Тень Древнего

Пещеру удалось найти достаточно быстро. Всё же Лоус всё точно рассказал, указав на все приметы. Она оказалась скрыта за росшим на горе растением, похожим на плющ. Никогда бы не подумал здесь рыскать. Но если знать, где искать, то всё становится проще.

Ничего особенного она из себя не представляла. Обычная пещера, каких тысячи. Разве что довольно сыроватая. Да и множество корней пронизывали её стены. Внутри оказалась небольшая фигурка из дерева и рукотворный алтарь перед ней. Не впечатляет, но и понять их можно. Вряд ли некроманты потерпят здесь целые храмы, построенные их врагу. Пустив магию в алтарь, я стал ждать.

– Кристиан, ты всё же решил позвать меня на разговор, – внезапно проявилась девушка неземной красоты.

– Ну не мог же я заставлять девушку скучать, – ухмыльнулся я. – Надеюсь, вам передали мои подарки?

– О, да ты знаешь, чем порадовать девушку, – игриво улыбнулась она. – Души столь старых личей мне давненько не попадали в руки. И мы с ними ещё долго будем играть. Спасибо.

– Рад, что понравилось. Я старался, – едва сдерживал я свою мальчишескую улыбку.

Всё же иногда приятно дарить подарки красивой девушке. Особенно такой. И особенно когда она столь прелестно улыбается, обдумывая новые страдания, что ждут некромантов.

В этот момент из своей тени выскочил Куро и, живо приблизившись к богине, уселся на её плечо.

– А, вот ты где, маленький пушистик, – рассмеялась она, начав его гладить.

– Творит что хочет, маленький негодник, – вздохнул я и прошептал себе под нос. – Я бы тоже так не отказался.

А вот от чего именно: поглаживаний богини или возможности творить что хочется, я никогда не скажу.

– Всё же чудные существа. Не перестаю ими восхищаться. Действительно, делают то, чего хочет их сердце, – протянула она ему какие-то чёрные орешки, материализованные из воздуха. – Когда-то они точно так же пожелали добровольно принять тень. А ведь создала их именно моя сестра, а не я. Но выбрали они именно мою стихию.

– И они не ошиблись.

– Да, ты прав. Но ведь не об этом хотел поговорить, – посмотрела она на меня. – Я знаю, зачем ты здесь. Ты ведь хотел попросить вытащить тебя с этого континента?

– Ну, была такая мысль, – сознался я.

– Я могу это сделать. Но есть небольшие ограничения. Вытащить я смогу только тебя и Бука. Латумам я помочь не смогу.

– Но… почему? – удивился я.

– Есть… некие ограничения. Не буду вдаваться в подробности, но с потомками моей сестры мне очень трудно как-либо взаимодействовать. Иначе ещё в самом начале я могла бы тебе намекнуть, что используй ты желание, и Лилия оказалась бы дома. Ты бы согласился сразу же.

– Да, об этом я не подумал, – понимающе кивнул я. – Жаль. Тогда, пожалуй, я останусь. Найду другой способ выбраться с континента. И что-то мне говорит, что придётся преподнести в этом случае ещё одну душу. Возможно, самую древнюю душу этого мира.

– Это… было бы приятно.

– И вероятно, даже кто-то всё это продумал заранее, – исподволь взглянул я на богиню.

– Всё возможно, – пожала она плечами, улыбаясь. – Но это не значит, что я не умею быть благодарной. К тому же, ты сам знаешь, я бы не стала напрасно рисковать своим единственным потомком в этом мире. А ведь ты до сих пор так и не исполнил мою просьбу. А ведь уже давно вошёл в нужный возраст.

– Кхм, – замялся я. – Всё будет. Но позже. Не плодить же бастардов.

– Фи, какое грубое слово. Для меня не существует бастардов. Важна лишь частичка моей крови. Всё остальное вторично.

– И всё же. Я немного подожду.

– Как скажешь. Я ведь не заставляю тебя. Иначе давно бы попросила богиню любви немного помочь. Ты бы тогда половину академии одарил своей любовью. И никто бы тебе не отказал.

– Кха, – поперхнулся я. – Нет уж, спасибо. Я как-нибудь сам справлюсь.

– Хорошо. Но я всё же не люблю слишком долго ждать. Помни это.

– Лучше расскажи мне про Императора. Он ведь был первым некромантом. Как он вообще смог им стать? Помочь с ним явно не получится, так хоть информацию получу. Иногда она может быть даже полезнее, – решил сменить я опасную для себя тему.

