Мы перестали слышать Яхве

– У тебя возникало когда-нибудь стойкое ощущение, что ты являешься центром, вокруг которого вращается вселенная? – упреждая готовые сорваться с моего дерзкого языка язвительные замечание, Юля добавляет. – И попридержи свое остроумие, лучше выслушай все до конца. Наверняка ведь ты замечал, что когда ты чего то очень хочешь, обстоятельства сами начинают складываться так, чтобы твое желание исполнилось наилучшим для тебя образом? Было такое, что, когда ты радуешься, вместе с тобой радуется и весь мир вокруг, а когда грустишь или злишься – и вокруг тебя сплошные конфликты и даже погода начинает капризничать? Было такое, что люди, которые делали тебе плохо, потом погибали, ну или страдали как-нибудь, а те, кто, наоборот, помогал тебе по жизни, процветали? Случалось замечать, что если некие макрособытия, которые от тебя никак не зависят, идут в негативном ключе, то и у тебя день не складывается? Скажем, если сегодня проиграла твоя любимая команда, то и на работе все пойдет наперекосяк, да и в личных отношениях ничего хорошего ждать не приходится? При этом тоже самое работает и в обратном порядке: если у тебя неудачный день, то и в мире все события, к которым ты не безразличен, пойдут наперекосяк. Скажи, замечал что-то подобное за собой?

Да, моим первым порывом, когда она только начала говорить, было выдать в ответ что-нибудь язвительное, чтобы продемонстрировать одновременно и остроту ума и то, каких выдающихся успехов я достиг в борьбе с ЧСВ. Но первый порыв прошел, да и Юля успела этот порыв упредить, и я начал понимать, что ее слова находят живой и непосредственный отклик в моем сознании. Все, о чем говорила моя «наставница», имело место быть. Ну хотя бы отчасти. Вспоминая многие события своей жизни, я не мог с этим не согласиться. Нет, мне даже в голову никогда не приходила мысль о том, что вселенная вращается вокруг моей персоны, но, скажем так, я частенько замечал, что мое внутренне состояние находится в гораздо более тесных отношениях со вселенной, чем это должно быть согласно материалистической картине мира. Проще говоря, у меня действительно получается влиять на мир сильнее, чем другим людям. Вот только, что из этого вытекает?

– Даже если это так, что из этого вытекает?

Заметив, что ее слова достигли цели и заставили меня призадуматься, Юля предпочла изобразить нечто вроде мхатовской паузы – некоторое время она молча ходит взад-вперед, нагнетая драматизм, надо полагать.

– О том, что из этого вытекает, мы поговорим позднее. Ну а сейчас… Вот скажи ка мне, Славик, в чем, по твоему, смысл жизни?

– Что, вот так вот сразу и «смысл жизни»? А как же сходить в зоопарк, покататься на троллейбусе, предварительные ласки, наконец, где? – с одной стороны, я доволен тем, что дело сдвинулось и начался хоть какой-то, но диалог, а с другой – вот меньше всего мне сейчас хочется разгадывать ребусы и вступать в философский дискурс.

– Прекрати ерничать и отвечай на вопрос!

– Или что? Ты меня накажешь?

Фантасмагоричность мизансцены была настолько велика, что я с трудом сдерживался, чтобы не заржать в голос. Знаю, что под «когнитивным диссонансом» имеется ввиду не совсем это, но в данном конкретном случае именно он, самый настоящий диссонанс и имел место быть: невероятно красивая телка, младше меня, к тому же одетая в костюм «Госпожи» с соответствующей атрибутикой, пытается вести со мной философский диспут. Да еще этот командно-назидательный тон…

– Поняла, тебя смущают мой прикид и антураж.

– Ты сегодня «капитан очевидность». Точнее, капитанша.

Она молчит, еще некоторое время измеряет шагами кухню. Что характерно, на ней опять шпильки! И это несмотря на то, что, она, в общем то, у себя дома. Решаю прервать молчание:

– Зачем ты вообще так вырядилась?

