- -
- 100%
- +
Лунный свет разливался по детской, заполняя её бледным сиянием. Привычные до мелочей предметы вдруг предстали в ином свете – будто открывали свою вторую, сумеречную сущность. Сон не шел.
– Пап, спой песенку, чтобы я скорее уснула.
Олег открыл глаза. Измученный дневной работой, он уже успел задремать и увидеть тревожный, тяжёлый сон.
– Какую песенку тебе спеть?
– Про медведей… «Ножкой снег мешая».
Мужчина улыбнулся. Он вспомнил, как дочь упорно отстаивала свою версию строчки из песни – «ножкой снег мешая» вместо «ложкой».
– У ночи ведь нет ложки. Как же она может мешать снег?
– Но у неё ведь и ног нет, а поют, что она идёт!
– Есть! Есть ножки, я видела!
– Что ты видела?
– Ночь! Помнишь, ты взял меня вечером в магазин, когда такие большие снежинки падали? А она шла нам навстречу…
Сначала он решил, что дочка, как обычно, фантазирует. Но затем вспомнил: действительно, была такая сцена. Навстречу им шла девушка – одетая явно не по погоде, в чёрное, лёгкое платье. Она проплыла мимо, задержав на нём короткий, задумчивый взгляд. Олег вспомнил её чёрные, как ночь, глаза – как тогда предательски екнуло сердце. Он даже обернулся, чтобы проводить взглядом, и запомнил стройные ноги в тёмных чулках.
Не думал, что и на его маленькую дочь незнакомка произвела впечатление.
– Девушка-Ночь… – усмехнулся Олег. – Да, действительно, есть у неё ножки.
– Вот видишь! А ложки у неё не было. Пап, спой ещё одну песенку.
– Хорошо. Только последнюю, – сказал он, опасаясь, что воспоминание о незнакомке окончательно прогонит сон. А утром – снова на работу.
– Спой про чёрных птиц.
Он часто пел эту песню, укачивая дочь. Неудивительно, что она вспомнила её снова.
Черные птицы слетели с Луны,
Черные птицы – кошмарные сны.
Кружатся, кружатся всю ночь.
Ищут повсюду мою дочь1.
– Пап, а они меня не найдут?
– Нет, конечно, нет. Тебя они не найдут никогда.
Девочка прижалась к отцу крепче – и вскоре засопела, заснула. А когда сон одолел и Олега, кошмары вернулись. Ему снилось, как с холодной зимней луны спустились пять крылатых теней. Их силуэты чётко вырисовывались на фоне светила, и в зловещем кружении чувствовалась безысходность.
Утром… дочки в кровати не было. Нигде не было. Лишь на подоконнике – глубокие борозды, будто оставленные когтями…
Он очнулся – от холода и стука форточки. Рядом спала дочка, свернувшись клубочком, замёрзшая. Сквозняк шевелил шторы, гонял в комнату снежинки. Часы показывали без двадцати шесть – пора вставать.
Комната остыла. Олег проверил, не поддувает ли на дочку, закрыл форточку и, не разбудив её, тихо вышел. На душе остался глухой осадок – привкус дурного сна. Он поставил воду на кофе и задумался.
На следующий день Ульяна заболела. Позвонили из детского сада: у девочки жар, нужно срочно забрать. Олег отпрашивался с работы, а потом взял больничный.
Всю неделю он поил дочку таблетками и горячим молоком с мёдом. Когда она засыпала, прижимал к себе – и сам не мог заснуть. Каждую ночь он смотрел в сторону форточки, будто чего-то ждал.
***
К одиннадцати годам Ульяна давно спала в отдельной комнате. Олег перебрался в зал, на старый скрипучий диван. На нём он никогда не мог выспаться – слишком много воспоминаний хранила эта ворчливая вещь. Казалось, даже запах её духов ещё витал в подушках, хотя это, конечно, невозможно: уж сколько лет прошло с тех пор, как она ушла.
Но Олег помнил. Проклятый диван будто хранил всё, что он старался забыть. Он ненавидел эту мебель, но избавиться от неё так и не смог.
Иногда по ночам к нему являлся Ледяной Господин.
Было неясно, сон это или явь. Олег, как обычно, лежал без сна, глядя на вихрь снежинок за окном. И вдруг – щеколда на балконной двери медленно поползла вниз, и дверь распахнулась.
Он хотел встать, закрыть, но не смог пошевелить ни пальцем. Осталось только лежать и наблюдать, как в комнату входит высокий, худой человек. Он был в белом балахоне – странном, несуразном, как из чужого мира. Длинные рукава волочились по полу.
Когда Олег взглянул ему в лицо, он понял: у незнакомца не было цвета глаз. Они были пустыми, как лёд. И в голову сразу пришло: это Ледяной Господин.
Он приближался неспешно, с каким-то участием во взгляде. По мере того как он подходил ближе, рукава балахона будто укорачивались сами собой. И вот – он рядом. Его пальцы легли на горло Олега.
Это был холод, проникающий внутрь, парализующий. Воздух застыл в лёгких. Олег не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. Он задыхался.
А потом – всё закончилось.
Ледяной Господин удовлетворённо посмотрел ему в глаза – и ушёл. Так же молча, как и вошёл. Балконная дверь закрылась, щеколда сама вернулась на место.
И всё было слишком реально, чтобы быть сном.
Утром он не мог вымолвить ни слова. Горло – всё ещё ледяное. А лоб горел, как сковорода. Собравшись с силами, он пошёл будить Ульяну – и застыл.
Лицо дочери, подушка, руки – всё было в крови.
К счастью, с ней оказалось всё в порядке. Ни царапин, ни ссадин. Она только растерянно пожимала плечами – не знала, откуда кровь.
Олег решил: ночью пошла носом, а девочка, не просыпаясь, вытиралась руками.
Простыню и наволочку пришлось выбросить. Врачи выписали лекарства – Олег в них не разбирался – и посоветовали: «Папаша, за ребёнком надо бы внимательнее следить».
***
Прошло шесть лет.
Ульяна не могла понять – легче ей, чем отцу, или всё же тяжелее. Она видела, как он страдает, вспоминая мать. Он так и не женился. Всё ещё ждал, что однажды она вернётся, и всё будет как прежде.
Нет, папа. Ничего не вернётся. И маму тебе уже не увидеть.
Если бы отец не изводил себя, Ульяне было бы проще.
Уже несколько лет она тайно встречалась с матерью. Раз в месяц. Сначала – обида, горечь. Потом – радость. Она хотела рассказать отцу, поделиться этой радостью. Но мать запретила.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.