Нам не узнать друг друга сразу
- -
- 100%
- +
– Ты где работаешь?
Я, озадаченная вопросом, непонимающе уставилась на него.
– Давай отходи уже от сельскохозяйственного типа мышления, – со вздохом пояснил Шейн-оган. – Тут разведслужба, куча конфиденциальной, а порой и страшно секретной информации, а ты все словно выводок ваших земных курей прогнозируешь. Запомни раз и навсегда: все и всегда дублируешь себе! Все и всегда кодируешь! Все и всегда закрываешь, блокируя систему и непосредственно вход в помещение, даже если пошла в туалет на две минуты. И еще – обо всем и всегда помалкиваешь. Тебя происшедшая диверсия ничему не научила? И зря! Значит, снова напорешься кулаком на ту же стену!
Пристыженно ссутулившись, я шмыгнула обратно в кресло и принялась копировать проделанную работу себе на зум, после чего, под одобрительным взглядом опытного напарника, заблокировала вход в систему.
– Вот теперь – идем, – удовлетворенно заявил он. – Не будешь глупить в элементарном – выйдет из тебя толк.
Смирившись с любым исходом нашего посещения, в сопровождении тарна отправилась в столовую. В принципе зря сопротивлялась, я же не одна. Новая форма моего «приветствия» в столовой в виде гробовой тишины и неусыпного внимания уже начинала казаться нормальной. Думая о том, что необходимо бы выяснить, как ухаживать за инопланетной флорой (а то, возможно, ей тоже кушать хочется), я, обзаведясь скромным на фоне коллеги перечнем блюд, устроилась с ним за боковой столик и только тогда решилась на стремительный обзор по сторонам. М-дя… Излишняя любознательность аппетиту во вред, это факт! Встретившись взглядами с помощниками капитана, сидящими неподалеку по отдельности, но с одинаково нездоровыми выражениями восторга на лицах, угрюмо уставилась в тарелку и до конца обеда так в ней и ковырялась. Вот же напасть! Нет, решено – убью завтрашний выходной, но докопаюсь до истины! Ибо это так «правдоподобно» – оба руководителя как-то резко и, что примечательно, одновременно стали моими фанатичными поклонниками, и это с учетом того, что я – все то же внешне никчемное, лысое нечто.
Вернулась в блок прогнозистов значительно приободренная – все же на полный желудок жизнь воспринимается в более позитивном свете. Усевшись в кресло, обнаружила, что система за время обеда успела обработать заданные параметры и сформировала прогноз. Принялась читать. Невероятно… С трясущимися от волнения руками встала и, отойдя к дальней стене, принялась равномерно вышагивать вдоль нее – туда и обратно, – пытаясь успокоиться, прийти в себя. Получалось плохо. Что неудивительно после того, что я только что прочла. Когда я увидела в Кадровом Центре сообщение о переброске, думала, большего потрясения уже никогда не испытаю, но сейчас… рекорд определенно был побит!
Поплескав в лицо воды из расположенной в уголке блока раковины, вернулась на рабочее место и принялась перечитывать заново, пытаясь осознать новый поворот событий. Сухой итог прогноза гласил:
Физические показатели. Ортеги уступают по ряду основных характеристик, но имеют огромный эволюционный потенциал, являясь носителями соответствующих участков генома – пусть и в рецессивном, на данный период, состоянии, – при резко изменившихся условиях среды способных пробудиться и за три-четыре поколения перейти в доминантную форму, спровоцировав мутагенные процессы, резко повышающие данные показатели.
Психологические показатели. Ортеги относительно равны неймарцам по ряду основных характеристик, имея также значительный эволюционный потенциал, рассчитать предполагаемую вариативность которого не представляется возможным без учета конкретных данных изменившейся среды. Потенциальная поливариативность может носить разнонаправленный характер – как усилив, так и ослабив действительные показатели. Оротеги обладают эволюционным непостоянством и высочайшим уровнем пластичности в этом виде выборки по сравнению с неймарцами, колоссальным внутривидовым разнообразием проявления индивидуальных форм исследуемых показателей, что также предопределено постоянно идущими мутациями в этом направлении эволюции вида. Это разнообразие создает предпосылки для появления форм, характеризующихся крайними значениями исследуемых показателей, формируя у носителей фанатичную убежденность, необоснованную агрессию и допустимость нанесения смертельного вреда себе подобным. Процент подобных проявлений относительно общего количества представителей данной расы очень высок.
