Имперские войны: Цена Империи. Легион против Империи
- -
- 100%
- +
– Козлы! – прошипел Алексей по-русски.
Тумос его не волновал. Бог с ним, с Тумосом. Но теперь-то им Маркионополя не видать. Связь у римлян поставлена отменно. Так что максимум через полдня на всем побережье будут знать: варвары пришли! Единственный выход – поднять паруса и заплыть подальше на юг… надеясь, что там не окажется еще одной римской эскадры.
– Так. Агилмунд! Разошли гонцов на все корабли. Снимаемся и уходим на юг!
– И не накажем этих безмозглых?! – взревел Ахвизра.
– А корабли? Наши корабли?! – возопил Тарвар.
Последний довод был серьезным.
– Ладно, – подумав, решил Коршунов. – Идем к берегу.
Как и следовало ожидать, гепиды дело просрали. То есть на берег они высадились без проблем, но, решив начать с того, что ближе лежит, принялись грабить предместья.
Пока они занимались этим приятным и интересным делом, местные жители протрезвели и успели убраться в крепость.
– Вот и хорошо! – заявил очень довольный Химнерих, у которого на шее уже красовалось новое ожерелье из оправленных в золото самоцветов. – Значит, никуда не удерут. Не бойся, Аласейа, сейчас мы разом навалимся и их оттуда выковыряем!
В гавани воняло рыбой и смертью. Повсюду лежали мертвые тела. Иногда – голые, иногда – в ошметках одежды. Вряд ли это были трупы воинов. Телосложение не то, да и женских тел было немало. Гепиды не только не озаботились похоронами, но даже не потрудились сложить трупы в одно место. И Химнериху плевать было на мертвецов. Его интересовала только добыча.
«Стоп! – сказал себе Коршунов. – Ты не в двадцать первом веке. По здешним понятиям Химнерих – в своем праве».
И все-таки самым большим желанием Коршунова было пристрелить гепидского рикса. Но – нельзя.
Начнется большая драка, и в итоге Алексей останется без войска. Значит, эмоции – побоку.
Коршунов посмотрел на крепость. Издали она не выглядела грозной. Наоборот, была она небольшой и несколько обветшавшей. Но Алексей уже знал, что это обманчивое впечатление. Расположена крепость на редкость удачно – подход только со стороны моря. А у стен есть такое свойство – становиться все выше и выше по мере приближения к ним. А под самой стеной ты вдруг становишься совсем маленьким, а стена – очень высокой. И пусть она потрескалась и покрыта щербинами, это не имеет значения. Древние строили на совесть. И даже таран к воротам будет подтягивать чертовски неудобно. Нет, без осадных орудий тут делать нечего. А из всех орудий у Коршунова – только палубные «скорпионы».
Сам же городок Тумос оказался совсем маленьким. Наверное, около тысячи жителей. Живописная гавань, спокойная удобная бухта… отличное место для отдыха. С древесиной вот только плохо. А для осадных орудий надо много древесины. Так что дело это долгое. Даже если не учитывать того, что его воины понятия не имеют, как эти орудия строить. Конечно, Коршунов что-нибудь придумал бы… но на это тоже требуется время…
– Нет, – сказал Алексей. – Крепость ты будешь брать сам. Мы уходим.
– Дело ваше, – беспечно ответил гепид. – Все нам достанется.
– Точно говорят: безмозглый, как гепид! – прорычал Скулди, когда Коршунов собрал на совет всех оставшихся вождей.
Агилмунд спросил:
– Теперь нам в Маркионополь соваться нечего, да, Аласейа?
– Естественно! – раздраженно подтвердил Коршунов. – Теперь там все начеку.
– Прикончить гепидов! – заявил Ахвизра.
– Перебить, как свиней! – поддержал его Тарвар. – С Химнериха шкуру содрать, а самого в море бросить!
– Аласейа! Вели их бить! – потребовал Ахвизра. – перебьем – и добычу у них заберем. Нас вдвое больше! Беремод вмешиваться не станет! Агилмунд! Ты что молчишь? Не согласен, что ли? Скулди! Неужели боишься?
– Погоди, друг, – произнес Скулди (он уже успокоился), – не кричи. Гепидов я не боюсь. Только ведь не гепидов бить мы сюда приплыли. Гепидов и по ту сторону моря найти можно.
– Наказать! – настаивал Ахвизра. – Спустим им пакость такую – боги нас уважать перестанут! Удачи не будет!
– Удача наша – вон. – Скулди кивнул на Коршунова. – Что скажешь, вождь?