– Он… Извини, эта история не моя. Я не могу её тебе рассказать, – замялась Хель. – Но, пожалуй, я спрошу у той, кто может говорить об этом.

Через пару мгновений справа от Хель так же быстро, как она ранее, материализовалась ещё одна девушка. Близняшка, но с белоснежно белыми волосами и глазами.

– Сестра, ты звала? – буквально пропела она.

– Да. Этот молодой человек хочет услышать историю про Императора.

– Что же, если вы просите, я могу рассказать, – грустно вздохнула она. – Хоть я и не люблю вспоминать об этом.

– Буду благодарен, – кивнул я.

– Это произошло давно по вашим меркам. Очень давно. По нашим же, история произошла будто вчера. Именно потому для меня она столь свежа в памяти. Тогда было превосходное время. Этот мир медленно шёл своим чередом. Да, как и всегда, случались войны, люди делили территории. Но такова сущность людей, как, впрочем, и других живых существ. Любой хищник старается бороться за свою территорию. Практически во всех мирах происходит подобное. Но даже несмотря на это, люди проживали свои жизни счастливо. Тогда ещё у меня было намного больше храмов в этом мире. Люди поклонялись мне, и я отвечала на их молитвы. В основном просили о хорошем урожае или исцелении болезни. Именно тогда моим жрецом стал один мальчик. Ещё в раннем возрасте он начал истово молиться мне. Его вера была безгранична. И это заметили другие жрецы, приняв к себе. Он умел исцелять даже самые тяжёлые болезни. Его даже стали называть святым. Естественно, мальчик стал быстро двигался вверх по карьерной лестнице, если это можно так сказать. Уже в двадцать лет он стал Верховным жрецом. Немыслимое достижение. Но его навыки и поддержка народа сделали своё дело. С его приходом к власти моя церковь взошла на вершину своего существования. Но за любым подъёмом неизбежно следует падение. И его причиной стал всё тот же мальчик.

– Сестра… если ты не хочешь, то может не стоит? – обеспокоенно взглянула на сестру моя прародительница.

– Нет, я должна рассказать. Этот мальчик имеет право знать, – покачала головой богиня. – Всё началось в тот момент, когда заболела жена того мальчика. Хотя, тут дело было даже не в болезни. Просто она была обычной девушкой, что решила выносить ребёнка от мага. И не просто мага, а от одного из сильнейших в мире. Ребёнок должен был стать столь же сильным, как его отец. И именно поэтому, ещё находясь в утробе, тянул магию из всего, чего только мог. И в первую очередь из своей матери. Как бы жрец ни пытался помочь, ничего не получалось. Его магии не хватало, чтобы помочь. Девушке становилось всё хуже и хуже. И тогда жрец взмолился ко мне. Он просил спасти свою жену. Обещал отдать всё, что у него есть, ради неё. Его любовь была безгранична. Вот только любовь матери к ребёнку ещё сильнее. Был выбор: помочь либо матери, либо ребёнку. Жрец выбрал мать. Но она выбрала своё дитя. Я не могла помочь обоим. Не спрашивай почему. Просто не могла. Мне тоже тяжело было, но такова была судьба. Кто-то должен был умереть. Но я не могла убить ребёнка. Тогда жрец пошёл к Хель. Он думал, что раз она богиня смерти, то поможет это сделать.

– Но я, естественно, отказалась, – покачала головой Хель. – Я богиня смерти, но это не значит, что я убиваю детей лично. Моя вотчина – это именно посмертие.

– Да. Именно после двойного отказа в помощи жрец помешался. Он начал искать любые способы продлить жизнь своей жене. Вступил на запретный путь. Но ему было всё равно. Он не мог потерять свою любовь. Однако, жрец не успел. Родился мальчик, но со своим рождением унёс жизнь своей матери. Горе новоиспечённого отца было безгранично. Он не мог даже посмотреть на собственного сына. Отправил его подальше от себя, лишь бы не видеть. А сам продолжил свои эксперименты. Теперь уже в надежде на воскрешение своей любимой, но не только. С её гибелью он испытал страх смерти. Настоящий, неподдельный страх. И именно тогда его желание сместилось на сохранение своей собственной жизни. Ну а дальше, как ты понимаешь, он добился своего, став первым бессмертным этого мира.

– И стал набирать учеников, дабы покорить этот мир? – уточнил я.