– В том рисунке, который касался наших с тобой отношений присутствовал именно этот наряд и проблем никаких не было. Скорее наоборот. Понимаешь, тема, на которую мы будем разговаривать, требует для антуража некоторой надорванности шаблона, иначе будет тошно. Но и некоторый минимум серьезности должен выдерживаться. Так что может возьмешь себя в руки, ведь в первую очередь это нужно тебе? В некотором роде речь идет о жизни и смерти. Твоей жизни и твоей смерти.

– Вот только не надо обстановку нагнетать. Ты начала с рассказа о моем влиянии на окружающий мир. Может, поговорим об этом? К тому же, ты только что опять упомянула какой-то там рисунок. Может лучше расскажешь еще и про него? Раз уж все так серьезно, может пропустим высокие материи?

– Рада бы, да не получится пропустить – нет возможности объяснить, в чем состоит смысл рисунков без обращения к высоким материям.

– Ну хорошо. Так что там со смыслом жизни?

– Сначала ты скажи, что сам думаешь об этом. Это важно.

– Блин, да тема же необъятная, сколько людей, столько смыслов!

– Ты переоцениваешь человечество, смыслов гораздо меньше, чем людей. Итак?

– Не знаю, представь себе длинную такую такую дорогу. На одном ее конце смыслы, связанные с материальным достатком, на другом – со слиянием с абсолютом. Выбирай любую точку на этом пути и получишь ответ на то, что спрашиваешь.

– Ты хочешь сказать, что каждый участок придуманного тобой пути принципиально отличается от других?

– Те, что находятся рядом отличаются, наверное, не очень. Скажем, рядом с абсолютом расположены нирвана и сатори – одна бабуйня, на мой непросвещенный взгляд, ну или почти одна. А вот нирвана и покупка гелендвагена – уже совершенно разные смыслы, не так ли?

– А вот и нет! – Юля начала, потихоньку так, еще не светиться, но уже подсвечиваться от удовлетворения. Видимо, разговор, наконец, пошел в правильном, по ее мнению, направлении.

– Есть кое-что, объединяющее высокие и низкие материи. Вопрос: что?

На последнем вопросе Юля прекратила расхаживать, остановилась передо мной и нацелила стек мне в грудь. Взгляд поверх очков, «учительский тон» и позиция, в которой она оказалась, делали ее невероятно милой и соблазнительной в этот отдельно взятый миг. Так что сосредоточиться оказалось непросто, но я попытался. И ответить решил «подобающим» образом:

– И духовное и материальное – суть части одного конечного пути между рождением и погружением в тлен.

– Фу, какая чушь! Попробуй еще раз, милый, очень тебя прошу! Только, умоляю, подумай над ответом получше и делать это надо головой, а не другой частью тела.

Тут уже я сам начал еще не злиться, но уже раздражаться – что там о себе возомнила эта куколка?

– Ладно, как тебе такой вариант: определяющее влияние на мировоззрение человека, а, значит и на то, что для него станет смыслом жизни оказывает его окружение, средовые факторы. То есть, если ребенок родился в семье чиновника, можно предположить, что главными в его жизни будут дорогие игрушки, а если в семье художника, то он и духовным ценностям будет не чужд.

– Уже лучше, но все равно не то. К тому же ты все время говоришь скорее о жизненных целях и ожиданиях, чем о смысле жизни. Понятно, что для многих и многих это одно и тоже, но не для нас. И все предлагаемые тобой варианты имеют ярко выраженную гендерную окраску. Тебе не приходило в голову, что целью жизни для женщины может быть нарожать побольше детишек? А ты все про нирваны с гелендвагенами. Повторяю, смысл жизни – это то, что объединяет всех: богатых и бедных, белых и цветных, молодых и старых, мужчин, женщин, геев, лесбиянок. Более того, смыл жизни объединяет человека с животными, растениями и всеми остальными живыми существами. Так в чем он?

Вот теперь она действительно поставила меня в тупик. Что может быть общего между человеком разумным и подорожником каким-нибудь? Может я вообще зря напрягаюсь и она ждет не серьезного ответа, а какую-нибудь дурацкую сентенцию вроде «вся наша жизнь – игра». Кстати, где-то я уже это слышал, А что:

– Вся наша жизнь – игра!

