Мертвая оболочка
- -
- 100%
- +
Несколько часов субъективно я отрабатывал рывок с помощью пружинных движков. Заразы начинали бесконтрольно двигаться сразу после пуска струи в поисках закуски, но кое-как я научился отдавать им приказы. В целом, я мог отдать приказ почти любому Аннелидо, чтобы он полностью переставал двигаться, прекращал любую активность. До тех пор, пока запасы эфира в его организме не подходили к критической отметке. Тогда мои приказы игнорировались, и оно хотело лишь жрать. В принципе логично. Подчиненные плохо работают на голодный желудок. При максимальном скоплении движков на моей ауре рывок был заметным, но затем им требовалось долгое время на перезарядку: отъесться и только затем выстрелить снова. Я пытался продлить конструкцию, добавляя новую пару волосачей с пружинщиком поверх старой, тем самым разгрузив участки своей не бесконечной ауры, вот только с управлением ими возникало слишком много сложностей. Не слишком практично.
Деление было еще одной проблемой, и в то же время открывало большие перспективы. Нарушало стройный порядок работы червей на моей ауре. Во время деления черви отцеплялись от ауры и обнуляли любые приказы. Поделившимся снова приходилось давать указания. А поскольку жрали Аннелидо в три горла с моей помощью, то и делились чаще. Однако один нюанс заставил меня обратить самое пристальное внимание на процесс деления. Дело в том, что спустя несколько поколений я стал замечать, что некоторые особи отличаются. Становятся больше: шире и длиннее, ротовое отверстие увеличивалось. Они превращались в неповоротливых каракатиц. Одно из отверстий на той стороне, которой они крепились к моей ауре, понемногу усыхало, атрофировалось из-за ненадобности. Жгутики превращались в нечто вроде крючков, которыми им было легче держаться за мою ауру. Изменения были не моментальными, да и особи сами по себе имели видимые различия, но я их все-таки приметил. Паразиты быстро умеют приспосабливаться к новым условиям, которые им обеспечил именно я: отсутствие хищников и конкуренции, обилие корма. Они будто становились ленивее с каждым поколением, полагаясь больше на меня и мою ауру. Мне было действительно любопытно, до чего может дойти их эволюция. Разные особи делились с разной скоростью, им требовалось по меньшей мере несколько часов, чтобы вырасти до необходимых габаритов. Поэтому исследования в данном вопросе не будут быстрыми. Обычные Аннелидо делились намного реже – это только мои жрали без остановки, быстро созревая.
Периодически я всплывал над ковром паразитов, чтобы оглядеться. Мне показалось, будто мое местоположение изменилось, а фон повысился. Дальше в стороне фон повышался еще выше. По всей видимости, там находился центр Пятна. Сложно определить место, поскольку никаких ориентиров для моего Сэнса попросту не существовало. Ковер паразитов колебался, словно поверхность океана. До дна мое чуяние не доставало. Походило на то, будто я находился посреди пустынной водной стихии, не имея ни малейшего представления о том, где я. Если поразмыслить, то меня вполне может сносить в сторону. Здесь нет ветра, только слабое эфирное излучение, направленное вверх в основном. Однако мне известно, что Вайс постоянно движется, и сейчас у меня нет никакого сцепления с островом. Он проносится мимо меня, пока я стою на месте? Ну не думаю, что в центре Пятна ситуация будет безопаснее, так что мне следует двигаться прочь от него. В стороне Пятна я чуял неясное большое скопление астральных существ. То ли скопище паразитов, то ли демонов. Полагаю, мне сначала надо освоиться, прежде чем бросаться на исследование потенциально опасных мест. Смогу ли я поддерживать скорость, с которой движется остров? Интересный вопрос.
Пока я висел наверху, чуял округу и размышлял, в мой радиус обнаружения вошло массивное существо. Оно значительно превосходило по объему мою ауру, величаво и лениво плыло над ковром из Аннелидо. Чувствительности моего Сэнса не хватало, чтобы рассмотреть подробности. Неожиданно от него отделилось несколько существ меньшего размера, которые стали быстро приближаться ко мне.
