Суженая

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© А. Медведева, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Пролог

– Никогда не ходи в пещеру, – пугала с детства мама, – там живут темные силы, о них с древних времен рассказывают жуткие истории. Там пропадали люди, уходили безвозвратно. Не удавалось даже тел найти. Говорят, там есть ворота в другие миры, говорят, что именно так наши предки путешествовали по вселенной. Это сказки, разумеется, но пещера – длинный подземный лабиринт – действительно опасна. Не ходи!

Запретный плод сладок…

– Бабушка, – признавалась я, будучи двенадцатилетней девчушкой, – мне так хочется побывать внутри. Нестерпимо хочется. Да мне эта пещера во сне видится!

– А не боишься? – щурила глаза старая шаманка. – Все боятся. Ты же знаешь, оттуда доносится жутковатый вой, иногда вспыхивает яркий свет, и пропадают люди.

– Бабушка, а они правда пропадают?

– Как знать… В сказаниях говорится, что существуют во вселенной особенные места, где материя миров соприкасается, где можно одним шагом преодолеть миллионы световых лет, пройти сквозь время и пространство. Вроде бы древние земляне именно через такие ворота смогли попасть на другие планеты, заселить их.

– И они стали инопланетянами? – С детским непосредственным любопытством замирала я в восхищении от сказочной истории.

– Конечно, они менялись, их менял новый мир, другие условия обитания, – щурилась и соглашалась умудренная жизненным опытом бабушка, сообщая какие-то не совсем понятные мне вещи, и тут же впивалась в меня взглядом. – Значит, хочешь побывать в пещере? Видишь ее во сне?

– Очень хочу, вижу! – смеялась я.

Бабушка хмурилась, с беспокойством всматривалась в меня мутными старческими глазами с необычной мудростью и внимательностью, еще непонятной мне.

– Нола, – тон старой шаманки даже в детстве заставлял меня осознавать серьезность ее слов, – я подарю тебе подарок, неприметный камешек, украшение на память о себе. Всегда носи его на шее, не снимай и никому о нем не рассказывай.

– Он такой важный? – переспрашивала я, ликуя от значимости секрета.

– Да, он не позволит тебя увести, – кивала шаманка, едва слышно бормоча что-то и узловатыми пальцами выискивая небольшой сероватый осколочек в одной из своих бесчисленных деревянных шкатулок.

Даже получив в прошлом неплохое образование, она осталась верна традициям и убеждениям моего народа.

– Увести? – не совсем понимая причины бабушкиного волнения, уточнила я.

– Да, никто не заставит тебя поступить против собственной воли. – Продевая в дырку на камешке шнурок и повязывая мне на шею, шаманка скалилась потемневшими от возраста зубами. – Никогда не снимай, поняла? Этот камешек – большая ценность, не смотри на его невзрачный вид. Он из поколения в поколение хранился в нашей семье, когда-то ради него отдали жизнь.

– Так это тайна?

– Очень большая тайна. Ты не должна рассказывать о нем или снимать. Как бы ни просили, какие бы причины ни называли. Поклянись! Я не могу рассказать тебе большего – ты не рождена, чтобы перенять эти знания. Вижу: пойдешь другим путем; но я не позволю вырвать тебя из понятного и безопасного мира. Неведомое несет опасность, никто не знает точно, что по ту сторону…

– Бабушка, о чем ты говоришь?

– Просто поклянись, – шикала она на меня, – никогда не снимать и не рассказывать!

Я кивнула, обещая исполнить требование пожилой родственницы, радуясь подарку и ощупывая камешек через ткань платья. У меня появился настоящий секрет, почти взрослая тайна!

Мы жили в предгорье в небольшой натурализованной деревушке – естественной общине. В огромных космополисах – городах на орбите Земли или на Луне – принято было считать эти территории зоной естественного расселения. Моя семья была одной из немногих, что продолжала вести истинный образ жизни, дистанцируясь от современного интегрированного существования большинства народов звездной системы. Простейшее земледелие, животноводство и естественные условия бытия без какого-либо значимого вмешательства современных технологий.

