Снова. Навсегда?

Глава третья. Мурашки на ее коже

Артур

Меня трясло от злости. По большей части – на себя самого. Какого хрена я подорвался спасать эту оторву?!

Держалась она на редкость бодро и бесстрашно. С учётом того, что эти парни собирались поиметь её прямо в этом грязном заблёванном переулке.

Невольно вспомнил, как Ариша реагировала на ситуации опасности. Если у этой девицы были вариации от «бей» до «беги», то моя девочка просто впадала в ступор.

Как-то раз, одна помешанная на мне овца из универа, на которой я прокатился пару раз со скуки, подкараулила Арину в туалете. И с помощью своей подруги попыталась напихать ей в трусы тухлой рыбы. Охрененно смешной прикол. Снять на видео они это, разумеется, тоже собирались.

Им не удалось осуществить задуманное. Девчонки из нашей компании застукали их за этим и заступились. Позвали меня. Мне жутко хотелось втащить тем тварям, но девушек я не бил.

Попросил пару старшекурсниц устроить этим сучкам весёлую жизнь. Уж они постарались! Девки отчислились из универа через месяц.

Но Арина… Её хрупкость и нежность одновременно вызывали во мне трепет, сильное желание заботиться и страх. Как она выживет без меня? Она терпела травлю с детского садика. Всё это потянулось в школу и даже в универ. Где, казалось бы, люди уже не занимаются такой хернёй, как буллинг. Но она была настолько хрупкой и жертвенной, что и там нашлись хищники, почуявшие кровь.

Но на любого хищника найдётся хищник крупнее и опаснее. Я взял её под крыло. Только моя защита была несовершенна. Оказалось, главная опасность ждет её вовсе не в универе… Если бы я тогда знал!..

Девчонка из клуба была отчаянной. Пару сантиметров вправо – и я лишился бы возможности иметь детей.

Эта точно билась бы до последнего. Явно покалечила бы парочку насильников. И я поймал себя на мысли, что испытываю от этого мрачное удовольствие.

Конечно, она не была Ариной. Но была так на неё похожа…. И на миг я представил, словно бы это моя девочка очнулась, расправила плечи и, наконец, дала отпор всем своим обидчикам в лице этих мудаков.

Но пока я сам был полон решимости стереть их в порошок.

Весёлая девчонка всё-таки зарядила одному из парней по яйцам. Пока он загибался, его дружок не придумал ничего лучше, как поднять с земли камень и шарахнуть ей по голове. Вот тут уже я разъярился.

Видя, как она со счастливой улыбкой оседает на землю, я двинул ближайшему в челюсть. Парни оказались так себе бойцами. Несмотря на внушительный вид, которого им удалось достичь в качалке, эти неженки даже кулаки толком сжимать не умели. Один вообще поджал большой палец внутрь. За что и поплатился. Надеюсь, у него серьезный вывих.

Даже не верится. Чистая победа. Четыре удара, четыре падения. Как в кино.

Так что, когда потерявший меня и забеспокоившийся Гришка догадался выскочить во двор, все уже были уложены на мокрый асфальт грустной кучкой.

Всё ещё чувствуя в себе ярость, я злобно пнул в живот одного из парней. Того, что ударил девчонку по голове. Он глухо застонал, но благоразумно притворился мёртвым.

– Так и знал, что эта девочка-беда!

Гришка всплеснул руками прямо как моя бабуля. Я хмыкнул.

Затем он скосил на неё глаза.

– Она хоть живая?

– Сейчас проверим, – мрачно ответил я, направляясь к ней. – А ты не тормози, скажи администраторше, чтобы вызывала скорую и полицию.

– Уверен, что хочешь в это ввязываться?

Он с сомнением посмотрел на меня.

– Нет, я их всех брошу тут вместе с ней. И пусть сами разбираются! – раздражённо бросил я. – Уже в это влез. А ты знаешь, что я не привык останавливаться на полпути. Двигай давай!

К счастью, Грише не надо было повторять дважды.

Я аккуратно приподнял голову девушке. Проклятье! На затылке была кровь. Посветил телефоном. Кажется, её довольно много. Плохо. Оттянул ей веко. Зрачки на свет не реагировали.

Просунул под неё руку, поднял и понёс в помещение, стараясь дополнительно не приложить кровоточащей головой о косяк.

А эти пусть полежат, подумают, если есть, чем.

Скорая примчала на удивление быстро. Будто дежурили тут неподалёку. Может, и правда дежурили.

