Детективные хроники. Под прицелом

Пешка. Часть 3

2003 год. 19 сентября. 20:00

– Ну что, ещё один «гвоздь»?

– Знаешь, пожалуй, нет.

– Ты сегодня только три выпил, я заготавливал лёд для четырёх порций.

– Сегодня мне почему-то хочется чего-нибудь нового. Посоветуй, чем можно завершить вечер?

– Думаю, оптимально будет один шот и один лонг. Только, конечно, всё от настроения зависит. Сам понимаешь, чтобы подать клиенту подходящий коктейль, нужно знать настроение самого клиента.

– Да, по-моему, у меня на лице и так написано моё настроение, видишь же, подвыпивший я, хорошо мне.

– Я не про это, нужно увидеть эмоции, чувства гостя по ту сторону барной стойки, но, конечно, легче, если клиент сам может поделиться с барменом своими эмоциями.

– Ладно, раз так – вот тебе мои эмоции. Я рад, что получил повышение. Но моя нынешняя работа очень скучна, вместо реальных дел я разгребаю бумажки, в то время как напарник, с которым я начинал, уже самостоятельно всё расследует. Конечно, ему помогают коллеги по отделу, иногда он приходит ко мне за советом. И я… ему завидую.

– То есть ты скучаешь по старым временам?

– Да, это так.

– Всё, я понял. Сейчас соображу. Точнее, уже есть идея. Для начала «Тик-так». Укладываем слоями мятный ликёр, затем самбуку. А для лонга, пожалуй, подойдёт «Олд фешен» – старомодный популярный коктейль. Конечно, не все его относят к разряду лонгов, но я думаю, это то, что нужно.

– Ты хочешь сказать, что я стал слишком старомоден?

– Не совсем. Я попробовал оценить твоё настроение, а также принять во внимание, что ты пил до этого – а именно три «Ржавых гвоздя». Другими словами, тут немногим схожая философия. Если про «Ржавый гвоздь» говорят, что ты можешь в любой момент соскрести с себя ржавчину и вновь засиять, как прежде, то сочетание шота «Тик-так» и лонга «Олд фешен» говорит о схожем и не менее важном. Да, время идёт, стрелки тикают, выпивая стопку, тебе кажется, что всё уже позади. Но за стопкой следует старомодный коктейль, который напоминает тебе о твоём опыте. И пусть ты сейчас не занимаешься любимой работой, будучи на другой должности, но у тебя же ведь остался твой хороший друг, который ранее был напарником. Ты и сам говоришь, что он приходит к тебе за советом. Возможно, ты старомоден, но у тебя много опыта, и я уверен, что твой бывший напарник всегда будет рад, если ты будешь ему помогать.

Дима рассуждал с энтузиазмом, признаюсь честно – это меня взбодрило. Ведь он прав, время уходит, но опыт остаётся. В конце концов, всё так и должно быть. По выслуге лет я заслужил более высокую и «спокойную» должность. Миша же молод, и, как оказалось, в нём есть потенциал, это работа для него. И в случае чего я ему обязательно помогу. Всё правильно, все должны быть на своих местах.

Я продолжал вести диалог с Димой и просидел в баре ещё около получаса, примерно в девять вернулся домой. Завтра выходные, а я ещё даже не придумал, чем себя занять. Давненько я не был с женщиной. Интернет теперь у меня есть. Миша мне рассказывал про сайты знакомств, где водятся легкодоступные барышни. Но я уже пьян, мне лень во всём этом разбираться, я предпочитаю ходить в уже проверенные места, чем искать что-то новое, я даже не притронулся к своему компьютеру. Вместо этого достал из домашнего бара бурбон, налил в стакан, кинул три кубика льда. Поставил в музыкальный центр диск с Моцартом – «Фантазия», она почему-то всегда успокаивает меня, привык я к классической музыке. Я подошёл к окну и раздвинул шторы. Шёл дождь, в пятницу вечером на улице было много народа. И все они под чёрными зонтами, такими же невзрачными, как и сами люди, один в один похожие друг на друга.

