Чернобуров: Новая жизнь

Название: Чернобуров: Новая жизнь

Автор(-ы): Александр Майерс

Ссылка: https://author.today/work/302315

1

Умирать не страшно. Особенно если уже умирал.

Из моей ладони вырывается вихрь синего пламени. Адские гончие на бегу обращаются в пепел. Огонь ревёт, собирая щедрую жатву. Но демонов вокруг ещё столько, что я не могу сосчитать.

Мои люди сражаются рядом. Уничтожают врагов мечами и магией. И погибают один за другим.

Я кидаюсь вперёд, на ходу испепелив настырного беса. Вырываю копьё из тела мёртвой твари и бросаю в ещё живую. Усиленный маной удар пробивает врага насквозь. Я пропускаю через копьё астральное пламя – и пронзённый демон взрывается, унося с собой десятка три прихвостней.

Меня не задело. Духовный щит ещё держится.

Выпускаю россыпь ледяных стрел. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть, как идёт отступление. Большая часть войска уже подбирается к порталам. Армия демонов наступает им на пятки, но всё-таки люди спасутся. Хотя бы половина из них.

Возвращаюсь к сражению. Они спасутся, да. Ценой многих других жизней.

Моей в том числе.

Призываю всю силу, на какую способен. В груди извергается вулкан маны, и я выпускаю его в виде торнадо из пламени, в глубине которого сверкают чёрные молнии.

Торнадо сметает сотни и тысячи демонов. Мои боевые маги не отстают – объединив усилия, они бросаются вперёд, в открывшуюся брешь. Клинки и заклинания сверкают, обрывая демонские жизни. Танец смерти не прекращается ни на мгновение, и гибель каждого мага оплачивается стократно.

Мой меч сломался ещё во время штурма. Я забираю чужой из чьей-то мёртвой руки, вырываю топор из кучи изрубленных демонов.

Потратил много сил на пламенный торнадо. Мана осталась только на поддержку щита. Придётся какое-то время порубиться вплотную!

Я бросаюсь в самую гущу схватки. Рублю, кромсаю, рву на части, отсекаю лапы, хвосты и головы. Жгучая чёрная кровь покрывает меня с головы до ног, но демоны продолжают переть, будто число их бесконечно.

Нас остаётся всё меньше. Мы окружены. Стоим впятером, спина к спине, из последних сил отражая натиск орды.

Я бросаю прощальный взгляд на порталы. Вижу, как остатки отступающих проходят через них, и те гаснут. Войско демонов-преследователей не спеша, разочарованно останавливается.

Мы свою задачу выполнили. Ковен принца Ри́диона пожертвовал собой, чтобы остальные спаслись…

Меч ломается о рог низкорослого беса. Топор застревает в боку гарпии, и та, визжа, улетает прочь, чтобы рухнуть под копыта собратьев. Последний из моих людей падает, разорванный надвое когтями демонов.

Я остаюсь один и выпускаю всю накопленную ярость, чтобы уйти красиво.

Жаль, я не смог увидеть со стороны, как моё тело расцвело титаническим пламенным цветком и уничтожило мириады демонов. Когда цветок исчез, то стало, наверное, очень тихо, только пепел невесомым дождём падал на поле битвы.

Небытие забрало меня лишь на долю мгновения. Я успел очутиться в бесконечных чертогах смерти, и тут же вернулся в тело.

Я лежал в неестественной позе, всё вокруг затянул чёрный дым, что-то горело. Я был ранен, голова кружилась, глаза заляпаны кровью. Мне показалось, будто я опять в пылу сражения, на шестом кругу Иномирья, возле тёмной цитадели.

Невозможно! Заклинание должно было испепелить меня вместе со всеми демонами, что были поблизости. Я призвал легендарную силу, которая никак не могла оставить меня в живых…

Протерев глаза от крови, я понял, что нахожусь не на поле битвы. Я на дороге, весь изранен и переломан. Но это, пожалуй, меньшая из проблем. Я очнулся в чужом теле и в чужом мире!

Память тела и моя память начали неуместную борьбу за правду о том, кто я. В один миг мне казалось, что я принц Ри́дион по прозвищу Ледяное пламя, наследник королевства Эксве́лерд и магистр Первого звёздного ковена. А в следующий миг я считал себя Георгием Чернобуровым, русским дворянином восемнадцати лет от роду…

Всё осложнялось тем, что я был сильно травмирован. Кровь текла из рассечённого лба, из разодранной руки, из порезанного плеча. Боль пульсировала тут и там, по всему телу. Я огляделся, увидел рядом труп мужчины со свёрнутой вывернутой шеей.