Моя бабушка, как и ее бабушка когда-то, слыла шаманкой – хранительницей истинных знаний о мире, где человек – лишь часть природы. Поэтому наша семья всегда была ближе к исконному началу Земли, чем большинство других наших современников, многие поколения которых проживали в космополисах. К изначальной естественности быта, труду ради выживания и безыскусности мироощущения. Жизнь в орбитальных городах была куда насыщенней и проще.

В тот день привычной детской компанией мы играли в лесу возле скал. Гроза началась неожиданно, хлестнув волной ливня и шквалом ветра. Осознав, что под кронами деревьев укрыться от пронизывающего дождя не получится, всей ватагой рванули к отверстию в ближайшей скале. Там оказалось множество уходящих в глубь пещеры тоннелей. Под сводами одного из них мы и укрылись, зябко прижимаясь друг к другу и с ликованием наблюдая за потоками воды, льющейся с неба.

Мы, выросшие в общине, не понимали тогда, какое это чудо в нашем космическом веке – живой лес и истинная мощь стихии совсем близко. Эти ощущения были недоступны поголовному большинству жителей планеты, предпочитавших жить в современных автономных орбитальных станциях-городах. Мне же повезло расти в условиях естественной природной среды.

Смеясь вместе с остальными, вглядываясь в непроглядную стену воды снаружи, неожиданно почувствовала странное тепло. Оглянувшись с испугом, заметила свечение в глубине тоннеля, в котором мы укрылись. Толкнула локтем подругу:

– Что за свет?

– Какой? – Удивленно посмотрев назад, она засмеялась. – Нола, тебе уже мерещится что-то от волнения! – И, потеряв интерес ко мне, вновь сосредоточилась на буйстве разыгравшихся стихий.

А я… Гроза уже не волновала, меня нестерпимо тянуло дальше – в глубину, в недра горы, туда, где виднелся свет. И даже то, что никто, кроме меня, словно не видел его, не останавливало. Это пугало, но невыносимое любопытство и желание двигаться вглубь не пропало. Наоборот! Ноги словно сами несли меня ближе к источнику свечения. В странном трансе, совершая необъяснимый и заведомо опасный поступок, я украдкой от всех ускользнула к тоннелю и двинулась по нему вперед. За шумом воды никто не заметил моего маневра.

Перестав считать шаги и отмечать поворот за поворотом, с каждым мигом убыстряясь, я спешила, сама не понимая куда. Словно что-то гнало вперед, затмевая любые здравые мысли навязчивым желанием разобраться в происходящем. Вскоре я уже бежала, с обреченной неизбежностью стремясь к цели.

К какой?

И сама еще не знала.

Замерла на месте, только достигнув источника яркого света. Им оказалась ставшая почти прозрачной пульсирующая вспышками энергии стена подземного грота. Мои руки зудели от желания коснуться ее… Страха или тревоги не было и в помине, что странно. Отсутствием инстинкта самосохранения прежде я не страдала.

«Что же это такое?..»

Больше ни о чем думать не могла. Затаив дыхание, вглядывалась в необычную материю с жадной любознательностью легко увлекающейся детской натуры.

Вытерпев лишь пару секунд, осторожно притронулась ладошкой к прозрачной и такой манящей пелене. И тут же почувствовала отклик, ответное прикосновение… тепло чьей-то ладони! Инстинктивно отдернув руку, прижала ее к груди, до рези в глазах всматриваясь в мутную преграду перед собой. По ней, ускоряясь, бежала странная рябь, постепенно проясняя обзор, с каждой волной колебаний все отчетливее демонстрируя мне… чей-то силуэт. Там, за почти уже рассеявшимся маревом!

«Тут кто-то есть!»

Чуждый страху и чувству опасности детский интерес вспыхнул с утроенной силой. Я и думать забыла обо всех страшилках и родительских наказах.

Вновь необъяснимая тяга, неодолимое и навязчивое стремление соприкоснуться вынудили вскинуть руку и осторожно приблизить ее к довольно прозрачной преграде. Чтобы легчайшим прикосновением ответить на синхронный жест по ту сторону.

Чей?