На этот раз моя экзаменаторша тяжело вздыхает и вновь начинает измерять размеренными шагами бескрайние просторы своей кухни. Так продолжается с минуту, наверное.

– Как же сложно вести дела с современными как бы образованными людьми… Ты можешь, конечно, кидаться трюизмами и дальше, только прежде подумай, в какую такую игру ты можешь играть, скажем с навозным жуком? Только не надо вот прямо сейчас отвечать, я не собираюсь здесь соревноваться с тобой в софистике. – она еще некоторое время молчит. – Понимаешь, в чем дело. Человек в состоянии воспринять только те идеи, до которых он, в принципе, может додуматься сам. Именно поэтому я тебя терзаю странными, с твоей точки зрения, вопросами, а не выкладываю все в готовом виде. Конечно, в дальнейшем, твое обучение будет несколько иным – тебе придется в основном пассивно потреблять информацию, но до некоторых краеугольных вещей ты обязан дойти сам, ну может с минимальной помощью ведущего.

– Так окажи эту минимальную помощь! Я пока даже не понимаю, о чем идет речь.

– Давай так поступим. Ты посидишь, подумаешь минут тридцать, а у меня есть кое-какие дела, которым нужно срочно уделить время. Через полчаса ты изложишь свое видение. Даю подсказку – правильный ответ тесно связан с тем, что с тобой происходит последние дни. Дерзай! Если будет досрочный ответ, крикни.

Почему я не встал и не ушел домой с гордо поднятой головой? Ну, во-первых, проблема игрового интерфейса, который стал возникать передо мной последние дни, меня действительно здорово волновала и мне хотелось разобраться в сути вопроса, во-вторых, просто было интересно, в-третьих, Юля мне безумно нравилась – будь на ее месте угрюмый волосатый гуру мужского пола, вряд ли я стал бы с ним миндальничать. Хотя вру – стал бы, никуда не делся. Интуитивно-то я понимал, что все происходящее весьма важно для меня и послать все далеко будет не самым правильным решением. Но, все же, лучше, причем намного, что моим проводником в новом мире стала такая аппетитная красотка!

Итак, мне следует решить задачу: вычленить общие элементы, которые присутствуют в бытии всех живых существ и найти корреляции между этими элементами и игровым интерфейсом. А что классики думают по этому поводу? Кастанеда, помнится, устами дона Хуана утверждал, что смысл бытия всех живых существ в том, чтобы прожить максимально эмоционально насыщенные жизни, породив, тем самым, некий сборник из воспоминаний о прошедшем существовании, который, после смерти, станет пищей для так называемого «орла» – силы, дарующей жизнь и поглощающей всех нас после смерти. Меня в этой конструкции всегда смущали две вещи: во-первых, если «орел» так велик, могуч и вездесущ, зачем ему ждать окончания жизни, почему он не может «питаться» жизненными переживаниями еще в процессе, ведь все мы не более чем его порождения? Во-вторых, человеческая память вовсе не является точной и четкой видеозаписью прошедшего события, скорее это то, что мы хотим помнить о событии и от действительности наше желаемое воспоминание может отличать как день и ночь. То есть, память крайне субъективна и тогда вопрос: чем изволит питаться «орел» – реальными «видеозаписями» или теми бледными тенями, которыми населен человеческий мозг? И если у «творца» есть прямой доступ к банку правдивых событий, зачем ему ждать смерти субъекта? А если такого доступа нет, получается «орел» питается выдуманными фантомами? Не смог я найти в свое время ответов на эти вопросы, так что и сейчас вряд ли мне сейчас помогут знания от безупречных воинов племени Яки.

Есть еще экзистенциализм. Последователи данного учения полагают, что каждый прожитый миг самоценен, а смысл жизни – в прожитии этого мига. С абстрактной точки зрения звучит оно, конечно, замечательно, вот только… Есть у меня большие сомнения в том, что на планете когда-нибудь рождались личности, которые действительно относились одинаково ко всему, что с ними происходит: будь то секс с молодой красавицей или сожжение на костре, когда продвинутая в философском аспекте личность выступает в роли сжигаемого объекта, естественно. Сдается мне, лукавят «просветленные личности», ой «лукавят».

