- -
- 100%
- +
Внезапный шорох вывел Дана из транса. Все присутствующие разом посмотрели в сторону окна. Отсутствие стёкол пускало внутрь не только свежий осенний ветерок, но и любопытное зверьё. На скрипучий деревянный подоконник забралась кошка. Она немного покружила по треснутой от времени и влаги поверхности доски и спрыгнула вниз на пыльный бетон. Пройдясь вдоль стены животное присмотрело себе укромный уголок, где почти не было камней, осколков стекла и прочего хлама. Кошка уселась, повернув морду в сторону собравшихся здесь людей, и принялась внимательно изучать происходящее. Замельтешил местами ободранный хвост, поднимая вверх клубы пыли, из-за чего чёрная шерсть мгновенно «поседела». Ярко-жёлтые глаза поочерёдно осматривали стоящих в помещении людей.
Дан почувствовал внезапное желание забрать симпатягу к себе домой. Несмотря на очевидную потасканность кошка выглядела очень милой, даже рваное ухо добавляло ей особого шарма, а умный взгляд так и вовсе делал её потенциально интересным собеседником для бессонных разговоров о жизни. Да, когда-нибудь Дан определенно заведёт питомца. Вот станет на ноги, расплатится с долгами, найдёт хорошую работу и обязательно приютит какую-нибудь дворнягу. Но пока об этом лучше не думать – куда ему кошку, если он себя прокормить не может. Мысли о деньгах нагнали тоску. Дан отвернулся от пушистого наблюдателя и снова уставился на сумку. Уж с такими деньгами он бы точно смог себе позволить кошку.
- Хорошо, - наконец-то подал голос лысый громила. – Поставь на пол и можешь быть свободен.
- Пересчитывать не будете? – растерялся заказчик.
Со стороны послышались очередные смешки.
- А стоит? – холодно спросил главарь.
- Нет, нет, всё как договаривались… - испуганный мужчина резво швырнул сумку на пол.
- Сделка состоялась – отныне ты под защитой Салема.
Слова громилы обрушились на Дана, как ушат ледяной воды. За годы своей сомнительной работы он сотрудничал с самыми разными организациями, законными и не очень. Единственное его правило по подбору клиентов звучит очень просто: «Не связываться с грёбанным Салемом!» Дан буквально слышал, как кряхтит его шея, когда он медленно поворачивал голову в сторону Яна. Тот всё также стоял в проходе и услышанное никак не отразилось на его лице. Дан же наоборот смотрел на своего товарища круглыми от шока глазами. Стоило Яну поймать этот взгляд, и он стыдливо отвернулся, не желая читать в глазах товарища всё то огромное количество оскорблений, созревших в ошеломлённом сознании. Одними лишь губами Дан произнёс: «Вот сука!»
- И что мне делать? – заискивающе спросил заказчик.
- Ждать. Молча, - отчеканил громила.
- Ладно, значит я свободен? – крысоподобный уже отвёл ногу назад, желая, как можно быстрее покинуть это место.
И тут на каменном лице главаря появилось смятение. Он сощурил глаза, и скривил рот. Морщины расползлись по коже, словно разворошённое змеиное кодло.
- А ты не такой уж и трус, - некогда бесстрастная речь наполнилась яростью.
- Вы о чём? – заказчик озадаченно смотрел на багровеющее лицо собеседника.
- Решил натравить на нас департамент?! – взревел мужчина.
В этот момент Дан отчётливо понял, что попал в худшую из возможных ситуаций.
- Подождите, давайте всё обсудим, - сказал Ян в попытках сбавить накал.
Дан смотрел, как глаза командира наливаются кровью. Заказчик, словно выброшенная на берег рыба, беззвучно хватал ртом воздух. Ян, взяв на себя роль переговорщика, подошёл ближе к своему работодателю и в очередной раз призвал всех успокоиться. Вот только оппоненты не собирались продолжать переговоры. Подчинённые собрались за спиной у командира, явно к чему-то готовясь. Столкновение неизбежно.
Предчувствие заставило Дана схватить заказчика за руку и увести себе за спину. Тот, пребывая в растерянности, позволял делать с собой всё, что угодно. Внутренний голос, который до этого нервно подбрасывал варианты побега, сейчас во всю громкость орал: «Готовься!» Дан собрал всю силу и позволил телу напитаться этой энергией. Он чувствовал, как меняется каждая клеточка организма. Соединительная ткань меняет свои связи, уплотняясь, становясь нерушимой органической бронёй. Кожа затвердела до состояния стальной оболочки, прочной, но при этом гибкой. Мышцы наполнялись мощью. Сплетающиеся воедино волокна превращались в отлаженный механизм, способный раздробить любого, кто попытается нарушить отточенную до мелочей работу каждой детали. Перестраивается костная структура в готовности принять на себя нагрузки, превышающие все человеческие возможности.
