Скифы. Исход

Глава 5

За размышлениями Данав и не заметил, как к нему приблизился белобрысый мальчишка, который покрутился немного в стороне и, вроде как случайно, вдруг оказался рядом. Данав не придал этому значения: мало ли мальчишек крутится рядом с дружинниками? Но мальчишка не желал отставать. Он нахально встал рядом с Данавом и пристально уставился на него. Данав делал вид, что ничего не замечает. Белобрысому сорванцу быстро надоела эта игра, и он громко спросил:

– Ты и есть тот самый Данав?

Данав с досадой проговорил:

– Не знаю, тот ли самый, но меня и в самом деле кличут Данав.

– Ага! – сказал мальчишка и, понизив голос, спросил: – Ты Денепру знаешь?

Теперь Данав понял, что мальчишка терся рядом с ним не из пустого любопытства.

– А если и знаю, то тебе-то какое дело? – настороженно проговорил Данав.

– Она сегодня встречается с мужчиной, – выпалил мальчишка.

Намеки, которыми говорил мальчишка, Данаву не понравились, от них пахло неприятностями.

– И что? – спросил Данав. – И что же? Она защитница княжны Поруссы и встречается с многими людьми.

– Ну да, – сказал мальчишка. – Но говорят, что между Денепрой и этим мужчиной любовь.

Данав вспомнил, что произошло между ним и Денепрой в горах всего лишь месяц назад, – они стали близки, – поэтому он не поверил словам мальчишки, что между Денепрой и каким-то неизвестным мужчиной может существовать любовь.

Но мальчишка добавил:

– Так что они не просто так встречаются.

И Данаву некстати пришла в голову мысль, что Денепра пока не его жена.

Данав подумал, что ведь они собирались скоро жениться, и тут же возразил себе, что пока женщина не вышла замуж, она свободна в выборе мужчины.

От этих мыслей по телу Данава пробежала нервная дрожь.

– И когда они встречаются? – дрогнувшим голосом задал вопрос Данав.

– Вечером, на закате, – сказал мальчишка.

Все дела происходят днем. В начале ночи женщина и мужчина встречаются для другого. Данав почувствовал себя обманутым. Кровь начала приливать к его лицу.

– Кто этот мужчина? – глухим от гнева голосом задал вопрос Данав.

– Этого я не знаю, – сказал мальчишка. Видя, что кровь ударила дружиннику в голову, он на всякий случай отошел на пару шагов. – Я передал только то, что мне велено было передать.

– Погоди! – Данав попытался схватить за руку мальчишку, но тот отбежал еще дальше и продолжил разговор с безопасного расстояния.

– Кто тебе велел передать о встрече? – спросил Данав.

– Какая-то девица, а кто такая она, я не знаю, – ответил мальчишка.

– Но ты знаешь хоть, где они встречаются? – спросил Данав.

– Знаю, – сказал мальчишка, – и даже могу отвести.

– Ну так отведи меня, – потребовал Данав.

Мальчишка хитро прищурился.

– А что я за это получу?

Данав сунул руку в кошель на поясе, достал небольшой кусочек серебра и показал мальчишке. Серебро – немалая ценность, но Данав сейчас готов был отдать за необходимые сведения и гору золота.

– Ты его получишь, когда приведешь меня к месту встречи Денепры с мужчиной.

– Однако верно девка говорила, что ты захочешь, чтобы я привел тебя на место встречи, – проговорил мальчишка и протянул руку. – Давай серебро!

Данав быстрым движением попытался поймать его за руку, но мальчишка ловко отскочил.

– Ах, вот ты как! – обозлился он. – Ты хотел меня обмануть?

– Я не хотел тебя обмануть. Просто ты все время так вертишься, что я не могу понять, правду ли ты говоришь или пытаешься сам обмануть меня, – схитрил Данав.

Мальчишка топнул ногой.

– Я не обманщик!

– И я не обманщик, – сказал Данав. – Но серебро ты получишь, только когда приведешь меня на место встречи. А вдруг ты все это выдумал?

