- -
- 100%
- +
– Следи за языком, пока тебе его не оторвали, – наклонившись к лицу собеседницы настолько близко, что та, испугавшись, механически сделала шаг назад, Лера прошептала на ухо, медленно, так, чтобы поняли, – не у всех есть столько терпения, как у меня.
– Девочки, ну хватит вам, – не отрывая лика от смартфона, Аида вновь загнусавила, размахивая свободной рукой вверх-вниз, – сядьте и успокойтесь.
Но её слова остались за сценой. Молча, Лера, придерживая Мию за ладонь, вернулась в кабинет, не оборачиваясь. Подруги не разговаривали, не смотрели друг на друга. Они почти не замечали присутствия человека, пока Мия неожиданно не заговорила.
– Мне здесь не место.
Со временем в героине росло желание поговорить с таинственной незнакомкой. Несмотря на ежедневные встречи на уроках, Мия не могла найти в себе смелость, чтобы подойти и завести диалог. Она часто думала, как это произойдёт, но никогда не доводила мечты до реальности. Оставался месяц до конца учебного года, пока не начнутся летние каникулы. Времени не хватало, поэтому ранее ненавистная физическая культура сейчас так сильно полюбилась Мие. Здесь она без угрызения совести могла практически ничего не делать, любуясь плавной грацией одноклассницы. Пока остальные учились выживать после тяжёлых, как выстрел пушечного ядра, ударов. Иногда Мия представляла себя участницей группы болельщиков мирового масштаба. Потому как профессиональные навыки в играх Лии достигали необъяснимых габаритов. Она хорошо ориентировалась в пространстве, была вынослива и сильна, знала слабые стороны противников и использовала их. Её отточенные навыки настолько сильно раздражали одноклассников, что иногда тренер оставлял Лию в команде самых слабых учеников. И даже в таком случае иногда ей удавалось побеждать. Любые командные игры, где Лия не могла выступать только за себя, очень часто сводились к тому, что она практически не взаимодействовала с напарниками, забивая удары или голы только своими силами. Однако, в вышибалах или стритболе один на один равных ей не было. Лия выигрывала одноклассников, кто был на несколько голов выше неё и сильнее комплекцией. Это не могло не раздражать, отчего очень часто мальчики отказывались играть, если Лия не являлась участником их команды. На разминке в начале урока всегда присутствовала проблема. Почему-то люди отказывались стоять в паре с ней, придумывая нелепые отмазки или находя заранее партнёра. Поэтому очень часто Лия разминалась со стеной или теми, кто опаздывал. В один день так произошло с Мией. Задержавшись перед уроком, по той причине, что Света соврала о следующем занятии, героиня пришла последней. Истощённая и мокрая, она поначалу не понимала, почему на неё кричит тренер и смотрит весь класс.
– Иди в пару с Лией разминаться, сегодня играем в волейбол, – Сергей Николаевич – брутальный сильный мужчина высокого роста, но с отсутствием волос. Очень часто за спиной его называли Глобус. Однако, зная о кличке, он несильно печалился. Сергей Николаевич при каждом промахе ученика, начинал гневно орать так, что ни один свисток не перекричал его.
– Я не умею играть в волейбол, – завязывая на ходу волосы в хвост, Мия озадаченно взглянула на учителя, который пестрил сияющей, ехидной улыбкой.
– Научишься, – сладко растянул он, причмокивая.
– Тренер! – подбегая к старшему, Лера махнула рукой, глубоко вдыхая для восстановления кислородного баланса в организме, – можно я пойду к Лие, а Мия встанет со Светой?
– Нет! Я хочу на это посмотреть, – смакуя слова, как мёд, учитель наблюдал за размеренной походкой Мии, – чё застыли? Работать всем!
Лера провожала растерянным взглядом Мию, пока та не прошла под натянутой сеткой, скрывшись в другом конце зала, где стоял один человек. Кажется, только героиня не понимала происходящего. Она бросила красную сумку-мешок на лавочку, испытывая тот трепет, который был у неё при виде Лии первый раз в спортивном зале.
– Здравствуйте! – крикнула она любезно, размахивая рукой, – я не умею играть в волейбол. Простите меня за это!
Большая часть класса из-за фонового шума не слышала того, о чём говорила парочка на другом конце, однако, почти все взгляды были устремлены именно туда.
– Сейчас начнётся, – улыбаясь во все передние зубы, Света наклонилась, чтобы лучше рассмотреть за тем, что происходило под сеткой.
