Давайте поиграем в «Мафию»

Первая комната была удлинённой прихожей с вешалками для одежды, широкой двуспальной пружинной кроватью и полосатым паласом на полу. Вторая была больше, в ней находился старенький красный диван и пожелтевший холодильник. Между двумя комнатами стояла печка с электроконфоркой на ней. Кухонная утварь стояла стопкой и была накрыта вязаными салфетками. Возле окна находился стол и четыре стула. Всё это кое-как украшено различными мелочами, которые и выкинуть жалко, и в городе не нужны. Третья комната была длиной. По длине она была во весь дом и имела два окна, выходящие на шину с водой. В комнате стояли 2 кровати с подушками, лежащими пирамидкой и накрытыми узорчатой накидкой. На полу красовался советский подранный и обесцвеченный ковёр. Во всю боковую стену стояли громоздкие шкафы, где были одни двери и небольшая ниша со старым ламповым телевизором.

– Дворец, ей-богу, дворец, – Паша с грохотом поставил сумки на стол, и стеклянные бутылки звонко звякнули. – Лет сто назад, за такие хоромы дочерей отдавали.

– Я не настаивал, не нравится можете найти место лучше, – обиженно сказал Жорик, включил свет, взял тряпку и начал вытирать накопившуюся пыль.

– Блин, тут тоже связи нет, – сказала Маша, бродя по комнатам. – Не думала, что в наше время такое возможно. Хоть одна палочка появилась бы.

– Вот-вот, а мне, вообще-то, надо через час зайти в игру и получить бонус, а то он сгорит, – поддержала подругу Света. – А я уже три месяца собираю ежедневный бонус и не хочу начинать заново. Жорик! – Света крикнула, отчего парень подпрыгнул и случайно уронил на пол сковородку. – О таком надо предупреждать заранее! Позвали меня в каменный век.

– Свет, ты с ним поаккуратнее, а то он сейчас дубинкой по голове и в пещеру.

– Девчат, забудьте про эти телефоны, расслабьтесь, смотрите, сколько еды, – в большую комнату боком вошёл Артём и сел на стул. – Только надо пойти окна открыть, тут слишком мрачно и чем-то хреновым пахнет.

– А тебе лишь бы пожрать. Вот и сходи, открой, гляди пару калорий и скинешь.

– Паша, это не смешно.

– Я знаю, что лишний вес – это не смешно, это жирная проблема, – парень рассмеялся и его смех эхом отразился в дымоходе.

– Ребят, а я что-то не поняла, – Кира взяла за руку Стаса и продолжила, – тут всего 4 кровати, а нас 8 человек. Моя математика не сходится.

– Я могу и на полу поспать.

– Тём, а ты и так будешь на полу спать. Тебя советские пружины не выдержат, – от шутки Стаса Паша рассмеялся и постучал по столу ладонью. – Я буду спать с Кирой в спальной комнате, вот на той кровати, – Стас показал пальцем на самую большую кровать с красным пледом.

– А я думала, что там будут спать девочки, – сказала Света. – Отдельная комната для девочек, отдельная для мальчиков.

– Так спите, я вам не помешаю. Значит, вторую кровать заняли девочки.

– Но…

– Ой, что я там не видел, – махнул рукой Стас и принялся доставать из пакета шашлык в вёдрах.

– Значит, я на диване. Эй, Крот, он хоть раскладывается? – спросил Паша, и плюхнувшись на диван, поднял в воздух пыль.

– Нет, – сказал Жора и зачихал.

– А я на оставшейся кровати в прихожей, – сказал Дима.

– Вот и решено, – Стас достал овощи, положил их в чашку и продолжил, – я с зайкой и девчонками в спальне. Паша и Артём здесь, Тёмке возле холодильника привычнее, а Дима в прихожей. А куда положим мясо или так будем доставать, прямо из упаковки?

– А я где? – робко спросил Жора, поднимая руку.

