Как-нибудь перезимуем

– Зачем же тогда тебя сюда отправили?

– Наши шаманы сказали, что зима в этом году тяжёлой будет, голодной, вот отец и отправил меня в Красноцветинск, как про Отбор услышал. Да и показать наши добрые намерения лишним не будет.

Я озадачилась. Неужто степняки такие бедные, что одну ханскую дочь прокормить не смогут?

– Ну, одна ты князя вряд ли сильно объешь, – сказала я.

– Почему одна? – удивилась Юлдуз. – Со мною семь служанок, пять подружек, двое старших женщин и двадцать нукеров для охраны.

– Ого! Со мною только трёх воинов отправили. Без служанок и подружек я как-нибудь обойдусь, а вот ещё хотя бы двоих бойцов я бы взяла, если бы разрешили.

– Зачем вам столько воинов? – удивилась я, вспомнив вечные подозрения дядьки Вторака.

– Чтобы здесь уважали, – пояснила Юлдуз. – Да и Степь пересечь не так-то просто. Враги не дремлют.

– Парни мои хотели в наёмники податься, пока я здесь буду. Было бы их пятеро, им бы легче меняться было: пока один со мной, другие службу несут.

– А я одна здесь. Ни бойцов, ни служанок.

Лучше самой признаться, чем потом они от других услышат. Думала, соседки посмотрят на меня с презрением, как та девица, что чучелком обозвала.

– А ты храбрая, хоть и мелкая, – хлопнула меня по плечу Хельга.

– И духом сильная, – кивнула Юлдуз, – раз одна из дома уехала. Предлагаю союз.

– Союз?

– Союз – дело хорошее. Змей вокруг много и скоро здесь такое начнётся, что станет жарко – согласилась Хельга, оценивающе глядя на Юлдуз. – Мы с тобой здесь чужачки, а сила не всё решает.

Юлдуз согласно кивнула.

– Я подругам всегда рада, только чем я вам помочь смогу? – удивилась я.

– Мы не подруги, а союзники, не путай! – подняла палец Хельга. – В борьбе за конунга каждый будет сам за себя, а вот против врагов мы станем вместе.

– Какие враги? – мне показалось, что она пошутила, только я не поняла соль шутки.

– Не тебе об этом спрашивать. Слышала, что тебя в Отбор брать не хотели? – усмехнулась Юлдуз. – Думаешь, это твои друзья?

Я вздохнула:

– Не друзья.

– Вот видишь! И нам они не подруги. Нас тоже здесь многие видеть не хотят. Так что неприятельницы у нас общие.

– Понятно. Но чем я вам помочь могу? У меня ни воинов, ни служанок нет.

– Зато ты с ними одной крови и веры, в отличии от нас, – заметила степнячка.

– Да, сможешь подсказать, если нас вдруг с вашими обычаями подставить захотят. Или узнаешь о заговоре против нас. Если я что-то узнаю, клянусь, вас предупрежу, – Хельга прикоснулась двумя пальцами к зубам, похоже, подтверждая клятву.

Я посмотрела на девушек и подумала, что это действительно несправедливо, если к ним отнесутся плохо только из-за их чужеземности:

– Обещаю, что и я вам при случае помогу.

– Договорились! – решительно кивнула Юлдуз, зазвенев вплетёнными в косички монетками.

Мы налили из кувшина в чашки горячий отвар и подняли их, как братины, в знак заключённого союза. У меня на душе потеплело и не только от горячего напитка. Я больше не одинока! Пусть они не считают меня подругой, но так хорошо, когда хотя бы есть с кем поболтать

Заметив, что руки Хельги выглядят обветренными, я предложила:

– Хочешь, я тебе крем дам для смягчения кожи?

– Не откажусь. А у тебя он откуда?

– Я сама сделала. Я ведь деревенская ведунья, там женщины часто зелья для красоты просят: для волос, кожи. Уж на такое моих дара и знаний хватает. Я и травы с собой взяла. Мало ли, вдруг самой понадобится.

Юлдуз заинтересована подалась ко мне:

– Для кожи? А ты можешь её светлее сделать?

– Вряд ли получится превратить тебя в такую же белокожую, как Хельга, но осветлить немного могу. Будешь, как вон она, – кивнула я в сторону сидевшей на противоположном от нас конце стола темноволосой девушки.

Глаза Юлдуз сверкнули:

– Сделаешь – я тебе шёлковый платочек подарю.

Отказываться я не стала.