«Отец!» – взорвалось в мозгу.

«Но это не мой отец, не король Эксвелерда…

Да, зато это Петр Чернобуров, отец Георгия, а я теперь в его теле! Значит, он всё-таки мой отец?..»

Жар сделался невыносимым, вонючий дым стал пробираться в лёгкие. Я закашлялся, снова вытер кровь, текущую в глаза.

Мы в автомобиле, вдруг осознал я. Автомобиль, средство передвижения на магической или дизельной тяге. Я внутри него, на заднем сидении, и мы попали в аварию. Отец погиб. Водитель тоже, вместе с пассажиром на переднем сидении.

Я единственный оставался в живых, и надо было выбираться из этого горящего гроба!

Ремень безопасности не отстёгивался. Я вдруг вспомнил, что на поясе висит фамильный кортик. Больше украшение и знак принадлежности к роду, чем оружие – но перерезать ремень сгодится.

Готово! Я попытался вытащить ноги, зажатые искорёженным металлом, и не смог. Нижние конечности вообще как будто не слушались. Я кое-как выдернул их руками, порвав при этом штаны и ссадив кожу. Выполз через разбитое окно, получив ещё несколько порезов. Орудовать приходилось только руками, а ноги тянулись за мной бесполезным грузом.

Оказавшись на снегу снаружи автомобиля, я ощутил исходящую от кузова магию. Но это были не лёгкие испарения от кристаллов, питающих двигатель. Что-то иное, чуждое, и быстро исчезающее.

Рядом возникли люди. Под их ботинками хрустел пропитанный кровью снег. Они осторожно оттащили меня в сторону от горящей машины, перевернули на спину. Лица казались мне знакомыми, только видел я их мутными, будто через толстое стекло. Но я понял, что в безопасности, и…

Умер.

* * *

Объятия смерти нежнее, чем кажется.

В загробном мире нет ничего плохого. Бескрайняя свобода внутри самой бесконечности.

Трудно объяснить это кому-нибудь, кто ни разу не умирал…

Пожалуй, надо рассказать мою историю с самого начала.

Я был рождён как Ридион, наследный принц Эксвелерда, королевства четырёх миров. И я умирал уже трижды.

Впервые – в семь лет. Я упал с крепостной стены и разбился. Помню, как сразу после удара о землю погрузился в мягкое ничто. Словно нырнул в глубокие чёрные воды.

Не знаю, сколько времени я провёл в небытие. Очнулся, когда среди пустоты засияла яркая точка. Она становилась всё больше. И в итоге закрыла собой всё. В ярком свете я увидел маму. Она молча подошла, обняла меня и поцеловала в макушку.

Я очнулся в склепе. Меня успели омыть, переодеть и положить в саркофаг. Хорошо хоть, не задвинули крышку. Пахло сырым камнем, изо рта шёл пар, и тишина стояла такая, что я мог расслышать шаги пауков.

Возвращение к жизни так поразило меня, что я закричал. В тот же миг распахнулась невидимая в темноте дверь, послышались голоса. В усыпальницу ворвались свет кристальных фонарей и мой король-отец. Он молча подошёл, прижал меня к широкой груди и заплакал. От его одежды разило благовониями и дымом.

Тогда я не понял, что значат эти запахи, но чуть позже узнал, что мама принесла себя в жертву, используя древний ритуал своего народа. Это позволило мне воскреснуть, но от матери остались только горстка пепла и шрам на сердце.

Однако дар новой жизни я очень ценил. Несмотря на суету и кучу недостатков, жизнь была гораздо ярче и веселее смерти.

Я начал учиться магии, как мама всегда и хотела. Её талант к Высочайшему Искусству передался мне, а после воскрешения стал только сильнее. Похоже, что энергия матери соединилась с моей, и я обрёл невиданный потенциал.

Меня тренировали лучшие мастера Искусства. Отец поддерживал мои успехи, но не забывал следить, чтоб я учился также политике, риторике, математике и дюжине других наук. Ведь рано или поздно мне предстояло сесть на трон.

В шестнадцать лет я решил, что хочу испытать свои умения боевой магии на практике. Мечтал однажды стать не просто королём, но великим королём-полководцем, а начать решил с малого.