– Скажу, что от гепидов мне ничего не надо…
Ахвизра открыл было рот, но Агилмунд взял друга за плечо и прикрыл ему рот ладонью.
– Ничего, кроме одного, – продолжал Алексей. – Они взяли суда боранов. Кормчих, правда, не тронули, так что крови на гепидах нет. Но я думаю: вернуть суда они откажутся. Иначе на чем им обратно плыть?
– Ни на чем! – яростно воскликнул Тарвар. – Перебить их всех – и плыть некому будет!
– Ты плохо слышишь, Тарвар? – прищурился Коршунов. – Я сказал: драться с гепидами мы не будем! Не захотят вернуть суда, значит, должны их выкупить и еще заплатить… – Коршунов подумал, как по-местному обозначить «моральный ущерб», не придумал и сказал: – Еще заплатить – чтоб обиды не было. Это – по закону. И этого я от Химнериха добьюсь!
И распустил собрание на два часа.
Выкупить суда Химнерих согласился на удивление легко. И заплатил щедро: отдал почти всю добычу.
Коршунов понял, что гепид пусть и безбашенный, но все-таки опасался, что без крови не обойдется. К тому же он был уверен, что возьмет крепость и поправит дела.
Перед тем как сниматься с якоря, Коршунов отыскал Красного.
– Дружище, возьми с собой кого хочешь – и плывем со мной! На моем корабле для тебя всегда место найдется!
Но гепид только рыжей головой мотнул.
– Добычу со мной возьмешь – не сравнить с этой! – уговаривал Коршунов.
– Что добыча! – вздохнул гепид. – Вот слава… не могу, Аласейа. Дядя он мне. На коня сажал, меч держать учил… не пойду я с тобой!
Глядя вслед уходящему Красному, Коршунов подумал, что тот еще, в сущности, совсем мальчишка, немногим старше Книвы… сколько ему – восемнадцать, девятнадцать?..
– Теперь все в порядке, Тарвар? – спросил Коршунов, после того как тот получил компенсацию.
– Отец будет доволен, – отозвался сын Рикса. – Тебе, Аласейа, в купцы надо – по тройной цене продал!
– А наша обида? – не стерпел Ахвизра. – Нас он тоже обидел! Не должно такое оставлять! Аласейа! Разреши, я вызову этого Химнериха! Я его убью, не сомневайся!
– Без тебя справятся!
– Это кто же? – ревниво спросил Ахвизра.
– Скулди! – Коршунов повернулся к герулу. – Ты – воин опытный. Сколько Химнерих будет эту крепость брать?
– Дней пять провозится, не менее.
– А когда здесь легионеры появятся?
– Через три дня, не больше. Здесь, в Мезии, лагерей мно-ого.
А Беремод все-таки с гепидами не остался. Ушел со всеми. И людей своих, естественно, с собой забрал. Прозорливый, блин… или, может, боранские корабли выкупать не хотел?
Глава седьмая,
в которой Аласейа – Небесный Герой осуществляет стратегически безупречный грабеж
Искусство Скулди получать информацию пропало втуне: рыбаки даже и не думали запираться. Оказавшись на палубе «коршуна» и обнаружив, что вокруг – не римские солдаты, а дикие варвары, эти труженики моря так перетрусили, что выложили все, что знали, и даже от себя прибавили. Лишнее Коршунов отфильтровал, нужное – проанализировал, и в результате у него выкристаллизовался рискованный, но вполне жизнеспособный проект.
– Значит, так, – сказал он, в очередной раз собрав военный совет. – Примерно в пятидесяти милях отсюда – то, что нам надо. Римский город, забыл как называется, но это не важно. На моей карте его нет, но не думаю, что рыбаки соврали.
– Город богатый? – спросил Ахвизра.
– Гарнизон большой? – одновременно поинтересовался Скулди.
– Насчет богатств – не знаю. А вот гарнизон приличный. Раньше там римский лагерь был, потом крепость построили… шесть поколений назад. Теперь туда налоги свозят! – Коршунов поднял палец. – Со всех прилегающих территорий. А уж потом собранное отправляют в столицу провинции. Но это – осенью, а сейчас у нас май.
– Так они ж еще и не собрали ничего! – заметил Агилмунд. – Весна же!
– Насколько я знаю, у них, у римлян, налоги круглый год собирают, – сказал Коршунов. – Дом купил – плати, женился – плати…
– Умер – плати! – вмешался Ахвизра и захохотал.
– Ты не смейся, – строго сказал Коршунов. – Так и есть. Налог на наследство называется.