– Зачем он её туда поставил? Мия не умеет играть.
– А я будто умею! – закричала в протесте Света, вознося руки над головой, – она меня избила! Исколошматила этими сраными мячами так, что я встать с постели не смогла! И в голову ни раз прилетало, ненормальная! А этот старый мудила только смеётся! – она кричала на всю округу, размахивая ладонями, недовольно фыркая и истерички смеясь.
– Успокойся, Света, – отчаянно вдыхая, Лера опустила глаза и отвернулась, глубоко в душе надеясь, что всё обойдётся.
Прошло не больше пятнадцати минут прежде, чем учитель свистнул, окликнув весь класс. Стук мячей прекратился, и двадцать четыре ученика медленно подбежали к нему. И какого же было их удивление при виде Мии. А она практически не изменилась. На её лбу даже не проступил пот. Мия встала недалеко от тренера, смущённо ковыряя носочком пол. Неподалёку от неё находилась Лия, оказавшись ближе к стене, она держала мяч, прислонив его к боку.
– Сейчас я вас раскидаю на команды. Если Мия не умеет играть, значит, поступим так. Вы идёте туда, а вы… – он разбил класс на две команды по шесть человек, а остальных отправил отдыхать. И пока шла жеребьёвка, Лера, не теряя времени, подошла к подруге, бросая враждебный взгляд на тёмную фигуру позади.
– Ты как? – осматривая тоненькие ручки, махина гладила мягкую кожу, пытаясь обнаружить повреждения.
– Всё хорошо, только… – тихонько простонала Мия, обидчиво надувая губы, – я чувствую себя такой неумехой. Я видела, как она поддаётся мне, как ей скучно, но ничего поделать не могу, – героиня почти плакала, покрывшись мелкими красными пятнами.
Переживая небольшой шок, Лера обняла Мию, прижав голову подруги к груди, а затем отвернулась, чтобы обдумать услышанное. Она ни раз бросила в сторону Лии взгляд, но её не заметили. Одноклассница ушла туда, куда указал учитель, ожидая начала игры, равнодушно рассматривая узоры колец на стенах, под пристальным взором грозного титана.
Началась игра. В тусклой части спортивного зала в команде присутствовали аутсайдеры и Лия. Она стояла на первом номере. Неподалёку, в середине, Мия на шестёрке крутила любопытно головой по сторонам, пугаясь каждого резкого звука. Героиня не понимала, что нужно делать, она с трудом воспринимала игру, ориентируясь только на те знания, которые получила при просмотре матчей по телевизору и тому, чему научила её Лия в течение пятнадцати минут. Одноклассница показала, как отбивать мяч снизу и сверху, не более. Между ними даже не состоялось диалога.
Правой команде в этот раз благоволила судьба. Они начинали первыми, а это значило, что Лия должна подавать. Перешагнув за штрафную линию, одноклассница отступила на пару метров. Со свистком, мяч взмыл в воздух, лёгкой поступью Лия разбежалась, подпрыгнула и, вложив немалую силу, ударила. Оглушительный драконий рёв заполнил спортивный зал. Снаряд прилетел точно в цель, сбив противника с ног. Это был Юлий. Натянув недовольное лицо, он, извергая худшее из недр грязной души, кричал и ругался, как матёрый, пожилой сапожник. Тренер его тут же заменил другим мальчиком, и игра продолжилась. Однако, в корне не изменилось ничего. Лия продолжала забивать голы, периодически попадая в учеников. Им колоссально везло, если мяч бил по руке или ноге. Но те, кто много болтал и отвлекался, очень рисковали. Удар в лицо не мог сломать носа, но гул в черепе и огромный кровоподтёк на губе оставались на протяжении суток. И это меньшее, что оставлял коронный выстрел. Поэтому некоторые, заранее опасаясь повреждений, уворачивались от мячей, не пытаясь их отбить. Единственным претендентом на эту роль оставалась Лера, но она находилась под сеткой, поэтому не могла помочь на приёме. Хотя ребятам однажды всё же повезло отбить кручёную подачу.