– Что же нам делать – ты не веришь мне, а я тебе, – пробормотал сам себе мальчишка, на секунду задумался, затем проговорил: – Ладно, чтобы я тебе поверил, ты дай пока мне что-нибудь, а серебро дашь потом, когда увидишь свою Денепру.

– Что же, это справедливо, – согласился Данав. Он вынул из кошеля бронзовый наконечник стрелы и протянул его на ладони мальчишке. Мальчишка мгновенным движением схватил наконечник и отскочил.

– Ну так идем? – спросил Данав.

Мальчишка покрутил наконечник в руке, рассматривая его.

– Хороший наконечник, – заключил он результаты осмотра.

– Конечно, хороший. Буду я всякую дрянь носить в кошеле! – сказал Данав.

– Сейчас идти рано, – сказал мальчишка. – Давай сделаем так: я приду, когда солнце сядет на горизонт, и отведу тебя.

Данав бросил на него недоверчивый взгляд. Заметив это, мальчишка рассеял его сомнения.

– Меня зовут Мал, я сын рыбака Вьюна, – сказал он. – А в княжеской дружине мои старшие братья служат – старший Любко, ты должен его знать.

– Любко я знаю, – сказал Данав.

– Тогда я побежал? – спросил Мал.

– Беги, только не опаздывай, – сказал Данав Малу и засомневался, что тот расслышал его последние слова – уж слишком быстро удрал мальчишка.

Глава 6

Поруссу поселили на женской половине княжеского дворца; хотя ей и выделили отдельные комнаты, но она почти все время проводила в подготовке к свадьбе, которая должна была состояться через несколько дней.

Денепра поселилась вместе со служанками. Встречалась она с Поруссой лишь тогда, когда ту необходимо было сопроводить на прогулку в город. Но это случалось редко. Таким образом, Денепра оказалась совершенно свободной. А так как родни в городе у нее не было, то она в основном скучала, гуляя в той части сада, которую другие посещали редко.

Но вскоре все переменилось. Во время последней встречи Данав завел разговор о женитьбе, и они договорились, что сразу после свадьбы Поруссы они съездят в деревню, где и сыграют свадьбу. Теперь Денепра не скучала. Она занялась рукоделием: шила одежду, рушники, простыни. Да мало ли что необходимо женщине в замужестве?

За этим занятием ее и застала Порусса.

Порусса была сильно удивлена, обнаружив, что ее мужественная защитница занимается столь мирным занятием. Как только первое удивление прошло, Порусса сразу же приступила к расспросам.

– Денепра, что ты делаешь?

– Шью одежду, платье.

– Но зачем тебе это?

– Так я тоже замуж выхожу.

– А-а-а! – вспомнила Порусса. – Вы с Данавом решили пожениться?

– Ну да, – проговорила Денепра.

Порусса присела рядом и начала рассматривать шитье.

– Какие хорошие вещи! Ты, оказывается, умелица.

– Есть немного, – согласилась Денепра.

– И где ты научилась?

– Так я же не все время была защитницей. Мама учила меня и мою сестру.

– И когда вы женитесь?

– Да вот вы отпразднуете свадьбу, и мы поедем в деревню играть свадьбу.

– А почему в деревню? Ведь Данав – княжеский дружинник. Князь ему заместо отца. Разве Данав не собирается звать на свадьбу во дворце князя и дружину?

– Я не знаю… – проговорила Денепра и созналась: – Данав говорит, что в дружине ему неуютно. Он чувствует себя чужим, потому хочет уйти из дружины.

– Это он зря. Просто он пока не привык к дружине, – сказала Порусса и, что-то сообразив, через секунду сделала решительное заявление: – Ты мне не простая служанка – ты моя подруга. Я скажу Русу и Словену, что Данав собрался на тебе жениться. Князья не допустят, чтобы их дружинник женился как простой селянин.

Порусса захлопала в ладоши.

– Таким образом, у нас будет два праздника – моя свадьба и твоя.

Денепра смутилась:

– Но Данав всего лишь простой воин.

– Нет, – сказала Порусса, – Данав дружинник, а следовательно, самый близкий друг князю.

