ЗАКУЛИСЬЕ

ЗАКУЛИСЬЕ

то, что на первый взгляд кажется очевидным,

на второй окажется ошибочным

Эти строки не задумывались как книга. Изначально, когда я садилась писать, цель была проста – мне лишь хотелось куда-то выплеснуть свою боль. В какой-то момент концентрация внутреннего разрушения достигла максимальной точки, и мне необходимо было ее извлечь. И так как я считаю себя более менее осознанным человеком – это извлечение должно было пройти наиболее безопасным путем. Однако, вышло все не совсем так, как я задумывала. Чем больше я писала, тем больше рождалось новых строк. Этот поток не останавливался. Как не могла остановиться и я. В какой-то момент я обнаружила, что, помимо одной истории, я пишу и другую. И это все про меня. Так, слово за словом, строка за строкой – начала появляться я. Полностью.

Подлинная. Обнаженная.

Это великая и сложная история о становлении маленькой девочки, о ее судьбе, ее жизни. Жизни, которую она не переносила практически все время, что она длилась. Это история об убийстве, смертях, предательстве, нескончаемом количестве лжи, пользования и обмана. Ну и конечно, о добром и великом сердце, что было наполнено любовью. О сердце, что не позволяло сдаваться и опускать руки той самой девочки. Никогда. Я не люблю это слово, для меня оно – пророчество, ибо от всего, от чего мы зарекаемся под лозунгом «никогда», обязательно сбудется. И кто знает, может, и мое это «никогда» наступит, и сердце сдаст свою хватку, но до сих пор, по сей день оно не отступает. Я сама по себе трусиха с врожденным чувством страха, это правда. Сначала в комнату заходит мой страх, а затем я, и у этого безусловно есть своя часть в этой истории, которую ты прочитаешь ниже, но вот мой сердце – оно бесстрашное, оно могучее, оно смесь смелости и любви, огня и безрассудства. Именно благодаря ему и пишутся эти строки.

Но с чего начать? А начну я, как всегда, с самого главного – с любви. С того, что разделило меня и мою жизнь на « до» и «после».

Отступление: важно понимать, что все, что здесь будет написано – исключительно от моего лица и не носит характер истины или научений. Все названия и объяснения я даю со «свой колокольни». Все, что здесь будет – будет словесным отражением моих чувств, ощущений, опыта, знаний и иных внутренних и внешних обстоятельств.

Заранее прошу прощение за все пунктуационные, орографические и смысловые ошибки. Пусть я русский сдала на пять, все же не являюсь профессиональным редактором. Надеюсь на твое понимание.

КОНЕЦ ПЕРЕД НАЧАЛОМ

Эта история началась почти два года назад. Она закрутила водоворот, унесла мой разум и, казалось бы, даже поглотила мою душу, разбив мое сердце на миллион ослабленных частиц. И, конечно, она перевернула мою жизнь, поменяв меня.

Но все по порядку.

Я – среднестатистическая девушка, которая все никак не может вписаться в это общество. Я могу долго описывать себя и свою историю, но сегодня я отдам предпочтение другим деталям. А себе буду давать время там, где этого будет требовать история.

Итак, меня зовут Майя, я родилась в маленьком поселке, который почти стерся с лица земли. Всеми путями жизни, к своим 26 годам я добралась до большого города и сейчас пишу эти строки из небольшой студии на окраине этого прекрасного города – моей мечте, Санкт-Петербурге.

Мой рост по сравнению с моими амбициями и силами моей души – низковат, но я не вижу в этом никакой помехи. Мой вес едва удерживает меня на порывах ветра, но слава небесам, еще пока не улетала. Вероятно, ты ничем бы меня не отличил от большинства массы. Разве что, пока не взглянули в мои глаза.

– Знаешь, даже если ты будешь стоять в темном углу и не проронишь ни слова, тебя все равно будет видно, потому что над тобой словно лампочка – обронила однажды в мою сторону подруга.

Когда небольшая вводная часть окончена, вернемся к истории. К этой великой истории.

Окунемся в март двухгодичной давности. Тогда я проживала разрыв на основе предательства. Мной, в очередной раз, был собран чемодан и я села на поезд, ведущий к моей семье – моим друзьям. Там меня всегда ждут теплые объятия, чай и безмерное количество согревающей и дающей силы любви. Моя обитель.