Вторая команда вела со счётом 14:0, когда как первая ни разу даже не перебросила мяч на другую сторону. Однако, всё бывает впервые. Отойдя за линию, Лера приняла удар на себя, пока пасующий ожидал момента. Они очень ловко разыграли мяч. И пока низенький, худенький, но крайне шустрый мальчишка передавал парашютом пас, Лера в этот момент разбежалась, оттолкнувшись за линией, чтобы наверняка не получить штрафа. Её шаги сотрясали пол всего спортивного зала. Она, как дракон, возвысилась над сеткой, сокрушая видом противников. И, наконец, ударила. Выстрел летел точно в середину шестого номера, пока Мия, рассматривая первую команду, пыталась понять, у кого находится мяч. Она вплотную не видела надвигающуюся опасность. А Лера, поздно осознав, что натворила, прикрыла рот рукой, замерев на месте. Должно было произойти что-то страшное. Но в последнее мгновение мяч отбили. Тонкая, длинная рука, сплошь покрытая плотной, чёрной тканью, выскочила перед лицом Мии. И отшвырнула снаряд в стену кулаком. С грохотом мяч влетел сначала в лавочку, затем отскочил под потолок, приземлившись на другой стороне зала.
Мрачная тишина повисла в сырых стенах старой школы. Несколько долгих, утомительных секунд девочки переглядывались друг с другом, осознавая, что произошло. И когда Лера, наконец взяв себя в руки, решила подойти, Мия, помахала обеими руками, напугано улыбнувшись.
– Всё в порядке, – произнесла она еле слышно тоненьким, слабым голоском.
Затем героиня повернулась к Лие, что стояла в полуметре, опустив сильно голову, будто рассматривала нечто на полу.
– Спасибо, – также тихо обратилась к ней Мия, поджимая губы. Она надеялась, что не расплачется от страха. Но молчаливая особа ей не ответила. Однако, в груди почему-то резко стало очень горячо.
К сожалению, гол не был засчитан левой командой. В прыжке Лера случайно коснулась животом сетки, поэтому счёт изменился в сторону команды аутсайдеров. Продолжая уничтожать противников, Лия вывела игру в тотальную аннигиляцию. Могло показаться, что после случившегося, она решила больше не оставлять команде шанса на хоть какой-то иной расклад событий, доведя счёт до 25:0. Лера после оплошности не прикасалась к мячу до конца игры. Расстроенные и уставшие, ученики потоком покидали спортивный зал, толкаясь в узком, пропитанным потом и сальными волосами, коридоре, где невыносимо моргала белая лампочка. Мия с Лерой не торопились и шли позади, потому как героиня не имела привычку куда-то спешить, а подруга ненавидела нарушение личных границ. Но они не одни придерживались подобного мнения. Отбивая мяч от стены, Лия также держалась поодаль, иногда посматривая на толпящихся дерьмоедов в коридоре. И только сейчас Мия поняла, что никогда не видела одноклассницу в раздевалке со всеми остальными.
С того самого дня героиня стала ежедневно желать странной однокласснице «Доброго утра», любезно улыбаясь и активно размахивая ладошкой в разные стороны. Подобное поведение очень негативно воспринимали старые друзья. Но если Лера предпочитала игнорировать радушие Мии, то Света с Аидой старались всячески отстранить девушек друг от друга, мешая зрительному контакту, уводя одноклассницу подальше. Но это не мешало ей улыбаться, когда их взгляды каждый раз мимолётно сталкивались на перемене или уроке. Ведь чем больше Мия наблюдала, тем сильнее хотела узнать о незнакомке всё. Она владела малыми крупицами информации, которые могла собрать благодаря совместной учёбе. Но даже так, её искренний, неподдельный, и, главное, сугубо личный интерес рос в геометрической прогрессии. Со временем она поняла, что Лия не просто любитель и знает многое в разных отраслях. Одноклассница – перфекционист и доводит каждую деталь до совершенства. Лия могла дать фору не только в спортивных играх или отжиманиях на время, но и в языкознании, литературе и математике. Единственным существенным противником для неё являлась Лера, возможно, в борьбе без правил между ними получилась бы ничья.
