Раб из Крайпруса

Глава 4 Ужасы Крайпруса [Красиал]

Джунгли – опасное место. Теперь я и моя банда, точнее то, что от неё осталось, убедились в этом. Местная зелень уже давно должна была окраситься в кровавый цвет, от погибших здесь. Никогда. Никогда больше нога разбойника Красиала не ступит на остров Крайпрус, с таящимися здесь зелёными ужасами.

Хищные насекомые, нападающие по несколько тысяч и выползающие со всех щелей. Из-под камней, из кустов, даже из деревьев. Пусть нам удалось спастись только бегством, но пока мы убегали от разбушевавшихся термитов-переростков, погибло трое моих парней. Бутон розовых лепестков внезапно раскрылся, оказавшись внутри деревянной булавой, усеянной тучей колючек. Прозрачная слизь на булаве не оставляла других вариантов. Древесная колючка обладала упругостью хлыста и, подобно растяжке, впечаталась Грасу в грудь.

Драд – лучший следопыт-охотник банды, пострадал, спасая своей тушкой мою жизнь. Очередной шаг по траве, и земля зашевелилась вздыбившись. Рухнув в сторону, выдернул меч, направив его в сторону травяного холма. Земля разошлась в стороны, и в этот момент на холм обрушился топор Драда.

Террабоа – коричневый питон с размахом пасти в полметра. Топор застрял в головной чешуе монстра, и тварь не стала преследовать свою первую добычу в моём лице. Террабоа извернулась, ухватив беззубой пастью руку Драда. Стоило пасти схлопнуться, как следопыт заорал, яростно дёргаясь и вырываясь. В монстра успели впиться несколько клинков, прежде чем он нырнул. Вернувшись под землю, змей потащил за собой. Брахим первым схватился за пояс охотника. Потные, грязные и запыханные от бега парни начали хватать Драда за всё подряд, пытаясь вытащить его наружу.

Лидеру банды таким заниматься не подобает, однако, я не забуду его поблагодарить. На его месте мог быть и я. Если он переживёт этот поход, сделаю своим приближённым, таким парням можно доверять.

Охотника всё же вытащили, пусть и ценой его руки. Её не было, вместо этого, почти от середины плеча торчал обсосанный обломок кости. Крики стихли только после второго лечебного зелья. Тащить охотника никто был не в силах, поэтому повезло, что он лишился руки, а не ноги.

Напряжение в команде нарастало, и это чётко витало в воздухе. В Брахиме, Иликане и Драде я был уверен. Охотник заслужил доверие своим поступком, а вот остальные парни. Теперь следует следить ещё и за ними, и душить любой намёк на бунт в зародыше тех ублюдков, которые только посмеют задуматься об этом.

Сбежав с холма, мы затравленно огляделись, пытаясь отдышаться. Четыре дерева сплетали свои ветви в причудливый узор у нас над головами. Зелёная лоза, похожая на змей, обвивала деревья от самых корней до клубка ветвей в верхушке. Тишина, царившая в этой низине, успокаивала. Никаких ярких цветов, никаких экзотических цветов, пытающихся тебя убить. Не было движений и не было лишних звуков. Напряжение не отпускало, но низина казалась островком безопасности на огромном океане зелёного ада. Никто из парней не расслаблялся, ожидая подвоха от смертоносных джунглей.

– Босс, – окликнул меня вечно жадный до наживы Брахим, – к чёрту этого Бонса, к чёрту эту деревню каштаков, и к чёрту весь этот Крайпрус! Надо быстрее добираться до корабля и валить отсюда, все здесь останемся!

– Заткнись, Брахим, хватит скулить. Это всех касается, отсюда мы уйдем только с трупом Бонса и тем, что он хотел отсюда увезти.

– Мы все здесь поляжем к тому времени, – заявил неуверенно Брахим.

Я хорошо разбирался в людях, благодаря чему и вырвался в лидеры. Заметив смятение, тут же перекрыл все пути бегства, прижав недовольных.

– Тогда вали. Ты и те, кто пойдут с тобой. Материк там, – я указал на восток. – Сруби себе бревно или добирайся вплавь, мне плевать. Можешь убираться прямо сейчас. Только вот если ты подойдешь к кораблю без меня, оставшиеся парни сбросят тебе максимум якорь на голову, вместо лестницы.

Все замолчали, отчего тишина стала ещё более безжизненной.

– Босс, – Иликан приложился к горлышку бутылки из тёмного стекла, обтёр губы и продолжил сбивчиво, – а мы это, чего делать дальше? Сделав ещё глоток алкоголя, он окинул окрестности взглядом и вновь остановился на мне.