Мы познакомились как раз за некоторое количество дней до этого самого разрыва. Эта связь образовалась с первых секунд встречи, словно я уже увидела всю будущую картину. Правда, даже не представляя истинность будущего холста.

–Хорошо, я готова познакомиться с твоими новыми друзьями- сообщила я Ан.

Нас пригласила в гости его подруга, которая находилась в отношениях с ним, тем самым. Нас встретили крепкими объятиями и искренними улыбками, либо мне показалась их искренность. Мне не хотелось там быть, и я была там не для себя. Я нашла угол, в который буквально забилась и ждала, пока закончится этот бесконечный вечер. Понимая, что мы здесь надолго, я приложила все усилия, чтобы мне было не паршиво там сидеть. Перед глазами у меня были два объекта: я наблюдала как мой, еще на тот момент, партнер с каждой секундой все больше влюбляется в одну из участниц вечера. А второе – это был он. Я видела, как он играет, видела, что он тоже хочет уйти, видела, как он обращает внимание. Я знала, что он знает, что я вижу.

Я была чертовски голодная, и тогда он вызвался приготовить оладьи из кабачков. Я наблюдала за процессом. Но честно, я наблюдала за всеми процессами. И как Ан. раскрывается, какая у него энергия, как он, либо чувствует себя хорошо, либо привлекает к себе внимание. А что особа по имени Айс. четко делала все, даже малозаметные телодвижения в сторону каждого участника происходящего, дабы показать ею задуманное, раскусилось мной в первые пять минут. В комнате была музыка, накрыт небольшой стол, включена гирлянда и горели свечи. Все располагало к хорошему вечеру в доброй компании, чей рубильник доброжелательности был вывернут на максимум. Каждый чем-то занят, но ко мне почему-то слишком много внимания. Хотя вопроса тут нет, ведь если бы у меня человек сидел, зажавшись в угол, я бы тоже пыталась его развеселить.

–А вы нормально уживаетесь? Насколько я знаю, творческие люди имеют с этим проблемы

Перед тем как задать этот вопрос, я где-то внутри понимала, что выбью им равновесие.

Наверное, это я и пыталась сделать, потому что даже все мое воспитание и нежелание конфликтов не остановили меня. Соглашусь, что справились они достойно, посмеялись, улыбнулись, дали понять, что все прекрасно, и они лишь дополняют друг друга, вот только те доли секунды отразившееся на лицах всех присутствующих, дали мне куда более честный ответ.

Мы сели за стол. Передо мной поставили ту самую тарелку с оладьями. Одну.

– Я могу это все съесть одна?

–Да.

Я была настолько голодна и проигнорировала понимание, что ответ мне был дан из вежливости и понятное дело, что приготовлено на всех. И я все съела. Одна. Без капли угрызения совести. Должна и я хоть что-то получить в этот вечер. Мы разговаривали, пели песни. Я по большей части была в роли слушателя, наблюдателя и часового, который следил за стрелками, которые так тягостно двигались вперед. С этим вечером мне было все понятно.

Затем к нам присоединились еще двое человек. Теперь мы играли в игры. Иногда было весело. Особенно захватывающе было наблюдать за несколькими кадрами немого кино, проносящимся между строк всех изречений участников вечера. В момент, когда мое терпение подходило к концу, я спровоцировала наш уезд домой, ссылаясь на нестерпимую головную боль. Я видела в глазах Ан. полное нежелание оставлять это времяпрепровождение, но и быть здесь я больше не могла. Свою порцию приличия я уже истрепала, и был подключен резерв. Дорога до дома была не активной. Вероятно, там была даже обида на меня. Действительно.

Это была наша первая встреча.

Второй же я не придала абсолютно никакого значения.

