- -
- 100%
- +
В оформлении обложки использована картина Роба Гонсалвеса «Лесная арена».
Автор благодарен Владимиру Элю и Александру Корякову за помощь при подготовке книги.
Связь с автором: 21mel@mail.ru и vk.com/id6961552
Книга издана при поддержке ГОНЭФ «Языковая среда» и Министерства культуры РФ
© Матвеев Е. А., 2019
© Оформление ООО «Издательство «Цитата Плюс», 2019
Об авторе
Евгений Матвеев родился в 1982 году в Рыбинске. Окончил Рыбинский авиационный колледж и Рыбинское отделение МЭСИ. Работает юрисконсультом в управляющей организации. Живёт в Рыбинске.
Стихи и переводы публиковались в областной периодике, коллективных сборниках, журналах «Переводчик», «Пролог», «Кит умер», «Найди лесоруба», «Рассвет». Участник семинара молодых авторов Ярославской области, фестиваля «LogoPифмы», Форума молодых писателей России и стран СНГ и зарубежья (2007, 2009, 2014). Стипендиат Министерства культуры РФ (2014).
Руководитель Клуба поэтического перевода (г. Рыбинск), лауреат премии им. Дж. Г. Байрона (2018, 2019), дипломант VI Международного конкурса «Музыка перевода», переводы публиковались в книгах Эдвина Арлингтона Робинсона «Дом на холме» (2015), Ханса Бёрли «Ты слушал реки по ночам?» (2017).
I
«Тот, кто отзывчивей, чем я…»
Clear water in a brilliant bowl.
W. Stevens «The poems of our climate»В ком больше сочувствия и сострадания,Чьи помыслы выше и чище,Чей голос твёрже и благороднее,Может и должен сказать лучше, чем я,О льющейся крови, об искорёженных судьбах,О миллионах убитых и миллионах, которые будут убиты.О другом – буду говорить я.У догорающего костра
1.Неподалёку голоса слышны:Доносятся слова, обрывки слов.Я не могу понять, о чём идётТам разговор, хотя понятен мнеЯзык людей, сидящих у костра.Казалось бы: шагни навстречу им —И сможешь их понять. Но я стоюИ никуда идти не тороплюсь.2.И светятся угли, и запах дымаЯ чувствую, и ведь ещё тепло —Костёр почти что догорел, но люди,Разжёгшие его, давно ушли.Их не вернуть. И я один остался,И кажется, что ради лишь меняДым не рассеялся, и светятся угли,И тьме сопротивляется костёр.«Проходишь насквозь старый особняк…»
Проходишь насквозь старый особняк.Каждый день, кроме суббот и воскресений,Два раза по каменной лестнице вверх,Два раза по каменной лестнице вниз.Взгляд притёрся к монотонным стенам,К лицам и портретам, к белому потолкуНастолько, что, появись перед глазамиДверь в иной мир, —Сознание прошло бы мимо,Словно нет и быть не можетЧудес ни в этом здании и нигде в жизни.«Бабочка летела за окном…»
Бабочка летела за окном,В том потустекольном мире,И в комнату мою не залетела.Только тень от бабочки былаВ светлой комнате моей: на стенах,На полу, на подоконнике…Кажется, что тень уже в руках,Но подует ветерок – и теньВслед за бабочкой исчезнет.
«Полночь город в люльке хранит…»
Полночь город в люльке хранит,Словно вольную воду гранит,На набережную тишинаНакатывается, как волна.Звёзды в небе, и звёзды в реке,И твоя рука у меня в руке.Опьяняет нас белый май,Проплывает речной трамвай,Рассекая ночной небосклон,Это всё так похоже на сон.Мы сегодня хватили за край,Размыкаем объятья – прощай!Меж созвездий разводят мосты,Я уйду, но останешься ты.Звёзды в небе, и звёзды в реке,И твоя рука у меня в руке.«Вернуться в август, выйти за порог…»
Вернуться в август, выйти за порогПустынных, суетливых дней, когдаГлаза слезятся, светится песокИ белая, как солнце, борода.И вновь бродить в саду цветущих звёзд,Когда пьянят надежды и мечты,Пусть их крушенье вызывало злость,Всё отболело, помыслы чисты.Всё ясно, но цепляется за ложьВ своих воспоминаньях персонаж,Задуешь вздохом звёзды и поймёшь,Что сад – пустыня, молодость – мираж.