Я задумался. Спешить в такой ситуации глупо. Времени и так мало, стоит заняться чем-то бесполезным, и Бонс окончательно исчезнет, если до сих пор не исчез, вызвав подкрепление с материка. Первоочерёдным делом будет вернуться в город и найти новых проводников. Неплохо бы найти ещё и разбойников, готовых потрошить своих же за звонкую монету. Затем наведаться на две местные деревни с рейдом, но сначала прихватить особую штуковину с корабля. Я предпочитаю забирать куш целиком, поэтому без трофеев отсюда не уеду. Если дело выгорит, нужно будет залечь на дно, благо такой огромный город как Толь прекрасно способствует этому.

Я уже задумался о том, как нам предстоит скрываться от гнева клана Пустота, если они прознают об убийстве Бонса. А они должны прознать, потому что я ни за что не поверю, что у него нет жертвенного кристалла. Додумать пути спасения мне не дали, пинком вышвырнув в реалии убийственных джунглей. Никогда не стоит полагаться на безопасность тихого местечка. Тихо может быть в эпицентре бури и в логове матёрого хищника.

– Брахим, чёртов криворукий урод, – распалялся вполголоса Драд, отдышавшийся первее всех, – кто так перевязывает культю. Отрубить бы тебе и…

Замолкший на полуслове охотник привлёк внимание всех. Но больше всего привлёк, перепугал всех боец, упавший лицом в грязь, рядом с Драдом. Рухнул он, как подкошенный, даже не выставив руки, впечатался лицом в землю. Секунду никто не понимал, что происходит, пока Драд с воплем не рухнул рядом. При чём охотнику повезло больше. Небольшой сгусток кислоты пролетел мимо, угодив в землю.

В этот момент все посмотрели на небольшое животное, примостившееся на стволе дерева. Маленькая лягушка кислотного цвета с синим волдырем на спине. Увидев противника, я почувствовал, как впервые за долгое время у меня затряслись поджилки. К такой неравной битве я не был готов.

Кислотный Смертоед Хитрости 101 уровень

По тому, как никто из парней не завопил и не дал дёру, стало ясно, что они не видят информации о монстре. Ожерелье «Око земли» на моей шее повышало восприятие и помогало видеть такую информацию об особо опасных тварях. Мало того что красный цвет слов походил на кроваво-чёрный, так ещё и монстр перешагнул за порок в сто уровней, открыв для себя стиль развития.

Синий волдырь со спины лягушки исчез, вырвавшийся оттуда плевок синей кислоты попал в одного из наших, мгновенно проев кожу до мяса. Боец не закричал, застыв удивлённо. Всё это я наблюдал краем глаза, не сводя взгляда с противника. И тем не менее я не заметил, когда он исчез. Смертоед слился с окружающей его зеленью, став невидимым.

– Иликан, смесь на ствол! Жги!! – Орал я, пытаясь найти лягушку.

Колба разлетелась, мгновенно придав дерево огню. Брызги полетели далеко, задев большую часть дерева.

– Где эта тварь?! – Взволновано крутил головой пироманьяк.

– Сверху, – не своим голосом заорал Драд, первым вскочил с земли и бросился бежать.

Быстрый взгляд вверх показал, что лягушка зависла на безопасном от огня удалении и на её спине снова набухали три синих волдыря, выводя её из абсолютной маскировки.

Уносясь прочь, я на бегу размышлял только о двух вещах: где бы взять себе такую природную маскировку в условиях тропической зелени, и как грохнуть эту стоуровневую тварь.

Подстреленный в плечо боец рухнул через тридцать шагов. Возвращаться за ним никто не стал, благо по синему цвету его лица было видно, что мучиться ему не долго.

Так мы и бежали до места нашего лагеря, не оглядываясь и не останавливаясь, чтобы перевести дух. Смерть в джунглях может подстерегать на каждом углу и под каждым листом. Неизвестно, как выживают местные аборигены, но «пришлых» здесь не привечают.

Добежав до склона у лагеря, все повалились, загнанно дыша. Только в лагере Иликан смог заикнуться о случившемся.

– Эта тварь плюётся парализующим, обезболивающим и убийственным ядом.

– С чего это ты решил? – взъелся Драд.

– А ты видел, как посинел Кош? А как его руки и ноги стянуло? Он рухнул полутрупом, – тяжело дыша, пироманьяк откупорил бутылку и присосался к ней.

– Представь, если поймать такую и доить её яд. Пусть он даже будет не долгодействующим, зато таким и ахеронского варана восьмидесятого уровня можно будет убить, – мечтающе проговорил Брахим.