– Да у нас даже дома нет, где можно было бы собрать гостей, – сказала Денепра.

Порусса рассмеялась.

– Какой дом? Весь княжеский дворец – дом дружинника. К тому же, как ты знаешь, мы скоро уходим в новые земли. Старый город будет оставлен, и нам всем придется жить в кибитках.

– Разве это уже решено? – спросила Денепра.

– Окончательно решено.

– А боги что сказали?

– Боги? Вечером волхвование на горе Перуна. Но богиня Макошь уже сказала свое слово, – сказала Порусса и спохватилась: – Ах, чуть не забыла! Вольга просила меня зайти к ней. Я к тебе за этим и пришла. Пошли.

– Хорошо, – сказала Денепра. – Я только отнесу в комнату рукоделие и приду.

Через час они были уже в храме богини Макоши.

Как всегда, Вольга уединилась с Поруссой в беседке, а Денепра стала терпеливо ожидать неподалеку на лавочке. Но она недолго пробыла одна. К ней подошла одна из многочисленных храмовых служанок и поинтересовалась, как ее зовут.

Денепра, полная недоумения, назвала свое имя, даже не предполагая, что случится дальше.

– Ага, значит, это тебя надо отвести, – сказала служанка.

– Куда отвести? Зачем? – спросила Денепра.

Служанка улыбнулась.

– К любимому.

Денепра недоумевала все больше.

– А разве он сам не мог мне сказать? Зачем ему звать меня через кого-то?

– Не знаю, – сказала служанка. – Он увидел, что ты пришла сюда, и попросил тебя отвести к нему.

– Ну, пошли к нему, – с готовностью ответила Денепра, поднимаясь с лавки.

Служанка снова улыбнулась.

– Но он же не в храме.

– А где же?

– Он ушел на княжеский двор и будет ждать тебя вечером в городе.

– И как же я найду его?

– Так я ж и говорю, что он просил меня отвести тебя. Я зайду за тобой вечером. Но только ты об этом никому не говори, нехорошо служительнице храма богини Макоши быть посыльной, – сказала служанка.

– Хорошо, – согласилась Денепра. – Я никому не скажу.

Она удивилась тому, как Данав приглашал ее на встречу, но подумала, что на это у Данава была какая-то причина, о которой тот скажет обязательно, поэтому никакого подвоха не заподозрила.

Тем временем служанка ушла, а спустя некоторое время появилась и Порусса. Выглядела она довольной. По пути домой она рассказала, что Вольга интересовалась подготовкой к свадьбе и, узнав, что Денепра тоже собирается замуж, обещала ей помочь.

Глава 7

Нежелание старшин вести народ в новые земли сильно разочаровало Тана и его товарищей. Пользуясь этим, Квашка продолжал настаивать, что надо обратиться к Болгару с предложением переселения его племени в новые земли. Из-за этого по вечерам разгорались жаркие споры. Тан же, помня совет волхвини о необходимости проявить терпение, ждал.

Но вот пришло время, когда он потерял последних сторонников.

Вечером дружинники, как всегда, собрались на ужин в большой комнате.

Когда выпили первую чарку вина, Квашка громко проговорил:

– Вот прошел еще один день. Дело близится к зиме, местный народ не собирается идти в наши земли, а мы до сих пор сидим без дела. Так сколько нам еще сидеть здесь?

Тан должен был отвечать.

– Ты же знаешь, Квашка, что князь Словен уже решил вести народ на север.

– Но старшины отказались делать это, – сказал Квашка. – И князь ничего против этого сделать не сможет, потому что народ управляется старшинами.

– Он может увести с собой тех, кто захочет присоединиться к нему, – возразил Тан.

– Ха! – сказал Квашка. – Князь может что угодно говорить, но без разрешения старшин ни один человек не сдвинется с места.

Тану нечего было на это возразить, и он привел последний аргумент.

– Волхвиня Вольга советовала нам подождать.

– Вольга – женщина. А женщина может сказать что угодно, – сказал Квашка.

– Ты не веришь гаданию? – удивленно спросил Тан.