– А ты на улице, на лавочке, надо было думать, куда зовёшь гостей. Ладно гостей, своих друзей. Единственных и самых верных друзей. И ещё каких, мы же лучшие одногруппники в мире, – с восхищением сказал Паша. Он нашёл кастрюлю, открыл шашлык и начал вынимать мясо. – Где-то на печке я видел ножи. Надо ещё лук сюда нарезать, чтобы вкуснее было.

– Отличный шашлык получится.

– Вот мы повара-лентяи, нет бы, чтобы самим нарезать, замариновать, добавить специй, – Артём говорил с сильным выделением слюны во рту, – а мы балбесы, купили всё готовое и рассчитываем, что будет вкусно.

–Тём, понимаешь, – Стас достал нож и начал чистить лук, откидывая в пакет шелуху, – если бы мы купили сырое мясо и мариновали его, то ты бы от ожидания умер.

– Вот-вот, – Паша говорил сквозь хохот, – будешь сидеть сырое мясо в себя впихивать. Ты же мясорубка. Что не попала, всё перекрутишь.

– Паш, ну какая же он мясорубка? Он комбайн.

– Ха-ха-ха, дай пять, друг. –  Стас подставил руку Паше, и тот ударил по ней с громким хлопком.

– Ай, больно, – Стас затряс руку, дуя на неё.

– Вот вы все нежные, пора уже стать мужиками.

– Тоже мне мужик нашёлся. Давно себя в зеркало видел? – сказал Стас и посмотрел на девушек, которые стояли без дела. – А вы что встали? Пока пойдите, переоденьтесь. И давайте уже нарезать салаты, время идёт. Тёмке голодать больше часа нельзя. Он тогда начинает поедать всё, что видит.

– Стас, не смешно.

– А, я тебе не Паша, я не шучу, а говорю серьёзно, – грубым басом сказал Стас.

– А вы переодеваться пойдёте? – спросила Света, смотря в телефон.

– Позже, мы не вы, не запачкаемся, тем более тут надо Стасу показать, какой я мужик.

– Ой, было бы что-то показывать. Видел я твоего сантиметрика в бане.

– Что? – Паша возмутился и схватился за ширинку – Ты что-то попутал, у меня же как у коня.

– Фу, парни, – с отвращением сказала Кира, доставая свои сменные вещи, – нашли что обсуждать. Противно же.

– Что естественно, то не безобразно.

Девушки одновременно закатили глаза и ушли в спальню, закрыв дверь.

– Ну что доставать? – Паша расстегнул ширинку и засмеялся.

– Угомонись, а то Жорик от шока в обморок упадёт. Он же не знает, что бывает больше батарейки, – все, кроме одного Жорика, засмеялись. Стас, не отвлекаясь от лука, продолжил, – Дима и Артём идите на улицу, найдите мангал. Приготовьте его. Соберите дров, я видел несколько веток во дворе. Уголь углём, а с дровами вкуснее. Проверено.

– Хорошо, Стас.

– Тём, сильно не наклоняйся, а то похудеешь.

– Не смешно, – буркнул толстяк и вышел из комнаты.

– Паша, а мне что делать?

– Крот, а ты просто не мешайся, пока взрослые дяди работают.

– Не слушай его. Возьми все овощи и помой их. Я что-то в этой богадельне раковины нигде не вижу.

– Так Крот, наверное, на речке всё моет?

– Здесь нет речек. Во дворе колонка там круглый год течёт холодная вода.

– Блин, а я думал портвейн.

Время подходило к 16:00. На улице стол накрыли найденной в шкафу скатертью. Мангал полыхал высоким огнём. Артём перестарался и вылил на несколько килограмм угля полбутылки разжигателя. Жорик испугался, что вместо отдыха им придётся тушить беседку, а за это родители не похвалят.

Все переоделись в одежду для отдыха. В основном это были старые джинсы, как у Стаса и Киры. Растянутые тряпичные штаны, которые любил носить Тёма. Или шорты, как у всех остальных. И все были в футболках.

Стас с Пашей нанизывали мясо на шампуры и постоянно спорили, жарить овощи отдельно или вместе с мясом. Стас доказывал, что овощи вкуснее, когда находятся между кусками мяса, а Стас постоянно приводил доводы, что нужно жарить всё отдельно. В их спор никто не влезал, так как пока они спорили, никто не слышал надоедливый смех Павла.