Вуйл бы их побрал! Я быстро нырнул обратно вниз и приготовился обороняться. Было немного страшно, но не то, чтобы у меня оставалось много вариантов. По скорости я с ними явно не смогу соревноваться. Я разослал приказ, стягивая над собой плотный слой из разноплановых Аннелидо. Твари бросились напролом, не сбавляя скорости. Я приказал атаковать. Первая гончая завязла в плотном слое облепивших паразитов, словно в густом киселе, но вторая смогла прорваться на нижний слой. Дерьмо! В последний момент я активировал движки, и меня отбросило в сторону. Гончая пронеслась мимо. Как и паразиты, она с трудом проникала на глубину, но ей было проще, поскольку ее аура была тяжелее, по весу сопоставима с моей.
На мгновение я обратил внимание на первую тварь, отбивающуюся от наседающих червяков. Они смогли ее задержать и потрепать, но гончая справлялась. Слишком массивная и юркая цель для маленьких паразитов. Я отдал приказ по связи усилить напор и повторно показал ее местоположение потерявшим ее Аннелидо. Вокруг меня слишком мало червяков. И им сложнее проникнуть на наш уровень. Поэтому я принял решение подняться к ковру. Не мешкая, я чуть развернул ауру в стороны, попутно приказывая «моим» паразитам также двигать меня наверх. Я быстро достиг края, и сходу начал окружать себя барьером из новых Аннелидо. Вовремя. Обе твари сориентировались, и целенаправленно двинулись на меня. Но не тут-то было. Теперь я собрал вокруг себя поистине впечатляющее количество червяков – всех, до куда дотягивался мой мысленный приказ. Это даже создало внушительную прореху в паразитном ковре, не спешащую затягиваться.
Гончие несколько раз ткнулись в барьер в лоб, но не смогли пробиться. Я сконцентрировал большую часть паразитов в их направлении на манер своеобразного щита. Астральные демоны меня даже разочаровали слегка. Они не додумались обойти с двух сторон, вместо этого бездумно бросаясь почти в одном месте. Было несложно сдерживать их атаки. Я приказывал паразитам по возможности атаковать и цепляться к ним. Те из свободных пружинщиков, что были сыты, несколько раз успешно попали струей эфира. Но больший урон нанесла совокупная масса толкающихся, облепивших их паразитов. Аннелидо тоже погибали, оседая безвольными тушками или растерзанными клочками эфира. Но перевес был на нашей стороне. По возможности я мысленно дотягивался до новых особей, сходу посылая подкрепления в бой. Гончие сражались до самого конца. Ослабив и истрепав их защитные оболочки, паразиты проникали внутрь ауры, высасывали их внутренний эфир, разрывали каналы жгутиками и ртами. Вполне солидный урон наносили наевшиеся пружинщики, забравшиеся вглубь их оболочек. Я приказывал им атаковать внутри ауры, терзая ослабевающих гончих. Я даже начал испытывать своего рода уважение к напавшим на меня астральным существам: они сражались яростно и самоотверженно, совершенно не боясь смерти. Которая в итоге и свершилась. Их ауры были растерзаны на лоскуты и отдельные куски оболочек, представляя собой дырявое месиво. Часть эфирных обрывков гончих еще трепыхалось, но угрозы для меня они уже не представляли.
Это была славная битва, из которой я вышел победителем. Что нечасто случалось в моей жизни само по себе. Я мысленно отдал почести поверженным противникам. А также пожелал уничтоженным Аннелидо достойного посмертия. Очень много моих воинов пало в отчаянной рубке. Я гордился ими, гордился моими солдатами, беспрекословно исполняющими почти любую мою команду. Пускай у них недоставало инициативы и мозгов, они не боялись гибели. Ну, наверное, они не понимали, что могут погибнуть, когда я приказывал им бросаться в сторону гончих, но какая разница?
Вы достойно поработали, мои верные слуги. Командование в моем лице не забудет ваших действий. Во славу меня, Червячного Префекта, и его бесчисленного смелого воинства. Гип-гип-ура-а-а!!! Ура, ура, ура-а-а!
Я хихикал и водил хороводы из плавающих вокруг меня Аннелидо. С почестями похоронил останки гончих. Отдельный большой паразит-толстяк выступал у меня в роли пастора. Он произнес короткую проповедь и помолился Богине за души усопших. Затем я отпустил оболочки гончих в свободное плавание эфирного излучения. Пусть в следующей жизни вам повезет больше.