Главарь больше не собирался медлить. Разведя руки в стороны, он выпрямил спину, задрал голову к потолку и сделал глубокий вдох. В помещении мгновенно похолодало. Резвые потоки ветра пробирались сквозь пустые окна и закручивались вокруг собравшихся. Дан уже повернулся в сторону выхода, намереваясь бежать, и подталкивал заказчика вперёд. Ян следовал такой же логике и уже поднял ногу в намерении убежать прочь.
- Стоять! – раздалось из-за спины предводителя Салема, и беглецы беспрекословно подчинилась, совершенно не понимая, зачем они это делают.
Собрав достаточно сил для атаки, лысый громила возвращает свой взгляд на противников и, исказившись в гневе, припадает к земле. Секунда, и вот уже кулак разъярённого мужчины опускается на бетонный пол, а воздух стремительным потоком обрушивается на застывшую на месте троицу. Произошедшее далее Дан помнит обрывками. Ощущение полёта, столь необычное, но в какой-то степени даже завлекающее, а потом резкий удар, от которого казалось задрожало всё здание. Как бы он ни пытался сгруппироваться, встреча с крепкой железобетонной стеной вышла болезненной. Лёжа на полу в ошмётках отвалившейся от стен побелки, Дан попытался оценить своё состояние. Тело он чувствовал очень хорошо, даже слишком. Мышцы ныли при малейшем сокращении, но кости по ощущениям все целы. Это радовало. Магия укрепила тело, позволив ему пережить столь мощную атаку без серьёзных последствий, хотя мозги встряхнуло знатно – голова болела изнутри, в ушах звенело, а итак пыльное после атаки помещение расплывалось в помутившихся глазах.
Пока Дан пытался прийти в себя и сообразить, что делать дальше, в комнату кто-то ворвался. Дверь, еле уцелевшая после атаки мага, окончательно слетела с петель и обрушилась прямо на столпившихся у главаря прихвостней. Сам командир успел вовремя отскочить, женщина, стоящая к нему ближе всех, тоже вовремя увернулась, снаряд лишь немного зацепил её руку, а вот упитанный паренёк не смог быстро сориентироваться и принял на себя всю мощь прилетевшей атаки. Дверь впечатала его в стену, и при этом сама разлетелась на несколько частей. Через уже пустующий дверной проём вошли двое. Дан попытался сфокусировать зрение и рассмотреть прибывших. Один высокий и широкоплечий с буйной шевелюрой, а второй… вторая, кажись, девушка. На фоне здоровяка она выглядела достаточно хрупкой, но поднятая вверх рука наталкивала на мысль, что именно она швырнула в этих ублюдков дверь.
- Департамент по борьбе с магическими преступлениями, - громко объявил новоприбывший мужчина.
- Мы в курсе, - огрызнулся главарь.
- Хм, - страж порядка осмотрел помещение, и его взгляд остановился на распластанном на полу Дане. – Не рановато ли вы начали разборки?
- Телепат на входе успел предупредить о приближении двух неизвестных, - сказал лидер, разминая руки.
- Надо было быстрее его убирать, - с упрёком бросил мужчина.
- Я же не знала, что он телепат! – откликнулась его напарница.
- Ладно, давайте побыстрее закончим. Если готовы сдаться… - монотонно начал служащий, но договорить так и не успел.
Предводитель группы резко взмахнул рукой, направив в говорящего хлёсткий поток ветра. Удар был в разы слабее приёма, снёсшего Дана, но сосредоточенность на конкретной цели делала атаку не менее опасной. Мужчина из департамента с удивительной грацией отпрыгнул в сторону. Дан едва смог отследить его движения, но что удивило его ещё больше, так это когтистые лапы, выглядывавшие из рукавов рубашки. Короткая гладкая шерсть отливала золотистым цветом, и лишь к кончикам пальцев окрас менялся на светло-серый. Лоснящийся мех так и манил погладить, но сверкнувшие когти показали истинное назначение такой трансформации. Оборотень пригнулся, готовясь к мощному прыжку, как вдруг член Салема, который до этого одним лишь словом остановил бегство Дана, заговорил:
- Сто… - обломок двери, прилетевший ему прямо в лицо, не позволили закончить фразу.
