стоит посреди парка, но лично я не стою, а гоняюсь за Амфи!

Никитлодок: а мы с Санчосом стоим… но не посреди парка… мы стоим посреди помойки…

Женяптерикс: а я вообще дома на чиле! и не стою, а сижу! А иногда даже лежу!!!

Сашараптор: всё в порядке, я нашёл нужный мусорный бак.

Каринацератопс: у кого колбаса есть?

Женяптерикс: это тема! Хватит уже про дохлые черепа, давайте про колбасу!

Никитлодок: где-то рядом со мной точно есть колбаса… только она пахнет как череп…

Сашараптор: я достал книжку. С ней всё нормально, она в пакете. Не вижу Никиты.

Женяптерикс: он полез в помойку за колбасой)) инфа сотка))

Каринацератопс: совсем спятил! мне не нужна тухлая колбаса! мне нужна вкусная свежая докторская колбаса!

Никитлодок: здесь такой нет… я проверил…

Васязавр: Вкусная свежая колбаса из помойки? Нонсенс!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Сашараптор: Васин дедушка, пожалуйста, верните телефон обратно Васе!

Васязавр: я не Васин дедушка, а Васина бабушка!

Каринацератопс: Васина бабушка, у вас колбаса есть?

Васязавр: я не Васина бабушка, я сам Вася!! Бабушка побежала на кухню и дедушку за собой утащила!!! У меня шоколадка есть! Надо????

Никитлодок: шоколадка всегда надо…

Каринацератопс: мне срочно нужна колбаса! Женя, купи колбасу и приходи в парк.

Никитлодок: хлеб не забудь… я не ем шоколад с колбасой без хлеба…

Женяптерикс: это база))

Каринацератопс: мне нужна колбаса, чтобы приманить Амфи! Женя, докторскую бери, копчёную собакам нельзя! Ещё зубную щётку возьми и пасту, чтобы почистить ему зубы!!!

Никитлодок: а я думал, пикник намечается… хорошо, что тираннозавры вымерли… ты бы им тоже зубы почистила…

Сашараптор: Женя, пожалуйста, купи антибактериальные салфетки.

Женяптерикс: Салфетки, хлеб, зубная щётка с пастой, колбаса… Ничего не забыла? Вроде всё записала. Нутаквот….. ФИГУ ВАМ ВСЕМ, потому что у меня денег нет!!!

Васязавр: говорит бабушка. Я уже приготовила бутерброды с колбасой и сыром. Сейчас найду стаканчики для яблочного сока, и мы выходим!!!

Никитлодок: я же говорил, что пикник намечается…

Женяптерикс: стопэ, а как же я?!!! у вас пикник, а я буду дома сидеть?!!

Васязавр: дедушка у аппарата. А ты не сиди. Чего дома сидеть, если все идут в парк? Антибактериальные салфетки и зубную щётку я уже положил. Какую пасту любит этот ваш Амфи – мятную или апельсиновую?

Каринцератопс: Мятную! И апельсиновую!!!

Васязавр: это я, Вася! я скоро к вам приду!!! с шоколадкой!!! и ещё с бабушкой и дедушкой!!!

Женяптерикс: без нас не начинайте!!!

Каринцератопс: без кого это «без вас»?

Женяптерикс: без нас с Гастоном! мы уже вышли из дома! мчимся в парк!!!

Васязавр: кто такой Гастон???

Сашараптор: кто такой Гастон?

Каринацератопс: что за бред? какой Гастон?!!

Никитлодок: ???

Брюхоногий Гастон

Когда Вася с бабушкой и дедушкой отыскали в парке юных палеонтологов, Амфи уже был на поводке.

– Жалко, что я не успел увидеть, как Карина будет его ловить, – вздохнул Вася. – На что приманивали?

– На моего Гастона! – прорычала Женя. – Я его только-только выпустила, чтобы он воздухом подышал, а этот монстр подбежал и челюстями щёлкает! Пришлось обратно спрятать, бедный Гастончик, никакой прогулки не получилось…

Она прижимала к себе небольшой контейнер-переноску и нежно гладила его по крышке.

– Интересно, – сказал Саша, оттиравший с себя антибактериальными салфетками следы помойки, – можно ли считать доказанным, что амфиционы питались не только падалью, но и моллюсками?

Вася рассматривал Гастона через полупрозрачные стенки переноски.

– Он похож на гигантскую улитку.

Женя засмеялась:

– Спасибо, кэп! Гастон похож на гигантскую улитку, потому что он и есть улитка! Гигантская африканская сухопутная улитка ахати́на! Утром купила. Все карманные потратила!