Так как Мия перестала слушать россказни подруг, она на каждом уроке физической культуры с удовольствием в пару звала Лию. Точнее, девочки просто начинали заниматься без разговоров. И благодаря скромной, но отчётливой наблюдательности, Мия поняла, что в действительности Лия ведёт себя очень сдержано. Это касалось не только манер. Она наблюдала за ней со стороны и ни раз видела, с какой силой и скоростью била та по мячу. И несмотря на то, что девочка значительно поддавалась, Мие было некомфортно. Полное отсутствие навыков давало о себе знать. Но однажды, потея из последних сил, героиня несколько раз подряд отбила подачу, почти попав в руки оппоненту. Удивлённая увиденным, Лия, прислонив мяч к талии и прижав его локтем, несколько раз ударила в ладони и произнесла: «Молодец». И хоть Мия с трудом расслышала голос одноклассницы, она поняла, насколько тот необычный. В своих мечтах героиня представляла его бархатисто-нежным, плавным и тягучим, сладким, как мёд, но в действительности он был грубым и холодным. В нём звучала свежесть, ясность и чёткость. Его без труда можно разделить на отдельные составляющие и все они будут одинаково восприниматься на слух. Заливной, яркий, как звон вдохновляющего, предвещающего что-то хорошее, колокола.
Утро началось с небольшого среза знаний по информатике по теме: «Компьютер и его программное обеспечение». Адам Уилсон общался странным, вечно меняющимся тоном. Он владел велеречивой речью и вечно бегающим из стороны в сторону суетливым взглядом. Ясно понимания, что ни один ученик старшего класса не воспринимает урок, как нечто важное, мужчина прибегает к возмездию: коварной, скрытой мести, подпортив в конце года успеваемость двух дюжин детей. Парочка, особо хитрых, готовых к выживанию в суровых условиях, персонажей умудряются подглядеть ответы у соседей. Отличники справляются с тестом не без труда. А вот остальные, где в числе несчастных находилась Мия, не знали, что делать дальше. Поначалу она самостоятельно отвечала на вопросы, которые не вызывали трудностей. Что такое «ПК»? Выберите из списка, что является программным обеспечением: BIOS, Paint, Photoshop, Music. Можно ли удалять папку под названием «Windows»? Но с каждым последующим вопросом, задание усложнялось. Появлялись новые заклинания, прочесть которые Мия боялась. И очень скоро оказалась в тупике.
– Ты чего такая грустная? – спросила Лера, отодвигая подальше от парты стул.
– Я не справилась, – поникнув взглядом, Мия не смотрела на одноклассницу, опустив голову на прохладную, зелёную столешницу.
– Кушать не пойдёшь? – мягко положив ладонь между лопаток, Лера погладила подругу, проведя рукой вверх-вниз по позвоночнику, – ничего, ещё научишься. Это не конец мира.
– Я принесла еду с собой, – её голос дрожал, она медленно краснела, пряча лицо за руками.
Понимая, что дальнейший разговор не имеет смысла, Лера, бросив печальный взгляд, покинула кабинет последняя, оставив подругу одну.
Ну, или почти одну. В помещении находился ещё один человек. Странная девочка с задней парты, кажется, тоже никуда не собиралась. Поначалу она внимательно что-то записывала в толстый, обтянутый мягкой кожей, красный блокнот. Мия пристально, но незаметно, следила за ней, пряча лицо за ладонями. Вскоре, девушка это заметила, но никак не отреагировала.
Тогда, почувствовав невыносимое одиночество, Мия подняла корпус и рассмотрела одноклассницу не из укрытия. Та продолжала заниматься делами: сначала протёрла перчатки антисептиком, потом салфеткой прошлась по блокноту, столу и портфелю, поправила сползающую маску с лица и затянула хвост на затылке. Воодушевлённая Мия смотрела без зависти, наслаждаясь монотонностью, плавностью её движений. Грёзы мгновенно рассыпались во время урчания желудка. Немного смутившись, Мия взглянула на посиневшие от холода пальцы, она хотела избавиться от сковывающего чувства, благодаря которому не способна открыть рта. Но неожиданно к ней пришло озарение. Ведь героиня никогда не видела Лию в столовой и вообще, чтобы она куда-либо выходила, кроме перемещения класса в другое помещение.
– Ааа… – начала разговор Мия, привлекая внимание. Лия тут же повернулась на звук, кажется, несильно удивлённая произошедшему.
– У тебя тоже нет денег на обед? – стыдясь собственных слов, Мия закусила нижнюю губу, ковыряя пальцами отломанный кусок древесины от стула Леры.
– Нет, я – вегетарианка, – однако, это было совсем не то, что ожидала она услышать. Почти сразу же Лия достала из чёрной, холщовой сумки контейнер с едой и одноразовые столовые приборы из бамбука, завёрнутые в прозрачный пакет.