Татуированная девушка, с которой маг флиртовал буквально десять минут назад, потерянно смотрела на своего побеждённого кавалера. Поняв, что мужчина окончательно и бесповоротно выведен из строя, она перевела взгляд на повергнувшую его работницу департамента. Та всё ещё держала руку поднятой вверх, но стоило ей заметить растерявшуюся магичку, рука резко опустилась вниз, и вместе с этим движением кусок дерева, лежащий возле любителя отдавать команды, метнулся уже к Салемской приспешнице. Она успела прикрыться руками, но удар был настолько сильным, что её тело отлетело к стене.
- Разберитесь сначала с телекинетиком! – крикнул главарь, на которого уже нёсся оборотень.
Творящаяся неразбериха позволила Дану незаметно для остальных подняться. Тело болело, но двигаться он был в состоянии. Осмотревшись, парень заметил неподалёку заказчика. Он лежал без движения, а шея его была неестественно вывернута. Оплаты за работу можно не ждать. Хорошо, хоть аванс взял. Отвлёкшись от размышлений о деньгах, Дан отыскал глазами Яна. Он также валялся без сознания, а под его головой уже натекла лужа крови. Может и жив, но на побег явно неспособен. Придётся уносить ноги в одиночку. В полуприсяде он направился к двери, ну или к тому, что от неё осталось. Но, сделав несколько шагов, Дан остановился. Прямо перед ним лежала сумка. Та самая сумка, доверху набитая деньгами. Сейчас она немного опустела – часть содержимого разлетелась по всему залу после магической атаки главаря – но это всё ещё было целое состояние, которое Дан не заработает и за всю жизнь.
- Живой что ли, - раздалось сзади.
Дан испуганно обернулся. Недалеко от него стоял беловолосый парень из Салема. Вид у него был не из лучших – разбитая губа, изодранная футболка, сломанный палец, но горящие азартом глаза чётко давали понять, что сдаваться он не собирается. Выбившись из сражающейся толпы, он заметил крадущегося к выходу Дана, и решил пресечь попытку бегства. Рука беловолосого заискрилась, резкие электрические всполохи проносились от локтя до кончиков пальцев. Салемский маг решительно шагнул вперёд, и Дан, не дожидаясь сокращения дистанции, направил свою силу на врага. Он вытянул руку по направлению к шее парня. Мысленно он пытался представить строение его дыхательных путей. Он смотрел, как дёргается щитовидный хрящ, и видел сокращения мышц, окутывающих трахею. Каждая клетка теперь была во власти Дана. Словно по приказу он заставил стенки горла сжаться, закрывая просвет гортани и лишая противника способности дышать. Электрокинетик замер. Его широко раскрытые глаза недоумённо уставились на противника. Рот беззвучно открывался и закрывался в попытке глотнуть хоть немного воздуха. Маг схватился рукой за собственную шею, намереваясь скинуть с себя невидимую удавку, но так и не сумел нащупать причину своего удушья. В панике он стал оглядываться, не то выискивая союзников, не то планируя отступление. Кислорода в организме оставалось всё меньше и меньше, лицо посинело, тело начало потряхивать. Но, к превеликому сожалению Дана, угроза смерти всё-таки помогла белобрысому обуздать эмоции. Магия заполонила этот мир в самых эксцентричных проявлениях, и далеко не каждая способность кажется простой для человеческого понимания. Что же делать, если с вражеской силой никак не получается совладать? Уничтожить её источник.
На трясущихся ногах маг стал приближаться к Дану. Одна рука всё ещё держалась за горло, а вторая снова покрылась электрическими всполохами и тянулась к противнику. Дан сделал несколько шагов назад, но из-за сосредоточенности на шее врага движения получались очень медленными и короткими. Даже в полуживом состоянии член Салема выигрывал в скорости. Когда искры замелькали уже в метре от Дана, пришло спасение. Оно появилось в виде бетонного обломка стены, прилетевшего электрокинетику прямо в лицо. Снаряд раскрошился на мелкие кусочки и усыпал пылью бессознательное тело салемца, которое теперь распласталось на холодном сером полу.