– И откуда ты это все знаешь? – поинтересовался Скулди не без уважения. – Вот я за Рим воевал, а не знаю.
– От Анастасии.
– А-а-а… тогда понятно. Ты про гарнизон не сказал.
– Скажу. Пленные говорили – там когорта стоит. Сколько это?
Скулди присвистнул. И Скуба, который тоже имел представление о римских воинских соединениях, тоже разочарованно вздохнул.
– Когорта! Что ж ты, Аласейа, про налоги знаешь, а про когорту – нет? – уколол Скулди.
– А для этого у меня ты есть! – парировал Коршунов. – Говори.
– Когорта, вождь, – это, значит, город тот не про нас. Это, считай со всеми вспомогательными, – до тысячи копий. А еще ополчение, вигилы… ты что развеселился?
– Бывают случаи, друг мой Скулди, когда большой гарнизон – намного лучше маленького…
Коршунов предполагал, что самым трудным в этом деле окажется высадка. Он ошибался. Провести почти две тысячи человек по маршруту длиной в пятьдесят с лишним миль, да еще по плотно заселенной территории, оказалось намного труднее. Очень мешало отсутствие карт. И разведчиков, способных выдавать себя за местных жителей, катастрофически не хватало: Скулди самому приходилось ездить в дозоры. Помогало же то, что все Коршуновские воины – и герулы, и гревтунги – были прирожденными охотниками. Трудно поверить, но вся эта орава могла просочиться днем в пятидесяти метрах от какого-нибудь пастушка – и тот ничего не замечал. Более того, даже собаки пастушьи оставались в полном неведении. Не увидь этого Коршунов собственными глазами – не поверил бы. Иногда их, конечно, обнаруживали. Но на этот случай Коршунов дал четкое распоряжение: всех свидетелей ловить, наливать под завязку плохоньким вином и оставлять где-нибудь в укромном месте. Рекомендации своих советников, что, дескать, проще зарезать, Коршунов отверг. Покойник, сказал он, наверняка привлечет внимание, особенно столько покойников. А пьяный проснется, по здешнему климату, разве что часов через десять, в состоянии острого похмелья, и даже если не забудет, что с ним было, все равно ему никто не поверит. Это примерно как если бы в Коршуновской России муж заявился домой с бодуна и стал грузить жене, что его, мол, поймали и напоили вторгшиеся в город американские спецназовцы.
Сам Коршунов, к сожалению, навыками «просачивания» не обладал (вот Генка Черепанов, тот – умел) и потому ехал по дороге в составе одного из дозоров, выдававших себя за британских купцов, достаточно щедрых, чтобы ни у кого из местных чиновников-начальников не возникало вопросов, что британские купцы (притом без товаров) делают в провинции Нижняя Мезия.
Путешествовал он так два дня, но достопримечательностей Римской империи фактически не видел.
Не до того было. Зато к конечному пункту прибыли вовремя. Уложились за двое суток. Прибыли, посмотрели издали на крепость (новую, крепкую, не сравнить с Тумосом), напоили вусмерть двух проводников, взятых по дороге, и принялись ждать. Ждали недолго. Спустя три часа на горизонте появились корабли. Около сорока боранских «двухголовых» суденышек, кои весьма самоуверенно ворвались в порт, высадились в виду крепостных башен и стали бесчинствовать.
Так Коршунов и напутствовал Беремода: «Высаживайтесь – и делайте, что хотите!»
«Что хотите» по здешним понятиям – понятно что.
Поначалу все местные жители, кто успел, бросились в крепость или в горы. Ворота в крепости затворили и приготовились к обороне. Но чуть позже в цитадели оценили количество варваров и поступили именно так, как и предполагал Коршунов.
В монокуляр Алексей очень хорошо видел, как медленно растворились крепкие, окованные бронзой ворота и наружу стали вытекать ровные ряды легионеров. Аккуратные, сверкающие начищенными шлемами и остриями копий, над которыми покачивалась обрамленная венком открытая ладонь.
Сначала мерным, неторопливым шагом, потом все быстрее и быстрее римская пехота покатилась вниз, на противника… ворота в крепости остались открытыми.
– Ну что? – жарко дыша Коршунову в ухо спросил Агилмунд. – Бьем?
– Погоди!
Слитный многоголосый рев взлетел к небу. Лучшая пехота этого мира врезалась в толпу готов Беремода.
«Ну, это мы уже видели!» – подумал Коршунов.
– Бьем?!
– Погоди! Пусть увязнут! Сначала – ворота. Ахвизра! – Алексей повысил голос. – Начинай!