Иликан, не выдержав такой наглости, выплюнул всё содержимое рта обратно в бутылку, тут же запротестовав такой идее.

– Ну тебя к чёрту на рога с такими предложениями! Сам иди за этой проклятой лягушкой. Даже если босс вознамерится приручить себе зеленую зверушку, делайте это без меня.

– Заткнулись, – рявкнул я и добавил тише, – о том монстре ни слова, удавлю, кто будет болтать.

Нечего лишний раз пугать банду обитающими здесь ужасами. Неплохо бы расспросить местных про этого смертоеда. Может, слабые места или ареалы обитания. Интересовали меня сразу три вещи. Насколько редкой и дорогой может оказаться требуха той твари? Шкура, лапки, кости, глаза, необыкновенные внутренние органы. Второй насущней вещью было убийство этой твари в одиночку. В гильдии магов меня обучили счёту, поэтому провести несколько несложных вычислений в голове проблем не составило.

Тварь неразумная, выше моего уровня – 75 единиц очков за уровень. Превосходство монстра на 60 и более уровней – коэффициент умножения на семь. К сожалению, я не относился к пробуждённому стилю монстра, из-за чего ещё одно умножение в два раз я получить не смогу. И того выходило 53025 очков стиля, при помощи которого совершено убийство. Это не говоря о десятках и даже сотнях тысяч опыта для уровней. Одним монстром можно набрать больше половины очков для получения второго умения. С тем количеством, что у меня уже было, не хватало все лишь двадцати тысяч.

Третьим, важным для меня, было оружие. Яд или артефакт? Или особое умение? Если последнее, то плохо, в таком случае оружие пропадёт вместе с жизнью монстра. А вот если одно из первых двух, то из этого могло выйти нечто стоящее.

От размышлений меня отвлёк голос Граста. Смышлёный малый часто руководит жизнью и работой лагеря. Со мной уже три сезона. В бою слабоват и трусоват, однако, если наделить властью, может строить всю банду. Бывший солдат, изгнан за убийство десятника из аристократии. Со слов щуплого темноволосого парня, с пушком на лице, тот аристократишка их за людей не считал, пока парился и веселился с крестьянками.

Молодой парнишка шёл на службу ради обеспечения крестьянской семьи, но едва не был повешен, за убийство богатого ублюдка. Когда мы вытащили его из стоячей ямы для военных преступников, он утверждал, что убил десятника в честном бою. С тех пор он верно служит мне, проявляя лидерские качества если не сотника, то везде пронырливого десятника уж точно. За это я и держу его подле себя, чтобы оставить на случай, если мне придётся отлучиться.

– Босс, что стряслось? Где остальные? Снимаемся? – Начал с завсегдатаго списка вопросов Граст.

– Заткнись, – махнул я рукой на своего зама.

Граст подстроился под шаг и пошёл следом. Лагерь представлял собой пять палаток, расставленных вокруг ямы-гнезда. У ямы караулило четверо. Подходя к моей палатке, я заметил пару злобных глаз.

– Этих щенков капитана кормили?

– Не было распоряжения, – выдавил зам.

– Так покормите, они сдохнут до отплыва, тогда кораблём будешь управлять сам.

Быстро найдя слонявшихся без дела, Граст пинками указал, что нужно сделать и с какой скоростью. Бойцы зло поглядели на него, недовольно взглянули на меня и пошли выполнять, не высказав в лицо каких-либо пререканий. Несмотря на бушующую анархию и власть силы, Граст тем не менее справляется с завоеванием авторитета, жаль, что силы у него особой нет, да и интеллектом обделён, в отличие от собачьей привязанности.

Войдя в свою палатку и рухнув на пол, я достал карту и расстелил её здесь же. Карта была примитивной, немагической и не имела при себе нужных обозначений. Граст внимательно следил за моими действиями.

– Через пару часов я с пятью парнями уйду в Сельтрест.

– Куда? – удивился мой лагерный помощник.

– Местный городишко, – пояснил я и добавил уже для себя, – набродился я по этим джунглям. Хватит парней попусту терять. Да и дельце есть для местной гиеней морды, что заправляет в тутошнем кабаке.

– А нам чего? Будем сидеть, так припасы того.

– Чего? – Не понял я порученца.

– Ну припасы закончатся, мы же не стали много еды тащить. А она тут закончится и всё, ты же сам запретил нам есть местные фрукты.