Фельдшер, замотанного вида полноватый мужик с коричневыми кругами под глазами быстро осмотрел девушку и вынес вердикт:

– Кожа только рассечена, сейчас быстренько подлатаем. Сотряс не исключаем…

– Прямо здесь подлатаем?

Я обвёл глазами кабинет администратора, любезно предоставленный нам после моей настоятельной двойной просьбы.

– Ну а чего? Музыка мне не мешает, – он меланхолично пожал плечами. – Не переживайте за свою девушку. Черепушка целая, кровь остановили. Даже причёска особо не испортилась. Голову, конечно, помыть придётся.

Шутник, блин!

Закончив работу, он дал ей понюхать ватку с нашатырем. Я опасался, что не подействует. Но девчонка забавно сморщила носик и внезапно сделала глубокий вдох.

– Какой чарующий запах! А это можно выпить? – промурлыкала она.

– Ха-ха! Лучше не стоит! – рассмеялся фельдшер. – Прикольная у тебя девчонка!.. Ну, или ей просто по голове сильно съездили…

Я угрюмо глянул на него. Девчонка снова закрыла глаза, но сейчас, кажется, просто задремала.

– Всё будет ок, наблюдай за состоянием. Тошнота, головокружение…. Там, говорят, ещё целая куча работы для меня? – засобирался он, складывая свое добро в чемоданчик.

– Эта куча подождёт. Ничего с ней не станет. И не забудь, что им надо полицию дождаться. Они чуть её не изнасиловали. Один ударил камнем по голове.

– Кто кого ударил, изнасиловал и тому подобное – менты пусть разбираются. Моё дело всех подлечить, подлатать и по возможности оживить, – сказал мужик уже на ходу и хлопнул дверью.

Я мельком глянул на обнаженную полоску кожи между краем шорт и ботфортами. Без колготок в середине весны. Кожа ещё была покрыта и мурашками. Мой взгляд невольно задержался на нежной полосочке кожи. Почему-то эта картина показалась мне невероятно эротичной…

Так, спокойно! Ты просто давно в трауре, так близко девушек всё это время не появлялось. Никаких провокаций не было. А это просто реакция тела, не более!

Вздохнув, пошарил глазами по кабинету. Обнаружил в углу дивана свернутый плед и укрыл её.

Пока девчонка приходила в себя из полудремы, смог её как следует рассмотреть.

До чего дико! Найти десять отличий! Хотя я и пяти бы не нашёл.

Если сильно придираться, то кожа этой девушки была немного темнее. Может, на тон. Но Аринка не доедала долгое время, у неё всегда был болезненный вид. А эта явно в деньгах не нуждается. Одета хороша. Дорогой телефон. Просто загорать не любит.

И да. Мышцы. Арина была очень худой. Эта, скорее, стройная. Видно, что занимается своим телом. Да и не смогла бы она тогда так технично отпинать того клубного маньяка.

Грудь… Я невольно заглянул в вырез её топа. Возможно, дело было в крое. И небогатое имущество выгодно собралось и поднялось. И всё же мне казалось, что её шарики чуть больше.

У Арины были маленькие груди с дерзкими розовыми сосками, мгновенно превращавшимися в камушки от одного моего прикосновения.

Мне мучительно захотелось посмотреть, какого цвета и размера соски у этой девушки.

Но чем я тогда отличаюсь от парней, которые её чуть не изнасиловали?

Я же не собираюсь ничего с ней делать… Ничего страшного. Она даже не заметит.

Уже протянув руку, я одёрнул себя:

"Ты грёбаный изврат! Прекрати это немедленно! Похоронил любимую недавно и хочешь облапать сиськи какой-то потаскушки!".

– Нравлюсь?

Оказалось, девчонка наблюдала за мной всё это время из-под полуприкрытых ресниц. На её губах заиграла слабая, но самодовольная улыбка.

– Хотел понять, на что эти козлы позарились, – я пожал плечами.

– И как?

– Не думаю, что ради этого стоило так огребать, – честно ответил я.

Но она, похоже, совсем не обиделась.

– А мне можно вернуться и ещё напинать им по яйцам напоследок? – уточнила она, морщась и ощупывая забинтованную голову.

– Вряд ли. Менты уже тут.

– Жалкооо!

У неё был такой по-детски обиженный вид, что я усмехнулся.

– Как тебя зовут?

Спросил и почему-то внутренне замер. А вдруг…?