Ответы, которые давали другие философы на вопрос о сущности бытия, были еще более местечковыми и узкоспециальными, а еще антропоцентрическими напрочь. Так что я их рассматривать не стал – ведь по условиям задачи мне нужно найти объединяющее начало для всех без исключения живых существ. Также не стал я касаться и религиозных учений. Ведь в каждом из них в качестве стержня очевидна социальная подоплека, объясняющая неудачникам, почему они должны искренне радоваться тому, что совсем посторонние люди вкушают из жизненной чаши полной ложкой, а им достаются лишь объедки с барского стола. Да и по поводу «объединяющего начала»… Вряд ли у растений или там бактерий есть религиозные структуры. Точнее, может они и есть, но вряд ли они имеют что-то общее с человеческими аналогами.

Если говорить об ответах, которые дают на вопрос о смысле бытия люди, далекие от философии, то, в массе своей, эти ответы сводятся к жвачке из добра, мира во всем мире, а, также, «духовном и нравственном развитии». Не знаю, не знаю, по-моему, все они просто не удосужились хоть немного времени уделить изучению истории хотя бы ХХ века. А вот если бы эти индивиды все таки уделили некоторое количество своего бесценного времени на это не столь уж трудоемкое занятие, они смогли бы узнать, что все войны, которые были в прошлом столетии, в том числе и обе мировые, затевались исключительно во имя добра. Причем, все стороны, участвующие в конфликтах, к силам добра относили именно себя любимых, а к силам зла – оппонентов. К примеру, солдаты вермахта во время второй мировой совершенно искренне считали себя крестоносцами, участвующие в Великом Освободительном Крестовом Походе и уж со злом никак не самоидентифицировались. К силам добра себя относили и Гитлер и Сталин и Мао и даже Пол Пот. Вот у меня и возникает резонный вопрос: а кто из них действительно «белый и пушистый»? И каковы они, объективные критерии этого самого добра и зла? И есть ли они вообще на самом деле? У меня нет ответов на эти каверзные вопросы, а те ответы, которые предлагаются кем бы то ни было, не выдерживают критики.

Так что, если я хочу узнать больше о своем теперешнем состоянии, а я этого очень хочу, придется мне плясать от «интерфейса» игры и того, чем он может являться. На данный момент я пришел к предварительному выводу, что является интерфейс, ни много, ни мало, инструментом по выбору возможного будущего. Получается, дело в выборе? А что, все, что живет и движется, вынуждено все время что-то выбирать. Некоторая степень свободы есть даже у растений: ведь далеко не все семена прорастают, а когда прорастают развиваются в дальнейшем тоже все по-разному. Вот и мне, когда я сталкиваюсь с некоторыми живыми существами предлагается некий выбор. Очевидно, на недоступных пока что для меня окнах представлены альтернативные варианты будущего, отличные от «генеральной линии». Надо только разобраться, как получить к ним доступ. Тогда «игра», в которую мне предлагается (кем???) погрузиться, есть некая квинтэссенция (основная сущность) жизни, а ее интерфейс – инструмент для сознательного выбора различных вариантов будущего? Отсюда вытекает, что смысл жизни в свободе выбора?