Ан. долгими уговорами получил мое согласие на переезд в соседний дом от этой пары, выдавая за обоюдные плюсы все прекрасности этого события. Я же чувствовала в этом конец. Итак, мы приехали, наши новые соседи, такие нарядные нас встретили и помогли с вещами. Сказать, что у меня не было ни настроения, ни желания с ними контактировать, да и вообще с кем-либо- не сказать ничего. Я переезжала, чтобы заканчивать отношения, понимая, что теперь мой партнер находится в двух шагах от нового плода его чувств. Можно задаться вопросом – почему я никак не повлияла на это? Для ответа мне придется рассказать все полтора года наших отношений и еще пару лет своей жизни до, чтобы объяснить. Но все же пару слов скажу:

Во-первых, мне было очень больно и обидно. Я задавала вопросы, просила честности. Получала ссоры, упреки и ложь в ответ. Я поняла, что человек находится в самообмане и пытается в этом же убедить меня. В этом я видела трусость, слабость, безответственность, нерешительность.

Во-вторых, моя гордость или достоинство не позволили мне возвращать то, что за моей спиной решило от меня уйти. Я руководствуюсь по жизни правилом: если у тебя стоит выбор между мной и кем-то – выбирай не меня. Хотя, жалкие попытки наладить я все же делала, но они были слишком малы и запоздалые. В совокупности с ложью второй стороны – полностью бесполезны. И как я узнала позже – еще и обесценены, будучи высмеянными за моей спиной.

Так я рассуждала на тот момент, так я чувствовала. Поэтому после очередной бессонной ночи, когда он вернулся утром, я сообщила о том, что ухожу. Билет был куплен тем же днем. Я собрала чемодан и через сутки покинула город в один конец.

Мне не было ни до кого дело, и в то же время я убегала в людей от боли, предательства и одиночества. Он написал мне первым спустя неделю моего прибытия в другом городе, после того, как наши, еще в недавнем прошлом, «половинки» соединились в одно целое, оставив за своими спинами два расколотых сердца, нашедших общую боль клеем для облегчения страданий.

Не успела я опомниться, как мы стали сутками общаться. Тогда я была в 2000 километрах от него, поэтому отсутствие ограничения в количествах символов, которые можно было друг другу отправлять – являлось подарком. Часы голосовых и фильмы кружков в телеграмм – теперь неотъемлемой часть наших дней.

Мы начали с боли, делились друг с другом эмоциями и впечатлениями от происходящего, негодовали возможностями пренебрежения чувствами других людей во славу своего мнимого счастья. Этим путем мы добрались до историй жизни, раскрытию друг другу сердца и сокровенных тайн, уязвленностей, страхов, мечтаний и стремлений познать истинную любовь. Казалось, что мы смотрим на мир одинаковыми глазами. И пусть главным словом в будущем будет «казалось», на тот момент это было не важно. Мы встречали рассветы и провожали закаты, даже с разницей во времени.

Мы засыпали и просыпались вместе.

Я никуда не ходила без телефона. Я засыпала и просыпалась с видеозвонком, где он был по ту сторону экрана.

Но все же здравый смысл порой брал надо мной, вверх и мне удавалось сделать два шага назад. Однако тот мир настолько соблазнителен, что спустя мгновение я делала три вперед, навстречу своему искусителю, тянущим меня в ад осыпанный розами.

В один момент, когда я почувствовала, что влюбилась беспамятства, назад уже дороги не было, я попала в ловушку, искусно изготовленную под все мои параметры.

Решающим моментом стал один вечер. Подруга уговорила меня сходить с ней к девочкам. Они собирались выпить и отправиться в клуб. Я согласилась. К этому времени уже было нарушено несколько правил сдержанного поведения, а также просвечивались заступы за линии проведенные красной лентой с названием

«запрещено». Немного набрав градусы своего тела, я решилась на тот самый разговор, от которого бежать уже было некуда.

– а что говорить? Я не знаю, как это случилось точно и когда. Просто в один момент, я понял, что мы слишком долго молчим и смотрим в глаза друг другу.

–да, я тоже это заметила. Но что нам делать? Я хочу, чтобы все было правильно.

В ту ночь мы пришли к одному, что хотим быть здесь и сейчас рядом друг с другом. Остальное не имеет значения. Я была в телефоне пока мы сидели дома. И когда поехали в клуб. Когда были там и когда возвращались с него. Я успевала веселиться, но большее наслаждения я получала от новых уведомлений, полученных от него. Однако, я еще не подозревала, что мы говорим на разных языках и абсолютно о разных вещах. Все, что для меня было про душу, для него было про плоть. Что для меня были чувства- для него являлось развлечением. Обо всем этом я догадаюсь лишь спустя долгие месяцы, но сейчас вернемся.