Поскольку я имел образование и титул, мне сразу могли отдать в подчинение полк простых солдат или ковен магов. Но вместо этого я вступил в армию под званием magius milita – то есть как простой боевой маг.

Эксвелерд воевал всегда. За несколько лет я успел побывать в пустынных горах на битвах с орками; участвовал в подавлении восстания големов; без отдыха преодолел три тысячи лиг, чтобы догнать и уничтожить дракона. Я лично нанёс чудовищу последний удар и завладел ядром его силы – особым кристаллом, полным древней магии. Постепенно, по капле поглотив драконью мощь, я стал сильнейшим магом Эксвелерда и одним из сильнейших в Конгрегации союзных миров.

Меня прозвали Ледяное пламя за невозмутимость и способность творить вихри синего астрального огня, в которых погибали враги королевства. Орки звали меня Кхугош, что значило «Беспощадный».

А потом я всё-таки стал командиром ковена магов и отправился на войну, которая без умолку гремела уже тысячи лет. На войну с демонами.

Там-то я и погиб второй раз.

Не сразу, конечно. Перед этим от моей руки пали тысячи демонов.

Хотя нет, кого я обманываю…

Сотни тысяч.

Мой последний бой случился на шестом кругу Иномирья. Наша армия атаковала последнюю крепость демонов в этом измерении – и до какого-то момента мы не сомневались, что победим.

Крепость представляла собой сплошную скалу, покрытую уродливыми наростами. Только пробившись ближе, мы поняли, что эти наросты – гнёзда демонов. Вместе с пещерами в толще скалы они порождали бесконечные толпы чудовищ.

Сражение было масштабнее, чем можно представить. Только в нашем войске был почти миллион солдат – а демонов намного, намного больше.

Не знаю точно, сколько длился штурм. Взрываясь смертоносной сталью и магией, массы людей и чудовищ накатывали друг на друга в течение нескольких дней. Мы с каждым разом пробивались все ближе к цитадели. Маги-печатники уже начали взламывать защитный купол.

Казалось, что победа близка! Но в этот миг появился хан демонов Ур’гуннат: ночной кошмар пятидесяти метров ростом, вооружённый сильнейшей инфернальной магией. И окружённый к тому же свитой из тысячи архидемонов.

До этого мы только слышали легенды об Ур’гуннате, повелителе одного из глубоких кругов Иномирья. Его мощь оказалась намного страшнее, чем в самых зловещих легендах.

Хан демонов нанёс два колдовских удара, и этого хватило, чтобы треть нашей армии перестала существовать. После этого Ур’гуннат что-то презрительно рыкнул и исчез. Прочие твари, до этого застывшие в почтении перед ханом, бросились в атаку.

Мы сражались, но разбитый строй не мог сдержать натиск орды. Дали сигнал к отступлению, и в тылу открылись порталы.

Мы начали организованно отходить. Неся потери, но не такие жестокие, как были бы во время панического бегства.

Когда мы уже приближались к порталам, я заметил полчище адских гончих. Твари зашли с фланга и угрожали перерезать путь. На пятки наступали другие чудовища. Охранные войска возле порталов уже и так сражались с летучими демонами, они не могли нам помочь.

Я отправил свой ковен навстречу врагу. Что случилось дальше – вы уже знаете. Я погиб, но перед этим призвал драконью силу и уничтожил, надеюсь, хотя бы с полмиллиона демонов.

А потом очнулся в ином мире, в теле юноши, который только что погиб в автокатастрофе. Правда, через несколько минут он – то есть теперь уже я – снова умер, едва успев выбраться из машины.

Что теперь? Не знаю. Похоже, что вечный покой.

Минутку, если я в небытие, то почему я мыслю?

И что это за туман?..

__________

Прошлая обложка

2

Кто-то, находясь в этом месте, решил бы, что он умер. Бесконечный серый туман вокруг, плотный, как стена. Как будто висишь внутри грозового облака.

Я не чувствовал плоти, я был просто духом, но точно не мёртвым. Где я? В Иномирье?

– Здесь это место называют Изнанкой.

Игривый женский голос разнёсся вокруг. Серый туман передо мной осветился, будто взошло небольшое солнце. Из круга света вышла лисица – крупная и красивая, с роскошной черно-серебряной шкурой. Некая духовная сущность, принявшая форму животного…

– Духовная сущность? – оскорблённо воскликнула лиса и обнажила клыки. – Я богиня, смертный!