– Додумайся ещё. Тут каждый второй, если не первый, либо ядовит, либо несъедобен, а то и ещё хуже может сожрать тебя. Нет уж. Пока меня не будет, аккуратно найдите дичь. Только чтобы невысокоуровневую. Драд главный на охоте. Его ранило сильно. Жить будет, но как воин только половину стоит. Так что провиант на вас.

– Проави, а? Чего это?

– Жратва на вас, дурень, – разозлился я, понимая, что иначе с туговатыми разбойниками нельзя.

Банда сплошь состояла из беглых солдат и крестьян. С оружием ещё наловчились обращаться, а вот ни языка, ни других знаний у них не было. Многие из-за этого брезговали говорить громко в моём присутствии, зная, что я начинаю злиться от дрянной брехни. Иликан – алхимик, хоть и доморощенный, но какие-то знания имеются. Брахим долгое время был торговцем, тоже словечек набрался, при мне всегда старался говорить правильно. Но правильно – не всегда понятно для таких тугих людей.

* * *

До Сельтреста дошли к вечеру. Дорога туда оказалась спокойнее и безопаснее. Ямы-гнёзда попадались реже, а к другим опасностям начинаешь привыкать. Напряжённость нас не покидала, однако, как оказалось, даже к такому аду можно привыкнуть.

Суматохи в городе прибавилось. До торгового города Толя тут далеко, но тем не менее оживление было заметно. Городок посреди джунглей, привечающий всех его обитателей. Список рас в городе был самым разнообразным. Но селились расы, как правило, по своему материальному состоянию. Разные расы, материальное состояние, культуры и привычки накладывали свой облик на город, из-за чего он начинал постепенно делиться на четыре района.

Сельтрест находился на реке, посреди джунглей. Попасть в город можно было с трёх сторон. Северный вход на правый берег, южный вход на левый берег, в противоположном краю города и, естественно, по реке. Река же текла с юга на север, и ворота строились параллельно течению. Казалось, такое фортификационное решение глупым, но как показал первичный осмотр, заросшие по обе стороны от города джунгли могли служить и хорошим рвом и неприступной стеною для незваных гостей.

Мы подошли к северным вратам и попали на правый берег города. По иронии судьбы мне нужно было на левый и пришлось пройти город чуть ли не насквозь. У ворот нас встретил уменьшенный отряд стражи из одного спраута – человек-осьминог, с щупальцами вместо пальцев. Громадная синяя скала, около двух с четвертью метра в высоту. Природная мощь зверолюда располагала его к ближнему бою, поэтому не удивительно, что он был вооружен громадной двуручной палицей, что спокойно себе покоилась у стены. Оружие громиле тридцать седьмого уровня могло и не пригодиться. Мощные колонны рук были способны порвать человека надвое, без всяких ухищрений. В качестве помощников для спраута служили два каштака, вооружённых легкими саблями и луком. На случай если враг окажется слишком ловким для синего гиганта.

Миновав чуть покосившуюся деревянную арку, мы попали в город. Пока торговую его часть, так как здесь больше всего промышляли каштаки. В тридцати метрах по грунтовой дороге от ворот стояло первое двухэтажное здание из тонких досок. Здание почти полностью было увито тонкими зелёными лозами, что придавало ему цветущий вид и, по всей видимости, увеличивало его прочность. Гостиница встречала нас первой, за ней следовали магазины и лишь потом, в проулках, были дома. Все здания этого района, за исключением гостиницы, были одноэтажными, из тонких досок, обвитых лозами и заросшими лианами. Алхимия, кожевенники, травники, ремесленники, порой, лавки стояли чуть ли не по соседству, конкурируя между собой. К местным непопулярным харчевням и кабакам вели узкие улочки, ныряющие между магазинами вглубь района.

Минуя толпы суетящихся зверолюдов и игнорируя выкрики торговцев, мы углубились в центр города. Здесь постройки резко контрастировали. Низкие ровные домики, из грубой древесины, построенные под копирку. Если раньше окна были в виде тёмных провалов, в лучшем случае задёрнутые тонкой ценовой, то здесь были полноценные ставни, открывающиеся вверх на подпорке. И главное отличие от предыдущего района – каменная мостовая. Грубая, в сравнении с брусчаткой Толя, но для местного города и это было признаком аристократии. А жили здесь змеелюды. Они же представляли местный гарнизон солдат и полноценный флот города. Наличие здесь флота и привело такую персону как Аз Обсидиановая Голова. Лидер клана Змеиная Голова. Всё в этом районе было качественно и военизировано. Практично, но никакого комфорта.