– Верю, – скептически улыбаясь, проговорил Квашка. – Но женщина легко может принять свое желание остаться с любимым мужчиной за желание великой богини. Как поверить женщине, которая желания меняет чаще, чем свои наряды?

– Надо еще подождать, – заключил Тан.

– Пока ты насытишься этой женщиной? – зло спросил Квашка.

Тан вспыхнул.

– Я с ней встречался только один раз, и это была жертва богине Макоши, – сказал он.

– Очень приятная жертва, – с насмешкой проговорил Квашка. – Но, пока ты вошкаешься с этой бабой, тем временем, может быть, наши родные умирают в сражениях с дикарями. Не получится ли так, что когда мы вернемся домой, то из нашего народа никого в живых не останется?

Кто-то из дружинников проговорил:

– А что? Квашка прав.

– Прав, – послышались голоса.

Тан понял, что дружинники поддерживают Квашку. Это вывело его из себя. Он разозлился и хлопнул ладонью по столу.

– Хорошо. Вы настаиваете, чтобы начать переговоры с Болгаром; я против этого, но я не могу один противостоять мнению дружины. Поэтому пусть будет по-вашему – мы начнем переговоры с Болгаром и его братьями…

Среди дружинников послышались одобрительные возгласы. Квашка был доволен.

Тан продолжил:

– …Только на этот раз давайте проявим осторожность, сначала пошлем гонца к Болгару, чтобы он выяснил, хочет ли Болгар говорить с нами об этом. А захочет он говорить, тогда уйдем к нему всей дружиной.

Дружинники одобрительно загудели.

– Раз так решили, то послезавтра утром и отправим гонца к Болгару, – сказал Квашка.

– Надо решить, кого посылать гонцом, – заметил Доброгнев.

– Так ты и иди, – сказал Квашка.

– Почему я?

– Потому что ты сильный, – ответил Квашка.

– Нет, – перебил его Тан, – посылать надо самого хитрого, а потому ты, Квашка, и пойдешь.

– Я? – удивился Квашка. – Я кормчий! А как дружине без кормчего?

– Вот именно, что кормчий, а ведешь себя, как князь, – сказал Тан. – Дружине кормчий пока не нужен. И два князя не нужны. Поэтому я говорю всей дружине: я отказываюсь быть князем. Пусть дружина изберет себе другого вождя.

Дружинники, не ожидавшие такого оборота, растерялись. Начали переговариваться.

Наконец Доброгнев проговорил:

– Тан, никто не хочет, чтобы ты оставил главенство в дружине.

– И я не хочу, – проговорил Тан. – Но не могу.

– Отчего же, поясни? – спросил Доброгнев.

– Потому что дружина должна доверять своему вождю, но и вождь должен иметь поддержку дружины. Я в своем мнении остался один, я стою один против всех – так невозможно. Кто-то должен уступить. Но я не хочу менять свое мнение, потому что считаю себя правым, и дружина не хочет менять своего мнения. Таким образом, оставаться во главе дружины я больше не могу. Пусть другой руководит дружиной, – с обидой проговорил Тан.

– И кому же теперь быть нашим вождем? – спросил Доброгнев.

– Я не знаю, – ответил Тан. – Это вам выбирать.

– Нам необходимо время, чтобы подумать, – сказал Лещина.

– А пока дружина думает, ты, Квашка, сходи к Болгару и поговори с ним, – предложил Тан. – А там видно будет. Может, дружина и изберет тебя князем.

Заявив о своей отставке, Тан уже не имел права приказывать, но дружинники внутренне еще считали его своим вождем, поэтому никто не стал возражать.

Обиженный Тан ушел в свою комнату.

Глава 8

Немного погодя в комнату к Тану зашли Лещина и Доброгнев.

Тан перекладывал вещи.

– Ты куда собираешься? – спросил Лещина.

– Надо освобождать комнату для нового князя, – сказал Тан.

Доброгнев сел на лавку у стола и проговорил:

– Ты бы не торопился.

Тан оставил вещи.

– Садись к столу, – сказал он Лещине.