Одноклассница ела столь элегантно, сколько вела себя. Она жевала минимум двенадцать раз прежде, чем проглотить пищу, не снимая чёрной маски с лица. Лия аккуратно отодвигала нижний край ткани, чтобы поднести еду ко рту, а затем вытирала губы салфеткой. После трапезы девушка заменила маску, отвернувшись к стене.
Мия больше не могла находиться в кабинете. Смущение и стыд столь сильно поглотили её сознание, что на лице не осталось места без покраснения. Она заметно опухла от нахлынувших, мелких, детских слёз. И несмотря на то, что героиня не издавала ни звука, присутствовало ощущение, будто Лия обо всём догадывалась. Поэтому сразу после разговора девочка убежала на улицу, прикрывая рот рукой. Она почти не видела пола, пелена боли размывала все знакомые силуэты в чужие, озлобленные кляксы. Шмыгая маленьким, влажным носиком, Мия ориентировалась наощупь, аккуратно спускаясь к запасному выходу на задний двор.
По чудесному обыкновению снаружи правила весна. Иногда она немного гневалась на людей, посылая им незаметный, тёплый дождь и серые, редкие тучи. После таких неблагосклонных дней трава росла в два, а то и три раза быстрее, закрывая притоптанные дорожки и даже разбитый асфальт зелёным, мягким покрывалом. С удовольствием ученики наслаждались погодой на природных перинах, наблюдая за плывущими в небе облаками. Порою южный ветер колыхал их волосы, отправляясь прочь, подальше, чтобы никто не успел ухватить его за хвост. Он облетал все окрестности, каждый угол школьного двора, заборы и крышу, пробегая вдоль кустов цветущих тюльпанов, нераскрывшихся ирисов и фиолетовых петуний на белыми поребриками ограждённых клумбах. Ему нравилось тревожить всех в этом маленьком, особенном мире. Но одного врага напуганный ветер боялся и старался обходить стороной. Это был громадный, многолетний дуб. Его глубокие, толстые корни сломали вокруг асфальт. Торча снаружи, они мешали прохожим, те по невнимательности часто спотыкались, ругаясь на старое, повидавшее многое растение. Толстый стебель не колыхался во время шалости ветра, пока маленькие, шумные листья кричали в страхе, чтобы тот уходил прочь. Дереву неважна непогода или гнев людской. Оно прожило внушительный эпизод в истории, желая лишь одного. Чтобы его дети служили воле невидимого.
Спрятавшись под могучими лапами союзника, Мия обхватила руками широкий ствол дерева, положив ноги на мягкую, глянцевую траву. Услышав стоны несчастной, молодой белый кот с двумя чёрными пятнами на мордочке ластился об коленки, оставляя на брюках клочки шерсти. Свободной кистью Мия гладила колючую шубу доброго, маленького друга, продолжая тихонько переживать горе, изредка всхлипывая. Скудные, горькие слёзы стекали по круглому, уставшему лицу. Мия не кричала, не пестрила эмоциями, мимика её выражала жуткую печаль и боль. Пустой, стеклянный взгляд направленный на одинокое, затёртое до земли с примесью камней, поле. И только непослушный хулиган всюду следовал по пятам. Ветер подхватил её несчастье, пытаясь унести его далеко-далеко, возвращаясь исключительно с хорошим настроением, лаская мягкие, маленькие ушки, оставляя на них красные, аккуратные поцелуи. А затем, как верный друг, исчезал, даря напоследок ощущение пустоты и спокойствия.
Возвращалась Мия в класс с лёгкой усталостью в ногах и слабой, но настоящей улыбкой. Она успела до наступления следующего занятия. Практически дойдя до рабочего места, героиня столкнулась с подругами, они громко разговаривали подле доски, вытирая чёрный маркер плотными губками.
– О, Мия, а почему я не видела тебя в харчевне? – Света, лишённая такта и всяческих норм приличия, задала вопрос так, что даже во время шумной перемены его все услышали. Ноги Мии подкосились, но с лица улыбка не исчезла. Опустив блеклый, тёмный взгляд, она поджала губы, но сказала.
– Я взяла еду с собой.
Голос героини звучал так, будто она сама себя в этом убеждала. Не найдя, что ответить, Света потеряла интерес, вернувшись к активному разговору с Аидой и Наташей. Вновь страх заполнил сердце Мии. Она обернулась, чувствуя спиной горячий, тяжёлый взгляд. Так и было. Лия, положив голову на ладонь, с любопытством наблюдала за происходящим, как единственный зритель в безликом театре теней. В тот момент Мие показалось, что глаза одноклассницы неестественно горят под ярким светом дружелюбного светила.