Моя слава как рассудительного и здравомыслящего человека канула в лету даже для меня самой, ведь я отдавала себе отчет, что иду на растерзание, но это не имело никакого значения. Иллюзорный мир всепоглощающей любви был слишком манителен и мои цепи дали большую трещину, а если быть точнее, были сбиты вовсе. Каждый раз, когда я пыталась включить разум, мне говорилось выбрать сердце, мне велелось слушать чувства и отдаться пучине темноты иллюзии, нарочито подаваемой как самого сладкого плода.

ПЕРВЫЙ ПРИЕЗД

Знаешь, будучи подростком, и вплоть до двадцати с небольшим лет, смотря различные мелодрамы, читая книги и наблюдая за историями жизней разных персонажей, мне всегда хотелось оказаться на месте тех дам, которые высвобождает из темных оков жизни заблудшую душу. Да, я была из этих, кто отчаянно хотел вывести на свет потухшие напротив глаза. И чем сильнее была тьма, тем больше она меня манила.

Боль на какой-то промежуток жизни, а если быть точнее, то на большую ее часть, стала моей неотъемлемой подругой, которая за руку с одиночеством шли рядом. Поэтому я так хорошо разбираюсь в боли других людей, потому что я и есть боль, я и есть одиночество. Наверное, и поэтому, мне хотелось стать спасением для кого-то, потому что такого же спасения я отчаянно жаждала для себя. А может, там еще тысяча причин, но сейчас им нет места в этих строках.

За километры тех писем, что были адресованы мне, я увидела эту тьму, я испилась этой болью, и мне не хватало воздуха от мысли, что здесь необходимо одно лекарство – любовь. И к первой встрече ее уже было предостаточно.

За месяц, что я провела рядом с близкими, я успела оправиться от той порции яда, что внеслась в мою жизнь, а то чувство влюбленности наполнило мое сердце до краев. И пусть старая история еще откликалась небольшими уколами внутри, я готова была идти дальше. Хотя это было трудно, скрывать не стану. Однажды я зареклась – не начинать новую историю, пока следы предыдущей не уйдут полностью, ибо моя ответственность за чувства другого человека сведет меня с ума.

Если ты, вдруг, тоже похож на меня, то вот мое правило и руководство: учиться разделять старую боль и новые чувства. Они не должны пересекаться и не должны влиять друг на друга. Не должно быть попытки излечиться одним за счет другого. Любое замещение должно быть искоренено. На это требуется очень много сил разума, настойчивости нутра и честности души. Поэтому, все же, рекомендую заводить новую историю только при наличии полного свободного места внутри. Однако, если же ты предпочитаешь опохмеляться тем же спиртным при недуге – этот метод тебе не подойдет, как, и в целом, этот рассказ.

Итак, первая встреча.

Честно говоря, я не ожидала от себя такой смелости и такого рвения. Сердце колотилось до невозможности быстро, как и полагается в таких историях. Ведь мне снова будто 15 лет, да, именно такие чувства были у меня в тот момент. Помнишь себя, когда тебе было 15, как сильно ты влюблялся? И как потом эта способность теряется, может от изношенности сердца, может от слабости души или дрявости доверия. И как не верится, если такое с тобой происходит вновь, как ценно тебе становится то, что, казалось бы, утрачено навеки.

Я буквально набросилась, сбив его с толку, точно также как он меня с разума. На первый порыв я получила смущенный отказ, второй же раз удался податливой взаимности. После, придя в чувство и осмотревшись по сторонам, я удивилась: я оказалась в той же самой комнате, что еще месяц назад была роковой, ведь именно в ней я увидела, что прежде мне любимый человек ощущает влечение уже не ко мне, еще вероятно не подозревая, но уже полностью отдавшийся этому течению. А теперь тут иначе, светит солнце. В доме чисто, наведен уют, однако холодно и, несмотря на лучи тепла – мрачно. Но я приехала не за этим. Или как раз за этим? Не могу точно определить, чего истинно просила моя душа. Предполагаю, что я просто хотела быть счастливой, а для этого мне требовалось игнорировать все то, что этому мешало.

