Наследие богов. Книга третья. 12 апостолов

– Море близко. – Род, пересевший из повозки на лошадь, полной грудью втягивал в себя чистый, слегка солоноватый воздух. – Скоро подойдём к Нарке.

При слове Нарка, Олег заёрзал в седле и натянул поводья. Когда его белый как снег конь остановился, он спрыгнул на землю.

– Ты чего? – Род удивлённо последовал его примеру. – Хочешь привал сделать?

Олег тяжело опустился на землю.

– Не могу дальше. Что-то не пускает. – Он распахнул ворот рубахи и с силой потёр рукой грудь. – Что-то щемит внутри.

Род с пониманием кивнул головой и присел на землю рядом с Олегом.

– Это прошлое тебя навестило. Сколько лет ты гонишь его из себя, а оно всё возвращается. Это память, дорогой друг. Ты до сих пор не можешь себе простить, что не уберёг тогда Елену, вот она тебе и напоминает. Как давно это было. Забудь и она отступит.

Олег в ответ качнул головой.

– Не получается. Видно всю оставшуюся жизнь нести мне это в себе. Это мой рок. Часто, когда закрываю глаза, вижу её. Она улыбается и протягивает ко мне руки.

– Вот видишь, она простила тебя. Ты свободен. – Род поднялся с земли и подошёл к своему коню. – Пойдём. Нужно навсегда избавиться от такого прошлого, иначе оно тебя сожрёт.

Олег последовал совету старика и поднялся с земли. За ними с интересом наблюдали все, кто был в обозе. Мало, что понимая, они переводили удивлённые взгляды друг на друга, пытаясь услышать хоть что-то в объяснение происходящему.

– Ты прав. Нужно идти. А по пути обязательно навестим Нарку или то, что осталось от неё.

Олег запрыгнул в седло и погнал своего коня вперёд. Ничего так и не понявший Михей, хлестанул лошадь кнутом по крупу, и обоз медленно двинулся вперёд. Облачко пыли из под копыт унёсшего вперёд Олега коня, указывало дорогу к когда-то существовавшему городку Нарка. За кромкой леса открылся вид на обширную ложбину с возвышавшейся над ней Лысой горой. Когда-то в былые времена дозорные хана Карачура наблюдали с неё за жителями города, перед тем как сжечь и разрушить весь город. Эти картины из далёкого прошлого навсегда врезались в голову Олегу. Ночное бегство жителей в лес, спасающихся от орд степняков и пылающие дома города. Ветер упругой стеной врезался в его голову и тело, охлаждая жаркие воспоминания. Конь нёс его вперёд через прошлое, пройти мимо которого сейчас было невозможно. За поворотом показались редкие обгоревшие столбы городской стены, торчащие из земли как кривые зубы неведомого исполинского животного. Олег резко натянул поводья, и когда его конь остановился, спрыгнул на землю. Сердце бешено колотилось внутри, а капли пота стекали по его лбу прямо в глаза. У небольшого завала из чёрных брёвен, некогда бывших городских ворот, он остановился и осмотрелся. Тёмные бугры земли, поросшие травой и кое-где истлевшие от времени крыши домов, лежали прямо у его ног. Где-то оставшиеся простенки и башенки печей, выложенные из камня, возвышались над этим кладбищем, словно таинственные стражники, оберегающие покой древней руины. Стало жутковато, но Олег уверенно повёл на поводу коня прямо к центру Нарки. Ближе к городской площади дома оказались менее сгоревшими, а одни из них только покосились от времени и вросли в землю. Видимо не всё сгорело тогда – кое что уцелело. Чисто инстинктивно, повернув от площади к своему дому, буквально через несколько шагов, Олег остановился, как вкопанный, не веря своим глазам. Его дом, как и несколько других рядом, оказался совсем не тронутыми огнём. Крепкие брёвна, связанные в замысловатый замок по углам, держали его стены и высокую крышу над ними. Он удивился ещё больше, когда обратил внимание на то, что крыша была перекрыта свежим камышом, слегка потемневшим от времени. На вид дом казался пригожим для жилья. Возможно даже, что в доме кто-то жил и по сей день. Олег привязал к покосившейся изгороди коня и подошёл к входной двери. Не став стучать, он ударом ладони заставил крепкую дверь, словно пушинку, распахнуться перед ним настежь, и не ожидая приглашения, сделал шаг через невысокий порог. Опыт бывалого воина, звериное чутьё и мгновенная реакция спасли ему жизнь на пороге родного дома. Олег скорее почувствовал, чем увидел, что в полумраке навстречу его голове несётся лезвие боевого меча. Отклонившись в сторону, Олег пропустил это лезвие мимо себя, заставив хозяина этого оружия приблизиться к себе, а потом с силой толкнул его всем телом в грудь. Послышался короткий вскрик, и отлетевшее куда-то в угол тело, опрокинуло на себя гору хлама в тёмном углу. Грохот упавшей утвари на голову незадачливого воина прокатился по всему дому. Олег даже не посмотрел в ту сторону, поскольку всё его внимание было приковано к женщине, стоявшей прямо посредине большой комнаты. Сумрачный свет в доме не позволил сразу разглядеть её лицо, но уже через мгновение, Олег потерял дар речи, когда начал различать в едва пробивающемся свете светлые волосы, распущенные по плечам, знакомые очертания губ и глаз. Горделивая осанка не оставляла никаких сомнений – перед ним стояла его Елена! Ему казалось, что ноги вросли в пол, а к горлу подкатил острый как нож комок. Через темный бычий пузырь маленького оконца пробивался тусклый свет, но Олег вполне отчётливо видел каждую до боли знакомую чёрточку лица. Такого не могло быть, потому, что его Елена давно умерла и не могла находиться в этом доме. Это было какое-то колдовское наваждение. Женщина в белом простом сарафане до пят, стояла в трёх шагах от Олега и внимательно рассматривала незваного гостя. У неё не было страха в глазах, скорее в её глазах застыло удивление. Лёгкий их прищур говорил о том, что она старается вспомнить заросшее чёрной бородой и покрытое небольшими шрамами мужественное лицо гостя. Какое-то время, они вот так молча, и с интересом рассматривали друг друга, пока, наконец, хозяйка дома не спросила:

