- -
- 100%
- +
Сначала отличная учёба, потом олимпиады, на которых он всегда был первым – всё это отнимало у него уйму времени, так что на личную жизнь не оставалось ничего. Хотя он и был симпатичным парнем и нравился своим сверстницам. Набравшись смелости, он положил свою руку на колено Кристине. Девушка сперва сделала вид, что не замечает этого, только сидела и думала про себя: «А мальчик-то ещё не опытен».
Эрнст вообще по своей натуре был крайне дерзким молодым человеком. Не так, чтобы эта черта переходила в откровенное хамство, он всегда чувствовал меру. Вот и теперь, когда Кристина через мгновение мягко убрала его руку со своего колена, Эрнст понял, что на этом пока пора остановиться. Между ними уже проскользнула искра первого намёка и это не было неприятным для девушки. К тому же он ещё не знал насколько крепки узы, связывающие её и Виталика. Для этого ему требовалось время.
До конца фильма они просидели спокойно и когда «Остров» закончился и в зале включили свет, Кристина как ни в чём не бывало спросила его:
– Ну как, тебе понравилось?
– Очень! – двусмысленно ответил ей Лебедев.
Они вышли из здания «Авроры» и не спеша направились домой, в своё общежитие. Мокрый снег уже к этому времени прекратился, лишь порывы ветра со стороны Балтики напоминали о том, что на дворе стояла середина ноября.
– Ты не говори, пожалуйста, Виталику о том, где мы были, – попросила вдруг Эрнста спутница.
– А ты что стыдишься?
– Нет, просто ещё рано ему об этом знать, – мягко пояснила Кристина, взяв Эрнста под руку. Парень молча кивнул, и они пошли не спеша дальше.
Вскоре пред ними из мрака ночи, а время было уже довольно позднее, выступил силуэт общежития. На крыльце уныло горела лампочка и освещала табличку малинового цвета с золотыми буквами: «Общежитие факультета биофизики Санкт-Петербургского государственного университета».
– Ну пока, кавалер, приятных тебе снов, – сказала Эрнсту Кристина и пожала ему руку.
– Спокойной ночи, – ответил ей парень и остался смотреть, как она поднимается по ступенькам входа. Эрнст достал свою пачку «Кэмела» и зажёг одну сигарету. Пуская облака дыма, он уставился на уже чистое, без туч, ночное небо и принялся отыскивать на нём знакомые ему созвездия. Но вскоре его сигарета догорела, и он бодро поднялся ко входной двери. Время было позднее, а завтра ему снова предстоял напряжённый день.
Поднявшись к себе, он увидел спящего Виталика. «У него невесту уводят, а он спит как слон», – зло подумал Эрнст и тоже улёгся, не включая света, в свою кровать.
2
Учёба наших юных героев шла медленно вперёд. Очень скоро выяснилось, кто из них на что был способен. Разумеется, Эрнст учился практически по всем предметам на отлично, сказалась его хорошая школьная подготовка и его светлая голова. Кристина же и Виталик не могли похвастать такими же успехами на учебном фронте и ползли с троек на четвёрки. Но Виталика этот факт печалил не особо. Ведь, чтобы получать стипендию, необходимо было иметь по результатам сессии хотя бы одну оценку «хорошо». Остальное было неважно, полагал он. Как и всегда, в молодом человеке преобладал голый практицизм. И хотя он совсем неплохо сдал вступительные экзамены, учебный материал университетского курса оказался отнюдь не легче школьной программы – совсем наоборот, приходилось изрядно стараться, чтобы получать даже свои четвёрки, о большем он и не мечтал.
Примерно в том же духе рассуждала и Кристина Бельская. Мадам Кюри она себя не считала и в учёные с мировым именем не метила, да и зачем было прилагать столько усилий, когда на место учителя в их деревенской школе возьмут и с одними тройками?
Совсем другое дело – Эрнст. Помимо отличной учёбы, он умудрялся ещё и подрабатывать на полставки в лаборатории кафедры профилирующего предмета. Воистину, он казался Кристине семижильным и порой приводил её в восхищение своим трудолюбием и своей ясной головой. Совсем не то, что Виталик – этот практичный увалень, жизнь которого была уже спланирована на годы вперёд – думала девушка.