Эволюционные показатели. Ортеги превосходят неймарцев по ряду основных характеристик, обладая более скомплектованным и древним геномом, аккумулирующим в себе неисчислимое множество вариантов приспособленческих мутаций, закрепленных на генном уровне. В эволюционном плане, как вид, способны выжить и адаптироваться практически к любым изменениям окружающей среды, эволюционируя за три-четыре поколения. В равной степени имеют и склонность к регрессу, усилив этой эволюционной разнонаправленностью естественный отбор и закрепив эволюционные изменения.
Геномные показатели. Ортеги значительно превосходят неймарцев по всем характеристикам в данном критерии. Обладают высочайшим уровнем пластичности и быстрой адаптивности генома. Имеют хорошую геномную совместимость с генетическим материалом большинства других рас.
В памяти резко вспыхнули воспоминания о том, что я давно запретила себе вспоминать, даже думать об этом, даже вскользь упоминать… Семья. То, что вдалбливали с раннего детства, то, что привело нас к конечному результату. К трагедии. Мы – величайшая раса. Мы – настоящие властители миров и вселенной. Мы, мы, мы… Меня затрясло. Чувствуя, что сейчас сорвусь и разрыдаюсь, медленно опустила голову, практически ложась на прохладную рабочую поверхность. Надо успокоиться. Сейчас это уже ничего не меняет. Даже тогда бы не изменило… Только ускорило бы наш конец.
– Олга? – Я от потрясения совсем забыла, где нахожусь, и обеспокоенный тон тарна ясно говорил о том, насколько странным мое поведение кажется со стороны. – Тебе плохо? Связаться с Тинарагом?
– Нет! – Крик сорвался прежде, чем я успела подумать.
Увидеть сейчас кого-то из них в тот момент, когда память раздирают жуткие воспоминания, когда душу рвут на части давно забытые эмоции и чувства… Я бы сейчас не смогла, не вынесла бы этого! Столько всего я сделала, чтобы забыть, столько перетерпела, чтобы вырвать все это из своей памяти, из сердца. И мне казалось, что все получилось… Казалось.
– Что с тобой? – Тарн, поднявшись из кресла, подошел ко мне и осторожно коснулся своей трехпалой ладонью плеча. – Не получается? Или что?
Не зная, как объяснить ему все, как справиться с собой, чтобы не выглядеть в его глазах безумной, кивнула на табло с результатом прогноза.
– Ого! Девяносто семь процентов вероятности! – первым делом скользнул он взглядом по показателям. – Да любой такой прогноз заслуживает наивысшей похвалы, чего так переживаешь?
И он начал читать итоговый вывод. Дочитал, подумал и вздохнул.
– Странная вы раса, никогда вас не пойму, – задумчиво потрепав меня по голове, протянул он. – Ортеги же ближайшая к вам раса, возможно, даже родственная?
Я судорожно кивнула.
– Понятно… Знаешь, ты – первый представитель землян, с кем я общался. Наверное, для тебя эта информация означает что-то иное, но попробуй взглянуть с моей стороны – ведь это только прогноз. Пусть и впечатляющий и вызывающий некоторый трепет, но только прогноз! У нас говорят: пока будет раздумывать над тем, что могло бы случиться, – то, что есть, упустит. А вы все какие-то фанатики в области утопических амбиций. Вообще не пойму, зачем конфедерации Земной союз и ваша раса? Хотя рядовых землян действительно жалко. У вас же постоянно то тут, то там появляется какой-нибудь идейный агрессивный лидер, проповедующий вечную борьбу за свободу. Вы хоть сознаете, что так мирно и благополучно живете, находясь под защитой конфедерации? Представляете, что было бы, существуй вы в анархическом хаосе за ее границами? Я вот бывал там и видел немало… Вас бы уже уничтожили ради банальных ресурсов. И никакой генетический и эволюционный потенциал не спас бы от единовременной ликвидации всего населения. Слышала о том, с кем приходится сталкиваться охраняющим границы конфедерации армейским кораблям? Кровь в жилах стынет! Но вам бы такой урок не повредил – с вашей воинственностью и стремлением к уничтожению. Еще когда в образовательный период историю создания конфедерации читал, удивлялся этому… Хотя вам это, наверное, как-то иначе преподносят.
