Роботы. Путь с конца
- -
- 100%
- +
Она уже оказалась в кухне, где царил ненавязчивый запах готовой пищи. Однако девушке было не до этого. В мыслях то и дело крутились воспоминания. Как она искала способ понять написанное в блокноте, как ей казалось, словно именно из-за него и началось царящее в ее жизни и сейчас безумие. А она случайно наткнулась на него, найдя закопанным в земле и покрытым специально несколькими слоями плотной материи. Какой-то специальной ткани, а также помещенным в достаточно непроницаемый металлический контейнер, даже не проржавевший от времени.
Словно его специально спрятали самым надёжным способом. А она просто заметила небольшой выступ на ровной лужайке у своего дома. И лишь когда подошла и поняла, в чем причина, стала откапывать, глядя на находку, будто на какое-то непонятное чудо, которое ей удивительным образом удалось увидеть.
Разглядывала совершенно необычные буквы, символы, надписи, не понимая, что они значат. Каждая из завитушек казалась ей отчего-то такой странной, но важной, что она не решалась отдать кому-то эту вещь. Однако, даже спустя месяц догадалась лишь о значении нескольких букв, и то совершенно случайно.
Она сидела, водя подушечками пальцев по абсолютно белоснежный поверхности стола, бездумно ковыряя еду прибором в другой руке, пока не услышала шаги. Эми напряглась, а спустя мгновение автоматическая дверь открылась, и в помещении появился Ник. Эми показалось, что парень выглядел не менее взволнованно, нежели она. Он уселся за стул напротив неё, приступив к поеданию своей порции модифицированных овощей и чего-то похожего по консистенции и вкусу на мясо, но при этом имеющего яркий красный оттенок.
К огромному удивлению, парень никак не пытался задеть ту тему, которая его волновала. И это при том, что он не раз обдумывал, как лучше начать разговор. Но когда дошло до момента, где нужно было решиться, он просто-напросто не сумел, хотя не раз корил себя же за это. Даже сейчас, сидя за столом и наблюдая за девушкой, медленно поедающей пищу. Между ними будто был подписан негласный договор о молчании, хотя самой Эми это абсолютно не нравилось.
Тишина ее убивала. Медленно, мучительно, будто забирая собой все силы. И лишь одна фраза «Спасибо за обед», слетевшая как-то слишком неуместно и неловко не помогла скрасить общее состояние. Как и остаток дня, отчего-то прошедший в абсолютной тишине. И Эми, и Ник не раз хотели попытаться что-то сказать, только каждый из них никак не решался. Неуместная нерешительность будто схватила их, не давая возможности даже шевелится. А потому даже последние часы до наступления темноты они провели порознь.
А опять заговорили только с наступлением вечера. И то только для того, чтобы договориться о душе. Первым пошёл Ник, а пока тот принимал водные процедуры, Эми пыталась найти блокнот, хотя спустя время убедилась, что это было бесполезно. Девушка мылась второй. Струи воды дорожками стекали по светлой коже, а вот мысли так и не покинули ее. Когда она вышла в комнату, на ней была достаточно удобная и весьма закрытая ночная одежда, так что она почти спокойно прошла к капсуле, расположившись недалеко от Ника, пытающегося уснуть.
Странная скованность и желание скорее уснуть охватили Эми. Только вот сон, словно на зло, не шел. Она то и дело ворочалась, стараюсь найти удобное положение. Ник хоть и не двигался, делая вид, будто спит, уснуть тоже не мог. Он ощущал, что девушке не комфортно, хоть не знал, чем мог ей помочь. Парень лишь осознавал, что в какой-то мере сам являлся тем, что не давало ей нормально отдохнуть. После тяжёлого вздоха, он повернулся на спину, глядя в прозрачную поверхность капсулы и темноту комнаты, освещаемую лишь тусклым оранжевым свечением с ночной подсветки. Он хотел заговорить, правда не знал, о чем и каким образом. Однако решимость взяла свое.
– Кажется, полноценный сон не является сегодняшней перспективой, – он хмыкнул, произнеся фразу очень тихо, но явно слышимо для Эми. Ник слегка напрягся, вслушиваясь в дыхание девушки рядом.