Но Виталика теперь терзали совсем иные мысли земного характера. Он стал замечать некоторое охлаждение Кристины по отношению к нему. Всё чаще, когда он звал её побыть с ним наедине днём после занятий, пока Эрнст был в своей лаборатории, она отвечала ему отказом, ссылаясь на учёбу, на выполнение домашних заданий и тому подобное. Виталик был не слишком опытным молодым человеком и не знал ещё настолько хорошо женщин, чтобы понять, что за всем этим кроется возможный соперник. Но однажды, после очередного отказа Кристины в интиме, ему в голову пришла светлая мысль.
Он должен за ней проследить! Правду ли говорит она, постоянно наговаривая на трудную учёбу и необходимость готовиться? Это он очень скоро узнает.
После занятий, когда Виталик уже не надоедал своей девушке вечными просьбами, он сослался на то, что ему необходимо отлучиться по своим делам, отстал от Кристины и принялся пристально за ней наблюдать. Бельская, ни о чём не подозревая, конечно же обрадовалась тому, что ей не придётся тащиться с Виталиком в общежитие и в очередной раз выслушивать его. Вместо этого она свернула по направлению к главному корпусу и предвкушала свою встречу с Лебедевым. Позади, стараясь не привлекать внимания, за ней шёл Виталик. Когда Кристина была на месте и исчезла за входной дверью в главный корпус, Виталик задумался и не пошёл дальше.
Его стали терзать разные мысли. «Что ей надо там после занятий?» – мучился Озеров и не находил ответа на свой вопрос. Он вернулся один в своё общежитие и решил после короткого отдыха пойти в читальный зал. Озеров преследовал две цели – хотел позаниматься сам и заодно проследить появится ли Кристина в библиотеке.
Виталик просидел до глубокого вечера в Научно-Технической библиотеке университета, но Кристина там так и не появилась. На улице уже стемнело, когда грустный Виталик возвращался. По дороге он решил свернуть и пройти мимо главного корпуса. Он посмотрел на часы, было без четверти восемь. «Вскоре Эрнст заканчивает свою смену», – подумал Виталик и понадеялся встретить своего друга по дороге домой. Ровно в восемь он уже стоял в вечерних сумерках перед входом в главный корпус и ждал. Вскоре в дверях появился Эрнст, но, как увидел Виталик, он был не один, а с девушкой, в которой несмотря на сумерки он без труда узнал Кристину.
Виталик перестал так откровенно пялиться в их сторону, не желая привлекать к себе внимания. Он даже отвернулся. «Так вот чем занимаются наш лаборант и моя Крис!» – думал он и уныло брёл, опустив глаза. Такого от своего товарища он, конечно же, не ожидал.
Домой он пришёл поздно. Эрнст был уже на месте и что-то писал в своей толстой тетради, сидя за столом в комнате.
– Ты где шатался? – не поднимая головы от стола, спросил его Лебедев.
– Был в библиотеке, – уныло ответил Виталик, пытаясь скрыть своё плохое настроение. Но Эрнст не обращал на него никакого внимания и Виталик постепенно взял себя в руки. «Жизнь на этом, конечно, не кончается», – подумал он и на душе у него стало легче.
Через некоторое время оба улеглись уже спать, и Виталик тут же крепко уснул, легко похрапывая. Эрнст же долгое время ворочался в своей кровати – у него из головы не выходили события сегодняшнего дня. День был примечателен тем, что он впервые познал женское тело. Сегодня, когда Кристина была в его лаборатории, он вступил с ней в интимную близость. Эрнст вспоминал до мелочей свои чувства при этом и пытался ответить себе на вопрос – было ли это столь волнующим, как он представлял это раньше, или совсем наоборот? В любом случае это было звериное ощущение обладания самкой, какого он не ведал прежде.
Всё началось с того, что Кристина, что-то спросив его, настолько близко приблизила к нему своё лицо, что её волнистые светлые локоны защекотали нос Эрнста. Тут он вдруг понял, что пора решительно действовать. Он обнял девушку и впился в её губы долгим поцелуем. Она не отстранялась – совсем наоборот – голодно вцепилась в него. Некоторое мгновение они целовались, обнимая друг друга. Потом Эрнст резко повалил её животом на стол, за которым обычно занимался, и, подняв ей юбку, резко содрал с неё нижнее бельё. Кристина тихо стонала и не сопротивлялась. Эрнст стал снимать свои штаны, но от волнения пальцы запутались в пуговицах ширинки, он стал нервничать. Наконец ему это удалось, и он резко и поспешно вонзил свой член между ног девушки. Она застонала громче…
Затем Эрнст наконец достиг оргазма. Примерно одновременно с ним перестала стонать и девушка. Издав последний громкий стон, она успокоилась и, освободившись от хватки Эрнста, встала со стола и стала приводить в порядок одежду и волосы – её локоны сильно растрепались во время секса. Эрнст устало сел на стул, он волновался, что кто-нибудь постучит в лабораторию в этот момент. Но нет, всё было тихо.