Девушки расставляли тарелки, которые еле отмыли в колонке, нарезки и приготовленные салаты.

В скором времени все собрались за столом и начали есть. Шашлык они пожарили сразу, и он лежал в чашке большой горкой. За весь день все сильно проголодались. Конечно, каждый перекусывал по ходу готовки, но это не перебивало голод. Шашлык оказался с привкусом разжигателя, но алкоголь это замаскировывал.

Паша встал из-за стола, поднял бокал, который нашёл в доме и сказал:

– У меня есть тост. Я хочу выпить за то, что мы все сегодня собрались.

Паша демонстративно поднял бокал над головой и осушил его. Все остальные сидели, держа пластиковые стаканчики, и не успели сообразить, что тост закончился.

– Паш, сядь, дай я скажу, из тебя тостовик, как из Жорика секс-символ, – Стас опустил руку Киры и, держа пластиковый стакан, встал. – Я хочу выпить, за то, чтобы мы все с успехом закончили эту сессию. Удачно сдали курсовые работы, которые нам уже поели много нервов. Хорошо провели каникулы и удачно окончили колледж. Я не знаю, будем ли мы общаться после окончания учёбы, наверное, нет. Каждый пойдёт своей дорогой и, чёрт его знает, куда она приведёт. Зато я надеюсь, что этот день мы запомним навсегда. Ведь ещё совсем немного и будет взрослая жизнь и вся остальная суета. А там, может быть, у кого-то появятся дети…

– У тебя первого и появятся, – вставил Паша.

– Тут не угадаешь, может, и ты найдёшь свою судьбу.

– Я подожду, когда Кира родит.

– Парни, может, хватит спорить? – возмутилась Кира, устав держать пластиковый стаканчик.

– Короче, Стас хочет сказать, пьём за то, чтобы дружили мы долго, не забывали друг друга и презервативы не рвались.

Все чокнулись и выпили, а Паша сначала просмеялся, сделал несколько глотков и закашлялся.

– Ну ты прям, как всегда.

– Не в то горло пошло, это всё Жорик. Крот фигов. Так на меня смотрел, что я чуть не захлебнулся.

– Он просто не знает, что такое презервативы, – сказала Маша и откусила кусочек мяса.

– Незнакомое слово вызвало у него диссонанс. Программа заглючила, – добавила Света.

– Вот за что я вас люблю, девчонки, так это за то, что вы молчите, но, когда скажете, хоть стой, хоть падай.

На улице начинало темнеть. Во дворе светила только одна лампочка под крышей беседки. Она слабо освещала стол и скамейки. Все студенты, когда надо было отойти от стола, пользовались фонариками на телефонах. В мангал парни накидали дров, которые наломали от сухих деревьев и нашли в заготовках. Жорик, был против, чтобы они использовали заготовленные на зиму дрова, но Паша на это сказал:

– Тебе что для друзей брёвен жалко? Мы и так тебя с собой взяли, должен быть благодарен.

Костёр приятно трещал. Дым отгонял насекомых, всех кроме мотыльков. Они летали над столом и бились об лампочку.

В начале застолья каждый хотел поставить свою музыку на портативную колонку, которую взял с собой Паша. Стас с Кирой хотели рок и уговаривали всех, что «Король и шут» будет лучшая музыка для отдыха. Маша требовала популярную музыку из социальной сети и периодически снимала всё подряд, чтобы потом выложить в интернет. Света хотела техно или музыку с её любимой онлайн-игры, она старательно доказывала, что это будет шикарно. Артём ничего не хотел доказывать, он только ел. Какая будет музыка, ему было без разницы. Дима предлагал свою подборку музыки с работы, но его никто не услышал. Паша приводил самый лучший довод: «Чья колонка, тот и музыку выбирает». Но выиграл Жорик и старенький кассетный магнитофон со светомузыкой на колонках. Все забыли, что без интернета, музыку из приложения не загрузить, а офлайн никто никогда не слушал и не скачивал. В итоге всю вечеринку звучала ретромузыка, которой иногда многие подпевали.