Стрелок. Часть 4

2003 год. 20 сентября. 16:00

Ну, понеслась. Я на крыше шестнадцатиэтажного жилого дома. Попасть сюда через чердак не составило труда, так как замка не было. Я уже давно присмотрел этот дом. Отсюда видно всю главную площадь перед администрацией города. В это время тут толпа народа, куча прохожих, ведь сегодня суббота, студенты, сидящие на лавочках и дымящие сигаретами, женщины, старики, дети. Ну, детей я не трогаю, это моё правило. Около пяти дней я проводил подготовку. Отмерял приблизительную дальность до объекта – это примерно двести восемьдесят метров, не исключаю погрешности до десяти – пятнадцати метров, но это не так важно, у меня не боевая операция, мне просто нужно испытать свой винторез на живой цели, на любом человеке, которому сегодня не повезёт, который сядет на помеченную мною скамейку, под которой я уже оставил послание для милиции, чтобы начать свою игру. Кто же это, кто это будет? Тот человек, которому сегодня не повезёт. Я долго готовился к этому дню, смотрю в бинокль и весь дрожу, на улице уже не так жарко – двадцать градусов, но у меня на лбу выступает холодный пот, ладони тоже запотели, поскольку я снял перчатки после того, как забрался на крышу. Заготовки делать удобнее без них. Ещё не поздно отступить. Но я собираюсь и переубеждаю себя в обратном, если на что-то решился – то иди до конца, не иначе. Вся эта скучная и однообразная жизнь, я сыт этим по горло. Всё в точности так, как и говорил Артём. Я смогу дойти до конца. Я не знаю, какова будет плата за то, что собираюсь сделать. Я долго готовился, и если всё пройдёт хорошо, то смогу остановиться на нужном количестве жертв. Я ещё толком ничего не сделал, но во мне преобладают уже новые, не известные для меня эмоции. Да, операции на пациентах уже давно стали для меня обыденным делом. Существует такой фактор, как врачебная халатность, когда по неосторожности хирурга или другого врача пациент может умереть. Тут же всё иначе, я собираюсь целенаправленно забрать у человека его жизнь. Я продолжаю смотреть в бинокль, рядом со мной лежит ВСС. Вот оно! На скамейку присаживается мужчина лет пятидесяти, у него в руках сотовый, он с кем-то разговаривает, это мой шанс, если я не сделаю это сейчас, то не смогу сделать это и потом. Надев перчатки, я беру в руки винтовку и смотрю на свою жертву уже не через бинокль, а сквозь оптический прицел, мужчина продолжает разговаривать. Я слегка корректирую прицел, до этого я попадал в птиц примерно с такого же расстояния, а они гораздо меньше и шустрее, думаю, мои тренировки не прошли даром. Всё полностью готово, он у меня на мушке, чтобы труп обнаружили не сразу, я целюсь в сердце, а не в голову. Плотно прижимаю приклад винтореза к своему плечу. В магазине десять патронов, но мне достаточно и парочки. Рядом с мужчиной никого нет, ближайшие люди просто проходят мимо него на расстоянии метров двадцати. Я медленно выдыхаю и нажимаю на спусковой крючок. Раз, два – для точности делаю два выстрела в сердце своей неизвестной жертве.

Звуки выстрелов тихие, но чёртовы голуби, что были рядом, всё равно разлетелись, как только я выстрелил. Я быстро кладу винторез на крышу и хватаю бинокль, смотрю. На скамейке сидит всё тот же мужчина, только теперь он не двигается, вижу пулевые отверстия, вижу кровь. Невероятно, я смог, я сделал это! Меня переполняют эмоции, это что-то совершенно новое, сердце бешено колотится в груди, словно сделали укол адреналина. Нужно собираться и как можно быстрее. Я подбираю гильзы, разбираю и складываю винторез в футляр, бинокль и остальные вещи кладу в рюкзак. Ещё в течение двух-трёх минут всё тщательно проверяю, вроде ничего не забыл. Дело сделано, начало положено, нужно уходить. Я спускаюсь с крыши на чердак, затем в подъезд, вызываю лифт, всё по плану.

Пешка. Часть 4

2003 год. 20 сентября. 17:30

Я дымлю сигаретой и потягиваю пиво, передо мной женщина тридцати двух лет, не знаю, на самом деле ей столько или же это ложь, дабы заинтересовать клиента. Я бы дал ей лет на пять больше. Конечно, невелика разница, возможно, что ей действительно тридцать два, и она просто выглядит чуть старше. Тем не менее стоит отдать должное – она всегда умеет доставить мне удовольствие – как эстетическое, так и физическое. В отличие от других проституток, с Надей всегда есть о чём поговорить. Взрослая, мудрая, харизматичная женщина, мне с ней хорошо. Конечно, для неё я лишь очередной клиент, кстати говоря – довольно завсегдатай. Стабильно захожу к ней пару раз в месяц, ну и ещё разок-другой к прочим проституткам. В моём возрасте уже довольно поздно заводить отношения, да и не по мне это, всё как-то по-детски, скучно, однообразно и нудно. В любых отношениях всегда следует один и тот же сценарий: первые три месяца всё идеально, а после женщина начинает показывать всю свою натуру и постоянно что-то от тебя требовать. К тому же меня не интересуют женщины моего возраста, так как они стары. А чтобы подкатывать к более молоденьким дамам, нужны ресурсы, а именно время и деньги, но ни то, ни другое я тратить не хочу. У проституток же всё по-честному: заплатил – дала. Конечно, не все из них умеют подобающе обращаться с клиентом, но Надя в этом плане молодец. Как же хорошо. Я докуриваю сигарету и тушу бычок в пепельнице. Надя сидит напротив меня и о чём-то рассуждает, жизнерадостная женщина, несмотря на то, что проститутка, меня это забавляет, хоть я её даже и не слушаю. Кухонная идиллия – так бы я это назвал, но всякой идиллии суждено прерваться, и в следующий момент мне на сотовый звонит Миша.