Усталый, но довольный, он достал пачку сигарет и закурил одну. Кристина попросила у него сигарету, чтобы сделать пару затяжек. Эрнст медленно, без слов, протянул ей тлеющий окурок и отрешённо уставился на клетку с Яшкой, который всё время действия стоял на задних лапках, прыгал и неистово пищал, как будто догадываясь, чем занимались люди…
Эрнст, погружённый в свои мысли, вдруг почувствовал эрекцию. «Это нам сейчас вовсе некстати», – подумал он и перестал ворошить в памяти события сегодняшнего дня. Через несколько минут он уже спал. Ему приснился совершенно идиотский сон, что Кристина вступила в половую связь с Яшкой, который был огромных размеров – величиной с собаку… Эрнст заворочался при этом, что-то бормоча во сне, и перевернулся на другой бок. Вскоре только мерное дыхание двух спящих молодых людей раздавалось в комнате.
3
Через несколько дней после описываемых событий Виталик почувствовал острую потребность поговорить с Кристиной. После занятий он попросил уделить девушку ему несколько минут. Кристина, слыша его просьбу, недовольно поморщилась: «Сейчас опять начнётся выяснение отношений» Виталик предложил ей вместе зайти в одно кафе, которое в этот час было забито студентами. Взяв себе лёгкие напитки, они уселись за один из крайних столиков.
– Ты должна выслушать меня, спокойно и без истерик, – начал, глубоко вздохнув, Виталик. – Поверь, мне не очень хочется об этом говорить, но, как говорится, обстоятельства вынуждают меня к этому.
Кристина сидела и со скучающим видом слушала его.
– Скажи, между нами всё кончено? У тебя есть другой парень? – перешёл Виталик к сути дела.
– С чего ты взял? Только потому, что я стала уделять больше внимания учёбе, а не тебе, ты уже делаешь столь поспешные выводы? – пожала плечами Кристина.
– Почему ты не скажешь мне кто он, а начинаешь хитрить? – спросил Виталик. – Я даже догадываюсь, кто он.
– Твоя подозрительность действительно не знает границ, – холодно произнесла Кристина.
– Не пытайся меня обмануть! Я видел вас с Эрнстом!
– И что из этого следует? Он просто помогает мне с домашними заданиями!
Ты ведь не в состоянии этого сделать! – злобно парировала Кристина.
– Ты пропадаешь в его лаборатории целыми днями, это уже больше, чем просто занятия! И неизвестно, чем вы там занимаетесь на самом деле! – начиная злиться выпалил Виталик. Его самолюбие было оскорблено намёком на его слабые умственные способности. – Да, я не блистал на областных олимпиадах, как некоторые! Но я требую уважать мои человеческие чувства и не втаптывать их в грязь! – выпалил он зло и почувствовал, как его нижняя губа начала подёргиваться.
«Чёрт! Нервный тик, этого ещё не хватало!» – зло подумал он и стал слегка потирать свою губу, чтобы успокоить нервы. Он боялся, что тик на его лице заметит Кристина.
– Между прочим, тебе следовало бы многому поучиться у Эрнста, – сказала лениво и спокойно Кристина.
– Чему я должен у него учиться? Уводить чужих подруг?
– Ну если ты только это в нём видишь, то мне тебя искренне жаль!
– Может, ты мне расскажешь, чем он так замечателен?
– У него, в отличие от тебя, есть высокая цель жизни! Он не мечтает сидеть в деревне, учительствовать и плодить детей!
Виталик снова почувствовал себя обиженным. Но он неплохо знал свою девушку и ему было неудивительно, что сейчас в порыве гнева она теряла чувство такта. Он взял себя в руки и язвительно возразил:
– Зато я знаю твою высокую цель в этой жизни!
– Может поделишься своим знанием со мной?