– Глупый закон, хотя многие считают его верным, – Эми поджала губы, слегка нахмурившись. Она ни разу не слышала, чтобы кто-то жаловался или считал это не правильным. Скорее всего опять дело было в том, что Эми давно была сумасшедшей. Но такие правила, существующие уже длительное время она не могла оспаривать, хоть и злилась внутри себя.
Ник непроизвольно хохотнул, чем заставил Эми удивлённо посмотреть в его сторону. Эми одновременно выглядела и злой, и забавной, на что, естественно, обратил внимание парень.
– Если тебе будет лучше, я могу пойти в гостиную на диван спать, – он усмехнулся, выдвинув совершенно неожиданное и слегка абсурдное даже для него решение. Идея пришла так спонтанно, но явно, что он буквально случайно озвучил ее.
К его удивлению, Эми медлила с ответом, хотя ее желание выбрать самый простой для себя способ было очевидно. Но она отчего-то не хотела идти самым легким путём. Более того, предложение парня казалось слегка несправедливым по отношению к нему же.
– Не стоит, – достаточно тихо, но с уверенностью в голосе остановила его девушка, а после закусила губу, задумавшись. – Мне снятся сны … Неприятные. Думаю, мне будет спокойнее с тобой.
Странное желание высказать парню свои опасения показались отчего-то такими правильными, логичными, что она решилась. Хотя даже не знала, как он мог реагировать на ее признание. От последнего факта сердце колотилось слишком сильно, но она старалась держать себя в руках и не выдавать своё волнение. Но тишина длилась достаточно долго, почти минуту, отчего она уже собиралась повернуться к парню. Но тот заговорил прежде, чем она успела произвести хоть звук.
– Мне тоже снятся… Я считал себя сумасшедшим, – Ник хохотнул, проведя рукой по русым волосам. – Оказалось, тут сумасшествие настигло не только меня.
От его слов она невольно усмехнулась, но ничего не сказала. Эми так привыкла к снам, даже кошмарам, что сейчас они почти сплетались с ее реальностью. Так соединились с ней, что порознь существовать уже не могли.
– Может каждый из нас тут немного безумен? – она задала вопрос, хоть и риторический, ведь не ждала на него ответ. Слабость подхватила ее, заставив даже прикрыть веки.
Она не услышала ответ Ника, да и не была уверена, что он что-то ответил. Только вот парень даже не знал, что возможно было сказать на такое заявление. Согласиться? Подвергнуть сомнениям? Он не был уверен ни в чем.
***
Когда Эми проснулась, Ника уже не было. Весь дом, формой напоминавший купол, был пуст. Лишь когда девушка поднялась, то увидела у себя в мобильном браслете уведомление. Оно пришло от Ника, который сообщил ей, что уже ушел. Такое банальное предупреждение заставило ее невольно усмехнуться.
Парень, зная имя и идентификационный номер, нашел Эми в сети и добавил ее в контакты. Теперь они могли общаться и звонить, по необходимости, через средство связи, только девушка не была в восторге от такой перспективы. Она всегда не особо любила инновационные приспособления, а использовала их лишь по необходимости.
С таким же удивлением она осознала, что впервые не просыпалась от кошмара, так яро преследующего ее некоторое время назад. Эта мысль и осознание насколько поразили, что она даже застыла на некоторое время, пытаясь понять, в чем была причина такой странности. Не то, чтобы она была не рада, скорее наоборот, но что-то тревожило ее, закрадываясь маленьким червяком сомнения в черепную коробку.
Когда девушка вышла из дома, направляясь на свою работу в библиотеке, то сразу же приметила обычные виды города. Блестящие поверхности высоких сооружений, множество ярких, неоновых вывесок, транспорт, передвигающийся и в воздухе, и по дорогам. И молчаливые люди, спешащие потоком куда-то в своем направлении. Каждый из них в однотонной одежде определенного оттенка.
Каждый после выпуска из образовательного центра должен был носить одежду определённых цветов. Девушкам теплые оттенки, парням холодные, тогда как в образовательном центре они носили безликую серую одежду.