Я постарался собрать с помощью других червей останки моих павших воинов, после чего и с ними провел похожую уводненную службу. Только на сей раз речь произносил я. Мысленно, конечно, а не вслух. Это была глубокая и прочувствованная речь, я выложился на полную. Выразил надежду, что всех погибших ждет место на Червячных Небесах, если таковые существуют. Мне кажется, что слушающие меня солдаты, были впечатлены и растроганы таким заботливым командиром. Я буду оберегать вас и заботиться по мере сил, мои верные защитники! Ура!
Где-то на краю моего Сознания мелькали мысли, что я веду себя не совсем нормально, но надолго подобные проблески не задерживались.
Глава 2
Поразмыслив, я пришел к выводу, что необходимо разработать какое-нибудь боевое умение. Либо специальную конструкцию, либо попытаться восстановить эфир в моем Средоточии. Ячейки-резервуары, напоминающие соты, были растерзаны, и для начала их требуется восстановить. Это потребует значительного времени на медитации. И я далеко не уверен, что из этого выйдет что-либо толковое. Ведь дух обычным способом мне никак не получить без тела. По идее, я могу хранить внутри Средоточия любой тип эфира, даже дикий. Вот только будет ли от него польза с атакующей точки зрения, остается загадкой. Могу ли я хранить внутри агрессивный для моей ауры эфир пружинщиков – тоже большой вопрос. Мое Сплетение и вся моя шаманская аура в целом готова работать только с духом. С другими типами и стихиями наверняка будет очень сложно. Недаром на начальном этапе эсперы старались развивать только одно направление магии.
С другой стороны, у меня есть спиральщики. Восстановив Средоточие, можно попытаться заставить их переработать эфир в подходящий мне дух. Но все это требует времени, а надежный способ защиты нужен уже сейчас. Поэтому я снова взялся за пружинщиков. Спиральщиков также можно было использовать в роли атакующих единиц, но их мощность оставляла желать лучшего по сравнению с собратьями. Эксперименты проводились на тех же паразитах, которые гибли пачками под смертельными эфирными выбросами. Ваши смерти послужат на благо науки, мои верные последователи!
Пружинщики обладали довольно мощной атакой, способной убить даже клешнезуба и представителей других видов червей-хищников. На близкой дистанции струя повреждала целое скопище выстроенных рядом целей. Так что даже защитные оболочки гончих должны почувствовать удар.
В общем-то, итоговая конструкция, к которой я пришел, оказалась незамысловатой: ровная прямоугольная плоскость из стройных рядов пружинщиков, сцепленных между собой волосачами. В отличие от «движков», данное образование не нуждалось в креплении к моей ауре. Я подумал над различными тактиками боя, и все-таки решил держать на своей ауре одну такую колонию… Надо бы как-то назвать ее сокращенно. Пусть будет «залпострел». Одну большую плоскость залпострела я сформировал на моей поверхности, сделав пустотную прослойку из каланчей. Цеплять пружинщиков прямо к моей ауре было нельзя – атакующая сторона должна быть направлена вовне, в потенциального противника, другая свободна для того, чтобы вкушать эфир и вырабатывать силы для атаки. Но в итоге разобрался. Их эффективность была низкой из-за невысокой концентрации эфира, но на один выстрел хватит. Также я сформировал еще с десяток залпострелов, свободно плавающих вокруг меня. Они будут наиболее эффективны лишь в нижнем эфирном слое, их совокупная масса позволяла им дрейфовать чуть ниже соплеменников.
Управлять такой оравой донельзя изматывающе. Я уже немного приноровился, но все равно приходилось постоянно отвлекаться. Поддерживать много залпострелов или движков было сложно. Конструкции рассыпались со временем по разным причинам. В основном из-за деления или голода.
Залпострелы получились достаточно маневренными, быстро поворачивались. С наводкой никаких проблем не возникало по той простой причине, что радиус поражения у них был невелик. Фактически, лучшая стратегия по их использованию – это плотно облепить залпострелом цель и активировать пружинщиков. Если кто-то приблизится к моей ауре, я попытаюсь использовать цепляющегося к моей ауре обширного залпострела. Он также сгодится в роли дополнительного мощного движка и внешнего слоя обороны. Я думал о том, чтобы использовать паразитов в роли брони, но по факту возможно создать только один-два слоя – у червей дальнейших внутренних слоев уже случается голод из-за недостатка эфира. Да и в целом данный способ был не особо эффективен. Большинство свободных участков моей ауры было занято спиральщиками, движками и залпострелом, и всем им нужен был свободный доступ к эфирному излучению. На броню просто места не оставалось.