Дан посмотрел по сторонам, выискивая своего спасителя. Почти сразу же он встретился взглядом с девушкой из департамента. В её глазах не было злости, лишь настороженность. Она понимала, что Дан ей не враг, но это не делает его другом. Долго размышлять о своём отношении к парню ей не позволили. Магичка, которая недавно лишилась своего ухажёра, успела оправиться от потери и призвала себе на помощь адскую тварь. Трёхголовая псина с пылающими огнём глазами яростно скалила пасть и перебирала лапами, готовясь к прыжку. Проблем также добавлял старик с рунами, который теперь не просто забавлялся с камушками, покрытыми необычными узорами, а использовал их, чтобы накладывать весьма неприятные чары. Окружив себя защитным барьером, престарелый маг всячески ослаблял противников. Сейчас он сосредоточился на девушке, старательно замедляя её движения и даже предпринял попытку растопить пол под её ногами, но она сумела вовремя отпрыгнуть и успела даже атаковать в ответ, хотя армированный прут, который она силой мысли выкорчевала из треснувшей стены, влетел в барьер, так и не задев рунного мага. Скудная обстановка не позволяла телекинетичке разгуляться на полную – приходилось использовать любой попавшийся под руку мусор, однако она весьма умело сражалась даже в невыгодных для себя условиях.
Исход битвы был неочевиден, но Дан не собирался досматривать её до конца. Судьба подарила ему шанс сбежать – глупо им не воспользоваться. Пока все присутствующие были увлечены истязанием друг друга, Дан продолжил свой путь к выходу. Лежащее на пути богатство снова привлекло его внимание. На размышления времени нет. В одно мгновение сумка перекочевала в его руки, а сам он что есть мочи побежал на улицу. Коридор, который до этого казался невероятно длинным, сейчас чувствовался в разы меньше – три удара сердца и вот уже выход. Улица встретила тусклыми безлюдными пейзажами. Никогда ещё столь унылый вид не радовал Дана. Он боялся, что снаружи его будет ждать подкрепление Салема или департамента, но людей здесь стало только меньше – парень, оставленный группировкой на стрёме, сейчас лежал лицом в асфальт. Кажется, это и был тот телепат, о котором говорили ранее.
Ни разу не обернувшись, Дан добежал до послушно ожидающей его машины. Заказчику она уже ни к чему, а вот Дану сейчас крайне нужен транспорт. Заведённая красавица не сопротивляясь пустила беспардонного юношу, который резко распахнул переднюю дверь, не заботясь о сохранности петель, и не менее резко запрыгнул внутрь салона. Сумку он без особой аккуратности закинул на соседнее сиденье. Дан крепко ухватился руками за руль и принялся искать в глубинах своей памяти основные правила управления автомобилем. У него не было водительских прав, но за рулём ему быть не впервой. В подростковые годы он не раз упрашивал старших товарищей уступить ему водительское место. Те, хоть и с опаской, но поддавались на его уговоры, объясняя по ходу, как завести машину, что означаю те или иные дорожные знаки, и, самое главное, какие увечья он получит, если ненароком поцарапает вверенное ему сокровище. Сейчас этот юношеский интерес спасал его жизнь. Дан в последний раз посмотрел на старое здание. Никто не вышел по его душу – сражение ещё продолжалось.
Грубо и неумело Дан сумел привести в движение теперь уже бесхозную машину. Уезжая прочь от этого безумия, он подумал, что не хочет расставаться со своей четырёхколёсной спасительницей, но здравый смысл твердил не привязываться – как только пустынная дорога сменится городским ландшафтом с транспортом придётся попрощаться. Дан до побелевших костяшек сжимал руль, постоянно поглядывая в зеркало заднего вида. Преследования не было, но спокойнее от этого не становилось. Мозг отказывался соображать, и дальнейший план действий сводился к простому «выжить». А фон между тем становился всё более оживлённым. Одинокие хибары остались позади, теперь с обеих сторон на Дана смотрели приличного вида коттеджи. Машина больше не подскакивала на глубоких ямах, а на дороге появились и другие участники движения, которые гневно сигналили мчащемуся навстречу сумасшедшему.