– Не хотел оскорбить, – я вежливо склонил голову. – Но богом я привык называть кого-то более могущественного. Как вас зовут, прелестная госпожа?

Своим чувством магии я мог приблизительно оценить уровень сил «богини», и видел, что он невелик. Будучи в своём погибшем теле, с развитым ядром маны и драконьей силой, я мог бы с ней потягаться. И, скорее всего, победить.

– Я Чернобурая Лисица, как видишь, – помедлив, ответило существо. – Это правда, боги твоего старого мира гораздо сильнее. Но ты всё равно должен быть благодарен, смертный! – она нервно взмахнула пышным хвостом.

– За что?

– За то, что снова будешь жить!

Я не удержался от усмешки:

– И всё?

– Тебе этого мало? Неужели хочешь отказаться от дара?

– Смерть меня не пугает.

– Возможно. Но ты хочешь жить? – Чернобурая упорно пыталась надавить на животные инстинкты.

– Не настолько сильно, чтобы вам служить, – хмыкнул я.

– Дерзкий смертный! – возмутилась богиня. Шерсть у неё на загривке встала дыбом, и туман вокруг потемнел, сделавшись как будто твёрже. – Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?!

Я ответил не сразу, задумчиво обводя Чернобурую взглядом и размышляя, что ей может быть нужно от меня.

– Предлагаю считать, что мы на равных, прекрасная Лисица. Слабая богиня, которой что-то нужно от сильного мага… И сильный маг, которому плевать на смерть. Вы не заставите меня служить, так что лучше нам договориться.

В глубине тумана сверкнули короткие белые молнии, но затем стало светлее. Чернобурка подпрыгнула и приземлилась на возникший прямо из ничего мраморный постамент. Теперь она могла смотреть мне в глаза прямо, а не снизу вверх.

Конечно, никаких глаз у меня не было… Но астральное тело по привычке принимало форму физического, так что, даже будучи бесплотным, я выглядел как человек.

– Хорошо, – сказала Лисица. – Мне действительно нужна твоя помощь. Я потратила много энергии на то, чтобы притянуть сильную душу… Следовало ожидать, что сильный окажется непокорным, – последнюю фразу Чернобурая пробормотала под нос. – Поступим так, смертный. Я на время отправлю тебя в уготованное тело. Когда немного поймёшь, что тебе предстоит, мы увидимся снова.

– О каком теле речь?

– О том, в котором ты уже побывал. Георгий Чернобуров.

– Разве он не умер?

– Умер, – кивнула Лисица. – Но я сумела воскресить его и поддерживать жизнь, пока за дело не взялись человеческие лекари.

– Расскажи мне немного об этом Георгии. Кто он такой, что…

– Ты ведь и сам все прекрасно знаешь. Надо только проснуться, – перебила Лисица. – Ты теперь и есть Георгий. Привыкай…

Открыв глаза, я обнаружил себя на широкой кровати, в просторной комнате. Когда-то богатый, слегка потускневший интерьер в дворцовом стиле. Не королевский уровень, но прилично.

Возле кровати сидела симпатичная девушка, одетая в простое ситцевое платье и белый передник, и вышивала. Природа наградила её не только большими глазами и милыми пухлыми щёчками, но также и пышной грудью. Вырез платья позволял частично разглядеть упругие на вид юные прелести. Память Георгия напомнила, что девушку зовут Ульяна.

Я с некоторым трудом разлепил губы:

– Доброе утро.

– Ой! – служанка выронила вышивание. – Господин! Георгий Петрович!

Ульяна подскочила и в порыве радости кинулась меня обнимать, прижимаясь своей горячей, полной женственной силы грудью. В ответ я смог только погладить её по бедру – оказалось, что сил у меня совсем нет, даже руку поднять непросто.

– Я пойду! Позову! Я сейчас! – девушка побежала к выходу.

Я ничего не сказал, вслед оценивая фигуру и сочные ягодицы служанки. Хороша… Странно, что Гоша даже никогда не пытался с ней флиртовать. Уж я-то в своё время побывал со многими женщинами, и возможностей не упускал. Постоянные игры со смертью приучили к тому, что желаемое надо брать решительно и быстро.

Оставшись один, я осмотрелся. Мои личные покои. Эта комната принадлежала Георгию… мне… всю жизнь. Знакомая безопасная обстановка, в которой я волей-неволей ощутил себя как дома.