– Мы – единственные, кто знает правду! – возмущенно воскликнула я.
Шейн-оган снова вздохнул и вернулся в свое кресло.
– И какая же это правда? Что вы – самые великие и неоцененные? А кругом одна несправедливость? И тут, и там притесняют? И развернуться вволю не дают? Так? Почему-то при всей своей популистской агрессивности ни один ваш лидер не предложил конфедерации исключить вас из ее состава. Все предпочитают пакостить и создавать проблемы втихую. А отпустили бы без проблем, уверен! В принципе конфедерация во внутренние вопросы планет и рас не вмешивается, если не встает вопрос безопасности. А так им главное, чтобы исполнялись их законы, и все вступившие в конфедерацию расы идут на это добровольно. Да, неймарцы очень суровы, и, если ты установленный порядок нарушил – будешь наказан. Но скажу тебе – а с неймарцами я взаимодействовал значительно больше, чем с землянами, – они и своих так же карают. Конечно, никто не идеален, но вы, с вашими идеями всегалактического господства, это вообще что-то! Да если даже вы – прародители многих рас (я наслышан об этой теории), то это – прошлое, а живем мы все настоящим. Так что относись к этому нейтральнее.
Ему легко рассуждать об этом. А мы как? Как можно относиться нейтральнее, когда прошел через все это? Потерял самое дорогое ради этого? Чувствуя, как по щекам заструились ручейки соленых слез, прошептала:
– А ты хочешь сказать, что всего этого нет – притеснения, предвзятости, несправедливости?
– Наверняка есть! Раз уж вы себя в этом убедили, остальным трудно этому не соответствовать. Говорю же – утопичные фанатики, – согласно кивнул Шейн-оган. – А кто-нибудь пробовал вести себя не как притесненный и недооцененный?
– Да! – с вызовом ответила ему. – Я!
– Это ты-то ведешь себя не как жертва всеобщей несправедливости? – Тарн расхохотался. – Нет, я точно никогда не пойму землян! Ты же неглупая, подумай об этом при случае и попробуй действительно вести себя как представитель расы, равной остальным. Тогда и скажешь мне, есть ли разница. А сейчас хватит болтать, иди умойся, и за работу – у тебя же два задания было.
Глава 11
Ольга
Быстро выполнив инструкции тарна и спрятав поглубже все впечатления и грустные мысли, принялась за второй прогноз. Но не успела внести в систему данные и по паре параметров, как вспыхнуло табло внутренней связи, отобразив капитана.
– Немедленно доложить… – начал он привычно-каменным тоном, когда в его взгляде, устремленном на меня, мелькнуло удивление. – Вы что там, рыдаете? – с холодным недоумением осведомился он.
Вот какое ему дело? Отдать девушку на избиение помощнику ему не жалко, а тут, видите ли, обеспокоился!
– В глаз что-то попало, – тут же солгала я.
Табло погасло. И что бы это значило? Пребывая в состоянии крайне обостренной неприязни ко всей их неймарской расе, я, проигнорировав как опасения внутреннего голоса, так и укоризненный взгляд коллеги, снова переключилась на работу. Но не успела произвести и пары манипуляций, как дверь резко разъехалась в стороны, явив нам капитана уже собственной персоной.
– Как продвигается работа над прогнозом? – окатив меня стандартно-ледяным взором, с порога спросил он.
Вот же не терпится некоторым!
– По ортегам прогноз готов! – с ответным «любезным» от переживаемого раздражения и шквала эмоций взглядом сообщила я.
В ответ меня пригвоздили таким взглядом… Лучше бы я в пол смотрела, как обычно.
– Что тут произошло? Доложить! – обращаясь к тарну, скомандовал капитан.
– Прогноз прочла, испереживалась… – пояснил Шейн-оган со вздохом.
Левая бровь Гайяра медленно поднялась, после чего, оглядев мое напряженно замершее в кресле от дурного предчувствия тело, он спокойно приказал:
– Прогноз покажите!
– Секундочку, – разворачивая итоговое заключение, неожиданно съязвила я, удивив этим даже себя. Вот что злость с людьми делает!