«Домой не возвращаются, только что выйдя…»
Домой не возвращаются, только что выйдя, — плохая примета.Остался включённым свет, открыт кран с водой —Лучше не возвращаться. Можно заплатить за электроэнергию,А соседи снизу являются потомками Ноя – выживут.Лучше не возвращаться. Даже не являясь Цветаевой,Марией Стюарт или тенью отца Гамлета —Лучше не возвращаться. Можно послать другого —Белобородого аса, можно выучить чужой язык,Купить новый дом, рисовать таитянокИли читать лекции в американских колледжах —Но лучше не возвращаться. Никогда.«При смерти Ромео громко кричал…»
При смерти Ромео громко кричал,Его голос разносился по лабиринту дома,Натыкаясь на тупики и запертые двери.Служанка, катаясь в гондоле,Бурно выясняла отношения с любовником,А семейный врач тратил время,Мучительно выбирая костюм для маскарада.Перед глазами Ромео медленно проходилаВся его длинная жизнь:От старости до младенчества.Одни эпизоды в калейдоскопе сменялись другими,И, просмотрев их,Любой благородный венецианец мог бы сказать:Это была моя жизнь.«Муж и жена сидели в сельском магазине…»
Муж и жена сидели в сельском магазинеИ подбивали итоги дня. А дверьБыла полуоткрыта, и к крыльцуС мяуканьем отчаянным подошла кошка.Вблизи порога она легла,Но, продолжая взывать к богам,Прервать старалась их деловой расчёт.Тут стать бы кошке атеисткой, ноЖелудок – есть желудок, и онаВошла в обитель богов,На своём языке их призывая.Мужчина встал – «чёрт бы побрал» – иНогой легонько вытолкал рыжуюС белыми полосками кошку, котораяПочти не сопротивлялась; закрыл дверь,Продолжил разговор, не обращая внимания на вопли.Порой боги поступают не по-людски.На то они и боги.
Сердце из камня
Знаете, я долго думал об этомИ решился:Сходил в больницу, поговорил с врачами,Они хорошие парни,Говорят, у них большой опыт,Ещё бы: оплата вперёд.Я мягкосердечен, слабоволен,Но, надеюсь, после операцииСтану другим.Знаете, мне сделают сердце из камня.Это правда. Настоящий камень,Таких много на берегу.…………………………О чёрт! Неплохо.Прекрасный новый мир.
«Который месяц ходим рука об руку…»
Который месяц ходим рука об руку,Словно завершая тот затянувшийсяДревнегреческий миф. Наше слияниеНастолько крепко, что у нас одна память,Что от нас одна тень, одно отражение.Так поэт, незаметно для читателя,Убирает из поэмы лишние строки. Так природа,Не афишируя, проводит естественный отбор.Кто пропал при переходе в один организм?Кого уже нет: меня или тебя? Или по части от каждого?Может ли быть, что всё путешествие, после нашей встречи, —Теряние, забывание, исчезновение?«Когда боги вернутся, они будут удивлены…»
Когда боги вернутся, они будут удивлены:А где люди, нами оставленные?Где наши памятники и память о нас?Только шум истребителя прозвучит в ответ.Боги спустятся ниже, дабы хорошо рассмотреть планету:Трудно поверить, что мы здесь жили когда-то,Жили в «саду, полном цветущих роз».Залп артиллерийских орудий прозвучит в ответ.Кто же знал, что люди не выдержат сиротства?Кто же знал, что обезьяны, а не люди выживут после потопаИ будут править миром, ведя его к гибели?А боги найдут для разума другую планету,Планету, похожую на «сад, полный цветущих роз».
«А мы ещё живы…»
А мы ещё живы.Наши монотонные голоса продолжают звучать,Наполняя этот стойкий подвальчик молитвой,И даже осторожный свет из окна далеко вверхуНе убеждает нас прекратить и встать с колен.Ещё одна молитваС радостью в сердцах от того, что не произошлоБлагодаря нам и нашим братьям и сёстрам.Пора подниматься в зал, отпереть замки,Выйти на улицу и вдохнуть свежий воздух.Мир не изменился,Но изменились мы, а значит, мир тоже.Мы молились за спасение всех, а не только своих,И теперь каждый человек – повторно родившийся,А каждый предмет видится в новом свете.И пусть согражданеСмеются над нами, показывают на нас пальцами,Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.