А может, дело не в свободе, а в осознанности выбора? Зная заранее, к каким последствиям приведет выбор, я могу осознанно смоделировать себе любую жизнь. Наверное смогу. Перспективы, что и говорить, открываются головокружительные. Проблема только в том, что интерфейс игры доступен единицам, да и какая такая «осознанность» может быть у инфузорий-туфелек или дубов-колдунов? Конечно, интерфейс – это сугубо эксклюзивная фича, без претензий на «всеобщность», значит ли это, что все люди и другие живые существа делают свой выбор вслепую? Разумеется, нет! Все мы в той или иной степени ежедневно и ежечасно пытаемся смоделировать некий аналог «интерфейса» внутри своей головы, применяя для этого тривиальный анализ вариантов будущего и открывающихся перспектив. Ведь если выбор окажется неправильным, весьма вероятны печальные последствия, вплоть до того, что вся жизнь может пойти наперекосяк. К примеру, выбор профессии подразумевает многие годы обучения, затем еще годы на приобретение нужных профессиональных навыков и если тут случилась ошибка, тогда – провал, многие годы могут быть вычеркнуты из жизни, такую неудачу в дальнейшем очень сложно исправить. Немногим легче ситуация когда совершаются ошибки при выборе спутника жизни. Такие ошибки, конечно, проще исправить, вот только дети… Выходит, главное в жизни – правильный выбор? Тогда хватит терзаний! Зову Юлю.

– Итак, до чего смог дойти развитый мужской орган?

– Все бы тебе над мужиками издеваться, Фрейда на тебя нет! Мой ответ: правильный выбор!

Возникает пауза. На этот раз она не пытается изображать учительницу у доски и просто сидит напротив меня на стуле.

– Что ж, ты почти попал. Я даже не ожидала. Честно. – она и правда выглядит удивленной.

– Видишь, это значит, что мужской шовинизм имеет объективную базу. – Юля фыркает.

– Еще чего! – после секундной задумчивости. – А вообще, поздравляю – ты и правда почти попал в яблочко. Вот только правильность или неправильность имеют значение только для данного конкретного индивида, для вселенной всякий выбор равнозначен. Так что верный ответ на мой вопрос: главное в жизни – сам выбор. Причем, это не только главное, это единственное, чем мы на самом деле занимаемся на всем протяжении пути от рождения и до смерти: выбираем вероятности, которые, если ты еще не догадался, существуют объективно, то есть независимо от нас. Просто те вероятности, которые мы выбираем, материализуются, а те, что игнорируем, так и остаются не проявленными возможностями. При этом и те и другие суть первооснова вселенной и всего нашего бытия. То есть, осуществляя выбор вероятностей, все живые существа и люди в том числе формируют реальность. В этом смысле все мы равны между собой и одинаково ценны для вселенной. В чем мы не равны, так это в степени свободы выбора – чем она выше, тем больше возможности живого существа. Сама же степень свободы определяется количеством имеющейся у человека энергии материализации – чем больше свободной энергии, тем больше возможностей. Пока все понятно?

– Шутим? Да у меня вопросов столько, что ты неделю будешь на них отвечать! Вот что значит «вероятности существуют объективно»? Разве будущее не вытекает из прошлого?

– Вытекает, конечно. Только во вселенной одновременно существует бесконечное количество вероятностей и любая из них, я подчеркиваю, абсолютно любая, может быть реализована. Более того, в советской школе марксистско-ленинской философии основным вопросом философии считалось «что первично, материя или сознание?», так вот: первичны вероятности. А материя, сознание и сама наша реальность – производные от них. – последовала пауза.

– Какие варианты рисунков относительно нас с тобой ты сейчас видишь?

Откуда она знает про марксистско-ленинскую философию? Ведь даже я про нее практически ничего не знаю, а я, все же, постарше, читал немало, да и философией интересовался! Не в первый раз Юля поставила меня в тупик несоответствием, так сказать, формы и содержания. Как может в этой оболочке юного ангелочка вмещаться так много всего? Явно что-то здесь нечисто, но с этим можно разобраться потом, а пока стоит поговорить, раз мне явлена такая «милость»

– Если честно, со вчерашнего дня никаких не вижу, да и никакого множества твоих «рисунков» не было. Изначально присутствовал всего один. Кстати, что за рисунки и как их выбирать? Ты так и не соизволила ответить на эти вопросы.

– Всему свое время. Видишь ли, тот факт, что рисунок тебе сейчас не доступен, говорит о том, что сейчас идет материализация моего рисунка и пока она не закончится, от тебя ничего не зависит, потому что я сильнее, а в твоем вчерашнем рисунке, который ты выбрал, все заканчивалось сегодняшней ночью, верно?

– Да.