Капитан читать не спешил, уставившись на мой профиль пристальным изучающим взглядом. Я же, израсходовав весь запал, развернуться и встретиться с ним взглядом так и не решилась. Но на злобное фырканье меня еще хватило. И гори все синим пламенем! Наконец он отвернулся к экрану, позволив мне облегченно перевести дыхание. Читал спокойно; в отличие от меня, первые пункты его совершенно не впечатлили – или уже знал, или не считал их важными. Но, дойдя до заключительных данных, неожиданно вздрогнул:
– Ответ все время был на поверхности! Мы – слепцы! – Гнев в словах капитана невероятно изумлял с непривычки.
Быстро склонившись к системе, успел только протянуть к ней руки, как необходимые опции стремительно начали включаться, соединяя его с мостиком. Реально, они взаимодействуют с ней как-то иначе…
– Ульрген, – обратился он к дежурному офицеру, сверля последнего хмурым взглядом, – курс – на Млечный Путь. И отправь мое личное распоряжение: все свободные от патрулирования армейские крейсеры и корабли отправить в этот же сектор! Никого, кроме дежурных пилотов, в известность об изменении маршрута и моем распоряжении не ставить.
Опешив от этого приказа, я даже неосознанно вздрогнула, с ужасом вдумываясь в смысл его слов. Видеть армейские крейсеры конфедерации в действии мне уже приходилось. Перед глазами встала пелена алого тумана, огонь, тела убитых, в беспорядке лежащие тут и там, и зависший над колонией неймарский военный корабль… Каратели! И за их спинами – пустая, выжженная территория, лишенная разумной жизни.
Капитан отреагировал на мое дерганье очередным пристальным взглядом. Но я, охваченная ужасом от пережитого, каким-то инстинктивным страхом перед извечной суровой безальтернативностью их действий, уставилась на свои сцепленные пальцы. Сейчас ощущать его присутствие было больно, невыносимо больно и, как никогда раньше, неприятно. Не сумев перебороть этот глубинный страх и отвращение, я снова поежилась, так и не подняв взгляда.
– Работать над вторым прогнозом нет необходимости, мне достаточно сделанного. Хорошая работа!
Если капитан полагал, что своими словами порадует или приободрит меня, то он невероятно заблуждался. Одна мысль о том, что следствием моих действий станет повторение того кошмара, что навсегда был запечатлен в моей памяти, заставляла отчетливо ощутить, как где-то в глубине начинает зарождаться истерика, готовясь стремительным пожаром охватить душу, а тело забиться в судорогах конвульсий. Только не это! Я не выдержу, на этот раз точно не выдержу!
– Олга… – Исковерканное обращение жутковатого неймарца резануло по натянутым до предела нервам. – У вас странное состояние. Немедленно отправляйтесь в Медицинский Центр!
Тон капитана не оставлял сомнений в том, что это было не вежливое предложение, а категорический приказ. Как же он… невыносим. Ненавижу! Прекрасно понимая, что ослушаться не получится, устало поднялась с кресла и, старательно обогнув капитана, бросила удрученный взгляд на наблюдавшего за мной коллегу и направилась к выходу.
– На сегодня вы свободны! – догнало меня очередное распоряжение.
Какое великодушие, однако! И это за целых два часа до окончания рабочего дня! Идти к Тинарагу тоже не хотелось, сейчас бы лучше всего забиться в свою нору и просто переждать, перетерпеть, переплакать этот всплеск воспоминаний, нахлынувшую боль, переживания по поводу грядущего… Но выбора не было – пришлось идти. Как лунатик, не обращая внимания на всех встреченных по пути членов экипажа, кое-как добралась до нужного отсека. Медицинский Центр встретил тишиной и неожиданно сочувственно-серьезным вопросом неймарского врача:
– Судя по виду, допрыгалась? Знал, что так и будет, но чтобы так скоро…
А меня словно прорвало. Чувствуя, что закружилась голова, привалилась к стене, уже не сдерживая рвущихся наружу рыданий. Тинараг, стремительно подскочив, подхватил меня на руки и перенес на кушетку. Потом так же быстро метнулся к своему оборудованию и вернулся уже с медицинским пистолетом, наполненным каким-то лекарством. Раз – и, ощутив быстрый укол в руку, я почувствовала, что начинаю проваливаться в блаженную негу и умиротворяющую тишину.