Память Георгия теперь стала удобной, как разношенные ботинки. Я спокойно вспоминал всё, что хотел. Информация не удивляла – даже самые необычные для моего старого мира вещи.

Я мог бы поклясться, что прожил на Земле, в Российской империи, всю жизнь.

Распахнулась дверь, и в комнату вплыла стройная дама. Она была во всём чёрном: облегающее платье до пола, невесомая вуаль, изящные перчатки. Я невольно засмотрелся на идеальную фигуру женщины и на мгновение пожалел, что это теперь моя мать – Светлана Григорьевна Чернобурова, в девичестве Вербицкая.

Следом за мамой в комнату влетела моя сестра, четырнадцатилетняя Людмила, тоже в чёрном платье. Всё ещё по-детски милая, но уже по-взрослому красивая девушка. Сердце дрогнуло при виде улыбки на её пригожем лице.

Пригожий… Что за слово? Я понимал, что оно значит «красивый», «миловидный». А потом вдруг дошло, что люди-то вокруг меня говорят на незнакомом, русском языке. Я не сразу это понял, потому что думал на нём же…

– Гоша! – Люда кинулась ко мне.

– Осторожней, Людмила! – мама грациозно сдвинулась с места. – Твоему брату нужен покой.

Люда крепко обняла меня и расцеловала в обе щеки. Следом подошла мама, откинула вуаль и осторожно прикоснулась тёплыми губами ко лбу. Такое внимание со стороны родных и красивых женщин оказалось неожиданно приятно.

Дома, во дворце Эксвелерда, я никогда не испытывал ничего подобного. По крайней мере, после первой смерти. А то, что было до семи лет, я не слишком-то помнил. Тем более что этим утром я покинул чертоги смерти уже в третий раз, и память о старом мире становилась всё тусклее.

Надеюсь, я не забуду прошлые жизни полностью. Там есть многое, что стоит знать.

Кстати, что насчёт магии? В этом мире она есть, а в этом теле?

Есть! Но лишь в потенциале. Ядро совсем неразвитое, ещё спящее. Каналы, понятное дело, тонкие и закупоренные. Предстоит много работы…

– Как ты себя чувствуешь, сынок? – Светлана Григорьевна села рядом на кровать. Люда всё ещё обнимала меня, положив голову на грудь.

– Неплохо, – прохрипел я. – Помню, как мы попали в аварию. Отец погиб?

Мама застыла на мгновение, затем молча кивнула и достала из рукава шелковый платок. Людмила крепче прижалась ко мне, и я погладил сестру по спине.

– Водитель и Сергей Константинович тоже? – спросил я.

– Ты единственный выжил, – ответила мама.

Сергей Константинович Причернобуров был доверенным служителем рода и личным помощником отца. Он участвовал в управлении всеми делами семьи, и его потеря была таким же серьёзным ударом, как потеря отца.

После катастрофы я остался единственным мужчиной в семье, и по закону занимал пост главы рода. Теперь на мне лежала ответственность за мать, сестру и всех тех, кто служит Чернобуровым.

В прошлой жизни я так и не стал правителем четырёх миров. Вместо этого судьба иронично доверила мне управлять маленьким дворянским семейством.

Что же, я и здесь могу проявить себя.

– Сколько времени прошло с аварии?

– Четыре месяца, – сказала Людмила и встала.

– Так много? – удивился я.

В небытие не существует времени, и почему-то я думал, что прошёл всего день или два. Но оказывается, тело Георгия пролежало без сознания целых четыре месяца. Почему богиня тянула?

– Ты сильно пострадал, сынок, – сказала мама, гладя меня по руке. – Слава Чернобурке, что не погиб сразу, как отец, – голос её дрогнул.

– Чернобурка и спасла меня, – сказал я. – Она говорила вам что-нибудь?

Мелкие божки этого мира часто общались со своей немногочисленной паствой. Если тебе поклоняется пара сотен человек, можно на каждого время найти. Поэтому ничего странного в моём вопросе не было.

– Она сказала, что с тобой всё будет в порядке, но это было сразу после аварии, да, мама? – сказала Люда, а Светлана кивнула. – И с тех пор мы ни разу её не видели.

Я кивнул и сказал:

– Авария не была случайностью. Нас хотели убить.

– Что ты такое говоришь?! – воскликнула мать. – С чего ты взял?