А сейчас, даже видя кого-то вдали, сразу же можно было понять, кто там был, не видя чётких очертаний фигуры или деталей внешности. Она отчего-то остановила свой взгляд на девушке. Длинные, русые волосы, яркие, цепкие голубые глаза с каким-то хитрым прищуром, а также ее наряд, состоящий из простого комбинезона и легкого плаща цвета спелого персика, явно выделялся, хотя Эми заметила ее по другой причине.
Та выглядела так странно. Будто погруженно в экран, светящийся рядом с ее запястьем. Кажется, она даже не особо хорошо следила за дорогой, а потому в какой-то момент едва не врезалась в следующего впереди неё прохожего. Эми застыла на некоторое время, будто приросла к месту. Ее обошло несколько парней в светло-голубом и темно синем одеянии. Она смотрела в одну точку, а после перемещала взгляд от одной фигуры к другой, и каждый человек казался… Неживым?
С какой-то абсолютно непроницаемой маской, будто совершенно лишенной эмоций. Она даже не понимала, как могла не замечать все это раньше. А сейчас словно впервые увидела. Люди были одновременно такими разными и такими похожими, что невольно напоминали ей роботов. Будто запрограммированных единой, почти не отличающейся, программой. От шока Эми слишком спешно закрыла глаза, моргнув несколько раз.
Такое состояние было очень необычным. Хотя она, естественно, предполагала из-за чего думала таким странным образом, почему ее посещали такие странные мысли. Ее сумасшествие лишь распространялось, словно захватывая собой все вокруг. Меняло то, как она воспринимала такой привычный мир. Даже сейчас она не могла найти тех же красок в нем, что видела раньше. Лишь очень далекие отголоски.
Только когда Эми повезло оказаться в таком знакомом месте, библиотеке, она наконец-то ощутила ту небольшую долю спокойствия, которого так не хватало. Ей пришлось сменить одеяние на специальную нейтральную почти белоснежную форму, и уже скоро она вновь имела возможность наблюдать, как это место посещали люди. Они переговаривались, отдыхали, брали различные электронные книги уходили в специальный зал для чтения. Огромное помещение просто царило оживленностью.
Так время тянулось до вечера. Она обслуживала клиентов, улыбалась необходимой улыбкой, благодарила, вносила книги и посетителей в реестр. Делала свершено все необходимое, пока ей на глаза не попало название одного из взятых произведений.
Вернее, единственное слово, ударившее сознание сильнее любого гонга. Простым, но до боли очевидным осознанием. «Шифр». Она, естественно, в какой-то момент думала, что содержимое блокнота было скрыто шифром, который специально препятствовал чтению.
Только вот все написанное действительно больше походило на какой-то отдельный, забытый язык, поэтому она даже не задумывалась достаточно серьёзно о том, что запись могла быть просто зашифрована. Она пыталась найти нужный, выдуманный ее сознанием забытый язык. Но увы, ей так и не удавалось это сделать, сколько бы она не пыталась. В конечном счёте она забросила попытки, а потому даже не придала внимание тому, что на деле оказалась важным.
Шок очередной волной откатил ее мысли. Но она никак не могла понять, каким бы шифром могло быть скрыто содержимое блокнота? Причём, тот, кто это делал, специально сделал все таким образом. Постаравшись все скрыть так умело, чтобы все походило на обычную, ничем не примечательную запись на другом языке. Она даже не могла предположить, хотя на деле, слишком уж много различных предположений находилось, чтобы выбрать самый очевидный и лёгкий. А найти необходимое из множества вариантов оказалось слишком трудной для неё задачей.
Она тайно от своих коллег постаралась изучить содержимое нескольких из интересующих ее книг. Сердце колотилось так сильно, что она боялась потерять сознание от его стука, отдающегося в ушах. Но, на удивление, ее руки даже не тряслись. Она будто тренировалась до этого, выделила необходимую информацию, скопировав ее себе. Оставалось лишь дождаться конца дня, дабы постараться найти ту самую вещь и проверить свою очередную теорию.
Единственное, что она понимала – нужно было поговорить об этом с Ником. Он имел право знать, во что ввязался. Более того, она осознавала, что без него она вряд ли могла отыскать блокнот. Тем более, что он отлично видел, какова была реакция девушки в тот момент, когда она заметила такую важную для неё вещь. Пугающую, но одновременно вызывающую невероятно сильное любопытство.