На миг я замерла в восхищенном восторге, вновь чувствуя ласковое тепло чьей-то ладони. Стремительный захват и неожиданный рывок стали полной неожиданностью! Чужая рука жестко и безжалостно, мгновенно сместившись, обхватила и сжала мое запястье, и ее владелец резко дернул, вынуждая меня падать вперед прямо сквозь эту неведомую прозрачную грань.

Все произошло так быстро…

Сердце пропустило лишь пару ударов, вопль паники и страха не успел оформиться в груди, как шею словно стиснуло удавкой, неумолимо и беспощадно сдавив горло тугим кольцом боли, лишив возможности двигаться, воспрепятствовать усилию тянущего меня сквозь зыбкую пелену мужчины. Резкой вспышкой узнавания в краткий миг встречи наших взглядов я осознала эту данность. Ноги намертво вжались в землю, не позволив сделать и шага. Того единственного шага, что отделял меня от незнакомца.

«Даже не мужчина, скорее юноша… немногим старше меня».

Ошеломленное сознание фиксировало образы, отпечатывая их в памяти. Я поняла: он не человек! На осмысление потребовались доли секунды, когда, поддавшись волне запоздалого страха, я увидела исказившую его лицо гримасу. Устрашающе оскаленный клыками рот и удивительный цвет радужки. Единственный мимолетный взгляд успела я бросить на его лицо сквозь блеклую пелену энергетического поля.

Почти тут же неведомая сила, разгораясь на моей груди горячим всплеском жара, словно потащила назад, вырвав мою ладонь из руки незнакомца. Мощнейшей отдачей мое тело откинуло на каменистый пол грота, с силой приложив о него головой. Последнее, что успело отпечататься в моем сознании, – яростный, какой-то отчаянно взбешенный вопль чужака и его перекошенное от гнева лицо с напряженно зажмуренными от боли глазами.

Страшное лицо… обреченное.

– Нола, Нола! – Пришла в себя оттого, что кто-то тормошил за плечо. – Ты нас слышишь? Зачем тебя понесло в этакую глубь?

– Что со мной? – натужно хрипела, с трудом сумев приподняться, и жмурилась от резкого света голографического фонарика. Наверное, кто-то на ручном связнике включил. И тут же, спохватившись, не обращая внимания на враз закружившуюся голову, обернулась к стене. Там только что была прозрачная пелена… проницаемая?! Стена выглядела, как и положено внутренней грани пещеры – массивно, грубовато и… непреодолимо.

«Померещилось?!»

– Я свет увидела… – растерянно просипела, пытаясь объяснить свое поведение.

– Еще бы! – Смех друзей раздался совсем близко и гулким эхом разнесся по лабиринту переходов. – Ты, видимо, в темноте оступилась и неслабо приложилась головой о камень.

«Наверное, – с облегчением ухватилась за понятную версию. – Не может же быть правдой то, что мне почудилось…»

Поднявшись на ноги с помощью подруги, бросив напоследок внимательный взгляд на злополучную стену, вместе со всеми отправилась наружу. Гроза прошла, воздух посвежел и остудил мои горящие щеки легкой прохладой. И на душе тоже полегчало – показалось или нет, но все обошлось. С такой бабушкой, как у меня, в любые странности верить начнешь.

«Наверняка показалось…» – иначе я себе думать запретила.

Дома, скинув промокшую и запачкавшуюся рубашку, потрясенно замерла возле зеркала в ванной, уставившись на нескладную и худую рыжую девчушку в отражении. Вернее, на камешек, что несколько месяцев назад подарила бабушка. Он с тех пор всегда болтался на шнурке на моей шее. А сейчас камень обуглился!

«Так вот что позволило мне противостоять маневру незнакомца?!» – родилась в голове спонтанная мысль. Почему вдруг подумала об этом, сама не знала.

Испуганная, начала судорожно крутиться на месте, опасаясь увидеть еще какие-нибудь признаки, подтверждающие достоверность произошедшего. И увидела их…

Нет, не синяки или ссадины сразили наповал, став неоспоримым аргументом за реальность моего видения.

«Метка!»

На спине по верхнему краю правой лопатки отчетливо проступили два непонятных знака.

«Похожи на древние иероглифы. Что это значит?!»