– Я почти не помню, как всё случилось. Только как выбирался из машины. Но я уверен, что когда выбрался, то почувствовал магию, исходящую от кузова. Кто-то наложил печать на нашу машину. Вероятно, это и привело к аварии.

– Но как ты мог ощутить магию, ты ведь ещё не пробудил ядро? – возразила Светлана.

Она была права. Но, кроме ядра, привязанного к плоти, существует ещё астральное тело, и чувство магии зависит именно от него. Поэтому моё чувство оставалось прекрасно развито даже в другом теле.

– Теперь я её ощущаю. Думаю, что-то случилось со мной в момент аварии.

– В школе рассказывали, что в шоковых ситуациях дар может пробудиться раньше положенного! – влезла Людмила.

– Так и есть, – нехотя кивнула мама, – но ощущения – это не доказательство. Маги следственного комитета осмотрели машину и ничего не нашли.

– Если правильно настроить печать, то после активации она исчезает без следа очень быстро. Для этого есть особые символы и магограммы, которые грамотный ритуалист легко использует.

Я уже понимал, что магия этого мира не слишком сильно отличается от моей. В принципах, по крайней мере, а с деталями я разберусь. Но всё равно, Георгий раньше не особо интересовался Высочайшим Искусством, поэтому Светлана Григорьевна удивилась:

– Откуда такие познания?

– Я ведь люблю читать, мама. Читал и про магические печати, – я сел на кровати.

Попытался спустить ноги и не смог ими пошевелить. Вместо них шевельнулись неприятные предчувствия и воспоминания о дне аварии.

– Помогите встать, – сказал я.

Светлана Григорьевна и Люда молча переглянулись. Выражения их лиц мне не понравились. Я проследил за взглядом матери и увидел прислонённое к стене сложенное инвалидное кресло.

Вот как. Значит, не показалось. Катастрофа забрала мою возможность ходить.

Я ткнул пальцем в ляжку и ничего не почувствовал. Ударил кулаком – ноль реакции.

– Сынок, не надо, – мама утешающе положила руку мне на плечо.

– Всё в порядке, дорогая матушка. Просто проверяю. Я с этим разберусь, вот уви-и…

Мозги вдруг затопила свинцовая тяжесть. Не договорив, я рухнул обратно на спину и потерял сознание.

3

Я снова очутился в Изнанке, в сером туманном пространстве. Лисица свернулась калачиком на своём постаменте, где теперь появилась ещё и мягкая подушечка. Завидев меня, она села.

Я больше не был бесплотным – сидел на удобном кресле в своём новом теле Георгия Чернобурова. Лисица позволила себе поднять постамент повыше, чтобы взирать на меня с высоты, как и положено богине.

Даже здесь я мог шевелить только тем, что выше пояса, а ноги оставались бесполезны. Мужской орган, надо полагать, тоже. В этом месте он не пригодится, конечно, но вот на Лице, то есть в обычном мире – очень даже.

Я сложил руки на широкие подлокотники и посмотрел в глаза богине:

– Почему я пролежал четыре месяца?

– Потому что я потратила много сил на притяжение твоей души, – обиженно фыркнула Чернобурка, – и на оживление Георгия.

– Так я и подумал. На исцеление тела энергии не осталось, пришлось ждать, когда справится лекарь-человек.

– После смерти главы рода и Сергея Причернобурова я потеряла почти всю мощь! – не по божественному оправдывалась Лисица. – Ты ведь должен понимать, когда у тебя мало почитателей…

– Каждый на вес золота, – согласился я. – Давайте к делу, прекрасная. Что именно вы хотите от меня?

– Очень просто: возвышения и расширения рода.

– То есть расти и размножаться? – усмехнулся я.

– Не воспринимай так буквально, смертный…

– Что взамен? – перебил я.

– Для начала – возможность ходить, – проговорила Чернобурка.

– Очень удобно поселить меня в калеку и пообещать исцеление. Знаете, я могу справиться и без вас, с помощью магии.

– Со спящим ядром?

– Для меня не проблема его разбудить.

Туман вокруг потемнел. Чернобурая не могла скрыть своего раздражения. Она пару раз резко взмахнула хвостом и нахмурилась, не спуская с меня глаз.

– Хорошо, – процедила Лиса. – Я знаю, что ты можешь встать и сам. Но сколько времени это займёт? А я накопила достаточно сил, чтобы исцелить тебя мгновенно.