– Ты просто хочешь получить петербургскую прописку! Выборг, конечно, ещё не сам город, но его близкая окраина. Так что ты близка к цели!
Кристина поморщилась в ответ на его слова и некоторое время молчала. Виталик снова взял инициативу в свои руки:
– Ну что, разве я не прав? Тебе даже сказать нечего!
– Мне искренне жаль тебя! То, что ты сейчас сказал, просто ещё раз подтверждает твой убогий уровень развития! Я не хочу больше разговаривать с тобой! – резко сказала Кристина и поднялась из-за стола. – Напоследок мой тебе совет – займись серьёзно своим интеллектом пока ещё не поздно, развивайся и не суди всех по себе!
Девушка резко развернулась и покинула кафе, в котором они уже начинали привлекать внимание своим эмоциональным разговором.
Виталик остался один и задумался, неужели вот так просто он потеряет свою любимую девушку? Отдаст её столичному хлыщу? А может Кристина права, и он действительно слишком материален? Не хватает духовности и поэтому он проигрывает против столичных хлыщей? Но до сих пор они как-то совсем неплохо ладили друг с другом, находили общий язык, вместе строили планы наконец, и всем она была довольна.
«Чем вскружил ей голову этот проклятый отличник?» – горько думал Виталик и тупо смотрел в чашку кофе, взятую им. «В любом случае, жизнь на этом, конечно же, не заканчивается», – уже веселее потекли его мысли. А кто более жизнеспособен, это покажет время: он со своим материализмом или столичный хлыщ со своими высокими целями. Подбодрившись, Виталик покинул кафе.
А Кристину он ему просто так не отдаст, думал Виталик, шагая домой. И хотя было ещё совсем не поздно, он чувствовал усталость. Этот день, и особенно разговор с подругой, вымотали его, и ему хотелось немного поспать. Ускорив шаг, он направлялся к своему общежитию.
Немного подремав у себя в комнате, Виталик проснулся и посмотрел за окно. Уже смеркалось – было семь вечера. Вскоре должен был прийти Эрнст со своей работы и он, Виталик, вынужден бы был изображать дружеское расположение. Как ему это было противно! Но ничего не поделаешь, ссориться с человеком, с которым он делил своё жильё, не входило в его планы. А за Кристину он ещё поборется! На носу были зимние каникулы и Новый год – время как нельзя более подходящее для примирения влюблённых. Его настроение улучшилось и он решил пойти в буфет чего-нибудь перекусить.
4
Приближался Новый год. Виталик напрасно тешил себя надеждой, что ему удастся помириться с Кристиной и всё у них будет как раньше. Девушка отдалялась от него со скоростью света. Она постоянно пропадала в лаборатории Эрнста и Виталик знал это. Молодые люди, Эрнст и Кристина, постоянно были вместе. Им было легко и интересно вдвоём. Эрнст, казалось, навёрстывал все те прелести и радости жизни, которые дарила человеку его первая любовь, всё то, чего он был лишён в школьные годы, готовясь то к одной олимпиаде, то к другой. Он удивлялся себе, как он мог пропустить в своей жизни такой богатый на эмоции пласт.
«Но видимо всему своё время», – думал он и безудержно отдавался своим чувствам. Вместе с Кристиной они посещали кино, дискотеки, концерты. Эрнсту хватало времени на всё, несмотря на то, что он ещё и работал. И неудивительно, ведь учёба давалась ему очень легко, чего нельзя было сказать о его девушке. Но некоторая несообразительность его новой подруги нисколько не смущала Эрнста. Совсем наоборот – он с удовольствием помогал девушке с учёбой, выполняя роль старшего брата. Он терпеливо объяснял ей все тонкости и сложности учебного материала. «В конце концов, это совершенно справедливо, что мужчина всегда умнее женщины», – думал он, наблюдая за успехами своей подруги, постигающей гранит науки.
Кристина тоже открыла для себя в молодом человеке много интересного. Его познания в истории ошеломляли её. А его взгляды на историю страны просто сбивали её порой с толку. Кроме того, Эрнст открыл ей глаза на интересную связь древней науки астрологии, которая была названа лжеучением в кругах официальных, с их профилирующим предметом биофизикой. Кристина была просто восхищена молодым человеком и видела в нём задатки гения. Но он отнюдь не казался ей кем-то не от мира сего. Совсем наоборот, он был молодой и полный жизненной энергии человек, с глазами, блестящими задором и сумасшедшинкой.