С увеличением количества залпострелов я понял, что достиг предела. Все время мне приходилось «ремонтировать» конструкции, удалять старые особи, искать и добавлять новые. Это отнимало слишком много внимания моего Сознания. Поэтому я решил снизить количество залпострелов до шести. Остальное количество буду наращивать из ковра во время прямого столкновения. Правда, стоит сказать, что спиральщики и пружинщики совсем не были многочисленными, и мне требовалось прилично времени, чтобы собрать достаточно особей. Залпострел мог атаковать каждые десять-двадцать минут в идеале. Однако я не питал иллюзий. Скорее всего, внешние залпострелы окажутся одноразовыми, поскольку подразумевают тесное столкновение с противником.
Первые практические испытания я не стал откладывать в долгий ящик. Поднявшись над ковром, я отыскал ближайшую крупную ауру и медленно направился в ее сторону. Астральная гончая была одинока и пассивна. По-моему, она умирала, медленно и неуклонно – по неизвестным мне причинам. В какой-то степени избавление от мучений было милосердным с моей стороны. Хотя не знаю, испытывают ли они какую-либо боль или что-то похожее. Первая атака залпострелом снесла с нее все имеющиеся защитные оболочки, бывшие в плачевном состоянии. Далее гончая попыталась улизнуть, но я приказал Аннелидо окружить ее и не давать прорваться. Залпострелы были медленными и не поспевали даже за такой слабой астральной тварью, поэтому я их сходу усовершенствовал, просто перевернув на сто восемьдесят градусов часть пружинщиков. Таким образом образовались пружинные движки, которые обеспечивали залпострелу стартовый рывок. Если повезло с наведением, слой паразитов облепливал цель, будто рыболовная сеть, после чего я сразу активировал атакующий выброс. Второй залп моего паразитного оружия нанес гончей значительные повреждения, еще четыре окончательно завершили разгром. Покойся с миром, астральное существо. Твоя гибель послужит на благо моим научным изысканиям.
Воодушевившись результатами, я еще помотался по округе, разыскивая противников для схватки. Гончие очень редко объединялись, в основном нападали поодиночке. Было несколько мощных в аурном плане демонов, но я смог их всех одолеть, используя щит в виде простых Аннелидо, а также залпострелы, не дав ни одному приблизиться на расстояние удара. Щит, кстати, я также усовершенствовал. Поскольку это было временное сооружение, я не переживал насчет его долговечности и распада из-за голода отдельных особей. Все просто: паразиты в виде цепочек соединялись жгутиками один к другому, цепочки между собой скрепляли волосачи, слои щита сцепляли они же. Чем-то напоминало занятия по плетениям у тана Вика. Несмотря на простоту, щит останавливал любых гончих, но также он требовал времени для формирования. В отличие от простого неорганизованного скопища Аннелидо, которые я бросал в бой ранее, крупные астральные сущности не могли преодолеть новый щит с наскока. Могли пробить несколько слоев, но непременно вязли. А там уже их облепливали подоспевшие залпострелы, превращая противника в решето.
Еще одна гончая преподнесла мне не слишком приятный сюрприз в виде магической эфирной атаки, которая выглядела в Сэнсе волной золотистого цвета, напоминая заклинания волшебников. Она пробила щит, но я быстро сориентировался и «заштопал» прореху, не дав гончей просочиться. В общем, я остался более чем доволен своими новыми возможностями.
Меня по ощущениям стало относить прочь от центра Пятна. Уровень излучений понижался, ковер паразитов редел, гончих становилось меньше. Я пока не собирался бросаться прямо в центр Пятна, опасаясь повстречать хищников, которые мне не по зубам. К сожалению, мне так и не удалось придумать что-либо для ускоренного передвижения. Движки давали неплохие рывки, но за десять минут, что они перезаряжались, любая гончая могла легко меня догнать. Я немного приспособился к движению под самым ковром. Идея очень простая: я запускал движки и в ходе полета сразу их отцеплял приказом, формируя в месте моей примерной остановки новые свежие движки из ковра Аннелидо из наиболее сытых. Таким образом, меняя движки, мне удалось слегка повысить скорость, но ненамного.