Наевшись, все расслабились. Стас с Кирой сидели на одеяле возле мангала и целовались.

Все остальные играли в карты. Еды у них оставалось много, кроме Артёма, её никто уже не ел.

– А вот тебе погоны, Жора. Жорик-кротик обормотик, на носу остался дротик, – Паша кинул на стол две шестёрки и победоносно поднял руки. – Он остался дураком и отправится в дурдом. И кто молодец, я молодец, – Павел станцевал победный танец, пока Жорик собирал со стола карты. – Какой счёт? Кто-нибудь помнит?

– Додик-Жорик 5, я ни разу, – Света довольно заулыбалась и продолжила, – Маша два раза, Паша один, Дима три раза, а Тёмка четвёртый килограмм мяса, – Паша резко заржал и напугал целовавшихся. – Дальше продолжать будем или заканчиваем? Может, во что-то другое?

– В «Покер»? Или в «Очко»? – спросил Паша.

– В очко Жорик пусть сам с собой играет, – пошутила Света, чем вызвала очередной смех Павла, – а для покера фишки нужны.

– Есть ещё «Пьяница», – сказал Жорик, размешивая колоду.

– Пьяницей будет твоя жена, другая не твоя судьба, – как стихотворение сказал Паша. – Давайте лучше продолжим играть во что играли. Другого выхода нет.

– Ребят, вы, как хотите, – продолжительно зевнув, сказал Дима, – а я спать. Меня уже вырубает.

– Так рано? Мы же только начали веселиться. Я думал, сейчас пойдём деревню на уши ставить. Пусть тоже майские празднуют. Проведём парад. Жорика на стул установим, будет нашим Лениным.

– Ну, в отличие от вас я после ночной смены, так что без обид, – Дима встал и пошёл в дом, подтягиваясь и снимая на ходу футболку.

– Значит, Дима спать, а мы, пожалуй, с Кирой, пойдём, погуляем по деревне, – Стас помог встать Кире и ещё раз поцеловал её, – полюбуемся звёздами и не только…

– О-о-о-у-м-а-а, – протянул Паша и засмеялся. – Кажется, этот Ленин нашёл свою Крупскую. Только прошу вас, сильно не шумите, знаем мы ваши любования, – Паша рассмеялся ещё сильнее. Его смех было слышно на всю деревню. Он руками показал неприличные движения и продолжил, – помню я как кто-то ахал, охал и стонал на Новый год в спальне и это была не Кира.

– Паш, прекрати.

– Товарищи, – Паша встал, вытянул правую руку вперёд и положил левую на грудь, – этим майским вечером объявляю секс-революцию, даёшь любовь каждому товарищу.

– Паш, вообще-то, тогда секса не было, – ударив по руке Павла, сказал Стас.

– Секса не было, а дети были. Где-то эта логика не стыковывается.

– Кто о чём, а вшивые о сексе, – тихо сказал Жорик, но его услышал Паша.

– Ой, а кто это у нас тут голос подал? Маш, а ты знаешь почему он разрешил нам сегодня тут гулять?

Маша замотала головой, Стас заулыбался, а Жорик покрасневши слегка сполз под стол.

– Стас, как думаешь, рассказать?

– Говори уже, раз начал.

– Так вот, Маша, этот крот согласился предоставить свой дом в обмен на секс с тобой.

– Что? – Маша засмеялась и закрыла рот рукой.

– Ага. Стас обещал тебя напоить, раздеть и дать Жорику лишиться вечной девственности.

– И он на это купился?

– Ну, как видишь, мы здесь. Значит купился.

–А я ещё думаю, зачем он, когда переодевался, в карман презервативы засунул, – сквозь смех и жевания, сказал Артём.

– Что? – Паша заржал и подошёл к Жорику. – Эй, крот, это правда?

– Нет! – ответил Жорик и вжался.

– А я не гордый, я посмотрю, – Паша начал лазить по карманам Жоры, достал и положил на стол презерватив. – А это что такое? Воздушный шарик? Стас возьмёшь с собой, тебе нужнее.