«Ну разве можно сравнивать его с примитивным и приземлённым Виталиком – будущим учителем в деревенской школе?» – часто спрашивала себя Кристина и жалела о том времени, которое она потеряла с Виталиком. Да, Эрнст научил её всему: думать, любить, мечтать, восхищаться, – чего она не могла сказать о своём бывшем друге.
На зимние каникулы Кристина решила остаться в городе с Лебедевым. Она знала, что почти все разъедутся, в том числе и Виталик, и они смогут наконец-то насладиться своим счастьем вдвоём: она и Эрнст. А пока они готовились к зимним экзаменам – первым в их студенческой жизни. Впрочем, «они» – сказано не совсем точно. Правильнее было сказать, что Эрнст готовил Кристину к экзаменам, ведь сам он и так всё хорошо знал.
Тем же был занят и отвергнутый Виталик. Он уже почти смирился с мыслью, что девушка потеряна им навсегда. Совсем другие заботы земного характера отодвинули в его душе любовные переживания на задний план. Он просиживал дни до самого вечера в библиотеке, готовясь к экзаменам. Виталик должен был получить хотя бы одну четвёрку, чтобы остаться стипендиатом. Он не мог допустить, чтобы его перевели на платное отделение. Его родители не смогли бы оплачивать учёбу и ему грозил бы в этом случае призыв в армию, чего он вовсе не желал. С Кристиной и Эрнстом он вёл себя сдержанно и холодно, но последних это вовсе не волновало, они упивались собственным счастьем…
Глава 3. Записки Эрнста
1
Прошёл Новый год. Закончилась первая зимняя сессия для наших друзей. Каждый преодолел её по-разному. Эрнст, разумеется, сдал все четыре экзамена на «отлично» и теперь ожидал прибавки к своей стипендии аж на пятьдесят процентов. Таковы были правила. Кристина, в свою очередь, сдала все экзамены на «хорошо», не без помощи Лебедева, разумеется. Ну а наш практичный Виталик тоже пожинал скромные плоды своего успеха. Из четырёх экзаменов два он сдал на «удовлетворительно», а два – на «хорошо». Таким образом, он тоже достиг своей цели и остался стипендиатом. Причём «хорошо» он получил по профилирующим предметам – биофизике и высшей математике.
На улице стоял конец января. С Балтики постоянно дул промозглый ветер, пробирающий до мозга костей. Небо было затянуто свинцовыми тучами, из которых в любую минуту могло хлынуть что угодно, это мог быть пронизывающий ледяным холодом дождь, либо мокрый снег, который тут же таял и вызывал зуд на лице. Но наших героев в данный момент это не беспокоило.
Все трое они сидели в комнате Виталика и Эрнста и праздновали успешно сданные экзамены. На столе стояли початые бутылки водки и креплённого красного вина – для Кристины, которая ещё не научилась пить напитки покрепче. Кристина уже порядком выпила и её лицо приобрело красный оттенок. Молодые люди же наоборот не торопились.
Виталик меланхолично жевал колбасу и боролся с соблазном затеять какой-нибудь спор. Эрнст же, напротив, всем своим видом давал понять, что ещё не время для дискуссий и только разливал всем по стаканам. Они уже поднимали тосты за всё – за экзамены, за каникулы, которые начинались на этой неделе и должны были продлиться полмесяца, за прекрасных девушек, хотя Виталик чувствовал в этом тосте издёвку над собой. Ведь Эрнст отбил у него его девушку, его Крис.
Но он владел собой, старался держаться корректно и уважать чужой выбор. И хотя шальная мысль набить этому отличнику морду за Крис и закрадывалась в его, Виталика, голову, он старался гнать её и не поступать по-мужлански.
Как посмотрела бы на это Кристина? Да и риск получить по зубам от самого Эрнста действовал на него тоже отрезвляюще. Ведь Лебедев отнюдь не казался дохляком и в крайнем случае мог постоять за себя. Каждый из молодых людей, казалось, ушёл в себя и Кристину начало раздражать повисшее к комнате молчание. Она глубоко вздохнула и сказала:
– Ну давайте хоть включим телевизор, коли говорить вам больше не о чём.
Эрнст встал и молча включил ящик, которым они недавно обзавелись.