После проверки боевых качеств я занялся селекцией. Данное направление казалось мне наиболее перспективным, но в итоге вышел пшик. Поначалу все шло хорошо: паразиты росли и крепли, изменяясь с каждым поколением. Но в один момент после деления два здоровенных спиральщика оказались недоступны для моих приказов. Они перестали мне повиноваться, я не чуял их своим Сродством. Ну, это было логично. На гончих мое Сродство не распространялось от слова совсем, а ведь они тоже были астральными сущностями, только намного больших размеров. Поделившиеся особи стали слишком отличными для моего Сродства. Я испытал разочарование, но решил, что лучше не зацикливаться на негативе. В конце концов, мое Сродство могло сработать только на определенном виде паразитов, а не на всех. Без спиральщиков я бы давно испустил дух. Предположительно, мое Сродство имеет следующие критерии: астральная бестелесная сущность маленького размера без зачатков Сознания и собственной воли.
Два поделившихся паразита, упорхнувшие из-под моего крыла, оказались… неприспособленными к внешнему миру. Они были массивными, неповоротливыми, потребляли прорву эфира и могли нормально существовать только в плотных слоях. В червячном ковре они не выдерживали никакой конкуренции, не могли убежать от клешнезубов и других хищников.
Я внимательно следил и экспериментировал с первыми двумя особями спиральщиков-гигантов, не давал им погибнуть, защищал от хищных паразитов, периодически подкармливал, спуская их на глубину. В итоге немного привязался. Они были беспомощны и почти безобидны. Я опутал их несколькими каланчами и волосачами и прицепил к своей ауре, таская за собой повсюду. Я назвал спиральщиков Прилипала номер один и Прилипала номер два. Номер Второй чуть лучше потреблял эфир, был слегка больше размерами – так мне удавалось их различать. Я решил посмотреть, что с ними в итоге получится. Спиральщиков-ветеранов у меня было в достатке, и вскоре многие из них начали эволюционировать в аналогичные нежизнеспособные в дикой природе особи, неподвластные моим приказам. Их я отпускал в свободное плавание, не сильно сожалея. Каждый выживает, как умеет.
У меня еще оставалось много идей насчет селекции паразитов с разными свойствами. Например: выведению пружинщиков, способных поставлять мне внутренний эфир или эфир духа для Средоточия. Все-таки они были мощнее спиральщиков. Также размышлял о специальных сэнсорных паразитах; червяках, реагирующих на контакт с гончей – этаких датчиках; паразитах, способных сохранять запас эфира; имеющих возможность запоминать сложные команды; или таких, которые могли становиться проводниками моего Сродства. Последнее было уж слишком маловероятным. Как бы то ни было, мои предварительные попытки не принесли результата сходу. Отбор и выведение новых паразитов потребует большого количества времени, сил и ресурсов. И самое печальное, я не представлял себе, как поддерживать условия для сохранения устойчивого вида. Аннелидо эволюционировали быстро, как, например, спиральщики. Новые виды могут точно также исчезнуть, выпав из поля моего Сродства. И начинай все заново. Какой-то тупиковый путь. Намного проще и продуктивнее использовать уже существующих Аннелидо, благо их было множество видов, и не все я еще успел подробно изучить.
По моим очень и очень примерным прикидкам прошло четыре-пять дней с момента моей «смерти». И мне захотелось спать. Сначала я подумал, что спиральщики стали сачковать и перестали давать годный моей ауре эфир. Слишком уж ощущения в Сознании были специфические, отличались от привычного в физическом теле. Чем дальше, тем сильнее становилась апатия и желание забить на все и просто постоять на месте, свернув свое Сознание. Несколько часов я успешно сопротивлялся, пытаясь разработать какой-то предупредительный и защитный комплекс, но не преуспел. Паразитам требовалось давать сложные команды исключительно лично. Не помогало и сонливое состояние. В итоге я сдался, понадеявшись на авось. Создал вокруг своей ауры широкий и слабый защитный кокон из паразитов (чтобы часть эфира долетала и до спиральщиков), после чего провалился в серый полумрак. Последние мои мысли были про текущую ситуацию и паразитов. Я много чего пережил в прошлом, однако Гайя не оставила меня, дала мне свою помощь и свет. Ну, странный свет, конечно, но какой есть.