– Ты кто будешь воин? Почему ты врываешься в чужой дом, как к себе домой?

Комок в горле отступил, и Олег смог сделать глубокий вдох.

– Ты не поверишь, но это мой дом. Вернее когда-то был моим. – Красивое лицо женщины оставалось спокойным, хотя в её глазах появилось неподдельное удивление. – А вот, что ты тут одна делаешь среди развалин? Здесь ведь давно уже никто не живёт.

На её губах появилась улыбка.

– Если это так, то тебя очень давно не было дома, а мой сын из младенца превратился в настоящего воина.

В этот момент из тёмного угла дома донесся звук упавшей на пол глиняной чаши с характерным треском и рычание молодого хищника. Перед глазами Олега появился совсем ещё мальчишка, утирающий сочащуюся из разбитого носа кровь. Стало немного стыдно, и Олег поспешил оправдать своё вторжение.

– Ты прости меня юноша, в темноте не было видно тебя, только твой страшный меч. Вот и пришлось защищаться. – Олег перевёл свой взгляд на женщину. – Почему ты назвала меня воином? На мне ведь нет защиты, а в руках нет оружия.

Женщина продолжала улыбаться. Непрошенный гость не нёс опасности, скорее он был для неё интересным.

– Чтобы разглядеть в мужчине воина, не обязательно тому брать в руки оружие. Ты сам оружие и потому обычные одежды ремесленника или купца могут вызвать только удивление.

Женщина была не глупа и говорила, словно песню пела. Олег не отрывая глаз, следил за каждым её движением и вздохом, всё больше убеждаясь, что перед ним сейчас стоит его Елена. У него не осталось никаких сомнений после того, как она подошла зачем-то к столу, и взяв в руки вышитый рушник, аккуратно сложила его в виде птицы. Так могла делать только она!

– Как зовут тебя воин? – Её голос прозвучал неожиданно. – Назовись уж, раз в дом вошёл как гость, а не как разбойник.

– Меня зовут Олег. – Слова застряли в горле, когда он понял, какую глупость совершил. – Вернее меня раньше звали Койшей, а Олегом стали звать позже, когда…

Олег замолчал, не зная как объяснить такой поворот в его судьбе, потому, что тогда придётся рассказывать всю историю его жизни.

– А как твоё имя, прекрасная незнакомка? Откройся страннику.

Прекрасная незнакомка опять улыбнулась.