По пути домой Эми уже не могла ни о чем думать, лишь о том, что предстояло. Все попытки найти способ выстроить сложный разговор терпели крах. Особенно когда она понимала, что все её попытки – не более чем весьма неудачные усилия предугадать реакцию и слова парня. Она совершенно не знала, что от него можно было ожидать, а также не знала, согласится ли он её слушать.
Тем временем, ступая по удобным дорожкам, она невольно замечала, каким становился город в вечернее время, когда только начинало темнеть. Уже повсюду зажглось освещение, яркое, создающее почти такую же видимость, как и днем. Подобное освещение становилось возможным лишь благодаря специальным летательным дронам ромбоподобной формы из такого же светлого материала, как и корпуса зданий. Они работали только вечером, предоставляя видимость в тёмное время суток.
Так же немалый свет обеспечивали неоновые, яркие вывески на различных сооружениях с различным товаром. С техникой, и с одеждой, создающейся на заказ, и на специальных пунктах, где можно было приобрести продукты или же целое меню на определённый период времени до нескольких недель или месяца.
Ей потребовалось продолжительное время, чтобы наконец-то остановиться напротив дома. Там уже горел свет, а, значит, Ник был внутри. Ей оставалось лишь несмело пройти внутрь. Только вот когда она осторожно прошла в помещение, а следом и в гостиную, то с удивлением заметила, как Ник спал, слегка скрючившись в явно не самой удобной позе. Именно в этот момент она поняла, что разговор все-таки придётся отложить.
Пока парень тихо посапывал во сне, Эми невольно остановила взгляд на нем. Разглядывая черты умиротворенного лица, спокойно вздымающуюся грудную клетку во время дыхания, прямые русые волосы, остриженные достаточно коротко. Невольно такой домашний вид Ника заставил её улыбнуться. Она подошла ближе и, повинуясь какому-то мимолётному порыву, прошлась рукой по шелковым волосам, ощущая их мягкость. Такое действие вызвало в ней самой кучу каких-то противоречивых чувств, которые она даже не могла охарактеризовать. Но, тем не менее, она не могла сказать, что они были ей неприятны. Скорее наоборот.
Глава 8. Шаткие переговоры
Ник проснулся достаточно резко, сразу же оглядевшись. Он был в капсуле для сна, а рядом лежала Эми, весьма мирно спящая и укутанная в кокон из лёгкого одеяла. Он невольно засмотрелся на неё, отмечая то, что во сне она выглядела ещё более беззащитно, нежели в бодром состоянии. Захотелось коснуться шелковистых белых кудряшек, но он одернул себя, поняв, что таким действием мог разбудить её.
В памяти сразу же всплыл вчерашний вечер и то, как он оказался в капсуле. Прошлым вечером Эми легонько потрепала его по плечу, чтобы разбудить. А когда тот проснулся, сообщила с совершенно невозмутимым видом, что для более комфортного сна стоило пойти лечь в капсулу. Если бы не она, то он бы проснулся на диване и его состояние явно оставляло бы желать лучшего. Но сейчас он тут.
И он даже не знал, как реагировать на поступок девушки. Вчера, когда он пришёл домой, успел лишь переодеться, а после как-то неожиданно даже для себя самого уснул на диване. А сейчас он глядел на девушку и понимал, что им стоило поговорить. Они так мало обсудили, что казалось, эти недосказанности могли в какой-то момент просто раздавить их.
Огромным тяжелым грузом, который невозможно поднять. И лишь сейчас он с удивлением понял, как мало в его жизни было простого общения. Живого, яркого, без формальностей или ограничений. И впервые он понял, что хотел по-настоящему поговорить с Эми. Без всех условностей.
Ник провел рукой по русым волосам, осознавая, насколько странные посетили его мысли. А вместе с тем, осознал, что последние два дня ему ни разу не приснился кошмар. Будто он отступил, хотя причин этому не нашлось. Парень одновременно был рад подобному стечению обстоятельств, но вместе с тем испытывал какое-то сомнение. А когда он вспомнил, как в первую ночь их совместного проживания с Эми он узнал, что девушку тоже преследовали сны, ему неожиданно стало интересно, прекратились ли ее сновидения.