Заломив руку, в отчаянной и наивной попытке попыталась стереть с кожи возникшие рисунки. Бесполезно! Символы словно выжгли на моем теле на века. Ощущая инстинктивный ужас перед необъяснимым, я во все глаза смотрела в отражении на странные знаки, не представляя, как объяснить родным их появление. Смотрела, но видела совсем не себя…

В памяти резко всплыло жутковатое, несколько размытое лицо юноши. Чужого юноши. Чуждого…

Ничего хорошего это означать не может! Я явно вляпалась в проблемы, причем по собственной глупости! И с детской убежденностью решила: «Не буду никому говорить! Ничего же плохого на самом деле не случилось?.. А так, если рассказать, наказания от родителей не миновать. Буду молчать!»

Глава 1

– Нола, ты совсем взрослая. – Мама с нотками гордости и грусти в голосе провожала меня в первое путешествие в ранге кадета космической академии.

Я улетала в крупнейший космополис планеты, чтобы продолжить свое целевое обучение. Выбрав профессию гражданского специалиста любого экипажа звездолета – бортового агронома, должна была пройти обучение. Мне – в перспективе, конечно, – предстояло проводить рабочие будни в космотеплице и заниматься снабжением команды растительным белком, углеводами и грибами.

Первый год обучения позади, и пролетел он незаметно. Учеба, новые друзья, не виданные мною ранее развлечения интегрированного межгалактического мегаполиса, жизнь в студенческой казарме космической академии… И пусть я являлась студенткой сектора профессий обеспечения, а не атакующих или управленческих кадров звездного флота Земли, но интересного и у нас оказалось немало.

– Что на каникулах делала? – Моя сокурсница, лучшая подруга и соседка по комнате Милена донимала меня вопросами, пока мы обедали в небольшом пункте раздаточного питания академии. Наступил первый учебный день второго года обучения. – Или домой летала? Опять в своих девственно диких дебрях первозданной природы весь отдых провела?

Кивнула, не вдаваясь в подробности, – подруга как истинный житель современного мегаполиса вряд ли сможет понять и оценить мои взгляды. Но я нигде бы не отдохнула от чрезмерно насыщенной жизни горожанки, что сейчас вела, кроме как в родном «медвежьем уголке» планеты.

– Все же странное это стремление – жить какими-то догмами и мироощущением прошлого, претерпевая бытовые неудобства, отказываться от стремительности повсеместного прогресса, – привычно укорила Милена.

Да, ей не понять. Разницу можно только почувствовать.

– А ты? – сменила я тему. – Что вообще новенького в мире и в городе?

– Да в основном сейчас все разговоры про напряженность в дипломатических отношениях с карангарцами, – жуя воздушную белковую соломку, вычленила соседка главную новость. – Официально это не подтверждают. Но сама понимаешь – чем упорнее везде твердят, что у нас с ними все хорошо, тем больше ходят слухи, что мы на грани войны. Вроде как или они с нами, или мы с ними намерены разорвать всякие контакты и запретить перемещение по подконтрольным секторам космоса.

«Ух! Вот уж действительно, загорая на солнышке, купаясь и гуляя в лесу, я совсем выпала из жизни. А тут такое!»

Карангарцы считались изменившимися потомками древних выходцев с Земли. Теория эта была весьма туманной и в системе базового образования не рассматривалась. Как эти самые древние земляне смогли оказаться на такой далекой планете, современная наука толком объяснить не могла, а сами обитатели Карангара хранили многозначительное молчание по поводу своего незапамятного прошлого. Впрочем, и от сродства наших народов не отказывались, официально признав единых прародителей.

Такие версии, как верования обитателей общинных этнических групп, и сейчас предпочитавших проживать в условиях естественной земной среды обитания, в расчет, конечно, никто не брал. Но я, выросшая в одной из таких общин, с детства слушавшая бабушкины сказки о других мирах, не разделяла скептического отношения.