– Что стряслось-то? – уже с юмором уточнил Тинараг.
– Капитан отправил почти все вооруженные силы конфедерации в галактику Млечный Путь по моей наводке. Боюсь того, чем это обернется… – не осознавая смысла того, что говорю, пробормотала я.
Последним, что отпечаталось в моем стремительно уплывающем сознании, был потрясенный взгляд неймарца и звук разбившейся вдребезги ампулы из-под лекарства, выпавшей из его руки.
Пришла в себя в собственной каюте. В голове была мутная тяжесть, перемежающаяся какими-то размытыми воспоминаниями, во рту все пересохло, занемевшая от неудобной позы рука невероятно ныла. С трудом приподнявшись, осмотрелась кругом. Первым делом взгляд остановился на горшке с гирденцией. Уверена, что в последний раз видела его на рабочей поверхности в блоке прогнозистов. Интересно, как мы обе в итоге оказались в каюте? Последним воспоминанием было появление мое в Медицинском Центре…
Озадаченно прислушавшись к себе, пришла к заключению, что состояние вполне даже достойное. Поспала, отдохнула, успокоилась – теперь можно жить дальше, по крайней мере, попытаться. Для начала посмотрела на время – оказалось, что сейчас глубокая ночь, так что неудивительно, что чувствовала себя отдохнувшей. А еще явственно ощущала голод. Придется воспользоваться доставкой. Желудок при мысли о еде вдохновенно заурчал, поддерживая инициативу. Есть ночью, конечно, неадекватно, но если очень хочется и ужин ты проспала, а до завтрака еще далеко… В общем, заказала. Поднявшись с кровати, потянулась, возвращая полноценную подвижность и избавляясь от последних остатков сна. Прохаживаясь туда-сюда по каюте, в ожидании, когда откроется окно раздаточной системы, выдавая бокс с выбранной едой, бросила очередной взгляд на гирденцию. Есть в нас что-то общее. Обе постоянно зависим от чужой прихоти и существуем в режиме стремительных изменений окружающей действительности. Да, стабильности не хватает…
Взглянув на странный розоватый иноземный кактус с другого ракурса, обнаружила, что под горшком белеет лист записки. Быстро достав и развернув, прочитала: «Решили, что проснуться в каюте вам будет предпочтительнее, чем в Медицинском Центре. В честь выходного тренировка отменена. Капитан». О-о-о! Конечно же, кого еще система корабля впустит в любые двери? Как же я сразу не догадалась! Потрясающе – я была удостоена великой чести быть собственноручно доставленной непрошибаемым капитаном в каюту! При этом действо прошло мимо меня – все проспала и не заметила. Ах, он же еще и кактус мой приволок… И да, самое важное: для него разносить по каютам обморочных землянок и их имущество – в порядке вещей. Поправьте меня, если я в чем-нибудь ошиблась!
А еще есть два помощника, которые внезапно прямо-таки воспылали ко мне неземным интересом, причем один использует вариант интеллигентного ухаживания, а другой, беззастенчиво пользуясь возможностью меня как угодно потискать, собственно, этим в открытую и занимается. И это меня – страшную, лысую, никчемную, убогонькую землянку! Если это естественно, нормально и объяснимо, то я – первая красотка корабля! Ведут они себя крайне странно, причем только неймарцы. Реакция остальных членов экипажа вполне привычна и естественна, а красноволосые крылатые… Мало того что я землянка, поэтому в принципе должна восприниматься ими как пустое место, так еще и страхолюдная, что опять же должно как минимум вызывать отвращение. А по факту выходит что-то странное… Ключевой вопрос, как всегда, очевиден: в чем причина? Еще бы ответ найти!