Помимо манящих чувств были и другие, мне хотелось убежать. За секунду я почувствовала дикий дискомфорт. Мне снова 5 лет, хочется сжаться, спрятаться и исчезнуть. Мне снова страшно как тогда. Что-то большое и темное надо мной меня сдавливает. Но все это мне кажется, разве нет? Это просто страх нового, стеснительность, желание понравится, быть принятой и понятой. Желание оправдания собственных иллюзий.

Есть у меня одна черта, до сих пор не разобралась, к чему она относится: к вере в лучшее или иллюзорности – умение видеть в людях светлое, лучшее и пытаться всеми возможными способами привести их к этому.

Три дня пролетели незаметно. На улице было то жарко, то холодно. А жар внутри прожигал все до мрака. Это давало мне новые ощущения жизни, о которых я раньше только читала в книгах. Я не знаток в отношениях, плохо умею удивлять и баловать чемто материальным, но тогда это не стало мне большой задачей. Я внимательно слушала и смотрела, что хочется глазам напротив меня. Параллельно я была маленьким ребенком, которого водили, развлекали, кормили, поили, потому что большую часть времени я была словно обездвижена и лишенная свободы и действий, при этом зная, что от меня требуется воля и раскрепощенность. Требуется? Нет, никто вслух не озвучивал, это либо я придумала, либо взяла из витающей надо мной клубы дыма.

Танец на кухне под мотив песни, который я уже забыла, сопровождающийся комментариями «я никогда не танцую». И правда, более танцев мне было не подарено.

Совместные просмотры сериалов, прогулки по набережной, куча спонтанностей, разговоры без остановок, небольшие часы сна, переполняющая страсть, которой хочется отдаваться без отдыха. Отдых был и не нужен, мы наслаждались друг другом.

Спетые песни, прочитанные стихи, приготовленные завтраки, походы на ужины.

За три дня улетело последнее сознательное во мне, и я поверила, что меня здесь любят, хотят и ждут.

Но как часто то, во что мы верим, является действительностью? Мы верим или нас в этом убеждают? Или мы хотим верить в то, что под черным холстом кроется все краски радуги? Или кто-то другой хочет, чтобы мы в это верили?

Все эти вопросы ко мне пришли позже, а тогда, я собрала все свои силы и купила обратный билет, подарив на память небольшой блокнот, в котором позволила себе выразить свои мысли и чувства.

– Ты знаешь, я не капли не жалею, что все, что случилось в прошлом, на самом деле случилось. Наоборот, я этому очень рада, ведь благодаря этому я встретила тебя, и ты сейчас есть в моей жизни.

Я произносила эту фразу несколько раз, больше, чем несколько, и каждый раз ответом мне служила молчаливая улыбка и, отводящие в сторону взгляд, глаза.

Мы договорились открыть наши блокноты, когда тронется поезд. Путь до дома длился сутки, давно он не пролетал так быстро, сейчас я его уже даже и не помню. Помню, как сошла утром с поезда и с ума. Это был насыщенный на дороги промежуток моей жизни. Самолеты, поезда, автобусы, за этот месяц я испробовала все, и бурлящее чувство движения меня переполняло, пусть порой и изматывало. Дорога – моя жизнь. И идя ранним утром по городу с вокзала, потерявшаяся в названии территории, на которой я находилась – было найдено подтверждение предыдущего предложения.

–Майя, я в тебя влюбился!

Это я прочитала в том маленьком носителе столь важной информации. Это же я услышала позже в отправленных мне сообщениях. Признаться честно, я посчитала себя глупой, потому что «видела» эти чувства еще до этого времени. И правда, глупая.

Комментариев этих я не озвучила, так как кто хочет казаться глупой? И выбрала просто радоваться, что теперь мы на одной взаимной волне.

Я вернулась окрыленная, все было написано на моем лице. Друзьям не приходилось меня долго пытать, ведь итак все понятно. Они потеряли меня. Предполагаю, что мы тогда все верили в эту историю или старались это делать.

Спустя некоторое количество дней мне предстоял новый путь, путь в родительский дом.

Мне придется написать еще одну книгу, чтобы дать полную историю происходящего.

Но для этой, будет достаточно знать, что там все сложно и я не видела маму два года. Помимо нее меня еще ждали две сестры и их дети, мои племянники, а также бабушка, у которой я находила пристанище в моменты сильного отчаяния.