А карангарцы, кем бы они ни были изначально, стали более развитой цивилизацией в сравнении с нами – так считалось. И по индивидуальным характеристикам они нас превосходили: менталисты со способностью к подавлению воли, более крупные, выносливые и сильные гуманоиды. Возможно, земляне и были их предками, вот только иная гравитация, экологические условия новой планеты за многие поколения адаптации изменили их. Вид эволюционировал, приобретя более совершенные свойства. И война с ними?.. Любой понимал, что такая перспектива чревата для человечества огромными проблемами.

Земляне и узнали-то о существовании Карангара всего три поколения назад, когда один из сбившихся с курса из-за поломки навигационных систем грузовой транспортник потерялся в безграничном космосе и был случайно спасен и сопровожден к базе приписки неизвестным звездолетом.

Шуму тогда было… Старые хроники все видели – весть о контакте с родственным разумным видом стала сенсацией.

– Из-за чего? – пораженно уставилась я на Милену.

С самого начала официальных отношений Карангар подчеркивал дружественный настрой. Наш всеобщий даже сделали обязательным для изучения языком у всех карангарцев, отправлявшихся в космические полеты.

– Кто ж расскажет? Но, если верить слухам, один из представителей их верховных кланов пытался умыкнуть дочь какого-то нашего известного ученого. Деталей никто не знает, но из-за этого весь сыр-бор. Если б какую рядовую девушку выкрали, то и не заметил бы никто. А тут – война назревает. Сразу масса претензий появилась друг к другу.

«Глупость какая-то… Зачем карангарцу девушка из землян? Да и какая война? С ними?!»

Я весьма смутно представляя себе облик обитателей этой планеты и их порядки. Общинники не жаловали посторонних и мало интересовались событиями за границами привычного им мирка. Даже хроники о первом контакте с карангарцами я смотрела уже после поступления в Лунную академию.

– Мы же в принципе не можем ничего противопоставить их более развитым технологиям и военной мощи, – невольно высказала я общеизвестный факт. – За примером не надо далеко ходить – наша академия для профильных военных специальностей и то приглашает в преподавательский состав карангарцев. И не ради престижа, просто они – лучшие воины, стратеги. Мы против них слабы. Но даже землянам они существенно повышают профессиональный уровень. Хотя мы далеко не способны на то, что могут представители их расы.

– Мы берем численностью. Карангарцы – раса малочисленная, – с философским спокойствием Мила заглотила очередную левитирующую над тарелкой соломинку, – так что изначально дружественный союз был выгоден не только нам. Хотя да, согласна – они странная и во многом пугающая раса – хранят свои секреты и не очень-то спешат делиться знаниями с нами. Удивляюсь всякий раз, когда слышу, что какой-то структуре удалось привлечь в свой коллектив карангарца. Они не стремятся на Землю! Хотя лететь уж очень долго.

Я только плечами пожала – до сих пор ни одного представителя этого народа лично не встречала. Да, в академии числились два преподавателя, которые являлись действующими карангарскими военными. Но они точно не появлялись в секторе обеспеченцев.

– Это скверно, – тут третьего не дано. – Новости мрачные.

– Не то слово, – насупилась подруга, – случись война, а быстрой и легкой она не получится, землянам придется мобилизовать все ресурсы. А это означает, что и кадетов всех космических академий призовут в строй.

Невеселое выходило начало учебного года…

«Может, обойдется, зачем верить слухам? Пошумят и забудут», – успокоила я себя, решив рассказать Милене о своих планах на практику и отвлечься от жуткой темы.

Внезапно, заставив вздрогнуть, активировался встроенный в форму ретранслятор, и поставленный голос служащего академии уведомил всех студентов потока о необходимости собраться в церемониальном зале учебного заведения.

Такой общий сбор объявляли, когда предстояло услышать значимые новости. Мы тревожно переглянулись: что еще?..

Сообщение об сборе кадетов всех курсов в принципе не было необъяснимым фактом – в начале учебного года необходимо донести информацию о нововведениях в образовательной программе. Такие собрания устраивались ежегодно. В основном новшества касались секторов атаки и управленцев, у гражданских специалистов программа считалась устоявшейся и более стабильной. Поэтому мы с Миленой спокойно направились к месту сбора студентов. Предстояло часа два, а то и больше топтаться на месте, слушая одно и то же из года в год.

Однако вопреки ожиданиям нас ждал сюрприз. Огромный!