– Дана, – девушка волнообразно повела плечами, разминая шею. – Одна «н»!

– Вот я и узнал твоё имя, – задумчиво пробормотал я.

– Теперь можешь сказать своё, – поощрила она, сладко потягиваясь. – Так обычно делается.

– Что?.. Артур, – с заминкой ответил я, разглядывая оголившиеся ключицы и грудь.

– Теперь я скажу, что мне приятно. А тебе приятно?

– Что? – наконец перевел взгляд на её  глаза.

– Вижу, что да, – самодовольно улыбнулась эта нахалка.

Я не успел ничего ей ответить, так как в кабинет ввалился Гришка.

– Ты закончил оживлять спящую красавицу? А то там администраторша требует свой кабинет назад.

– Подождет пусть, – отмахнулся я.

Не знаю, зачем я это сказал. Возможно, просто сам не решил, что делать с Даной.

– Мы всегда готовы проявить лояльность к нашим постоянным гостям, но мне нужно работать.

Энергичная брюнетка в сером костюме-двойке материализовалась в дверном проеме, змеей скользнув внутрь.

– Сержант Коньков. Где пострадавшие? Мне надо вас опросить. Расскажите подробно, что случилось.

Дверь снова распахнулась. В кабинет плыло новое действующее лицо. Помятого вида полицейский. Круги под глазами у него были чуть ли не больше, чем у фельдшера. В одной руке – старенький телефон, который он, видимо, использовал как диктофон, а во второй – смартфон, от которого он не открывал взгляда.

– Простите, но не могли бы вы делать это где-нибудь в другом…

Договорить администраторша не успела.

– Эй, стажёр! – гаркнул Коньков куда-то через плечо. – Скажи местному диджею, чтоб вырубил музон, башка и так раскалывается. Ещё ни черта не слышно! Потренируешься заодно вести себя как силовик, а то тебя даже бомжи не слушаются!

После этого он с чувством выполненного долга обернулся к Дане.

– Так это вы…

– Кира Андреевна, чё за дела?! Почему мне менты велели сворачиваться? У меня по плану ещё двадцать треков! Мне заплатят за полную ночь! – едва не сбив Конькова с ног, в кабинет залетел парень в безразмерной футболке и ещё более безразмерных штанах.

Быстро стажер сработал.

– Олег! Это сотрудники полиции! И они ещё тут! Иди, развлеки публику. Заплатят тебе, не переживай! – зашипела администратор.

– Клоун я что ли? Как я их развлеку!?

Он, тем не менее, удалился. Яростно хлопнув дверью.

– Войдите в мое положение, работа заведения не должна…, – воспользовавшись заминкой, запричитала девушка в костюме.

Но дверь снова распахнулась, страдальчески скрипнув. На пороге возник великий и ужасный хозяин «Яиц ангела» Арс Миро. Для налоговой и пожарной инспекции – Арсений Сергеевич Мироненко.

– Почему так тихо? Ещё очень рано! Что происходит в моем фешенебельном заведении?!

Имя Арсений он, по каким-то причинам, считал недостаточно мужественным. Поэтому просил всех называть себя Арс. Это имя якобы больше подходило владельцу ночного клуба. Может быть, так оно и было. Но его внешний вид никак не вязался с мужественностью.

Выглядел он скорее… Экстравагантно. Ярко-розовая шуба в пол, очки в виде сердечек, сетчатая белая майка и белые кожаные брюки. Абсолютно лысая голова и рост под два метра.

– Кирочка, что здесь происходит? В моём клубе избили сына известного бизнесмена и его друзей! Кто посмел это сделать? Мне пришлось лично приехать, чтобы разобраться! Хорошо, что был поблизости. Вы недостаточно компетентны для этого? Мне уже надо начинать жалеть, что я вас нанял?

Девица в сером костюме лицом слилась со своим пиджаком.

– Арс… Сергеевич, я им говорила, но они меня… инцидент произошёл на улице.

Но тут он увидел меня, всплеснул руками и завопил ещё громче, напугав администраторшу и даже, кажется сержанта Конькова.

– Сам Артём Горский?! Как давно тебя не было, сипсик!

Я свирепо взглянул на него. Сколько раз просил так меня не называть. Только он мог себе такое позволить, потому что инстинкт самосохранения у этого мужика отсутствовал напрочь. Но если он попробует полезть обниматься…

Ответить я не успел, потому что сумасбродный дядька уже переключился на другой объект. К моему удивлению, им оказалась Дана.