– Так у тебя два имени? Койша. – Она произнесла его первое имя, и словно смакуя на губах, попыталась что-то вспомнить. – Не слышала раньше такого имени. А меня зовут Елена. Родители меня так назвали.

В этот момент в открытую дверь вошёл Род. Он слышал произнесённое имя и уже успел разглядеть лицо женщины. На какое-то время он замер у порога, не веря, что такое бывает. Теперь уже двое странников стояли у двери, и онемев от услышанного, во все глаза смотрели на обладательницу до боли знакомого и редкого имени.

– Елена. – Словно в бреду, Олег шёпотом повторял её имя раз за разом. Не веря в случившееся, он уже понял, что судьба вернула ему его Елену живой и невредимой. – Наконец я нашёл тебя моя Елена.

– Ты это о чём странник? – Услышав слова Олега, Елена несколько смутилась, но понимая, что её гость находится не совсем в нормальном состоянии, простила ему его вольности. – Кого это ты нашёл? И не стыдно тебе такое говорить замужней женщине?

Олег ничего не слышал, а только как заведённый тихо повторял:

– Она вернулась. Я нашёл её.

Род толкнул его в плечо, прерывая излияния души.

– Погоди, Олег. Нужно во всём разобраться. Такое не может быть. Пойдём ка выйдем на свет, а то мне воздуха свежего не хватает.

Он схватив Олега под руку, почти насильно вывел того из дома. Тут же у порога отвесил ему крепкую пощёчину.

– Приди в себя! Это не та Елена! Она только похожа на неё и всё!

Олег, медленно приходил в себя. Он вытер пот, выступивший на своём лбу, и встряхнул головой.

– Род, такого не может быть. Это она! Мне её вернули!

– Да кто вернул? Ты в своём уме?

– Не знаю. Но это она.

В это время дверь распахнулась и на пороге появилась хозяйка дома. Позади неё, словно тень, маячила высокая фигура её сына. У совсем ещё молодого волчонка глаза горели подозрением и жаждой убить любого, кто хоть прикоснётся к его матери. Род подумал, что правильно сделал, когда боевой меч убрал с глаз молодого воина подальше. Елена подошла к неожиданно появившимся в её доме странникам, и как ни в чём не бывало, поведала свою нелёгкую жизненную долю. Оказывается она до этого жила с родителями среди болгар у самого синего моря. Однажды к ним в Переслав пришли русы во главе с их князем Святославом. Среди его многочисленных воинов был сотник Радимич. Высокий и могучий, словно столетний дуб. Он сразу обратил внимание на молоденькую девушку, которая на площади торговала сладкими сливами. Между ними завязалась дружба, а потом эта дружба переросла в настоящую любовь. Родители Елены с радостью отдали видному воину свою дочь, желая ей лучшей доли в жизни, чем выпала им самим. Потом началась война. Святослав хотел продолжить свой поход в Грецию, но ему помешали. Император Византии Иоанн Цимисхий собрал целую армию и перекрыл все пути в Грецию. Войска Святослава совместно с болгарами и венграми разбили ромеев и дошли до Аркадиополя. Весной в самом Царьграде был заключён мир с Византией. Дорога на Грецию была открыта. Но этот мир продержался недолго. Уже летом император обманул Святослава, и тайно отозвал все свои войска и флот с других территорий. Он коварно напал на русов. Была страшная битва. Тогда много полегло воинов с одной и другой стороны. Но силы Святослава были намного меньше, и он был вынужден отступить и уйти из Болгарии. Остатки его войска пошли в Киев. В то время я уже носила Ратибора. Мой муж оставил меня здесь рожать и велел дожидаться его прихода. В дороге я была ему обузой, да и печенеги постоянно беспокоили своими набегами. Одним словом вот уже пятнадцать лет мы с сыном ждём его возвращения. Как-то пришло известие о том, что у Днепра печенеги устроили Святославу засаду и всех перебили. Тогда оттуда никто не вернулся. Но люди также говорили, что были и те, кто уцелел в этой битве. Всё время я думала, что мой Радимич выжил, но годы шли, а его всё не было. Вот так я тут и оказалась. Идти назад в Болгарию нет возможности, а в Киев незачем. Свыклась уже. Сына растить надо и жить надо как-то. Ты уж Олег не гони нас со своего дома, потому как идти нам, как оказалось, некуда.