Оказавшись на знакомых улицах, Дан завернул в укромную подворотню. Родные места встретили молчаливым пониманием. Как будто семья приняла знатно провинившегося сына обратно домой, не допытываясь, что же с ним произошло. Машина осталась стоять под окнами случайного дома. Дан на прощание ласково, словно пушистого кота, погладил капот. Перехватив поудобнее сумку, он двинулся вперёд. Его путь лежал через извилистые закоулки в сердце трущоб. Это место первым приходило на ум при мыслях об укрытии. От всех этих событий голова шла кругом и разрывалась болью при любой попытке осмыслить ситуацию. Сейчас Дану нужно просто отдохнуть. Найти тихое место, прилечь и позволить себе хоть пять минут ни о чём не думать. Ноги сами привели его к зданию грязно-голубого цвета с обшарпанной вывеской «отель». Это архитектурное недоразумение всегда поражало Дана своей нелепостью. Пафосные античные колонны и готическая крыша с острым шпилем смотрелись инородно на до безобразия непритязательном провинциальном фасаде. Из этого места хотели сделать главную достопримечательность города, но получился лишь очередной паршивый отель, который держится на плаву только за счёт неверных мужей, приводящих туда недорогих девочек с округи.
Внутри заведение выглядело ничуть не лучше, чем снаружи. Как только Дан переступил порог ему в нос ударил запах сырости. Бледно-бежевые стены в углах покрылись плесенью, и сколько бы слоёв краски не было нанесено сверху, серые пятна всё равно прорывались наружу. Помещение было обставлено неплохой деревянной мебелью, но среди одинаковых по стилю мебельных гарнитуров то и дело встречались предметы явно из другого комплекта. Даже лампочки в напольных светильниках, которые стояли по обе стороны от входной двери отличались – одна излучала тёплое жёлтое свечение, а другая была настолько холодного белого цвета, что сразу же навевала мысли о больнице.
За ресепшеном сидел парень немногим старше Дана. Он вальяжно развалился на стуле и со скучающим видом копошился в телефоне. Стоило Дану появиться на пороге, он шустро убрал гаджет под стол, но, внимательно рассмотрев вошедшего, заметно расслабился и без опасений вернулся к телефону.
- Работаешь не покладая рук? – спросил Дан, подходя к стойке.
- Конечно, в этой дыре ведь так много клиентов, аж не знаю, как всех расселить, - консьерж нехотя отложил всё лишнее и посмотрел на гостя.
- Мне бы комнатку на одного. И лучше на втором этаже.
- У нас в левом крыле на днях опять трубу прорвало, поэтому возьми 203-ий номер – скромненький, но зато ничего не отсырело, - работник положил на стол ключ с маленьким брелоком, на котором едва можно было разглядеть подстёршиеся цифры.
- Сойдёт. Я пока возьму на час, но не исключено, что продлю.
Дан принялся шарить по карманам в поисках денег, но нашёл лишь мелочёвку, которой не хватит и на десять минут. Его рука уже потянулась к застёжке сумки, чтобы взять оттуда недостающие деньги, но сомнения заставили остановиться на полпути. Меньше всего он сейчас хотел перед кем-либо рыться в сумке, доверху набитой купюрами.
- Слушай, а можно я тебе попозже оплату занесу? – с надеждой спросил Дан.
- Вот не надо мне тут сказки рассказывать – сначала деньги, потом номер!
- Да нет, как только вещи разберу, сразу же спущусь к тебе. Я просто собирался впопыхах и закинул кошелёк на самое дно, так что придётся всю сумку выпотрошить, чтобы до него добраться, - голос дрожал, но уверенный взгляд заставлял верить.
- Ладно, но даже не надейся, что я забуду, - сдался консьерж.
- Никогда не сомневался в твоей памяти.
Поднявшись в свой номер, Дан быстро кинул вещи на кровать и подбежал к окну. На улице он не заметил никого подозрительного: несколько прохожих и дремлющий в закутке бездомный. Резким движением Дан распахнул окно и высунулся наружу. Внизу располагался небольшой палисадник. К превеликой радости Дана сорняков там было больше чем цветов, а значит если придётся бежать через окно, приземление выйдет достаточно мягким, не придётся даже применять магию. Оставив окно открытым, Дан вернулся к сумке. Наконец-то он мог спокойно заглянуть в эту денежную бездну. Первые минуты он завороженно рассматривал стопки новеньких банкнот. Казалось бы, чему удивляться, он ведь уже видел эту картину менее часа назад, но теперь это вызывало абсолютно другие эмоции, ведь отныне всё, что находилось внутри, принадлежало ему. Жгучая зависть и жалось к самому себе сменились наивной детской радостью от внезапно привалившего подарка. Если бы не воспоминания о двух телах, покоившихся сейчас в стенах старого моторного завода, Дан бы назвал своё состояния максимально приближенным к счастью. Дрожащими руками он взял одну из верхних стопок. Вытащив пару купюр, он закрыл сумку, спрятал её под кровать и помчался на ресепшн. Консьерж удивился излишне щедрым чаевым, но деньги принял. На просьбу не говорить никому о том, что Дан здесь останавливался, он отреагировал с подозрением – попытался выпытать причину такой конспирации, однако в итоге сдался и пообещал сохранить всё в тайне.