Лещина сел рядом с Доброгневом.

Тан поставил три стакана на стол. Взял кувшин и налил в стаканы вино. Поставил кувшин на стол. Наполнив стаканы, он сел за стол.

– Давайте вина выпьем, – проговорил он и пододвинул два стакана к Доброгневу и Лещине.

Они выпили вино, и Тан снова налил стаканы.

– Тан, ты не обижайся на дружину, – сказал Доброгнев. – Люди видят, что дело, с которым они прибыли сюда, не решается, вот и ищут другие варианты.

– А разве нельзя потерпеть? Волхвиня Вольга советовала нам подождать, – сказал Тан.

– И ты веришь Вольге? – задал вопрос Доброгнев.

– Верю, – проговорил Тан.

– А мы – нет, – отрезал Доброгнев.

– То, что она благосклонна ко мне, не имеет значения, – сказал Тан.

– Имеет, – возразил Доброгнев. – Квашка прав – она влюблена в тебя, а потому могла исказить волю богини.

– Но я не люблю ее. Я люблю другую, – настаивал Тан.

– Но подозрение Квашки убедило дружину, – сказал Лещина.

Тан выпил вино и снова наполнил свой стакан.

– И вы пришли мне это сказать?

– Мы пришли другое сказать – дружина вождем хочет иметь тебя, – сказал Доброгнев.

– Так в чем же дело? – спросил Тан.

– Для этого ты должен согласиться с дружиной, – пояснил Доброгнев.

– Я своего мнения не переменю, – резко проговорил Тан.

– Тан, не упрямься, – попросил Лещина.

– Нет, – сказал Тан. – Если я буду менять свое мнение, то какой из меня вождь? Вождю должны либо верить, либо люди должны найти себе другого вождя.

– Жаль, – вздохнул Лещина. Он взял стакан, заглянул в него, и сделал глоток вина. – И что же теперь делать? Что мы ответим нашему народу?

– Не знаю, – тихо проговорил Тан.

Молчание прервал дружинник, который вошел и сообщил, что к Тану просится служанка из храма.

– Что ж, на этом наш разговор и закончен. К тебе пришли от Вольги. Пусть заходит, – сказал Доброгнев. Он тяжело вздохнул и стал подниматься.

Вместе с ним собрался уходить и Лещина. Он тоже был разочарован.

– Ты прав, – наконец произнес Доброгнев. – Мы все сделаем по-твоему – Квашку завтра отправим гонцом к Болгару, а за это время посоветуемся в дружине, кого новым вождем избирать.

Но уйти они не успели, так как в комнату вошла Ластивка.

– Что тебе надо? – спросил Тан.

– Я к тебе с известием, – сказала Ластивка и, обратив внимание на удрученный вид дружинников, добавила: – Я с хорошим известием. И это касается твоих друзей, – Ластивка слегка улыбнулась, – которые, судя по их лицам, только что пережили большое горе.

Доброгнев и Лещина задержались.

Тан встал.

– Говори!

– Сегодня утром было большое вече… – Ластивка сделала паузу.

– Ну и?.. – не выдержал Тан.

– Богиня Макошь сказала свое слово, она посулила нам удачу, – сказала Ластивка.

– Хвала богам! – воскликнул Тан. В порыве радости он подхватил девушку и поднял на руки.

– О боги! – воскликнули в один голос Доброгнев и Лещина.

Ластивка постаралась высвободиться из рук Тана, правда, не особенно торопясь.

– Только не радуйтесь пока так сильно, – сказала она. – Старшины еще ничего не решили, и вечером будет волхвование – будут спрашивать у Перуна его волю.

Радость Тана несколько померкла.

Однако Ластивка с невинным выражением на лице продолжила:

– Но раз богиня Макошь сказала свое слово, то я не думаю, что Перун будет возражать.

Тан поцеловал ее в щеку. На щеках Ластивки пробился румянец, и она в самое ухо прошептала:

– У меня еще есть одно хорошее известие. Но только для тебя.

– Какое? – так же тихо спросил Тан.