– С этого года у кадетов сектора специальностей по обеспечению со второго курса обучения вводится новая обязательная дисциплина – базовая самооборона. Читать курс вам будет один из известнейших карангарских маранов – на земле это звание было приравнено к звездному адмиралу – Муэн Тоон. Дисциплина войдет в образовательный план всех гражданских профессий и будет включена в перечень обязательных к аттестации предметов как ежегодно, так и по окончании всего периода обучения.

Такой оглушающей тишины, как после этого сообщения, стены академии еще не знали. Среди педагогов ранее не было специалистов уровня марана, и вдруг один из них в Лунной академии читает лекции обеспеченцам?! В шоке были все – от «счастливчиков» из сектора гражданских профессий до студентов-боевиков.

Мы с Миленой потрясенно переглянулись: что за напасть? И почему именно со второго курса? Неужели это действительно предвестие грядущей войны? Если решили, что даже обладателям самых мирных профессий не помешают навыки атаки и защиты. Но поразительно, что при всей политической подоплеке событий академии удалось привлечь для преподавания именно карангарца, да еще и уровня марана!

Ректор, выдержав минутную паузу и позволив кадетам в полной мере проникнуться новшеством, продолжил:

– Сейчас я представлю вам нашего нового преподавателя. Муэн Тоон, пожалуйста, поднимитесь ко мне, чтобы познакомить кадетов с вами.

Мы с подругой, как и большинство будущих гражданских специалистов, стояли на самых задворках толпы, собравшейся в огромном церемониальном зале академии. Поэтому толком рассмотреть карангарца не смогли. Лишь на миг вдалеке между головами стоящих впереди промелькнул мужской силуэт в типичной для карангарцев форме. Подробнее рассмотреть его было невозможно. Представители этого народа скрывали лицо – частью их обязательного облачения являлась маска, этакий полуэластичный шлем с огненного цвета – вероятно прозрачными – вставками впереди, облегающий верхнюю часть головы.

– Нола! – взволнованно зашептала подруга. – Карангарец у нас в преподавателях! Не верю собственным ушам! Это не сон? Надо срочно сообщить родным и школьным подругам!

– Ты лучше подумай, что он с нас будет требовать, – осадила ее, сама в душе замирая от страха. Карангарцы были такими неприступными и жутковатыми… по слухам. – У атакующих двое преподают – гоняют их нещадно. Раз уж они стонут от чрезмерных требований и необходимого минимума, то мы…

Впрочем, Милена от моих тревог отмахнулась:

– Мы все, на его взгляд, будем безнадежны, а в коллективе не так страшно быть неумехой. В любом случае я изумлена тем, что он согласился. Ты заметила? Он с косой. Эх, жалость такая.

Вот глазастая! И почему она про волосы заговорила?

– При чем тут его прическа? – уточнила шепотом, непроизвольно накручивая на палец рыжую прядку, выбившуюся из пучка.

Мы краем уха прислушивались к стандартным и взвешенно доброжелательным фразам нового педагога. Сейчас удивление мешало воспринимать информацию, что транслировалась на весь зал. Маран сразу обозначил свои высокие требования, дисциплинированность и содержательность образовательного процесса.

– Как при чем? Вот они, последствия жизни вдалеке от цивилизации, – фыркнула подруга. – К вам вообще хоть один инопланетник забредал? – Я отрицательно покачала головой. – Это и заметно. Карангарцы периодически посещают Землю и наши колонии, на земных территориях несколько их исследовательских баз. И наши на этом их Карангаре бывали, хотя земным звездолетам до планеты тяжело добираться, мы не владеем их знаниями о скоростном перемещении в пространстве космоса. Они затрачивают значительно меньше времени на это расстояние.

– Время – величина относительная, – пожала я плечами, успев отметить, что оратора вновь сменил ректор академии, и все вернулось в привычное русло общего собрания. – Если их планета в другом секторе галактики, то длительность нашего и их года может сильно отличаться.

– Так и есть, – кивнула подруга, – взрослеют они быстрее. Но и живут вроде бы дольше нас. Впрочем, все это не так интересно, как причина появления марана в нашей академии!