Часть города располагалась на многочисленных близкостоящих друг к другу мостах. Они были над рекою и вниз спускались канаты. В прошлый раз я заметил, как торговля там проходила прямо на ходу, товар сбросили на палубу, а посыльной залез по канату и расплатился, не останавливая судно. Удобно, но наш корабль вряд ли сможет пройти по этой реке, да и река в джунглях не чета открытому простору, к которому привык наш морской волк.

Миновав мостки, мы попали в красивейший пруд. Река делала здесь два рукава, образуя своего рода болото, но вода успевала уходить. Даже не знаю, как описать это место. Запруды с домами на них и водой повсюду. Многочисленные каналы едва не осушали отходящие рукава. Почти к каждому дому вела хотя бы небольшая канава проточной воды, а от неё вниз по течению уходила другая. Здесь была грунтовка, изрытая канавами и усыпанная мостками через них. Почва мягка и жирная, если так можно выразиться о местном чернозёме. Круглые высокие дома из брёвен принадлежали Спраутам. Не удивительно, что почти под каждым таким домом был полноценный бассейн или хотя бы глубокая лужа. Здесь было цивильно, но более бедно в сравнении с предыдущим районом.

Последней частью города, куда мне и надо было, был местный бомжатник. Скопище баров и кабаков, спальных сараев и харчевен. Самая бедная часть города. Район гноллов. Хлипкие кривые мостки, соответствующие им дома, ручейки и повсеместная грязь навивали гнетущее настроение. Странно, до чего доводит пофигизм местных. Гноллы в этом городе в большинстве своем занимались работой. Строительство и фермерство. Всё, что не построено лично гноллами, не обошлось без их участия. Больше семидесяти процентов местного провианта от гноллов. Если бы я не знал, что этим псинам с помесью гиены было плевать до условий, в которых они живут, я бы ещё долго задавался вопросом, как же так выходит. Жерди и простенькая циновка на полу – всё, что нужно для сна гноллу. А если он перед этим мертвецки напьётся, то жизнь у такого индивида удалась.

Свернув в нескольких узких переплетениях, под неободрительные взгляды местного населения, нашёл нужную дверь и пинком едва не снёс её. Хлипкая дверь без всяких опознавательных знаков посреди переулка задрожала, но выдержала удар. Одна доска на двери исчезла и в неё на половину высунулась морда гнолла. Рыча, скалясь и гаркая на своём языке, морда едва не забрызгала меня слюной. Выдернув из ножен меч, вставил его в появившуюся пустоту на двери. Морда исчезла, увернувшись от тычка. Дверь скрипнула и отварилась.

Пригнувшись, по привычке отбил грязь с сапог, хотя внутри было не особо чище, и бросил своим парням.

– Мы на месте. Оружие советую даже не убирать, первым никого не резать и не бить. А то не выйдем отсюда.

Глава 5 Пещерный рыцарь [Кса]

Опомнился я быстро. Открыл глаза, отшатнувшись от стены. Не так уж и много времени прошло с тех пор, как отключился, прислонившись к камню. По-прежнему темнота и тишина. Впрочем, тишина может быть обманчивой. Подав тихий рычащий звук, не услышал собственного голоса. Эффекты никуда не делись. Слух отсутствовал, плюсом к нему добавился голод.

Окно персонажа всё ещё светилось в моей голове, и я сразу увидел свои изменившиеся параметры за время, пока удалось хоть немного восполнить силы. Сытость опустилась ниже десяти пунктов. Наступило истощение, снижающее эффект всех параметров на 75%. К истощению добавилось охлаждение и ещё до кучи негативных факторов. Потеря слуха была отнюдь не самым худшим из всего списка. Свалившиеся на меня дебафы почти под корень истребляли мою естественную регенерацию здоровья. За время моего сна восстановилось всего семнадцать пунктов. Из интереса я даже попытался понять: проходит ли минута за восстановление одного пункта. Ничего путного у меня не вышло. В полной темноте, глухоте и сыром запахе время тянулось и казалось, что пункт восстанавливается не менее пяти минут. В реальности этот показатель должен быть чуть более двух или даже равен минуте. Но такие догадки мне ничего не дают.

Ждать смысла нет. Я серьёзно ранен, к тому же поднял телосложение, много внутренней силы ушло на это. Нужно найти еды, пока не наступило голодание с потерей здоровья. Вроде бы при низкой активности с голоданием можно прожить день, если иметь сотню пунктов здоровья. Но у меня сотни не было, к тому же первичные эффекты слабости и головокружение от голода уже появились. Если дождусь, пока их степень увеличится, – вообще не выберусь отсюда. И хорошо бы понять, куда нужно выбираться…