Подобный вопрос вновь заставил провести рукой по волосам и мельком посмотреть на Эми. А после шокировано застыть, когда он заметил на себе внимательный взгляд сияющих синих глаз. Эми смотрела на него, выглядывая из-под одеяла. Их капсула перекрывалась прозрачной автоматической перегородкой, так что это были одновременно две разные кровати. Но перегородка убиралась, когда оба из пары были готовы на этот шаг. Он знал это, так же как и знал, что по закону он должен был сблизиться с Эми в течение года, тогда как после они должны начать воспитание ребёнка.
Это было такой же обязанностью, как и ходить на работу или вступать в подобные отношения, связанные с обязанностью жителей. В обществе не существовало понятия «любви», ведь данный термин, как выяснилось с помощью исследований, связан лишь с физическими потребностями организма. Ник знал, что раньше существовало такое понятие, как «браки», только в них отпала необходимость, когда доказали отсутствие любви. Так что осталась лишь необходимость в развитии общества и появлении новых жителей, что обеспечивало необходимое для всех процветание. А новый житель после трёх лет передавался в воспитательный центр, который, в свою очередь, занимался формированием нового гражданина после.
Ник запоздало отвёл взгляд от девушки, которая, кажется, почувствовала себя не совсем уютно от того, что на неё смотрели. Он понимал, что стоило начать разговор, но не знал, как. Ни место, ни случай не казались подходящими для того, о чем он хотел поговорить.
– Кажется, время завтрака? – спросил он первое вразумительное, что пришло на ум, при этом прокашлялся, чтобы унять некоторую нервозность в голосе.
– Пожалуй, – легко отозвалась девушка, неуютно поерзав на месте. Ник встал первым и вскоре скрылся в соседней комнате, чтобы переодеться. Эми осталась на месте, глядя на то, как парень удалялся. Она мысленно поблагодарила его за такое решение.
Через минут пять парень вышел, облаченный в достаточно обычную одежду, состоящую из лёгкого свитера и брюк. Когда он покинул комнату, она тоже переоделась, оказавшись в удобных прямого кроя брюках и плотной кофте. Все, естественно, тёплых оттенков. Хотя свой любимый оттенок она тоже оставила – тонкая, почти полупрозрачная пурпурно-розовая майка, поддетая под объёмную кофту.
Когда она оказалась внизу, то заметила, как Ник справлялся с завтраком. Он взял одно из порционных блюд, и теперь сидел, поедая предложенное. Только девушка не ощущала голода, скорее ее интересовало то, что она не воплотила вчера. Она, чтобы создать видимость завтрака, взяла одну из порций из охладительной системы, и поместила на стол. После сорвала верхнюю защитную этикетку, и ее еда стала автоматически приобретать более съедобный вид, подогреваясь.
Стоило подождать около минуты, когда весь процесс завершится, поэтому она села, став нетерпеливо стучать по столешнице, которая не издавала какого-либо звука.
Эти порционные упаковки с едой работали почти одинаково. Когда срывалась защитная вакуумная этикетка, внутри самой упаковки реагировал датчик, соединяя несколько химикатов, которые и подогревали содержимое контейнера. Таким образом получался горячий и вполне съедобный обед, завтрак или ужин. При этом сама пища до подогрева была будто высушенной, без выраженного запаха.
Когда она смотрела уже на готовую порцию еды, в ее мыслях крутилось то, как стоило заговорить. Только вот Эми не заметила, что Ник все это время тоже поглядывал на нее, решаясь начать разговор. Поэтому, когда он прокашлялся, привлекая ее внимание, она недоуменно подняла брови, ожидая.
– Мне кажется… Нам стоит поговорить, – все-таки высказал он то, что тревожило его последнее время. На что лицо Эми еще больше исказилось, теперь выражая крайнюю степень удивления.
– Я… Тоже думала об этом, – отчего-то призналась девушка, прикусив губу и слегка отведя взгляд от изучающих ее с любопытством зелёных глаз.
После ее признания вновь повисла неловкая пауза, только вот в очередной раз никто не знал, каким образом лучше продолжить диалог и вообще, с чего его начать.
– Я знала, что из себя представлял тот блокнот, – в очередной раз призналась Эми, каким-то образом найдя в себе удивительное количество смелости сразу начать с главного, а не петлять где-то около, в попытке добраться и разобраться в сути.