Звуковой сигнал доставки проинформировал о появлении долгожданной пищи. Задумчиво раскрыв бокс, принялась за поздний ужин или ранний завтрак – кому как привычнее. Одновременно, решив позаботиться и о присутствующих, полезла через зум в систему выискивать подробности по уходу за гирденциями. Раз уж у меня появился подшефный, надо учиться о нем заботиться. Информация впечатлила. Интересно, Крейван цветочек мне со значением подбирал, или это от судьбы очередной подарочек? Эта живность непонятной этимологии могла самостоятельно передвигаться! А если учесть, что взрослые особи отличались плотоядностью, возникал закономерный вопрос: не имел ли этот в высшей степени неожиданный эпизод с подарком далеко идущих планов по моему «изведению»? Брр… Спать теперь не смогу спокойно, зная, что оно рядом. Опасливо покосившись на розоватое шипастое нечто, отметила, что необычные бесформенные вроде как листочки грустно увяли. Опомнившись – сочувствие к ближнему и мне не чуждо, – выискала раздел с описанием питательной смеси и быстро заказала требуемый органоминеральный коктейль.
– Сейчас похомячишь! – успокаивающе прошептала цветику.
Он в ответ радостно колыхнулся. Я замерла. Что это было? Показалось? Конечно! Несколько успокоив себя этим убеждением – чего только спросонок не привидится! – вернулась к изучению информационного мануала по уходу за обретенной флорой. Выяснилось, что растение очень неприхотливо, способно долго обходиться без воды, пищи (да, она ему изредка тоже требовалась!) и полноценного освещения. Быстро адаптируется к разным газовым составам воздуха; некоторые хищные виды могут продуцировать парализующий яд; отличается контактностью и привязчивостью… Я потрясенно застыла, опять покосившись в сторону инопланетного кактуса, с самым невинным видом торчащего из горшка. Последнее – это как? Будет пробираться ко мне ночью и злобно покусывать, требуя почитать ему последние новости конфедерации в виде сказки на ночь? А может быть, Крейван не очень обидится, если я ему растеньице обратно передарю? По земному времяисчислению, как раз Восьмое марта скоро. Он все равно не знает, а мне – приятно. Идеалистка! Передаришь ему, как же… Потом будут долго носом возить по полу, причем буквально. Эх…
Сигнал доставки снова звякнул, сообщив о том, что скоро еще одним голодным в моей каюте станет меньше. Отлив из полученной емкости примерно треть содержимого в горшок, решила с остальным пока повременить. Отвернувшись, чтобы убрать бутыль с остатками питательного коктейля, неожиданно услышала раздавшееся позади смачное чавканье. Неужели… Резко развернувшись, уперлась возмущенным взглядом в невоспитанный кактус, который с вздымающимися на глазах корявыми листочками всем своим видом давал понять, что он тут ни при чем. Вот свалился на мою голову! Но, присмотревшись к нему, решила, что он такой же страшный и никому не нужный, как я, так что решено – будем дружить домами, то есть каютами. В смысле – делить ее пополам.
А жаль, что по неймарцам информационного мануала нет. Хорошо бы было – прочел и знаешь, как себя вести. Я же справочник по расам скачала. Интересно, они там тоже упоминаются? Переключив зум на другой режим, открыла закачанную подборку. Автоматически перестроившись на единый межгалактический алфавит, пробежала его глазами, выискивая «Н». Вот! Раскрываю. Есть! Принялась читать со всем вниманием:
«Раса – неймарцы.
Статус: верховная раса конфедерации, ее основатели.
Морфотип: обладают высоким подвижным телосложением, смуглой кожей, красными волосами разных оттенков, глазами и крыльями; черты лица изящные; пятипалые.
Физиология: плацентарные живородящие.
Возможности физические: намного сильнее и выносливее прочих разумных рас конфедерации, наделены огромной физической силой, стремительностью, способностью к регенерации тела. Погибают только при полном сожжении. Единственная разумная раса конфедерации, способная к полноценному полету.
Пассивные навыки: очень высокий уровень сопротивляемости холоду, ночное зрение, сопротивляемость любым ядам, умение дышать в водной среде, непроницаемая для внешних повреждений кожа, умение «видеть» истинную сущность.
Активные навыки: при желании – пробуждение способностей берсерка, невероятная скорость, способность ментального воздействия на любое сознание, значительная сила, навык индивидуального боевого крика – очень высокочастотный, дезориентирует и оглушает противника; полноценный полет.
Социальная организация: образуют пожизненные семейные союзы. Каждая семья входит в состав определенного рода. Всего родов семь. Главы родов составляют высший орган верховной власти.
Особенности: наиболее закрытая из разумных рас конфедерации. Более детальной информации о внутреннем устройстве их жизненного уклада составители справочника не имеют.
Слабости: составителям справочника не известны».