Разрешив все вопросы с номером, Дан вернулся к себе. Холод от открытого окна бодрил, но измотанное тело требовало хоть немного отдыха. Нужно как минимум привести в порядок мысли и понять, что делать дальше. Сидя на краю жёсткой деревянной кровати, Дан был полностью поглощён раздумьями. Спина сгорбилась, как будто на плечах лежал тяжелейший груз, локти упирались в колени, кисти безвольно повисли, словно у мертвеца, глаза уставились в пустоту, а рот приоткрылся, лишь изредка издавая хрипловатые вздохи.
В таком положении Дан провёл не меньше двадцати минут. Сложив все факты воедино, он пришёл к очевидному выводу – надо сваливать. Бежать из города и как можно быстрее. Это его единственный шанс остаться на свободе, а может и остаться в живых – если департамент просто попытается его усадить за решётку, то планы Салема могут быть гораздо менее милосердными. Хотя с чего он взял, что его вообще хоть кто-то будет искать? Кому вообще интересна простая шестёрка?!
- Кар! – эхом разнеслось по комнате.
Дан тут же вскочил с кровати и испуганно уставился на окно. С подоконника на него смотрел чёрный как смоль ворон. Птица резко поворачивала голову, переводя взгляд с Дана на угол комнаты, потом на улицу и обратно на Дана. Накрывший адреналин помалу отпускал и испуг сменился раздражением. Дан чувствовал себя зверушкой в клетке, на которую пришли поглазеть из любопытства. Наблюдение сковывало движения, не давало телу раскрепоститься, заставляло думать над каждым шевелением. Нет уж, он достаточно натерпелся и, хотя бы сейчас, хотел побыть в безопасном одиночестве.
- Свали! – крикнул Дан и махнул рукой, прогоняя птицу.
Ворон упорхнул, напоследок обиженно каркнув. Дан шумно выдохнул. Усталость накатила с новой силой. Парень буквально рухнул на кровать. Больше всего ему сейчас хотелось оказаться дома. Не сказать, что условия там были лучше, чем в этом гадюшнике, но родные стены дарили ощущение неуязвимости. Неужели он больше не вернётся в квартиру, где прошла вся его жизнь? Не пнёт входную дверь со сломанным замком, не швырнёт куртку на потёртое замшевое кресло, которое старше его лет на десять, не уткнётся носом в цветастую наволочку, сшитую бабушкой собственноручно? А что насчёт города? За двадцать лет он практически слился с муравейником из многоэтажек, в котором прожил всё детство. Он уже давно вошёл в состав актёрской труппы, которая каждый день разыгрывала одно и то же представление по одному и тому же сценарию. Уйти с этой сцены будет небывалым предательством. Но кого он предаст? Дан попытался вспомнить людей, которые пострадают от его бегства, но никто не пришёл ему на ум. Так значит, он может со спокойной душой покинуть город? Дан отчаянно выискивал в своей памяти хоть кого-то, кто будет тосковать из-за его отъезда, но пришёл к выводу, что он и есть тот человек, которому будет больнее всего. Раньше он и не задумывался, насколько привязан к этому месту. Но нельзя позволить внезапному приступу меланхолии взять верх над здравым смыслом. Вместо воспоминаний о былых днях сейчас лучше определиться, куда покупать билеты. Может, махнуть на юг?
Размышления прервались слетевшей с петель дверью, которая с грохотом ударилась о стену напротив. Дан спрыгнул с кровати и без раздумий рванул к открытому окну. Стоило его руке приблизиться к раме, створка захлопнулась, едва не прищемив ему пальцы. Стёкла задрожали от столь грубого действия, но выдержали напор и даже не треснули. Дан решил исправить эту оплошность и сам замахнулся, чтобы кулаками пробить себе путь на свободу. Но и этого ему сделать не дали – стол, до этого мирно стоящий в углу комнаты, буквально сбил его с ног и откинул обратно на кровать. Единственное, что успел сделать Дан – хоть как-то укрепить руки, которыми он успел прикрыться. Ноги болезненно задели жёсткое изножье, но прыти не потеряли и в попытках хозяина встать с ложе упрямо выбирались из продавливающегося матраса. Барахтанье на перине было прервано когтистой рукой, которая настойчиво придавила тело парня к кровати.