– Здоров, Мих, как твои дела?

– Добрый вечер, Андрей Сергеевич, дела хорошо. Но мне нужна ваша помощь.

– Ну, ты же меня знаешь, тебе я не откажу. Давай рассказывай, что нужно?

– Если честно, то это не телефонный разговор. Похоже, что у меня новое дело, и не совсем обычное, вы сейчас сильно заняты?

Я посмотрел на Надю, на пепельницу, на бутылку с пивом. В принципе, своё дело я закончил, поэтому с уверенностью произнёс:

– Не, уже не занят. Куда мне подъехать?

– К парку, тот, что возле администрации города.

– А, ну я совсем близко, минут через пятнадцать – двадцать буду. Давай, на связи.

– Хорошо, ждём вас.

Что же там за дело такое, раз Миша попросил меня подъехать? Обычно он советуется со мной по телефону либо же в отделении. Ну да ладно, тряхну стариной, Миха, конечно, молодец, поднялся, но у меня-то опыта больше. Раз просит – значит, нужно помочь.

Я накинул куртку, попрощался с Надей и, выйдя из подъезда, с хорошим настроением направился в сторону остановки.

18:10

Я подхожу к парку возле городской администрации. Часть территории огорожена лентами, вокруг собралась толпа зевак, вижу четырёх сотрудников в милицейской форме, и криминалисты уже подоспели.

Эх, давненько я не видел подобной картины, прям небольшая ностальгия. Ясно, что это убийство, ну, скорее всего, убийство.

Подхожу ближе, а вот и Мишка, идёт ко мне навстречу, сейчас всё и узнаю.

– Ну, привет, Мих, рассказывай, что тут?

– Вечер добрый, пройдёмте поближе.

Он здоровается со мной за руку, затем поднимает одну из ограждающих лент. Уже темнеет, перед нами скамейка, на ней труп, два огнестрела в сердце. Рядом со скамейкой включился уличный фонарь, свет от него под углом падает на труп.

Немного отвык я от этого, он казался весьма жутким под таким освещением. Я подхожу чуть ближе, внимательно смотрю на пулевые отверстия.

– Снайпер поработал, однако, зачем тебе я? Криминалисты всё сами определят.

– Затем, что убийца заранее всё спланировал и оставил послание. Оно было приклеено на скотч под скамейку.

Миша просит одного из криминалистов достать улику. Мне показывают прозрачный пакетик, в котором лежит небольшой листок, вырванный из блокнота. На листке текст, написанный от руки:

Моё внутреннее спокойствие внезапно исчезло. Мелкая дрожь, мурашки по коже и необъяснимое чувство восторга – фонтан эмоций, которые я пытался не показывать. Уставившись на труп, я обратился к Мише:

– Теперь понятно. Отойдём, присядем.

Пока криминалисты продолжали свою работу, мы с Мишей отошли в сторону и сели на лавочку метрах в двадцати от места преступления. Я достал из кармана эспандер. Хорошо, что сегодня на мне была именно та куртка, в которой я его оставлял в последний раз.

– Так, Мих, давай всё по порядку. Я задаю тебе вопросы, ты мне на них отвечаешь, потом высказываешь своё предположение.

– Да, хорошо.

– Были ли звонки в милицию, как тогда?

– Да, звонок был, но только от свидетелей. Две студентки обнаружили труп, их уже увезли на допрос. Борис позвонил мне и попросил выйти на работу.

– А-ха-ха. Пожалуй, единственное, что сейчас радует в моей новой должности, так то, что Лихацкий перестал меня доставать и вызывать на работу в выходные дни, хотя он и остался моим начальником, бумажная волокита не подразумевает собой внеплановые выезды на такие вот места.

Меня понесло совсем в другую сторону, Миша смотрел на меня, не понимая, что я хочу ему сказать. На самом деле мне просто было приятно осознать, что на новой должности мой начальник не требует от меня столько, сколько требовал на старой. Пожалуй, это единственное, что радовало. Я продолжил задавать Мише вопросы:

– Так, касаемо улик, ещё что-нибудь нашли?