Ахвизра, а с ним сотня гревтунгов, экипированных в римские доспехи (все роли заранее расписаны), с римским военным кличем «барра!» покатились вниз, словно бы на подмогу гарнизону, но, поравнявшись с крепостью, вдруг свернули и помчались к воротам. Полминуты – и первые (самый первый – Ахвизра) уже внутри. В крепости тоже завопили. И крик этот услышали в задних рядах легионеров (передние были слишком увлечены – резали проклятых варваров). Аккуратные линии римлян, уверенно оттеснявшие воинов Беремода к воде, заколебались. В них наметилось разделение – и вот уже отряд человек в сто порысил обратно к крепости: выяснять, что там стряслось.
– А вот теперь и мы! – воскликнул Коршунов. – Скулди! Агилмунд! Бей!!!
И полторы с лишним тысячи истомившихся по драке воинов, с рычанием, от которого шатались камни и дрожали листья масличных деревьев, потрясая копьями, высыпали на гладкий, усеянный белыми цветами склон и покатились вниз с неотвратимостью цунами.
В этом бою Коршунов личного участия не принимал. Гордо стоял на пригорке в окружении дюжины «телохранителей» и наблюдал, как трехкратно превосходящие силы варваров ровняют с землей смешавшиеся ряды легионеров.
Через час все было кончено. Но еще раньше, как и предполагал Коршунов, отдельные представители его воинства самочинно вышли из боя и устремились к городу. Грабить.
Коршунов усмехнулся. Конечно, лиц на таком расстоянии он разглядеть не мог (без монокуляра), но отлично знал, что это удальцы из вольницы Беремода. Те, кто пришел с Коршуновым, были строго предупреждены: сначала разобраться с овчарками, а уж потом стричь овец.
«Грабежа не будет! – сурово заявил Коршунов. – Не дело это, когда одни сражаются, а другие грабят. Возьмем город, спокойно вычистим все, а что не найдем, то жители сами принесут. А потом честно поделим на всех. И никто не будет в обиде».
Те, кто ходил с Коршуновым на Питиунд, знали, что Аласейа слов на ветер не бросает. И убедили остальных. Но не архаровцев Беремода.
Этих, однако, ждал большой сюрприз. В воротах города стояла уже не римская стража – свои.
– Точно Аласейа сказал! – ухмыльнулся Ахвизра, поигрывая копьем. – Одни бьются, а другие норовят чужой кусок ухватить!
– Мы тоже дрались! – возмутился самый проворный мародер, гот, демонстрируя окровавленный рукав. – Ты что, Ахвизра, своих бить станешь?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
234 год от Р. Х.
2
Necesse est maximorum minima esse initia – «Великое берет начало с малого» (лат. пословица).
3
Тем не менее древность скифо-сарматских племен – исторически зафиксированный факт. Еще Геродот (пятый век до н. э.) писал о них. Возможно, и более древние (Гомер, Гесиод) авторы, упоминавшие киммерийцев, писали о предках скифов-сарматов описываемого в романе времени. Впрочем, время их истекает. Последние серьезные упоминания о сарматах относятся к концу четвертого века.
4
Отец…
5
Пройдет век с небольшим – и большая часть сарматов, теснимая готами и теми же аланами, будет вынуждена отдаться под покровительство Рима. А еще через век территории, на которых в описываемое время обитали сарматы, войдут в державу Атиллы. Возможно, среди племен, ставших впоследствии основой для формирования Хазарского каганата, были и сарматы. Но с уверенностью утверждать это нельзя.
6
Ойум – мифологическая земля обетованная для готов.
7
Читателю, знакомому с историей и георгафией: это другой Трапезунт, не малоазийский (римская провинция Понт), а тот, о котором упоминает Иордан, – то есть располагавшийся в районе горы Чатыр-Даг, неподалеку от нынешней Алушты.
8
Аурей – золотая римская монета.
9
Отсутствие устриц в нынешнем Черном море связано с тем, что проникший туда не без помощи человека хищный моллюск рапан слопал деликатесную «родственницу». Одни мидии остались.
10
Va e victis – горе побежденному (лат. пословица).
11
Штаерман Е. М. Упадок Римской империи.
12
Секстан (от лат. sextans – шестой) – в морском деле – астрономический угломерный инструмент. Лимб секстанта составляет 1/6 часть окружности.
13
Маркионополь (Марционополь) – город в провинции Нижняя Мёзия (ныне поселок Река Девня, на 30 км к юго-западу от Варны); город действительно крупный – в течение трех лет (366–369), при императоре Валенте М., даже был столицей империи.