– Даночка! Ты же должна быть в Лондоне?.. Сегодня какой-то вечер, ночь… Хотя уже утро! Утро сюрпризов! Я так приятно удивлен, хоть и обстоятельства неприятные, но мы во всем разберемся!

– Я вернулась, как видишь!

Дана широко улыбнулась. Ей эта ситуация, похоже, доставляла определённое удовольствие. Кажется, девчонка привыкла к суете вокруг себя.

– Как поживает бабушка? – светским тоном осведомился Арс.

– Неужели тот самый Горский? Так он его сын? – внезапно отмер сержант Коньков.

Он проявил неприятную осведомлённость. Хотя в этом городе моего отца знают многие.

– Тот самый! – раздражённо отмахнулся Миро. – А вам разве не надо арестовывать преступников?!

– Так вот я как раз и пытаюсь выяснить…

– Даночкааа! – Арс, наконец, снял свои очки и заметил повязку на голове у девчонки. – Что произошло? Кто посмел? Только не говори, что у вас с Артуриком тёрки! Вы два моих любимых сипсика, моё сердце не выдержит!

– Нет. Он меня как раз спас, – начала девушка, аккуратно ощупывая голову.

– Погоди, то есть получается, что Женя Науменко с друзьями на тебя напали? –

Арс недоверчиво хлопнул себя по лысине.

– Парень с зализанными лаком волосами и его компашка в толстовках, – уточнила Дана.

– Заявление писать будете? – вклинился Коньков.

– А надо?

Девушка лениво потянулась, и присутствующие, в том числе администратор Кира, зачарованно проследили за этим совершенным кошачьим движением.

– Ну, вообще…

– Мы всё уладим, господин полицейский! – почуяв безболезненное разрешение конфликта, засуетился Арс. – Желаете коньяка?

– Я при исполнении!

– Он двадцатипятилетний!

– Нууу…

– Кирочка вас сейчас угостит! Не стой столбом! – зашипел он на помощницу.

Та, желая выслужиться, кинулась к деревянному шкафчику у своего стола и извлекла оттуда бутылку с янтарной жидкостью.

– Лех, там у этих побитых родители прикатили, с юристами, сплошь шишки, требуют выдать им обидчика их деток.

Второй полицейский, видимо, тот самый «стажер», выглядел крайне взволнованным. Его напарник страдальчески закатил глаза.

– Могу выйти к ним, – предложил я.

Даже немного захотелось увидеть их рожи.

– Опять драку устроишь? – подозрительно сощурился Коньков.

– Не надо никуда выходить, это только усугубит ситуацию… Кира! – неожиданно рявкнул Арс на помощницу. – Совсем не ориентируешься? Ветер поменялся! Одной бутылки не хватит. Доставай всё и проводи срочно Артура и Дану через мой кабинет. Там закажи им такси и отправь по домам.

– Не нужно. У меня трезвый водитель, – я помахал Грине.

Его светлая макушка маячила в коридоре.

– Великолепно, тогда валите отсюда быстрее, сипсики! Я буду вам очень рад, но не раньше, чем через пару недель! Летите, птички, а я пойду бросаться своей идеально эпилированной грудью на амбразуру… Кира, пошевеливайся!

Гришу долго упрашивать не надо было. Он тут же ухватил администраторшу под локоток и лучезарно улыбнулся.

Я склонился над Даной.

– Сможешь сама идти?

Она. Проигнорировав мою руку, медленно встала.

– Не тошнит?

– От ситуации или из-за камня? – спросила она задумчиво.

– Вообще. От всего.

– Всегда.

Она вздохнула и всё-таки оперлась на мое плечо. Не стал миндальничать и подхватил её на руки.

Мы покинули кабинет, как раз перед тем, как он заполнился вражескими силами. Я понял это по многоголосому вою. Не то, чтобы меня напрягала встреча с ними. Но в шесть утра после бессонной ночи я не дипломат.

– Зачем вообще тащить её с собой? Этот фрик же сказал, что может вызвать нам всем такси, вот и вызвал бы для неё, – ворчал Гришка, открывая передо мной дверь.

У меня руки были заняты Даной.

– Эй, блонди! Не говори обо мне так, словно я всё ещё без сознания! – фыркнула девушка. – Не хотите меня везти, сама доберусь!

Девчонка завозилась у меня в руках, явно намереваясь гордо вывалиться из моих объятий.

– Да заткнитесь оба! – рявкнул я, поудобнее её перехватывая. – Мы отвезём тебя домой!