– Значит, Гастон – гастропода?! – обрадовался Вася. – Настоящая живая гастропода?!

Саша поправил очки.

– Как сказал бы Сан Саныч, все улитки – это гастроподы, но не все гастроподы – это улитки.

Васина бабушка взглянула на него сверху вниз.

– Попробуйте объяснить снова, молодой человек, потому что первая попытка вам не удалась.

Сашу не пришлось просить два раза.

– Улитками обычно называют брюхоногих моллюсков, обладающих наружной раковиной. А бывают ещё безраковинные брюхоногие моллюски, например, слизни…

– Брюхоногие?!! – перебил его Вася. – Какое смешное название!

– Если перевести на латинский язык, получится «гастропода», – сказал Саша. – Но это звучит не так смешно. А над головоногими ты уже смеялся?

Вася хрюкнул от смеха – точно так же, как на своих первых в жизни раскопках, когда он узнал, что его любимые аммониты и белемниты называются головоногими моллюсками.

– Ещё тебя могут насмешить лопатоногие моллюски, – спокойно добавил Саша. – А может, тебе покажутся забавными брахиоподы – их название переводится как плеченогие, которые, хоть и похожи на моллюсков, но ими не являются…

Вася очень старался сохранить такое же серьёзное лицо, как у Саши, но не выдержал и захохотал в голос.

Карина взглянула на Гастона, на Женю и закатила глаза.

– Брюхоногое!!! Ну ты вообще придумала! Тебе что, больше завести было некого?!!

– Тебе просто завидно, – обиделась Женя, – потому что улитки намного древнее собакомедведей.

– Это правда, – поправил очки Саша. – Первые находки ископаемых гастропод относятся к палеозою. В мезозое их стало гораздо больше, но наивысшего расцвета гастроподы достигли в кайнозое, когда амфиционы ещё только-только появились.

Гордая Женя показала Карине язык и долго рассказывала, как хорошо поддаётся дрессировке умница Гастон. Впрочем, её никто не слушал.

Никита под командованием Васиной бабушки расстилал на лужайке плед и расставлял тарелки. Карина учила Васиного дедушку правильно намазывать пастой зубную щётку. Амфи с любопытством наблюдал за людьми и принюхивался к запаху мяты.

– Так тебе и надо, собакомедведь противный, – прошипела Женя. – Сейчас тебе морду начистят, будешь знать, как на брюхоногих моллюсков покушаться!

– Ты мой хороший собакомедведик, открой пасть, – ворковала Карина.

Лязгнули челюсти. Через секунду Амфи выплюнул обломки зубной щётки и облизнулся.

– Почему вы называете его собакомедведем?– спросил потрясённый дедушка. – Это собакоакула какая-то!

– Ну почему сразу акула, – заступилась Карина за своего пса, – может, ему мятная паста не понравилась.

– Акула – это неподходящее сравнение для амфициона, – согласился Саша. – Назовём его мегалодоном!

Собакомегалодон повел носом, принюхиваясь, и повернулся к огурцам, которые бабушка как раз достала из сумки.

– Даже не думай! – сказала бабушка, встретившись с ним глазами.

Под бабушкиным хищным взглядом Амфи попятился, не рискуя поворачиваться к ней хвостом, а потом как ни в чём не бывало направился к дедушке.

– У меня нет ничего вкусного! – испугался тот, бросая в собаку зубную пасту.

Амфи на лету подхватил её и вернулся к Карине. Лёжа у ног хозяйки, он раскусил тюбик пополам и принялся вылизывать содержимое.

Вася засмеялся:

– На самом деле амфиционы питались не падалью и не моллюсками, а мятной зубной пастой!

Саша взволнованно протёр очки футболкой.

– Самые первые представители этого семейства появились пятьдесят миллионов лет назад в начале кайнозоя, – сказал он. – А самые последние – вымерли девять миллионов лет назад!

– Ты-ты-ты это к чему? – спросил Никита.

– Это он хвастается, что самый умный, – сказала Карина.

– Я не хвастаюсь, я объясняю, что амфиционы вымерли давным-давно. Люди появились только через несколько миллионов лет после этого. А зубную пасту люди изобрели не сразу, это произошло совсем недавно, поэтому амфиционы не могли питаться мятной зубной пастой. Понятно?

– Понятно, – кивнул Вася. – А апельсиновой зубной пастой они могли питаться?