НЕУДАЧНЫЙ РИСК

На этот путь я не решалась весь месяц, но «надо съездить» все же взяло вверх надо мной.

Никто не знал о нашей скорой встрече. Да, я люблю делать сюрпризы.

–

твое первое имя – неожиданность, а второе имя – Майя

Так однажды сказал один мой близкий человек. И это сущая правда. Я испытываю неимоверное удовольствие видеть эмоции поглощающей радости, когда внезапно оказываюсь перед взором родных глаз и это мой любимый вид подарка людям.

Наверное потому что – это лучший подарок для меня – видеть родной взгляд рядом.

–

ну ты и портизанка!

Кричит мне мама, еще секунду назад не осознающая, что перед ней стою я, и мы бежим друг друга обнимать. Такие долгожданные объятия и осознание, как сильно мне этого не хватало: простого маминого плеча, ее голоса, ее любящих глаз, волнующейся души и семейных объятий.

Жизнь в нашем маленькой городке идет также маленькими шагами маленьких людей, которые очень много о себе думают. Электризация пустоты этого города разряжается в воздухе и пронизывает меня каждый раз, служа напоминанием, почему я тут не живу. Заниматься там нечем, как и в любом городке, либо я не смогла найти. Кроме семьи у меня тут тоже никого и ничего нет, поэтому они – единственное здесь мое развлечение.

Ну и самокопания, конечно же.

Мама была на работе, поэтому я отправилась домой. Небольшая однокомнатная квартира, где все пропитано детством. Мама умеет вести быт, но почему-то и тут мне тоже холодно. И вот снова мне 15 лет, нужно что-то сделать, чтобы порадовать маму. Это сделать можно немногими вещами: своим приездом, порядком в доме, нахождением в поле ее видимости, ранним отбоем, ну и послушанием.

Но впервые в своей жизни, все это мне захотелось делать не под страхом наказания или лишения любви, а из понимания и заботы к маме, уважения к ней.

Мне чуждо желание впускать человека во все свои сферы жизни. Было чуждо до этого момента. Мы продолжали не расставаться ни на йоту. И пусть я много времени проводила в деревнях, где зачастую отсутствовала связь, я создавала ее сама, по всей видимости. Не отходила я от телефона и когда была с племянниками. Им даже удалось несколько раз подглянуть со словами «а кто это?»

Итак, ее знали «мои дети», это было почти верхом доверия, ведь эти маленькие крикливые потоки жизни – одно из самых сокровенных, что у меня есть из подарков судьбы. Мы все вместе гуляли, проводили время, засыпали и просыпались. Мама с сестрами не знали, но они тоже разделяли наше времяпрепровождение.

Все развивалось со стремительной скоростью и проникалось в самые потаенные части доступного и скрытого. Но однажды случился переломный момент, потом их будет множество, но сейчас остановимся на этом.

Приехав в этот раз домой, я решила попробовать довериться и открыться семье. Несмотря на то, что по законам людей и жизни, они должны быть самыми приближенными ко мне, они оказывались каждый раз дальше всех. Я решилась сделать очередную попытку это исправить. Я рассказала о своей жизни, что смогла, поделилась своими трудностями. Не ради получения помощи или выгоды, мне искренне хотелось почувствовать их рядом и причастными к моей жизни. Сломать все стены и заборы, что я так долго выстраивала. Почему именно решение рассказа упало в сторону проблем? Потому что для меня – это про доверие. Я, в целом, редко обращаюсь за помощью и также немногословна в своих трудностях. Если я не доверяю человеку, я не приду к нему, что бы со мной не случилось. Поэтому восстанавливать связь я решилась, взявшись за тяжелую артиллерию. Да и тем более, некогда будучи гордостью семьи прийти и рассказать, что ты слаб и потерян – еще то испытание на прочность для меня.

Все карты сошлись к тому, что начинать нужно с трудностей, как бы оно не было.

Честно признаться, я ранее не видела их такими сплоченными. После череды негодований они все вместе взялись за «реабилитацию» моей жизни. Этого совсем не требовалось, и мой разум говорил остановиться, но сладость быть «в семье» была сильнее и я поддалась.