– Я не нравлюсь твоей блондинке, – заметила девушка.

– Ничего, она потерпит, – усмехнулся я, игнорируя возмущённый взгляд друга. – Гриша считает, что ты приносишь неудачи.

–И он прав! – горячо поддержала Дана.

Кабинет Арса располагался прямо за административным. Он был весь увешан картинами, творениями современного искусства, от которых голова кружилась и подташнивало, даже если тебя не били по голове камнем.

Кира с облегчением захлопнула за нами заднюю дверь. Послышался спешный цокот её каблуков. Видимо, собачка возвращалась к своему хозяину.

Выходить снова пришлось через тот злополучный тёмный двор. Ничего здесь не напоминало о недавней потасовке.

Внезапно что-то привлекло моё внимание. Два красных огонька рядом с мусорным баком. Словно тлеющие сигареты. Но тогда те, кто их курил, должны были сидеть на корточках.

Это точно были глаза животного. Я резко развернулся, вызвав недовольное мяуканье Даны.

Это собака! Вероятно, чёрная.

И точно здоровенная. Псина была неподвижна и прожигала нас взглядом. Что-то вроде ротвейлера. Но мне было не видно, а подходить поближе – глупость. Ну, стоит и стоит. Не бросается, есть не просит, нас съесть не пытается.

Дана что-то недовольно бурчала, переругиваясь с Гришей. Эти двое ничего не заметили. Я отступал наполовину боком, на всякий случай, держа зверюгу в поле зрения.

Может, какой-нибудь эксцентричный богач выпускает псину погулять по ночам. Ага, поохотиться на пьяненьких посетителей клуба.

И всё-таки меня не покидало ощущение, что собака здесь не случайно и будто за кем-то следит…

Глава четвертая. Горячий кофе и жаркое утро

Дана

Это было хуже, чем похмелье. Голова болела необычно сильно. А в глазах слегка двоилось. Ах да! Мне же чем-то врезали по макушке. Тот урод. Точнее – уроды. На меня напали.

Собрала всю волю в кулак, чтобы вернуться в сознание и хотя бы глаза открыть. Очень вовремя в нос ударил резкий запах.

Передо мной маячило добродушное бледно-серое лицо, пованивающее табаком. Убедившись, что это не насильник и бить никого по яйцам больше не нужно, я что-то пробормотала и слегка прикрыла глаза. Плывущий и двоящийся мир вызывал легкую тошноту.

К счастью, медик быстро закончил и избавил меня от своего едкого амбре.

А высокий парень, видимо, в одиночку раскидавший тех козлов, пристально разглядывал меня. Я решила тоже его рассмотреть, аккуратно, из-под ресниц.

Ррррр, красавчик. В обтягивающей футболке, рельефные руки, грудь, соотношение ширины плеч и талии – как у супергероя из комиксов. Разве в жизни бывает так идеально? Его мускулатура точно не декоративная. И он высокий.

Глаза то ли голубые, то ли зеленые. Скорее, бирюзовые. Под хищными густыми бровями. Сейчас слегка нахмуренными. Ровно очерченные острые скулы. Немного заостренный подбородок. Мой новый краш.

Я не могла понять значение его взгляда. Парень будто не верил своим глазам. И хотел убедиться в чем-то…. Эй! Он решил меня облапать?! Не так быстро, мой сладкий сахар! Я пока не в форме. Да и вообще хочу быть полностью, а не частично в сознании, когда ты прикоснешься к моей груди.

– Нравлюсь?

Постаралась, чтобы это прозвучало соблазнительно, а не как предсмертный хрип умирающего от жажды.

Парень словно вынырнул из транса.

– Хотел понять, на что эти козлы позарились.

А он мне нравится всё больше.

– И как?

– Не думаю, что ради этого стоило так огребать.

Кажется, ему по душе девчонки, которые стоят в сторонке. А не вертят попой у всех на виду в центре зала. Но что, в таком случае, он делает в клубе?

Мы обменялись парой фраз. Представились друг другу.

Артур. Не то, чтобы мое любимое имя, но, в общем, неплохо.

Но у меня было ощущение, что он видит не меня. Может, я просто внешне его типаж?

Чувствовала, что в его интересе ко мне есть что-то непростое, глубокое.

Нормально поговорить нам не дали. Как-то слишком быстро кабинет наводнился кучей галдящих людей. На мой взгляд, абсолютно лишних людей, поднявших дикую суету.