Саша вскочил, как будто хотел убежать как можно дальше от людей, которые кормят амфиционов зубной пастой. Но бабушка скомандовала: «СТОЯТЬ!!!» – и он остановился.

Двадцать пять тысяч зубов

Голос бабушки был так громок и суров, что остановились буквально все. Замерла сидящая на траве Женя, прижимая к себе переноску с распахнутой крышкой. С поднятой ногой застыл Вася, направлявшийся к Жене. Окаменела Карина, подбиравшая огрызки зубной щётки. Боялся пошевелиться дедушка, разливавший по стаканам сок. С куском колбасы в зубах остолбенел Никита, раскладывавший бутерброды на большое блюдо. И только Амфи продолжал весело хрустеть огурцами, которые горкой возвышались на тарелке в центре пледа.

– Как он там оказался? – удивился Вася, едва двигая губами.

– Только что лежал здесь… – развела руками Карина.

– Те-те-телепортировался, – шёпотом ответил Никита.

– Пока Санчос нас своими лекциями зомбирует, можно до Луны и обратно телепнуться, – сдавленно хихикнула Женя.

– Те-те-телепнуться до Луны нельзя, можно только телепортироваться, – шёпотом ответил Никита.

– Чего стоите?! – возмутилась бабушка. – У вас на глазах ископаемый крокодил портит сервировку стола, а вы бездействуете! Я ему сказала «стоять», но он меня не слушается! Сделайте что-нибудь!

– Брысь! – неубедительно приказал дедушка. – Я думал, этот собакомонстр полностью поглощён зубной пастой, а он жрёт огурцы так, что брызги летят.

– Дедушка, разве может зубная паста поглотить собакомонстра? – удивился Вася. – Наоборот, монстрособака поглотила зубную пасту! То есть, проглотила.

– И огурцы она тоже проглотила! – бушевала бабушка. – И сейчас приступит к бутербродам, если вы её не остановите!

– Фу! Нельзя! Плохой собакомедведь! – Карина за поводок утащила Амфи с последним огурцом в зубах прочь от бутербродов.

Саша моргнул.

– Уже можно шевелиться? – поинтересовался он.

Никита дожевал колбасу и кивнул, и тут Женя неожиданно взвыла:

– Гасто-о-о-о-он! Гастончик!

– Орёт, как укушенная, – проворчала бабушка.

– Может, её Гастон укусил? – встревожился дедушка.

– Он не может укусить, у него же зубов нет, – отмахнулась Карина. – Вот у моего Амфи двадцать восемь зубов – только потому, что он ещё щенок, а когда вырастет, то у него будет сорок два зуба!

Привязанный за поводок к дереву Амфи открыл пасть, чтобы все могли рассмотреть его двадцать восемь молочных зубов, и часто задышал.

– У улиток двадцать пять тысяч зубов, – возразил Саша, – это гораздо больше, чем у акулы.

– Гасто-о-о-о-он! – не унималась Женя.

Бабушка потеряла терпение:

– Да что случилось-то?

– Гастон сбежал, – догадался Вася, заглянув в пустую переноску.

Женя закричала:

– Замрите! Не двигайтесь! Смотрите под ноги!

Никита проглотил ещё один кусок колбасы и спросил:

– Е-е-если наступить на двадцать пять тысяч зубов, они съедят ногу до самого колена?

– Гастончик не кусается, – всхлипнула Женя. – У него все зубы растут на языке.

– Ка-ка-как тёрка, что ли? Значит, он может человека своим языком зализать так, что от него ничего не останется?! Весь человек сотрётся?! Фантастика! Вот это монстр у тебя, Женька, уважаю!

– Гастон никого не обидит! – заплакала Женя. – Улитки питаются только растениями.

Саша медленно опустился на траву, крутя головой во все стороны.

– Он не мог далеко уйти. Не реви, сейчас мы его найдём!

Никита и Вася по примеру Саши тоже встали на четвереньки. Дедушка схватился за колени.

– Я сегодня не готов к полевой работе, – закряхтел он. – Буду руководить поисками. Делим поляну на квадраты, каждый прочёсывает свой участок.

– Не смей мной командовать! – возмутилась бабушка. – Я не собираюсь ползать по траве наравне с детьми!

– Вы так никого не найдёте, – заявила Карина.

Она взяла переноску и сунула её под нос Амфи.

– Нюхай! Понюхал? Теперь ищи!

– Он же съест Гастона! – испугалась Женя.

– Он же съест бутерброды! – испугалась бабушка.

– Он же съест детей! – испугался дедушка.