– Денепра… – едва шевеля губами, промолвила Ластивка.

– Тихо. – Тан приложил палец к губам девушки и обратился к Лещине и Доброгневу: – Передайте хорошую новость нашим товарищам сейчас же.

Лещина и Доброгнев вышли из комнаты, и через секунду в большой комнате послышались радостные крики.

Теперь Тан мог спокойно выслушать Ластивку.

– Так что – Денепра?

– Она ждет тебя.

– Где мы встречаемся? – нетерпеливо спросил Тан, хватая девушку за руки.

– Я отведу тебя к ней, – сказала Ластивка.

– Пошли! – кинулся Тан к выходу. Он торопился увидеть ту, которая поразила его сердце.

Но Ластивка не пошевелилась.

Обрадованный предстоящей встречей, Тан с трудом понимал, что происходит. Чувства его были полностью растрепаны. Ему верилось и не верилось, что Денепра согласилась с ним встретиться.

Видя, что Ластивка не собирается выходить, Тан с недоумением спросил:

– Ты чего застыла, как камень?!

Ластивка стояла и улыбалась.

– А ты ничего не забыл? – спросила она.

Тан замер.

– Что я мог забыть? Себя – разве?

– Ты идешь на встречу с любимой женщиной и ничего не берешь в подарок ей? – с укором проговорила Ластивка.

– Ах! – спохватился Тан и кинулся к сундуку с драгоценностями. Он открыл сундук. Тан щедро раздавал подарки, поэтому он был уже наполовину пуст.

Перебирая вещи, Тан прикидывал: «Дарить любимой шубу? Глупо дарить то, чем она не может пользоваться в жаркой стране. К тому же каждый подарок имеет символическое значение. Шубу можно дарить женщине, с которой у тебя сложились супружеские отношения. Так Денепра может и обидеться. Женщины любят платки и шали. Но не покажется ли ей такой подарок слишком незначительным?»

Наконец Тан наткнулся на шкатулку с драгоценностями. Он поставил ее на стол и открыл.

Ластивка с нескрываемым интересом заглянула в шкатулку. Увидев, что она полна золотыми и серебряными украшениями, а также великолепными жемчужными ожерельями, она пожалела, что на месте Денепры не она.

Но лежавшая среди украшений парочка серебряных сережек ей понравилась больше всего.

– Подари ей эти сережки, – сказала Ластивка, показывая на понравившееся ей украшение.

Тан взял сережки.

– Ты думаешь, ей они понравятся?

– Уверена, что понравятся, – сказала Ластивка.

– Уж слишком скромно, – с сомнением в голосе проговорил Тан. – А может, все же лучше подарить ей ожерелье?

– Нет, сережки, – посоветовала Ластивка. – Они неброски, зато красивы. А ожерелье будет на виду, все будут задавать вопросы, откуда у нее взялось такое дорогое украшение, и ей будет неловко его носить.

Тан подумал, что между ним и понравившейся ему девушкой пока нет никаких отношений, на этой встрече они должны только сложиться, и потому Ластивка, скорее всего, права.

– Хорошо, – сказал Тан. – Я так и поступлю – возьму эти сережки.

Он положил сережки в кошель, а шкатулку спрятал обратно в сундук.

– Теперь мы можем идти, – сказал Тан.

Ластивка покачала головой.

– Нет.

– Что же я еще забыл? – удивился Тан.

– А награду мне? – напомнила Ластивка.

– Ты ее получишь, как только я увижу Денепру, – сказал Тан.

Глава 9

Ластивка опять повела Тана запутанными улочками. Пока они шли, все его мысли были заняты предстоящей встречей.

Тан думал, что она снова приведет его к дому, в котором он встречался с Вольгой. Но на этот раз они шли недолго. Когда Ластивка остановилась, он увидел, что находится перед небольшим домом.

– Мы пришли? – спросил Тан.

– Пришли, – сказала Ластивка. – Давай монету.

Тан вынул из кошеля золотую монетку. Но отдавать ее не спешил.

– А точно я увижу Денепру?

– Точно, – сказала Ластивка.