Но этим меня не удивить. Я с детства привыкла к бурным выяснениям отношений на повышенных тонах. Это даже казалось мне веселым. Настолько, что я могла начать громко хохотать. Мой английский психолог говорил, что это защитная реакция психики.

…

– Вы хоть ребенка в это не тащите!

– Мама, мы разберемся без тебя!

– Как же! Стоило отпустить тебя жить самостоятельно, как ты тут же связалась с этим чеканутым сектантом!

– Не смей так говорить о моем муже!

Мама и бабушка, как обычно, орали друг на друга. Папа держал меня на руках. На его лице играла спокойная улыбка. Поэтому я ничего не боялась.

– Видишь, любушка моя, я же говорил, что твоя мама меня недолюбливает, – спокойно замечает папа.

– Да я тебя терпеть не могу! – вопит бабушка, и её лицо краснеет. – Запудрил голову моей дочери, а теперь и внучку хотите у меня отнять!? Что вы двое задумали?

Почему бабушка так кричит на них? Почему не любит папу? Ведь он любит меня, никогда не обижает. Он хороший. И бабуля тоже хорошая. Разве могут два хороших человека кричать друг на друга? Почему не могут договориться? Я вот могу даже с хулиганами подружиться. Поэтому меня в садике никто не обижает.

– Дана, богиня могучая, вода текучая. Дана повелевает реками, озерами и океанами, – успокаивающе поет папа, его длинные русые волосы слегка касаются моей щеки, и я немного расслабляюсь.

…

Арс, как всегда, всё разрулил. Сколько я помню это заведение, он всегда был тут царь, и местная тусовка его слушалась. «Яйца ангела» – самый старый клуб на Добролюбова, остальные либо закрылись, либо сменили владельца и пережили жёсткий ребрендинг. Так что, фриковатый внешний вид не мешает ему быть классным бизнесменом и хорошим психологом.

Из окружавших меня со всех сторон воплей выловила кое-что интересное. Горский. Вот значит, из какой ты семьи. Чёрт, этот город вроде бы такой большой, но всё равно как деревня. Все друг друга знают. Надо было ехать в другой клуб.

Артур решил понести меня на руках. Не стала возражать. Во-первых, меня всё ещё подташнивало. Во-вторых, он был такой теплый. Рельефный и так приятно пахнущий чем-то съедобным. Яблоком? Хотелось сделать кусь.

Настроение портил только его дружок, ворчащий, как бабка с лавки, про то, какая я неприятность на их головы.

Во дворе Артур на несколько мгновений замер, вглядываясь в темноту у мусорных баков. Я тоже бросила туда взгляд и внутренне содрогнулась.

Черный пес, не моргая, глядел на нас. Давненько его не было.

Не стала подавать вида, что заметила. Артур тоже ничего не сказал. Ну и чудненько.

Парень загрузил меня на заднее сиденье. Оно было любезно предоставлено мне целиком. С сопроводительной репликой Гриши: «только попробуй мне там всё заблевать!».

– Хорошо. Если затошнит, прицелюсь в спинку твоего сиденья, – покорно согласилась я, растягиваясь и радуясь своему небольшому росту.

– Куда тебя везти? – уточнил Артур, устраиваясь на переднем сиденье рядом с водителем.

Я назвала адрес. Парни переглянулись.

– А ты живешь там с родителями?

– Нет, одна.

– Давно?

– С сегодняшнего дня… Что за вопросы?

– Снимаешь? – Артур продолжил спрашивать, игнорируя моё возмущение.

– Нет, – мстительно ответила я, ничего не поясняя.

– А раньше где жила?

– В Лондоне.

– Училась?

– Типа того, – я криво улыбнулась.

Больше тусовалась, но тебе не обязательно знать.

– А сейчас у тебя каникулы?

– Моя бабушка очень на это надеется, но я подозреваю, что это конец моего «обучения».

Решила ответить подробно, так как в окне уже замаячили знакомые пейзажи.

– Богатое место, – заметил Гриша, когда они остановились возле родной многоэтажки.

В свете утреннего солнца и легкой дымки она казалась нереальной, словно из моих многочисленных кошмаров.

– Спасибо, что подвезли, – я без резких движений поднялась. – И спасибо, что защитил барышню от хулиганов.

– Проводить тебя?

Артур, развернувшись, наблюдал за мной со своего места.

Да, до кровати желательно. Можешь прилечь рядом и нашептать мне что-нибудь приятное на ушко.