Розыскной собакомедведь

Освобождённый Амфи радостно скакал вокруг стоящих на четвереньках Васи, Никиты и Саши, а потом рванул к пледу и оглушительно гавкнул, затормозив перед блюдом с бутербродами.

– Наверное, он думает, что у него сегодня день рождения, и все дарят ему подарки, и даже устроили пикник в его честь, – засмеялся Вася.

– Лю-лю-любой собаке для счастья хватило бы и дохлого черепа, а его ещё и зубной пастой угостили.

– И огурцами с бутербродами накормили, – ледяным голосом добавила бабушка.

– И улитку на сладкое дали, – фыркнула Карина.

– Гастончик!.. – всхлипывала Женя.

– Можно считать доказанным, что амфиционы были всеядными животными, – сделал вывод Саша.

Амфи гавкнул ещё раз, не сводя глаз с бутербродов. Вася сел по-собачьи на траву и прислушался.

– Он что-то нам говорит, – догадался он.

Карина пожала плечами.

– Наверное, он говорит, что это его любимая колбаса, и сейчас он всё съест.

Вася на четвереньках подбежал к Амфи и сел рядом с ним.

– Он нам говорит, что не любит бутерброды с брюхоногими моллюсками, – перевёл Вася с собачьего языка. – Смотрите, кто здесь спрятался!

Гастон сидел на одном из бутербродов и всеми своими двадцатью пятью тысячами зубов уничтожал огуречный огрызок.

Сияющая Женя подхватила Гастона на руки, и все принялись хвалить Амфи.

– Умный собакомедведик! Славный собакомегалодон! Хорошая собакоакула! Выполнил команду! Нашёл пропажу!

Особенно восхищалась бабушка.

– Какой молодец! Он даже не прикоснулся к…

Именно в этот момент Амфи лёг на плед и несколько раз лязгнул челюстями.

– …к бутербродам… – упавшим голосом закончила бабушка, глядя на опустевшее блюдо, которое Амфи небрежно лизнул напоследок.

– Не жалко! Заслужил! – бодро подытожил дедушка, собирая смятые стаканчики и опустевший пакет из-под сока. – Ну что ж, молодёжь, нам пора. Счастливо оставаться!

– Ты совершенно не следишь за временем!– спохватилась бабушка, выдёргивая плед из-под заворчавшего Амфи. – Мы же на самолёт опаздываем!

Дедушка схватил подлетевшую тарелку, Вася догнал укатившееся блюдо, а бабушка покидала всё в сумку, приговаривая:

– Быстро домой! Хватаем вещи, вызываем такси и мчимся в аэропорт! Вася, не отставай!

Она схватила дедушку за рукав и потащила его прочь из парка.

Васю остановил ехидный голос Карины:

– Ничего не забыл?

Вася почувствовал подвох в её вопросе и неуверенно помотал головой.

– Ты кое-что должен был забрать, – напомнила Женя.

– То, что заставило нас здесь сегодня собраться, – намекнул Саша.

– На-на-например, книжку Сан Саныча.

Вася стукнул себя по лбу.

– Давай! – протянул он руку к Жене.

– А я тут причём? – удивилась Женя. – Мне её никто не передавал!

– Мне тоже, – оскорбленно заметила Карина. – Мальчишки ничего не могут сделать по плану.

Никита выпятил грудь:

– Е-е-единственный человек, который сделал всё по инструкции Сан Саныча – забрал книжку из почтового ящика и передал Санчосу, – это я!

– Мы все тобой гордимся, – согласился Саша. – Я догадывался, что наш пикник подходит к концу и уже приготовил книжку, чтобы вручить её Васе. Но она куда-то пропала.

Он выразительно посмотрел на Амфи. Собакомедведь лежал, повернувшись ко всем хвостом, и был чем-то очень занят.

– Жесть! – засмеялась Женя, а Карина прошипела:

– Тихо! Спугнёшь – и я снова буду его ловить на твоего гастропогастона!

Она на цыпочках подкралась к Амфи, схватила его за ошейник и рявкнула: «Фу!»

Не обращая на хозяйку никакого внимания, пёс облизывал книжку, время от времени пробуя её на зуб.

– Нельзя! Брось! Отдай книжку, ты же хороший собакомедведик!

Но Амфи даже глаз на неё не поднял.

– Наверное, на ней запах дохлого черепа остался, – предположил Саша. – Попробуем отобрать?

– На-на-наверное, он откусит руку, если кто-то захочет у него отобрать добычу, – поёжился Никита. – Может, у кого-то есть лишняя рука?