– Нет. У него уже были ученики. Это другие жрецы, что почитали его как святого и принявшие его мировоззрение. Именно тогда верхушка моей церкви поголовно превратилась в нежить, и свершилось её самое глубокое падение. К счастью, не все разделяли его взгляды. Многие сбежали на другой континент, где восстановили церковь. Они не дали переползти заразе на Гранос, выжигая калёным железом любые намёки. Помогли объединиться враждующим королевствам, чтобы оттолкнуть нападавших. Хоть и ненадолго, но этого оказалось достаточно. С тех пор поддерживается хрупкий мир между континентами. Император опасается совершить новое нападение, боясь повторения случившегося. Ведь именно тогда его власть пошатнулась. Появились те, кто перестал следовать за ним во всём. Он не может уничтожить их, но и они не могут уничтожить его. Такое равновесие длится уже многие сотни лет. И ты пошатнул его, убив одного из лордов. Маленький камешек, который может запустить огромную лавину. И даже мы не знаем, к чему она может привести.

– Да, сейчас все лорды-некроманты и их подчинённые собирают верные войска. Никто не знает, что произойдёт дальше. Всё стало слишком хаотичным. Вполне может начаться война всех против всех. Или же они объединятся, чтобы стереть с лица земли угрозу, что осмелилась убить одного из них, – перевела на меня взгляд Хель. – Именно поэтому я хочу дать тебе то оружие, что способно пошатнуть этот баланс.

– Оружие? – неверяще переспросил я.

Чтобы Хель, и вмешалась, дав что-то способное уничтожить некромантов. Это странно.

– Оружие, что способно принести пользу в определённых руках, – улыбнулась она. – Моё прощение.

– А? – замер я.

– Любой некромант, что поможет в уничтожении Императора и после этого добровольно сломает свою филактерию, получит моё прощение. Я не стану пытать или уничтожать его душу. Просто очищу и отпущу в круг перерождения.

– Это… действительно сильное оружие, – понимающе кивнул. – Правда, согласятся немногие. Очень немногие.

– Я бы даже сказала, считанные единицы. Они слишком привыкли считать себя бессмертными. И добровольно умереть… Нет, они на такое не пойдут. Но не все. Есть те, кто уже устал от этой нежизни. Или те, кто осознал ошибки своей молодости, но уже ничего не может исправить, опасаясь моего справедливого гнева. И если это поможет в более глобальной цели, то я готова отступить от своей мести за предательство. Иногда стоит посмотреть на свои обиды с другой стороны. Ведь они не должны мешать твоей настоящей цели.

– Хорошо. Я использую этот дар, если выпадет подобная возможность, – склонил я голову перед богиней.

Действительно, шансов очень мало, что кто-то согласится на такое предложение. Но кто сказал, что их нет совсем? Хоть малейший шанс может дать результат. Иногда один человек способен перевернуть всю шахматную доску. Ведь даже пешка подле короля может ознаменовать его мат.

– Думаю, теперь ты понимаешь причины, побудившие Императора стать тем, кем он сейчас является. Не знаю, поможет ли тебе это чем-то или нет. Но я даже рада немного выговориться. Надеюсь, у тебя всё получится, – исчезла богиня жизни после своих слов.

– Можешь попробовать передать моё предложение и Императору, – на миг замявшись, произнесла Хель. – Правда, я сомневаюсь, что он согласится. Слишком глубоко он погрузился в свои страхи. Боюсь, его уже ничего не сможет спасти. Только смерть.

– Посмотрим. Если получится с ним поговорить, – скептично хмыкнул я. – Но надеюсь, удастся его убить и без встречи глаза в глаза.

– Это уже только твоё решение. Я могу дать лишь выбор, – кивнула богиня. – Тогда до встречи, мой потомок. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся, когда ты будешь свободен.

Как ветер исчезла Хель после своих слов.

– И что она имела ввиду? – чертыхнулся я. – Свободен от чего? От плена этого континента? Или она имела ввиду что-то другое? Никогда этих богинь до конца не поймёшь. В любом случае, хватит об этом думать. Пора двигаться дальше.

Я вышел из пещеры, вернув на место плющ, скрывающий её вход. И двинулся дальше. Нужно поскорее добраться до северных руин, куда я изначально и отправлялся. Даже интересно, что будет ждать меня там. Ловушка? Новые знакомства? Или пустота? Никогда не знаешь, что ждёт на твоём пути. Но так даже интересней жить.