Мое состояние напоминало нечто среднее между дремотой и полноценным сном. Я будто плавал на поверхности, иногда прислушиваясь и осматриваясь Сэнсом, но в то же время никаких активных позывов к действию не появлялось. Сновидений не было.
Очнувшись, я лихорадочно огляделся. Большинство моих конструктов из паразитов распалось на части. Колония спиральщиков на моей ауре поредела из-за поделившихся особей. Я спешно восстановил популяцию, благо рядом со мной их сновало немало. Починил движки и собрался уже было заняться залпострелом на своей ауре, как заметил рядом неясное шевеление. Чуть сместившись и раскрыв Сэнс, я почуял нерядовую для надмира картину: длинная тонкая эфирная веревка вилась откуда-то с земли, оканчиваясь в большом смазанном образе. Когда от существа изошло несколько специфичных эфирных волн, до меня дошло. Хотел было сказать, что по мне пробежала стадо мурашек, но тела у меня отсутствовало. Разве что эфирные мурашки, если такие существовали. Веревка – это аурная цепь, а размытая аура принадлежит эсперу. Который имеет внушительные маскировочные оболочки. Вероятно, колдун. И он точно заметил меня.
Я потерянно застыл, вспоминая свои мысли насчет вероятной встречи с эспером. Попытаться наладить коммуникацию с помощью визуальных образов? Я немного потренировался ранее в составлении вайских букв и слов из Аннелидо – это было не особо сложно.
Объективно, никаких шансов против взрослого эспера с полным резервом у меня нет. На стаю Аннелидо он не обратит внимания, создав вокруг себя защитный кокон. Залпострелы слишком слабы, хотя теоретически смогут повредить защиту. Но дальше пойдут его аурные защитные оболочки, способные надолго задержать любое количество Аннелидо. Однако главное преимущество эспера по сравнению с гончей – он умеет думать и анализировать. Отступить, перегруппироваться, поставить новую защиту, атаковать кукловода вместо отвлекающих целей и многое другое. Правда, у эспера имелась и огромная уязвимость – аурная цепь. Тин Замали говорила, что опытные астральщики способны накрыть ее магической защитой на всей протяженности, но в любом случае она всегда будет оставаться самым слабым местом эспера, решившего попутешествовать отдельно от тела. Плюс, смерть наступает не мгновенно, а лишь когда вся энергия в его теле подойдет к концу. То есть, навалять мне после уничтожения цепи, отомстив таким образом, он вполне может.
Наверное, если эспер не будет ожидать и не заметит, я смогу приблизиться и атаковать его цепь. Однако радиус действия моих мысленных «сродственных» приказов был много меньше, чем радиус даже моего пассивного Сэнса. У взрослого эспера Сэнс разработан значительно лучше, не говоря уже про активные волны. Он засечет меня за многие ярды и не даст подобраться достаточно близко к его цепи. Хм. Хотя у основания цепи, то есть, ближе к его физическому телу, его Сэнс уже не будет столь всесилен. Правда, если его тело лежит на земле, то моей ауре просто не хватит «веса», чтобы пробиться на самые нижние слои гравитового излучения. Или опытный колдун может иметь сэнсорные эфирные узлы по всей протяженности аурной цепи, что должно быть полезно. Короче, лучше не доводить до активного противостояния. Кое-какие варианты имеются, но очень сомнительные и требующие проверки.
Я осторожно поднялся поближе к ковру Аннелидо и принялся неспешно формировать отдельные залпострельные и щитовые батальоны. Если мои конструкции отличались разве что излишней упорядоченностью и плотностью по сравнению с ковром, то вот моя аура наверняка была очень приметной. Гончие тоже на фоне Аннелидо выделялись моментально. Спрятаться здесь просто невозможно. Я наблюдал за эспером и ничего не предпринимал. Он частенько выпускал сэнсорные волны, чтобы почуять округу. Немного полетал на разных уровнях, не сильно удаляясь от центра, откуда исходила его цепь. Два раза выпустил чернильную пси-волну по направлению к земле. Пробыл наверху около часа, после чего свернул свою аурную цепь и вернулся в тело на поверхность, насколько я могу судить с высоты. Но так ничего и не предпринял в моем отношении.