– Наверное, он просто невоспитанный глупый щенок! – попятилась Женя. – Может, поумнеет, когда вырастет.

А Вася сказал только:

– Я сейчас! – и убежал.

Всё идёт по плану

Вася догнал бабушку с дедушкой и долго что-то искал в сумке, а потом побежал обратно к друзьям, несмотря на громкое бабушкино возмущение и тихое дедушкино ворчание.

– Амфи, держи! – он протянул собаке тюбик зубной пасты. – Апельсиновая! Очень вкусная, я её больше всего люблю! Тебе тоже понравится! А взамен отдай мне книжку! Пожалуйста, она мне очень нужна!

Собакомедведь радостно застучал хвостом по траве, и вот уже апельсиновая зубная паста лежит в собачьей пасти, а Вася держит в руках книгу! Обслюнявленную вонючую книгу с отметинами острых зубов…

– Жесть… – прошептала Женя.

– Я бы на твоём месте пошла в магазин и купила новую, а то неловко как-то перед Сан Санычем, – посоветовала Карина.

– Э-э-это ещё не конец, – Никита хлопнул Васю по плечу, – это я тебе как хозяин дохлого черепа говорю.

– Никита прав, – сказал Саша. – Вася, присматривай за бабушкой.

– Что за бред? – удивилась Карина. – Причём тут бабушка?

Саша осторожно оглянулся и прошептал:

– Я уверен, что бабушка попытается избавиться от этой книги!

Коварная бабушка издалека что-то закричала, но Вася не понял, что именно. Потом к ней присоединился дедушка. Оба кричали громко, но не одно и то же, а разные слова, поэтому Вася, даже ничего не расслышав, сообразил, что должен вернуться к ним быстро-быстро.

– Пока! До встречи! – закричали ему вслед юные палеонтологи, и даже Амфи гавкнул на прощанье.

Когда наступила тишина, чей-то желудок тоскливо заворчал.

– Какой-то голодный пикник получился, – заметил Саша. – Я бы ещё что-нибудь съел…

Карина молча вздохнула.

– Попросите собакомедведя поделиться зубной пастой, – хихикнула Женя. – Он самый сытый среди нас.

– Бе-бе-берите пример с меня, – сказал Никита, – я не жалуюсь, хотя мне тоже ничего не досталось.

– Не досталось, значит?– ядовито переспросила Карина. – Ну-ну… Вкусная была колбаса?

– Ка-ка-какая колбаса? – переспросил Никита. – Не было никакой колбасы. Спроси у Амфи, если мне не веришь.

– Вася возвращается, – сказал Саша с удивлением.

– Обнюхал книжку и хочет вернуть её Амфи, – фыркнула Карина.

– Чем это он опять размахивает? – присмотрелась Женя. – Неужели ещё одна зубная паста?

Юные палеонтологи забеспокоились.

– Вася, ты спятил?! Давай, до свиданья уже! Время идёт! Са-са-самолёт без тебя улетит!

Подбежавший Вася что-то быстро сунул Никите в руки.

– Чуть не забыл! – улыбнулся он и снова убежал, на этот раз окончательно.

– Шо-шо-шо… – разволновался Никита, но Женя не дала ему договорить.

– Ауф! Шоколадка!!!

– Сам на всех поделишь или тебе помочь? – поинтересовалась Карина.

Саша приложил ко рту руки, сложенные рупором, и крикнул Васе, который был уже далеко:

– Спасибо!

Чат «Динозавры онлайн»

СанСанычезавр-рекс: динозавры, как успехи?

СанСанычезавр-рекс: динозавры, ау?

СанСанычезавр-рекс: динозавры?

Сашазавр: всё по плану.

Женязавр: книжка у Васи

Кариназавр: передали в целости и сохранности!

Никитазавр: ))))))))))))))

СанСанычезавр-рекс: вот и прекрасно. Вася, с книгой можешь обращаться как со своей – загибать уголки, использовать бутерброды вместо закладки и ставить на неё чашки с чаем, только, пожалуйста, не теряй! Я ещё не успел её прочитать.

Кариназавр: если с ней что-нибудь случится, Вася просто купит вам новую.

Сан Саныч: Её ничто не заменит! Автор подписал её для меня: «Старому другу с наилучшими пожеланиями»

Сашазавр: не такой вы уж и старый

Кариназавр: если бы меня назвали старым другом, я бы обиделась

СанСанычезавр-рекс: Как человек я ещё довольно молод, зато как друг автора уже изрядно стар, так что никаких обид!