– Да, был сотовый, похоже, что жертва в момент убийства разговаривала по телефону. В ближайший час номер пробьют по базе.

– Ещё что-нибудь было?

– Нет, пока больше ничего не нашли, это всё. Я только одного не пойму, два года назад в качестве жертв были выбраны девушки, которым разрезали рты. Всё встало на свои места, после того как мы прочли сценарий, якобы они умерли с улыбкой на лице, и вся картина смерти становилась красивее жизни. То почему в этом случае у нас труп мужчины? Причём с его ртом всё в порядке, он скончался от двух огнестрельных ранений, я ничего не пойму.

– И правильно, ведь всё только начинается, теперь-то тебе и предстоит связать всё воедино. Сомневаюсь, что в этом случае попадутся трупы от передозировки пентобарбиталом, у этого маньяка явно другой подход, чёрт его знает, что творится в голове у этих безумцев. Тем не менее пусть проверят кровь на наличие препаратов и сторонних веществ.

– Какая-то ерунда, вроде всё просто, но, с другой стороны, слишком много нестыковок.

– Давай подведём итог. Пулевые отверстия – в любом случае убийство было совершено при помощи оружия с глушителем. Сомневаюсь, что это пистолет, маловероятно, что в таком оживлённом месте преступник сработал вблизи от жертвы. Значит, скорее всего, снайпер. Нужна экспертиза, после того как извлекут пули и определят тип патронов, всё станет ясно. Студентки – нужно, чтобы они рассказали всё, что видели, любая информация может быть полезной. То же самое касается и сотового, пусть пробивают номер и найдут человека, на всякий случай пусть пробьют номера за последние несколько дней. И, наконец, послание. Что ты думаешь?

– Я даже и не знаю, с чего начать. Текст в записке явно говорит о том, что это каким-то образом связано с делом об «улыбающемся человеке». Но дело уже давно закрыто, преступник мёртв, это совершенно точно, не думаю, что понадобится эксгумация тела, столько времени уже прошло…

– А вдруг он восстал с того света и продолжил свои деяния?!

Я хотел пошутить, вышло неудачно, Миша даже не улыбнулся. Было ясно, что он относится к делу серьёзно. Я попытался оправдать себя в его глазах после этой нелепой шутки:

– На самом деле, скорее всего, мы имеем дело с подражателем. Да, с одной стороны, несмотря на то что дело быстро замяли, спустя пару недель по городу всё же поползли слухи, люди не умеют держать язык за зубами. С одной стороны, это может быть кто угодно, кто видел ту постановку, но с другой стороны… Это либо актёры труппы, либо ещё какие-нибудь друзья этого, как его звали?

– Артём. Да, тут больше вероятность, что подражатель является человеком, который довольно часто с ним общался, возможно, что это всё-таки кто-то из его труппы, учитывая то, что театр у них уже более года снова даёт представления.

– Мих, скажи честно. Зачем тебе я? Ты и сам прекрасно всё сопоставил. Я не думаю, что дело окажется сложным. В конце концов, подражатели всегда допускают много ошибок. Пообщаешься с актёрами труппы, с бывшими друзьями этого Артёма. Я думаю, что через пару дней вы выйдете на того, кто вам нужен.

Миша уставился в одну точку и молчал, прошло секунд десять, прежде чем он мне ответил.

– Понимаете, Андрей Сергеевич, это было самым первым делом, когда я начинал работать вместе с вами. Для меня это не пустое место. Может, подражатель и допустит ошибки, но с другой стороны, прошло уже немало времени. И если это действительно работал снайпер, то он основательно подготовился. Я не знаю, как вам объяснить, но мне как-то тревожно. Возможно, что во мне начала просыпаться эта интуиция, подобная той, которая была у вас, когда мы проникли в квартиру Артёма. Я бы хотел, чтобы вы помогли мне в этом деле, так мне будет спокойнее.

Ну а что я мог ему ответить? Мне не казалось это дело особо интересным, я был уверен, что мы выйдем на преступника спустя пару дней. Но я соскучился, я очень сильно соскучился по подобным расследованиям. К тому же, как я мог отказать Мишке? Разумеется, я согласился. Через двадцать минут мы проверили единственную высотку возле парка. Чердак был открыт, два криминалиста подробно осмотрели вместе с нами крышу дома. Открывался замечательный вид на вечерний город. Лавочка, на которой был труп, тоже хорошо просматривалась. У меня уже не было никаких сомнений, даже не дожидаясь экспертизы, я был уверен, что это снайпер и сработал он именно с этой высотки, гильз мы не нашли, работал не дурак, забрал с собой. Но всё слишком очевидно, как я и говорил, через пару дней мы выйдем на него, возможно, даже раньше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.