– Разумеется, нынешних событий ты тоже не предвидел. – это было утверждение, а не вопрос. – Так вот, рисунок в нашей терминологии – это вероятность возможного будущего, которую ты предвидишь и которую можешь сделать реальной. Большинство людей видеть рисунки не могут. А те единицы, что могут, такие как ты и я, воспринимают их совершенно по-разному. Вот что ты видел? Ты там что-то такое лопотал про некий «интерфейс», что это?

В течении следующего часа я подробно рассказывал об интерфейсе игры и отвечал на уточняющие вопросы. Юлю очень заинтересовал мой рассказ. Особенно, в части, касающейся общения с «неорганическими существами». Или, как они сами себя назвали «администратором игры». По ее словам выходило, что ни о чем подобном она раньше не слышала, также как не слышала и ни о какой «игре».

– Любопытно. Я вот никакого каскада окон не вижу, хотя и воспринимаю все тоже в виде слайдов на пленке, как диафильм.

– Что-что?

– А, так ты маленький еще, все время забываю об этом. – пропускаю мимо ушей заявление девушки про «маленького», я уже дано понял с Юлей все не то, чем кажется. – В старину было такое устройство, типа кинокамеры, только попроще, в которое вставляли пленку, и прокручивали, а изображение в увеличенном виде выводилось на белый экран, как проектор. Отличие от кинокамеры в том, что каждый кадр был отдельным слайдом. А к каждому слайду был еще и подписан текст, поясняющий картинку. Так у меня текстом выводятся вероятность события и цена вопроса. Вот именно такие слайды я и вижу и они сами начинают вращаться сверху вниз, стоит мне расфокусировать взгляд. Так что ничего посоветовать тебе не могу – тебе придется самому разобраться, как менять окна в каскаде. Впрочем, после первого посвящения, ты и так все поймешь.

– Что за посвящение? – Юля игнорирует мой вопрос и продолжает:

– Так вот, такие как ты и я, люди способные видеть и создавать рисунки, называются чистыми. От обычных людей мы отличаемся объемом энергии материализации, которая нам доступна. Именно из-за этого различия у таких, как мы и возникает иногда ощущение, что мир вращается вокруг нас – нам доступно гораздо больше, чем обычным людям в плане возможностей выбора. Просто я полноценная чистая, а ты пока что не инициированный. Зародыш, так сказать. Для того, чтобы стать настоящим чистым, тебе предстоит пройти три ритуала посвящения, а потом самостоятельно создать собственный чистый рисунок. Все вместе это называется инициацией. Но об этом пока рано говорить. – оба молчим: Юля, наверное, обдумывает свои дальнейшие слова, а на меня единовременно свалилось столько информации и возникло столько вопросов, что я не могу задать ни один из них. – Как я уже сказала, каждый чистый видит рисунок по-своему: для тебя это игровой интерфейс, для меня диафильм, еще для одного человека это книга с напечатанным текстом, причем книга вполне материальная, хотя и небольшая. Кто-то видит картины маслом, кто-то – карандашные эскизы, кто-то – смутные тени, разницы в оконцовке никакой нет: так или иначе, все мы видим рисунки будущего и можем из них выбирать.

Настоящих чистых очень мало – один на несколько миллионов, хотя выбор будущего ежесекундно делает каждое живое существо. Наше преимущество по сравнению с большинством в том, что мы видим весь рисунок целиком со всеми последствиями во времени и ценой, которую нужно заплатить, чтобы материализация состоялась. Кроме того, большинство живых существ не способно создавать собственных рисунков – всю свою жизнь они вынужденны материализовывать рисунки, созданные другими. Так что гордись – ты уникален и возможности перед тобой откроются просто безграничные… Если сможешь пережить ближайший месяц! – произносит моя наставница после паузы и улыбается при этом во все свои тридцать два великолепных зуба – очень похоже, что Юлю веселит мой ошарашенный вид. – Ладно, ладно, не все так печально и сейчас я тебе все расскажу по порядку. На вот, выпей еще кофейку, это тебя успокоит. – смеется, а я автоматически заливаю в себя залпом всю чашку.