– Знала? – теперь пришла очередь Ника удивляться, но почему-то он поразился не так сильно, как должен был. Возможно из-за того, что за это время предположил такой исход, а может просто уже был подсознательно готов к тому, чтобы рассказать о своей тайне Эми. Странным образом он доверял ей, причём весьма сильно, даже если никаких объективных причин на это у него не было.
– Он… Он раньше был у меня, – девушка улыбнулась, невольно вспомнив, как нашла его, – я нашла его у себя. А после думала, что избавилась, но увидела его у тебя. Ты не представляешь, как я была шокирована.
– Как же ты его нашла, и как от него избавилась? – брови Ника едва приподнялись вверх, а сам он с интересом разглядывал девушку.
Он не знал, что больше его удивляло: то, что она так просто рассказала ему все это, или же то, что он почему-то очень хорошо понимал девушку. Понимал, почему она хотела избавиться от такой вещи. Он и сам хотел, правда, не решился.
– Мне повезло найти его у своего дома, – она едва замялась, а после глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки и продолжить повествование. – Он был закопан, будто специально, в непроницаемой капсуле, которая сохранила его вид. Когда я решила избавиться от него, то положила блокнот обратно, а потом отнесла на место построения чего-то. Думала, что его найдут, направят в нужное место, а я таким образом смогу избежать проблем.
Последнее предложение она сказала явно поникшим голосом, ведь надежды Эми очевидно не оправдались. Это ее, конечно же, удручало, что естественно не укрылось и от Ника. Хотя в первую очередь парня поразил сам рассказ, который невольно вызвал в голове воспоминания. Он и сам бы не хотел найти ту вещь, только вот случайность распорядилась иначе. А когда любопытство уже одолело его, он уже не решился оставить такую затею, пока не завершил бы начатое до конца и не разобрался с тем, что было записано на страницах изделия.
– Я работал над созданием одного сооружения, руководил действиями строительных роботов, пока не заметил тот самый контейнер. Мне пришлось его раскопать, ведь, как оказалось, ты его упрятала очевидно хорошо.
Только вот когда блокнот оказался в моих руках, я неожиданно понял, что хочу разобраться в том, какую информацию он содержит. Даже разобрал несколько слов, правда случайно, – кривоватая усмешка отразилась на его лице, а он волнительно вздохнул, взлохматив волосы рукой.
Ник наблюдал за реакцией Эми, только вот то оцепенение, которое появилось на ее лице и в замершей фигуре, его явно не устроило.
– Эми? – поинтересовался он обеспокоено, потянув свою руку и схватив ею крохотную, холодную ладошку девушки. Но после, почти мгновенно отпрянув, осознав необычайность и спешность своих действий, и то, что она могла быть против такой попытки привести ее в чувства.
Но девушка словно ожила. Она наконец-то взглянула на него, а взгляд стал мягче, только вот почему-то в нем читалось такое количество тоски, что у него невольно защемило где-то в районе грудной клетки. Она сама осторожно протянула к нему руку, коснувшись своими маленькими пальчиками его, и постаравшись ободряюще улыбнуться. Парень опустил свой взгляд на руку, так просто касающуюся его. Эми явно старалась его успокоить и передать ту толику спокойствия и теплоты ему, даже если сама девушка нуждалась в этом.
– Все в порядке, – чуть склонив голову, все же заговорила Эми, а после отвела взгляд, глядя куда-то в бок. Долгих несколько секунд. – Но я думаю, пытаться разгадать тайну этого блокнота – ошибка. И она может привести к плохим последствиям.
– Мне кажется, или ты нервничаешь? – изумлённо проговорил Ник, одновременно сдерживая порыв просто улыбнуться такому сильному волнению со стороны белокурой.
– А ты считаешь, что мне не стоит? Ты знаешь, что может произойти, если обо всем этом узнают? – она поджала губы, а после дернула плечами, стараясь согнать нервное напряжение от мысли, что могло случиться что-то действительно ужасное.
– Я почему-то уверен в том, что нам нужно хотя бы попытаться, – он ободряюще улыбнулся, будто сам временами не испытывал тот страх, который сейчас охватил Эми.