Виталик взял его напрокат, но платили они вместе с Лебедевым поровну, как и полагалось соседям, делящим комнату. Было уже девять вечера и на экране шла информационная программа «Время». Передавали речь президента, который успокаивал сограждан и призывал их не поддаваться панике, вызванной мировым финансовым кризисом. Его можно было понять, ведь граждане снова, как в девяностые, кинулись в банки скупать доллары, чем только вызывали обесценивание рубля и рост цен на американскую и европейскую валюты.
Эрнст глубоко задумался и спросил:
– Кто-нибудь из присутствующих может мне объяснить, почему за пятнадцать лет демократии мы так и не смогли ничего создать, кроме сырьевой экономики?
– Но ведь сказал же тебе наш президент, что по темпам экономического роста мы уже сравнялись с Италией! – ответил ему Виталик.
– Да! Но что продаёт Италия на мировом рынке и что продаём мы! Спортивные автомобили нельзя сравнивать с простой нефтью! – возразил ему Эрнст.
Виталик молчал, не зная, что сказать. Тут в разговор вмешалась Кристина:
– А мне кажется, что всё равно что мы продаём, ведь важен в конечном итоге результат, а не процесс.
– Италия, с которой любит сравниваться наш президент, продаёт высокотехнологичный продукт! – заострил внимание своих собеседников Эрнст, – и не паразитирует на сырьевых ресурсах!
– Ну что ж, каждому своё – лениво сказал Виталик, которому ещё не было понятно куда гнул Эрнст.
– А не кажется ли вам, что всё это только потому, что русские просто неспособны на создание чего-то, где надо прикладывать голову, а не руки? – спросил Лебедев, обводя взглядом присутствующих.
– Просто ещё мало времени прошло после распада Советского Союза! Мы не набрали ещё обороты, – возразил Виталик.
– И когда же ты собираешься набрать эти пресловутые обороты? Когда уже умирать будет пора? – горячо спросил Эрнст. – Все свободные страны, в которых было так называемое экономическое чудо, поднимались вверх уже за эти сроки.
– Ну и чем же ты объяснишь, что у нас этого не происходит? – сдался наконец-то Виталик. Ему было интересно выслушать точку зрения Эрнста на это.
– Всё очень просто. Русские люди – народ, в общем-то, никчёмный. Они неспособны на что-то большее, чем рыть дырки в земле и доставать оттуда газ или нефть, – начал Эрнст.
– А ты сам к кому принадлежишь? Не такой же ли никчёмный и ты сам? – зло спросил его Виталик и посмотрел на Кристину. Та молча смотрела на стол, уставленный бутылками.
– Но русские люди не всегда были такими, – продолжал невозмутимо Эрнст, – их такими сделали.
– И кто же эти злодеи? – язвительно подала голос Кристина.
– Большевики, – Эрнст не обращал внимания на уколы оппонентов.
– Боже, как всё это банально, – вздохнула Кристина и снова потянулась налить себе вина.
– Да, это банально звучит, но если разобраться в истории и найти главного виноватого в нашем сегодняшнем ужасе бытия, то всё переходит из области абстрактной в область задач, требующих своего решения, – всё более распаляясь говорил Эрнст. – И главный виновник всего, конечно же, не масса большевиков в целом, но их предводитель – Владимир Ильич Ленин. Начну с того, что это не был защитник обездоленных и угнетённых масс, как это любили представить в учебниках по истории. Я видел натальную карту его рождения, расположение планет в ней.
– И что? – уже серьёзнее спросил Виталик.
– Ленин был просто проходимцем, рвущемся к власти. Уголовником, который не остановился бы ни перед чем. Но это был не просто урка. Это был гениальный урка, который учился в университетах, был прекрасным и подкованным демагогом. Стоял на уровне современных идей и правильно применил экономическое учение Маркса для своих грязных целей. Но чего он добился на самом деле? Свои цели он, разумеется, выполнил. Но что он сделал в масштабах страны? Он уничтожил интеллигенцию и самое главное – пласт тех мужиков, которые кормили Россию и ещё полмира в придачу.
Наверх вышла пролетарская голь, которая уже тогда была ни на что не способна, кроме питья водки и красного террора. И вот эта падаль с револьверами принялась методично уничтожать мужика-кормильца, хозяина земли. И они добились своего. Всё это мы, конечно же, знаем. Но теперь, мои уважаемые коллеги, давайте задумаемся как биологи, что же произошло на самом деле с популяцией русского народа биологически?