Началась неделя контрольных и нормативов. Почти каждый уважающий себя преподаватель перед экзаменами проверял учеников на знания и готовность. Раньше всех к проверке приступил учитель физкультуры, имея в арсенале дюжину разных направлений нормативов от бега и подтягиваний до бросков баскетбольного мяча в кольцо. Но благодаря природной лени и коротким урокам, он не успевал проверить двадцать четыре ученика, включая отсутствующих, поэтому оставлял неинтересное на задний план. В его распорядке сегодня взвод должен был сдать прыжки в длину с места и с разбега на улице, используя длиной три метра яму, набитую песком в качестве подушки безопасности. Немногие остались недовольны после этой новости, но перечить Сергею Николаевичу никто не стал. Поскольку большинство заранее осведомлены о присутствии более сложных, скорее всего, невыполнимых заданий таких как, подтягивания с минимальным количеством для девочек от семи раз, а для парней от девяти раз, челночный бег, бег трёх километров на время и ещё много другое. Не больше пяти человек смогли бы сдать всё на оценку «удовлетворительно» и буквально двое на «отлично», подкрепив физическую подготовку феноменальными теоретическими сведениями об оказании первой помощи или знаний правил игры в боулинг.
Погода благословила урок, дав ему возможность состояться снаружи, без дождя или мелкого, вредного града. Ученики, выстроившись в ряд по росту, стояли перед спортивной площадкой на дорожке для бега на стадионе. Им в лицо слепило нещадное Солнце, пока Сергей Николаевич ходил вдоль строя в чёрных солнцезащитных очках, неприятно чавкая, перемалывая жевательную резинку. Он внимательно смотрел в классный журнал, отмечая отсутствующих. С каждой последующей пропажей лицо его искажалось в неприязни, будто факт нехватки учеников вызывало у мужчины тошноту. Затем он засунул ручку между ухом и головой, громко цокнув языком.
– Нда уж… – растягивая гласные, Сергей Николаевич с пренебрежением осмотрел мальчиков, расставляя руки в разные стороны, – ну что, орлы комнатные, начнём с вас? – мужчина перевёл взгляд на девочек, растягивая улыбку максимально широко, – а потом приступим к дамам.
Бодрой походкой под громкие насвистывания физрука, мужская половина класса переместилась на десять метров влево к песчаной яме. Девочки спрятались под молодыми берёзками от тошнотворной жары, там же, недалеко, лежали их сумки и сменная обувь.
– Ну нельзя быть потише, а? – размахивая руками, как опахалом, Света, мельтеша из стороны в сторону, сильно дула губами, выражая искреннее недовольство.
– Холодно – плохо. Жарко – тоже плохо. Тебе не угодишь, – подытожила Аида, усевшись на сухую, притоптанную траву.
– Я бы посмотрела на тебя с моим метаболизмом, – подруга продолжала мелькать перед глазами, как поломанный телевизор.
– Света, ну сядь уже, раздражает, – не выдержав монотонного хождения, Лера, что сидела вплотную к Аиде, касаясь её плечом, рявкнула, подобно сторожевой собаке, вытерев слюни с губ тыльной стороной ладони.
– А что ещё делать? – остановившись, одноклассница уставилась на маленькие силуэты мальчиков вдали, прищурившись, – рассказывайте, кто чем вчера занимался?
– Я с родителями в кино ездила, – горделиво ответила сразу же Аида.
– А я огород копала, все руки в кровь стёрла, – доказывая сказанное, Лера развернула девушкам затёртые до плоти кисти, кое-где измазанные зелёнкой.
– Фу, тебе разве не больно? – скукожившись, как забытое яблоко на Солнце, Света отвернулась, показательно прикрыв рот рукой.
– Вчера было, сегодня уже нет, – повернувшись к подруге, что молчаливо пристроилась между кофром и деревянной лавочкой, Лера вскинула брови, добродушно улыбаясь, – а ты чем занималась? – она не отводила любопытного взгляда от футляра, который по форме очень сильно напоминал знакомый инструмент.
– С мамой лежала, фильм смотрела, – ковыряя маленькой, короткой палочкой землю, Мия ответила без интереса, блуждая по собственным, неосязательным просторам. Но оттуда её достал пронзительный, неприятный смех Натальи.